Глава 14: Элита

Это был полдень 3 января. Гарри и Айрис сидели на своем обычном месте в их гостиной, когда вошел поток студентов Слизерина. Очевидно, те, кто уезжал домой на праздники, вернулись. Три девушки поспешно направились к ним, когда их взгляды встретились с его взглядом. Широкие ухмылки появились на их лицах, когда Гарри встал со своего места. — Гарри! — воскликнула Астория, притянув его для крепкого объятия. Гарри усмехнулся, отвечая на объятие. — Я так понимаю, тебе понравился мой подарок, — он ухмыльнулся, сжав ее плечи. Она бросила на него недоверчивый взгляд. Она схватила изумрудный драгоценный камень, висящий у нее на груди под рубашкой, вытащила его и с благоговением погладила. — Понравился? Ты глупый? Я от него просто в восторге! Он нереально красивый! — выпалила она на одном дыхании и снова бросилась к нему с объятиями. Через несколько секунд Дафна отстранила взволнованную Асторию от Гарри и мягко подтолкнула ее к Айрис, которая ухмылялась и ждала своего воссоединения. Астория покраснела из-за того, что забыла про Айрис, и направилась к ней. — Гарри! — Даф! — она улыбнулась и притянула его для крепкого объятия. Гарри улыбнулся, он уткнулся головой в ее плечо, нежно сжимая ее талию. Дафна подарила ему короткий поцелуй в губы и отошла в сторону, чтобы позволить Трейси обнять его. Трейси обняла его и запечатлела поцелуй на его щеке, прежде чем отстраниться. Гарри улыбнулся ей и сжал ее плечи. — Как ты? — спросил он. — Я отлично. Кстати, мне очень понравился подарок. Надеюсь, тебе понравилось то, что прислала я, — сказала она, глядя на него своими теплыми карими глазами. — Что ты прислала? — вмешалась Астория, которая закончила воссоединение с Айрис. — Пойдемте, зайдем в мою комнату и там поговорим. Гостиная заполняется, — заговорил Гарри, беря Трейси и Дафну за руки и ведя их в свою комнату, в то время как Айрис и Астория следовали за ними. Пятеро сели на его кровать. Дафна, Гарри и Трейси на одной стороне, Айрис и Астория на другой стороне, лицом друг к другу. — Так, давайте обсудим, кто что подарил и получил на Рождество, я начну первой, — восторженно объявила Астория, сгорая от любопытства разузнать о подарках остальных. — Я отправила Трейси прелестную мантию, Дафне дала книгу по продвинутым проклятиям, а Гарри досталась крутейшая зеленая куртка из драконьей кожи. Для Айрис я выбрала пособие по Трансфигурации. Сама же я получила горы сладостей от Трейси и Дафны — они обе знают, как сильно я люблю сладкое. Айрис подарила мне кобуру для палочки, и это, кстати, просто потрясающий подарок: последние два дня я только и делала, что тренировалась быстро её выхватывать, выглядит чертовски круто! — Айрис густо покраснела, принимая благодарность за подарки, хотя на самом деле это Гарри отправил их от её имени. — И наконец, Гарри подарил мне это великолепное изумрудное ожерелье. Я уже говорила, что сам камень обвит блестящей змейкой из черного металла? Настоящий слизеринский стиль! Ну не красота ли! — Мы поняли, поняли. Гарри подарил тебе самый лучший подарок. А теперь вытри слюни, — шутливо подколола её Дафна. Гарри поспешил вмешаться, прежде чем Астория и Дафна успели ввязаться в спор. — Давайте не будем тратить слишком много времени на обсуждение подарков. Я подведу итог: Дафна и Трейси подарили мне несколько отличных книг, а я вручил им серебряные серьги, которые на них сейчас надеты. Астории и Айрис я подарил защитные ожерелья Уроборос — полагаю, им обеим оно понравилось. Также Айрис получила от меня «Нимбус-2001». Сама Айрис разослала всем кобуры для палочек, а от Дафны и Трейси получила шоколад. Вот и всё. Девочкам потребовалось целых пятнадцать минут, чтобы наконец удовлетворить своё любопытство: они досконально изучили серьги на Дафне и Трейси, засыпали Айрис вопросами о «Нимбусе-2001» и вдоволь повертели в руках свои новые кобуры для палочек. Внезапно Астория в шутку выпалила: — Гарри! Надеюсь, ты не гарем себе собираешь, раздаривая нам эти ожерелья «Уроборос»? Выглядит так, будто ты создаёшь закрытый клуб, помечая нас одинаковыми украшениями. Словно ты заявляешь на нас свои права! — Хм, ну, ты права. Меня поймали с поличным. Действительно, я создаю гарем. Ожерелье — это знак моего притязания. Добро пожаловать в мой гарем, дорогая Астория. Но если ты не хочешь быть в гареме, тогда ты должна вернуть мне ожерелье. Выбирай сейчас, хочешь ты быть в гареме или нет? — он озорно ухмыльнулся. Дафна щелкнула его пальцем по мочке уха и сказала. — Если ты забыл, Айрис тоже носит такое же ожерелье. Так что это определенно не гарем и не твой знак притязания. — Упс! — он рассмеялся, а за ним и остальные. Дафна знала, что у Айрис были тайные отношения с Гарри, но Астория этого не знала. И она думала, что Астория еще не готова узнать этот секрет. Они еще поговорили о своих каникулах и затем отправились в Большой зал на ужин.

***

Гарри отступил вправо, когда в воздухе пролетело красное заклинание. Айрис обильно потела, последние 20 минут она пыталась попасть в него оглушающим заклятием. Пот капал с ее бровей, когда она снова выпустила два быстрых оглушающих заклятия по обе стороны от него, стараясь зажать его в "клещи", а затем выпустила быстрое заклинание в середину, чтобы закончить дуэль. Улыбка все еще была видна на его лице, когда он повернулся боком, две струи красного света пролетели мимо него с обеих сторон, а затем он быстро прыгнул влево, уклоняясь от ее третьего заклинания. Айрис застонала. Она использовала каждый угол и каждую уловку, чтобы победить его, но казалось невозможным даже попасть в него заклинанием. Он двигался так грациозно. Каждое ее заклинание проходило мимо его тела, всего в дюймах от него, словно дразня ее. Так близко и в то же время так далеко. И его чертова улыбка все еще была невозмутимой, даже двадцать пять минут спустя. Она тяжело дышала, ее палочка была направлена в его сторону. Ее рука дрожала от истощения. Айрис не питала иллюзий: она понимала, что дуэль закончилась бы в миг, выстрели Гарри хоть раз в ответ. Но он только уклонялся. Его палочка всё еще покоилась в кобуре. Она продолжала пускать в него заклинания. И он каждый раз уходил с траектории полета заклятия. Внезапно он оказался прямо перед ней. «Когда он подобрался так близко? О!» — она поняла, что он не просто случайно уклонялся от ее атак, он медленно двигался к ней. Но осознание пришло слишком поздно. Она была готова. Его рука сомкнулась на запястье ее руки с палочкой. Его хватка усилилась, и палочка выпала из ее рук, приземлившись в его другую руку. Она устало вздохнула и положила голову ему на грудь. Он усмехнулся, поглаживая ее по волосам. — Ты молодец, — похвалил он, ведя ее туда, где на диване сидели Астория, Дафна и Трейси, наблюдая за поединком. Она хотела возразить, что не смогла попасть в него даже одним заклинанием, но у нее не осталось сил даже на это. Он усадил ее рядом с собой на другой диван, который комната наколдовала для них, лицом к трем остальным девушкам. Айрис села рядом с ним и вяло положила голову ему на колени, глядя в потолок. Она посмотрела в его зеленые глаза. — Разбуди меня, когда нам нужно будет возвращаться. Я вздремну, — пробормотала она и закрыла глаза. Она почувствовала, как его руки перебирают ее волосы. Это было приятно, ее губы изогнулись в довольной улыбке, и Айрис перенеслась в мир грез. — Как думаешь, она в порядке? Она без остановки пускала заклинания тридцать минут, а ей всего 11, — спросила Астория, и ее голос был полон беспокойства за подругу. — Она сильно вымоталась. Её магические резервы почти на нуле, но в долгосрочной перспективе это пойдет ей на пользу: поможет развить выносливость и повысит шансы в затяжных, изнурительных дуэлях, — рассеянно пояснил он, пропуская сквозь пальцы её шелковистые рыжие волосы. Астория и остальные кивнули. Она также вызвалась на эту тренировку, где попытается победить Гарри в матче с форой, в котором он будет только уворачиваться от их заклинаний. Дафна и Трейси уже сразились друг с другом. Дафна, очевидно, победила, но Трейси стала лучше с прошлого раза. Она продержалась против нее дольше. — Давай, Астория, твоя очередь, — сказал он, осторожно укладывая голову Айрис на диван и поднимаясь на ноги. Он не удержался — наклонился и запечатлел поцелуй на её лбу. — Она вертит тобой как хочет, — заметила Астория, весело покачивая головой. Гарри лишь усмехнулся и отошёл на другую сторону, занимая боевую позицию. — Само собой. Не представляю, как я должен противостоять её очарованию и миловидности. И я не виноват, что тебе не удалось провернуть то же самое с Дафной. Хотя ума не приложу, как такое возможно — ты ведь тоже само очарование. Чего же тогда не хватает? — рассмеялся он, утирая испарину со лба. Тренировка с Айрис всё же немного его вымотала. — Если ты забыл, Дафна практически продала себя, чтобы найти лекарство для меня. Я считаю неправдой то, что мне не удалось обвить ее вокруг мизинца. Мы просто не целуем друг друга при каждой возможности, — забавно ответила она. Дафна, которая сидела на диване, наблюдая за этим зрелищем и слушая их сердечную перепалку, покраснела. Она действительно пыталась продать себя Малфою в обмен на лекарство от проклятия крови Астории. Она сделала бы это снова, если бы возникла необходимость. Это был ее долг — защищать младшую сестру. Она вспомнила те старые воспоминания, когда милая маленькая Астория всегда следовала за ней, называла ее «Даффи» и плакала всякий раз, когда «Даффи» не было рядом или она ее игнорировала. Это вызвало ностальгическую улыбку на ее лице. «Старые добрые времена», — тоскливо вздохнула она. — Хм. Верно, — Гарри улыбнулся, стоя на небольшом расстоянии от нее. Астория дернула запястьем, и ее палочка прыгнула ей в руку. Обстрел заклинаниями внезапно начался без предисловий. Гарри радостно рассмеялся, уворачиваясь и лавируя между заклятиями. У Гарри было магическое зрение. Зрение, которое позволяло ему видеть магию. Он также мог чувствовать магию, что помогало ему уклоняться от заклинаний. Как только заклинание вылетало из палочки, Гарри мог визуализировать траекторию и скорость заклятия. Он также был рад, что это магическое зрение никак не связано с его Деусом. Судя по всему, он родился с магическим зрением. Он наклонил голову, когда заклинание пролетело там, где мгновение назад была его голова. На лице Астории застыла ухмылка, пока она готовилась засыпать его оглушающими заклятиями. Гарри ухмыльнулся в ответ на вызов. «Будет забавно стереть эту ухмылку с ее милого личика». 15 минут спустя Астория стояла на коленях. Ее вдохи и выдохи были отчетливо слышны. Пот капал с ее лица. Ее черные волосы были влажными. Ее палочка была в руке Гарри, который стоял перед ней. Он протянул ей руку. Она сжала его ладонь, и он поднял ее на ноги. — У тебя хорошая выносливость. К концу первого года ты сможешь продолжать выпускать заклинания без остановки более тридцати минут, — подбодрил он ее, обняв за плечо и ведя обратно к ее месту. Гарри снова сел на диван, где дремала Айрис. — До отбоя ещё целый час, но все выглядят вымотанными. Давайте сегодня пораньше вернёмся в спальни, — предложил он Он разбудил Айрис, и они вернулись в свои комнаты в общежитии. Айрис прокралась в комнату Гарри через тридцать минут. Гарри уже лежал в постели в ночной одежде. Теплое одеяло укрывало нижнюю часть его тела, так как наконец пришла зима. Она залезла под одеяло и подарила ему короткий поцелуй в губы. — Спокойной ночи, старший брат, — мягко сказала она, и ее глаза уже закрывались. Она прижалась к его груди и обвила его рукой свою верхнюю часть туловища. Гарри улыбнулся, прижимая к себе уставшую Айрис. Гарри был действительно впечатлен ею. Даже у Дафны в прошлом году не было такой выносливости. Айрис превзошла всех в этом плане. В будущем она станет могущественной ведьмой. Он поцеловал ее в затылок и пробормотал «спокойной ночи», но Айрис уже крепко спала.

***

Январь и февраль пролетели незаметно. Наступил март. Гарри и девушки делали успехи как в дуэльных тренировках, так и в учебе. Дафна по-прежнему оставалась лучшей среди подруг — её мастерство росло не по дням, а по часам. У Айрис была огромная сырая мощь, но ей всё ещё не хватало техники. Гарри невольно улыбался при мысли о том, какой силой она будет обладать, когда научится ею управлять. Астория тоже была хороша в бою: не настолько, как Дафна, но определенно лучше Трейси. Жасмин и Гермиона тоже начали проводить время с ним в библиотеке, и Гарри был совсем не против. Дафна же в библиотеку — ни ногой. Впрочем, на её оценках это никак не сказывалось, так как Гарри подтягивал её по всем предметам прямо перед экзаменами. Трейси тоже была не в восторге от читальных залов; она вечно твердила, что ей и так по горло хватает домашки, чтобы тратить ещё больше времени на книги. Для Гарри это не было проблемой — он всегда мог просто передать им те знания, которые сам почерпнул из фолиантов. Астория и Айрис тем временем стали проводить больше времени друг с другом. Айрис всерьёз увлеклась полётами, а Астория оказалась заядлой фанаткой квиддича. Они вдвоём тренировались на поле, когда там никого не было. «Надо купить Астории метлу на день рождения», — отметил про себя Гарри, вспомнив её реакцию на «Нимбус» Айрис. Сама Айрис наверняка и дальше хвостом ходила бы за ним в библиотеку, если бы он не отругал ее за это. Он велел ей больше практиковаться в полётах и проводить время с Асторией, и та, хоть и надув губы, подчинилась. Гарри понимал: ему срочно нужно вырабатывать иммунитет против её «надутых губок» и «взгляда оленёнка». Именно поэтому Гарри наконец-то мог позволить себе провести время в компании таких же книжных червей, как и он сам. Теперь он с уверенностью мог назвать этих двоих своими друзьями. Жасмин всегда ему нравилась — каким-то странным образом он считал её своим самым первым другом. Гермиона тоже со временем начала ему симпатизировать. Порой она бывала чересчур властной или высокомерной, когда дело касалось учёбы, — она искренне верила, что ей нет равных в знании книг. Гарри быстро развеял эту иллюзию. Он всегда обожал читать, но раньше у него просто не было возможности посвящать себя этому хобби. Теперь же, окружённый тысячами томов, он получил долгожданную свободу и мог вовсю предаваться своей страсти. Если Гарри не было с девчонками или в Выручай-комнате, его неизменно можно было найти здесь. В данный момент он был полностью поглощён изучением древних рун. Гермиона и Жасмин вошли в библиотеку, нашли несколько книг и, вернувшись, сели напротив него. — Что ты читаешь? — прошептала Гермиона, наклоняясь вперед, чтобы взглянуть на книгу. Жасмин тоже смотрела на него, ее пальцы рассеянно перелистывали страницу ее собственной книги. — Просто введение в руны. Я планирую взять этот предмет в следующем году, — ответил Гарри, не отрываясь от книги. Гермиона кивнула в ответ, но больше ничего не сказала, стараясь больше не отвлекать его от чтения. Следующие несколько часов они провели в тишине, читая свои книги.

***

В кабинете директора шло собрание персонала. Присутствовали все профессора и Директор. — Давайте начнем сегодняшнее собрание. По поводу Тайной комнаты. Мне хочется верить, что «Тайная комната» была всего лишь чьей-то шуткой. Больше не было никаких инцидентов, которые могли бы доказать, что Тайная комната реальна или открыта, — начала обсуждение профессор Макгонагалл. Остальные профессора согласно закивали. Директор не был полностью уверен в этом утверждении. Он знал, что Тайная комната существует, но не был уверен, открыта она или нет. Это было весьма тревожно. В прошлый раз, когда она была открыта, погибла Миртл, и он не хотел расслабляться и увидеть еще одну смерть. — Это разочаровывает. Я бы наверняка разгадал эту тайну, — напыщенно произнес Локхарт. Остальные, как обычно, проигнорировали его. — Кто из первокурсников проявил себя как новый блестящий ученик? — спросил Дамблдор, чтобы сменить тему разговора. При этом профессор Макгонагалл оживилась. На первых занятиях по Трансфигурации она была крепким середнячком, но, судя по всему, приложила колоссальные усилия, так как со временем её прогресс стал просто поразительным. Сейчас она одна из лучших учениц первого курса. Помимо неё, Астория Гринграсс со Слизерина — прирождённый талант в этом предмете, и она тоже не пасует перед тяжёлой работой, — похвалила она девочек. Директор добродушно улыбнулся. Он был рад, что Айрис нравится пребывание в Хогвартсе. Он искренне желал, чтобы ей больше не пришлось познать печали в будущем. — Да, да. Айрис и Астория — лучшие на своем курсе. Я думаю, за этим стоит Гарри Поттер, — сказал профессор Флитвик. — Это правда. Его друзья — лучшие ученики. Дафна Гринграсс, Трейси Дэвис, Астория Гринграсс, Айрис Поттер. Все они — гении. Похоже, он делает своих друзей элитой в каждом предмете, — прокомментировала профессор Макгонагалл. — Да. Они затмевают других студентов. Трудно найти студента, который был бы лучшим в каждом предмете, но они таковыми являются. Например, Невилл Лонгботтом — вундеркинд в Гербологии, но у него нет шанса проявить себя, так как Гарри, Дафна и Трейси находятся на том же уровне, что и он. Я не знаю, хорошо это или плохо, — нахмурилась профессор Спраут. На мгновение воцарилась тишина, пока все обдумывали это. — Мы ничего не можем с этим поделать. Остальным придется работать усерднее, чтобы не отставать от его группы. Если группа Гарри идет вперед, мы можем только поощрять их и смотреть на будущий результат, — сказал Директор, сложив пальцы домиком. — Как у них успехи в зельях, Северус? — Они не похожи на остальных болванов, — признался он. Его губы изогнулись в презрении. — Есть ли у Гарри еще друзья? — спросил Директор. Профессор Макгонагалл покачала головой. — Нет, он не затворник, но держится своих нынешних друзей. Он в хороших отношениях со многими другими студентами, такими как Жасмин Зинан, Гермиона Грейнджер, Лили Мун, Рон Уизли, Сьюзен Боунс, Ханна Аббот, Пенелопа Клируотер, близнецы Уизли, Невилл Лонгботтом, но я не думаю, что он считает их своими друзьями. Или, по крайней мере, не близкими друзьями. Снейп насмешливо смотрел на остальных. Разве это не собрание персонала? Почему разговор внезапно зашел о друзьях или знакомых Гарри Поттера? Он покачал головой. Глупая школа, глупые профессора, глупые студенты.

***

Профессор Локхарт был в скверном расположении духа. На лице его, как обычно, сияла улыбка, но внутри всё кипело от ярости. Гарри Поттер и его дружки ни в грош его не ставили. Его! Гилдероя Локхарта. Он жаждал наказать их. Жаждал причинить им боль. Но случая всё не представлялось. Месяцами он лез из кожи вон, пытаясь втереться в доверие к Поттеру, но тот раз за разом холодно отшивал его — так, словно Локхарт был каким-то назойливым фанатом, который его донимает. Какое неуважение! Он за это ещё поплатится. Мало того, Поттер постоянно подкалывал его на уроках, выставляя его на посмешище перед всем классом. Раньше девчонки и некоторые парни буквально визжали от восторга при виде него, а теперь они с предвкушением ждали лишь одного: как именно Гарри Поттер унизит его сегодня. По его самолюбию был нанесён сокрушительный удар. Поттер отобрал у него поклонников и славу в Хогвартсе — самое дорогое, что у него было. Что ж, Локхарт отнимет у Гарри то, что дороже всего ему самому. Или того, кто важнее всех. Каково ему будет потерять её? Ту, которую он только что обрел? Единственную сестру, которую он вернул спустя столько лет разлуки. Каково ему будет, если она напрочь забудет о его существовании? Не узнает его? Что он почувствует, если память его драгоценной сестрёнки будет стерта и заменена фальшивкой? Если она внезапно начнёт его ненавидеть? Локхарт расплылся в улыбке: в его голове начал обретать форму коварный план.

***

Гарри был с Жасмин и Гермионой в библиотеке. Дафна и Трейси были в Выручай-комнате, сражаясь друг с другом на дуэли. Айрис и Астория направлялись к полю для Квиддича, Айрис держала в руке свой Нимбус 2001. Они обе оживленно болтали друг с другом, обсуждая крутые приемы. Они действительно обожали летать. Айрис также подумывала о том, чтобы попытаться попасть в команду в следующем году. Она счастливо ухмыльнулась, представляя, как будет горд Гарри, если ее отберут в команду. — Как думаешь, я смогу попасть в команду в следующем году? — спросила она мнение Астории. Астория задумчиво хмыкнула. — Вероятно. Ты отличный летун. Я думаю, ты можешь претендовать на позицию ловца или охотника. Но я считаю, тебе стоит решить, какая позиция тебе больше нравится, и затем практиковаться на ней остаток летних каникул, — посоветовала Астория. Айрис разочарованно вздохнула. — Где же я буду практиковаться? Астория хихикнула и обняла ее за плечо. — Не волнуйся. У моего дома большой задний двор, — сказала Астория, на секунду остановилась и продолжила: — Очень-очень-очень большой задний двор. Ты можешь приехать ко мне домой для практики. Не думаю, что мои родители будут против. Не думаю, что Гарри будет против, я предсказываю, что он присоединится к тебе у меня дома. — Почему? — спросила Айрис. — Ради Дафны, конечно. Они будут заниматься своими поцелуями и ощупываниями, — она сморщила нос при этом, — а мы будем заниматься нашей практикой квиддича. Айрис рассмеялась над ее предсказанием. Ей не нравилась мысль о том, что Гарри делает подобные вещи с другими девушками, но она не собиралась жаловаться, если он продолжит любить ее так, как любил. Она надулась, вспомнив его совет проводить время, тренируясь летать с Асторией. Дело было не в том, что ей не нравилась Астория или полеты. Дело было в том, что ей нравится проводить время с Гарри больше, чем летать или быть с Асторией. — Мисс Поттер, — серьезный голос вернул ее в реальный мир. Профессор Локхарт стоял перед ними, скрестив руки за спиной. У него было мрачное выражение лица, которое так не вязалось с его обликом. Она не могла припомнить, чтобы видела его без широкой улыбки весь этот год. — Да, сэр? — спросила она, с опаской ожидая ответа. — Мне нужно поговорить о ваших занятиях по Защите от Темных Искусств. Боюсь, вы провалитесь в этом году, — сказал он. Она посмотрела на него как на дурака. Она знала, что она лучшая на своем курсе. В какую чертову игру он играл. — Это неправда, профессор. Я верю, что отлично справляюсь с предметом, — уверенно сказала она. — Мой брат лично обучает меня. Не думаю, что смогу провалиться, даже если пойду на экзамен прямо сейчас. — Тогда пройдемте в мой кабинет и продемонстрируйте мне. Я бы хотел увидеть, чему вы научились в этом году. Идемте сейчас. Полагаю, 15 минут не будут иметь для вас большого значения, — сказал он и зашагал к своему кабинету. Она передала метлу Астории, которая выглядела встревоженной. — Я пойду с тобой, — сказала она Айрис. — Нет. Иди тренируйся на метле. Я буду на поле через 15 минут. — Айрис кивнула ей и поспешила за профессором. Астория вздохнула и направилась к полю для Квиддича. Что-то плохое должно было случиться, она была в этом уверена.

***

Профессор Локхарт сел за свой стол и жестом предложил ей сесть напротив него. Айрис так и сделала, и внезапно ее руки и туловище прилипли к стулу. Толстая веревка привязала ее к месту. Она ахнула от удивления и страха. Она со страхом посмотрела на профессора. Он радостно улыбался. — Что это значит, профессор?! — выкрикнула она, изо всех сил стараясь скрыть охвативший её страх. Локхарт посмотрел на неё с напускным сочувствием. — Мне жаль, Айрис. У меня нет к тебе претензий, но Гарри — совсем другое дело. Ты была вежливой и внимательной в моем классе, даже если тебе это не нравилось, в то время как твой брат не упускал случая оскорбить меня. Это моя месть. Это расплата, — сказал он, поглаживая свою палочку. — Что вы собираетесь со мной делать? Я должна предупредить вас: если вы планируете причинить мне вред, Гарри причинит боль вам. Это ваш последний шанс освободить меня, — решительно сказала она. Ее первоначальный страх исчез, когда она вспомнила о прекрасном ожерелье-уроборосе под рубашкой. Она могла бы призвать его прямо здесь и сейчас, но не хотела, чтобы Гарри калечил кого-то из-за нее. Она знала, что Гарри доведет это до крайности. Она даст профессору последний шанс. У него все еще была возможность свернуть с его саморазрушительного пути. — Я удалю твою память о брате и внедрю фальшивые воспоминания, в которых он издевается над тобой, пытает тебя, чтобы ты возненавидела его. Идеальная месть, если можно так выразиться, — он усмехнулся. Глаза Айрис расширились, когда она это услышала. Она не могла в это поверить. Она никогда не возненавидит его. Никогда. «Успокойся, малявка. Я здесь. Не бойся», — спокойно произнес Гарри в ее сознании. Она вздохнула с облегчением. Гарри где-то здесь прятался. — С другой стороны, а что если я оскверню тебя? Будет ли это достаточно болезненно для Гарри? Стоит ли мне взять тебя силой на этом столе? — сказал он, приподняв бровь, в его выражении лица не было ни злобы, ни похоти. Казалось, месть Гарри была его величайшей целью, и он пойдет на все ради нее, совершит любое зло. Айрис почувствовала, как отвращение вцепилось ей в живот. На ладонях выступил пот. Внезапно она увидела, как Гарри появился за стулом профессора. Его палец был на губах — четкий сигнал сохранять спокойствие и молчать. У нее даже не было времени испугаться, так как он явился ради нее. Слабая улыбка скользнула по ее лицу, что не осталось незамеченным Локхартом. — Хм, судя по твоей улыбке, ты к этому готова. Для меня это тоже будет в новинку. Видишь ли, мне никогда не приходилось прибегать к магии ради секса. С таким красавчиком, как я, женщины сами вешались мне на шею — и в юности, и после того, как я стал кумиром магического мира. У меня было достаточно побед на любовном фронте, так что нарушать закон ради этого не требовалось. Но сегодня всё изменится. Сегодня я получу удовольствие иным способом. И хотя забавляться с одиннадцатилетней девочкой мне несколько не по себе, я обязан совершить свою месть. Ты ведь понимаешь меня, не так ли? — задумчиво произнес он, поднимаясь из-за стола. Но в это мгновение Гарри щелкнул пальцами, и Локхарт рухнул обратно в кресло, потеряв способность двигаться. Он попытался закричать, но голос пропал — на него наложили Силенцио. Гарри обошел стол и встал рядом с Айрис. Веревки мгновенно исчезли, и она тут же крепко прижалась к нему. Ей было страшно, по-настоящему страшно, пусть и недолго. Страшно забыть его, забыть его добрую улыбку, его теплые объятия и ту чудесную жизнь, которую он ей подарил. Он поцеловал её в макушку и мягко отстранил от себя. — Я отправлю тебя в твою комнату. Хорошо? — спросил он. Она кивнула и глубоко поцеловала его в губы. Он ответил на поцелуй, его губы успокаивали ее, обнадеживали. Его руки обвились вокруг ее талии, пытаясь слить ее тело со своим. Глаза Локхарта расширились при виде того, как 11-летняя девочка целует своего старшего брата. Айрис теперь было все равно. Она была убеждена, что Локхарт не выйдет из этой комнаты. Она хотела помешать Гарри сделать что-то жестокое, но знала, что если остановит его сейчас, он разозлится на нее. Она уже совершила ошибку, не призвав его немедленно. Она не знала, как он здесь оказался. Она знала, что он будет сердиться на нее за то, что она не позвала его. Ей не хотелось злить его еще больше. Она чувствовала его напряжение. Его гнев, ожидающий выхода. — Хорошо, — коротко сказала она. Он кивнул в ответ. Ее тело распалось в золотистом тумане, и она была благополучно телепортирована в свою комнату. Гарри повернулся к Локхарту, который что-то кричал, но из его горла не вылетало ни шепота. Гарри весело улыбнулся ему. Никто, видя эту улыбку, не смог бы предсказать, что Гарри собирается делать дальше. Это была улыбка восторженного ребенка, который наконец получил игрушку, от которой родители пытались его уберечь. — Я действительно старался не убивать тебя весь год, как советовали мои лучшие друзья. Я ждал шанса, ошибки с твоей стороны, которая удовлетворила бы те немногие моральные принципы, что во мне остались, и убедила бы моих лучших друзей в том, что ты представляешь угрозу. Видишь ли, «маленький Гарри» в моей голове не любит причинять боль тому, кто не причинил ее мне раньше, но видя, что ты только что пытался навредить Айрис, «маленький Гарри» кричит мне, чтобы я устроил тебе очень болезненную смерть. А я всегда стараюсь следовать за своим «маленьким Гарри». Смерть для тебя сегодня неизбежна. Я не буду лгать и говорить, что пытки над тобой не доставляют мне огромного удовольствия, что я просто выполняю свой долг — это было бы ложью. Я буду рад услышать твои крики. На самом деле, ты будешь первым за последние два года, кого я буду пытать. Кричи для меня, — радостно сказал Гарри, с невинным счастливым выражением лица, что только делало его еще страшнее для Локхарта. Гарри подошел к нему пружинистой походкой. — Пощады! Пожалуйста, прости меня. Я больше никогда так не поступлю! — пытался выговорить Локхарт, но его губы лишь беззвучно шевелились. Впрочем, Гарри и так всё понял. — Пощада и прощение? Пфф. Я приберегаю это только для своих друзей. Для врагов есть только две вещи. Боль и смерть, — Гарри маниакально ухмыльнулся, взмахнув рукой. Стул, на котором был заперт Локхарт, завис в воздухе. Локхарт кричал, но по-прежнему не издавал ни звука. Красный туман окружил его, и следующие пять минут он провел, беззвучно крича от боли. Он был в прострации. Он видел только красный цвет и чувствовал только боль. Он обмяк в кресле. Его тело подергивалось. Его глаза были широко открыты. Рот был распахнут, а язык вывалился наружу. Гарри наслаждался этими пятью минутами. Прошло почти два года с тех пор, как он в последний раз использовал красный туман. Его использование всегда заставляло его чувствовать себя лучше. Но он все еще не был полностью удовлетворен. — Скажите, профессор? Разве вы не планировали изнасиловать мою драгоценную сестру на этом столе? Хм, интересно, как бы вы это сделали, если бы у вас не было необходимого инструмента? — Он по-доброму улыбнулся. Он снова взмахнул рукой, и профессор оказался на столе. Он не реагировал. Его разум был на грани разрушения. Его одежда исчезла, пока он лежал на столе на спине голым. — Это отвратительно. Я даже не знаю, зачем я пытался увидеть «банан» другого мужчины. Это будет последний раз, когда я вижу чей-либо член, кроме своего, — сказал он, издав рвотный звук и отвернув голову. Локхарт просто молчал и не реагировал. Его невидящие глаза уставились в потолок, но не видели его. Гарри щелкнул пальцами, и секунду спустя от Локхарта наконец последовала реакция. Комнату наполнил вопль. Его яички и пенис были грубо удалены. Кровь хлестала между ног. Багровая жидкость текла по столу из красного дерева. Локхарт плакал и кричал. Он пытался остановить стремительный поток крови, зажав рану рукой, но это лишь усилило его боль. Он взвыл от страданий, глядя на Гарри и прося о помощи. Гарри тем временем просто любовался вытекающей из него кровью. Его глаза затуманились, словно он был в трансе. Наконец он взглянул на жалкие спазмы тела Локхарта. — Ты хочешь, чтобы я убил тебя? Прекратил твою жалкую жизнь? Остановил боль? — сочувственно спросил Гарри. Локхарт кивнул. Его глаза превратились в лужи слез, изо рта висели слюни. — Нет. Ты умрешь мучительно и медленно, — весело сказал Гарри, снова щелкнув пальцами. Из него вырвался золотистый туман и завис над телом Локхарта. — Нет, я не убью тебя... пока что. Этот туман позаботится о твоем теле, об этой луже крови после твоей смерти, а заодно и обо всем твоем имуществе. Прощай. Передавай от меня привет леди Смерть, — он садистски ухмыльнулся и вышел за дверь. Из ниоткуда возник листок бумаги и опустился на другой стол. В письме говорилось, что Локхарт покидает Хогвартс. Что ему наскучило учить студентов. Что он отправляется в очередное приключение ради своей новой книги. Профессор Локхарт умирал мучительно и медленно: целый час он истекал кровью, не в силах отвести взгляда от золотого тумана, зависшего над ним. Когда его покинул последний вздох, туман поглотил и тело, и кровь, не оставив после себя ровным счётом ничего. Часть марева отделилась от основного облака и, подобно стае пираний, сожрала все вещи Локхарта. Выполнив свою задачу, туман вернулся в тело Гарри. В кабинете воцарились тишина и безупречная чистота. Никто и никогда не смог бы догадаться, что всего час назад здесь до смерти запытали человека.