Часть 30

Я проснулась резко, будто меня кто-то дёрнул из сна, и первые секунды просто лежала, не двигаясь, пытаясь понять, что не так. Осознание пришло не сразу — сначала ощущение. Тяжесть. Тепло. Слишком близко. Я нахмурилась, ещё толком не открывая глаза, и только потом поняла, что я… зажата. Не просто лежу рядом — меня буквально прижали к матрасу. Сердце неприятно дёрнулось, и я медленно открыла глаза, стараясь не двигаться резко. Малфой. Он был слишком близко. Его рука лежала у меня на талии, тяжёлая, не дающая сдвинуться, нога закинута поверх моей, и я оказалась практически втиснута в него. Я резко втянула воздух, чувствуя, как внутри поднимается паника. — Что за… — прошептала я, голос вышел хриплым. Я попыталась осторожно вытащить руку — бесполезно. Потом сильнее. Ничего. Он даже не пошевелился. Спал. Крепко, будто его вообще невозможно разбудить. — Малфой… — процедила я сквозь зубы, уже раздражённее. Ноль реакции. Я замерла на секунду, собираясь с мыслями, и в этот момент он, не просыпаясь, чуть сдвинулся и притянул меня ещё ближе. Я буквально уткнулась в него, и только тогда до меня дошло. Медленно, с неприятным ощущением где-то в груди, я опустила взгляд. Он был без одежды. Совсем. Я резко отвернулась, чувствуя, как лицо вспыхивает. — Ты издеваешься надо мной придурок— выдохнула я почти беззвучно. Мысли сразу спутались. Какого чёрта происходит, почему я вообще так близко, почему он… такой, и почему я не могу нормально отодвинуться. Я снова дёрнулась, уже без всякой осторожности, но результат был тот же — он просто сильнее. — Малфой, проснись, — уже жёстче сказала я. Он что-то невнятно пробормотал, даже не открывая глаз, и его рука на моей талии чуть сильнее сжалась. Я замерла, стиснув зубы. — Я тебя сейчас убью… Шёпотом. Я упёрлась ладонями ему в грудь, чтобы оттолкнуться, и на секунду зависла — тёплая кожа, напряжённая, слишком реальная. Я резко отдёрнула руки, злясь уже на себя. — Да что ж это… Я глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться. Нужно было просто выбраться. Медленно. Я начала освобождаться по чуть-чуть — сначала рука, потом плечо. Он сдвинулся, и я замерла, сердце билось слишком быстро, но он не проснулся. Я резко дёрнулась в сторону — и наконец выскользнула, едва удержав равновесие. Отступила от кровати, тяжело дыша. Он продолжал спать. Спокойно. Как будто ничего не произошло. Я стояла, глядя на него, и чувствовала, как раздражение снова поднимается внутри. Просто прекрасно. Он лежит на боку, чуть повернувшись ко мне. Волосы растрёпаны, несколько прядей упали на лоб — совсем не так, как обычно, когда всё идеально уложено. Лицо расслаблено, исчезло это его привычное напряжение, холод, насмешка. Сейчас он… другой. Почти… обычный. Я скользнула взглядом ниже — по плечам, по руке, которая всё ещё держит меня. Сильной, жилистой, с выступающими венами. И только в этот момент до меня доходит ещё одна деталь. Гермиона не смотри.Он голый. Лицо вспыхивает мгновенно. Я снова смотрю на него Я уже представляю, как он откроет глаза, и я начну на него орать — за это, за наглость, за… вообще за всё. Я хмурюсь. А если… Мысль приходит неожиданно и мне самой не нравится. А вдруг это я? Вдруг это я во сне придвинулась. Вдруг я сама… Я резко отворачиваюсь, недовольно морщась. Бред. Но… Я не могу с полной уверенностью сказать, что это точно он начал. Я тихо выдыхаю. Раздражение никуда не делось, но теперь к нему примешивается что-то ещё — неловкость. — Отлично, Гермиона… — бормочу себе под нос. Снова думаю разбудить его. Уже почти решаюсь. И… останавливаюсь. Ладно. Пусть живёт.