Часть 2. Улыбка Иуды

Следующий день выдался пасмурным. Гарри вошел в кабинет директора, назвав пароль «Лимонное драже», с видом провинившегося, но гордого ученика. Дамблдор сидел за столом, его длинные пальцы были сложены домиком. Синяя мантия, добрые глаза за очками-полумесяцем — всё как обычно. — Гарри, я надеялся, что ты придешь. Присядь, мой мальчик. Гарри сел. Он рассказал всё: как выманил Слизнорта, как получил воспоминание, как увидел разговор о семи крестражах. Он говорил ровно, четко, опустив лишь ту часть, где провел ночь в Выручай-комнате. Когда он закончил, в кабинете повисла тишина. Феникс Фоукс издал тихую, печальную трель. — Я так и думал, — тихо сказал Дамблдор, и эти слова ледяной иглой вошли в сердце Гарри. — Ты проделал выдающуюся работу, Гарри. Я знал, что Слизнорт хранит ключ. Том разделил душу на семь частей… Это чудовищно. Он встал и прошел к шкафу, доставая оттуда резную шкатулку. — Я должен показать тебе кое-что. Я нашел еще один крестраж. Кольцо. Оно уже уничтожено, но цена была высока… — Дамблдор на мгновение прикрыл иссохшую черную руку. — Мы должны найти остальные, Гарри. Все, кроме него самого, разумеется. — Кроме него самого? — переспросил Гарри, чувствуя, как внутри все замирает. Дамблдор посмотрел на него поверх очков. Взгляд был пронзительным, изучающим, и в нем мелькнуло то, что Гарри не хотел там видеть: скорбь обреченности. — Волдеморт сам является главным сосудом души. Чтобы победить его, нужно уничтожить все крестражи, и только затем… нанести удар. Это путь, полный жертв. Гарри кивнул. На его губах появилась улыбка. Легкая, благодарная, такая знакомая Дамблдору улыбка мальчика, который верит в своего наставника. — Спасибо, профессор. Я понимаю. Он встал и вышел из кабинета. Только когда тяжелая дверь закрылась за ним, улыбка сползла с его лица, как маска. Глаза стали пустыми. Он знает. Он знал всё это время. Кольцо, уничтоженное, но ценой его руки… Он жертвует собой, это правда. Но он готов пожертвовать и мной. Я — седьмой крестраж, которого нужно уничтожить до финальной битвы. Гарри не пошел в гостиную. Его ноги снова привели его на седьмой этаж. Выручай-комната встретила его уже знакомым проемом. — Мне нужно всё, — прошептал он, переступая порог. — Не знаю как ты работаешь, но спасибо за помощь.. помоги же еще раз. Дай всё, что найдешь во всем Хогвартсе о способах отделения чужеродной части души от живого носителя. Ритуалы, зелья, древняя магия. Всё. Комната изменилась. Вместо уютного дивана здесь появились высокие стеллажи, заваленные свитками, и алтарь из черного камня в центре. Гарри был в шоке, будто перед ним открылась еще одна комната основателя, может это и был истинный вид комнаты Леди Когтевран, он взялся за книги. Большинство были в целом о темной магии и очень немного про сами крестражи и душу. Он не понимал, почему не пользовался этой возможностью раньше. Гермиона бы не вылезала отсюда, устраивая здесь свой личный исследовательский центр. Дни тянулись один за другим. Он просиживал здесь часы, прогуливая обеды и вечеринки Слизнорта, находя несколько способов уничтожения крестражей, но ни одного — для спасения носителя. И только на четвертый день, на дне старинного фолианта, переплетенного в кожу темного эльфа, он нашел то, что искал. Ритуал Воссоединения Души. Описание было пугающим. Требовалось создать зелье на основе слез феникса, крови врага, отданной добровольно, и корня мандрагоры, выращенного в полнолуние. Нужно было начертать круг Сигиллы, провести инвокацию (призыв) собственной воли. Ритуал не гарантировал успеха, если части души находятся в живых сосудах. Он просто «предлагал возможность возвращения странствующих фрагментов к источнику». — Попытка не пытка, — прошептал Гарри, закрывая книгу.