Кровь и пепел

Библиотека Хогвартса после заката была местом, где время текло иначе. Студенты давно разошлись по гостиным, факелы потушили, и только мерцающие шары, висящие под потолком, заливали стеллажи бледным, болезненным светом. Мадам Пинс, которая обычно следила за порядком с неусыпной бдительностью, уже удалилась в свою каморку, и тишину нарушало лишь поскрипывание половиц да шелест страниц. Аида и Гарри сидели в самом дальнем углу, заваленные генеалогическими таблицами и пыльными томами, которые они стащили с полки «Запретной секции» по записке Снейпа. Профессор не задал вопросов, когда Аида пришла к нему после ужина и попросила доступ к материалам о роде Грэй. Он лишь выписал разрешение, протянул его, не глядя, и бросил: — Не засиживайтесь допоздна. Теперь они сидели уже третий час, и глаза у Гарри слипались. — Ничего, — устало сказал он, отодвигая очередную книгу. — Везде одно и то же: род угас в восемнадцатом веке, последний известный представитель — Эдмунд Грэй, погиб при осаде замка. Ни жён, ни детей. Пустота. Аида молча перелистывала страницы. Медальон на груди был тёплым, но не горячим, и это её успокаивало — значит, ни Тёмный Лорд, ни кто-то ещё не пытался проникнуть в её разум. Но сны… они становились всё ярче. Каждую ночь она видела ту же комнату, ту же старуху и мужчину. Они говорили с ней, рассказывали о прошлом, о каких-то ритуалах, о крови. А просыпаясь, она не могла вспомнить деталей, только обрывки — серые глаза, старую книгу, слова «ты должна вернуть». — Может, твоя семья была сквибами? — предположил Гарри, зевая. — Или сознательно скрывалась. В магическом мире не так-то просто исчезнуть, но если очень постараться… — Сквибы не оставляют магических посланий во снах, — возразила Аида. — И не говорят о фамильных артефактах. — Ты уверена, что это не просто кошмары? — Гарри посмотрел на неё с тревогой. — После того, что было с Волан-де-Мортом… — Это другое. — Аида коснулась медальона. — Защита работает. Я чувствую, когда что-то пытается войти. А здесь — будто кто-то зовёт. Не ломает стены, а тихо стучится. Она закрыла очередную книгу, ничего не найдя. Её взгляд упал на стопку пергаментов, которые дал Снейп — выписки из частных архивов, куда обычным студентам вход был заказан. Она взяла верхний и начала читать, почти не надеясь. И вдруг нашла. «Семейная хроника рода Грэй, запись от 1743 года. Эдмунд Грэй, глава рода, обвинён в пособничестве тёмным магам во время восстания якобитов. Замок Грэй-Тауэр осаждён Министерством магии. Эдмунд и его старший сын погибли при обороне. Жена Эдмунда, Маргарет Грэй, с двумя младшими детьми и семейным архивом бежала через потайной ход. С тех пор род считается угасшим. По неофициальным сведениям, потомки Маргарет поселились на севере Шотландии под чужими именами и сохранили верность старым традициям». — Гарри, — Аида ткнула пальцем в пергамент. — Смотри. Они не угасли, они скрылись. Гарри склонился над записью, и его лицо стало серьёзным. — Значит, твои сны — это не галлюцинации. Кто-то из твоих родственников жив и пытается с тобой связаться. Но зачем? — Не знаю, — Аида перечитала абзац ещё раз. — Там сказано, что Маргарет вынесла семейный архив. Может быть, там есть ответы. Или… — она замолчала, вспомнив слова старухи из сна: «фамильный артефакт». — Или что? — В одном из снов говорили об артефакте. Что-то, что принадлежало роду. И что я должна его найти. Гарри откинулся на спинку стула. — Значит, нам нужно ехать в Шотландию. В разрушенный замок. — Нам? — Аида подняла бровь. — Ты же не думаешь, что я отпущу тебя одну? — Гарри усмехнулся. — Тем более после того, как ты научила меня окклюменции. Мы вместе, Аида. Или ты забыла? Она не забыла. В его словах было что-то тёплое, надёжное, то, чего ей так не хватало в этом чужом мире. — Спасибо, — сказала она. — Но сначала нужно выяснить, где именно находится замок. И что там искать. Они вернулись к книгам, но больше ничего не нашли. В записях значилось только: «Грэй-Тауэр, Шотландское нагорье, разрушен в 1745 году. Точное местоположение утеряно». Когда они вышли из библиотеки, было уже далеко за полночь. Гарри зевнул и хлопнул её по плечу. — Завтра продолжим. А сейчас — спать. И постарайся не видеть никаких снов. — Постараюсь, — ответила Аида, но знала, что это не от неё зависит. --- Сон пришёл снова. На этот раз комната была другой — больше, светлее. В высоких окнах виднелись горы, покрытые снегом, а в камине горел огонь, бросая тёплые блики на дубовый пол. Старуха сидела в кресле, и на коленях у неё лежала не книга, а шкатулка из тёмного дерева. — Ты искала нас, — сказала она, и её голос звучал не так глухо, как в прошлые разы. — Ты почти нашла. — Кто вы? — Аида сделала шаг вперёд, чувствуя, как медальон нагревается. — Вы — Грэи? — Мы — твоя кровь, — ответила старуха. — Я — Элинор Грэй, твоя пра-пра-прабабка. А это, — она кивнула на мужчину, который стоял у окна, — Арчибальд, твой двоюродный прадед. Мы те, кто хранит память рода. — Но вы мертвы, — прошептала Аида. — Вы — призраки? — Мы — воспоминания, — сказал Арчибальд, не оборачиваясь. — Заклинания, наложенные на фамильные артефакты, чтобы последняя из рода могла найти свой путь домой. — Последняя из рода, — повторила Аида. — Значит, я действительно… Грэй? Не просто по имени? — Ты носишь нашу кровь, — Элинор протянула руку, и шкатулка на её коленях приоткрылась, залив комнату золотистым светом. — И кровь эта древняя. Она помнит то, что забыли люди. Она хранит ключи к местам, которые другие не видят. — Я не понимаю, — Аида шагнула ближе. — Что я должна сделать? — Найди Грэй-Тауэр, — сказал Арчибальд, наконец поворачиваясь. — Там, под камнями, где когда-то горел наш очаг, спрятан артефакт. Он объяснит тебе, почему ты здесь. Он откроет то, что было скрыто. — Артефакт? Какой? — Зеркало, — сказала Элинор, и её лицо стало печальным. — Зеркало, которое показывает не лицо, а путь. Оно привело тебя в этот мир. Оно же поможет тебе решить, остаться или вернуться. Аида замерла. Зеркало, которое привело её в этот мир. Значит, её попадание сюда было не случайностью? — Но будь осторожна, — добавил Арчибальд. — Зеркало — опасная вещь. Не каждый может смотреть в него и остаться собой. Наш род хранил его веками, но когда пришла беда, мы спрятали его, чтобы оно не попало в чужие руки. — И теперь, когда ты пришла, — Элинор закрыла шкатулку, и свет погас, — пришло время решить его судьбу. — Как я найду замок? — спросила Аида. — В записях нет его местоположения. — Кровь найдёт, — просто ответила старуха. — Закрой глаза и вспомни. Твоя память старше, чем ты думаешь. Аида закрыла глаза, и вдруг перед её внутренним взором возникли горы, ущелье, старый каменный мост, а за ним — руины, в которых ветер гулял между обломками стен. Когда она открыла глаза, комната начала таять. — Иди, — сказала Элинор, и её голос звучал всё тише. — Иди, пока не стало слишком поздно. Аида проснулась с чёткой картинкой в голове: дорога на север, мимо Лох-Несса, в глубь гор, где среди вересковых пустошей стоял старый каменный мост. --- Утром она сразу пошла к Снейпу. Он принимал её в своём кабинете, хотя уроки ещё не начались. На столе дымилась чашка чёрного кофе, и профессор выглядел так, будто не спал всю ночь — под глазами залегли тени, но взгляд был острым. — Вы нашли что-то, — сказал он, не спрашивая. — Да. — Аида села на стул, не дожидаясь приглашения. — Род Грэй не угас. Мои предки бежали из замка в 1745 году и скрылись под чужими именами. И у них был фамильный артефакт — зеркало, которое, как они утверждают, привело меня в этот мир. Снейп отставил чашку и внимательно посмотрел на неё. — Зеркало, — повторил он. — Зеркало, способное перемещать между мирами? — Я не знаю точно, — Аида коснулась медальона. — Но во сне мне сказали, что оно спрятано в руинах Грэй-Тауэра. И я должна его найти. — Во сне, — в голосе Снейпа послышался скепсис. — Вы уверены, что это не очередная попытка Тёмного Лорда заманить вас в ловушку? — Уверена. — Аида встретила его взгляд. — Защита работает. Я чувствую разницу. Эти сны — они тёплые. Они не ломают, они зовут. Снейп молчал долго. Потом встал, прошёлся по кабинету, остановился у окна. — Я проверил информацию через свои каналы, — сказал он. — Действительно, существуют неподтверждённые данные о том, что род Грэй не исчез полностью. В архивах Министерства есть записи о странных магических всплесках в районе шотландского нагорья, которые приписывают диким животным. Но никто не проводил серьёзного расследования. — Значит, замок существует? — Аида подалась вперёд. — Существует, — кивнул он. — Я нашёл старую карту, где отмечены руины. Примерно в трёх часах лета на метле от Хогсмида. Но, — он повернулся к ней, — я не советую вам отправляться туда одной. — Я не одна. Гарри… — Гарри Поттер, — Снейп скривился. — Ещё одна голова, которую нужно спасать, если что-то пойдёт не так. — Я справлюсь, — твёрдо сказала Аида. — Мне нужно узнать правду. — Правда, — он усмехнулся, но усмешка вышла кривой. — Вы все помешаны на правде. Но если вы так решили, я не стану вас останавливать. Однако, — он шагнул ближе, и Аида почувствовала знакомый запах зелий, — вы пойдёте только после того, как я получу больше информации. Орден проверяет, нет ли в этом районе активности Пожирателей. Если всё чисто, вы сможете отправиться на зимних каникулах. — Это долго ждать, — возразила Аида. — Это разумно, — отрезал он. — Или вы хотите, чтобы ваш «светлый» сон обернулся ловушкой? Она замолчала. Он был прав. Но внутри всё кипело от нетерпения. — Хорошо, — сказала она. — Я подожду. Снейп кивнул и вернулся к столу. — А пока ждёте, — он достал из ящика стопку пожелтевших пергаментов, — можете изучить это. Копии семейных писем Грэев, которые мне удалось достать. Возможно, там есть что-то полезное. Аида взяла пергаменты, чувствуя, как дрожат руки. На верхнем был выведен старомодным почерком адрес: «Последней из рода Грэй, когда она вернётся домой». — Спасибо, — сказала она, и в голосе прозвучало столько чувств, что Снейп на секунду поднял на неё глаза. — Не благодарите, — ответил он сухо. — Просто будьте осторожны. И, — он сделал паузу, — если в этих письмах будет что-то, что вы не поймёте, спросите меня. Аида кивнула и вышла, сжимая пергаменты в руках. --- Остаток дня она провела в Выручай-комнате вместе с Гермионой. Грейнджер, узнав о находке, пришла в такое возбуждение, что забыла о всех предосторожностях. — Это невероятно! — восклицала она, перебирая письма. — Здесь описаны ритуалы, о которых я никогда не слышала! И эти руны… Аида, смотри, — она ткнула пальцем в один из пергаментов, — здесь используется тот же символ, что и на твоём амулете! Аида склонилась над письмом. Действительно, в тексте, написанном на латыни, несколько раз встречалась руна Альгиз, но в необычном окружении — с дополнительными чертами, которые делали её похожей на дерево с раскидистыми ветвями. — Это фамильный знак Грэев, — сказала Гермиона. — Посмотри, — она развернула другой пергамент, где внизу стояла печать с тем же символом. — Они использовали его для защиты. И, судя по всему, он связан с тем самым зеркалом. — Здесь есть что-то о местоположении замка? — спросила Аида. — Нет, — Гермиона покачала головой. — Только общие сведения. Но есть одно письмо, которое я не могу разобрать. — Она протянула Аиде самый старый пергамент, почти рассыпающийся на сгибах. — Здесь использована какая-то форма древнеанглийского, смешанная с рунической скорописью. Я могу перевести только отдельные слова: «камень», «огонь», «кровь». И в конце — «последняя откроет путь». Аида взяла письмо и вдруг почувствовала, как медальон нагревается. Слова, которые Гермиона не могла разобрать, вдруг сложились в её голове в ясные фразы: «Когда рухнут стены и замолкнут голоса, последняя из рода принесёт кровь к камню, где горел наш очаг. И откроется путь, который был закрыт. Истинное лицо явится в зеркале, и мир снова станет целым». — Ты что-то поняла? — спросила Гермиона. — Да, — Аида отложила письмо. — Но не всё. Нужно время. Она не стала рассказывать о видении. Не сейчас. Вместо этого она свернула пергаменты и сунула их в сумку. — Завтра продолжим, — сказала она. — А сейчас мне нужно подумать. --- Ночью сон не пришёл. Аида лежала с открытыми глазами, слушая, как дышат соседки, и перебирала в памяти увиденное. Замок, зеркало, кровь на камне. Всё это казалось таким далёким и одновременно таким близким. Она чувствовала, что ответы ждут её там, в руинах, и чем дольше она ждала, тем сильнее становилось это чувство. Но Снейп был прав: нужно убедиться, что это не ловушка. Она не могла рисковать собой, Гарри, его друзьями. И всё же… Она коснулась медальона и прошептала в темноту: — Я найду вас. Обещаю. В ответ медальон пульсировал теплом, словно обещая, что всё будет хорошо. --- На следующее утро Снейп поймал её в коридоре после завтрака. — Я проверил, — сказал он, не глядя на неё. — В районе предполагаемых руин нет активности Пожирателей. Орден подтвердил, что это место не представляет интереса для Тёмного Лорда. — Значит, я могу ехать? — Аида почувствовала, как сердце забилось быстрее. — На зимних каникулах, — повторил он. — Я сам вас сопровожу. — Вы? — она не поверила своим ушам. — Я ваш куратор в Ордене, — сухо ответил он. — И если вы собираетесь лезть в старые руины в поисках артефакта, который может быть опасен, я должен быть рядом. Или вы предпочитаете отправиться туда с Поттером и надеяться на лучшее? — Нет, — быстро сказала Аида. — Я… спасибо, профессор. Снейп кивнул и уже собрался уходить, но она окликнула его: — Профессор! Он обернулся. — Я нашла письмо. Там говорится, что нужно принести кровь к камню, где горел очаг. Чтобы открыть путь. Снейп нахмурился. — Кровь? — он помолчал. — Старая магия. Опасная. Но если это действительно ключ к артефакту, значит, вы — единственная, кто может его активировать. — Я знаю, — Аида коснулась медальона. — Поэтому я должна пойти. Одна. — Вы пойдёте со мной, — отрезал он. — И мы будем действовать по плану. Никакой самодеятельности. Она хотела возразить, но он уже развернулся и ушёл, оставив её стоять в коридоре с бешено колотящимся сердцем. Он поедет с ней. Он будет рядом. И хотя это значило, что за ней будут следить, она не могла не чувствовать странного облегчения. Снейп, который предостерегал её, который дал доступ к архивам, который проверял информацию через Орден… он заботился о ней. По-своему, по-снейповски, но заботился. Аида прижала руку к груди, где под мантией бились два сердца — её собственное и маленькое пламя надежды. До каникул оставалось три недели.