Часть 8

Утро в доме Честера всегда начиналось одинаково шумно. Но для Мэнди это «шумно» уже переставало быть чем-то чужим. Она всё ещё просыпалась с лёгким ощущением неловкости — будто она здесь временно, будто сейчас кто-то скажет, что ей пора уходить. Но каждый раз это чувство медленно растворялось, как только она слышала знакомые голоса снизу. — МЭЭЭНДИ! ВСТАВАЙ! — Эмма как обычно врывалась без стука. — Я уже не сплю… — устало отвечала она, садясь на кровати. — Тогда быстрее! Завтрак! Через пару минут она уже спускалась вниз, поправляя волосы и пытаясь окончательно проснуться. На кухне было привычно оживлённо. Мама Честера что-то жарила на сковородке, запах корицы и теста заполнял весь дом, отец пил кофе у окна, а Честер сидел за столом с таким лицом, будто его заставили участвовать в трагедии. Он поднял взгляд. — О, ботанка. Жива. — Доброе утро, Честер. — Слишком доброе для этого мира. — Сейчас девять утра. — Тем более. Мэнди только тихо фыркнула и села рядом. Эмма тут же залезла на стул с ногами. — Сегодня мы будем делать синабоны! — Мы? — переспросил Честер. — Да! Все! — Я отказываюсь жить в этом доме, — пробормотал он. — Поздно, — спокойно ответила мама, ставя миску с тестом на стол. ⸻ К обеду кухня превратилась в катастрофу. Мука была везде — на столе, на руках, на футболке Эммы и даже каким-то образом на носу Честера. Мэнди стояла у стола, аккуратно раскатывая тесто, пока мама объясняла, как правильно распределять начинку. — Не так много, солнышко, иначе вытечет. — А у меня уже вытекло… — пробормотал Честер, глядя на свои «синабоны». — У тебя всегда всё вытекло по жизни, — спокойно заметила Мэнди. — Я сейчас обижусь. — Ты уже обижен. Эмма засмеялась. Через час они сидели на кухне, пробуя свои первые синабоны. Кривые, немного подгоревшие, но невероятно вкусные. — Это шедевр, — важно сказал отец. — Это сахарная катастрофа, — поправил Честер. — Но вкусная катастрофа, — добавила Мэнди. Он посмотрел на неё. — Ты слишком добрая для этого мира. — А ты слишком драматичный. — Баланс. И почему-то за столом стало удивительно спокойно. ⸻ После обеда они с Мэнди делали домашку. Она сидела за кухонным столом с учебником, сосредоточенно решая задачи, а Честер рядом лениво листал свой ноутбук, делая вид, что тоже «занят». — Ты вообще что-то делаешь? — спросила она. — Да. — И что? — Дышу. — Очень продуктивно. — Спасибо. Она закатила глаза, но уголки губ всё равно дрогнули. Через какое-то время он всё-таки наклонился к её тетради. — Это неправильно. — Почему? — Потому что ты ботанка и так не должно быть. — Очень логично. — Я всегда логичен. — Ты сейчас сидишь и споришь с моей задачей. — Она меня провоцирует. Мэнди тихо рассмеялась. И впервые заметила, что с ним учиться не так уж и плохо. ⸻ Вечером они смотрели фильм. Сначала все вместе — в гостиной: Эмма устроилась на полу с подушками, родители сидели на диване, а Мэнди рядом с Честером на краю. Фильм был какой-то типичный — комедия, которую никто особо не смотрел внимательно. Пока Эмма не уснула прямо на полу. — Она сдалась быстрее всех, — прошептал Честер. — Ей семь, — ответила Мэнди. — Не оправдание. Через какое-то время родители ушли, оставив их вдвоём в гостиной. Фильм продолжался, но теперь было тише. Мэнди сидела, обняв колени, пока Честер лениво смотрел в экран. — Ты сегодня странно тихая, — сказал он. — Просто устала. — От нас? — От тебя — да. — Обидно. — Вру. Он посмотрел на неё. — Ты врёшь плохо. — Я не обязана быть хорошей во всём. — Ты вообще слишком хорошая. Она на секунду замерла. — Это плохо? — Пока не решил. И он снова отвернулся к экрану. Но больше ничего не сказал. ⸻ На следующий день была школа. И теперь это уже не было чем-то новым или пугающим. Мэнди шла туда почти привычно — рядом с Честером. Они не разговаривали сразу. Просто шли. Иногда пинали камни. Иногда переглядывались. — Ты опять думаешь? — спросил он наконец. — Я всегда думаю. — Это проблема. — Для кого? — Для тебя. Она усмехнулась. — А ты всегда такой? — Какой? — Невозможный. Он задумался. — Да. — Хотя бы честно. ⸻ В школе всё было как обычно шумно. Леон махал им издалека, Мелоди уже что-то рассказывала на ходу, Биби закатывала глаза на всё подряд. — О, парочка пришла, — привычно протянула Биби. — Мы НЕ пара, — синхронно ответили они. — Уже даже отвечаете одинаково, — заметил Леон. — Это не мы, это ужас жизни, — пробормотал Честер. Мэнди тихо улыбнулась. И впервые подумала, что этот «ужас жизни» почему-то стал её нормой.