11.

Прошел месяц с того дня, как Драко Малфой оказался на попечении Ордена Феникса. После успеха с мандрагорой дни проходили в попытках найти средство, которое если не вылечит паралич, то хотя бы вернет часть утраченных функций. Увы, мандрагора была пока что единственным пунктом в списке Гермионы, напротив которого стоял плюс. Количество зачеркнутых строк множилось с каждой прочитанной книгой. Она перепробовала все, что было под рукой. Листала школьные учебники по травологии, но даже если находила вариант, то почти сразу отбрасывала. Или слишком редкое растение, которое во время войны не найдешь, или побочные эффекты превышали допустимые пределы.  Тогда Гермиона вернулась к книгам по целительству, но многие из них были слишком старыми. Век назад в магическом сообществе паралич почти всегда значил смерть в одиночестве. Это добавляло еще больше тоски худой фигуре, замотанной в свитера Уизли, бесконечно меняющей капельницы и кормящей пациента с ложечки. Гарри и Рон пропадали в делах и не замечали, как подруга растворяется в бесконечном поиске. Это даже было ей на руку.  К тому же, Гарри вовсю готовился к свадьбе. Нашел свою старую парадную мантию, окольными путями достал свадебные кольца семейства Блэк, постоянно старался быть рядом с Джинни. Вероятно, боялся, что иначе она может передумать. Рон тоже не отставал в помощи, правда, его сфера интересов была весьма специфической (разработка свадебного меню вместе с Молли). Проходя мимо их комнаты, Гермиона часто слышала, как друзья обсуждают что-то о семейной жизни или о женщинах — и редко когда сдерживала смешок. Мальчишки. Драко стал лучше глотать и пытался двигать челюстью, чтобы пережевывать пищу. Пока не получалось, но нельзя ведь требовать от жизни всего и сразу? Гермиона еще пару раз сварила настойку мандрагоры и добилась того, что вместе с глазами стали двигаться брови. Прекрасно, просто прекрасно. Теперь Драко мог корчить ей рожи, пока глотал очередное пюре или теплый суп. Когда Гермиона впервые принесла тарелку с кухни — в ней плескалась густая овощная похлебка — глаза пациента наполнились страхом. — Грейнджер, ты уверена, что это можно есть? Давай лучше вернемся к настойке мандрагоры, вкус гороха мне уже даже нравится. — Не говори ерунды, это суп от Молли, а она готовит превосходно. К тому же, если не начнешь есть сам, то прогресс может снова откатиться. Хочешь всю жизнь прожить на капельницах? — Какая же это жизнь? — проворчал Драко, но всё-таки медленно (послушно) открыл рот. Гермиона улыбнулась и отправила туда порцию супа. Если прикрыть глаза и не вглядываться, легко представить, что она вернулась в детство и кормит очередную куклу. Декабрьским вечером Кингсли появился на пороге дома на Площади Гриммо с небольшим деревянным ящиком под мышкой. Ящик сразу вызвал нервную дрожь у тех, кто его видел — бедняков в волшебном мире тоже хоронят попроще. — Гермиона, передай это Драко, — ящик упал на кухонный стол прямо перед ней. Девушка вздохнула и отложила тарелку с супом. В карих глазах читался немой вопрос. Кингсли, знакомый с Гермионой не первый год, только лишь вздохнул, и не расстегивая мантию, глотнул чай — явно собираясь на выход. Снег с его плеч растаял и остался лужами на ковре.  — Мне удалось связаться с Нарциссой. Она знает, что Драко у нас. Бруствер сразу ушел. В последнее время люди часто пропадали с рейдов, и верхушка Ордена не могла надолго отвлекаться от работы. Римус, Кингсли, МакГонагалл, Тонксы, Аберфорт — все они прибывали на Площадь Гриммо только чтобы поесть, таинственно попереглядываться с четой Уизли и затем уйти в дальнюю комнату. Защитные заклинания и чары от прослушки уже давно никто не накладывал, подслушивать-то некому. Гарри всегда звали, Рон приходил и уходил, если тема  обсуждений была скучная. Гермиона предпочитала не вникать — пока что. Её цель сейчас крутилась вокруг Малфоя. В коробке от Кингсли оказались детские игрушки. Неподвижные из-за выветрившейся магии фигурки волшебников, раскладывающаяся детская метла и крохотный плюшевый дракон, раздувающийся от прикосновений. Дракона нужно было постоянно гладить, чтобы он согревался и дышал огнем, равномерно двигая спиной. Как настоящий. Гермиона прорыдала над ящиком целый час. Каждый раз, когда она пыталась закрыть крышку, взгляд цеплялся за покусанную маленькими зубами ручку от метлы или сцепленные руки у двух волшебников — и все начиналось по кругу. Почему-то вид обычных магических игрушек, которые девушка уже тоннами видела в Норе, вызывал горькое чувство внутри. Внутри также лежал сложенный вчетверо лист. Всего две строчки — без обращения, без подписи, без материнских нежностей, будто Нарцисса боялась, что любое лишнее слово станет уликой. “В детстве он просил дракона, когда болел. Если он все еще не любит одиночество — положите рядом.” На письме осталось несколько уродливых круглых выемок, надолго оставшихся влажными. Коробку она решила пока оставить у себя. Не насовсем, до подходящего момента. Приближалось Рождество, а идей для подарков книззл наплакал. Конечно, мальчики примут её самодельные вязаные шапочки и носки без проблем. С Драко сложнее. Она не обязана была ничего ему дарить, но… интуиция подсказывала, что нужно было закрепить хрупкое доверие, установившееся между ними. Хорошо, что Джинни подарок она точно могла сделать. Скромную свадьбу назначили на пятнадцатое декабря, чтобы передохнуть до сочельника. Дом на Площади Гриммо обещал быть наполненным людьми, как никогда раньше. Эта мысль каждый раз вызывала улыбку у Гермионы — Сириус бы точно обрадовался. Жаль, что его портрета тут нет. Так вот… гм… подарок Джинни. Образ пришел к Гермионе сам по себе — из обрывков прекрасного сна о гостиной Гриффиндора. Много золота, блесток и полупрозрачных тканей. Джинни попросила оформить свадьбу с большим количеством свечей и волшебных бумажных цветов — в текущих условиях, единственным вариантом создания интимности в такой важный момент.  Сон и пожелания соединились в одно целое за секунду. Щелчок — и перед глазами появилась арка из полупрозрачного розового шифона с золотыми блестками, вокруг цветы, летающие свечи. Может быть, получится сделать звезды из бумаги, покрасить их в золотой и оживить магией? Свадьбу запланировали в самой большой гостиной на Гриммо — вдвое больше, чем в бывшем доме Гермионы, и в три раза больше, чем в Норе. Под руководством Молли заранее вынесли всю мебель, расставили стулья для гостей и убрали каждую лишнюю соринку. Дело за малым — и Гермиона разрывалась между поисками лекарства и работой над украшениями.  Утром — встать и проверить, как долго держатся чары покраски на бумажных звездах. Или развесить ткань (бывшее свадебное платье матушки Блэк) на старый шкаф в гостиной, изображающий арку. День целиком уходил на заботу о Драко. Он все еще не мог справляться с самыми простыми телесными нуждами: одеваться, мыться, есть, даже вовремя просить о помощи — и только хлопал глазами. Все интимные подробности остались далеко позади, к тому же, Гермиона приноровилась очищать простыни от любых конфузов не глядя. Переодевались они также с помощью магии — для экономии времени. Затем капельницы, жидкое питание от Молли с ложечки, вода и проверка работы пальцев (ничего не менялось). Иногда Гермиона давала своему пациенту что-то из экспериментальных снадобий, но опять же, без особого вдохновения. Драко плевался, ругался и засорял её мысли своими проклятьями. Вечером Гермиона обязательно пару часов читала книгу — очередной справочник или учебник по колдомедицине. Очередное разочарование. Зато подготовка украшений помогала отвлечься. Утомляла, но все-таки отвлекала. Гермиона зачаровывала свечи и вырезала из бумаги звезды и луны, красила их вручную (палочкой) и чертила руны всевозможных декоративных заклинаний. Она разрезала очередной аляповатый наряд из сундуков семейства Блэк, чтобы использовать ткань в декоре — и не забывая про розовый или золотой цвет. Сириус бы рассмеялся, увидев, что семейное наследие Блэк стало свадебной декорацией для Поттера. Гостиная постепенно наполнялась все новыми красками и идеями. Гермиона даже опустошила почти весь запас розовых лепестков из целительских наборов, чтобы склеить букет роз с помощью чар. Вышло просто превосходно, осталось найти подходящую ленточку и букет невесты готов. Видишь, Джинни, будут тебе цветы зимой. Признаться честно, одна из роз опустилась на деревянный ящик, и они оба были спрятаны подальше в тумбочку. Гермиона хотела оставить что-то свое в том подарке, что приготовила Драко. Пусть даже это будет обычная розовая роза. Девушка задумалась о том, дарят ли в волшебном мире мужчинам цветы, но быстро отбросила эти мысли. Значит, она будет первой.