Часть 4

      К вечеру дети были так измотаны днем на природе и купанием, что уснули прямо в карете. Блейз и Пэнси, попрощавшись, ушли камином домой, укладывать Белль. Гермиона тоже чувствовала себя уставшей и радовалась, что сегодня можно обойтись без сказок для дочки, а сразу пойти спать. Она с уже привычной нежностью проследила за тем, как бережно и аккуратно Малфой несет Лиру, кладет ее в кроватку и укрывает тонким одеяльцем. Теперь Гермиона могла чувствовать все то, что он ощущал в такие моменты, и лишь уверилась — он отличный отец, любящий свою дочь.       Когда они вышли из детской, оказываясь в слабо освещенном коридоре, наступила легкая неловкость. Сложно будет привыкнуть к тому, что оба теперь как открытая книга друг для друга. Но вот Драко слегка улыбнулся ей, пожал плечами и сказал:       — Думаю, ты успела понять, что уже мне нравишься. Я не буду этого отрицать. Даже добавлю, что хочу тебя, не только в физическом плане.       Грейнджер смутилась, немного покраснела от такого откровенного разговора и поняла, что ему это понравилось. Фыркнула, слегка толкнув пальчиками в твердый бицепс, намекая не быть таким самоуверенным. Малфой улыбнулся шире.       — И я знаю, что тоже тебе интересен, — чуть дразняще произнёс он. — Меня это радует и, пожалуй, признаюсь, что ты проверяешь мое терпение на прочность уже некоторое время. Но, — он вздохнул, продолжая смотреть ей в глаза, — мы будем и дальше следовать всем этапам ритуала ухаживания, и придется подождать даже с поцелуями.       Гермиона хотела шутливо возмутиться этому флирту на грани, чтобы отвлечься от накатившего смущения, но Драко вдруг сделал шаг вперед, плавно оказываясь совсем близко к ее лицу. Ей пришлось поднять голову, чтобы продолжить смотреть на него, в то время как сердце странно трепыхнулось от волнения и… ожидания? Мысль об этом удивила настолько, что Грейнджер задумалась: неужели и она начинает влюбляться?       Малфой замер, вглядываясь в неё, очевидно, не понимая, что ее удивило. Гермиона чувствовала, что все его эмоции сосредоточены сейчас на ней, плавно сменяясь с заинтересованного изучения до легкой нежности и желания. Потом оно вдруг пропало, словно Драко его отбросил, зато появилось смирение и …       Грейнджер, увлекшаяся разгадыванием его чувств, вздрогнула, когда он взял ее руку, поднес запястье к губам и оставил сухой, горячий поцелуй. От него пришло удовольствие и удовлетворение, и Гермиона тихо вздохнула тоже. Да, ей было приятно, и теперь Малфой это знал. Точнее, он и раньше мог это почувствовать, но сейчас сделал это, чтобы показать и свою реакцию.       Интимность обстановки зашкаливала, и Грейнджер понимала, что стоит быть осторожнее. Тем не менее, она не смогла остановить себя, когда чуть игриво спросила:       — Напомни мне, когда нам будут позволены поцелуи?       Ее тихий голос почему-то заставил Драко дрогнуть, на миг в его эмоциях вспыхнуло прежнее желание, но он снова постарался подавить его. Вышло плохо, это чувство осталось тлеть где-то на задворках, напоминая о себе.       — Посмотрим… — немного сипло произнес Малфой, не сводя с неё темнеющего взгляда. — Еще неделю я должен дарить тебе цветы и уделять не меньше пары часов, чтобы соблюсти первый этап. Далее начнется второй, включающий в себя свидания и небольшие подарки, который будет длиться достаточно долго, чтобы все поняли серьезность этих отношений и моих намерений. Думаю, где-то после третьего свидания я могу позволить себе поцеловать тебя.       — И как часто у нас будут свидания? — с легким любопытством и предвкушением уточнила Гермиона, улыбаясь ему.       — Хочешь точно знать, сколько еще ждать? — чуть более хрипло спросил Малфой, стараясь сдерживать свои чувства.       — Ну… у нас ведь не совсем обычная ситуация. Мы уже живем в одном доме… Возможно, в ритуал ухаживания имеет смысл внести некие изменения, — хитро предложила Грейнджер, не понимая, куда ее несет, но не сопротивляясь этому. Момент был потрясающим, и она почти ощущала ту власть, которую имела сейчас над Драко. Ей было интересно, что еще она может заставить его чувствовать.       — Вот как, — прошептал Малфой и медленно, довольно усмехнулся. — Что ж, ради тебя я готов… немного поступиться правилами, — тихо и вкрадчиво сообщил он, наклоняясь к ней ближе и зависая у самых губ, приоткрывшихся навстречу.       Гермиона несмело выдохнула, окончательно теряясь. В том, что происходит, определенно виновато долгое воздержание и сегодняшнее лицезрение потрясающего тела Драко, одетого лишь в плавки. Но останавливать это всё не хотелось, несмотря на то, что они ходили по грани.       — Вместо одного свидания в неделю, я сделаю два. Таким образом, осталось потерпеть всего ничего, дней семнадцать, — прошептал Малфой, мягко запуская пальцы ей в волосы, сейчас не убранные в прическу. — И сразу после третьего… — он ласково провел рукой вниз, скользя по гладким локонам, подцепил прядь у лица и отвел назад, потом коснулся скулы большим пальцем осторожно, едва заметно, очерчивая подушечкой все еще розовую кожу.       Вновь поймав ее взгляд, Драко медленно наклонился к ушку и прошептал:       — Поверь, я не буду сдерживаться и возьму от этого поцелуя все. Спокойной ночи, Гермиона.       Он отстранился, окинул ее беглым, темным взглядом и быстро исчез в глубине коридора.       Грейнджер слегка трясло от предвкушения и напряжения, от того всепоглощающего голода, который терзал Драко и теперь ее. Смущение вспыхнуло с новой силой. Разве они не пересекли черту, вот так вот резко переходя к подобному? Это слишком быстро. Зачем Малфой это сделал? Да, она подначила, но он первый начал, признавшись, что хочет ее. Гермиона, несмотря на усталость, целый час ворочалась в постели, пытаясь понять его поступок.       Осознание пришло утром, когда они встретились у двери в комнату Лиры. Малфой был спокоен и полностью поглощен дочерью, а Грейнджер вдруг поняла, что больше не испытывает никакого неудобства от того, что он знает ее эмоции. Потому что вчера вечером они оба признали наличие влечения друг к другу, и теперь это перестало быть проблемой.       Гермиона восхитилась его сообразительностью, поймала удивленный взгляд и улыбнулась в ответ. Драко подмигнул, поднял Лиру на руки и понес умываться. Грейнджер проследила за ним, заглядываясь на обтянутые тканью ягодицы, и в который раз отметила, как хорошо на нем сидят его рабочие костюмы.       Неделя пролетела как обычно. Между ней и Малфоем установилось что-то вроде терпеливого ожидания и принятия всех чувств друг друга. Это немного напрягало пару дней, все же, Гермиона не привыкла к тому, чтобы ощущать чужие эмоции, и ее неудобство отражалось в Драко. Но вскоре это исчезло благодаря ему же. В целом, все было спокойно, не считая того, что в среду, во время обеденного сна Лиры, Малфой вернулся домой вместе с Гарри, и оба были потрепанные. Быстро объяснив, что ему нужен один артефакт, и обедать они будут здесь, Драко увел Поттера в свой кабинет, на ходу стирая кровь с разбитой брови. Гермиона выдохнула, позвала Эффи и попросила накрыть на стол, а сама взяла свою личную аптечку и последовала за мужчинами.       Когда она вошла, Гарри сидел в кресле и платком оттирал грязь с рук, а Малфой копался в ящике шкафа. Выудив оттуда непонятную штуку, он развернулся, поймал ее обеспокоенный взгляд и заверил:       — Мы в порядке. Так, небольшой инцидент.       — Да, я вижу, — неопределенным тоном ответила Гермиона, внимательно оглядев сначала друга, взлохмаченного и испачканного в пыли, но целого, а потом и его.       — Все нормально, правда, — с ностальгической улыбкой сказал Поттер, вспоминая, сколько раз она лечила его и ругала одновременно.       — Всего пара царапин, — подхватил Драко, чувствуя ее волнение за них. — Гермиона…       Грейнджер подошла к нему и потребовала сесть на диван, молча указав на него рукой. Малфой смотрел на неё пару секунд, потом подчинился.       Гарри удивился, когда его друг, предпочитающий сбегать от колдомедиков и обрабатывать все раны самостоятельно, покорно позволил ей разобраться с царапиной на брови. Гермиона действовала уверенно, но аккуратно, то и дело поглядывая на Драко и немного хмурясь, хотя он ничем не показал, что ему больно. Малфой каждый раз слабо улыбался, будто подбадривая ее, чтобы не переживала. Потом вообще стянул рубашку, без сопротивления показывая большой синяк и счищенную кожу на плече.       Грейнджер посмотрела долгим, полным опасений взглядом, и Драко поймал ее руку, мягко сжимая в своей и качая головой. Гарри понял — просит не беспокоиться и говорит, что это ничего страшного. Гермиона тихо вздохнула и промолчала, не сказав ни слова нотаций на тему осторожности. Она так же бережно обработала все, наложила повязку и позвала эльфа, потребовав свежую рубашку. Малфой оделся, небрежно повесив растянутый галстук на место, снова поймал руку Грейнджер и поцеловал пальчики.       — Спасибо, — искренне поблагодарил он.       — Думаю, стол уже накрыт. Пойдем обедать, — сказала слегка смутившаяся Гермиона.       Гарри усмехнулся, понимая, что из друга полезли его аристократические замашки, но зато это означало, что с Грейнджер он обращается самым должным образом. Не то чтобы Поттер считал, будто Драко как-то ее обидит. За обедом он отметил, как спокойно Гермиона распоряжается в поместье Малфоя, а тот ничуть не возражает. И вдруг подумал, почему Драко вообще вернулся сюда, хотя весь год избегал этого места и, очевидно, имел плохие воспоминания обо всем, что тут было.       Что-то картинка не складывалась, и Гарри незаметно наблюдал за происходящим, но понял все уже у камина, когда они собирались вернуться на работу. Гермиона уверенно подошла к ним, взмахом палочки вернула ему презентабельный вид, а потом повернулась к Драко. Он как раз уместил артефакт в кармане рабочей мантии, когда она подошла и без сомнений, уверенно поправила его галстук, воротничок рубашки, а затем застегнула застежку мантии. Малфой и не подумал отстраниться или отказаться от помощи, наоборот, последил за ее действиями с довольной улыбкой. Гермиона, увидев это, не смутилась, а кивнула, мол, пожалуйста.       — Не стоит главе Аврората ходить как попало, — сказала она, стряхивая невидимую пыль с плеча Драко.       И тут Гарри осознал, что между двумя его друзьями отношения уже вовсе не дружеские. Грейнджер вела себя по-хозяйски, как женщина, которая имеет права и на этот дом, и на мужчину перед ней. И Малфой ей позволял.       Поттер бывал уже в поместье, еще когда здесь жила Астория, но только сейчас заметил, что обстановка внутри изменилась. Неужели это … новая жизнь и новые отношения для Драко?       Очевидно, его взгляд выражал многое, потому что Гермиона и Малфой посмотрели на него и все поняли. Переглянулись.       — Мы ему не говорили, — медленно, с осознанием произнес Драко.       — Не говорили, — поняла Грейнджер и виновато закусила губу. Вдруг вздрогнула и вскинула на Малфоя взгляд, широко распахнув глаза.       Он прикрыл глаза, тяжело сглотнул и сказал:       — Не делай так. Пожалуйста.       — Прости, — отчего-то смущенно ответила Гермиона и спросила, меняя тему:       — Задержитесь, или ты сам всё объяснишь?       — Объяснит мне что? — прищурился Гарри. — Что вы … спите? Вы вместе, да?       — И да, и нет, — вздохнул Малфой.       — Ты же понимаешь, что за нее я даже тебя на кусочки порву? — угрожающе произнёс Поттер. — Что значит «и нет»?!       — Гарри, подожди! Дай объяснить, — взволнованно выступила вперед Гермиона. — Все из-за Лиры. Все должны считать, что Драко принял ее в свой род, а для этого мы с ним должны быть парой в глазах общественности. Понимаешь?       — То есть, ради ее будущего вы решили сделать вид, что встречаетесь? И это вышло из-под контроля, судя по тому, что я сегодня увидел? — хмуро и недовольно спросил Гарри.       — Мы должны были сделать вид, что вместе. Но оба решили, что попробуем по-настоящему. В том числе и ради Лиры, да, — произнёс Малфой, в успокаивающем жесте положив ладонь на плечо переживающей Грейнджер. — И это не вышло из-под контроля, так что не надумывай лишнего, — хмыкнул он.       — То есть, вы решили встречаться? И теперь пара? — уже более расслабленно уточнил Поттер, оглядывая их.       Гермиона выдохнула и улыбнулась, кивнув ему.       — Мы стараемся создать для Лиры настоящую семью. Так будет лучше, согласись? И нам тоже. А картинку для общества нам еще предстоит создать.       — Ясно. И что там насчет лишнего? — фыркнул Гарри, источая теперь уже любопытство.       — Драко ухаживает за мной по всем традициям, — улыбнулась Грейнджер и пояснила:       — Ритуал ухаживания.       Поттер нахмурился, все еще не понимая.       — Чистокровные заморочки, — заговорил Малфой. — Пока это просто цветы и беседы. На следующей неделе будет только первое свидание.       — А сколько вообще будет длиться второй этап ритуала? — поинтересовалась Гермиона. — В прошлый раз для меня все закончилось за два месяца, потому что я была беременна, и свадьбу организовали быстро.       — По-хорошему, минимум полгода, — ответил Драко. — Потом наступает третий этап, где я буду дарить дорогие подарки, показывая свою состоятельность, чтобы ты не подумала вдруг отказаться от моего предложения.        Он усмехнулся над тем, как поежилась Грейнджер, очевидно, не впечатленная мыслями, что ее завалят ненужным баснословно стоящим барахлом.       — Только, пожалуйста, не дари… — жалобно начала она, но Малфой прервал ее, отрицательно качая головой.       — Не-а, дай мне самому догадаться, что тебе придется по вкусу. У нас, конечно, тоже нетипичная ситуация, но не настолько же, — шутливо укорил он. — Давай-ка ты будешь верить в меня чуть больше.       Гермиона вздохнула, сдаваясь, и подтолкнула его в сторону камина.       — Все, марш на работу. Лира скоро встанет и не отпустит любимого папочку без слез, сам знаешь, — пробурчала она.       Драко с улыбкой развернулся и послушно шагнул через решетку.       — Любимого папочку? — весело переспросил Гарри, следуя за ним.       — О, я же тебе еще не рассказывал…       Остаток речи Грейнджер уже не услышала. Она лишь подумала о том, что совершенно отвыкла делиться новостями с другом, а потому и не сообщила ему об изменениях в личной жизни. А Малфой, судя по испытываемой им легкой вине, просто забыл. Но наверняка они с Гарри еще поговорят об этом сегодня.       Гермиона вспомнила, как резко ее оглушило желанием Драко, стоило ей закусить губу, и снова смутилась. Он хорошо сдерживал себя и свои чувства, но его терпение истончалось, как и ее. Признание интереса лишь усилило их взаимное притяжение.       До самой субботы Грейнджер жила спокойно, пока не наступила пора крестить дочку Нотта. На этом событии присутствовали лишь родители и крестные, так что Гермиона познакомилась с женой Тео и ее братом, выбранным в крестные отцы.       Все прошло быстро, а потом еще пару часов Гермиона уделила новой знакомой. Элен приняла ее без проблем. Она была на два года младше и училась на Слизерине, но предубеждений по крови не имела. Наоборот, ей было лестно иметь личное знакомство и связь с Золотой девочкой. Грейнджер же нашла в ней приятную собеседницу, тем более, им было о чем поговорить — о детях.        Зато в воскресенье состоялся целый торжественный вечер с гостями и прессой. Гермиону останавливали на разговор абсолютно все, и уже через пару часов она устала от этого внимания. Кроме того, Драко объяснил ей, что для общественности и газет именно этот праздник в честь рождения малышки Нотт станет местом, где «вновь встретятся» Грейнджер и Малфой. А Тео и Поттер должны были поспособствовать тому, чтобы они несколько раз оказались в одной компании.       Грейнджер приходилось отбиваться от журналистов и сплетников в одиночку, и это выматывало. Они с Драко не подходили друг к другу до тех пор, пока Нотт их не представил «заново». Оба держали маски вежливости и легкого интереса, дважды пересеклись в присутствии Гарри и Тео, а потом даже станцевали под вспышками камер.       — Завтра во всех газетах будем, — сказал Малфой, незаметно уводя ее по коридору поместья друга.        Они вышли по отдельности, к концу вечера, и теперь могли не скрываться, поскольку в эту часть гостей не допускали, только семью и близких друзей.       — Интересно, нам припишут роман? Или напишут про примирение врагов? — усмехнулась Гермиона, входя в гостиную.              — О, а вот и вы, — обрадованно произнесла Пэнси.       — Неплохо отыграли новое знакомство, — усмехнулся Блейз.       — Спасибо, — хмыкнул Драко, проводя Грейнджер до двухместного диванчика.       — Вина? — спросил Забини, поднимаясь из кресла.       — Да, пожалуйста, — со вздохом согласилась Гермиона. — Этот вечер выжал из меня все соки, — пожаловалась она.       Блейз передал бокал другу, и Малфой принес его девушке. Она тут же сделала глоток и с наслаждением прикрыла глаза.       — Понравилось? — заметил Драко, ощутив ее эмоции. — Тебе прям полегчало.       Он присел рядом и отпил свой виски со льдом.       — Да, — немного расслабленно отозвалась Грейнджер. — С непривычки такое количество чужих эмоций почти вызвало у меня мигрень. Мерлин, они все источали не самые приятные чувства, пытаясь вызнать у меня подробности моей жизни и причины развода.       — Ты хорошо справилась, — мягко подбодрил ее Малфой.       В этот момент в гостиную вошли Поттеры, и все обратили внимание на них. Джинни, радостная от того, что проводит вечер без детей, поспешила еще раз как следует обнять подругу. Скользнув взглядом по Драко, который сидел рядом, она спросила:       — Значит, вы двое вместе теперь? Я подозревала, что такое может произойти, учитывая, что вы живете в одном доме.       Поттер ухмыльнулась и заняла соседний диванчик.       — Вы вместе? — удивился вошедший Нотт.       Они с супругой проводили последних гостей и поспешили присоединиться к друзьям, вовремя услышав главную новость.       — В смысле, реально или чисто формально? — уточнил он, заботливо подводя уставшую жену к центральному дивану.       — Реально, — чуть улыбнулся Драко. — Я думал, тебе уже рассказали, что я начал ритуал ухаживания, — он взглянул на Забини.       — До сегодняшнего момента возможности не было, — пожал плечами Блейз.       — А в письме такое лучше не писать, мало ли, — хмыкнула Пэнси.       — Ну вот, узнаю все самый последний, — шутливо обиделся Тео. Потом цепко посмотрел на новую пару. — Итак, для общества вы сыграли новую встречу. Когда всем ждать газетных заголовков о вашем свидании?       — Это он так тактично спрашивает, на каком мы этапе, — фыркнул Гермионе Малфой.       Она усмехнулась и легко пожурила:       — Ему просто любопытно. Как и остальным.       — Если честно, мне интересно, как вы к этому пришли. Я думал, это будут показные отношения, чтобы объяснить якобы удочерение Лиры, — сказал Нотт.       — По-началу мы так и собирались, — сказала Грейнджер. — Но месяц жизни в одном доме, как верно заметила Джинни, показал, что можно попробовать по-настоящему. Если не выйдет, вернемся к отношениям на публику, уже зная друг друга получше.       — Понятно, — кивнула рациональная Элен. — Хороший вариант развития событий для всех вас.       — Тем не менее, — серьезно заговорил Драко, окидывая взглядом своих друзей, — мы оба решили сделать всё, чтобы у нас получилось создать семью, и не пришлось потом разыгрывать спектакли. Мы не просто пробуем, а стремимся к определенному результату. Так что, считайте, что у нас всё серьезно, — он посмотрел на Гарри при этих словах.       Поттер посмотрел на него, потом поймал небольшую уверенную улыбку подруги и кивнул. Гермиона выглядела спокойной, но уставшей. Она сидела прямо, как аристократка на приеме, хотя даже Пэнси расслабилась в кругу друзей и откинулась на спинку дивана. Гарри до сих пор привыкал к тому, как сильно изменилась Грейнджер, и это вызывало в нем чувство вины за то, что в те далекие времена он не дал ей достаточно поддержки, и теперь ее жизнь такая. Могла ли она остаться прежней, если бы сразу после войны он не отпустил ее решать все проблемы самостоятельно?       Словно ощутив его чувства, Гермиона внимательно посмотрела на него, Малфой тоже повернул голову и слегка нахмурился. Они переглянулись, и Грейнджер едва заметно пожала плечом, как бы говоря, что не знает.       — Мерлин, вы двое теперь всегда будете так делать? — громко возмутилась Пэнси. — Вы и раньше словно на одной волне были, а сейчас, после подарка Ригеля, вообще без слов говорить научились?       Гермиона удивленно на неё посмотрела, Драко фыркнул.       — О чем речь? Кто такой Ригель? — тут же поинтересовалась Джинни.       Пэнси замерла, осознав, что чуть не выдала тайну друга насчет чтения эмоций.       — Ты о том звере, который в Мэноре живет? — угадал Нотт. — Вроде ты называл его короче. Риг, кажется.       — Подожди, Ригель? — ахнул Гарри и посмотрел на улыбающуюся Гермиону. — Он жив?!       — Ты знаешь, кто это? — спросила у него Джинни.       — Да, жив! — радостно отозвалась Грейнджер. — Его тогда тоже поймали и отдали на аукцион. А Драко выкупил и стал его временным владельцем. Мы когда на выходных на пруду были, Ригель меня почувствовал и пришел, представляешь?       — Обалдеть!       Еще около пятнадцати минут ушло на то, чтобы рассказать остальным эту историю, а потом Грейнджер поведала о дарах фамильяра, получив перед этим молчаливое разрешение Малфоя. К новости о том, что они могут ощущать эмоции людей, все отнеслись по-разному. Драко заверил, что обычно заглушает их всех и вообще старается не слушать, Гермиона подтвердила, что тоже этому учится.       — То есть, вы двое знаете, что каждый из вас чувствует? На вас это заглушение чувств не действует? — уточнил Поттер.       — Ой-ой, — хитро усмехнулась Джинни, глядя на подругу и Малфоя.       — На самом деле, мы почти привыкли. Это даже помогает, — слабо отозвалась Грейнджер, про себя морщась от боли в спине и ногах.       — И раз вы все теперь знаете, никто не удивится тому, что я сейчас сделаю, — хмыкнул Драко, поднимаясь с дивана и присаживаясь на одно колено перед Гермионой. Он обхватил ее лодыжку и стащил первую туфлю под веселый свист Блейза и возгласы Пэнси и Джинни. — Ты устала до смерти, расслабься, тут все свои. Не надо держаться так строго.       Малфой отставил обувь в сторону, потом жестом показал удивленной и растерянной Грейнджер подобрать ноги на диван. Она послушалась, неловко подгибая колени и стараясь сесть как можно элегантнее даже в таком виде.       — И облокотись на спинку. Честное слово, твоя боль в спине ощущается как будто моя, — пробурчал Драко, усаживаясь рядом и обхватывая аккуратную ступню, чтобы немного размять.       Гермиона зажмурилась, сжала губы, резко вздыхая, и он отдернул руку. Все в гостиной с интересом наблюдали за ними, но обоих это мало волновало.       — Извини. Просто на будущее, я тоже боюсь щекотки в этом месте, — усмехнулся Малфой и осторожно положил ладонь выше, больше не касаясь ступни.       — Просто на будущее, если ты когда-нибудь решишь щекотать меня, я тебя прибью, — пригрозила Грейнджер, пытаясь расслабиться.       Она отвыкла от того, чтобы сидеть на диване вот так вот, с ногами, в непонятной позе, неподобающей для леди, когда вокруг другие люди. Но при этом понимала, что здесь ее за это никто упрекать не будет. Ей было странно сознательно подавлять вбитые привычки, постоянно ощущалась неправильность, желание сесть ровно. Но спина наконец перестала ныть, а Драко так приятно разминал уставшие ноги, что она осталась на месте.       — Учту, — хохотнул Малфой и протянул ей новый бокал. — Да расслабься ты, никто ничего не скажет по поводу того, как ты сидишь. А если кто рот откроет, я его заткну, — небрежно сообщил он простую истину.       — Все нормально. Я бы чувствовала себя лучше, просто давно не была на таких мероприятиях и отвыкла, — оправдалась Грейнджер. — Мне стоит вернуться к занятиям спортом, если ты не против.       — Да с чего я должен быть против? — хмыкнул Драко, принимаясь за вторую ногу и массируя свод стопы.       Они посмотрели друг на друга, и Гермиона кивнула, понимая его настрой.       — Если не поленишься вставать на час раньше, можешь присоединяться ко мне по утрам, — сказал он.       — Теперь я понимаю, почему вы решили попробовать по-настоящему, — заметил Тео. — Пэнси права, вы оба действительно на одной волне.       — Наш дорогой Драко сказал нам, что абсолютно честен с Грейнджер во всем, — пропела Забини, сверкая ухмылкой. — Мол, ей с ним жить, так что это то, что он должен сделать, а мы, его друзья, такой честности не заслуживаем, — она деланно надула губы в обиде.       — Уж простите, что я не готов выворачивать душу сразу перед всеми, — шутливо съязвил Малфой. — Просто подумал, что больше не хочу никакой лжи в отношениях. Лучше пусть сразу все будет кристально ясно, — серьезнее добавил он.       Все в гостиной переглянулись, вспомнив, что он не так давно наконец освободился от Астории с ее гадким обманом.       — Кстати, раз у вас все серьезно, я могу посоветовать человека, который поможет вам составить брачный договор. Учитывая, что ваша ситуация несколько отличается от стандартной, думаю, типовой вам не подойдет, — сказал Нотт.       — Зачем он вообще нужен? Мы вот без всяких договоров отлично живем, — нахмурился Поттер.       — Ты не понимаешь, это традиции чистокровных, — без какого-либо отрицательного смысла объяснил Блейз. — У нас без этого ни один брак не заключается.       — У них все не так, как мы привыкли, Гарри, — заговорила Гермиона. — Вы с Джин поженились по любви, а для многих из чистокровных брак — обязанность, чтобы продолжить род. Между будущими супругами может не быть даже доверия. Договор — это способ сохранить свое и получить то, что необходимо: наследника.       — Звучит ужасно, я даже не думал, что все настолько стремно. Считал, что это нужно ради сохранения имущества в случае развода, — сказал Поттер.       — У нас у всех есть договор. Просто нам с Пэнс повезло, да, любовь моя? Мы были влюблены и не сдерживали себя в чувствах, зная, что наши семьи уже связали нас контрактом, — произнес Блейз.       — Мы влюбились уже после рождения Кристофера, — сказал Тео, посмотрев на супругу. — Сейчас, когда Эли родила еще и дочку, я вообще с ума схожу от неё.       Элен смущенно улыбнулась мужу и прильнула к его плечу, немного уставшая от вечера.       — Что ж, я тоже попытался сделать свой брак нормальным, но для этого нужно, чтобы участвовали двое, — хмыкнул Драко.       — А с Паулем у тебя тоже был договор? — спросил Гарри, меняя тему.       — Да, — кивнула Гермиона. — Не такой, как принят здесь, да и там. Я, конечно, тогда мало что понимала во всем этом, но читать умела и делать выводы тоже. Я убрала некоторые пункты, и как раз благодаря этому у него не было права меня принуждать к супружескому долгу. Удивительно, что он согласился с изменениями. Сейчас я думаю, что он уже тогда считал наш брак чем-то временным.       — И в ваш договор ты тоже внесешь изменения? — серьезно спросил Поттер, поглядывая на Драко так, словно заставит его принять это силой, если понадобится.       — О, насчет этого, — Пэнси странно усмехнулась и посмотрела на Тео. — Драко нам тут заявил, что никакого договора в этот раз не будет.       — Как это? — не понял Нотт.       — А вот так. Он сказал, что это будет равный брак, если они дойдут до этого, — веселясь, сказала Забини.       — Но это же… — одновременно начали Элен и Тео, неверяще глядя на Драко, но он их перебил:       — Это то, как все будет. Я все сказал.       — Но… ты же понимаешь, что в таком случае Грейнджер получит права на все твое имущество, а в случае развода получит половину всего? — пораженно спросил Нотт. — Извини, я не хочу обидеть, но я не могу понять… — добавил он, посмотрев на Гермиону.       Грейнджер, чувствуя его шок и замешательство, пожала плечами, мол, все нормально, это не обижает.       — Я знаю, все в порядке.       Тео слегка поморщился, вспомнив об их с Драко особенностях.       — Я все понимаю, и меня это не волнует, — ответил ему Малфой. — Начнем с того, что договор нам не нужен, потому что она уже родила мне дочь. И закончим тем, что для них мне ничего не жалко. Пусть хоть все потратит, я еще заработаю, — просто сказал Малфой. — Хотя я сомневаюсь, что ей жизни хватит, что потратить все, — ухмыльнулся он.       — А ты уверен в своих словах, — с небольшой улыбкой заметила Гермиона.       — Да. Я свое решение не поменяю. К тому же, думаю, что тебе ни мои деньги, ни активы рода, ни сейфы в Гринготтсе совершенно не нужны, — ответил ей Драко.       — Ты прав, — сказала Грейнджер.       — А ты уверена в своих словах, — передразнил ее Малфой.       — Может, это потому, что я забрала все мне причитающееся с Пауля и тоже имею свой сейф в банке? На приличную жизнь хватит, а если что, я еще заработаю, — ухмыльнулась в ответ Гермиона.       — Мерлин! Теперь вы все тоже видите? — воскликнула Пэнси.       Грейнджер и Малфой обратили внимание на друзей, которые с весельем и любопытством смотрели на них.       — Да! Они реально два сапога пара! — хихикнула Джинни.       — Все, я понял, почему ты отказался от договора, — произнес Тео. — Теперь я ясно вижу, что вы не только поженитесь, но и будете отлично существовать в браке, даже не думая о разводе. Признаться, таких отношений, как у вас сейчас, мы с Эли добились лишь через год совместной жизни. А у вас еще даже свидания не было, — чуть неверяще и с доброй завистью вздохнул он.       — Будет на неделе, — усмехнулся довольный Малфой.       — На неделе? Не на выходных? — удивилась Пэнси.       — Как уже говорила сегодня Джинни, мы двое взрослых людей, живущих в одном доме. А я даже поцеловать ее пока не могу! — недовольно цокнул Драко. — Серьезно, это то еще испытание, учитывая, что мы друг друга чувствуем. Мы решили, что можно и поторопиться немного, ведь наша ситуация все же нестандартная.       Пока Пэнси, Блейз и Джинни подкалывали парочку, Гермиона вяло отбивалась, все больше расслабляясь в атмосфере уюта и смеха. Ее глаза сами собой закрылись незаметно для неё, а голова прислонилась к такому теплому, удобному плечу Драко. Малфой, смеющийся над слишком буйной фантазией миссис Поттер, сдвинулся чуть в сторону, чтобы Гермионе было удобнее. Приобняв ее одной рукой, он прижал девушку к своему боку и приложил палец к губам, прося не шуметь и не будить. Поймав веселые усмешки друзей, он тихо сказал:       — Только при следующей встрече не упоминайте о том, что она вот так уснула. Гермиона только начала вылезать из тех рамок, в которые ее загнали, и я намереваюсь вернуть хотя бы часть ее прежней.       — Все так плохо? — шепнула Джинни.       — Она вчера звякнула чашкой о блюдце и извинилась за это на полном серьезе, — недовольно произнёс Драко. — Словно мы на приеме моей матери. О, черт… А ей-то я еще ничего не рассказал, — осознал он.       — Вообще ничего? — недоверчиво спросил Нотт.       Драко отрицательно покачал головой.       — Ладно, на днях забегу в Мэнор.       — Знаешь, мне очень интересно, как именно ты будешь объяснять Нарциссе, откуда у тебя взялась трехлетняя дочь, — хитро усмехнулась Пэнси.       Вскоре посиделки были окончены, и около десяти часов вечера все разошлись по домам. Лиру уже уложила спать Эффи, о чем и отчиталась перед хозяином и мисс. Очень сонную Гермиону Драко сначала довел до комнаты дочери, и оба убедились, что малышка сладко сопит. Они впервые оставляли ее одну на несколько часов и переживали, но все прошло хорошо.        После Малфой проводил Грейнджер до соседней двери — ее спальни. Она развернулась к нему, чтобы попрощаться до завтра, но застыла под его темным взглядом. Драко сложно было сдержаться, когда в ней всколыхнулась ответная волна интереса, но он смог. Ограничил себя тем, что протянул руку и легонько прошелся кончиками пальцев по нежной коже щеки, прижал к ней ладонь, наклонился и на ушко пожелал спокойной ночи. После быстрым шагом ушел, пытаясь не вспоминать тихий рваный выдох прямо ему в шею, потому что возбуждение и так зашкаливало.

***

      Нарцисса Малфой была женщиной умной и дальновидной, но она даже представить не могла, во что выльется ее желание женить Драко на «подходящей» девушке. Астория Гринграсс была чиста, красива, сообразительна и оказалась той еще стервой. Нарцисса корила себя за то, что пошла на поводу у старых традиций.       В то время многое начало меняться, и те семьи, в которых сменились главы родов, несколько смягчили устои чистокровного общества. В жизни каждого из нового поколения появились такие изменения и поблажки, которые и не снились их родителям. Чего только стоило желание почти всех наследников и глав найти себе работу по вкусу вместо привычной светской жизни и заботы о семье!       Нет, Нарцисса понимала, что такие нововведения даже неплохи, учитывая пошатнувшуюся репутацию, но всему же должен быть предел. Тем не менее, со временем она решила, что все это к лучшему. Драко перестал выглядеть замкнутым и разбитым, нашел себе цель и справлялся вполне успешно, хоть она и переживала поначалу. Сама Нарцисса тоже потихоньку привыкла к нововведениям, а вскоре полностью изменила свое мнение насчет многих вещей. И большую роль в этом сыграли Гарри Поттер и Астория.       Первый помог ее сыну в начале, а через год и вовсе стал другом. Нарцисса не знала всего, но поняла, что теперь эти двое будут друг за друга держаться. А открытая поддержка в лице Избранного стоила многого.       Астория научила миссис Малфой тому, что смотреть прежде всего надо на человека, а не на процент чистоты крови и идеальное воспитание. Невестка поначалу не вызывала никаких сомнений. Нарцисса видела в ней хорошую юную леди, немного хвастливую, но у кого нет недостатков? Пусть себе наслаждается статусом Леди Малфой, открывающим перед ней все двери, в том числе, и двери хранилищ. Пусть носит старинные украшения, пусть водит в Мэнор гостей, показывая знаменитую библиотеку. Главное, что Драко принял ее и даже влюбился.       Нарцисса не ожидала, что молодые супруги искренне полюбят друг друга, брак все же был договорным, но почему нет? Молодость, она такая: заставляет чувствовать и желать больше, чем когда либо. То, что Астория остается в рамках прилежной светской жены, миссис Малфой не волновало, скорее, это было ожидаемо. Она лишь ждала, когда ее красавец-сын покорит сердце юной девушки.       Проблемы с браком стали появляться постепенно, почти незаметно. Нарцисса видела, что Драко старается найти подход к супруге, но юную ведьму это будто не интересовало. Когда прошел год, а наследника так и не получилось, она поговорила с детьми. Оба заверили, что все нормально, но женщина видела, как сын начинает постепенно закрываться от мира снова.       Когда еще через год Драко пришел весь напуганный и расстроенный, миссис Малфой сделала всё, чтобы выяснить причину. Про проклятие рода Гринграсс что-то было в библиотеке, но…        В поисках и попытках все разузнать прошел еще год, в течение которого Нарцисса наконец поняла, что Асторию-то все устраивает. Нормальная чистокровная девушка, воспитанная, как полагается, терзала бы себя тем, что не может родить мужу наследника. А ее невестка скакала по балам и приемам, по несколько раз в год ездила на моря и ничуть не была опечалена. Зато Драко переживал, утопал в работе и не понимал, почему у него не получается построить семью, хотя бы такую, какая была у них с Люциусом: основанную на взаимном уважении, некоем доверии и симпатии.        Нарцисса теперь знала, о чем на самом деле мечтал сын — он признался в этом, предварительно вывалив всю правду о «дражайщей» супруге. В тот момент женщина испытала ужасную вину за то, что сделала. Видеть сына разбитым, подавленным, пьяным в дрызг было невыносимо. Хуже стало, когда Нотт откопал такие подробности, что кровь стыла в жилах, а гнев заставлял желать уничтожения одной конкретной ведьмы. Астория не только унизила Драко своими изменами, она предала его, убив их дитя, обманула и использовала. Это терзало сердце не хуже вины, и Нарцисса не раз потом извинялась перед сыном за свое решение женить его на этой стерве.       Сейчас, когда бракоразводный процесс подошел к концу, миссис Малфой испытывала желание извиниться еще раз. Сказать сыну, что никогда больше она не влезет в его личную жизнь и его выбор. Хватит, он и так слишком настрадался.        Но что-то подсказывало, что Драко больше не стал бы ее слушать. Он не появлялся в Мэноре и своем поместье, исчезнув на все то время, пока велись суды с Асторией. На ее письма сын отвечал, но от встреч зачастую отказывался, отговариваясь работой.       Прошло уже больше месяца с тех пор, как они виделись в последний раз, и Нарцисса переживала. Справился ли Драко? В порядке ли он или загоняет себя на службе? Вздохнув, женщина решила снова наведаться в поместье сына. Не в Аврорат же приходить, чтобы увидеться? Сейчас, когда все закончилось, она надеялась, что Драко вернется в свой дом или хотя бы в Мэнор. Домовики, конечно, в течение года сообщали ей, что хозяин в порядке и живет в скрытом ото всех особняке, но ее это не очень устраивало. Не собирается же сын стать затворником?       Нарцисса снова вздохнула, отпила чай и взяла в руки утреннюю газету. Весь последний месяц там то и дело мелькали статьи о Гермионе Грейнджер, боевой подруге Поттера, получившей негласное звание «Золотая девочка» на страницах «Пророка». Миссис Малфой не особо интересовалась ее судьбой, когда газеты сразу после войны писали о ее пропаже. Теперь же мисс Грейнджер вернулась, еще и не одна. По слухам, талантливая ведьма вышла замуж за границей, родила там ребенка, а теперь вдруг вернулась и подала на развод.       В статьях как раз мусолили причины, по которым это произошло, а также тот факт, что мисс Грейнджер защищал никто иной как Теодор Нотт. Везде жирными буквами прослеживался вопрос: «Почему?», но вскоре ответ появился сам собой. Мисс Грейнджер стала крестной второго ребенка Нотта, а выигранный суд над ее мужем и полученный развод помогли перспективному парню поднять свою репутацию и значимость.        Казалось, все в выигрыше, но Нарцисса чувствовала, что есть что-то еще. Размышляя об этом, женщина задалась вопросом, а не придется ли теперь видеть мисс Грейнджер чаще обычного? Все же, Драко дружил не только с Теодором, но и с Гарри. И если сейчас Поттер подавал надежды, чуть изменив круг общения, то как на него повлияет возвращение старой подруги? Не воссоединится ли Золотое Трио?       Утренняя газета, в которой миссис Малфой собиралась прочитать статью о вчерашнем вечере у молодых Ноттов, подала новую пищу для размышления. Журналисты писали не только о крестинах дочки Теодора, но и о том, что ее крестная мать несколько раз была замечена в компании своего бывшего недруга.       Нарцисса с интересом всматривалась в колдографии с вечера, на которых ее сын вел беседу с мисс Грейнджер. Что любопытно, он даже станцевал с ней, хотя точно знал, какие слухи это вызовет. Миссис Малфой пыталась понять, с чем связан такой интерес Драко к этой ведьме. Все дело в прошлом, которое он пытается исправить? В том, что она подруга Поттера и теперь еще и Теодора, поэтому он налаживает отношения? Но зачем тогда танцевать, так явно показывая заинтересованность в этой женщине?       Нарцисса поняла, что упускает что-то и потому не видит всей картины. Решив не медлить, она собралась навестить поместье сына ближе к концу его рабочего дня, и если он все еще не живет там, через эльфа потребовать встречи. Они и так слишком давно не виделись, и ей хотелось удостовериться лично, что Драко в порядке после полученного наконец развода.       Около семи часов вечера миссис Малфой воспользовалась камином, появляясь в личном поместье сына. Она знала, что он часто задерживается на работе допоздна, поэтому собиралась сразу же позвать его эльфийку и попросить передать записку с просьбой о встрече, добавив, что уже пришла, чтобы сын не нашел отговорок.       Но вместо тишины пустого дома ее встретил шум полного жизни поместья.        Где-то в отдалении что-то ремонтировали, раздался негромкий грохот и ворчание старого эльфа, требующего быть осторожнее. Потом послышался топот маленьких ног, кто-то пробежал по коридору, весело хихикая. Нарцисса изумленно вскинула брови и сделала шаг из камина, тут же отмечая новый интерьер комнаты. Ее шок не знал границ. Что происходит? Почему тут ремонт? Драко сам взялся за это, чтобы избавиться от плохих воспоминаний?       Женщина неторопливо прошла в соседнюю комнату, без труда отмечая все изменения. Гостиная выглядела иначе, менее вычурно, но уютно и со вкусом, правда, несколько непривычным. Кажется, подобный стиль сейчас был популярен в Европе. Миссис Малфой огляделась, направилась к дивану, собираясь уже позвать эльфа и спросить, что происходит, но замерла. За одним из кресел мелькнули светлые волосы, оттенок которых она так хорошо знала.       Там кто-то прятался, и Нарцисса, немного не веря своим же диким предположениям, подошла ближе, чтобы увидеть. Маленькая девочка лет трех пока не заметила ее. Она выглянула немного, хитро улыбнулась, очень довольная своей выходкой, и уселась на ковер, в нетерпении ожидая чего-то. Миссис Малфой схватилась за сердце, во все глаза глядя на малышку — почти точную копию ее Драко! Не узнать в ней черты своего сына она просто не могла.       В памяти мгновенно пронеслись воспоминания о том, как Драко точно так же носился по Мэнору, сбегая от эльфов-нянь, прятался, а потом всем домовикам приходилось его искать. Он всегда был доволен тем, как ловко обманывает их, не зная, что ему просто подыгрывали. Никто в здравом уме никогда не оставил бы наследника без присмотра в огромном доме. И сейчас Нарцисса неверяще наблюдала знакомую картину и ту же самодовольную ухмылку на лице этой незнакомой девочки.       В какой-то момент малышка поняла, что не одна, резко обернулась, готовая засмеяться и вновь убежать, но удивленно застыла. Миссис Малфой смогла лучше рассмотреть ее, вновь отмечая родные черты лица. Девочка знакомо склонила голову на бок, разглядывая ее, потом широко улыбнулась и приложила пальчик к губам.       В гостиной появилась Эффи, эльфийка Драко, и тут же поздоровалась. Видно было, что домовушка немного растерялась, увидев мать хозяина, но все же «нашла» малышку.       — Маленькая госпожа, — умоляюще-требовательно произнесла она, хватая девочку за руку. — Ваша мама ищет вас. Пойдемте же.       — Нет! Пусть сама найдет! — возмутилась девочка. — Отпусти! — вполне осознанно приказала она.       — Эффи не может, маленькая госпожа, — запричитала эльфийка. — Эффи должна…       Нарцисса ничего не понимала. Кто эта девочка? Она и правда дочь Драко? Но откуда? Кто ее мать? Почему они живут тут, как давно, почему сын ничего не говорил ей об этом? Разлетающиеся мысли совсем исчезли, когда с лестницы второго этажа раздался голос.       — Лира, где ты? — мягко, но требовательно позвала какая-то девушка.       Миссис Малфой автоматически отметила, что малышку зовут Лира, а значит ее сходство с Драко ей не показалось — в ней действительно течет кровь рода Блэк. Отсюда и звездное имя.       Лира затихарилась, но стоящая рядом эльфийка естественно выдавала местоположение.       — Лира? Пожалуйста, подойди ко мне, — уже строже попросила незнакомка, которая, судя по шагам, быстро спускалась в гостиную. — В дом кто-то вошел, и я…       Нарцисса тихо вздохнула от изумления, увидев Гермиону Грейнджер в доме своего сына. Волшебница спешила вниз, на ее лице было видно волнение, тем не менее, двигалась она плавно и изящно, не бежала и касалась пальцами перил. На Грейнджер было очень элегантное домашнее платье необычного покроя, вероятно, приобретенное не в Англии. «Что же она делает здесь?» — на миг подумала миссис Малфой, а потом поняла: раз у мисс Грейнджер есть ребенок, и это Лира, то…        В этот момент Гермиона увидела гостью, немного испуганно и растерянно замедлилась, спускаясь с последних ступеней и останавливаясь. Несколько секунд стояла тишина, обе волшебницы смотрели друг на друга.       — Я пришла навестить Драко, однако, не ожидала, что встречу здесь вас, — первой заговорила Нарцисса.       Мисс Грейнджер внезапно собралась, убирая лишние эмоции с лица, и вежливо, без страха и неловкости произнесла:       — Добрый вечер, миссис Малфой. Полагаю, вы хотите объяснений, и я готова дать их вам через несколько минут.       Тон Гермионы изменился, когда она обратилась к эльфийке.       — Эффи, — требовательно, с недовольными нотками сказала девушка, — я делаю тебе предупреждение. Ты должна была сообщить мне о гостье сразу. Кроме того, запомни: Лире запрещено находиться в каминной комнате или соседних без родителей, если кто-то пришел в дом. Это опасно, а ты должна следить за ее безопасностью. Второй ошибки я не прощу.       Пока эльфийка, довольно молодая и неопытная в этом плане, просила прощения и заверяла, что отныне будет следить за маленькой госпожой еще лучше, Нарцисса молча удивлялась поведению мисс Грейнджер. Девушка все верно сказала, учитывая, что Лира, скорее всего, наследница. Непонятно только откуда маглорожденная знает об этом. И разве это не она когда-то пыталась освободить всех эльфов? Любопытно.        Миссис Малфой присмотрелась внимательнее. Гермиона выглядела уверенной, не тушевалась и вела себя как воспитанная чистокровная леди, хозяйка поместья.       — Лира, — позвала она таким тоном, что девочка беспрекословно вылезла из укрытия. — Подойди. Поздоровайся с миссис Малфой, а потом иди к себе в комнату.       — Здравствуйте, — уже смущенно произнесла малышка, хватаясь за мамину руку.       Мисс Грейнджер коснулась ладонью лица дочери и мягче сказала:       — Милая, помнишь, как мы учили? По всем правилам.       Лира взглянула на неё, важно кивнула и отпустила руку. Схватившись за края платьица, она идеально представилась, поражая гостью:       — Здравствуйте. Меня зовут Лира Малфой. Приятно познакомиться с вами, — небольшой книксен мило дополнил картину.       Нарцисса чуть изумленно выдохнула, напрямую услышав подтверждение того, что это дочь Драко, и ответила:       — Меня зовут Нарцисса Малфой, и мне тоже приятно. Сколько тебе лет, Лира?       — Мне уже три года, — гордо ответила девочка.       Миссис Малфой улыбнулась:       — Уже такая взрослая.       — Да! — ответила Лира, теряя всю важность и возвращаясь к веселости трехлетнего ребенка.       — Так, хорошо, а теперь иди и поиграй у себя, милая. Нам с миссис Малфой нужно поговорить.       Гермиона отвела дочь к лестнице, где ее за руку взяла Эффи. Девочка, поднявшись по трем ступеням, вдруг обернулась и с любопытством спросила:       — Мам, а почему у неё такая же фамилия, как у меня?       — Потому что миссис Малфой — мама Драко, — объяснила Грейнджер.       — Получается, она моя бабушка? — сообразила малышка.       — Поговорим об этом позже, милая. Все, иди, — немного строго сказала Гермиона, чувствуя неловкость.       Нарцисса отметила это, одновременно осознавая, что если девочке три года, и она явно Малфой, то получается, что ее сын и мисс Грейнджер каким-то образом были вместе еще когда оба находились в браке? Почему же Драко ни слова об этом не сказал? Или это было однажды? Мисс Грейнджер вернулась, потому что ее бывший супруг узнал об измене? Она не говорила Драко о ребенке, а теперь воспользовалась ситуацией? Или он знал? Нарцисса не могла поверить, что ее сын тоже изменял Астории. Он ведь серьезно относился к этому браку.       — Прошу прощения. Пройдемте в малую столовую, — пригласила ее за собой мисс Грейнджер.       Миссис Малфой пошла, строя самые разные неприятные догадки. Гермиона заколдовала чайник, с легким взмахом палочки организовала стол, молча собираясь с мыслями. Как только обе сделали по глотку, мисс Грейнджер, на удивление четко знающая подобный этикет, начала говорить.       — Понимаю, как это выглядит, — слегка стыдливо краснея, произнесла девушка, — но все не так. Позвольте мне объяснить.       Нарцисса выслушала неловкую, но честную историю о том, что произошло на самом деле, и была в приятном шоке. Она не имела ничего против того, что происходило, о чем сразу и сказала Гермионе. Мисс Грейнджер немного расслабилась и ответила на другие вопросы, в том числе и о планах на будущее.       Пока беседа велась, миссис Малфой удовлетворенно отмечала отличное воспитание девушки. Правильная посадка, уверенные и неторопливые движения, поведение за столом, то, как Гермиона пила чай, как пользовалась приборами и ела — все говорило о том, что перед ней идеальная леди. Сложно было понимать, что мисс Грейнджер — маглорожденная, та самая девушка, что в компании двух друзей помогла закончить войну с Темным лордом. Сейчас казалось, что ее всю жизнь воспитывали аристократы.       Хотя индивидуальность и характер все равно пробивались через эту маску, и на покорно-вежливую Асторию мисс Грейнджер совсем не была похожа. Нарцисса решила, что это даже к лучшему.       Через час с небольшим камин оповестил о новом прибывшем, и Гермиона отправилась навстречу. Миссис Малфой пошла тоже, подозревая, что это ее сын. Едва они показались в дверях, Нарцисса застыла. Драко выглядел уставшим, но довольным, и видно было, как он расслабился, стоило ему оказаться дома. Не заметив пока ее, он мягко улыбнулся Гермионе, потом взглянул внимательнее, будто почувствовал, что девушка взволнована. Мисс Грейнджер собиралась ответить, интуитивно поняв, что он хочет спросить, но тут в комнату вбежала Лира.       — Папа! Ты пришел! — воскликнула девочка и радостно кинулась к Драко.       Он мгновенно преобразился, в глазах засветилась невероятная любовь. Чуть присев, Драко поймал дочь и подхватил на руки, крепче прижимая ее к себе.       — Привет, принцесса, — с нежностью поздоровался он.       Нарцисса едва сдержала слезы, услышав это. Ее сын впервые говорил с кем-то так и был … счастлив. Да, действительно счастлив.       — Ты поиграешь со мной? Мы будем играть в куклы. А потом еще в прятки. И сегодня ты мне сказку почитаешь, да? — без остановки болтала Лира.       Драко только поддакивал, наслаждаясь этими минутами и ничуть не скрывая этого. Миссис Малфой взглянула на Гермиону, чтобы понять, как девушка относится к подобному проявлению чувств. Мисс Грейнджер наблюдала с легкой улыбкой, словно понимала, как это важно и приятно для Драко. Очевидно, ее устраивало то, кто теперь станет отцом Лиры.       Было не ясно, как именно Гермиона воспринимает ритуал ухаживания, начатый Драко, она хорошо держала лицо. Но сейчас Нарцисса видела, что она уже относится к нему более тепло, чем это делала Астория. Миссис Малфой не собиралась более вмешиваться в жизнь сына, но теперь была спокойна за него. Кажется, Драко получил то, что так долго хотел — семью.       — Милая, помнишь правило? Надо дать папе отдохнуть немного после работы, прежде чем он придет поиграть с тобой, — мягко напомнила Гермиона дочери. — Давай, пойдем ужинать. Вы присоединитесь к нам, Нарцисса? — вежливо спросила она.       Миссис Малфой почти усмехнулась шоку и испугу сына, который наконец ее увидел. Он тут же посмотрел на Грейнджер, словно мог понять, о чем она думает, потом вновь на неё.       — Мама? Что ты тут делаешь? — растерянно спросил он, вновь переводя взгляд на девушку.       Гермиона улыбнулась уголком губ, Драко вскинул бровь и чуть нахмурился, потом будто бы удивился. Грейнджер усмехнулась и едва заметно пожала плечами.       Нарцисса заметила все это, пытаясь понять, как эти двое смогли стать настолько близки за такой короткий срок. Не читают же они мысли друг друга, на самом-то деле? Тем не менее, только что явно произошел безмолвный диалог. И это… воодушевляло. Если Гермионе удалось настолько сблизиться с Драко уже сейчас, значит, они оба заинтересованы в совместном будущем. Значит, у ее сына всё будет хорошо.       — Пришла увидеть тебя, разумеется, — ответила Нарцисса. — Но увидела кое-кого поинтересней. И когда ты собирался сказать мне о дочери, Драко? — пожурила она.       — Прости. Просто все так неожиданно и быстро, что я только вчера вспомнил, что забыл сказать, — посмеялся он. — Ты уже познакомилась с Лирой? Она такая чудесная, да?       — Да, — улыбнулась ему миссис Малфой.       — Я чудесная? — одновременно спросила девочка, все еще сидящая у него на руках.       — Да, принцесса, — ответил Драко и слегка подкинул взвизгнувшую от радости малышку.       — Еще! — рассмеялась Лира, и он послушно повторил это несколько раз.       — Он так любит ее, что я серьезно опасаюсь, что он ее разбалует, — наполовину шутливо произнесла Гермиона Нарциссе. — И Лира, кажется, истинная слизеринка, потому что пользуется этим.       — О, так ты тоже это поняла? — чуть усмехнулся Драко, подходя к ним.       Удерживая дочь на одной руке, он положил вторую на спину Грейнджер, направляя ее в сторону столовой. Это выглядело так естественно, что миссис Малфой даже не сразу отметила.        — Не волнуйся, я все прекрасно вижу и знаю предел. Удивлен, что вероятный будущий факультет Лиры тебя не расстраивает, — уверенно заявил сын.       — Да с чего бы должен? — фыркнула Гермиона, и они улыбнулись друг другу, словно эта фраза значила что-то еще.       Хотя слова Драко и ответ Грейнджер и без этого заинтересовали миссис Малфой.       — Кстати, если после сегодняшнего утра будут болеть мышцы, воспользуйся специальной согревающей мазью, — неожиданно сменил тему сын, заставляя Нарциссу нахмуриться.        О чем это он? А как же ритуал ухаживания? Разве не рано переходить к … такого вида отношениям?       — Да, я немного отвыкла от нагрузок. Кажется, ноги точно будут болеть, ты немного переборщил, — пожаловалась Гермиона.       — Ты же говорила, что привыкла к подобному? Да и чувствовала себя уверенно, — сказал Драко.       — Ну, я не сразу поняла, что для меня это было слишком, — со вздохом призналась Грейнджер.       Они пришли и расселись за столом, пока Эффи накрывала и расставляла ужин. Малфой помог Гермионе сесть, потом устроился рядом и извинился.       — Прости. Завтра буду не таким требовательным.       Нарцисса неверяще и подозрительно их оглядела. Словно осознав, что она могла не так все понять, Драко и мисс Грейнджер посмотрели на неё, переглянулись и опять без слов поговорили.       — Мы про занятия спортом, если что, — предупредительно произнес сын, и миссис Малфой приподняла брови, удивляясь.       — Я немного отвыкла от долгих мероприятий и вчера чувствовала себя уставшей. Решила, что надо подтянуть физическую форму, поэтому Драко помог мне с тренировкой сегодня утром, — рассказала Грейнджер. — Но, кажется, мы переоценили мои возможности, и завтра у меня будут болеть ноги. К сожалению, до этого у меня был перерыв в занятиях, и я подрастеряла форму.       Нарцисса кивнула и сменила тему, весь ужин замечая, насколько ее сын и Гермиона уже близки. Они так много знали друг о друге, так хорошо друг друга понимали, что у неё не осталось сомнений — свадьбе быть.