Глава 37: Я хочу большего

Флёр была крайне удивлена, когда слева от нее внезапно возникла огромная волна. Она испуганно ахнула, понимая, что уже слишком поздно: волна вот-вот настигнет её и поглотит. Когда вода накрыла её, Флёр зажмурилась, надеясь, что всё скоро закончится. Но вместо того чтобы увлечь её за собой, поток прошел сквозь неё, будто её там и вовсе не было. Она завороженно посмотрела на себя: кожа излучала золотистое сияние, и Флёр мгновенно осознала, что Гарри был и создателем этой смертоносной волны, и её спасителем. Её глаза расширились от изумления, когда всего в нескольких футах слева она увидела широкую сухую тропу, змеившуюся по дну Черного озера. Она прикусила губу, борясь с искушением выбраться из воды и воспользоваться этим путем. Но затем она тряхнула головой и поплыла дальше. Она не станет зависеть от Гарри с самого начала. Сперва она приложит все силы, чтобы завершить задание самостоятельно, а не полагаться на него. В сотнях футов впереди Виктора Крама и Седрика Диггори гигантская волна также не затронула. В конце концов, в намерения Гарри не входило привлекать негативное внимание прессы, калеча своих соперников по турниру.

***

Гарри сидел на причале, а рядом к нему прижималась Айрис. Как и все остальные, они не сводили глаз с гигантского экрана. Он нахмурился, видя, как тяжело Флёр дается испытание. Похоже, она преуменьшила свою слабость в водной стихии. Его Флёр, обычно пламенная и сокрушительная, выглядела вялой и сонной, пока плыла к своей цели. Двое других чемпионов значительно опережали её. Седрик уже подхватил Чжоу и начал обратный путь. Крам тоже достиг подводной деревни и освободил свою партнершу, после чего усадил её на свою наполовину трансфигурированную акулью спину и развернулся к берегу. Гарри насупился, когда группу гриндилоу окружила её. Она делала всё возможное, выстреливала заклинаниями, но всё было тщетно. Юркие уродливые твари повалили её. Гарри больше не мог оставаться в стороне и встал, чем напугал Айрис, которая с ужасом смотрела на экран. — Я скоро вернусь. Мне нужно пойти и спасти Флёр, — сказал он прежде, чем она успела задать вопрос. Она тут же кивнула, поддерживая его. Он одарил её мягкой улыбкой и прыгнул в воду, чем привлек внимание окружающих. Но вместо того, чтобы столкнуться с водной гладью, его фигура исчезла в золотых искрах.

***

Злобные твари тянули Флёр на дно. Она зашипела от боли, когда их острые зубы впились в её кожу. Как бы она хотела надеть плотные брюки вместо купальника, который оставил её руки и ноги совершенно обнаженными и беззащитными перед их зубами и когтями. Палочка уже лежала на дне озера, и она ничего не могла сделать, чтобы дать отпор. Пузыреголовое заклинание тоже дало трещину, постепенно наполняясь водой. Было унизительно, как легко её одолели эти низшие существа. Раздражало, что вся её новообретенная сила, полученная от Гарри, оказалась бесполезна против её природной слабости. Она закрыла глаза, бредя от боли и не зная, что будет дальше. Её глаза резко распахнулись, когда вокруг раздался мощный гул. Все зубы и когти отпрянули от неё — гриндилоу сердито завизжали на нового игрока. Гарри был здесь; его фигура сияла золотом, словно сам милосердный ангел спустился, чтобы спасти её. Он пришел за ней. Она облегченно улыбнулась и позволила тьме поглотить себя. Она будет в безопасности, в этом не было сомнений. Гарри лишь пристально посмотрел на тварей, как те начали биться в конвульсиях от боли, будто они были в огне. И секунду спустя они буквально загорелись. Все до единого. Их болезненные крики разнеслись вокруг, и губы Гарри на мгновение изогнулись в улыбке, прежде чем он подхватил Флёр и снова исчез в золотых искрах. В его отсутствие гриндилоу не были прощены: их чешуйчатые тела были охвачены зеленым пламенем; вода вокруг них яростно бурлила, но не могла потушить огонь. Спустя минуту от существ не осталось ничего, кроме пепла, оседающего на водоросли на дне озера.

***

Зрители застыли в оцепенении, увидев эту резню. Они не знали, как реагировать на подобную жестокость. И хотя им было крайне неуютно, ни один не набрался смелости спросить четырнадцатилетнего подростка, откуда в нем столько беспощадности, что он смог просто сжечь десятки разумных существ без тени раскаяния. Они могли понять его ярость при виде раненой и находящейся в опасности подруги, но не могли постичь его безжалостность. В конце концов, гриндилоу просто делали свою работу, следуя первобытным инстинктам. Они не были воплощением зла — они были просто животными. Редкими магическими животными. Тишина сохранялась даже после того, как мальчик телепортировался на пристань вместе с французской чемпионкой. Мадам Помфри тут же оказалась рядом, быстро накладывая исцеляющие заклятия на её тело, бывшее без сознания. Гарри осторожно отнес её в палатку, как велела целительница, и уложил на койку. — С ней всё будет в полном порядке, мистер Поттер. Вам не о чем беспокоиться. Почему бы вам заодно не пойти и не спасти младшую сестру мисс Делакур? Я была против того, чтобы помещать маленького ребенка на дно озера, но кто и когда прислушивался к моим советам, — раздраженно проговорила она, втирая успокаивающую мазь в израненную кожу. Гарри рассеянно кивнул, его взгляд скользил по многочисленным порезам и синякам, усеивающим мягкую бледную кожу Флёр. — Иди, брат. Я пока присмотрю за ней, и уверена, остальные скоро будут здесь, — Айрис мягко улыбнулась ему, прежде чем сесть на стул рядом с Флёр. После последнего кивка Гарри вернулся в озеро, туда, где в подводной деревне были привязаны заложники. У статуи осталась лишь Габриэль, остальных уже спасли. Гарри не мог не залюбоваться маленькой девочкой, которая выглядела такой красивой и мирной во сне, едва покачиваясь в толще воды. Она казалась милым невинным ангелом с серебристыми волосами, никогда в жизни не совершавшим греха. Она действительно была сестрой Флёр, и при этой мысли внутри него поднялся сильный защитный инстинкт. «Она принадлежит Флёр, а значит, и мне тоже, и никому не позволено вредить тому, что принадлежит мне». Он перерезал путы и осторожно прижал её к себе, прежде чем телепортироваться обратно во временный лазарет.

***

Дамблдор мерил шагами свой кабинет. Его лицо было бледным и вспотевшим, пока он снова и снова пересматривал воспоминание о том, как Гарри Поттер совершал невозможное. Когда-то он думал, что Гарри Поттер — новый спаситель Британии. Но не теперь. Сейчас он не знал, что и думать о нем. Гарри Поттер был странной смесью ненужной жестокости и человеческой доброты. Он видел, как мальчик улыбается и смеется со своими друзьями, ведя себя как любой другой нормальный подросток, но он также видел, как тот без всяких раздумий вырезает волшебников и магических существ. Это был повод для серьезного беспокойства. И сила, та непревзойденная мощь, которой он обладал, была просто запредельной. Как обычный подросток мог иметь такую силу, он не знал. Но зато он знал другое: ни у кого — ни у ребенка, ни у взрослого, ни у магического существа — не должно быть в руках столько могущества. Это было неправильно и небезопасно, чтобы одно существо обладало такой властью над другими. Но что с этим делать?.. Он не знал. У него не было ни физических, ни душевных сил, чтобы противостоять этому ребенку. Всё, что он мог делать — это надеяться, что мальчик не является зарождающимся Темным Лордом. Потому что если это так, то мир обречен.

***

Весь мир стал свидетелем того, что произошло во время второго задания Турнира Трех Волшебников. Люди увидели силу и беспощадность Гарри Поттера. В каждой магической семье знали его имя и вели о нем споры. Одни боялись его, другие восхищались его невероятным могуществом. Но, независимо от того, нравился он им или нет, у них накопилось к нему множество вопросов. Был ли он сильнее Дамблдора? Был ли он даже могущественнее Волдеморта или Гриндевальда? Действительно ли он избранник Матери Магии? Если да, то был ли он полубогом? Или божественным существом? …Или он был богом? Последним вопросом задавались немногие, но нашлись те, кто начал сомневаться, является ли Гарри Поттер человеком вообще. Не проявляя заботы, но зная о всех этих домыслах и забавляясь ими, Гарри в данный момент сопровождал Трейси на её урок. Честно говоря, ему было просто скучно, и он увязался за ней, чтобы убить время. — Я почти уверен, что этот парень мастурбировал, представляя мой образ, — сказал он ей, когда они проходили мимо светловолосого третьекурсника со Слизерина, который смотрел на него с вожделением. Трейси сморщила нос и сердито взглянула на упомянутого мальчика, который поспешил скрыться. — Мне не обязательно было это знать. И что, ты собираешься ошарашить всех громким признанием, что ты теперь гей или бисексуал? — поддразнила она, подтолкнув его плечом. Гарри усмехнулся, обнимая её за плечи, когда они завернули за угол. — Не-а, не переживай, Трейси. Я всё так же натурал, как и прежде. Я просто констатировал факты, — он ухмыльнулся, сжав её плечи. Она нежно улыбнулась, когда он поцеловал её в щеку. — Всё еще не могу поверить, что Дафна собирается прогулять сегодняшние занятия просто потому, что ей так хочется, — проворчала Трейси, когда они подошли ближе к классу. — Ну, в чем-то она права. Сегодня только История и ЗОТИ. Она немногое потеряет. Хотя уроки ЗОТИ интересные, Дафна значительно опережает учебную программу. Единственной частью вне программы было то, как Лже-Грюм применял Непростительные в классе. Всё, чему он учил после этого, она уже освоила, — в защиту произнес Гарри. — Да, но всё же… — Нет, у меня есть идея. Давай сходим на свидание. Ты тоже прогуляешь сегодня уроки. Тебе нужно немного расслабиться. И как твой любящий парень, я обязан тебе помочь, — внезапно объявил Гарри, делая шаг к ней и хватая за плечи, преграждая путь. Она одарила его скептическим взглядом. — Серьезно? Дверь в класс прямо за твоей спиной. Проделав весь этот путь до кабинета, ты просишь меня просто всё бросить? — недоверчиво спросила она. — Ага. Выбирай, Трейси, выбирай. Провести день с любовью всей твоей жизни или скучный день, наполненный скучными уроками? От этого ответа зависит судьба мира, — проговорил он с притворной серьезностью. Она закатила глаза на его драматизм. — Ладно, «любовь всей моей жизни». Но будь готов провести со мной в Хогсмиде весь день. Я не позволю тебе пойти на попятную, — строго сказала она, уперев руки в бока. Гарри хитро ухмыльнулся и обхватил её за талию, крепко прижимая к себе. Она подавила вскрик, когда оказалась внезапно прижата к нему. Она чувствовала жар его тела, твердость его мускулов, то, как его пальцы впиваются в её талию, и как её грудь расплющивается о его грудную клетку. — Это будет честью для меня, любовь моя, — рассмеялся он, прежде чем пара исчезла во вспышке света. Немногочисленные студенты, бывшие поблизости, вздрогнули от их внезапного исчезновения. На данном этапе Гарри даже не пытался преуменьшать свои способности.

***

Гарри провел рукой по её боку, лаская тёплую нежную кожу, пока входил в неё. Закончив свидание в Хогсмиде, они втайне вернулись в его комнату. Сейчас Трейси лежала на спине на его кровати, её прекрасные каштановые волосы рассыпались по плечам и шее. Она прищурилась от удовольствия, покусывая нижнюю губу, чтобы сдержать стоны. Её пышная светлая грудь с набухшими ареолами и твердыми сосками соблазнительно покачивалась каждый раз, когда его бедра сталкивались с её бедрами. Она обхватила его талию ногами, зажав его ритмично двигающуюся плоть в плену своих бедер. — Ах-х… — простонала она, когда его ладони накрыли её грудь. Она встретила его голодный взгляд, чувствуя, как его пальцы погружаются в мягкие холмики плоти. Трейси выгнула спину, когда он начал дразнить большими пальцами её чувствительные соски. Жар разлился в её груди, пока Гарри ласкал её округлые формы и играл с их затвердевшими пиками. Она громко вскрикнула, когда он задел ту самую точку. Девушка запустила пальцы в его волосы, пока их бедра продолжали томительно-медленное движение — он то полностью погружался в её пылающее лоно, то почти покидал его. Они не отрывали взгляда друг от друга, отдаваясь этой близости. Трейси сжала пальцы в его шевелюре и притянула его голову к себе, накрыв его губы своими в нежном поцелуе. Она первой сорвалась в крик, когда оргазм накрыл её, как лавина; она дрожала под ним, крепко прижимая его к себе. Трейси шептала ему на ухо нежные обещания, пока он вбивался в неё, сжимая её груди. Она нежно проводила пальцами по его позвоночнику и гладила волосы, в то время как он скользил внутри её мокрой киски. Его толчки становились всё грубее и настойчивее по мере того, как он приближался к финалу. Вскоре его бедра перестали двигаться так активно, движения стали тяжелыми и медленными. Полностью уйдя в неё до самого основания, он впился в её губы и сплел их языки, изливаясь внутрь. Он осторожно вытащил свой медленно обмякающий член, но Трейси всё равно простонала: его движение на выходе дразняще растягивало её стенки, прежде чем внутри снова стало пусто. Он лег рядом с ней, продолжая дразняще водить рукой по её округлой груди. Она перевернулась на бок, и он сделал то же самое, так что они оказались лицом друг к другу. Оба довольно улыбались, придвигаясь ближе, пока между ними почти не осталось места. Она хихикнула, когда её пышная грудь прижалась к его груди, а соски коснулись его кожи. Он тоже улыбнулся, обнял её за талию и поцеловал в щеку. — Ты явно был на взводе. Если бы я не знала тебя лучше, я бы подумала, что свидание было лишь предлогом, чтобы затащить меня в постель, — игриво улыбнулась она. — Мне разве нужен предлог, чтобы заняться с тобой сексом? — хмыкнул он, забавляясь и обводя большим пальцем её ареолу размером с монету; каждое его прикосновение прошибало её током. Её дыхание стало жарким и тяжелым, когда он вдруг зажал её сосок между указательным и большим пальцами, слегка сдавив его. Она тоже не бездельничала: её пальцы нашли его вставший член и обхватили его. — Ты прав. Тебе не нужны оправдания. Тебе достаточно просто попросить, и я сама на тебя наброшусь, — рассмеялась она и села, водя рукой вверх-вниз по его члену. Гарри не выпускал её сосок, и её грудь натянулась, когда она сменила позу. Она похотливо простонала, когда его большой палец надавил на самый кончик соска. Она встала над ним на колени и оседлала его живот, поджав голени под бедра по обе стороны от него. Его член уютно устроился между половинками её задницы. Гарри затаил дыхание в предвкушении, когда его лучшая подруга приподняла зад и направила его пульсирующий орган к своему входу. Она закусила губу и медленно опустилась, дюйм за дюймом принимая его в себя. Гарри закрыл глаза и сморщился от удовольствия, которое разливалось по всему телу; его стояк был плотно зажат её внутренним теплом и влагой. Трейси уперлась руками сзади, по обе стороны от его ног, и откинулась назад, тяжело дыша и стоная. — Ох, Трейси… — прохрипел Гарри, сжимая ладонями её талию, пока она начала вращать задницей, сдавливая его член своими внутренними стенками.

***

Наконец они прижались друг к другу, их страсть была окончательно утолена и удовлетворена. Гарри лежал на спине, а Трейси наполовину устроилась на нем, обхватив его грудь рукой и закинув на него ногу. Гарри обнимал её за талию, прижимая к себе и наслаждаясь её теплом и нежностью. — Ты уверен в своем плане, Гарри? — тихо спросила Трейси, и в её голосе отчетливо слышалась нервозность. Гарри приподнял её, чтобы они оказались лицом к лицу. Он мягко поцеловал её в лоб, а затем уверенно улыбнулся. — Да, уверен. — Хорошо, — кротко ответила Трейси. — В чем проблема, Трейси? У тебя появились сомнения? Разве ты не хочешь остаться со мной и Дафной на вечность? — осторожно спросил он её. Она неопределенно улыбнулась. — Нет, ничего подобного. Я просто боюсь последствий. Как бессмертие изменит нас? Станем ли мы слишком пресыщенными с течением времени? Потеряем ли мы сострадание и начнем ли относиться ко всем остальным как к низшим существам? Станем ли мы бесчеловечными? Будет ли бессмертие постепенно разъедать нашу мораль? Изменятся ли из-за этого наши отношения? Выживет ли наша любовь в потоке вечного времени? Не наскучим ли мы друг другу? Не потеряем ли друг к другу интерес? Будем ли мы… — Трейси! Всё в порядке, — мягко произнес Гарри, сжимая её плечи и не давая ей провалиться в спираль паники. — Мы будем в порядке. Хотя я не могу развеять каждую твою тревогу, я могу, по крайней мере, честно сказать, что наша любовь друг к другу не изменится. Вечная жизнь не уменьшит её. Я люблю тебя, и это факт. Это не изменится ни по каким причинам. Мы справимся. Мы будем друг у друга, и это всё, что нам нужно, чтобы быть счастливыми и цельными. На лице Трейси появилась нежная улыбка, пока он успокаивал её, а она всматривалась в его изумрудные глаза. Она прижалась своей щекой к его и тяжело вздохнула. — Хорошо.

***

Гарри терпеливо улыбался, пока его за руку вели в сторону Запретного леса. Габриэль вцепилась в него, направляясь к знакомой лесной просеке с сердитой миной на милом личике. — Габи, что происходит? — наконец спросил он. Вместо ответа она лишь прибавила шагу. Поняв, что объяснений не дождется, он замолчал и последовал за ней — не то чтобы у него был выбор. Когда они приблизились к знакомому месту, где Гарри тренировался с Флёр до того, как они начали использовать Выручай-комнату, он увидел вспышки заклинаний и понял, в чем дело. Похоже, Флёр практиковалась здесь. Хотя он не понимал, почему. Она могла бы использовать Комнату. Флёр мгновенно остановилась, завидев их. Она стояла в самом центре поляны. Земля и деревья вокруг неё были повреждены: одни слегка, другие — довольно сильно. Её серебристо-светлые волосы были растрепаны: несколько локонов прилипли ко лбу, остальные неряшливо спадали на плечи. Пот катился по её подбородку и шее. Белое платье без рукавов длиной до колен прилипло к коже из-за сырости. Кое-где к белой ткани даже пристала грязь. Гарри мог только догадываться, что она провела здесь не один час. — Я забираю свои слова назад. Ты не самая красивая вейла, а самая потная. Титул самой хорошенькой я отдаю малышке Габи, — пошутил Гарри, подхватывая Габриэль и усаживая её на плечи, пока подходил к Флёр. Он обхватил её за бедра, удерживая на месте. Габриэль хихикнула, положив руки ему на голову и вцепившись в его непослушные волосы. — Ха-ха. Ты такой остроумный, Гарри, — проворчала Флёр, убирая палочку в кобуру. — Хотя не могу сказать, что вид мне не нравится, — Гарри озорно ухмыльнулся, скользнув взглядом от её груди к бедрам. Из-за пота белая ткань стала почти прозрачной, и он отчетливо видел её грудь в лифчике и точеные бедра. — Какой вид, Гарри? — полюбопытствовала Габриэль, не понимая его. Гарри лишь хмыкнул, а Флёр сердито на него посмотрела. — Сейчас ты не поймешь, Габи. Может быть, лет через пять, — он улыбнулся и сжал её бедра в знак подтверждения своих слов. — Так, Габи, зачем ты привела меня сюда? — спросил её Гарри. Габриэль наклонилась вперед, пока её голова не оказалась перед его лицом в перевернутом виде. — Она ничего не ела и тренируется здесь с самого утра. Когда мама послала меня за ней, Флёр накричала на меня, чтобы я уходила, и сказала, что не голодна, — поведала она, надув губы, а затем снова откинулась назад, гневно глядя на старшую сестру. — О. Значит, ты привела меня сюда, чтобы наказать её, — мудро кивнул Гарри. — Что! Нет. Я просто знала, что она тебя послушает. Я не хочу, чтобы ты делал ей больно, — запротестовала она. — Ладно, я накажу её вместо тебя, Габи. В конце концов, никто не смеет кричать на мою милашку Габи, — продолжил Гарри, игнорируя её возражение. Он определенно «не заметил», как она в раздражении всплеснула руками. — Если ты закончил меня донимать — оставь меня, я тренируюсь, — с усталым вздохом произнесла Флёр, не обращая внимания на их выходки. После её заявления наступила минутная тишина. Гарри и Габриэль обменялись взглядами. — Наказать? — спросил он, приподняв бровь. — Наказать, — решительно кивнула она, снова сердито уставившись на Флёр. Опустив Габи на землю, Гарри размялся и посмотрел на свою девушку. — Посмотрим, насколько тебе помогли твои тренировки. Как насчет спарринга? Я не буду использовать ни магию, ни палочку. Тебе нужно просто попасть в меня заклинанием. Как в нашей обычной практике, — Гарри ухмыльнулся, бросая вызов. Флёр прищурилась, выхватила палочку и направила её на него. — Идет. Габриэль быстро отбежала к краю поляны, где была бы в безопасности от шальных заклятий и откуда всё равно открывался отличный вид на их бой. Как только первое заклинание сорвалось с её палочки, Гарри не стал сдерживаться: он без труда отбил чары голой рукой и рванул к ней. Хотя Флёр была очень искусна и быстра в обращении с палочкой, она ничего не могла противопоставить его нечеловеческой скорости. Прежде чем она успела выпустить еще одно заклинание, он уже стоял прямо перед ней. Вместо того чтобы запаниковать, она попыталась ударить его свободной рукой. Но он рассмеялся, нырнул под её руку и зашел за спину. Его руки взметнулись вверх и обхватили её, словно тиски анаконды. Её руки оказались заломлены за спину, а палочка упала на землю. Габриэль, которая настраивалась на большой и эффектный бой, не смогла сдержать возгласа изумления от столь внезапного финала. Всё закончилось меньше чем за пару секунд. — Мертва, — самодовольно прошептал Гарри ей на ухо, пока она оставалась запертой в его объятиях. — Ладно. Прекрати сейчас же. Я знаю, что ты бог. Я лишь пыль под твоими ногами. Вот почему я тренируюсь. Чтобы стать тебе ровней. Я больше не хочу быть слабой, — сердито выкрикнула Флёр, борясь с его хваткой, извиваясь и прижимаясь к его груди и бедрам, но всё было бесполезно. Хватка Гарри была нерушимой. Его руки, обхватившие её сзади, покоились на её животе. — Но это невозможно. Видишь ли, мне нет равных. Ни сейчас, ни уж тем более когда я окончательно вознесусь. По крайней мере, в плане чистой мощи. Тренироваться и верить, что это сделает тебя всесильной — глупо. Истинная сила, подобная моей, не приходит от тренировок. Нет, она приходит благодаря удаче и простому случаю. Ты можешь тренироваться сколько угодно, но не получишь и одного процента моей силы. Не потому, что ты в чем-то хуже, а просто потому, что тебе не так повезло. Ты не была благословлена Матерью Магией, в отличие от меня. Но, к счастью, у тебя есть я, тот, кто разделит с тобой свое везение. Не будь так строга к себе, mon amor. Всего через несколько месяцев у тебя не останется слабостей — ни перед водой, ни перед солнцем, ни перед чем-либо еще, и тебе не понадобятся тренировки. Ты станешь бессмертной. И это случится не потому, что ты трудяга. Это случится просто потому, что по воле случая наши пути пересеклись. И это всё, что тебе нужно, чтобы быть могущественной. Удача, моя Флёр, — это величайшая сила и самая ужасная слабость. Но не волнуйся, через пару месяцев мы освободимся от влияния всего сущего. Удача, судьба, смерть — все они склонятся перед нами. Мы будем Королем и Королевами миров. Просто наберись терпения. Совсем ненадолго. Флёр была вынуждена слушать его, пока он прижимался к ней со спины и сладко шептал на ухо. Она нахмурилась, обдумывая его объяснение, но, как ни старалась, не смогла найти изъяна в его логике. Она постепенно расслабилась и перестала сопротивляться. — Ты успокоилась? — спросил он. — Да. Успокоилась. Теперь ты можешь меня отпустить, — вздохнула она. — Хм-м, давай останемся так еще ненадолго. Твоя задница отсюда ощущается просто потрясающе. — Она практически воочию представила его ухмылку. Она застонала наполовину от раздражения, наполовину от смущения, когда он притерся к ней, а его губы коснулись её затылка. «Разве он не жаловался всего несколько минут назад, что я слишком потная? Куда всё это делось теперь?» — Гарри! Не при Габи. Прекрати, — прошипела она, и её щеки залил румянец. Он усмехнулся, но прекратил свои непристойности и отступил, давая ей немного пространства. — Пойдем. Твоя семья хочет откормить тебя до отвала, и кто я такой, чтобы противиться этому желанию. — Он улыбнулся, взял её за руку и повел вон из леса. Через несколько минут все трое вышли из Запретного леса и приблизились к карете Шармбатона. Гарри и Флёр шли бок о бок, переплетя пальцы рук, а Габриэль восседала у него на плечах и ерошила его волосы.

***

Гарри старался, честно старался, но его мысли постоянно ускользали от матча по квиддичу, разворачивающегося перед глазами, в будущее, которое было предопределено его поступками. Впрочем, он регулярно поглядывал на Айрис, парящую над всеми в ожидании снитча. Сегодня был день турнира по квиддичу между тремя школами. Гарри не был большим поклонником этого спорта, но раз уж Айрис и Астория участвовали, он заставил себя сидеть смирно и наблюдать за тем, как подростки летают на метлах. Дафна и Трейси сидели по обе стороны от него, а Флёр устроилась рядом с Трейси, держа Габриэль на коленях. Мать вейл тоже решила присоединиться к ним и сидела вместе с Флёр. Все они активно болели, пока разум Гарри вновь уносился прочь от спорта. Недавний разговор с Трейси посеял в его душе зерно сомнения. Он знал, что его самая главная мечта — стать бессмертным. Не только ради Матери Магии, но и ради себя и своих девочек. Хотя он мог предположить, что Смерть не так уж плоха, он на самом деле не знал, что ждет за чертой. Его вопросы о загробной жизни Леди Смерть всегда игнорировала. И тогда выбор между определенностью и неопределенностью, между известным и неизвестным стал очевидным. Он хотел быть бессмертным не только из страха перед кончиной, но и потому, что был жадным и эгоистичным. Он не хотел отпускать ни одну из своих девушек; он не был удовлетворен тем конечным сроком, что был отведен ему с ними как смертному. Он хотел большего. Он всегда хотел большего. Он был подобен черной дыре, пустой и мрачной, неспособной когда-либо довольствоваться тем, что имеет. Теперь он не знал, было ли это велением судьбы или простой случайностью, но он обладал всеми ресурсами, чтобы стать кем-то большим, чем просто бессмертным. Он наткнулся на золотую жилу информации, которая изменит все миры. И, подобно черной дыре, он хотел поглотить её. Он хотел владеть этим. В конце концов, если бы он был доволен своей жизнью, он бы просто принял предложение Леди Смерти и отдал бы ей Дары Смерти в обмен на обретение бессмертия для себя и своих девочек. Это было бы самым безопасным и легким способом достичь мечты. Но обстоятельства, новые сведения и новые инструменты дали ему шанс, меняющий мироздание, и он не был настолько глуп, чтобы выбирать безопасный вариант ради гарантированной награды. Нет, он хотел большего. Он всегда хотел большего. Его внимание вернулось к игре, когда Айрис устремилась к земле, а её метла, словно пуля, понеслась к травянистому полю. Гарри затаил дыхание, его рука сжалась в кулак, готовая в любой момент спасти её, но это не потребовалось. Она взмыла вверх в самый миг перед столкновением, удерживая в пальцах бьющийся снитч. Квиддичное поле заполнилось аплодисментами и криками — матч был окончен. Но взгляд Айрис был прикован только к нему; её изумрудные глаза гордо сияли в ожидании его похвалы и признания. Гарри встал, зааплодировал и выкрикнул её имя вместе с остальными. Даже отсюда он видел её яркую улыбку, когда она спустилась на землю и скрылась в объятиях товарищей по команде. Гарри тихо усмехнулся, глядя на их победный танец. Лицо Айрис покраснело от смущения, но она продолжала скакать, словно обезьянка, вместе с братьями Уизли и другими игроками Хогвартса. Команда Шармбатона бросала на них злобные взгляды, уныло плетясь прочь после поражения. Гарри улыбался, окруженный ликованием и смехом. Да, он хотел большего. Он был черной дырой, которая никогда не будет удовлетворена. Он хотел больше Айрис, больше её улыбок, больше её нежной плоти. И больше всего на свете он хотел вечности со своей прекрасной младшей сестрой. Было ли это неправильно с его стороны? Он не знал и не заботился об этом. Его никогда не волновали такие вещи, как мораль и умеренность. Впрочем, даже в этой атмосфере радости он не упустил мимолетный взгляд зависти и неудовлетворенности в глазах Астории, когда та танцевала вместе со всеми. К несчастью для неё, сегодня никто не получил травму, и ей не представилось шанса блеснуть. Ей пришлось просидеть на скамье запасных, наблюдая, как напарники по команде летают и исполняют свои амбиции, пока сама она лишь мрачнела внутри с фальшивой улыбкой на лице. Гарри задумчиво хмыкнул. Ему нужно было сделать для неё что-нибудь приятное, чтобы отвлечь от этих мыслей. Он бы с легкостью покалечил одну из охотниц Гриффиндора, если бы это не было столь очевидным для его друзей. Трейси злилась бы на него днями напролет за то, что он вредит невинным ради корыстной выгоды. А какой прок в его манипуляциях, если они заставят Трейси негодовать? Это всё равно что ранить одну свою руку, чтобы исцелить другую. Как бы то ни было, он подумает об этом позже, так как его внимание переключилось на приближающуюся сестру, которая возбужденно прыгнула ему в объятия. Он рассмеялся, крепко сжав её талию и зарывшись лицом в её мягкую шею, вдыхая её неповторимый аромат. Миры собирались безвозвратно измениться, и после этого он будет всем заправлять.