Часть 2

      Рев моторов заглушал крики толпы. Винкс, сгрудившись у края трибун, во все глаза наблюдали за безумной гонкой. Впереди всех, почти касаясь друг друга крыльями гравибайков, неслись Ривен и Никта. Это был танец на грани фола: они закладывали виражи так низко, что из-под днищ летели искры. Остальные гонщики безнадежно отставали, пытаясь хотя бы удержаться в хвосте этой безумной пары.       — Они сумасшедшие! — вскрикнула Стелла, зажмурившись, когда Никта прошла в миллиметре от опоры моста.       Внезапно на затяжном повороте байк Ривена дернуло и машина, начала заваливаться на бок. Ривен отчаянно пытался выровнять руль, но управление его не слушалось.       Никта, шедшая вплотную, моментально среагировала. Вместо того чтобы вырваться вперед и забрать победу, она ударила по тормозам, высекая сноп искр. Ее байк занесло, но она удержала его и, едва машина остановилась, соскочила на ходу, бросаясь к Ривену, чей мотоцикл замер в нескольких метрах от ограждения.       Она не стала проверять, сильно ли он ушибся — она видела, что он жив. Её яростный вскрик, усиленный магией, разнесся над всем треком:       — Участник тридцать четыре! Неразрешенное использование магии!       Над стадионом повисла тишина, которую прервал сухой голос арбитра из динамиков:       — Жалоба зафиксирована. Сканирование трека... Подтверждено магическое вмешательство. Участник номер тридцать четыре временно дисквалифицирован до выяснения обстоятельств.       Арбитры-наблюдатели на своих скоростных платформах мгновенно окружили байк под номером тридцать четыре, который пытался незаметно притормозить у края трассы.       — Снимите шлем!       Фигура в темном комбинезоне медленно подняла руки. Когда защелки щелкнули и шлем был снят, по трибунам прокатился вздох узнавания. Длинные золотисто-зеленые волосы рассыпались по плечам, а на губах ведьмы застыла усмешка.       Дарси тряхнула волосами, принимая невинный вид. Ее губы искривились в притворной обиде, а в глазах заплясали искры.       — О чем вы вообще? — протянула она, глядя на арбитров. — Я пыталась стабилизировать траекторию своего байка, чтобы не влететь в того парня. Это была самооборона, а не атака! Эта девчонка просто бредит.       Никта сделала шаг вперед. Ее глаза, казалось, стали еще прозрачнее от ярости.       — Самооборона? — Никта коротко и зло рассмеялась. — Арбитр, я официально требую проверки «Глазом Истины».       Дарси на мгновение побледнела, но тут же взяла себя в руки и ядовито фыркнула:       — «Глаз Истины»? Ты хоть знаешь, сколько он стоит? Их во всем Магиксе пара десятков штук. Кто тебе его даст, мелкая выскочка?       Никта медленно оскалилась, и в этой улыбке было что-то по-настоящему хищное.       — О, я думаю, Настоятель Светлого Камня сможет одолжить один… — она сделала эффектную паузу, наслаждаясь тем, как вытягивается лицо Дарси. — Для своей любимой внучки.       По трибунам прошел оглушительный шепот. Светлый Камень — древний монастырь-крепость, где хранили самые мощные артефакты измерения, и его Настоятель был фигурой почти легендарной.       Никта повернулась к застывшим арбитрам, игнорируя шокированные взгляды.       — Итак, господа, — ее голос прозвучал как приказ, — Мне отправить запрос в монастырь или в вашем управлении все-таки найдется дежурный экземпляр «Глаза»?       Дарси дернулась, явно порываясь вскочить на байк и скрыться, но кольцо арбитров сомкнулось плотнее.       — У нас есть «Глаз», — сухо отозвался старший арбитр и по совместительству капитан полиции, доставая из кейса прибор, похожий на массивный монокль из обсидиана. — Мы обязаны проверять технику при любом подозрении.       Следующие десять минут на треке царило тяжелое ожидание. Винкс затаили дыхание, а Ривен стоял у своего байка, скрестив руки на груди и не сводя глаз с Никты, которая с профессиональным интересом наблюдала за работой арбитров.       Когда линза артефакта коснулась двигателя, пространство вокруг байка Ривена вспыхнуло ядовито-фиолетовым сиянием. На металле четко проявились отпечатки пальцев, сплетенные из магических нитей. Это было неопровержимое доказательство: прямое вмешательство в механизм с целью поломки.       — Вина установлена, — официально провозгласил арбитр, поворачиваясь к Дарси, которая теперь выглядела не столько злой, сколько загнанной в угол. — За преднамеренное создание аварийной ситуации и незаконное использование магии на гражданских соревнованиях вам назначено пятнадцать суток административного ареста.       Двое арбитров подошли к ведьме, и на ее запястьях защелкнулись антимагические наручники. Дарси бросила на Никту взгляд, полный такой ненависти, что, казалось, трава под ногами должна была высохнуть.       — Не переживай так, дорогая, — ехидно бросила аловолосая вслед уходящей ведьме. — Я хоть и буду очень занята учебой, но так и быть, соберу твой хлам и переправлю его к дню твоего освобождения прямо к воротам Облачной Башни. Если тебя, конечно, пустят дальше барьера после такого залёта.       Дарси дернулась, но офицеры грубо толкнули ее в сторону катера. Все присутствующие понимали: пятнадцать суток ареста — это только начало. Директриса Гриффин не прощала тех, кто попадался на такой дешевой и глупой подставе. Исключение было лишь вопросом времени.       Едва патрульный катер с Дарси скрылся за горизонтом, к Ривену и Никте подлетели Винкс, а следом за ними подтянулись Скай и Брендон. Лица фей выражали крайнюю степень когнитивного диссонанса.       Стелла, чьи глаза за всё это время, кажется, увеличились вдвое, первой нарушила тишину:       — Внучка Настоятеля Светлого Камня?! Ты серьезно? Это же… это же почти как быть принцессой.       Никта вздохнула, поправляя свой топик, и окинула компанию изучающим взглядом.       — Что ж, придется проявить немного вежливости, — она выпрямилась, и в ее осанке внезапно проступила аристократичная стать, которую не могли скрыть ни рваные джинсы, ни дерзкие кеды. — Никта Кастос. Внучка Силестия Кастоса, Настоятеля Светлого Камня. Ведьма Звездного Пламени.       Блум вздрогнула при упоминании пламени.       — Звездное Пламя? — переспросила Блум. — Но как…       — Предвосхищая твой вопрос, фея, — Никта перебила её, едва заметно усмехнувшись, — Всё просто. Моя мать была феей звёзд, а отец — магом темного огня.       Скай присвистнул, с невольным уважением глядя на Ривена.       — Кастос… — прошептала Муза, чувствуя, как её собственная ревность сменяется чем-то похожим на благоговейный трепет.       Никта больше не слушала. Она повернулась к Ривену, и её глаза смягчились.       — Ну что, «сахарный мальчик» номер один? — подмигнула она ему.       Ривен ехидно улыбнулся, игнорируя ошарашенных друзей.       — Идем отсюда, — бросил он, кивая в сторону парка. — Здесь становится слишком людно.

***

      Шум праздничной площади и изумленные выкрики Винкс остались далеко позади. Ривен и Никта шли по узкой аллее парка, где тени от дубов ложились на дорожку длинными пышными тенями. Здесь, вдали от лишних ушей, напряжение, которое Никта держала в узде, наконец начало спадать.       Ривен первым нарушил тишину, и в его голосе слышалась лукавая усмешка:       — А правды-то ты им почти не сказала, Кастос... — он произнес ее фамилию так, словно пробовал дорогое и опасное вино на вкус. — Решила пожалеть нежные нервы феечек?       Никта остановилась, глядя, как последние лучи солнца путаются в её алых волосах.       — Если бы я сказала им имя моего отца и правильное название моей магии, они бы в ужасе разбежались, Ривен, — она улыбнулась, и в её глазах на мгновение вспыхнуло то самое «звездное пламя», которое на деле было куда древнее и страшнее, чем она описала феям. — Если они, конечно, хоть немного учили историю Магикса, а не только способы выведения пятен с атла́са.       Ривен представил эту картину: Блум, теряющая сознание, и Стелла, пытающаяся слиться с колонной фонтана при упоминании того, чью кровь на самом деле носит Никта.       — О да, — он негромко рассмеялся, делая шаг к ней. — Я прямо представляю: ты идешь по улице, а они в панике пытаются мимикрировать под ландшафт, лишь бы ты их не заметила.       Никта искренне, звонко рассмеялась.       Но её смех оборвался мгновенно. Ривен, резко подался вперед и, обхватив её за талию, притянул к себе. Его рука зарылась в её алые волосы у самого основания хвоста, заставляя Никту слегка запрокинуть голову.       Это не был нежный поцелуй влюбленного юноши. Это был жест собственника, жесткий, почти агрессивный поцелуй со вкусом адреналина и терпкой магии. Никта ответила с той же силой, впиваясь пальцами в его плечи — в этом столкновении двух пламен рождалось нечто такое, перед чем меркли все законы Алфеи и Облачной Башни