Путь 5. Консультация у профессора

Присцилла оглянулась. Она, Фелиция, Роджер, Престон и Оливер стояли в опустевшем кабинете, почтительно склонив голову. Напротив за длинным столом сидел профессор Смит, раздраженный, хмурый. Он осмотрел внимательным взглядом каждого из них, будто стараясь заглянуть в душу, выжигая дыру в коже. - Вы, должно быть, понимаете, зачем я позвал вас, - начал Сэмюэль Смит с едва прикрытой злостью. – Что вы делали в библиотеке после закрытия? Присцилла опустила голову. Ей нечего было ответить профессору на его вопрос. Она думала, что им тогда удалось уйти незамеченными, но он обо всем каким-то образом узнал. Присцилла понимала, что им не избежать наказания. Мистер Строгость не оставит прокол просто так. - Мы вместе делали работу, сэр, и увлеклись. Мы очень сожалеем, что так вышло, - уверенно, но одновременно выразив должное почтение, объяснил ему Престон. Он не мог сказать правду, но, должно быть, не хотел оставлять обвинение без ответа. Смит поднялся из-за стола и, сложив руки за спиной, прошел мимо ряда студентов, взглянув в лицо каждому из них. Резко чувство страха пробудилось в душе. Присцилла не смогла выдержать его взгляда. Ей показалось, вчерашнее приключение было не таким страшным, каким был разговор с профессором. - Вы уже должны знать, что нарушать правила распорядка в нашем университете, - холодно ответил Смит, - строго запрещено и карается наказанием. Если мы будем оставлять студентов без присмотра в библиотеке, они испортят ценнейшие книги. Нортвест, Тейлор, уж от кого, а от вас двоих я такого не ожидал. От Найта ожидал, а от вас нет. Однако вы двое должны понимать, что никакие ваши достижения не купят мою лояльность. Наказание для вас всех я придумаю позже, а сейчас вы свободны. Смит отпустил провинившихся студентов, и они, отойдя немного дальше, собрались у окна, чтобы обсудить случившееся. - Вот вечно он так, - насупился Роджер, крайне недовольный. – Старый пидорас. Нас вообще поощрять надо за то, что мы в эту библиотеку ходим. От Найта я ожидал, бла-бла. Пусть еще ожидает от меня подарок. - Кпд у нас после этого в минусе, - заметил Оливер. – Смотрите, ритуал изгнания демона мы не узнали, да еще и наказание получили. Ситуация не самая приятная. - Сейчас сходим в библиотеку еще раз и узнаем, - предложила Присцилла с напускным оптимизмом. Она и сама понимала, что они проигрывали, но считала, что не стоило сдаваться и молча ждать конца. Однако в библиотеке они не нашли ту самую книгу, которая рассказала им о демоне. На ее месте осталась пустота, не заполненная ничем. Библиотекарь, когда ее спросили, не смогла вспомнить, была ли такая книга вообще. Даже деланный оптимизм покинул тогда Присциллу. Она ещё раз оглядела шкаф, где должна была стоять книга, но вновь ничего не нашла. Присцилла ещё некоторое время цеплялась за робкую надежду, будто тонкий луч, проникавший сквозь тяжелые тучи, заставлявшая ее верить. Однако ничего не вышло. Роджер сполз по стене и запрокинул голову, устало вздохнув. – Мы могли бы найти информацию ещё вчера, – повышая голос постепенно, сказал он. – Мы могли бы, если бы отогнали этого демона, а не сбежали. Это твоя вина, Престон. – Ты хотел отогнать демона? Сильнейшее существо, которое подчинило половину университета? – холодно уточнил Престон. Роджер упрямо кивнул: – Да! Что бы нам сделал этот полупрозрачный старый пидорас? Роджер поднялся, подошёл ближе и вгляделся в лицо собеседника внимательным взглядом, сжав кулаки. – Этот полупрозрачный старый пидорас, – удивительно спокойно ответил Престон, хотя угрожающие нотки особенно ярко заиграли в его голосе, – мог стать чем угодно и кем угодно, как угодно влиять на реальность. Твоих сил не хватило бы. Нет смысла рисковать, если нет ни единого шанса победить. – И сейчас у нас нет ни единого шанса победить, – воскликнул Роджер и, отвернувшись, вернулся к шкафу. – Что мы будем делать? На некоторое время воцарилась тишина, и слышалось лишь, как молча листали книги собравшиеся студенты и как жужжала одна из ламп. – Кто-то должен знать, что делать с этим демоном, – ответил, наконец, Оливер. – Мы же в универе. Не может быть, чтобы у нас не было гения в области древних демонов. Присцилла развела руками. Она ещё не знала преподавателей университета, чтобы что-то подсказать. Молчала и Фелиция, с некоторой осторожностью переводя взгляд от одного друга к другому. Присцилла понимала, что соседке было непросто вернуться в компанию и что она сделала это, чтобы разобраться с демоном. Остальные тоже крепко задумались, и конфликт как-то сам собой сошел на нет. Тем, кто учился в университете дольше, наверное было проще вспомнить хоть кого-то из подходящих людей. - Может быть, профессор Беркли? – предположил, наконец, Престон. – Он писал работу по оккультным наукам. - Ну да, твой любимый профессор Беркли, - саркастично ответил Оливер. – Вы, кажется, работали над совместным проектом в том году. Куда вы там ездили? - В Йорк, - напомнил ему Престон, - но, я думаю, это неважно. Как и то, что наш проект высоко оценило ученое сообщество. Важно то, что он может знать, как изгнать демона. Он верит в… подобные вещи. - Это нам только на руку, - заметил Оливер. – Давай навестим твоего любителя оккультизма. Профессора Итана Беркли компания встретила сидящим за летним столиком кафе, укрывшимся от яркого солнца за большим зонтом. Он, расслабленный, с легкой улыбкой следил за тем, как проходили мимо студенты и преподаватели, спешившие по своим делам, и пил мохито со льдом. Это был невысокий худой человек с бледным лицом, украшенным остроконечной бородкой, и пронзительным спокойным взглядом, напоминавший в своем умиротворении старого мудрого пса, поглядывавшего на молодых резвых щенят. - Добрый день, профессор Беркли. Простите, если мы вас отвлекли, - первым поздоровался, выражая должное почтение, Престон. Следом поприветствовали Беркли и остальные, поклонившись и остановившись рядом со столиком в скромном ожидании. Профессор, обернувшись, дружелюбно улыбнулся собравшейся вокруг компании и, отставив стакан мохито, ответил: - Добрый и вам. Давно тебя не видел, Престон. И тебя, Оливер. Я даже могу догадаться, зачем вы здесь собрались. - Удивите, профессор, - сказал ему Престон. Беркли усмехнулся и, картинно взмахнув рукой, расстегнул рукав своей рубашки, продемонстрировав уже знакомый символ. - Я полагаю, вы из-за этого, - пояснил он. – Я как-то опоздал на свою же пару и получил эту метку. - Так эта метка дается все же за нарушение дисциплины? – уточнил Оливер с легким еще волнением в голосе. Профессор кивнул. Компания, переглянувшись, по очереди задрала рукава своей одежды. У Фелиции и Роджера на коже отпечаталось по две метки, у остальных по одной. Присцилла долго стояла молча, рассматривая символ в свете солнца и до последнего надеясь, что это лишь обман зрения. Однако выжженая метка, казалось, становилась ярче и сочнее с каждой секундой, будто намеренно забирая надежду. Присцилле стало нехорошо, но она не подала виду перед профессором. - Такое уже было тридцать лет назад, когда я учился на последнем курсе, - пояснил Беркли. – С этой истории и началась моя любовь к оккультным наукам. Вы ведь не слышали историю о демоне порядка? - Мы читали ее, - ответил Оливер. – Только, поверите вы или нет, на нас напала полупрозрачная фигура, которая не дала нам дочитать до ритуала изгнания. Сегодня эта книга уже исчезла. - Разумеется демон решил вас припугнуть, - с усмешкой, будто речь шла о детской шалости, продолжил Беркли. – Но мы тогда смогли его изгнать, и вы сможете. Да, это будет непросто. Только торопитесь. У двоих из вас уже по две метки. Когда их станет три, демон поглотит вашу душу и получит контроль над вами. Важно все сделать правильно, демон порядка на то и демон порядка, что ошибок не терпит. Для начала нужно узнать, кто был нулевым пациентом, чья душа была поглощена демоном самой первой. Этого нулевого пациента вы должны посадить в центр нарисованного мелом круга, вписать в круг пятиконечную звезду и расположить символы ровно так же в той же последовательности, что и на ваших метках. Затем прочтите слова на латыни, которые я напишу. Прочесть их нужно четко и без запинок. Если вы все сделаете правильно, демон уйдет, а нулевой пациент очнется. Он не будет помнить ничего с тех пор, как демон занял его тело. Раз книга похищена, демон уже знает о ваших поисках, будьте осторожнее. Теперь вся надежда только на вас. - Спасибо, профессор, - искренне поблагодарил его Престон. Информация и впрямь была ценная. Беркли написал на листе бумаги слова и, вручив их вместе с пожеланием удачи, вернулся к мохито. Теперь результат миссии зависел только от пятерых студентов. Присцилла все время пути думала об этом, о том, как оказалась в центре странной истории. Ей не хотелось становиться героем. Все внутри нее сопротивлялось новой роли. Присцилла боялась подвести всех: своих друзей, профессора, других студентов, ставших жертвами демона. Она не верила в свои силы, знала, что не могла быть той, кто поможет спасти университет. Присцилла лишь доверяла остальным, возложила на них роль героев, отведя себе место в тени. От тяжести ответственности у нее подгибались колени и опускались руки. Смешение сильного страха и паники заставляло дрожать от одной только мысли о будущем. Ей хотелось выплеснуть свои эмоции, но она не могла показаться слабачкой. Не могла разрушить выстроенный образ. Оставалось только покорно идти за всеми, скрывая волнение за натянутой улыбкой, как за крепким щитом. Компания расположилась в комнате Оливера и, оставив слова ритуала на письменном столе, собралась рассуждать о плане. Добираясь до своеобразного штаба, они все чаще замечали «студентов-зомби», идущих им навстречу без всяких эмоций, молча. Пострадавшие от демона не смеялись, не волновались, не говорили, а учились и скрывались в своих комнатах, когда пары заканчивались. Они не опаздывали, не пропускали лекции, не спали на задних партах. Казалось бы, были идеальными студентами, однако взгляд каждого был пустым и потухшим, словно там, в черепной коробке, не проскакивало ни единой мысли, а в душе не рождалось ни единой эмоции. Присцилла не знала, как они не замечали раньше, что таких подчиненных демоном уже немало. Наверное, не столкнувшись с этим, не обращали внимания. Вдруг в тот момент им пришлось столкнуться с последствиями призыва демона, которые правда поражали и пугали. Присцилла коснулась левой руки и уцепилась пальцами за край рукава. Ей хотелось расстегнуть пуговицу и увидеть, что никакого выжженного знака на ней не было. Однако она боялась отгибать рукав. Присцилле оставалось еще две метки, а Фелиции и Роджеру одна. Наверное, им было еще страшнее. Фелиция держалась уверенно, хотя ее лицо было необычайно бледным, а руки подрагивали. Роджер не мог усидеть на месте. Присцилла присмотрелась. Его лицо было покрыто мелкими каплями пота, блестевшими в свете солнца. - Как мы найдем нулевого пациента? – спросила Фелиция дрожащим от волнения голосом. Оливер развел руками: - Будем узнавать у тех, кто еще в сознании, наверняка они припомнят день, когда очередной хулиган из их группы вдруг стал примерным. Да, долго, но других вариантов нет. За это время нам бы попытаться не нарушать правила. - А если просто не нарушать правила? Может быть, мы сможем прожить спокойные четыре года, - осторожно предположила Присцилла. Однако, переглянувшись, компания дружно покачала головой. - Вообще не вариант, - ответил Роджер, и все с ним согласились. – Мы так не умеем. - И то верно, - признала Присцилла. С ее любовью просыпаться позже положенного времени было очевидно, что она когда-нибудь начнет постоянно опаздывать. К этому моменту хотелось бы выгнать демона. - Остается только провести ритуал, - добавил Оливер. – Как только найдем нулевого пациента, доведем его до какого-нибудь темного места, где никто не ходит, и готово. Половина дела сделана. - Я знаю одно такое место, - вмешалась Присцилла. – Оно за стадионом. Там темно, даже фонарей нет. Идея звучала здраво. Присцилла вовремя вспомнила, как гуляла недавно со Стефано, и они зашли за стадион, туда, где протоптанная дорожка пряталась за металлическими конструкциями. План, сформулированный Оливером, был прост на словах и сложен на деле. Однако других предложений не было, и компания, решив начать поиски нулевого пациента со следующего дня, разошлась.