Глава 38: Последний фрагмент

Три дня спустя соревнования по квиддичу завершились победой Хогвартса. Хотя все понимали, что результаты были бы совсем иными, будь Краму позволено играть, но, поскольку он был чемпионом Турнира, ему запретили участвовать как в дуэльном первенстве, так и в матчах по квиддичу. В итоге Хогвартс победил. Команды Дурмстранга и Шармбатона были глубоко разочарованы проигрышем, однако не стали вести себя как обиженные неудачники и с натянутыми улыбками поздравили хогвартцев с заслуженной победой. В Большом зале закатили грандиозную вечеринку, где все студенты Хогвартса праздновали свой триумф. И впервые четыре факультета забыли о мелких разногласиях и соперничестве, чтобы насладиться общей победой. Этот успех также запечатлел имя Айрис в сердцах и умах каждого. Игра в квиддич всегда была причудливой и держалась в основном на ловцах. Если бы она не была столь искусна и компетентна, их успех был бы невозможен. За это все были ей безмерно благодарны. Гарри вместе с Дафной и Трейси наблюдал за тем, как Айрис принимала поздравления. Кто-то обнимал её, кто-то хлопал по спине. Некоторые старшекурсники даже нежно ерошили ей волосы. И она жадно впитывала всю эту похвалу, улыбаясь и смеясь вместе с товарищами по команде. Она наслаждалась своим временем в лучах славы. — Кто-то у нас знаменитость, — хмыкнула Дафна, закидывая руку ему на шею. Трое слизеринцев стояли в углу, вдали от перевозбужденной толпы. Флёр и Габриэль тоже присутствовали бы здесь, если бы праздничная вечеринка не была закрытой. К их сожалению, так оно и было. Эти несколько часов были зарезервированы только для студентов Хогвартса, и всем остальным вход в Большой зал был строго воспрещен. Даже профессора и директор добродушно согласились с этим требованием и позволили ученикам делать всё, что тем заблагорассудится. — Похоже на то, — ответил Гарри с легкой улыбкой и обнял её за талию, запечатлев короткий поцелуй на её губах. — Итак, мистер Поттер, что вы думаете о достижении вашей младшей сестренки? — Трейси игриво подтолкнула его плечом с другой стороны. — Горжусь и предвкушаю. — Предвкушаешь что? — с любопытством спросила Трейси. Дафна лишь хихикнула и указала рукой на толпу. — А-а, понятно, — Трейси сочувственно поморщилась, глядя на мальчика, который робко приближался к Айрис. Гарри подавил желание злорадно потереть руки, предвкушая развязку. Захоти он добавить драматизма — подошел бы к ним и искалечил мальчишку на глазах у всех только за то, что тот посмел заинтересоваться его милой сестрёнкой. Он мог бы показать им всем, что бывает с теми, кто так смотрит на Айрис. Но на этот раз он решил обойтись без сцен. К тому же он, разумеется, прекрасно понимал, в чем кроется привлекательность его сестры, а потому решил проявить к парню каплю милосердия. Айрис больше не была «милым ребенком». Она достигла того возраста, когда её уже определяли как красивую и прелестную девушку, а не просто «очаровашку». Её тело начало обретать изгибы, что было отчетливо заметно в облегающей форме для квиддича. Гарри щелкнул пальцами, чтобы он и его лучшие подруги могли слышать разговор сестры с тем парнем, несмотря на разделявшее их расстояние. — Гм… Айрис, — пробормотал шатен, остановившись перед ней. Кэти и Алисия, бывшие в этот момент с ней, обменялись понимающими взглядами и отошли, чтобы дать младшим немного личного пространства, догадываясь, к чему всё идет. Айрис нахмурилась, видя, что подруги уходят без объяснения причин, и переключила внимание на стоящего перед ней мальчика. — Да? — спросила она с легкой улыбкой. Парень густо покраснел, увидев её улыбку, и застенчиво опустил голову. Это ему не помогло: взгляд наткнулся на её грудь, и румянец стал еще гуще. Он вскинул голову и встретился с её любопытствующим взглядом. Какие же красивые зеленые глаза… Прежде чем окончательно в них утонуть, он решил просто покончить с этим. — Тыпойдешьсомнойнасвидание? — выпалил он скороговоркой. — Пойдёшьсо... что? — пробормотала она, недоверчиво склонив голову набок и не понимая его. Парень счел её ошарашенное выражение лица невероятно милым и не мог не смотреть на неё в безмолвном восторге. — Пойдешь со мной на свидание, — поправился он, всё так же завороженно глядя на неё, словно она была величайшим чудом на свете. — О, — медленно произнесла Айрис, прежде чем её глаза расширились, а лицо залил густой румянец. Она неловко заерзала, желая, чтобы брат был рядом и ей не пришлось проходить через этот постыдный опыт. Она не знала, что ответить. Она совершенно не хотела идти с ним на свидание, так как уже была влюблена в своего брата. Но как отказать вежливо? Ей действительно не хотелось ранить его чувства, ведь он набрался смелости и смог спросить её при всех. Она не думала, что сама смогла бы сделать нечто подобное на его месте. Ей повезло, что ей не пришлось проходить через всю эту драму с братом. Гарри всегда знал, чего она хочет, еще до того, как ей приходилось об этом говорить, и ей никогда не требовалось использовать свою храбрость подобным образом. За что она была благодарна и испытывала облегчение. — Мне жаль. Мне пора, — нервно затараторила Айрис и убежала к брату, оставив позади смущенного и уязвленного мальчика. Тот понуро поплелся обратно к друзьям, которые хлопали его по спине и утешали тихим шепотом. Она обнаружила Гарри и Дафну согнувшимися от истерического смеха; они активно жестикулировали, явно высмеивая кого-то. Трейси слегка сердито поглядывала на них с видом полного раздражения. — «Пойдёшьсо...»… ты видела… его лицо? — прохрипел Гарри сквозь смех. Дафна просто смеялась вместе с ним, энергично кивая. Айрис поняла, что эта троица видела и слышала всё, что с ней произошло. Она сердито фыркнула и оттолкнула Гарри. — Тебе стоит вести себя прилично. Нехорошо высмеивать чьи-то чувства, — упрекнула Айрис. Смех Гарри постепенно сменился забавной улыбкой. — Эй! Я веду себя прилично со всеми вами. И это лучшее, на что можно надеяться. У меня лимит «приличия», и я экономно расходую его на вас, — усмехнулся Гарри. Она лишь надулась, но её губы растянулись в счастливой улыбке, когда его руки скользнули по её талии и он притянул её к себе. Он рассмеялся, когда она собственнически вцепилась в него. — Ну же, брат, я готова к своей награде, — прошептала Айрис ему на ухо, положив подбородок ему на плечо. — Ты уверена? Тебе не нужно спешить. У нас впереди целая вечность. Тебе нет и четырнадцати. Тебе не стоит торопиться, — шепнул Гарри в ответ. — Я уверена. Ну же, не будь врединой. Я хочу тебя. Прямо сейчас. Пожалуйста, — пробормотала она, прежде чем уткнуться лицом в его шею. — Ладно, — согласился наконец Гарри, и брат с сестрой исчезли из Большого зала. Дафна и Трейси обменялись многозначительными улыбками и решили не думать о том, что сейчас между ними произойдет. — Давай донимать Асторию, раз уж эти двое испарились, — воодушевленно предложила Дафна и направилась к упомянутой девушке, которая сидела в одиночестве, чуть поодаль от своей команды. Дафна внутренне вздохнула, думая об этой амбициозной и упрямой девчонке.

***

Они снова оказались в комнате Гарри и принялись жадно целоваться. Гарри коснулся её джерси и магией снял его, не прерывая поцелуя. Затем та же участь постигла её футболку с длинным рукавом, и она осталась обнаженной выше пояса. Гарри отступил на шаг и на секунду замер, любуясь ею. Айрис ухмыльнулась под его похотливым взглядом, пока он осматривал её от шеи до груди — сегодня она забыла надеть лифчик. Её грудь была не настолько большой, чтобы он был ей крайне необходим, но она всё равно носила его на людях, иначе соски просвечивали бы через одежду. Не дожидаясь, пока он пошевелится, она развернулась и стянула сначала штаны, а затем и трусики. Она раздевалась с особым изяществом, медленно виляя задом. Она не удивилась, когда Гарри прижался к ней сзади своим голым телом, а его руки накрыли её упругую грудь. Она жалобно застонала, когда он сжал её груди и потерся своим пульсирующим стояком о её задницу. Она озорно улыбнулась, услышав его довольный вдох, когда его член зажало между её половинками. В отличие от груди, её зад стал больше и круглее из-за полового созревания, и казался очень объёмным и выдающимся на фоне её стройной фигуры. — Братик, — промурлыкала она, когда одна его рука соскользнула с её груди на талию и притянула её назад, вжимая упругие ягодицы в его пах. Брат и сестра тяжело дышали: сильный жар и ощущение их прижатых друг к другу тел раздували пламя их похоти. — Айрис. Моя Айрис, — собственнически прорычал он и крепко прижал её к своей груди; его пальцы всё ещё сжимали её грудь, а член оставался зажат между её большими половинками. — Я был в таком бешенстве, когда этот щенок сделал тебе предложение. Едва сдержался, чтобы не поджечь его. Айрис хихикнула, услышав это, и откинула голову ему на плечо. — Ты ревновал, братик? — забавляясь, спросила Айрис и подавила стон, когда он ущипнул её за сосок. — Да. Хотя я был почти уверен, что ты ему откажешь, какая-то часть меня всё равно боялась, что ты можешь принять его предложение, — Гарри улыбнулся, прижимаясь губами к её шее и осторожно покусывая кожу. — Ты глупенький, братик. Я всегда буду твоей. На веки вечные, — яростно ответила Айрис и отстранилась от него. Она подошла к кровати, забралась на неё и легла на спину, подтянув колени и раскинув руки по бокам. — Давай же. Исполни мои самые сокровенные желания. Займись со мной любовью, братик, — хрипло прошептала Айрис, раздвинув перед ним ноги и приглашая его забрать то, что ей дороже всего. Гарри улыбнулся, глядя в её затуманенные глаза, и лег к ней на кровать. Он устроился между её ног и потер свой член, смазывая его предэякулятом. Затем он провел указательным пальцем вдоль её щели, на что она громко и прерывисто выдохнула сквозь свои прелестные губы. Она была уже достаточно мокрой. И тогда он наконец исполнил её желание, даже если это означало нарушить обещание, которое он дал самому себе. Когда-то он пообещал себе, что не тронет её, пока ей не исполнится четырнадцать. Но иногда обещания даются для того, чтобы их нарушать. Брат и сестра Поттеры в тот вечер на ужине не появились. У них нашлись дела поважнее и днем, и вечером, и ночью. После того знаменательного события они еще долго не могли выпустить друг друга из объятий. Они подсели на удовольствие от тел друг друга и на те чувства, которые дарили друг другу. В самой глубине души Гарри признался себе, что секс с Айрис был на совершенно ином уровне по сравнению с его другими девушками. Хотя он скорее умер бы, чем признал это вслух и спровоцировал соперничество между ними. Именно поэтому Гарри и Айрис часами трахались как безумные. Знаете ли, иногда магию Деуса можно использовать как источник энергии. Она способна снимать усталость разными способами. И Айрис превратилась в настоящего секс-демона. Ей всё было мало, а Гарри всегда было трудно сказать "нет" своей любимой сестре. Это был хороший день для брата и сестры Поттеров. Пусть и физически изматывающий.

***

Астория сидела на табурете перед ростовым зеркалом. Она расчесывала свои длинные черные волосы, готовясь к свиданию. Когда всё наконец было закончено, волосы прямым каскадом ниспадали ей на спину. Она одобрительно хмыкнула. Выглядела она хорошо. Её голубые глаза гордо сияли при виде собственного отражения. Она встала и покрутилась перед зеркалом. На ней была белая блузка без рукавов и синяя юбка до колен. Она бы выбрала что-то более официальное и изысканное, если бы ей не велели надеть неформальную и удобную одежду. Она кивнула самой себе, и на её накрашенных красной помадой губах расплылась широкая улыбка. Она была готова к свиданию. Хотя она знала, что Гарри просто пытается поднять её унылое настроение, это не умаляло её восторга. В этом году они оба были так заняты, что у них не было ни одного свидания. Когда он был свободен — была занята она, а когда освобождалась она — был занят он. Это ужасно раздражало. Но теперь, наконец, свободного времени стало больше, и Гарри решил пригласить её на официальное свидание. Вероятнее всего, это донельзя запутает остальных студентов, которые и так гадали: ухаживает ли Гарри только за Дафной или же он связан и с Трейси тоже. Она хихикнула при мысли о новых слухах, которые породит это свидание. «Гарри Поттер: бабник, заманивший в свои сети еще одну юную ведьму». — Если бы они только знали об Айрис. От такого знания магический мир просто сошел бы с ума. Хотя инцест среди волшебников был менее порицаем, чем у маглов, он всё равно оставался под строжайшим запретом. И это ведь даже не между троюродными или четвероюродными, а между родными братом и сестрой. Даже магическое сообщество не терпит инцеста в кругу ближайших родственников, — рассуждала Астория вслух. Она тряхнула головой, отбрасывая эти мысли. Не стоило тратить на это энергию, когда Гарри ждал её за дверью. Она в последний раз проверила свое отражение и открыла дверь. Он терпеливо ждал её. На нем была черная рубашка, синие джинсы и куртка из зеленой драконьей кожи поверх рубашки. Она почувствовала укол радости от того, что он всё еще регулярно носит ту самую куртку, которую она подарила ему на своем первом курсе. Оглядываясь назад, те несколько лишних галлеонов, потраченных на зачарование размера «на вырост», определенно того стоили. При виде неё он позволил своему взгляду скользнуть с головы до пят, и она изо всех сил старалась не ерзать от смущения. Иногда она чувствовала себя настолько обычной и несовершенной, что казалась себе ненужной. И у неё были на то веские причины, если учесть, что Гарри окружали одни из самых красивых девушек его возраста. Была Дафна, её старшая сестра, чья красота, таинственные черные глаза и мягкие светлые волосы были настолько прославлены, что о них знал каждый ученик в школе. А её мастерство в боевой магии уже сделало её будущей легендой. Была и Трейси, которая ничуть не уступала Дафне в привлекательности; её добрый и теплый нрав в сочетании с миловидной внешностью расположили к ней каждого. Если и этого было мало, оставалась еще и Айрис, уже ставшая красавицей со своими уникальными рыжими волосами и чарующими изумрудными глазами. Астория слышала много шепотков о том, что Айрис вырастет в одну из самых пленительных и сногсшибательных женщин их поколения, совсем как Лили Поттер. И не стоило даже упоминать её выдающиеся успехи в квиддиче. Кроме того, была Флёр — проклятая Мерлином вейла, считавшаяся красивейшей среди своего народа. И как же ей было с ними соревноваться? Она знала, что красива, но это ничего не значило, когда сестра и все подруги находились на совершенно ином уровне в этом плане. Что она могла предложить Гарри? Она не была так прекрасна, как Дафна или Флёр, не была такой доброй или могущественной, как Трейси, и уж точно не была так искусна в квиддиче, как Айрис. Как было не сомневаться в собственной ценности, когда её окружали столь выдающиеся люди? — Хм-м, нам точно нужно идти на свидание? Я был бы не прочь просто затащить тебя обратно в спальню, — съязвил Гарри, глядя на неё страстным взглядом, который заставил её бороться с подступающим румянцем. — Нет, мистер. Я в предвкушении нашего свидания и не собираюсь его отменять только потому, что вам захотелось потискать меня, — ухмыльнулась Астория. Гарри усмехнулся и обхватил её руками, прежде чем вовлечь в глубокий поцелуй: его губы слились с её губами, а язык ворвался в её рот. Когда он отстранился, она тяжело дышала. Грудь её вздымалась, а лицо стало пунцовым. Она стряхнула нахлынувшее помутнение рассудка и вцепилась в его руку. — Ты выглядишь совершенно аппетитно, любимая. И в буквальном, и в переносном смысле, — мягко улыбнулся Гарри, сжав её ладонь и переплетя свои пальцы с её. Её наполнило теплое чувство, которое разлилось по всему телу, даря ощущение счастья и легкого покалывания. Возможно, Гарри и вправду видел в ней нечто такое, чего она сама пока была не в силах разглядеть. Но того, что это видел он, ей было вполне достаточно. Его признание её красоты было для неё высшей наградой, даже если сама она чувствовала, что и близко не стоит рядом с другими девушками. Ведь когда он смотрел на неё своими мягкими зелеными глазами с этой доброй улыбкой, полной любви и нежности, она чувствовала себя самой особенной девушкой на планете. — Спасибо, любимый. Ты тоже выглядишь... довольно симпатично, — улыбнулась Астория в ответ, пока они шли прочь. — Эй! Что значит «довольно»? — с напускной обидой спросил Гарри. Астория лишь рассмеялась и вывела его из гостиной Слизерина, не обращая внимания на недоуменные взгляды окружающих.

***

Следующие месяцы пролетели быстро, пока не настал день перед третьим испытанием. Гарри и его девушки в это время отдыхали, так как делать им было особо нечего. Само собой, большую часть времени всё заканчивалось сексом. Хотя троице лучших друзей — Гарри, Дафне и Трейси — нравились их групповушки, со временем девушки стали предпочитать проводить время с ним наедине. Гарри было всё равно, так или иначе, но он был даже рад, что Дафна и Трейси удовлетворили своё любопытство друг к другу и больше не спали между собой. Это нехило польстило его эго. Флёр, с другой стороны, была занята тренировками, пытаясь стать сильнее. Она всё ещё была азартна и хотела выложиться на полную в последнем задании. Гарри, конечно, исполнял свой долг — отвлекал её и помогал расслабиться, что чаще всего подразумевало… секс. Вы угадали. Про Айрис лучше и вовсе промолчать. Она стала… Ну, в общем, не будем об этом. Проще говоря, секса в жизни Гарри стало очень много. Астория же начала всё чаще ходить с ним на свидания. Она оказалась натурой романтичной и очень ценила его знаки внимания. Хотя до самого секса у них ещё не дошло, в своей физической близости они перешли многие границы. К этому моменту они перепробовали практически всё, кроме самого акта. В отличие от Айрис, Астория считала, что ещё слишком юна для этого, и решила подождать. Гарри не возражал. Впереди у них была целая вечность, и пара лет на этом фоне казалась сущим мгновением. Затем был еще и любопытный случай с Жасмин Зинан. Его подругой и его рабыней. Как он и планировал, после смерти родителей Жасмин стала зависима от его любви и нежности. Теперь она смотрела на него снизу вверх. И Гарри беззастенчиво пользовался этим, чтобы заставить её полюбить его. Добровольная рабыня куда полезнее мятежной. Поэтому он никогда не кичился своим статусом господина и поддерживал их дружбу в том же виде, какой она была до того трагического случая. Хотя Жасмин хотела от него большего, чем просто дружба. Они с Гарри много раз целовались, но дальше этого не заходили. Жасмин хотела, чтобы инициативу проявил он. Но он не спешил этого делать, ведь она не смогла бы сказать "нет", если бы он прикоснулся к ней. В конце концов, она была его рабыней, и, если бы он захотел, он мог бы просто нагнуть её и взять силой, невзирая на её согласие. Именно по этой причине он не форсировал их отношения. Поскольку Гарри решил, что ему нужно её расположение, он не хотел, чтобы она чувствовала себя вещью. Что, по иронии судьбы, ужасно раздражало Жасмин, которая уже начала терять терпение. Невзирая на их сложные отношения, Гарри серьезно отнесся к своей обязанности обучить её Деусу. Они встречались каждую неделю, чтобы практиковать свою особую разновидность магии. Сегодня был один из таких дней. — Сосредоточься, Жас. Хорошо. Вот так, — Гарри улыбнулся, стоя позади неё и положив руку ей на поясницу. Её тело засияло белым неземным светом, а голубые глаза стали золотыми. Даже её синие волосы искрились в темноте. В данный момент они находились на поляне в Запретном лесу. В том самом месте, которое Флёр часто использовала для своих тренировок. Ночь была прохладной, а полнолуние заливало их серебристым светом. Постоянно слышался тихий стрекот насекомых, а время от времени доносившееся издалека рычание или шипение магических животных было вполне ожидаемым. Жасмин вздрогнула, когда над ними пронесся холодный порыв ветра. Она пожалела, что не надела что-то более теплое и плотное. Её тонкая розовая футболка и красные хлопковые шорты почти не грели. С другой стороны, её не предупредили, что место их тренировок изменится. Она уже успела привыкнуть к уютной атмосфере Выручай-комнаты. Она с облегчением вздохнула, когда по телу мгновенно разлилось тепло. Источником внезапной перемены температуры была ладонь Гарри на её спине. Она поблагодарила его молчаливым кивком, позволяя Деусу завладеть своим телом. — Мы — прямое потомство Матери Магии. Благодаря этому у нас самая чистая и неразбавленная магия. Нам не нужно взмахивать палочкой или произносить заклинание. Нам достаточно просто пожелать, и магия сделает всё остальное. Магия подобна восторженному щенку, который хочет исполнять любую нашу команду. Забудь всё, чему ты училась до сих пор, и просто пожелай, чтобы это возникло, вообрази это, — Гарри использовал то же объяснение, что и в первую ночь тренировок, мягко проводя рукой вдоль её позвоночника. Жасмин последовала за его голосом и сделала именно это. Она пожелала беззвездного неба. Она представила, что в вышине осталась только луна. И вот так, в мгновение ока, миллиарды звезд исчезли, оставив в черном небе лишь диск луны. Она почувствовала силу и гордость от того, что изменила мир одной лишь мыслью. — Я только что уничтожила бесконечное множество звезд ради практики? — Она не удержалась от хмельного смешка, опьяненная безмерным могуществом внутри себя. — Нет. Ты лишь наложила иллюзию, которая скрыла звезды. У тебя недостаточно сил или мастерства, чтобы гасить миллиарды светил. Даже у меня их нет, — Гарри понимающе улыбнулся, обходя её, и остановился напротив. — Тем не менее, ты быстро учишься. Иллюзия, покрывающая целую планету, достойна похвалы. При таких темпах твое обучение скоро закончится. Жасмин одарила его счастливой улыбкой и развеяла заклинание, заставив звезды вновь появиться в бескрайнем небе. — Это всё благодаря тебе. Сама бы я никогда не зашла так далеко, — с благодарностью произнесла Жасмин, шагнув вперед и обняв его. Гарри усмехнулся, отвечая на объятие. — Мы — великаны в мире муравьев, Жас. Было бы прискорбно видеть, как ты продолжаешь прикидываться муравьем, хотя на самом деле являешься чем-то большим, — улыбнулся Гарри, слегка приобняв её. Жасмин отстранилась, но перехватила его ладони и принялась причудливо размахивать ими между их телами. — Странно осознавать, что я обладаю такой мощью. Мне до сих пор кажется диким то, что я бессмертна и прихожусь дочерью Жизни и Магии, — рассуждала Жасмин вслух. Гарри хранил молчание, пока она погружалась в свои мысли. Внезапно она резко вскинула голову к нему и возбужденно спросила. — Значит ли это, что я тебе ровня? Что я смогу даже победить тебя? — На данный момент — не совсем. Хотя технически у тебя бесконечный источник Деуса как у дочери самой Магии, ты всё ещё не достигла зрелости и не достигнешь её ещё несколько столетий. И хотя у меня ограниченное количество Деуса — ровно половина того, чем владеет Матерь Магия — это всё равно в сотни раз превосходит твои запасы. Если мы сразимся сейчас, мне понадобится едва ли секунда, чтобы одолеть тебя, — с забавленной улыбкой развеял её заблуждение Гарри. Жасмин вздохнула, но посмотрела на него с воодушевлением. — Ну, в любом случае это спорный вопрос. После того как твой план завтра увенчается успехом, ты станешь самым могущественным существом во всём сущем. Я с нетерпением жду своей роли. Наконец-то я смогу отплатить тебе за всю твою помощь. — Ты ведь помнишь, что после этого ты будешь чувствовать слабость и боль в течение нескольких недель? — спросил её Гарри, приподняв бровь. Жасмин беспечно пожала плечами, всё еще удерживая его руки в своих. — Я с радостью перетерплю это ради тебя, — мягко улыбнулась она. Гарри запечатлел короткий поцелуй на её губах, прежде чем отстраниться и высвободить свои руки. — У меня есть подарок для тебя, Жас, — загадочно ухмыльнулся Гарри, пряча руки за спину. Глаза Жасмин расширились от изумления, и она нетерпеливо запереступала с ноги на ногу. — Что это? Ну же, не тяни. Гарри рассмеялся над её детской выходкой и вытянул руки вперед. На его правой руке висело черное ожерелье. Жасмин завороженно уставилась на украшение, впитывая каждую его деталь. К черной цепочке был прикреплен небольшой кулон: зеленый драгоценный камень, обвитый змеем, кусающим собственный хвост. Символ Уробороса. Знак вечности. — Это традиция — я дарю это ожерелье своим девочкам. Дафна, Трейси, Айрис, Астория, Флёр. У всех оно есть. И теперь оно будет и у тебя. В камне заключена часть моего Деуса, создающая между нами постоянную связь; также оно оберегает тебя от любых прямых заклинаний. Какими бы ни были чары, оно защитит тебя. Это делает тебя почти неуязвимой в магическом бою, — объяснил Гарри, заходя ей за спину. Она покраснела, когда его пальцы коснулись её шеи, пока он убирал в сторону её синие волосы. Она почувствовала легкое головокружение, когда тяжесть кулона легла ей на грудь. — Значит, теперь я — одна из твоих девочек, — лукаво подсказала она. Гарри снова встал перед ней, его губы растянулись в кривой ухмылке. — Если ты этого хочешь, — хрипло ответил он. Жасмин настойчиво кивнула и прыгнула на него. Он подхватил её на руки. Её бедра обхватили его талию, а руки сомкнулись у него на шее. Они исчезли в золотистой вспышке и появились на огромной кровати в Выручай-комнате. Несколько минут он страстно целовал её, одновременно ощупывая её грудь и зад. Внезапно он перевернул её на живот. Она поднялась на четвереньки и вскрикнула, когда он сорвал с неё шорты и трусики. Она задрожала, почувствовав, как обнажились её интимные места. Жасмин повернула голову назад и увидела, как он стягивает брюки и бельё. Она сглотнула от волнения, когда почувствовала его твердость у своей задницы. — Ты готова? — хрипло спросил он, растирая стояк между её пышных ягодиц. Она кивнула, чувствуя себя слишком ошеломленной, чтобы ответить словами. Внезапный жар от соприкосновения с его членом туманил ей рассудок. Она застонала, когда его твердость коснулась её мокрой киски. Жасмин затаила дыхание, когда он обхватил её за талию и начал медленно и осторожно входить. — Ах-х… — громко простонала она и уткнулась раскрасневшимся от смущения лицом в подушку, закусывая её, чтобы сдержать крики.

***

Луна Лавгуд не спала в этот поздний ночной час. Она сидела на стуле в гостиной Рейвенкло. Она притащила стул к самому окну, чтобы устроиться поудобнее. — Наконец-то пришло время. Завтра мир изменится, — пробормотала Луна себе под нос. Она видела это в одном из своих видений. Она могла бы даже изменить это, если бы пожелала. Ей всего лишь нужно было использовать свою силу — способность контролировать чужую магию — и убить его. Он бы умер. Хотя он был безмерно могущественен, он всё еще оставался уязвим для магии её семьи. Она могла бы остановить его до того, как он успеет возвыситься. Она могла бы последовать судьбе и исполнить свой долг, как ей и полагалось. Большинство людей легко бы предпочли поступить именно так, ведь это предотвратило бы внезапные перемены, сохранило бы мир таким, какой он есть. Но Луна не была «большинством людей». Она устала от всех этих видений. Она измучилась от этой силы. И завтра она ничего не предпримет и позволит ему добиться успеха. Завтра она побудет эгоисткой вместо того, чтобы жертвовать собой.

***

До начала третьего задания оставалось полчаса. Гарри и его группа собрались в Выручай-Комнате. — После того как всё пойдет по плану, я, возможно, не смогу увидеть вас в ближайшее время. Но будьте уверены: я вернусь. Не снимайте ожерелья и держитесь вместе. В следующий раз, когда вы меня увидите, я буду сильнейшим бессмертным во всём сущем. И тогда, в свою очередь, я сделаю бессмертными и вас. Пожелайте мне удачи, — Гарри улыбнулся, обнимая и целуя каждую из них, готовый бросить последнюю кость и завершить игру. — Я не хочу, чтобы ты уходил, — пробормотала Айрис, вцепляясь в него и забираясь к нему на колени. Гарри весело усмехнулся и крепко прижал её к себе. — Это ненадолго, Айрис. Не волнуйся слишком сильно, — успокоил он её, осыпая поцелуями. Айрис лишь вздохнула и спрятала лицо у него на груди. Дафна и Трейси смотрели на него с тревогой, но поддерживающе кивнули. Астория и Флёр тоже чувствовали мандраж. — Давайте всегда будем вместе целую вечность, — Гарри улыбнулся каждой из них и нежно провел пальцами по волосам Айрис. — Возможно, я монстр. Самый жестокий, без морали и почти лишенный сострадания. Возможно, я бесчеловечное, пустое существо, лишь притворяющееся человеком. Я могу быть всем этим, а могу и не быть вовсе. Я до сих пор не уверен в этом до конца. Но в чем я абсолютно уверен, так это в том, что люблю вас всех. Самой глубокой частью своего холодного сердца. Я бесконечно благодарен вам за то, что вы остались со мной, даже столкнувшись с моей уродливой сущностью. Спасибо за вашу преданность и любовь. До скорой встречи.