Тинкер

      Тинкер принесла ужин в кабинет директора на фабрике, где застала того стоящим у окна. — Ваш ужин, господин Малфой. — Да, поставь на столике у камина.       Тинкер принялась ловко управляться с блюдами и приборами. Немного подумав, она щелчком пальцев заменила пузатый чайник с чаем на большую кружку горячего шоколада. — Как всё прошло? — раздалось негромко со стороны окна.       Тинкер внимательно оглядела плоды трудов своих и, оставшись довольна накрытым столом, поспешно достала из кармана передника записку, торопливо засеменила к своему господину и с поклоном передала её ему в руки. — Я узнала мисс Переговорщицу сразу. Она выглядела точь-в-точь как вы описали, господин Малфой. Я следовала вашим инструкциям. Надиктовала, что вы велели; мисс Переговорщица записала всё. Она сказала, что хочет видеть вас — того, кто отправил меня с заданием, но я проигнорировала её слова. Ведь вы не давали насчёт них указаний, верно? — Да, Тинкер, ты всё сделала правильно, — Драко внимательно слушал эльфа, держа в руке записку от Ордена. — Я спросила, когда будет следующая встреча; мисс Переговорщица ответила, что через семь дней также в полдень. И когда я спросила, что им нужно к следующей встрече, она передала мне листок. Вот этот. Тот, что у вас в руках, господин Малфой. — Спасибо, Тинкер. Ты замечательно справилась, — сказал Драко и увидел, как эльф зарделась от удовольствия и в порыве чувств вцепилась ручками в свой передник. — Рада вам услужить, господин Малфой. Вам что-то ещё нужно от Тинкер? — Нет, можешь идти. Я вызову тебя, когда нужно будет убрать ужин.       Оставшись один, Драко наконец развернул записку и прочитал ее.       Что ж, список был составлен умно — в основном базовые ингредиенты, из которых опытный зельевар сможет извлечь много пользы, и пара редких наименований, которые всегда в дефиците в любой лечебнице. Из этого списка нельзя ничего с уверенностью сказать: испытывает ли Орден дефицит в лекарствах и целителях, есть ли у них вообще оборудованные лечебницы и лаборатории зелий, сколько насчитывает их армия исходя из количества затребованного. Очень толково составленный список. Не подкопаться. Драко ещё раз похвалил себя, что затребовал в переговорщики заучку-Грейнджер, помешанную на планах.       И отправил к ней своего домовика.       Жаль, он не может никому похвастаться своей придумкой.       В самом низу листка с неровными краями после списка требуемого была отдельная приписка:       «Нужен опознавательный признак, чтобы Орден не атаковал тех, кто нам помогает из числа Пожирателей». — Тц, — Драко нахмурился и скривился. — Как она себе это представляет? Какой ещё, к чёрту, опознавательный признак! Ох, Грейнджер, а ты всё такая же... За всё хорошее, против всего плохого.       С этими мыслями Драко сел за ужин, чтобы позднее начать сбор перечисленного в списке от Ордена. Это тоже был то еще испытание! Конечно, зелья новое правительство не то чтобы особо пристально контролировало, да и личных средств у него хватало, чтобы сделать закупку любого объёма. Однако армия Тёмного Лорда не представляла из себя кружок друзей по интересам: здесь каждый сражался в первую очередь за себя, и место генерала Пожирателей было лакомым для многих. Значит, любое его решение, жест, слово, даже покупка, мать их, зелий рассматривается сотнями завистливых глаз. Рисковать нельзя.       Обнаружив, что Тинкер оставила ему вместо чая горячий шоколад, Драко впервые за долгое время искренне улыбнулся.

***

      Гарри обернулся на шум и увидел, что из камина выходит улыбающаяся Гермиона. — Всё прошло хорошо? — осторожно уточнил он. — Да, — легко ответила девушка, отряхивая волосы от каминной пыли. — Эм... и как... — начал было Гарри, но его перебил Рон, вот уже несколько минут наворачивавший круги по комнате, не в силах усидеть на месте в ожидании возвращения Гермионы. — Почему ты такая довольная?! — Ко мне на встречу пришёл эльф! Тинкер! — Гермиона хохотнула, но тут же собралась и стала серьёзной и деловой. Она достала из сумки свои записи и положила их на стол. — Не знаю, кто действует с той стороны, но переговорщицей была эльф Тинкер. — Тинкер... Тинкер... — пробормотал Гарри. — Возможно, имеет смысл поспрашивать у наших домовиков, чьему дому она служит. — Но это точно не Хорёк. Он бы скорее удавился, чем позволил эльфу говорить от своего имени. — Это да, — кивнула Гермиона на реплику Рона. — Но с другой стороны, Тинкер — идеальная жертва, которую им не жалко. Малфой старший или младший, не важно, мог просто приказать ей передать его слова, а если её схватят — скорее всего, у неё приказ... покончить с собой, — тихо договорила Гермиона с дрожью в голосе. — Тогда это вполне в духе Малфоев. — Я бы даже сказал, их фамильный почерк, — пробормотал Гарри, всматриваясь в записи Гермионы. — А где требования? Тут не написано. — Их нет. Мне ни слова о требованиях или условиях сотрудничества не было сказано. Мне дали выбрать, когда и во сколько следующая встреча и что нам нужно от них ещё. — Я не понимаю, — беспомощно развёл руками Рон. — Это ловушка? — Но в чём смысл? Ну поймают меня в следующий раз — и что? Они меня и раньше ловили. Они знают, что моя поимка не выманит Гарри в их руки, — Гермиона пожала плечами и собрала листки. — Это нужно показать всему командованию. Это важные сведения о ближайших рейдах и мелких штабах Пожирателей. — Ага! Всё-таки сливают только незначительную информацию! — Рон, если наш союзник сразу станет сдавать самые сливки, а мы завтра придём и выкосим их всех, Тёмный Лорд скроется, перережет своих, в том числе тех, кто помогает нам, или уничтожит все лагеря пленных одним днём. Всё, что угодно! Мы и так знаем, где его главная база — Малфой-мэнор, но атаковать её мы пока не можем. Зато мы можем вырезать его армию по частям, по чуть-чуть ослабляя, внося хаос в их ряды, — Гермиона посмотрела на Гарри, и тот кивнул, соглашаясь с её словами. — Она права. Всё сделано верно. — Я запросила зелья и ингредиенты к ним. Составила список так, чтобы нельзя было сделать вывод о количестве людей в армии Ордена и вообще ни о чём. По крайней мере, я постаралась сделать именно такой список. — Отлично! — Гарри просиял. — Что ж, тогда пошли к Брустверу и остальным. Нам нужно всё как следует обдумать и подготовиться.       Позднее, после планов и бурных обсуждений, Гермиона, Рон, Гарри и Джинни ужинали на кухне лечебницы, где Гермионе предстояло остаться на ночном дежурстве. — Не думаю, что хоть какое-то из их требований я готов исполнить, — негромко признался Рон, глядя в свою тарелку. — Даже если они нам помогают. Даже если... вернули папу. — А я вот думаю, что могло заставить их пойти на переговоры с Орденом, — Джинни повертела в руках ложку и обвела взглядом остальных. — Рискнуть своим вроде как вполне неплохим положением при новом правительстве. М? Как вы думаете? — Нарцисса, — внезапно произнёс с тяжёлым вздохом Гарри. — Наверное, с ней сотворили что-то настолько ужасное, что... перевешивает преданность чистоте крови и страх перед Тем-кого-нельзя-называть. Ради кого ещё Люциус пошёл бы на риск? Ради кого бы генерал Драко Малфой помог Артуру Уизли? Только ради жены и матери. — Люциусу дорога только его шкура, — неприязненно сказал Рон, но насчёт Драко промолчал. В его картине мира каждый ребёнок любит свою мать, так что Хорёк тоже явно не исключение.       Джинни поддержала брата, но насчёт Драко сказала вслух: — Да, он может пойти на сделку с Орденом ради мамы. А мы все прекрасно знаем, что сделала Нарцисса. Она солгала Тому-кого-нельзя-называть; скорее всего, быстрая смерть от Авады предпочтительнее того, что с ней сотворили после такого. — А вдруг её уже убили? — негромко сказала Гермиона. — И какой же тогда прок от Ордена для Малфоев? Хотя с чего мы зациклились на том, что это Малфои! — Ладно, тогда кто? Пенси Паркинсон? — улыбнулся Гарри. — А нет! Я знаю! Знаю! Это восстание домовиков! — Прекрати, Гарри, — пожурила его Гермиона, но она улыбалась во всю. Немного дурашливости никогда не будет лишним. — Джинни, хочешь мою булочку? — предложила она, протягивая выпечку подруге. — Нет, я наелась, — ответила та, замотав головой и посылая выразительный взгляд на Гермиону. Они же договорились держать всё в тайне! — Я хочу булочку, — с готовностью в это время отозвался Рон, и все прыснули со смеху.

***

      Тинкер отметила, что её появление в этот раз не напугало мисс Переговорщицу, которая была одета в зимнее пальто, тёплый берет и закутана в полосатый шарф. Магия эльфа подсказала, что теперь весь этаж окутан заклинанием. — Это чтобы я получала сигнал каждый раз, когда кто-то будет сюда приходить. Вдруг будет необходимость в срочной связи или ещё что, — торопливо объяснила мисс Переговорщица. Её волосы намокли от снегопада и завились в мелкие колечки. За пределами больницы завывала вьюга, заметая снегом и первый этаж сквозь оконные проёмы. Осколки стекла и разбитых колб, обрывки плакатов и больничной документации таинственно шуршали, перемещаемые ветром по полу.       Тинкер серьёзно кивнула, принимая доводы мисс Переговорщицы разумными, и положила объёмный сундук, зачарованный на лёгкость при транспортировке. — То, что вы просили, мисс Переговорщица. Всё здесь. Будете проверять? — Нет. Конечно, нет. Спасибо, Тинкер. И передай тому, кто послал тебя... тоже спасибо. Сведения, переданные в прошлый раз, очень помогли нам. — Хорошо, передам, — произнесла Тинкер и, раз новых требований не последовало, уже готова была попрощаться и покинуть больницу Святого Мунго, как мисс Переговорщица вдруг протянула к ней руку и коснулась её запястья, прося задержаться. — И... скажи тому, кто тебя отправил, что мы... что Орден Феникса готов укрыть у себя Нарциссу Малфой. Мы защитим её. И будем о ней достойно заботиться.       Тинкер уставилась на мисс Переговорщицу в немом изумлении, потом медленно кивнула и, не тратя больше времени, перенеслась в Малфой-мэнор.       Ей не понравилось упоминание о госпоже Малфой. Господин Малфой не давал никаких указаний касательно её при встречах с мисс Переговорщицей. Но Тинкер подумала, что об этом нужно срочно рассказать господину. Мисс Переговорщица не выглядела враждебной, и она искренне поблагодарила Тинкер и господина Малфоя. Но упоминание о госпоже тревожило Тинкер.       Она поспешно собрала небольшой свёрток с закусками, чтобы был повод наведаться к господину Малфою, и если потребуется — продемонстрировать Пожирателям, что она выполняет поручение их генерала и своего господина.       Стоило Тинкер оказаться в местонахождении господина, как она поняла, что случилась большая беда.       Это было подземелье Малфой-мэнора, самая его древняя часть. Здесь сейчас был только один пленник, безвольно повисший на кандалах, крепко обхватывающих его запястья, дрожащий всем телом в этом стылом воздухе. Он был обнажён и облит водой с головы до ног. — Господин Малфой, — тоненько пискнула Тинкер и прижала уши к голове. Господин никогда её не бил. Но сейчас в этой камере с пленным было тяжело дышать от его ярости. — Что, Тинкер? — ледяной тон разительно отличался от легко читаемого выражения на лице господина. Он был в бешенстве. — Я принесла немного закусок. — Не сейчас, Тинкер.       Она не уходила, и тогда господину пришлось обратить на неё внимание. Она съёжилась под его взглядом, но храбро осталась стоять на месте. — Ну что ещё, Тинкер? — устало произнёс хозяин и пошёл к выходу из темницы. — Пошли. А ты! Никуда не уходи! Я с тобой ещё не закончил!       Сила, с которой господин Малфой рявкнул, испугала Тинкер ещё больше. Происходило что-то и правда чудовищное, и она не знала, как помочь, как уберечь от этого своего хозяина.       Блейз сплюнул кровь и зашёлся кашлем. Дьявол! Эти ребята здорово поднаторели в искусстве пыток! Он даже не мог надолго отключиться! А уж о том, чтобы умереть под пытками, не могло быть и речи.       Сначала побег пленных из Годриковой впадины. Потом последовали очень удачные нападения — мелочь, казалось бы: пара небольших кабаков, где Пожиратели любят оттянуться после рейда, квартиры для тайных встреч любовниц и любовников, налёт на склад провианта в пригороде Лондона. Но всегда быстро и точно. Это был сигнал о единственном возможном варианте — среди Пожирателей завёлся предатель. Лорд искал его в своих рядах неистово, но тот всё никак не попадался.       Зато попался он, Блейз. Да ещё так... по-дурацки!       Но жалел ли он?       Нет. Если ему за свой поступок предстоит сгнить в подземелье своего друга, значит, пусть будет так. — Я считаю, это достойно упоминания в истории магического мира, — сипло рассмеялся он, когда Драко вернулся после разговора со своим домовиком. — Чистокровный, принявший мученическую смерть за то, что отказался убивать грязнокровку. — Ты убивал маглов во время своих рейдов, — процедил Драко. — Я видел рапорты. Не тебе быть символом сопротивления с таким послужным списком. — Убивал, — подтвердил Блейз. Кандалы на его руках загремели, когда он попытался встать ровнее. — Я много кого убил. Старых и молодых. Женщин и детей. Маглов и грязнокровок. Но я никогда не убивал целителя за работой. Я не добивал раненых. Не преследовал тех, кто выжил после моего рейда. Здесь я чист. И если за это мне предстоит умереть, что ж... пусть так. — Сомнительный повод для гордости. — Но всё же повод, — твёрдо сказал Блейз.       Голос его не слушался, ему было паршиво как никогда: губы разбиты, зубы выдраны, глаза — спасибо, что не вытек ни один! У него не было ни единого ногтя — ни на ногах, ни на руках, тело покрывали следы от плети и ожогов. Но ничего особенно серьёзного — Лорд должен лично его прикончить самым мучительным образом. — Это была Грейнджер, — внезапно добавил Блейз, глядя своими заплывшими глазами на Драко. — Она лечила кого-то из Ордена, хрен его знает кого. И когда я подошёл, она закрыла его собой. Легла на него, понимаешь? Выставила палочку и закрыла раненого собой. Будто бы я не мог прикончить их обоих! Что я должен был делать? Убить? А ты бы смог? — Да. — Ну конечно, — хмыкнул Блейз. — А я вот не смог. Я опустил палочку, а она не атаковала меня. Она оказала помощь и аппарировала вместе с раненым. — И все это видели, сраный ты слабак! — внезапно взорвался Драко. От его вопля Блейз вздрогнул и неосознанно попытался отодвинуться подальше от своего генерала. — Ты хоть знаешь... Ты понимаешь, во что ввязался? Ещё и сейчас, когда мы ищем предателя день и ночь и все под подозрением?! И тут ты! Со своим ёбаным милосердием! Ты что? Трахал Грейнджер?! — Да если бы и так, будто это мне может хоть чем-то помочь, — огрызнулся Блейз. — Лорд меня убьёт. Всё равно итог один. Так что... избавь меня от своих нравоучений... генерал.       Последнее слово он выплюнул как грязное ругательство.       Кулак Драко вписался в его нос с удивительной точностью. Кровь хлынула в рот и залила весь подбородок. Блейз услышал, как что-то внутри него очень отчётливо хрустнуло. Красавчиком ему, конечно, перед казнью не предстать теперь. Ну и плевать. Он сплюнул кровь и ненатурально рассмеялся.       Драко подошёл к нему вплотную, вцепился в его волосы и дёрнул, вынуждая посмотреть на себя. Блейз думал, что мог бы мелодраматично напоследок плюнуть в лицо своему... другу? Ну да, другу. Всё равно ведь другу. Драко не виноват. Он сделал всё, что мог, чтобы Блейз прожил так долго. Просто... пусть всё это закончится поскорее. — Ты помнишь девиз нашего факультета? — внезапно прошептал Драко, внимательно всматриваясь в Блейза. — Что? К чему ты... — Отвечай. — Помню. Semper fidelis, — прохрипел Забини. — И что это значит, тоже помнишь? — Всегда верен. — Хорошо. Вспоминай об этом сегодня на казни, ладно?       Глаза Забини расширились. Сквозь холод, боль, страх он вдруг нашёл в себе силы разглядеть в Драко чудовищную решимость вытащить его. — Нет, — прохрипел он. — Не надо. Нет! Я тебе не позволю!       Драко отпустил его и покинул темницу. Блейз уронил голову на грудь и горько, в голос зарыдал.              Тинкер видела, как ее господин поднимался в свой кабинет, следуя из подземелий. Его шаги были шаркающими, будто у него не было сил отрывать подошвы сапог от пола при ходьбе. Он цеплялся за перила лестницы до побелевших пальцев.       Но он ни разу не пошатнулся.

***

      Блейз держал голову прямо и шёл на своих ногах; он отдёрнул руки, когда его попытались волочь. — Отвалите! — огрызнулся он и пошлёпал босыми ногами в центр Тронного зала, где Тёмный Лорд собрал сегодня всех Пожирателей и командиров союзников — здесь были Струпьяр и Фенрир Сивый.       Блейз остановился перед троном, где восседал Тёмный Лорд. Опускаться на колени перед ним уже не было нужды, так что Забини остался стоять. Ему пришлось немного расставить ноги, чтобы принять более-менее устойчивое положение; его мутило и, что уж тут скрывать, трясло от страха. — Блейз Забини, потомок подстилки грязнокровок. Я даже не расстроен. Но я... разочарован. — Тёмный Лорд сделал отвратительную гримасу, видимо, призванную продемонстрировать степень его разочарования. — Смотрите, мои верные последователи! Кровь имеет значение! Кровь этого мальчика, принятого в нашу семью, была запятнана мерзкими похождениями его матери! И вот к чему это привело! Блейз Забини — чистокровный! Которого мы сегодня вынуждены казнить как самого отвратительного грязнокровного выродка!       «Да уж, конечно, прям вынуждены казнить; да вы уже несколько дней только и ждете, как прикончите меня», — Блейз всем своим видом показывал, что жаждет конца этого фарса. — Предательство крови, — прошипел Лорд, поднявшись. — Предательство семьи.       Шаг в сторону Блейза. Тот тяжело сглотнул, не давая себе отвернуться или отступить. — Карается смертью, — сказал Лорд и поднял руку, направив палочку на Блейза. — Круцио!       «Ну конечно», — успел подумать Блейз, прежде чем его скрутило болью на отполированном полу поместья Малфой. Разумеется, простой Авадой дело не закончится: его запытают до смерти на глазах у всех этих прихлебателей новой власти. — Мой Повелитель! — раздался через две вечности пыток и агонии голос Драко в затихшей толпе зрителей. — Позволь мне лично наказать провинившегося. Ведь это я привёл его в наши ряды твоих слуг, Тёмный Лорд. Я посвятил его в Пожиратели и допустил к операциям. Я его генерал, и я, стало быть, виноват, что он предал, а я этого не предотвратил.       Волан-де-Морт опустил палочку, и крик Блейза оборвался на самой высокой ноте; раздалось хныканье и звук тела, пытающегося свернуться в позу эмбриона на полу. — Хорошо, — сказал Волан-де-Морт, и его змеиные ноздри хищно затрепетали; он даже жадно облизнул губы и отступил к своему трону, жестом показывая, что Драко может принять эстафету пыток. — Прежде всего! — Драко обвёл взглядом всех собравшихся. — Блейз Забини предал нашего Повелителя и его великую цель! А значит, он больше не достоин носить Метку.       Блейз пришёл в себя от чудовищной боли. Он раскрыл рот, но не смог кричать. Он мог только уставиться расширившимися в ужасе глазами на то, как его друг, его Драко, которого он знал всю свою жизнь, срезает с его руки кожу ножом. Обычным таким кинжалом Ферберна-Сайкса, не зачарованным, не проклятым, ни ещё каким-то особенным. Лезвие срезало кожу, словно Драко нарезал слайс бекона к завтраку: тонко, беспощадно, не дрогнувшей рукой.       Когда окровавленный кусок кожи с Тёмной меткой упал под ноги Тёмному Лорду, Струпьяра стошнило прямо на пол Тронного зала. Беллатриса рвано дышала, не в силах выдержать такое упоительное зрелище! Её племянник однажды станет великим Пожирателем. Великим вождём. Она обвела взглядом присутствующих и с неудовольствием отметила, что многие отворачиваются от происходящего в центре зала: нужно будет обязательно шепнуть имена «неженок» Тёмному Лорду.       Блейз смотрел на свою изувеченную руку. Он мог бы поклясться, что видит кость! Но, конечно, это было не так. Это было просто месиво из крови и мяса, ничего драматичного. Рана была узкой и длинной. Выглядела чудовищно, конечно, но кровила мало.       Ладно. Ладно. Ты сказал: всегда верен. Я тоже. Тебе верен. Не им. Не ему. Тебе.       Блейз глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Он попытался расслабить всё своё тело и разум. Он не знал, что Драко придумал, но в одном был уверен — это будет больно. — Сектумсепра! — раздалось в зале, и в Блейза ударило проклятие, словно тысячи острых лезвий.       Он снова взвыл и попытался сжаться, но не смог. Всё его тело словно полосовали кинжалы, одним из которых только что живьём содрали с него кожу! — Довольно! — вскричал кто-то из присутствующих. — Драко! Хватит! Пожалуйста, хватит!       «Дурашка Нотт, ну что ты делаешь? Куда ты лезешь?» — подумал Блейз и попытался потерять сознание, но что-то ему мешало. Он пытался отключиться от болевого шока, но его всё не было. Какая досада...       Бегущего к нему Тео сбило с ног проклятие Беллатрисы, и дальнейшая казнь потонула в хаосе воплей и приказов.       Тинкер ждала в назначенном месте в глубине подземелья, вся трясясь от страха, но мужественно не покидая свой пост. — Тинкер, — шёпот хозяина тут же привлёк её внимание. — Я тут, господин. — Отведи его в место, где встречаешься с мисс Переговорщицей. Она придёт, когда получит сигнал. Заставь её забрать Забини, ясно? — Я всё сделаю, — кивнула Тинкер.       Она видела, как хозяин влепил пощёчину тому, кого принёс к Тинкер. — Не вздумай подохнуть, Забини. Я тебе запрещаю! Слышишь?! Запрещаю! Это приказ! Пусть дадут тебе бадьян, у них есть. Я уже наложил контрзаклинание. Ты выживешь, ясно тебе? — Так точно, генерал.       Тинкер переместилась со своим подопечным в уже знакомое место для переговоров. Она ранее уже подробно рассказала господину Малфою, как прошла её встреча с мисс Переговорщицей, в том числе что та наложила чары охраны и тревоги. Так что теперь оставалось только ждать...       Мисс Переговорщица появилась через семь минут — видимо, была занята и не могла раньше вырваться. Зато, увидев Тинкер и её компаньона, тут же принялась за дело. — Что за проклятие? Тинкер, ты... — она замерла, разглядев раны. — Я поняла. Это снова она... Сектумсепра. О, Годрик! Забини! Ты меня слышишь? — А? — тот был в полной прострации, но жив.       Гермиона продиагностировала его, дала обезболивающее, перевязала и подготовила к аппарации. — Тинкер не приведёт Нарциссу Малфой, но вы должны позаботиться об это раненном. Вы поняли, мисс Переговорщица? — Да, поняла. Спасибо, Тинкер. Увидимся ещё раз завтра в это же время, хорошо? Я должна идти.       Гермиона наплевала на все возможные статусы секретности и предосторожность. Счёт шёл на секунды, так что она аппарировала прямо с пятого этажа больницы Святого Мунго в одно из убежищ, где, как она знала, ещё оставался бадьян. Блейза нельзя приводить в лечебницу Ордена, но и тут его не оставишь! Ему нужен бадьян и уход. Контрзаклинание ему наложили — в таком состоянии очевидно, что Забини не мог позаботиться о себе сам. Остальные вопросы можно будет обдумать позже, и позже можно будет поговорить с Тинкер. Сейчас Грейнджер спасала жизнь.       Тинкер немного задержалась, сторожа местность после того, как мисс Переговорщица ушла, затем поспешила к своему господину доложить, что задание выполнено успешно.