Глава 39: Ложь, ставшая правдой

Гарри стоял перед лабиринтом вместе с другими чемпионами. Флёр и Седрик стояли по обе стороны от него, в то время как Крам расположился подле Седрика. Вечерний солнечный свет казался теплым, а трава выглядела скорее оранжевой, чем зеленой. Даже части лабиринта пестрели красно-оранжевыми пятнами. — Увидимся, Флёр, — сказал Гарри Флёр, когда подошла его очередь входить в лабиринт. В конце концов, он был на первом месте. Она кивнула и коснулась своей груди, где было спрятано ожерелье в виде уробороса. Он послал ей улыбку и погрузился в гигантский лабиринт, ни разу не оглянувшись назад. Вместо того чтобы идти сквозь лабиринт как обычно, Гарри ухватился за парящую камеру и телепортировался вместе с ней в центр лабиринта, туда, где находился кубок. Он взял кубок другой рукой и выиграл турнир. Вот так просто.

***

Все люди на трибунах громко освистывали происходящее. Они стояли и возмущались, умоляюще глядя на судей. Они ожидали зрелищного состязания, но турнир завершился быстро, резко и совершенно скучным образом. Даже те, кто наблюдал за происходящим в уютной домашней обстановке, были глубоко разочарованы столь бесславным финалом знаменитого турнира, за которым следил весь магический мир. Они требовали реванша, в котором подобные скучные способности были бы запрещены. Трое чемпионов недоверчиво смотрели на опавший лабиринт; они проиграли прежде, чем успели хотя бы попытаться. Флёр не смогла сдержать недовольный стон. Она и не подозревала, что Гарри просто возьмет и телепортируется, чтобы закончить соревнование. Она думала, что он хотя бы даст им крошечный шанс проявить себя. Это было попросту несправедливо. Проделать весь путь до Британии и проиграть вот так — это было жестоким фарсом. Она была крайне раздосадована на него. Неужели он не мог немного затянуть матч, чтобы она могла хотя бы почувствовать, что поучаствовала и проиграла честно? Глядя на единственный работающий экран, она увидела Гарри, идущего по мрачному кладбищу. Внезапная тишина воцарилась вокруг, пока все с сомнением взирали на гигантский парящий телевизионный экран. Разве турнир не окончен? Почему Гарри Поттер на кладбище, а не на сцене? Если бы кто-то взглянул на Дамблдора, он бы увидел, как вся кровь отхлынула от его лица, поскольку тот знал это место. Остальные организаторы тоже паниковали, осознавая, что что-то пошло в корне не так, понимая, что это не было частью шоу. — Добро пожаловать на Перерождение мира, — спокойно провозгласил Гарри, глядя в камеру и остановившись в десяти футах перед каменной статуей. Зрители закричали в тревоге, когда увидели невзрачного человека, наставившего палочку на четвертого чемпиона. Поскольку Гарри все еще стоял лицом к камере, он не видел безмолвного мужчину, подкрадывающегося сзади. — Осторожно! — Позади тебя! Многие глупо кричали, даже понимая, что он не может их слышать. Гарри в ответ, словно чудесным образом услышав их, даже не повернув головы, чтобы взглянуть назад, взмахнул рукой, будто отмахиваясь от мухи. Питер Петтигрю и младенческая форма Волдеморта мгновенно рухнули без сознания позади него. На трибунах воцарилась ошеломленная тишина при виде столь небрежной демонстрации силы. — Как я и говорил, добро пожаловать на Перерождение мира. К его завершению всё изменится. Да начнется процесс, — серьезно произнес Гарри и хлопнул в ладоши. Они увидели, как он сотворил трон посреди могил и властно воссел на него. Он откинул голову на подголовник и закрыл глаза, напоследок бросив на них прищуренный взгляд. Мгновенно вспыхнул золотой свет — свет настолько яркий, что экран стал белым, и все рефлекторно прикрыли глаза.

***

Наконец Гарри, впервые в своей жизни, дал себе волю. Его Деус, потусторонняя божественная мощь, хлынула из него подобно цунами, стремившемуся затопить собой весь мир. Увы, этого было недостаточно. Его Деус был ограничен и не мог охватить каждое существо на земле. Поэтому он осушил единственный другой известный ему источник Деуса. Жасмин Зинан, его близкая подруга, сидела в кресле в Выручай-комнате. Она знала план и с нетерпением ждала своей роли. Именно по этой причине она была не внизу на трибунах, а в этой комнате. Её ожерелье в виде уробороса начало ярко светиться. — Значит, это началось. Бери, Гарри. Бери столько, сколько хочешь, — выдохнула она, когда золотистая энергия покинула её тело и слилась с массивной волной, парящей над миром, словно змей, готовый к броску. Она хрипло закричала, когда Деус вытягивали из неё, словно воду через губку. Ей казалось, будто кто-то жестоко вырывает её конечности. Она вопила и шипела в агонии, изо рта свободно текла кровь, кожа стала пепельной, а все волосы выпали с головы. Она споткнулась, упала с кресла и растянулась на полу в луже собственной крови, скуля от того, как из неё высасывают магию. Она потеряла в весе и лишилась мышц, став похожей на тонкую палку; кожа отчаянно облепила кости. Она выглядела так, будто находилась на последней стадии рака и была всего в шаге от гибели. К несчастью или к счастью, она была бессмертна, и милосердие Смерти было ей недоступно. Наконец она потеряла сознание и погрузилась в безболезненное забытье.

***

Весь мир охватили паника и вопли ужаса. Всё было обычным до того самого момента, пока не перестало им быть. Каким-то образом небо окрасилось в глянцевый золотой оттенок. Даже солнце скрылось за ним. Но не это стало причиной массовой паники. Нет, именно мерный гул земли заставил каждого страшиться худшего. Сама твердь содрогалась от вибрации, будто некое божество било по планете, точно в барабан. Люди выбегали из своих домов и квартир, опасаясь разрушительного землетрясения и пытаясь спасти свои жизни. Они скапливались на дорогах и в парках, перешёптываясь и выкрикивая требования объяснений. Затем пришёл он. Туман. Сверкающая золотистая дымка. Он поднимался от земли, подобно водяному пару, и застывал в воздухе. Ни мольбы, ни яростные взмахи рук не могли разогнать этот полупрозрачный блеск золота в атмосфере. И люди засыпали, едва туман касался их. Не было похоже, что у них оставалось время даже на тщетную борьбу. Это происходило не в каком-то одном месте. Это происходило повсюду. На высочайших пиках Гималаев, на изолированных Северном и Южном полюсах, в бесплодной пустыне Сахара, в глубочайших океанах. Туман возникал везде, словно внезапный вестник рока, скрывая солнце и захватывая небо. Это было настолько же прекрасно, насколько и пугающе. Европа, Америка, Азия, Австралия, Африка — ни единое место не было пощажено. Это было явление планетарного масштаба. Каждый дюйм и каждый уголок планеты был укутан этим странным туманом, принуждавшим людей ко сну. Многие пытались бороться. Но как можно сражаться с туманом? Сгусток тумана даже выстрелил в космос, чтобы разыскать оставшихся людей на различных космических кораблях. В конце концов, каждый человек, будь то младенец, только вступивший в жизнь, или старик на пороге смерти, был окутан мерцающим туманом. Даже животные были сражены им. Сюда входило любое разумное существо. Не имело значения, была ли это простая муха, которой суждено погибнуть через несколько минут, или разумная раса, живущая столетие. Туман коснулся их всех. Он коснулся их душ и втянул их в его мир снов. В мире наконец воцарился покой. Потому что каждое существо спало, невзирая на день или ночь, невзирая на холод или жару. Каждое существо было обволочено этим туманом — покровительственно и собственнически, оберегая их от вреда, но в то же время и лишая свободы. Дафна, Астория, Айрис, Флёр, Трейси и Жасмин были единственными исключениями среди несметного множества живых существ. Пока Жасмин всё еще лежала без сознания в Выручай-комнате, другие девушки сидели на трибунах вокруг разрушенного лабиринта, в изумлении взирая на притихший мир. — Одно дело слышать о его плане и совсем другое — видеть его воплощение. Я поражена тем, что у него действительно всё это время было столько власти. Весь мир спит, и всё из-за него. Это даже немного пугает, — пробормотала Астория, глядя на золотистые туманные коконы, в которых покоились разные волшебники и ведьмы. — Конечно, брат великолепен. Я всегда это знала, — гордо вставила Айрис, вызвав забавные взгляды у своих спутниц. — Мне было бы страшно, если бы я не доверяла Гарри, — произнесла Флёр, наблюдая за тем, как даже её младшая сестра и мать не стали исключением в его плане. — Не волнуйся. С ними всё будет в порядке. Гарри не причинит им вреда, — Трейси ободряюще улыбнулась ей. Флёр благодарно кивнула в ответ. — Проклятье! Что теперь делать? Я хочу посмотреть, как Гарри будет действовать дальше, но мы ничего не видим, так как его туман игнорирует нас, — недовольно проворчала Дафна. Словно в ответ на её просьбу, перед ними материализовался небольшой экран.

***

Четырнадцатилетний мальчик сидел в похожем на трон кресле в роскошных покоях. Его тело облачали одежды из нежнейшего черного шелка, а длинные иссиня-черные волосы волнами спадали на плечи. Его озорные зеленые глаза светились изнутри, а на лице играла ленивая улыбка. — Для тех, кто меня не знает, я — Гарри Поттер. И я пришел, чтобы изменить ваш уклад, — начал Гарри, по-доброму глядя вперед. В одно мгновение тронный зал исчез, и теперь Гарри стоял на выступе, в то время как триллионы живых существ теснились под обрывом. Там были люди, магические создания, вампиры, оборотни, гоблины, а также всевозможные звери, насекомые и птицы. Это было бесконечное море существ, простиравшееся до самого горизонта. К счастью для всех, они видели его так, словно он стоял прямо перед ними, даже если находились в сотнях километров. Небо позади него было ясным и безмятежно-голубым, как ранним утром. Солнца не было, но лился солнечный свет. Ветра не было, но ощущалась приятная прохлада. Люди пытались кричать или вопить. Они пытались спросить его, что, черт возьми, происходит, но здесь они не обладали свободой движений или слова. Они не могли ничего, кроме как стоять на бескрайней зеленой равнине и слушать то, что он говорил. — Но прежде чем мы продолжим, позвольте мне раскрыть вам мою истинную сущность. Мое настоящее «я» — это Хаос, одно из двух первородных существ, создавших эту мультивселенную. Второе существо — Порядок, который в данный момент пребывает в спячке, оставив меня за главного. Мы двое — хранители Миров. Мы — Наблюдатели. Мы — Творцы. Наш долг — оберегать их и сохранять баланс, чтобы не допустить падения известного мира, — Гарри дружелюбно улыбнулся, глядя на недоверчивые лица внизу. — Да, я знаю, в это трудно поверить, но так же трудно и в то, что каждый живой разумный организм собран здесь передо мной, в моей власти. Вам лучше поверить. Если я пожелаю, я смогу убить вас всех лишь одной мыслью. Вообще-то, таков и был план, потому что ваша планета стала порочной и безнадежной. Магия умирает, Природа умирает, всё то доброе, что делает вашу планету пригодной для жизни, — умирает. Было бы слишком легко просто стереть всё ваше существование, чтобы ваши продвинутые будущие поколения не нанесли непоправимого вреда мультивселенной, став паразитами и пытаясь вторгнуться на другие планеты из-за того, что вы уничтожили нынешнюю. Да, идея убить вас всех весьма заманчива, — объяснил Гарри с той же добродушной улыбкой. Множество существ перед ним вздрогнули от страха. Даже менее разумные создания, такие как животные, почувствовали, как внутри них нарастает ужас; они не понимали его слов, но осознавали опасность, исходившую от этого высшего хищника. — К счастью для всех вас, мы, Творцы, милосердны, и истребление несметного количества существ оставит неприятный осадок в наших душах. Вот почему я, Хаос, решил взглянуть на этот мир глазами человека, а не Бога, и проверить, есть ли другой способ остановить распространение яда на другие миры. Я родился здесь как Гарри Поттер, сын волшебника и ведьмы. Да, в вашем мире есть магия, для тех, кто не знает. Это был уникальный опыт, если не сказать больше. Мне довелось побыть человеком и прочувствовать все человеческие эмоции. И я также выяснил, как спасти этот мир, не уничтожая его. Пока я рос в вашем мире, я постепенно осознал, что главной причиной страданий и порочности в этом мире являются свобода и власть. У людей есть свобода творить добро и зло. И у людей есть свобода избегать наказания, если у них есть власть. Здесь среди вас миллионы тех, кто совершил самые гнусные преступления и всё же живет в роскоши вместо того, чтобы гнить в камере. Всё потому, что у вас есть власть, политическая или экономическая, позволяющая подкупать и развращать и без того порочную систему, — вежливо объяснил Гарри и кивнул толпе. Многие из них нервно заерзали, зная свои собственные прегрешения и неприглядную правду. — Не бойтесь, люди мои. Я решил стать Мессией вместо истребителя. Я решил быть добрым вместо жестокого. Я спасу ваш мир, не доводя всех вас до вымирания. Я преподнесу вам дар. Подарок от Бога, — величественно провозгласил Гарри. Миллиарды существ, способных его понять, смотрели на него с ожиданием и страхом. — Я дарую вам всем символ Вечности. Мой собственный символ. В теле каждого существа возникло мимолетное покалывание. Они не почувствовали никаких перемен и подумали, что намерения этого самопровозглашенного Бога не осуществились. Но когда они взглянули друг на друга, то ахнули от изумления. Теперь в центре лба каждого существа был запечатлен красный символ уробороса. Не имело значения, насколько ты велик или микроскопичен. Каждое живое существо теперь носило на своем теле красную татуировку змеи, пожирающей собственный хвост. — А теперь позвольте мне объяснить его предназначение. Слушайте внимательно, люди земли: этот символ особенный. Знак того, что все вы наконец стали равны в том, что касается власти и свободы. — То, что у вас на лбу — это ваш судья, присяжный и палач. Абсолютная тишина окутала бесконечную равнину. — Да, вы не ослышались. Теперь внутри вас заключена магическая сила. Но вместо того, чтобы наделять вас особыми способностями, она присматривает за вами и решает, достойны ли вы находиться среди живых или нет. О, смотрите, она уже работает, — Гарри усмехнулся, будто только что удачно пошутил. Люди исчезали миллионами и миллионами. Они превращались в дым и бесшумно схлопывались. Если бы кто-то мог закричать, он бы это сделал. Но все безмолвствовали и замерли по воле Хаоса. — Когда вы все проснетесь, не будьте удивлены, обнаружив огромное количество мертвых тел. Это лишь преступники и отбросы общества. Не стоит слишком их оплакивать. Теперь, когда в живых остались только хорошие люди — кстати, мои поздравления, — перейдем к следующему пункту. Все вы теперь вольны жить и возвращаться к своим жизням. Для вас ничего не изменится, мой символ не будет вмешиваться в вашу жизнь. Он станет невидимым, как только вы проснетесь. Но когда вы соберетесь сделать что-то плохое, и будете твердо намерены это совершить, и это не будет просто мимолетной мыслью, тогда символ подействует прежде, чем вы вообще успеете совершить грех. Да, я создал идеальный мир. Мир покоя без преступности. Все, что вам было нужно, — это Бог, который лишил бы вас свободы творить зло. Теперь правила… Что ж, правил нет. Ха-ха. Я не устанавливаю жестких правил, в которых вы могли бы найти лазейки. Мой символ адаптивен, он накажет вас так, как сочтет нужным. Наслаждайтесь вечным Раем. Надеюсь, вам понравится. Я, Хаос, покидаю ваш мир, поскольку хаоса в нем больше не будет. Прощайте, люди. Не будьте плохими и ешьте овощи. — Хаос ухмыльнулся и исчез с обрыва. 24 июня 1995 года. Этот день вошел в историю под названием Новый Генезис. В тот день мир изменился безвозвратно. Он изменился к лучшему. А те, кто считал иначе, тихо умерли. По населению был нанесен сильный удар, так как погибло более нескольких миллионов человек. Все сочли бы это причудливым сном, если бы это не случилось с каждым. И в подтверждение их веры из вод Тихого океана внезапно поднялась огромная чертова мраморная статуя Гарри Поттера. Она была настолько большой, что ее можно было отчетливо разглядеть из космоса. Это поставило точку. Все они с готовностью признали, что встретили божество. Что они встретили одного из истинных Богов. Была даже предпринята попытка основать религию вокруг него, но люди, начавшие это, умерли через несколько дней. Символы уробороса на их лбах прожгли мозг насквозь. Это означало, что они совершали нечто дурное. Именно так многие люди продолжали умирать, и было не слишком трудно догадаться, что они пытались сотворить какое-то зло. В целом, Хаос утвердился в сознании каждого как божество — если не сознательно, то подсознательно. Нашлись немногие, кто всё еще отрицал его существование и выступал против идеи двух Первородных Богов, но это было лишь отчаянное отрицание. Они примут это через несколько дней.

***

Как только Гарри почувствовал, как в него просачивается сила веры триллионов существ, он исчез с обрыва и освободил всех из темницы снов. Его насильно потянула какая-то неведомая мощь. Он оказался под черным зловонным океаном, который пытался его утопить. Чернильная вода проникала в рот и нос, заполняя его душу до самых краев. Зная, что это и есть сущность Хаоса, Гарри позволил себе утонуть в бесконечной тьме. Когда он выпьет всё это, он станет истинным Хаосом. Наконец он станет олицетворением Хаоса. Наконец он превратится в божество. В самое могущественное бессмертное существо. Он лениво дрейфовал вниз, пока бесконечная вода пыталась проникнуть внутрь его души. Постепенно он начал чувствовать дурноту и страх. Воде не было конца. Его душа не могла вместить в себя всё это. Он начал сопротивляться, но темная вода крепко держала его и вливалась внутрь. Он оказался в ловушке вечной петли бесконечной воды, текущей сквозь его душу. И поскольку вода никогда не кончалась, так как она прибавлялась каждую секунду, пока в каждое мгновение расцветали новые миры, Гарри никогда не смог бы вобрать её всю и спастись. Он издал безмолвный крик, когда вода толкала его всё глубже и глубже в бесконечный Хаос. «Прости, Айрис. Простите меня все. Я прошу прощения за то, что никогда не смогу вернуться», — мрачно подумал Гарри, когда его сознание угасло и он ушел в мир снов, чтобы избежать мучений. Он совершил роковую ошибку. Он недооценил сложность и переоценил свою силу.

***

Чертог Семи был заполнен всеми важными божествами. Лорд Время восседал на своем троне и сурово взирал на перешептывающихся богов. — Судьба! Ты потерпела неудачу. Это было твоим долгом — не допустить, чтобы какой-либо человек обрел столь огромную силу и влияние, способные нарушить равновесие мира. Гарри Поттер сделал именно это. Он обманул мир, чтобы утвердиться в качестве божества, — резко произнес Лорд Время. Юная черноволосая девочка, выглядевшая как семилетний ребенок, вышла вперед из толпы богов. — Прошу прощения, мой лорд. Но нельзя взваливать всю вину на меня. Леди Магия была той, кто отдал половину своей божественной сущности этому дитя. Леди Смерть была той, кто взрастил знания ребенка и дал ему ресурсы для планирования этого гнусного деяния. Я ничего не могла поделать, милорд. Единственная вина, которую я могу признать, заключается в том, что моя избранница, Луна Лавгуд, не справилась со своим долгом. Честно говоря, из-за вмешательства Магии и Смерти судьба Гарри Поттера изменилась кардинально и бесповоротно. Ему никогда не было предначертано иметь столько власти или влияния, — гневно пожаловалась Судьба. — Леди Магия, что ты можешь сказать в свое оправдание? — спросил со своего трона Лорд Время. — Ой, — она дерзко усмехнулась. Лорд Время устало вздохнул и перевел взгляд на Смерть. — Я ни о чем не жалею. Я лишь хотела вернуть свои инструменты, которые Леди Магия и Леди Жизнь украли и раздали смертным. Буду честна, это также была ваша вина: вместо того чтобы вернуть инструменты мне, вы позволили им остаться в мире смертных, дабы наказать и проучить Леди Магию и Леди Жизнь. Я не принимала участия в том глупом инциденте, так почему же я должна была за него расплачиваться? — безучастно ответила Леди Смерть и уставилась на Лорда Время, который отвел глаза. — К счастью для мультивселенной, Гарри Поттер не добьется успеха. Есть причина, по которой Хаос и Порядок не являются разумными существами. Они обладают слишком большой силой и всемогущи. Ни один разум не способен переработать или пережить это. Хотя Гарри Поттер и успешно превратил себя в Бога, он не сможет ничего с этим поделать, так как навечно останется в ловушке бесконечной сущности Хаоса. Он уже, должно быть, сошел с ума. Увы, прискорбно видеть, как столь амбициозный юноша гибнет. Он прыгнул слишком высоко и пожелал слишком многого, — печально пробормотал Лорд Время. И Леди Смерть, и Леди Магия скривились. Для Магии Гарри Поттер был практически сыном, а для Смерти — другом и спутником. Обе они были полны скорби и сожаления, услышав о его плачевном состоянии.

***

Первоначальный план состоял в том, чтобы последовать приказу Смерти и отдать ей Дары, а взамен обрести бессмертие для себя и своих девочек. Это было бы самым простым и безопасным способом достичь его цели. Но это также сделало бы его её слугой. А Гарри Поттер не любил склоняться ни перед кем. Затем он начал собирать информацию у Смерти. О божествах, об их существовании, об их рождении и об их божественности. Он узнал, что божественные существа создавались естественным путем. Когда определенная сфера обретала достаточно веры и влияния, природная сила автоматически создавала олицетворение этой сферы. Впрочем, это было верно только для старших богов. В разных мирах существовали и другие боги, рожденные иначе. Но они значительно уступали старшим богам. Больше всего на свете Гарри ненавидел быть в чем-то хуже других. Он привык быть самым могущественным существом и ему не нравилась мысль о том, чтобы стать низшим богом. После того как он изучил предания известного мира, он был в замешательстве и не знал, что делать дальше. Затем идея начала формироваться — медленно и постепенно. Он мог стать самым могущественным существом. Зачем пытаться стать старшим богом, когда он мог пойти дальше и стать первородным? Весьма кстати у Хаоса и Порядка даже не было олицетворений. Это был пустующий трон, просто ждущий того, кто предъявит на него права. Именно это осознание было необходимо Гарри, чтобы наконец стать тем, кем он всегда хотел быть. Сильнейшим и лучшим. Обладающим свободой делать всё, что пожелает, не опасаясь последствий. Будь то добро или зло — его это не заботило. Он просто хотел абсолютной свободы. Так начал формироваться его генеральный план. Сперва он решил утвердить веру только в магическом мире, так как его Деуса было недостаточно, чтобы охватить всю планету. К счастью, Жасмин Зинан случайно встретилась на его пути и дала ему шанс совершить свое вознесение в совершенно ином, грандиозном масштабе. Зачем останавливаться только на магах, когда теперь ему могло поклоняться каждое разумное существо? План был безупречен и исполнен мастерски. Всё прошло так, как он и надеялся. Ну, за исключением того, что теперь он тонул в водах Хаоса. Именно это его нынешнее затруднение всегда оставалось для него неизвестным. Никто никогда не пытался совершить нечто подобное прежде, поэтому Гарри понятия не имел, что произойдет, когда он станет Хаосом. У него были разные теории, но ничего конкретного. И всё же он уверенно двигался вперед со своим планом, зная, что он достаточно способен, чтобы встретить любое испытание и выйти победителем. Эта самоуверенность и стала его погибелью, пока он лежал неподвижно, бесцельно дрейфуя в черной зловонной воде. Его тело было уничтожено. На земле больше не осталось физического воплощения Гарри Поттера. Лишь его душа пребывала здесь, дрейфуя в сущности Хаоса.

***

Гарри находился в маленькой белой комнате. Три стены были безупречно-белыми, в то время как четвертую сторону закрывала решетка. Пол и потолок были иссиня-черными, в точности как пространство за прутьями. Лишь светящиеся стены сдерживали тьму. Гарри лежал на спине совершенно нагим. Он перепробовал всё, но так и не смог выбраться за решетку. Его Деус здесь даже не работал. Он не знал, прошли ли месяцы или годы. Поток времени здесь был искажен. Он лежал неподвижно, пока его душа осознавала всё, что происходит в каждом из миров. По крайней мере, благодаря этому он знал, как обстоят дела на земле. В его родном мире прошло четыре года. Айрис выросла в красавицу. Как и каждая из его девушек. Жасмин тоже вскоре оправилась после своего испытания и теперь была одним из самых могущественных существ на земле. Его план сработал чудесно, и теперь земля была раем. Его символ делал свое дело и отсеивал людей, не заслуживающих жизни. Даже у тех, кто родился после его вознесения, на лбу был символ уробороса. Гарри спланировал всё идеально. Символ будет передаваться каждому новому поколению после рождения, так что на земле всегда будет утопия. Ничто не изменит этого, за исключением какой-нибудь внешней силы. Но и на этот счет у Гарри было решение. Он скрыл солнечную систему под своей безмерной мощью, чтобы никакая внешняя форма жизни никогда не вмешалась в его произведение искусства. Гарри должен был быть счастлив, но он не был. Почему? Потому что ему было наплевать на то, что происходит с безымянными массами. Он сделал это не по доброте душевной. Он никогда не хотел создавать утопию ради всеобщего блага. Вовсе нет! Он просто хотел стать Богом, а боги обычно милосердны и добры. Он исполнил эту роль, превосходно сыграв своего персонажа. Единственное, чего он когда-либо желал, — это стать сильнейшим, и он им стал. К несчастью, ценой собственной свободы. Он ничего не мог поделать с этой мощью, пока не мог выбраться из клетки. Кто-то где-то, должно быть, смеялся над тем, что он оказался заперт после того, как отобрал свободу у людей земли. Как иронично. Острая головная боль атаковала всякий раз, когда создавался новый мир. И в этом заключалась самая большая проблема. Он не мог сосредоточиться на побеге, когда каждую секунду его мучила мигрень. Если бы только он мог избавиться от этих головных болей, он бы с легкостью освободился. А причиной тех болей было сотворение новых миров, которое происходило каждую секунду. Идея просочилась в его разум в промежутке между приступами боли, в интервале в долю доли доли секунды. Этого краткого мига покоя было достаточно, чтобы принести спасение. Достаточно, чтобы обдумать мысль. Это была опасная задумка, она могла нанести ему серьезный вред. Он привел его в исполнение мгновенно. Он разорвал свою душу на две равные части. Одну он оставил как воплощение Хаоса, а свое сознание поместил в другую. Внезапно он почувствовал себя свободным. Весь давящий груз и головные боли исчезли. Он посмотрел на себя. Мысленным усилием он облачил себя в одежду. Он сделал глубокий вдох, прежде чем взрывной смех вырвался из его груди. Он громко хохотал, запрокинув голову. Он продолжал это целые две минуты, пока его смех не перешел в рыдания, и он не рухнул на колени. Наконец он заплакал, выплескивая всю боль и одиночество, что он чувствовал в этой клетке. Для земли прошло всего четыре года, но для него это казалось вечностью. Он уставился на свое другое «я», которое теперь было не более чем бездушной машиной, впитывающей всю информацию и мощь мультивселенной. Гарри всё еще оставался Хаосом, но теперь ему нужно было активно задействовать эти силы. Он всё еще был всемогущ, но отныне ему снова требовалось прилагать к этому волю. Именно так, как он всегда и хотел. У него была власть, но власть не владела им. У него был Хаос, но Хаос не обладал им. Он знал, какова цена разделения души. Он навсегда утратил те крохи доброты, те остатки человечности, что еще теплились в его сердце. Теперь он был злом. До своего вознесения он всё еще придерживался неких моральных принципов. Он никогда бы не обидел маленьких детей и не стал бы их мучить. Он никогда бы не заставил невинных страдать ради своего развлечения. Но теперь он мог бы есть детей на завтрак и ничего не чувствовать. Теперь он мог бы смотреть, как они подвергаются самым гнусным пыткам, и не ощущать ровным счетом ничего. Он был пуст. Теперь он был истинным психопатом. Психопатом, который являлся сильнейшим существом в мультивселенной. Различные миры содрогнулись на мгновение, когда сильнейшее из существ разразилось маниакальным смехом. По крайней мере, он всё еще был способен ощущать те теплые чувства, которые могли разжечь в нем его девочки. Они были единственными, кто дарил тепло его холодной душе. Главным образом это происходило потому, что они были связаны с ним так глубоко и магически. Он сделал еще один вдох и телепортировался туда, где была Айрис. Пришло время воссоединения. Его другое, бездушное «я» лежало в одиночестве в клетке и обрабатывало всё, что произошло и происходило в мультивселенной. Оно было лишь оболочкой, которая связывала Хаос с Гарри Поттером и отфильтровывала все недостатки.

***

Бонусная сцена Волдеморт и Питер Петтигрю были единственными исключениями, когда злые существа не были убиты сразу. Нет, их наказание было хуже. Намного хуже. Простой смерти было бы недостаточно для убийц родителей Гарри Поттера. Нет, они были наказаны куда более сурово. — А-а-а-а-а! — вопили они оба, пока белый волк разрывал их тела и пировал ими. Если бы только в этом заключалась кара. Нет, их сделали бессмертными, и они не могли погибнуть окончательно. Они воскресали после каждой смерти и подвергались иным видам наказания. В данный момент их превратили в прекрасных эльфиек, а группа орков окружила их похотливыми взглядами. Им некуда было идти или бежать в этой замкнутой пещере. Орки набросились на них, разрывая одежду своими грязными руками. Волдеморт, который когда-то жаждал бессмертия, теперь всем сердцем желал смерти, чтобы обрести покой и сбежать от этой боли и унижения. Как иронично. Где-то Гарри Поттер смеялся, наблюдая за этим представлением.