Глава 2 Плюс один

Июль 2006 года       Малышка Джинни Уизли. Ну разве не прелесть? Пациентка мечты.       Нотт в очередной раз посмотрел на снимки. Мозг упрямой ведьмы представлял собой интересную картину. Функциональный МРТ выявил аномальную активность в районе миндалины, но это как раз можно было объяснить историей подопытной. Она пережила такой стресс, что зона, отвечающая в основном за эмоции, естественным образом стала гиперчувствительной. Однако, что было действительно любопытно, — это то, что гиппокамп работал нестандартно.       Тео забрал со стола листы с результатами МЭГ и прошёлся по ним глазами. Он хотел локализовать проблему. Но с магами это было не так-то просто. Стоило надеть на рыжую голову Уизли прибор для ЭЭГ, так он заискрил и перегорел. Электроэнцефалография явно не была рабочим методом исследования с ней. Она вводила его оборудование в хаос, хоть он и положил уйму времени, чтобы оно работало так, чтобы диагностировать проблемы и у магов.       Уже прошло несколько месяцев, как он бился над загадкой под названием Джинни Уизли, но результаты вряд ли можно было назвать удовлетворительными. Он не сильно продвинулся в исследовании посредством диагностики — как магической, так и маггловской, — да и их сеансы пока не вели ни к чему.       Джинни приходила исправно раз в неделю. Каждый раз в её присутствии ему становилось не по себе. Девчонка смотрела с бесконечным вызовом в глазах, и от неё исходила ощутимая смесь агрессии и веселья.       По работе ему приходилось общаться с разными людьми, но никому, кроме этой особы, не удавалось вводить его в состояние, когда после часовой беседы хотелось одновременно биться головой об стену и прыгать от какого-то детского восторга от разгадывания интересного клинического случая.       Часы пробили половину восьмого. Джинни задерживалась. Он отложил все бумаги и перевёл взгляд на дверь. Обычно она приходила минут на пять-десять позже, но чтобы на полчаса…       Тео уже готов был вызвать патронуса и начать искать свою взбалмошную пациентку, но тут она, запыхавшись, ворвалась в кабинет.       Как всегда, Джинни притягивала взгляд как магнит. Сегодня она была в широких светлых брюках и роскошной шифоновой цветастой блузке. Рыжие волосы свободно рассыпались по плечам, создавая облако непослушных локонов.       — Извини, Нотт. Этот проклятый деловой аперетив никак не желал заканчиваться. Моя редакторша вцепилась в меня мёртвой хваткой. А я пыталась выбить деньги на поездку в США на игру Стелльских Ястребов.       Рыжая тараторила, при этом поправляя покосившийся ворот блузы с глубоким вырезом.       — Ничего страшного, вы моя последняя пациентка на сегодня, — Нотт постарался сказать эту фразу как можно нейтральнее, хотя осознавал, что её появление словно озарило эту скучную, слишком спокойную комнату. Она умела вдохнуть жизнь везде, где появлялась.       Девушка далеко не изящно плюхнулась в кресло и закинула ногу на ногу. Наглости ей было не занимать. Рыжая настойчиво посмотрела на него своими выразительными янтарно-жёлтыми глазами и сделала приглашающий жест.       — Ну что же ты, Нотт, присаживайся. Чем быстрее начнём, тем быстрее закончим. Она обмахивалась номером «Пророка», пытаясь немного прийти в себя. На улице стояла июльская жара, которая плавила мозг даже самым стойким.       — Меня впервые приглашают сесть в собственном кабинете, — беззлобно усмехнулся Нотт и проследовал к своему рабочему месту.       — Если у тебя планы на вечер, можем без проблем закончить через полчаса, — смилостивилась Джинни.       Уизли при этом выглядела не особо заинтересованной в собственном предложении. Кажется, планов у неё не было, и она готова была просиживать здесь бесконечное количество времени — вот как развалилась в кресле.       — Нет надобности, да и за полчаса мы совсем ничего не успеем.       Джинни пожала плечами и наконец положила газету на стол.       — О чём хочешь поговорить?       — Можем начать с сегодняшних событий. Как прошёл день?       Нотт старался создать атмосферу доверительности, хотя пока что он терпел крах. Уизли была готова болтать с ним о ничего не значащих вещах, но решительно отказывалась хоть чуть-чуть углубиться во что-то, имеющее для неё значение. Вот и сейчас она оживлённо рассказывала про дела на работе, про какой-то очередной праздник в семье и её поиски подарков для молодожёнов. Кажется, рыжий из «золотого трио» собирался жениться.       Тео слушал её, не перебивая, но особо в это не вникал. Как-то незаметно для себя его взгляд сместился с её лица вниз, и он уже разглядывал ключицы и большой кулон, сделанный из какого-то яркого бирюзового камня, который ложился прямо над затемнённой тенью ложбинкой.       Во рту пересохло. Ему с трудом удалось оторвать взгляд от аппетитных форм его подопытной. Джинни Уизли была шикарной женщиной, этого он отрицать не мог. Не зря за ней бегало полшколы, когда она только начала оформляться в девушку. Медь её волос со временем чуть потемнела, но от этого она стала выглядеть лишь выигрышнее. Со времён школы она также набрала немного вес, но это не мешало ей быть самой привлекательной женщиной в комнате. К тому же девушка прекрасно знала, как подчеркнуть свою природную красоту. А в её живой мимике таилось своё особое очарование. К нему она всегда приходила в своём лучшем виде, что порой мешало ему сосредоточиться.       Он не раз замечал её дерзкую, дразнящую улыбку, направленную на него. Вот и сейчас её губы сложились в знакомую форму, а в глазах плясали чертята.       — Нотт, а что ты думаешь, если будешь моим +1 на свадьбе моего братца-недоумка?       Тео пришлось проморгаться, чтобы вернуться в кабинет мыслями и понять, что она спрашивает.       — Джинни, вы знаете, что это, по меньшей мере, непрофессионально. Я не могу вас сопровождать, я ведь ваш целитель.       Девушка надулась, и теперь в её глазах уже разгоралось раздражение.       — Опять эти предрассудки. Именно из-за этого наш магический мир и катится к соплохвостам. Консерватизм и снобизм.       — Вообще-то целители и пациенты и в маггловском мире не должны встречаться.       Она состроила ещё одну уморительную рожицу и закатила глаза.       — Ну ладно, не только магический, но и вообще весь мир погряз в этом дерьме. Так что, Нотт, сыграем в игру?       Он вопросительно приподнял бровь. Вот это что-то новенькое… Ну и что задумала эта невозможная женщина.       — Да-да, хватит двигать своими идеально очерченными бровями. Я предлагаю сделку. Всего лишь пару часиков на свадьбе Рона со мной, а я тебе взамен расскажу что-нибудь о себе. Всё, что захочешь. Я же знаю, что тебе любопытно, а я так нагло съезжаю с любой темы уже четвёртый месяц.       Сейчас уже нахмурился Тео. Она предлагала ему откровенность взамен на сопровождение. Всё, к чему он стремился и к чему подводил её в течение долгого времени, она готова подарить вот так просто. Она оставила наживку. И смотрела клюнет ли он.       — Отлично, только у меня есть условие.       Рыжая торжествующе улыбнулась. Кажется, эта маленькая победа нужна ей в любом виде. Ей было куда важнее получить его согласие. Она постучала по подлокотнику длинными ногтями, копируя его любимый жест.       — Ну говори своё условие.       — Я пойду с тобой, но под оборотным зельем.       — По рукам, — Джинни приподнялась, протянула ему свою ладонь через стол. — Только я выберу, в кого ты превратишься.       Тео пару секунд колебался, но потом всё же пожал её руку. Она была тёплой и сухой, несмотря на дикую жару. Приятное ощущение. Он поборол желание задержать её пальцы в своих. Салазар, слишком часто он начал ловить себя на каких-то идиотских порывах. Но девушка улыбалась так заразительно, что он не мог не улыбнуться в ответ.       — А теперь ты готова рассказать что-нибудь интересное?       — В зависимости от того, что ты спросишь, — она опять откинулась в кресле и смотрела на него сквозь полуопущенные ресницы.       Неужели опять решила его надуть? Её лицо приняло отрешённое выражение. Она непроизвольно готовилась реагировать как обычно на его хоть немного неудобные вопросы. Чаще всего она давала короткие, сухие односложные ответы. Иногда просто отмалчивалась. Но в этот раз она пообещала ему откровенность. Уизли была не тем человеком, который не сдерживает свои обещания.       С ней нельзя было в таком состоянии работать, используя легилименцию. Она была слишком непредсказуема, слишком хрупка. Пока она ему не доверится, ему был вход в её разум запрещён. Только поверхностная диагностика. Святая Моргана, сколько с ней нужно было терпения. Но этого у Нотта всегда было в избытке.       — Опиши своё самое яркое воспоминание за войну.       Джинни сдвинула брови, помолчала, а потом всё же начала медленно рассказывать.       — Это моя свадьба с Гарри. Мы тогда устроили тайную церемонию, никого, кроме Гермионы и Рона, не приглашали. Хоть активные военные действия в то время и приостановились, мы не хотели рисковать.       — Расскажи, как это происходило: где, в чём ты была одета, детали. С самого начала. С утра.       Нотт едва заметно совершил то, что считалось неэтичным. Дал ей небольшой толчок. Он не забрался в её воспоминания. Нет. Он обволок её приятным ощущением. Сейчас она словно находилась под весенним солнцем. Чуть-чуть разомлела.       — Мы встретились ранним утром с Гермионой в заброшенной глухой деревушке. Она привела меня к покосившемуся дому, который утопал в зелени. Всё вокруг заросло. Она меня подготовила к свадьбе, накрасила и заплела волосы. У меня было светло-бежевое узкое короткое платье. Оно ещё ужасно давило на грудь, пришлось магическим образом подгонять прямо там, но что нашли. В то время выбирать не приходилось.       — Что вы делали потом? Встретились с Гарри и Роном где-то ещё или они к вам аппартировали?       — Мы ждали их прямо там. Они появились где-то около полудня.       — Какая была погода?       — Накрапывал противный дождь, было промозгло.       — Как они были одеты? Как выглядела Гермиона?       — Она была в синем платье. Оно было как летнее небо в сумерках. Глубокий синий цвет. Гарри как обычно был растрёпанный. У него еще застряли листья в волосах. Он был в белой рубашке и чёрных брюках. Очень формально. А Рон… он как обычно в то время выглядел нелепо. Какая-то футболка и светлые джинсы.       — Что за листья были в волосах у Гарри?       — Кленовые, яркие.       — Красные?       — Да, — Джинни отвечала без запинки, даже охотно.       — Что было потом?       — Мы поклялись друг другу при свидетелях и подписали зачарованную форму, Рон где-то её достал. Она была подлинная, прямо из Министерства.       — Какие клятвы вы дали друг другу?       — Могу это оставить при себе? — Уизли мгновенно напряглась и набычилась.       Он постарался успокоить её мягкой улыбкой.       — Конечно, не беспокойся. Вы танцевали? Что-нибудь особенное произошло? Запоминающееся? Вы праздновали? Как?       — Да, мы танцевали. Гарри наступил мне на подол платья несколько раз. Он так и не научился сносно танцевать. Мы на несколько часов изолировали домик от мира. Защитили его всеми возможными способами. Было безопасно. Мы с Роном пели старые любимые песни. Гермиона и Гарри выкопали что-то из своего маггловского детства. Было весело. У нас даже был торт. Мама приготовила, а Гермиона везде его таскала в законсервированном виде, пока не нашли подходящее время.       — Какой торт?       — С белым шоколадом, сливками и клубникой. На самом деле Рону он больше всех пришёлся по душе. Мама явно больше о его вкусах заботилась. Я люблю что-нибудь менее приторное, — Джинни поморщилась.       — А ужин вы тоже с собой принесли?       — Нет, мы не могли остаться до ночи. Но мы устроили роскошный обед. Стол ломился от маминых шедевров. Её утка, тушённая в пиве, просто превосходна.       — Как прошёл обед?       — Весело. Мы болтали, Гермиона и Рон были очень довольные и сами говорили про планы пожениться. Но Рон, когда говорит, совершенно не умеет аккуратно есть. Он измазал свою рубашку в шоколаде.       — Потом тёмное пятно было сложно оттирать?       — Да нет, я прекрасно справляюсь с такой магией. Мама меня знатно поднатаскала.       Нотт сделал длинную паузу. Лицо Джинни оставалось безучастным, но она всё рассказывала без запинки. Слова лились рекой. Слишком ровно. Как заклинание, заученное, чтобы не вспоминать.       — Джинни, вы ведь не помните этот день?       Уизли замерла. Ужас застыл в её глазах. Она судорожно вдохнула. Нотт терпеливо ждал, пока она ответит на вопрос. В гробовой тишине кабинета было слышно, как тикают часы. Джинни перевела дыхание и осторожно выговорила:       — Как ты это понял?       — Снимки на приборах показали, что у вас что-то происходит с гиппокампом. Это та часть мозга, которая отвечает за память. Пока вы рассказывали, вы ошиблись несколько раз. Дом в зелени — значит дело было летом либо поздней весной. А лист в волосах Гарри был красный. Платье у вас было сначала короткое, а потом вы запнулись о подол. Шоколад в начале был белый, а потом — тёмный.       Джинни затравленно молчала, вжавшись в кресло.       — Очень много воспоминаний пропало?       — Почти всё, связанное с Гарри.       Тео видел, как она сжалась. Он подался вперёд и взял её лежащую на столе руку.       — Вы до этого кому-нибудь об этом говорили?       — Нет.       Он сжал её руку. Медленно, успокаивающе провёл по ладони большим пальцем. Она слегка расслабилась.       Начало положено. И он не был уверен, кто из них двоих сделал первый шаг в ловушку.