Часть 5

Как и её брат, Генриетта не стала долго тянуть с намеченным планом, а потому тем же вечером она поймала Луну, гуляющей по коридорам Хогвартса и говорящей с живыми картинами. Карта Мародёров была неоценимым подспорьем в том, чтобы найти кого-нибудь в просторном замке и его запутанных коридорах. Генриетта мягко, но уверенно окликнула девушку, вынырнув из тени ближайшего поворота: — Луна! Как удачно, что я тебя встретила. В ответ Лавгуд удивленно склонила голову, рассматривая гриффиндорку, но почти сразу чуть нахмурилась и проговорила обеспокоенным тоном. — Будь осторожна, Генриетта. Госпожа Удача не любит шулеров, что выставляют себя её любимцами, — Луна даже погрозила ей пальчиком. — Ничего плохого в маленьком мухлеже нет, но со словами нужно быть осторожнее, их могут услышать. А самое страшное, что на них могут ответить. Генриетта на мгновение смутилась, но тут же улыбнулась, решив просто проигнорировать очередную странность Луны. Тут проще было согласиться с её высказываниями, чем пытаться понять, что именно она имеет в ввиду. — Ты, как всегда, права, Луна. Прости за неосторожность. — Она оглянулась на шелестящий в конце коридора гобелен и понизила голос. — Я просто хотела поговорить с тобой… о Гарри. Только начав разговор Генриетта поняла, что не совсем уверена, что именно она хотела бы обсудить. Не может же она сказать, что странно себя чувствует от того, что Гарри и Луна начали встречаться? Если она скажет что-то подобное, то будет выглядеть ещё большей чудачкой чем сама Лавгуд. — Гарри? — Луна тепло улыбнулась, будто услышав имя старого друга, и сделала шаг ближе. — Он очень хорошо постарался создавая тень от огня. — Это новое заклинание, которое он придумал? — Генриетта была не совсем в курсе, что там с этим заклинанием, так как сидела достаточно далеко и слышала только восторженные выкрики Флитвика. — Почему ты называешь его «тенью от огня». — Потому что это оно и есть, — Луна пожала плечами. — Гарри вложил в эти чары свои мысли и воспоминания об огне. Но при этом он не создал настоящего огня. Что это, если не тень? Генриетта задумалась над словами Луны. В них, как обычно, был свой особый смысл, который ускользал от понимания нормальных волшебников, к которым причисляла себя сама Генриетта. Тень от огня… Воспоминания и мысли вместо настоящего пламени. Это было поэтично, но лишено какого-либо смысла. — Я видела, что ты была по-настоящему восхищена этим заклинанием, — как и до этого Генриетта решила просто не заострять внимание на странностях. — Восхищена? — Луна задумчиво покачала головой, отчего её ожерелье из пробок от сливочного пива тихонько звякнуло. — Да, так и было. Гарри наконец позволил себе творить, а не просто повторять. Это важный шаг. — Шаг к чему? — К тому, чтобы стать тем, кем он хочет быть, а не тем, кем он себя считает. — Я не понимаю, — Генриетта решила признать, что не улавливает о чём говорит Луна. Когда дело касалось брата, она не хотела просто пропускать все мимо ушей. — Гарри часто говорит о себе, как о магле, и пытается отделить себя от волшебников, — Луна улыбнулась. — При этом он крепко держится за магию и старательно её изучает. Уже сейчас он сильнее и искуснее многих волшебников, что с гордостью носят свои мантии. Генриетта нахмурилась, пытаясь осмыслить слова Луны. В них была правда, Гарри действительно часто подчёркивал свою связь с маггловским миром, но при этом с головой погружался в изучение магии. — Ты хочешь сказать, что он боится принять себя как волшебника? — осторожно предположила она. — Не боится. Скорее не верит, что может стать своим в нашем мире, — Луна грустно улыбнулась. — Но при этом он отчаянно хватается за этот мир. Генриетта прикусила губу. Это было не то, что она хотела услышать, а уж если бы здесь была мама, то она точно опять начала бы плакать. Но самое поганое, что кроме самого семейства Поттер, что когда-то отдало Гарри на воспитание родственникам, винить можно разве что Дамблдора. Вот только у Генриетты язык не поворачивался сказать, что виноват только Дамблдор. — И ты… помогаешь ему с этим? — вопрос прозвучал более резко, чем она планировала. Луна посмотрела на неё своим проницательным взглядом, от которого Генриетте стало немного не по себе. — Я просто рядом, — ответила она просто. — Иногда это всё, что нужно. Быть рядом и не требовать, чтобы человек был кем-то другим. — Но ты же… вы же… — Генриетта запнулась, не зная, как сформулировать свой вопрос. — Вы теперь встречаетесь? — А разве мы не встречались и раньше? — Луна наклонила голову. — Мы часто встречались в библиотеке, в Большом Зале, в коридорах… — Ты прекрасно понимаешь, о чём я, — Генриетта слегка покраснела от раздражения. — Понимаю, — кивнула Луна. — Но слова иногда создают клетки для вещей, которые должны быть свободными. Гарри и так слишком много думает о том, как правильно называть вещи. Зачем добавлять ещё одно определение? — Речь сейчас не о Гарри, — Генриетта все больше чувствовала, что запутывается. — Нет? Но ты же сама сказала, что хочешь поговорить о нем? — Луна выглядела удивленной. — Да, Луна, — Генриетта окончательно запуталась и решила прекратить этот странный разговор. — Ладно, спасибо, пока. Генриетта развернулась, чтобы уйти, но голос Луны остановил её: — Генриетта, ты ведь тоже любишь его, правда? Слова прозвучали так просто и спокойно, будто Луна спрашивала о погоде. Генриетта замерла, чувствуя, как у неё дергается бровь. Она не была уверена, что странная чудачка из Равенкло имеет ввиду, но лично ей в голову пришло нечто очень странное. — Мы брат и сестра, а потому не можем… — Не обязательно отвечать, — Луна мягко улыбнулась. — Просто иногда важно услышать вопрос вслух. Для братьев с сестрами ведь нормально любить друг друга. Любить и поддерживать. Генриетта открыла рот, потом закрыла. Что она вообще могла на это ответить? Естественно она любила своего брата близнеца и ей надо было меньше читать всяких пошлых романов. Но в этом Генриетта никогда не признается вслух. Так что она просто развернулась и ушла.

***

После того, как подарок подводному народу был готов, остальное было делом техники. Нужна была возможность дышать под водой, а также согревающие чары, чтобы не замерзнуть в воде. Проблему с дыханием можно было решить самыми разными способами. Самое банальное, в виде чар головного пузыря, пришлось сразу же отбросить. С этими чарами было бы просто не возможно говорить с представителями подводного народа. Следующим вариантом стали жабросли, редкий ингредиент, который позволял человеку отрастить временные жабры и перепонки между пальцами, полностью адаптируясь к подводной жизни. Согласно некоторым записям это растение также позволяло общаться с подводным народом. Вот только меня смущает, что язык русалок достаточно самостоятелен и его можно просто выучить. Как бы не оказалось, что жабросли просто давали возможность говорить под водой, без знания языка. Ещё одна проблема заключалась в доступности: такие водоросли росли только в тёплых морях, вдали от холодного озера Хогвартса. Самому мне их не достать, а заказать в аптеке… дороговато. Да и не факт, что он будет в аптеке. Все же специфичная для Англии вещь. Не принято у нас устраивать прогулки под водой. Вот только других вариантов пока в голову не приходило. С трансфигурацией, при помощи которой я мог бы просто отрастить себе жабры, у меня не очень. По крайней мере превращения человека мы не проходили и я этой темой не владел даже теоретически. Так что придётся делать заказ и уповать на то, чтобы его привезли как можно быстрее. Ну и ещё можно будет попробовать зайти к профессору Снейп, может у неё есть подобные ингредиенты, которые можно было выкупить. Наверное к профессору надо будет зайти даже в первую очередь. Заодно предложу ей достать что-нибудь со дна Темного Озера. Другое дело, что вредная ведьма мне совсем не обрадовалась. — Я похожа на аптечную лавку, Эванс? — в своей привычной манере спросила Селина Снейп. — Вы похоже на опытного зельевара, у которого можно найти даже редкие ингредиенты, — пожимаю плечами. — И я бы ни в коем случае не предложил вам просто деньги. Скорее меня интересует обмен одних ингредиентов на другие. Тонкая бровь профессора приподнялась в немом вопросе. Кажется, я всё-таки сумел её заинтересовать. — И что же такого вы можете предложить, мистер Эванс, чего я не могу достать сама? — Ингредиенты со дна Тёмного Озера, — просто ответил я. — Водоросли, раковины, может быть что-то от русалок, если удастся с ними договориться. Насколько я знаю, некоторые вещи оттуда довольно ценны. Также у меня есть несколько даров от фейри, в назначении которых я не уверен или вовсе не знаю, что это такое. Если хотите могу отдавать вам на изучение что-нибудь. — Я похожа на сумасшедшую, которая имеет дело с фэйри? — Селина одним только тоном передала, насколько она низкого мнения о моих умственных способностях. — Профессор, я не предлагаю вам иметь с ними дело напрямую, — терпеливо объяснил я. — И уж точно я не стал бы давать оценку вашим умственным способностям. Меня интересует готовы вы на подобный обмен или нет. Снейп несколько секунд буравила меня взглядом, словно пытаясь прочитать мысли. Затем резко развернулась и направилась к одному из шкафов в дальнем углу кабинета. — Жабросли у меня есть, — сухо произнесла она, доставая небольшую банку с серо-зелёными водорослями. — Но они стоят больше, чем обещания студента достать что-то со дна озера. — Хорошо, на что тогда вы готовы их обменять? Задавая этот вопрос я задумался, что было бы забавно, если бы в итоге она попросила что-то связанное с фэйри. После заявлений, что она не настолько глупа, чтобы связываться с подобными вещами, это было бы вдвойне глупо. — Яд василиска, — тут же поставила она довольно неожиданное условие. С другой стороны, она точно знала, что я сталкивался с ужасом Слизерина и победил. — Нет, — вот только выполнить это требование я никак не мог. — К сожалению клыки того зверя, что был в Тайной Комнате я подарил Королеве Зимнего Двора. Аптечный же вариант вас вряд ли удовлетворит. Профессор Снейп издала короткий смешок, в котором не было ни капли веселья. — Подарили Королеве Зимы? — она покачала головой. — И вы ещё живы? Впрочем, это объясняет вашу… самоуверенность. Она вернула банку с жаброслями обратно в шкаф и повернулась ко мне, сложив руки на груди. — Тогда чешую вашего трофея. — Снятую с трупа или скинутую во время линьки? — По трехфунтовому отрезку и того, и другого. — Хорошо, — Легко соглашаюсь. — Могу проводить вас в Тайную комнату и вы соберете ингредиенты сами, либо же я сам схожу сейчас же. Снейп на мгновение замерла, явно не ожидая столь лёгкого согласия. Её глаза сузились. Вообще я был уверен, что она согласится сама собрать ингредиенты, чтобы мне было меньше работы, заодно поглазеть на знаменитую Тайную Комнату. Вот только Селена не собиралась сама пачкать руки. — Сами соберёте. Сейчас, — отрезала она. — И принесёте мне результат для проверки. А то я боюсь, что с вашими талантами вы можете испортить даже камень, подобранный у дороги. Пришлось сдержать тяжёлый вздох. Конечно же, она не упустит возможности плюнуть ядом. Честное слово, эта женщина навсегда останется всеми покинутой и ненавидимой. — Как скажете, профессор, — максимально нейтрально ответил я и направился к выходу. Путь до Тайной Комнаты занял около двадцати минут. Пускай сама комната находилась ещё в более глубоком подземелье, но идти туда через канализацию было удовольствие ниже среднего. Так что я отправился туда, как и в прошлый раз, через туалет Плаксы Миртл. — Привет, Гарри! — радостно поприветствовала меня мертвая ученица. — Привет, Миртл, — киваю ей, тут же направляясь к умывальнику, который можно было открыть. Удивительно даже, что никто его не разобрал, до сих пор. Ведь о том, что тут расположен тайный ход можно банально догадаться. Но особенности мышления волшебников накладывают свои отпечатки. — Откройся, — прошипел я на парселтанге, глядя на маленькую змейку на кране. Умывальник с характерным скрежетом начал раздвигаться, открывая проход вниз. Миртл с любопытством заглянула в открывшееся отверстие. — Опять туда идёшь? — спросила она с лёгким интересом. — Мне даже интересно, когда ты наконец умрешь там? Тогда бы мы были соседями. Или, быть может ты поселился бы в моём туалете? — С тем чтобы умереть у меня теперь есть некоторые проблемы, — говорю сухо, взмахом палочки превращая трубу для быстрого спуска в самый обычный спуск со ступеньками, по которым можно было просто пройти. — У-у… какая жалость, — протянула Миртл. — А я так надеялась завести себе парня своего возраста. Почему умершие подростки так редко становятся призраками? Я решил просто проигнорировать её и закончить дела с Селиной. Благо были чары, которые позволяли достаточно спокойно собирать ингредиенты и проводить минимальную обработку прямо на месте. Так что я даже рук не запачкал, содрав с бока василиска приличных размеров кусок шкуры. Собрать же сброшенную кожу было ещё проще. Так что меньше чем через час я вернулся к профессору зельеварения, предоставив ей запрошенные ингредиенты на суд. Селина Снейп взяла предложенные образцы с таким видом, словно я протягивал ей что-то особенно отвратительное. Впрочем, для неё это было обычным выражением лица при общении со студентами. Главное, что придраться к качеству ингредиентов было нельзя, а потому я получил целую банку жаброслей. Приятно, что за два больших отрезка шкуры василиска мне не досталось лишь несколько унций нужного растения. Хотя я все же не рассчитывал на целую банку. Похоже, что экскурсии на дно, о которых говорила Луна состоятся, просто чтобы полученные ингредиенты не пропали зря. С согревающими чарами было и того проще. Простую их формулу я знал и до этого. А так же у нас было моё заклинание «тени от огня», которое тоже очень хорошо защищало от холода. Надо будет только посоветоваться с Луной, что лучше использовать и можно будет идти на дно. На следующий день я нашёл Луну в библиотеке, где она изучала какой-то древний фолиант, записанный латинскими буквами, но, вроде бы на кельтском языке. Мне даже стало интересно, правда она может читать этот ужас лингвиста, или просто листает? — О, Гарри! Рогатые кракклы сказали мне, что ты сегодня придёшь. Они очень взволнованы предстоящим путешествием. — Рогатые кракклы? — уточнил я, усаживаясь рядом. — Они живут в чернильницах и предсказывают водные приключения, — пояснила Луна таким тоном, словно это было очевидно. — Так ты достал жабросли? — Стоит ли мне удивляться, что ты уже знаешь об этом? — в ответ задаю риторический вопрос, ответ на который мне не требовался. А потому сразу же выдаю второй вопрос, который был намного важнее. — Теперь осталось решить вопрос с согревающими чарами. У меня есть стандартные чары и моё заклинание «тени от огня». Что думаешь? — Лучше использовать твоё творение, — тут же отзывается она. — В форме венцов. Это будет не только красиво, но и покажет, что мы принесли в дар что-то своё. — Смотрю тебе понравилось носить корону из призрачного огня, — качаю головой. Для меня использовать столь сложные чары просто чтобы защититься от холода было дико, как не посмотри. — Получается, что у нас все готово. Когда отправляемся? — Завтра, лучше всего в предрассветный час, тогда вода особенно спокойна, а водный народ приветлив и дружелюбен. — Получается… — я прикинул, во сколько в это время года примерно начинается рассвет. — Где-то в пять, может быть в пять-тридцать, утра надо будет уже быть у озера? — В пять-сорок три, — поправила меня Луна. — В пять нам желательно встретится друг с другом, чтобы вместе выбраться из школы и дойти до озера. — Не спится же тебе, — нельзя сказать, что мне было сложно встать в это время. Так что моё замечание было скорее способом поддержать беседу, чем реальной претензией. — Мне забрать тебя от входа в гостинную Равенкло или встретимся в другом месте? — У статуи Борциса Сбитого с Толку на третьем этаже, — ответила Луна, закрывая древний фолиант. — Он покровительствует тем, кто отправляется в странные путешествия. — И как выглядит искомая статуя? — уточняю на всякий случай. Так-то статуй в Хогвартсе, в том числе и на третьем этаже, хватало, и далеко не все из них были подписаны. — Его обычно называют волшебником с компасом, хотя на самом деле он держит в руках астролябию. — Понятно. Эту статую я помню. Хорошо, встретимся около неё в пять.