Путь 7. Виновник

Профессор Беркли опустил голову и тяжело вздохнул. - Значит мы ничего не добились, - сказал он вполголоса и отодвинул от себя чашку горячего травяного чая. Слова прозвучали как приговор и во всей своей тяжести упали на пол летнего кафе. - Напротив, - возразил Престон, - мы узнали, что искать нужно того, кто вызвал демона. А если он вызывал демона по книге, то его подпись должна остаться в документах библиотекаря. - Вот только подпись в книге, а книга исчезла, - возразил Оливер. – Это не план, это тупик. - Я бы так не говорил, - профессор загадочно улыбнулся. – Хорошо, что вы обратились за помощью именно ко мне. У меня прекрасные дружеские отношения с мисс Картер. Если книга пропала, то она точно знает об этом. Ждите новостей. Команда по спасению университета разошлась до появления новостей. Когда возник новый план, Присцилла вновь ощутила, как еще слабая надежда пробудилась где-то в глубине души. Она думала, что неудачный ритуал был концом, но на самом деле все только начиналось. Присцилла уже начала привыкать к этому странному распорядку: ходить на пары, делать задания и обсуждать миссию, собравшись за столиком кафе. Нет, она еще не смирилась со своей особой ролью, но паника немного отступила. Друзья и профессор знали, что делать, а ей оставалось только не унывать. Порой перед сном Присцилла долго разглядывала метку на руке, будто надеясь с ее помощью открыть все тайны. Она представляла, как больно терять душу и становиться лишь тенью самого себя. Ей не хотелось, чтобы кто-то еще из ее друзей прошел через это. В такие моменты Фелиция выбиралась из-под одеяла и подходила к подруге, чтобы ее поддержать. - Ты сама говорила, что мы справимся, - напоминала она. – Выполняй свое обещание. - Я знаю, что с вами я справлюсь, - отвечала каждый раз Присцилла и сквозь силу вновь улыбалась. Ее друзья были достаточно надежными, чтобы она в них верила. Вот и в ту ночь Присцилла вновь задумалась о миссии. Она уже не разглядывала метку в бледном свете луны, но лежала на кровати, уставившись в белый потолок невидящим взглядом. Ей многое хотелось рассказать друзьям о том, что у нее на душе. Однако оставалось лишь держаться и внушать фальшивый оптимизм, подавляя панику. Присцилла еще слишком хорошо помнила о своем новом образе. Быть уверенной получалось не всегда, но быть слабой ей не хотелось. Это уже пройденный этап, оставленный далеко в прошлом и выброшенный прочь в самый темный угол мозга. Она должна была показать себя достойной. Вот только внутри все так и тянулось рассказать о страхах хоть кому-нибудь. Присцилла в какой-то момент ловила себя на мысли, что собиралась прямо сейчас окликнуть Фелицию. Соседка лежала совсем рядом, хотя и скрылась за пеленой тьмы, только сделай пару шагов и протяни руку. Фелиция ведь открылась, значит и Присцилла должна. Однако так оно не работало. Присцилла слишком боялась распахнуть душу. Еще свежи были воспоминания. Засыпать и просыпаться становилось все сложнее. Присцилла должна была постоянно быть в напряжении, чтобы контролировать себя. Ни на секунду она не могла расслабиться и побыть собой. Хотя, если уж говорить правду, собой она была лишь в краткие минуты во время отдыха на море. Ей нужно было до самого конца держать образ, какой бы сложной задачей это ни казалось. После пар профессор Беркли собрал всю компанию за столом кафе и, одновременно и довольный собой, и сомневающийся, сообщил: - Кое-что я смог узнать. Мисс Карпентер хранит книгу в нижнем ящике стола, только отдать ее мне она не смогла. Что самое главное, ключ она забирает с собой. Вас ждет серьезный риск, если вы захотите забрать книгу. - У нас по одной метке, - холодно возразил Престон. – Мы можем рискнуть. Это поможет нам решить проблему раз и навсегда. - Я умею взламывать замки, - добавил Оливер. – Ну что ж, пришло время грабить библиотеку. - Никогда не думала, что буду этим заниматься, - с усталым вздохом ответила Фелиция. Вечером они вновь остались в библиотеке после закрытия, на этот раз представляя, что их будет ожидать. Фелиции с ними не было, ведь у нее на руке сияли две метки, и она находилась в опасности. Библиотекарь мисс Картер в последний раз осмотрела огромное помещение, прислушиваясь к случайному шелесту и треску, и ушла. Вскоре в замке что-то щелкнуло, и вновь все затихло. Компания осталась наедине со своим заданием. Присцилла включила фонарик и пошарила им по стенам и шкафам в поисках стола библиотекаря. Оливер достал из кармана самодельную отмычку из куска проволоки и, усмехнувшись, сказал полушепотом, ни к кому конкретно не обращаясь: - Я никогда не думал, что мне это пригодится. - Как ты вообще научился взламывать замки? – спросил у него Престон, обернувшись к нему. Оливер развел руками: - В жизни все надо уметь, в том числе и взламывать замки. У меня был друг, который научился этому сам. Он так ловко это делал, что я тоже захотел. Оливер подошел к столу и, склонившись над нижним ящиком, вставил отмычку в замок. Некоторое время он сосредоточенно вертел ею, что-то подбирал и менял, пока, наконец, не послышался щелчок. Ящик открылся, и книга во всей красе предстала перед командой. Вынув ее на свет фонаря, они пробежались по списку бравших ее людей, пока не наткнулись на нужную дату. - Вот, девятого сентября ее брал профессор Смит, - Престон указал пальцем на знакомую подпись Сэмюэля Смита. - Все совпало, - ответил Оливер. – После него ее никто не брал. Стефано стал зомби одиннадцатого сентября. Выходит, мистер Строгость и есть виновник. - Его мы и должны затащить в круг, - добавила задумчивая Присцилла. Ее не удивил тот факт, что виноват самый строгий и жесткий профессор университета. Однако она не ожидала, что он действительно пойдет на вызов демона. Престон и Оливер обменялись удивленными взглядами. - Вот тебе и мистер Строгость, - сказал Оливер. – Он, оказывается, тот еще сатанист. - Теперь будет сложнее провести ритуал, - признал Престон с некоторым разочарованием. – Чтобы затащить в круг профессора, призвавшего демона, понадобится что-то большее, чем один удар. - Самое главное, что мы продвинулись в нашем деле, - заметила Присцилла. – Есть способы, в том числе и не совсем законные. На следующий день компания вновь собралась в кафе. Профессор Смит не стал вызывать никого после вчерашнего взлома библиотеки, не обнаружилось и второй метки, так что все даже немного расслабились, решив, что им чертовски повезло. - Я не ожидал, что виноват Сэм, - сказал профессор Беркли, в задумчивости покрутив ручку меж пальцев. – Тридцать лет назад он был студентом этого университета и видел, что произошло во время призыва демона. Да, в последнее время он жаловался, что студенты все сплошь ленивые и безответственные, но я не думал, что он дойдет до такого. - Нам нужен план, как провести ритуал, профессор, - ответил ему Престон. – Мы почти добрались до конца. - Да, разумеется, - спешно согласился Беркли. – Нам нужен план. Действовать необходимо осторожно. У каждого из вас по две метки. - У нас троих по одной, - поправил его Оливер. Беркли одобрительно улыбнулся: - Так даже лучше, но рисковать зря мы не можем. Давайте думать. Если купить снотворное и пригласить Сэма на чай, думаю, может сработать. Вот только демон всегда рядом с ним, он точно помешает. Продержитесь еще немного. Я придумаю план и скажу вам. Не получив никаких указаний, они вновь разошлись. Хотелось поскорее закончить и расслабиться, но высокая стена встала перед ними. Никто пока не знал, как ее преодолеть, ведь рисковать вновь не было сил. Это состояние почти сводило с ума. Оказаться так близко к развязке, что становилось аж жарко, и не смочь достичь ее казалось невыносимой пыткой. Присцилла запланировала заняться подбором новых образов, чтобы немного развлечься. Она только сосредоточилась на новом занятии, как ее нагнал Престон. - Не хочешь зайти ко мне сегодня вечером? Я думал, тебе нужно поговорить после всего, что произошло. - Хочу, - ответила Присцилла, даже не обдумав предложение. – Правда хочу. Они условились встретиться в шесть. Присцилла сама не знала, нужно ли ей было поболтать. Она чувствовала себя ужасно, но никому не хотела об этом рассказывать. С другой стороны, поговорить ни о чем звучало неплохо. Присцилла, занявшись домашним заданием, ближе к шести засобиралась уходить. Она сменила строгую юбку и блузу на вечернее платье с открытыми плечами и во время примерки случайно бросила взгляд на метку. Что-то приковало ее внимание, и она подошла ближе к свету, чтобы внимательнее рассмотреть. Рядом с первой меткой красовалась вторая, еще более яркая. - Теперь мы в одной лодке, - заметила Фелиция, положив руку на плечо подруги. – Будь осторожна. - Я знаю, - ответила Присцилла, хотя ее мысли были слишком далеко от поддержки соседки. Перед ее глазами будто наяву встал образ Роджера. Сначала она услышала тихое жалобное «помогите», потом увидела его пустые глаза, за которыми не было ни мыслей, ни эмоций. Если Присцилла ошибется, с ней будет так же. Это она понимала слишком хорошо. Паника подкатила к горлу, она покраснела. Однако снова ничего не сказала. Заставив скованное от страха тело двигаться, Присцилла выбралась в коридор. Найдя комнату друга, она постучала в дверь и быстро вошла внутрь, устроившись на пустой кровати напротив. Престон жил один, и это сразу чувствовалось. Он обустроил комнату так, как хотелось именно ему. Присциллу встретил идеальный порядок, казалось, выверенный до миллиметра, все книги, тетради и личные вещи лежали на своих местах, корешок к корешку, лист к листу. Вид комнаты казался в то же время слишком обезличенным. На стенах не висело плакатов, на столе не стояло ни единой фотографии. Если и были какие-то не служащие учебе вещи, они, должно быть, лежали в ящиках стола или в шкафу. - Я хотел поговорить с тобой один на один, поэтому пригласил, - начал разговор Престон, заняв место рядом. - О чем же? – поинтересовалась Присцилла, совершенно не представлявшая, что именно должна была услышать. - О том, что я вижу, как тебе непросто переживать все эти проблемы с демоном, - ответил ей Престон удивительно мягким голосом, которого Присцилла раньше не слышала. – Ты стараешься держаться, я знаю, и это вызывает уважение к твоей силе. Но не хочешь ли ты поделиться тем, что у тебя на самом деле происходит? - Все в порядке, - спешно ответила Присцилла, постаравшись сделать так, чтобы ее голос звучал бодро и спокойно. – В полном порядке. Да, я могла переживать и удивляться, но сейчас я понимаю, что мы скоро все закончим. - Ты выглядишь взволнованной, - не согласился с ней Престон. – Я предположу, что ты просто не хочешь довериться. Если так, я не буду больше ничего говорить. Просто здесь никто, кроме меня, не узнает, что ты расскажешь. Присцилла огляделась. Она закусила губу, отчаянно стремясь сказать, что готова выложить все, но сдержавшись в последний момент. Ей не хотелось раскрывать свою слабую сторону перед кем бы то ни было. Присцилла промолчала. Она не отказалась и не согласилась. - Мне кажется, тебе будет легче, - добавил Престон. – Нам предстоит последний шаг, и будет лучше, если ты… - Я понимаю, - ответила Присцилла, прервав его на полуслове. – Будет лучше, если я успокоюсь. - Я хотел подобрать другое слово, но смысл ты уловила, - согласился с ней Престон. – К тому же, я беспокоюсь за тебя. - Не стоит, - хотела сказать Присцилла, но слова застряли в горле. Она вдруг подумала, что могла бы довериться Престону. Он был так искренен, когда говорил о том, что переживает за нее. - Только не рассказывай об этом разговоре никому, - попросила его Присцилла и, взяв обещание, выдохнула. Ей тяжело было даже в момент согласия начать говорить. Она собиралась с силами, сжимала кулаки, выдавливала из себя слова, но безуспешно. - Ты боишься, что станешь как Роджер? – попытался мягко подтолкнуть ее к разговору Престон, обняв одной рукой. Присцилла кивнула: - Да, я боюсь, что стану как Роджер или Стефано. Или что кто-то из вас станет как они. Я боюсь брать на себя ответственность за эту миссию. Скажи, я трус? - Никакой ты не трус, - возразил ей Престон. – Ты боишься, потому что понимаешь, насколько важно то, что мы делаем. Ты разумный человек, к тому же ты беспокоишься за нас, значит в тебе есть благородство и доброта, и не то чтобы я узнал об этом только сейчас. Трус не полез бы взламывать библиотеку, зная, что его ждет. Трус вообще бы не вписался в это. Не бойся стать как Роджер. Я не дам тебе получить третью метку. - Может быть, мне лучше ее получить? – спросила Присцилла, сама не знавшая, как эти слова пришли к ней в голову. – Я все равно не могу предложить ничего толкового. - Не говори глупостей. Если бы не ты, каждый промах воспринимался бы хуже. А ты каждый раз надеешься, что мы не проиграли, и это заставляет собраться и придумывать новый план. Ты нужна всем нам. И ты нужна мне. Присцилла в удивлении подняла голову и встретилась с твердым взглядом Престона. Она решила, что он не лгал, когда говорил о ее важности. Почему-то ей отчаянно хотелось поверить. Возможно, влияла теплота его голоса, его близость или искренность. Возможно, все это сразу. Присцилла тянулась к нему. Когда ей хотелось, чтобы кто-то выслушать ее, она представляла именно это. - Наверное, - признала Присцилла. Она вытащила свои эмоции и страхи наружу и почувствовала себя нагой, беззащитной. Впервые за столько времени Присцилла вновь доверилась и надеялась, что этот факт не обернется против нее. - Не сомневайся ни секунды, - ответил ей Престон. Присцилла спрятала голову на его груди, прижавшись покрепче, будто стараясь сделать все, чтобы страхи и проблемы не нашли ее. Будто это и впрямь могло помочь. Она впервые позволила себе расплакаться, не в силах больше удержать эмоции в глубине души. Престон обнял ее и погладил по волосам. Присцилла уцепилась пальцами за ткань его пиджака. Она почти забыла, что еще существовало такое странное чувство, когда по телу разливалось приятное тепло, а тревога отступала. Нет, проблемы оставались, но их масштаб будто становился меньше, а уверенность крепла с каждой секундой. Такое странное чувство, когда, доверившись кому-то по-настоящему, Присцилла получала поддержку, а не отговорку или насмешку. Будто новый щит появлялся прямо перед ней, способный уберечь от всего. Присцилла еще некоторое время просидела так, не желая вылезать. Ей становилось лучше, когда она чувствовала, что не одна в этом мире. - Я бы оставил тебя здесь на всю ночь, если бы мы могли нарушить правила, - прошептал Престон. - Я бы и сама хотела остаться. Мне нравится проводить время с тобой. Признание получилось как-то само собой. Присцилла и не хотела говорить ничего подобного, пока не закончится приключение. - Мы точно проведем больше времени вместе, когда это закончится. Обещаю, - ответил ей Престон. И Присцилла вновь поверила.