Глава 3. Споры о том, что правильно, а что - нет

      Время пролетело быстро, и вот уже Избранный с компанией покинули коттедж «Ракушка», так и не сумев уговорить Билла отдать им гоблина. Вскоре и самому Биллу пришлось примерить на себя роль бойца: он, как и все остальные, отправился защищать Хогвартс и биться с армией Волдеморта. В «Ракушке» остались лишь Варгок и Флёр. Вернувшись после победы, Билл ни от кого не скрывал полученную рану на щеке. Он с трепетом ожидал, что реакция Флёр будет такой, что они сразу расстанутся, но впечатлён оказался лишь Варгок, заметив: «Ты не только умён, но и храбр. Гоблины в тебе не ошиблись». Ну а Флёр и не думала испытывать отвращение, вероятно, взяв пример с гоблина. Её любовь не пошатнул ни уродливый шрам, что, как известно, украшает мужчину, ни то, что Билл отныне пассивный оборотень, что, подобно гоблину, добавит в свой рацион сырое мясо.       Пока Варгок поправлялся, Билл подумывал съездить к семье и посоветоваться с отцом. Сам он пока не решил, стоит ли соглашаться, обменяв свою магию на познание чужой, но такой шанс никогда прежде людям не выпадал.       По прошествии недели уже Варгоку пришлось засобираться к своим. Рана быстро заживала и больше его не беспокоила – трогательную заботу Билла о нём гоблин оценил по достоинству и обещал, что поговорит о нём с их общим начальником. Он всё же принял решение вернуться в Гринготтс, тем более что банк вернули под контроль гоблинов. Так, можно сказать, внезапно, Флёр осталась одна – и муж, и гоблин покинули коттедж в один день.       Управляющий Грингруфф был рад вновь видеть Варгока, рассказ которого оказался до того невероятен, что в это просто не верилось. Но едва Варгок упомянул инициацию и статус друга, начальник изменился в лице и выразил резкий протест.       - Понимаю, сэр, - слегка опустив голову, произнёс Варгок. – Это немыслимо, но он и вправду любит нас. Всех нас. Мы вправе ему доверять.       - Абсурд! – рявкнул Грингруфф. – Он человек, а люди никогда…       - Он больше гоблин, чем кто-либо из нас, - осмелился возразить подчинённый, - и достоин инициации. У него наше сердце, наш дух и наше мышление. Мы должны использовать этот шанс. Едва Билл откажется от своего «я», мы станем ближе к цели любого здравомыслящего гоблина. Он откажется, а мы – получим. Воспитаем преданного нам воина с гоблинской магией в жилах.       Он ожидал, что на эти слова Грингруфф попросту взбесится, но внушительный гоблин молчал, барабаня по столу длинными пальцами. Затем поднял взгляд и произнёс:       - То, что он спас тебе жизнь, ровным счётом ничего не значит. Будь он гоблином – да, но он не гоблин. Он человек.       - Он – не человек, Билл, он гоблин, - распинался отец семейства Уизли. – Не жди от него благодарности и тем более честности. К гоблинам вообще нельзя относиться, как к людям, это ДРУГИЕ существа, абсолютно чуждые нам! Они явно что-то затеяли, чтобы использовать тебя.       - Он предаст нас при первой же возможности, - продолжал втолковывать Варгоку Грингруфф. – Он подкупил тебя этой гномьей монетой! Уже забыл, как Поттер применил Империо, сделав одного из нас покорным ему? Забыл, как он ограбил один из сейфов, а после верхом на драконе разнёс банк снизу доверху? А после Волдеморт убил одного из наших! Мы простили этот гнусный, достойный мести поступок лишь потому, что за Избранным стоит весь их род, что стёр бы нас с лица Земли, навреди мы Поттеру. И после всего этого ты рассчитываешь на то, что мы сделаем волшебника одним из нас??? Ты круто ошибаешься, Варгок!       - Они навредят тебе, едва дашь согласие! – злился Артур. – Ты не Поттер, что владеет Империо и Круцио, а если выбросишь палочку, и вовсе окажешься беззащитен перед множеством гоблинов, в месте, где мы не сможем тебе помочь. Не предавай свои корни, Билл, и свою кровь, ради глупой дружбы с каким-то гоблином! На что нам их секреты? Ты же понимаешь, что никто тебе их не раскроет, ведь гоблины всегда норовят обвести волшебников вокруг пальца!       - Только потому, что мы сами с ними так поступаем, - парировал Билл. – Пап, я уже всё решил. Варгок обидится, если…       - Сынок, ты точно в порядке? – вдруг очень спокойно продолжил отец. – Давно у тебя на глазах эти шоры? Умоляю, сними их и взгляни на ситуацию трезвым взглядом!       - Он завязывал тебе глаза, - напомнил Варгоку Грингруфф.       - Да, от дневного света.       - А потом что он делал с тобой? – Голос управляющего становился всё свирепей. – Вероятно, лежал на тебе и…       Тут уж вспыхнул подчинённый.       - Я бы попросил не делать столь невероятных предположений! К нам с Биллом это никак не относится, и относиться не может!       - А, есть уже «вы», - поддел его Грингруфф. – Похоже, ты вынудил меня поговорить о тебе с королём. – И, видя, как сильно перепугался Варгок, с наслаждением продолжил: - В любом случае, инициации не будет. Король, к счастью, не чета тебе, дураку. Ты вообще не гоблин, раз отравлен уважением к волшебнику.       Варгок потупил взор, покоряясь, но не соглашаясь с начальником.       - И кем же ты станешь после инициации? – спрашивал отец сына.       - Гоблином, - отвечал Билл серьёзно.       Нервный смех разобрал Артура.       - Для тебя это лучше, чем тот, кто ты есть сейчас? Ты родился волшебником, и умрёшь им, а в своём роду никаких гоблинов я не потерплю! – поставил жирную точку возмущённый отец.       - Не странно ли? – вдруг заговорил Билл совершенно спокойно. – Все считают гоблинов опасными и нелюдимыми, но никто не пробовал считать их милыми и интересными. В мире столько волшебных существ, от которых все в восторге – нюхлер, к примеру, - а гоблины не нравятся никому. Знаешь, пап, пока я ухаживал за Варгоком, узнал о гоблинах больше, чем за всё время работы с ними. Перед беседой с тобой я колебался насчёт инициации, и, вижу, ты настроен против. Но не столько против самого обряда, сколько против гоблинов как таковых. Почему ты так боишься, что я стану одним из них? Ты же ничего о них не знаешь, оперируя лишь стереотипами, как и все те, кто наблюдал их лишь в Гринготтсе. Отец, Варгок не притворяется добреньким, не втирается в доверие, как ты сказал, да и зачем ему это? Только самый глупый и неразумный зверь вроде того же нюхлера не испытал бы благодарность за спасение, за лечение и заботу о нём. Гоблины далеко не такие. И порой создаётся ощущение, что волшебники завидуют им за их более развитый интеллект.       - Дурак ты, сын, - вздохнул Артур. – Ты старше остальных моих детей, и должен быть хоть чуточку умней. Едва ты утратишь палочку, гоблины возьмут тебя в оборот. А может, и палочку твою присвоят. На что способна их магия, ты не знаешь и не узнаешь, потому что учить тебя они не станут. Что действительно у них на уме помимо «дружбы» - тоже. И тогда мы тебя потеряем. Навсегда. Может, даже физически.       - Будто бы ТЫ знаешь, - бросил Билл злобно. Этот разговор ему надоел, надоела упёртость отца и его беспочвенные подозрения. – Не принижай гоблинов настолько, будто они даже благодарными быть не умеют.       - Были бы благодарны – не старались бы отнять твою палочку, - заметил отец.       - Они её не отнимут, а уничтожат – это раз. Я сам отдам её – это два, - терпение Билла переполнилось. – Зачем она нужна, если я получу магию гоблинов? Насколько я помню, гоблины колдуют указательным пальцем. Такая магия ограничена и отнимает много сил, именно поэтому им так нужны палочки.       - И в том числе твоя, - заключил сердитый отец.       - Я же сказал: её уничтожат.       - На твоём месте я бы не верил ни единому их слову, - посоветовал Артур. – Да ни один гоблин, попади к нему палочка, не станет её ломать, а присвоит себе.       - Палочки слушаются только хозяев, - напомнил Билл. – Гоблину нужно победить меня в бою, а это невозможно. Он даже палец поднять не успеет, как будет повержен.       - Гоблины УЖЕ тебя победили, - вздохнул тот. – И даже без магии.       Перепалка Билла с отцом завершилась ничем, как и у Варгока с управляющим. Разве что отец пригрозил вызвать Поттера для насильственного решения вопроса, а Грингруфф – что всеми силами постарается отговорить короля. Знай Артур, что один из гоблинов на его стороне – какая была бы ирония!       Обряд инициации всегда проводился с разрешения короля гоблинов, поэтому ставить его в известность было обязательно. Разозлённый управляющий долго не вылезал из его покоев, а когда всё-таки вылез, на нём лица не было. Ничего не сказав сопровождающим, Грингруфф попросту махнул длиннопалой ладонью – мол, пропади всё пропадом.       К тому моменту Билл уже вышел на работу. Работал он ликвидатором проклятий и в Гринготтсе почти не бывал. Из египетского филиала банка ему пришлось уволиться ввиду обязанностей в Ордене Феникса, ныне же, после победы, его вместо привычной работы привлекли к восстановлению разрушенных драконом помещений.       Теперь гоблины смотрели на него иначе, чем прежде. Будто бы с уважением.       - Наш король одобрил инициацию, - сообщил Варгок. – Совсем скоро ты станешь одним из нас, но ещё можешь подумать и отказаться. Мы не проводили этот обряд много лет, ты третий, кто удостоился этого, и первый, кто познает все наши тайны.       - А кто предыдущие? – с интересом спросил Билл.       - Вторым был Освальд Бимиш. Он пытался добиться для гоблинов равных прав, но ничего не вышло, поэтому мы ничему его не учили и ни во что не посвящали, кроме как в гоблины. А первым был Годрик Гриффиндор. К несчастью, он лишь втирался к нам в доверие, и мы быстро это заметили. Он прошёл инициацию, но после того, как присвоил себе меч – тот самый, что взял Поттер, - его статус друга гоблинов был аннулирован. Он обокрал самого короля, и наш народ его проклял. Ни он, ни Бимиш никогда не спасали гоблину жизнь, поэтому ты удостоился чести не только пройти обряд, но и обучиться нашей магии. Надеюсь, ты готов и не разочаруешь нас, как двое предыдущих волшебников.       - Можете не волноваться, - улыбнулся старший Уизли. – Я не подведу.       Дата церемонии держалась в секрете во избежание помех – Билл поставил гоблинов в известность о том, что им могут помешать. Предупреждение отца он воспринял серьёзно, и твёрдо решил ему не следовать. Ему столько раз твердили, что опасность исходит не от самих гоблинов, а от их магии, и останься волшебник без палочки, такая магия может сотворить с ним то, на что не способна магия людей. Поэтому с гоблинами предпочитали не связываться. Но именно это и влекло Билла: неизвестность. Да, без палочки он беззащитен, но и гоблины не настолько коварны, чтобы совершить подлый обман в ответ на милосердие. У Годрика с Освальдом ничего из такой дружбы не вышло по их же вине, а он, Билл, предельно честен и искренен перед этим народцем, с которым к тому же бок о бок (ну почти) работает. Что могло пойти не так?