Пробуждение

И тогда зеленые драконы, потомки Уэйнелойдсих, что славились своей рассудительностью и мудростью, ради блага всех драконов отдали свои земли в горах Стального хребта, на которых плодились с древних времен, и Первые Шестеро создали защитные чары Наварры в том месте, где ныне стоит академия Басгиат.

Грато Бернелл, куратор квадранта писцов. Объединение Наварры: история выживания

Селин

Я снова проснулась от кошмара. Для меня вскакивание с кровати в холодном поту и от ужаса уже давно стало стабильным, пугающим ритуалом. Мне снова снился Лиам. В этом проклятом сне я стояла перед ним на коленях, срывая голос, умоляла его не уходить, не оставлять меня в этой темноте, а он лишь смотрел на меня сверху вниз - с глухим презрением и чистой, обжигающей ненавистью в глазах. Я тяжело дышала, пытаясь прийти в себя в полумраке своей комнаты в Басгиате. Во рту отчетливо ощущался резкий вкус металла - видимо, во сне я слишком сильно прикусила язык, когда сдерживала крик. Сердце бешено колотилось о ребра, как пойманная птица. - Ещё даже солнце не взошло, можешь поспать ещё немного, Северная, - раздался в моей голове глубокий, рокочущий голос Райса. Мой дракон беспокоился обо мне. Пусть напрямую он этого никогда не скажет, скрывая всё за привычной броней высокомерия, но его ментальное присутствие сейчас мягко окутывало мое сознание, пытаясь заглушить отголоски кошмара. - Не могу, - хрипло выдохнула я в темноту, с трудом сглатывая соленую слюну. Вдруг к горлу подступила резкая, удушливая тошнота. Меня сильно замутило, мир перед глазами на секунду накренился, и я судорожно схватилась рукой за край деревянной кровати, сдерживая позыв. Желудок болезненно сжался. - Конечно, не можешь, - тут же сменил тон Райс, и в его голосе прорезались привычные раздраженные, ворчливые нотки. - Куда тебе спать? У тебя ведь в планах на утро стоит эффектное падение замертво прямо посреди коридора. Ты посмотри на себя, кадет Ашер! Тебя воротит от собственного дыхания. Твой человеческий организм уже криком кричит, что ты доводишь его до ручки, а ты упрямо продолжаешь игнорировать реальность! Я проигнорировала его тираду. Шатаясь от слабости, я поднялась с постели и подошла к ростовому зеркалу в углу комнаты. Медленным, онемевшим движением я стянула через голову промокшую от пота ночную рубашку, оставаясь в одних штанах, и принялась дрожащими пальцами разматывать плотные слои льняных бинтов на торсе. Когда последняя полоса ткани упала на пол, я подняла глаза на свое отражение и вздрогнула. От самой груди и до пупка через все мое тело тянулась огромная, уродливая рана от когтей виверны - страшный подарок, который я получила в Альдибайде. Но с ней явно было что-то не так. Обычные человеческие шрамы затягиваются, бледнеют, покрываются ровной кожей. Мой же выглядел жутко. Края раны были воспаленными, багрово-синюшными, а тонкие капилляры вокруг них окрасились в неестественный, мертвенно-черный цвет, напоминая ветвистые корни, уходящие глубоко под кожу. Шрам пульсировал едва заметным, зловещим фиолетовым свечением, и от него исходил ощутимый, могильный холод. Едва я прикоснулась к черным венам, под кожей пронеслась острая, режущая боль, заставившая меня закусить губу. - Она не заживает, Селин. И не заживет, - ментальный голос Райса внезапно потерял всю свою язвительность, став пугающе серьезным, тяжелым. - Твоя вэйнительская сторона... она берет свое. Твой человеческий запас сил и магии полностью истощен после того, как ты вчера удерживала ту ледяную стену против огня Вариша. Ты выжала себя досуха. Я всматривалась в черные пульсирующие вены на своем животе, чувствуя, как внутри разрастается знакомая, леденящая пустота. - Тварь внутри тебя голодна, - жестко продолжил мой дракон, и я буквально физически почувствовала, как он недовольно бьет хвостом по скалам за стенами замка. - Эта рана - проводник сырой магии земли, магии вэйнителей. Она требует поглощения. Твой внутренний резерв пуст, и если ты в ближайшее время не подпитаешь себя чужой магией, если не найдешь источник силы, чтобы утолить этот неутолимый голод, твоя сущность начнет жрать тебя изнутри. Она просто выпьет твои собственные жизненные силы, и тогда никакой лед тебя не спасет. Ты превратишься в одну из тех безмозглых тварей с красными глазами, которых мы так яростно уничтожаем. Я коснулась холодного стекла зеркала, глядя в свои уставшие глаза. Райс был прав. Я чувствовала этот голод - дикий, первобытный, тянущий, который невозможно заглушить обычной едой или сном. Вэйнитель внутри меня требовал чужой магии. И мне нужно было найти способ получить её, пока этот черный шрам окончательно не выжег мое сердце. - И откуда мне, по-твоему, взять эту магию? - спросила я сквозь зубы, не отрывая взгляда от черных пульсирующих вен в зеркале. Голос прозвучал хрипло, с едва скрываемым отчаянием. Райс в моей голове издал низкий, вибрирующий рокот, от которого по затылку побежали мурашки. - Быстрее и проще всего было бы высосать её из живого существа, - безжалостно и обыденно отозвался мой дракон. - Вэйнители не ждут милости от природы, Северная. Они берут то, что им нужно. Достаточно одного прикосновения к любому кадету с сильным источником, и твоя рана затянется, а черные вены снова станут нормальными. Твоя искра сама знает, как выпить чужую силу до капли. Я резко отшатнулась от зеркала, и внутри меня всё сжалось от подступающего ужаса. - Я не буду убивать людей, Райс, - отрезала я, тяжело дыша. - Я не стану монстром. Ни за что. - Тогда приготовься к смерти, - холодно и ядовито парировал он. - Потому что это место не прощает щепетильности. Либо ты, либо тебя. Выбирай быстрее, пока твоя кровь окончательно не превратилась в лед. Договорить он не успел. В тишину предрассветной комнаты бесцеремонно и громко ворвался резкий, настойчивый стук. Кто-то буквально тарабанил в мою дверь, совершенно не заботясь о том, что весь этаж еще спит. - Черт, - выругалась я. Я судорожно схватила с пола упавшие льняные бинты. Боль в груди вспыхнула с новой силой, когда я начала торопливо, слой за слоем, наматывать ткань обратно на торс, скрывая уродливое фиолетовое свечение и черные паучьи вены. За дверью продолжали бешено стучать, а ручка настойчиво дергалась. - Да иду я! - крикнула я, накидывая сверху темную форменную рубашку и наскоро застегивая пару верхних пуговиц. Маску надеть я уже не успевала, поэтому просто натянула поглубже капюшон, чтобы скрыть мертвенную бледность лица. Я сделала три быстрых шага и резко, с яростью распахнула тяжелую деревянную дверь. На пороге стоял Даин. На нем лица не было - бледный, взъерошенный, в наспех застегнутом мундире, он тяжело дышал, будто бежал сюда через все коридоры Басгиата. - Аэтос, тебе жить надоело? Какого хрена ты ломишься ко мне в четыре утра? - процедила я, скрестив руки на груди, чтобы унять дрожь в пальцах. - Мне нужно было поговорить с тобой. Срочно, - быстро, приглушенным голосом заговорил Даин, затравленно оглядываясь по сторонам. - Я всю ночь не спал, Селин. Нам нужно обсудить то, что произошло вчера на плац-форме. Вариш в бешенстве из-за твоей выходки со стеной, он копает под тебя и под Четвертое крыло. Я пришел обсудить, как нам координировать действия, чтобы подставить Ксейдена, а не нас... Даин сделал шаг вперед, намереваясь пройти в комнату, но его слова резко оборвались, а взгляд замер на моей груди. Несмотря на то, что огромная рана была полностью скрыта плотными слоями свежих бинтов и рубашкой, сквозь тонкую ткань отчетливо проступал неестественный, мертвенно-холодный рельеф. Края шрама от когтей виверны были настолько воспаленными и вздутыми, что бинты под рубашкой лежали неровными, уродливыми буграми, а от моей грудной клетки буквально веяло могильным холодом, от которого воздух в проеме двери пошел легким паром. Даин уставился на мою грудь широко раскрытыми от глубокого удивления и явного испуга глазами. Он прекрасно знал, как выглядят обычные ранения всадников, но то, что угадывалось под моей одеждой сейчас, явно привело его в шок. - Что это... - сипло выдавил он, невольно протягивая руку к моей груди. - Селин, что у тебя под бинтами? - Я впустила его в комнату и прикрыла дверь, сейчас мне бы не очень хотелось, чтобы наш скандал разразился по всему Басгиату. - Селин, что это такое ? - Снова спросил он. Я издевательски хмыкнула, хотя внутри меня всё скрутило от новой судороги голода, а вэйнительская искра под кожей запульсировала еще яростнее, реагируя на опасную близость Даина. На моих губах змеей поползла опасная, ядовитая улыбка Райса. - Ты спрашивал, что это? - обманчиво ласково переспросила я, делая шаг назад, в полумрак своей комнаты, и заставляя Даина войти следом. Я резко схватилась пальцами за ворот форменной рубашки и одним рваным движением рванула ткань в стороны, обнажая только что намотанные бинты. Даин отшатнулся, едва не потеряв равновесие. Даже сквозь плотные слои льняной ткани угадывался истинный масштаб катастрофы. На белом льне уже проступали едва заметные, жуткие черные разводы, в точности повторяющие контуры паучьих вен, а фиолетовое, неестественное свечение вэйнительской искры пробивалось наружу, подсвечивая бинты изнутри мертвенным, призрачным светом. Воздух в комнате мгновенно заиндевел, и от моей груди потянуло таким лютым холодом, что Даин невольно поежился, судорожно втянув ртом морозный воздух. Иней тонкими узорами побежал по стенам и мебели. - Смотри внимательнее, Аэтос, - процедила я, и мой голос упал до леденящего шепота, от которого по спине продирал мороз. - Это - последствия твоего чертова предательства. Я сделала к нему шаг, заставляя его отступать вглубь комнаты, пока он спиной не уперся в закрытую дверь. Мои глаза лихорадочно, безумно блестели из-под капюшона, а внутри все сильнее разгорался тот самый дикий голод, о котором предупреждал Райс. Живой источник силы стоял прямо передо мной, так близко... - Каждая секунда этой адской, выкручивающей боли, каждый уродливый след на моем теле - это всё благодаря тебе, - чеканила я каждое слово, загоняя Даина в глухой угол его собственной вины. - Из-за того, что ты сдал нас в Альдибайде. Из-за того, что ты побежал к своему папочке, решив поиграть в правильного мальчика! Лиам мертв, его дракон растерзан, а я... я разваливаюсь на куски каждый чертов день. Это ты сделал со мной, Даин. Ты и твоя драгоценная семейка. Даин стоял бледный как полотно, переводя потрясенный, полный ужаса и закипающих слез взгляд с моей светящейся груди на мои глаза. Его челюсть дрогнула, он попытался что-то сказать, поднять руку, чтобы закрыться от моих обвинений, но слова застряли у него в горле. Он впервые видел, что именно принесло его решение на заставе, и этот вид ломал остатки его высокомерия и правильности прямо здесь, в темноте моей спальни. - Хочешь, чтобы я подставила Ксейдена? - я хмыкнула, и этот звук больше походил на зловещий хруст ломающегося льда. - Я в жизни этого не сделаю, Даин. Даже не думай. Ведь если бы не он, если бы не Ксейден в Альдибайде... я бы уже давно была в объятиях Малека. Я бы гнила в земле вместе с Лиамом! А ты бы продолжал послушно заглядывать в рот своему отцу. В этот момент рана под бинтами отозвалась новой, сокрушительной волной судороги. Черные вены на моем теле словно ожили, требуя пищи, и вэйнительская искра внутри меня бешено забилась о ребра. Голод вспыхнул с такой первобытной, дикой силой, что у меня перехватило дыхание. Я посмотрела на Даина, и мир вокруг него на секунду подернулся багровой дымкой. Я физически почувствовала его магию - сильную, чистую, бьющую через край. Она была так близко, прямо перед моим носом. Мои пальцы вэйнителя сами собой потянулись вперед, готовые вцепиться в его плечи, прильнуть к груди и выпить, высосать эту манящую силу до самой последней капли, чтобы унять этот адский пожар внутри себя. Чтобы заставить черные разводы на бинтах исчезнуть. Лишь одно прикосновение - и мне станет легче... - Возьми её, Северная! Он заслужил! - яростно взревел Райс в моей голове. Я замерла в полушаге от него, тяжело и хрипло дыша. Мои ногти вонзились в собственные ладони до крови, возвращая крохи контроля. Нет. Не из него. Не так. С трудом подавив этот чудовищный порыв, я резко развернулась к Даину спиной, не в силах больше смотреть на его бьющийся пульс на шее. Каждое движение давалось с трудом, мышцы горели. - Уходи, - процедила я сквозь зубы, хватаясь за край стола, чтобы не упасть. - Убирайся из моей комнаты, Аэтос. Живо. Даин за спиной промедлил. Я услышала его нерешительный шаг по каменному полу, почувствовала, как он колеблется, оглушенный чувством вины и увиденным шрамом. Он явно хотел что-то сказать, возможно, коснуться меня или предложить помощь. - Я сказала: ПРОВАЛИВАЙ! - сорвалась на крик я, резко обернувшись и наставив на него дрожащую руку. Из моих пальцев со свистом вырвался веер острых ледяных игл, с силой вонзившихся в деревянную обшивку двери прямо возле его лица. Даин вздрогнул, его глаза испуганно округлились. Поняв, что я на грани и шутить не собираюсь, он резко дернул ручку, выскочил в коридор и с грохотом захлопнул за собой тяжелую дверь. Оставшись в полной тишине, я больше не могла держаться. Ноги подкосились, и я с глухим стоном рухнула на колени прямо на холодный каменный пол. Тело сотрясала крупная дрожь, а фиолетовое свечение сквозь бинты пульсировало в такт моему бешеному пульсу. - Дура, - глухо, с тяжелым вздохом проворчал Райс в моем сознании, сворачиваясь кольцами на своей ментальной скале. - Была такая возможность... Он стоял прямо перед тобой. Ты могла забрать его силу, утолить голод и навсегда избавить себя от этой муки. Ты могла наказать его его же магией. Я опустила голову, упираясь лбом в холодный камень пола, и судорожно сжала кулаки. Во рту все еще стоял солоноватый вкус крови. - Нет, Райс... - хрипло выдохнула я, и на моих губах, несмотря на дикую боль, появилась жестокая, ледяная усмешка. - Так просто он у меня не отделается. Если бы я выпила его сейчас, он бы просто сдох на месте. А обычной смерти для него будет слишком мало. Он будет мучиться так же, как мучилась я. Медленно. День за днем. И я лично доведу его до этого ада. - Я посмотрела на себя в зеркало, и правда паршивый видок. Я заставила себя подняться с ледяного пола. Тело всё еще подрагивало от истощения, но вэйнительский голод внутри уже не просто ныл - он требовал, выжигал меня изнутри, превращая кровь в жидкое пламя. Дрожащими пальцами я натянула на себя привычную летную форму: плотные черные кожаные штаны, куртку со скрытыми кинжалами и высокую обувь. Накинула на голову глубокий капюшон и привычным, отработанным движением зафиксировала на лице глухую черную маску. Из зеркала на меня снова смотрело безликое, зловещее изваяние - заместитель командира крыла, ледяная Селин Ашер. И никто в этом проклятом Басгиате не должен был догадаться, что под этой броней скрывается умирающий монстр. Мне нужно было уйти. Выйти на воздух, скрыться в лабиринтах переходов, пока рассветное солнце не залило плац. Я шла по полутемным, глухим коридорам цитадели. Шаги в мягких кожаных сапогах были абсолютно бесшумными, но каждый шаг давался с трудом, рана под бинтами пульсировала багровой болью. Воздух вокруг меня шел легким паром. На одном из крутых поворотов возле южной башни я резко налетела на кого-то. - Эй! Смотри куда... - запальчиво начал было кадет, но осекся на полуслове, разглядев мою черную маску, капитанские нашивки и леденящий взгляд. Это был первогодка. Совсем молодой парень, из новеньких, кого распределили только вчера. Кажется, из Второго отряда. В его глазах мгновенно вспыхнул первобытный, дикий страх, а по венам заструилась чистая, молодая магия - его источник только-только пробуждался после перехода через парапет. И в этот момент вэйнитель внутри меня окончательно сорвался с цепи. Запах его силы ударил в голову, как чистейший спирт. Рассудок просто отключился, уступая место хищным инстинктам. Я не успела подумать, не успела остановить себя. Одним молниеносным движением я впечатала парня спиной в холодную каменную стену, перекрывая ему любой путь к отступлению. Он даже пикнуть не успел, как я левой рукой намертво перехватила его горло, лишая возможности кричать, а правой сорвала с себя маску. - Молчи, - выдохнула я ему прямо в губы. Я подалась вперед и резко, грубо впилась в его губы поцелуем. Парень судорожно дернулся, его глаза округлились от ужаса, но было уже поздно. Моя вэйнительская искра внутри рванулась наружу через этот контакт. Изголодавшаяся сущность буквально присосалась к его источнику. Я почувствовала, как в мои губы мощным, горячим потоком хлынула его жизненная сила и сырая магия. Это было невероятно, неописуемо сладко. Черные вены на моей груди под одеждой мгновенно перестали гореть, впитывая чужую энергию, шрам затянулся, а по телу разлилось блаженное, живительное тепло. Новобранец хрипел, его тело под моими руками начало стремительно усыхать, теряя влагу и объём, словно из него выкачивали саму жизнь. Его магия иссякла за считанные секунды. На одно короткое, страшное мгновение мои глаза, отражая суть проснувшегося монстра, вспыхнули чистым, кроваво-красным цветом. Но стоило последней капле его силы раствориться в моем резерве, как багровая пелена спала. Взгляд снова вернулся в норму, приобретая привычный ледяной оттенок. Я отстранилась. Парень перед моими глазами превратился в серую, иссушенную мумию. Его одежда обвисла, а в следующее мгновение его тело с тихим шорохом рассыпалось в мелкий, невесомый пепел, который серым ковром покрыл каменный пол у моих ног. Ветер из узкого бойничного окна подхватил часть праха, унося его в бездну. Я стояла посреди коридора, тяжело дыша, и медленно натягивала маску обратно на лицо. Руки больше не дрожали. Мышцы налились силой. Голод отступил. - Лучше, Северная? - негромко, с какой-то мрачной удовлетворенностью спросил Райс в моей голове. - Намного, - хрипло отозвалась я, глядя на кучку пепла под сапогами. - Но... я не смогу постоянно вытворять подобное. Если первогодки начнут бесследно исчезать прямо из коридоров цитадели, Вариш и Панчек быстро поймут, в чем дело. Да и Ксейден... он не должен знать, кем я становлюсь. Я поправила капюшон, скрывая лицо в густой тени, и сделала шаг через серую пыль, направляясь дальше к выходу на стену. - Мне нужно найти другой способ подпитки, Райс. Иначе этот замок станет моей собственной могилой. - Кстати насчёт Риорсона, они со Сгаэль прилетают сегодня. - Я поджала губы. - Чтож, тогда сегодня придётся спрятаться в тренировочном зале, не хочу с ним сталкиваться. Вернувшись в коридор второкурсников, я столкнулась с Рианон. - Вот ты где, я искала тебя в комнате. - Я приподняла бровь, посмотрела на стопку бумаг в руках девушки. - Ты забыла ? Собрание. - Да, точно, собрание. - Мне обязательно там присутствовать ? - Спросила я неуверенно и девушка нахмурилась. - Ты заместитель командира крыла, конечно обязательно. Прекрати бегать от своих обязанностей Селин. - Я закатила глаза, взяла пару бумажек из её стопки. - Селин! - Да-да, я приду, не парься так. Собрание представляло собой скучные обсуждение и сбор идиотов, которые тявкают друг на друга. Сейчас четвертое крыло стараются теснить, потому что Ксейден улетел, а Даин не справляется, поэтому клыки за отряд скалю я. По-моему кто-то и командиров отряда, даже дали мне прозвище Тень Риорсона. Спорить я не стала, ведь от части они были правы. - Так странно сидеть высоко, - сказал Ридок слева от меня, когда чуть позже в тот же день мы пришли на первый инструктаж в этом году. Мы сидели в верхних рядах и смотрели с высоты на первокурсников, занимавших значительно больше трети пространства. В огромной аудитории, устроенной амфитеатром, третьекурсникам сидячих мест не хватило, и они плотным строем стояли вверху у каменной стены. Но мы, как руководство крыла, заняли свои законные места. Я лениво, с абсолютным безразличием откинулась на спинку скамьи, закинув одну ногу на другую. Под плотной черной кожей летного мундира приятно пульсировала свежая сила, отобранная у несчастного первогодки. Голод полностью утих, оставив после себя лишь обманчивую, сытую расслабленность. Капюшон я скинула, но черная маска по-прежнему закрывала нижнюю половину лица, заставляя кадетов вокруг коситься на меня с опаской. Я вела себя так, будто мне было плевать на всё происходящее в этой комнате, нависая над аудиторией мрачной, уверенной фигурой. Точно так же, как в прошлом году на этих собраниях сидел Риорсон. Наша вчерашняя стычка с Варишем на плацу уже обросла слухами, а прозвище «Тень Риорсона» намертво приклеилось ко мне. Даин сидел через несколько человек от меня, бледный, подчеркнуто погруженный в свои бумаги, и ни разу за весь день не рискнул посмотреть в мою сторону. Он прекрасно помнил, что скрывается под моими бинтами, и какую цену я готова с него затребовать. Пройдет несколько недель, многие из сидящих внизу погибнут, и мы все сможем свободно сесть перед огромной - в несколько этажей - картой Континента. Я лениво скользнула взглядом по этому монументальному полотну, и в груди шевельнулась глухая, злая ирония. Здесь, перед нами, все было как обычно - Наварра, защищенная чарами, и Поромиэль. Лживая, вылизанная до блеска картинка. Я сразу вспомнила настоящую карту в Аретии. Бреннан сказал, что осталось всего шесть месяцев до того, как вэйнители попытаются пробить защитные чары. Наварра слепа. И она заставляет слепнуть остальных. - Видно отсюда получше, - сказала Надин, сидевшая справа. - Уж точно гораздо виднее верх карты, - поддержала Рианнон, выкладывая на парту тетрадь. Ри тоже сидела справа от меня. Она бросила короткий взгляд на мою расслабленную позу, на маску и тихо хмыкнула. - С возвращением с общего сбора руководства. Опять, как обычно, запугала всех командиров отрядов своим видом и ледяным тоном? Они от тебя там еще не шарахаются? - Не то чтобы шарахаются, но слушают внимательно. Это полезно, - безразлично, едва заметно пожав плечами, глухо отозвалась я из-за ткани маски. - Полезно? Селин, они бледнеют, едва ты заходишь в зал, - негромко вмешалась Вайолет, сидевшая чуть дальше за Рианнон. Она устало потерла виски и хмуро посмотрела на меня. - Собрание только закончилось, а по коридорам уже ползут слухи, что Четвертое крыло теперь подчиняется исключительно тебе, а не Даину. И что ты готова заморозить любого, кто не так на тебя посмотрит. Ты ведешь себя точь-в-точь как Ксейден. Я лишь иронично приподняла бровь, демонстрируя полное равнодушие к её словам. - Ксейден далеко, Вайолет. А клыки за отряд вместо него держать кому-то надо, раз Аэтос способен только бумажки перекладывать. Пусть боятся. Страх делает их послушными. Доставая тетрадь и ручку, я проверила, что щиты на месте. Не терять бдительность оказалось сложнее, чем я думала. Райс в моей голове лениво потянулся, его хвост мысленно мазнул по моим барьерам, проверяя их на прочность. - Чисто, Северная. Ни один ментальный ублюдок не пролезет, - буркнул он. - Только посмотрите на несчастных первокурсников с их перьями и чернильницами, - с усмешкой проговорил Ридок, перегнувшись через стол, чтобы получше рассмотреть нижние ряды. - Не так давно мы тоже не умели пользоваться малой магией и не могли писать ручками, — заметила Надин. - Так что не делай вид, будто мы лучше них. - Но мы же лучше, - с широкой улыбкой ответил Ридок. Надин закатила глаза, Вайолет лишь тихо вздохнула, а я лениво покрутила ручку между пальцами. Они не знали, через что мне пришлось пройти, чтобы просто сидеть здесь с этой скучающей миной и держать ручку, не превращая её в ледышку. По каменной лестнице слева от нас спустилась профессор Девера со своим любимым длинным мечом за спиной. Ее черные волосы были подстрижены короче, чем раньше, а темно-коричневый бицепс пересекала свежая рана с неровными краями. - Говорят, на прошлой неделе она была с Южным крылом, - шепнула Рианнон, подавшись ближе ко мне. У меня внутри на секунду все же шевельнулся холод. Вэйнительская искра в груди предупреждающе екнула. Видела она что-то на границе или нет? И если видела, то что? Южное крыло стояло слишком близко к местам, где небо коптили виверны. - Добро пожаловать на ваш первый инструктаж, - начала профессор Девера. Я особенно не вслушивалась, подперев подбородок рукой и делая вид, что весь этот цирк меня ни капли не волнует, пока она говорила первокурсникам все то же, что и нам в прошлом году. Взгляд Деверы прошелся по первокурсникам, потом поднялся выше - к рядам старшекурсников. На секунду она встретилась со мной глазами. Ее взгляд задержался на моей черной маске и расслабленной, вальяжной позе, и профессор едва заметно, понимающе улыбнулась. Так, будто гордилась тем, что я выжила и заняла это место. Затем она перевела взгляд выше и стала объяснять, как важно понимать текущую обстановку возле наших границ. - И наконец, во время инструктажа вы будете слушаться не только своего преподавателя из всадников, но и писца. Профессор Девера подняла руку и указала на лестницу, по которой уже спускался, приподняв полы своего бежевого одеяния, полковник Маркем. Я почувствовала, как Вайолет рядом со мной мгновенно напряглась всем телом. Мои собственные пальцы в черной перчатке на секунду сильнее сжали металл ручки, но внешне я осталась абсолютно недвижимой и спокойной. Мне стоило колоссальных усилий не выказать своей ярости и не метнуть один из скрытых кинжалов прямо в шею этого старого предателя. Маркем. Он все знает. Иначе и быть не могло. Он же сам написал гребаный, насквозь лживый учебник по истории Наварры, по которому учатся все всадники, заставляя их верить, что за пределами чар нет ничего, кроме дикарей на грифонах. И всего год назад я, Селин Ашер, была примерной кадеткой, чей род веками хранил архивы министерств. Наша матушка, Жозефина, до сих пор работает с его ведомством, перетряхивая свитки и пряча концы в воду. От этой мысли во рту снова появился металлический привкус ярости. - Обращаться с полковником Маркемом следует так же уважительно, как с любым другим преподавателем, - говорила между тем профессор Девера. - В Басгиате он главный специалист не только по истории, но и по современной военно-политической ситуации... Я лениво перевела взгляд вниз, туда, где сидели Аарик и Слоун вместе с другими первокурсниками из нашего отряда. Мой взгляд задержался на Слоун. Напряженная, испуганная, она судорожно сжимала свое перо. Я пообещала Лиаму защитить её, и я защищу, чего бы мне это ни стоило. Надо отдать должное и Аарику - он не шелохнулся и даже не поморщился, хотя Маркем стоял совсем рядом. Стоит полковнику внимательнее взглянуть на Аарика, и он узнает в нем третьего принца Наварры. И все же, если Аарик с новой прической не будет высовываться, у него есть шанс остаться незамеченным. По крайней мере до тех пор, пока его папочка-король не объявит, что сын пропал из своей золоченой кроватки в Коллдире. - Итак, первым делом мы с вами обсудим, - хмуря седые брови, заговорил Маркем, наконец спустившись к трибуне, — не одну, а целых две атаки грифонов, случившиеся на этой неделе. По аудитории пробежал взволнованный шепот. Первокурсники зашевелились. - Первая… - Профессор Девера вскинула руку и с помощью малой магии переместила один из красных флажков от края карты к Брайевику - пограничной провинции Поромиэля. - Первая произошла в деревне Сайпен, высоко в Эсбенских горах. Всего в часе лета от Монсеррата. Всего в часе лета от места, где мы дрались с настоящим кошмаром. Писцы называли это «атакой грифонов», но я слишком хорошо знала, какая тварь на самом деле оставляет те страшные раны. Теперь в аудитории слышен был только скрип перьев и шорох ручек по бумаге. Я опустила равнодушный взгляд к своей тетради и, сохраняя маску полного безразличия на лице, небрежным, ленивым росчерком вывела на чистом листе одно единственное слово, тут же перечеркнув его жирной черной линией: Виверны. Пора было начинать свою игру. Забавно было наблюдать как Девера переворачивала информацию, заменяя нападение виверн, на грифонов, мне даже хотелось засмеяться в голос от этого абсурда, но оставалось лишь молчать. Я не должна подставлять остальных. Откинувшись на спинку, я даже не стала записывать информацию, ведь я и так знала всё, что они здесь обсуждали. Теперь информация о тактических занятиях поступала мне гораздо быстрее благодаря Дориану, как только свитки попадали в руки писцов, я сразу могла прочитать их. Я лениво крутила ручку между пальцами, продолжая сидеть в своей вальяжной, обманчиво расслабленной позе, когда голос профессора Деверы разрезал повисшую тишину. - Кадет Ашер, вам есть что добавить? - спросила она, и вся аудитория, включая Маркема и замершего внизу Даина, уставилась на меня. Девера явно ожидала от меня какого-то гениального, точечного ответа на всю ту чушь, которую они тут только что наговорили. Теперь я до безумия остро понимала Ксейдена. Каково это - сидеть здесь, знать всю чертову правду, видеть изнанку их лжи и при этом строить из себя послушного идиота, чтобы не выдать свои карты раньше времени. Я сделала глубокий вдох через черную маску, чувствуя, как вэйнительская искра в груди едва заметно, согласно пульсирует с тихим рокотом Райса. - Умой их, Северная, - хмыкнул дракон Я неторопливо опустила ручку на тетрадь, слегка подалась вперед, опираясь локтями о парту, и обвела аудиторию ледяным, абсолютно скучающим взглядом через прорези маски. Мой голос, усиленный магией, прозвучал глухо, ровно и с отчетливой, ядовитой усмешкой. - Только одно маленькое наблюдение, профессор, - начала я, и первокурсники внизу синхронно подобрались от этого тона. - Нам говорят, что нападавшие в Альдибаине «клином» пытались прорваться к оружейной, потеряв две дюжины бойцов ради пары ящиков с наваррским железом. И нам предлагают поверить, что поромиэльцы настолько отчаялись, что бросают своих людей на убой в самоубийственные лобовые атаки ради обычных мечей? При том, что их собственное снабжение всегда шло через контрабанду, а не через штурм укрепленных форпостов. Я сделала короткую паузу, бросив прямой, леденящий взгляд на полковника Маркема, который прищурился, глядя на меня. - Если бы я была на месте командира Альдибаина, я бы думала не об удвоении патрулей, как предложила кадет Эштон. И уж точно не о цитатах из Кодекса, - я на секунду скользнула глазами по затылку Даина, и тот заметно напрягся. - Я бы спросила себя: если противник готов нести такие потери ради того, чтобы проникнуть внутрь форпоста, то действительно ли их целью было оружие? Или они искали что-то другое? Например... слабые места в нашей хваленой обороне. Или проверяли, как быстро руководство Наварры реагирует на угрозы, когда ключевые фигуры крыла отсутствуют. Я снова откинулась на спинку скамьи, закинув ногу на ногу и возвращая себе маску полного безразличия. - Но, впрочем, у нас ведь «нет оснований устанавливать связь» между этими событиями. Так что, полагаю, это просто очередная глупая, неорганизованная атака дикарей. Не так ли, полковник Маркем? В аудитории воцарилась такая мертвая, звенящая тишина, что было слышно, как на нижних рядах у кого-то из первокурсников со стуком выкатилось из пальцев перо. Мои слова, пропитанные откровенным скепсисом и иронией, буквально повисли в воздухе, обнажая всю абсурдность официальной версии. Рядом со мной Вайолет едва заметно выдохнула, ее пальцы судорожно впились в край стола. Она прекрасно поняла, на что я намекаю: вэйнители искали в Альдибаине не просто мечи. Они искали оружие из люминиша - единственное, что способно убивать виверн. То самое оружие, которое Бреннан так отчаянно пытается достать. Полковник Маркем не шелохнулся, но его седые брови сошлись на переносице так плотно, что между ними залегла глубокая складка. Он медленно перевел взгляд с карты на меня. Его глаза, обычно казавшиеся добрыми и отеческими, когда я была его лучшей ученицей среди писцов, теперь превратились в две холодные щели. Он взвешивал каждое мое слово, пытаясь понять, насколько глубоко я успела засунуть свой нос туда, куда кадетам соваться строго запрещено. - Кадет Ашер, - заговорил Маркем, и его голос, лишенный привычной мягкости, прозвучал сухо и предупреждающе. Он сделал два шага вдоль кафедры, заложив руки за спину. - Ваша аналитика, как всегда, остра. Но всадникам не стоит переоценивать стратегическое мышление контрабандистов. Отчаяние толкает дикарей на глупые поступки. Они несут потери, потому что они слабы, а Наварра — сильна. Поиск тайных смыслов там, где есть лишь слепая ярость врага, - это пустая трата времени, которая в реальном бою может стоить вам жизни. Он улыбнулся - холодно, одними губами, и в этой улыбке сквозила явная угроза. - Не лезь, Селин. Иначе сгоришь, - читал я между строк. Профессор Девера поспешно перевела взгляд с Маркема на меня. В ее темно-коричневых глазах промелькнула странная смесь тревоги и одобрения. Она прекрасно знала правду об Альдибаине - ведь сама получила там рану, - и мой выпад явно заставил её занервничать. - Тем не менее, кадет Ашер права в одном, - твердо вмешалась Девера, перехватывая инициативу и стараясь увести разговор от опасной темы. - Враг становится наглее. И если они проверяют нашу реакцию, то Четвертое крыло должно показать им, что эта реакция будет мгновенной и смертоносной. Хватит теории. Девера резко повернулась к первокурсникам, ее меч за спиной глухо звякнул о кожаную портупею. - Запомните то, что сказала ваш заместитель командира крыла. На войне нельзя принимать всё за чистую монету. Будьте готовы к тому, что противник ударит туда, где вы меньше всего ожидаете. А теперь вернемся к тактическим построениям при обороне форпостов... Я лениво опустила глаза к своей тетради, даже не удостоив Маркема ответом. На моих губах под черной маской играла сытая, торжествующая улыбка. - Старый лис занервничал, - довольно пророкотал Райс в моей голове, и я мысленно почувствовала, как он расправляет крылья на своей далекой скале. - Ты попала прямо в цель, Северная. Они боятся, что ты начнешь задавать слишком правильные вопросы при первогодках. - Пусть боятся, - подумала я, небрежно чертя ручкой абстрактные узоры на полях. Занятия закончились и я вышла в коридор, так стремительно, что Вай, которая продолжала звать меня и кричать моё имя, не смогла перехватить. Не хочу ни с кем разговаривать. Особенно когда у меня есть дела поважнее. Мы с Боди договорились вербовать меченных, но сейчас мало кому можно доверять, они должны пройти проверку. Как собирать их вместе и тренировать дело третье. Вне занятий можно устраивать доп спарринги, к тому же если там будут не только носители меток, то вопросы автоматически отпадут. Дальше были занятия с Эметерионом. Я стояла рядом с Ридоком и наблюдала за первокурсниками, некоторые из них были спокойными, кто-то весело разминался, а кто-то был обеспокоенным, в их число входила и та девчушка Амираэль, она переминалась с ноги на ногу, явно нервничала, судя по её виду, физическая форма у неё ниже средней, значит с матов её вынесут быстро. Миша уверенно победила Бэйлора на ковре, и Эметтерио, сверившись со своим свитком, вызвал следующую пару. - Слоун Майри и… - зачитал он громогласным голосом. - Аарик Грейкасл. - Я хочу драться с ней, - Слоун резко вскинула руку и указала кинжалом прямо на Вайолет. Вайолет замерла, удивленно моргнув. Слева от меня весело фыркнула Имоджен, стоявшая вместе с Квинн. - О боги, Слоун! - хохотнула Имоджен. - Ты правда хочешь отправиться на тот свет в первый же день? Я стояла у самого края матов, лениво, с абсолютным безразлизчием скрестив руки на груди. Из-за черной маски были видны только мои сузившиеся, холодные глаза. Я вела себя точно так же, как Риорсон на этих тренировках - отстраненно, высокомерно, будто всё происходящее вокруг было лишь мышиной возней. Я перевела взгляд на младшую сестру Лиама и медленно покачала头, осуждая её глупость. - Она что, тебя похвалила? - шепнула мне Рианнон, косясь на Имоджен. - Похоже, да. Хотя это странно. - Я могу её победить! - упрямо заявила Слоун, сжимая рукоять кинжала так, что костяшки побелели. Она в упор смотрела на Вайолет, и в её глазах горела слепая, злая обида. — Ты сама мне в том году писала, что у нее суставы выскакивают только так. Вряд ли победить ее очень сложно! Я медленно повернула голову к Имоджен. Мой взгляд из-под капюшона не обещал ей ничего хорошего. - Серьезно? - ледяным тоном процедила я. Вэйнительская искра внутри меня раздраженно дернулась, заставив воздух вокруг моих сапог подернуться едва заметным инеем. Командиры отрядов не зря шептались за моей спиной, называя меня «Тенью Риорсона» — сейчас от моего голоса половина первокурсников инстинктивно подобралась. - Позволь объяснить, Селин, - Имоджен прижала руку к сердцу, ни капли не испугавшись моего тона. - В прошлом году Вайолет мне не сильно нравилась, помнишь? Нужно время, чтобы к человеку проникнуться. - Супер. Приятно слышать, - язвительно ответила Вайолет, пока я просто проигнорировала этот пустой треп. - Майри, мне глубоко наплевать, какие у тебя претензии к Сорренгейл, - Эметтерио вздохнул так тяжело, будто кадеты его смертельно утомили уже в самом начале года. - Я знаю, кто ее тренировал, и не поставлю её против первокурсников. - Вскинув темную бровь, он покосился в мою сторону, а затем на Имоджен. - Я тоже недооценил Сорренгейл в прошлом году. Как и Ашер. - Затем он повернулся к Слоун и сказал строго: - А теперь сдай оружие и марш на мат вместе с Грейкаслом. Слоун нехотя разоружилась и встала перед Аариком. Тот был на pipe дюймов выше, а еще у него за плечами были годы тренировок у лучших мастеров Коллдира. Но все же она была сестрой Лиама, а значит, должна суметь постоять за себя. Я наблюдала за ней со скучающим видом, хотя внутри всё сжималось от глухой боли. - Кто... кто здесь Сорренгейл? - раздался низкий, глухой голос откуда-то сзади. Второкурсники и третьекурсники начали оборачиваться. Позади нас стоял тот самый огромный, квадратный бугай с первого курса, который вчера сбросил рыжего паренька с парапета. Когда он шел к нам, тяжело стуча сапогами и прижав руки к бокам, я заметила у него на плече нашивку Второго крыла. Очередной кусок мяса, возомнивший себя бессмертным. - Ты сегодня популярна, - с легкой улыбкой шепнула Надин, косясь на Вайолет. Надин, решив, видимо, проявить кадетскую солидарность и разрядить обстановку, демонстративно развернулась к первокурснику. Шагнув чуть вперед, она иронично, с вызовом сказала: - Привет, я Вайолет Сорренгейл. - Надин указала пальцем на свои фиолетовые волосы. - Видишь? Как тебе моя прическа? Если ты хотел мне что-то сказать… Всё произошло слишком быстро. Бугай не стал слушать. Его огромная ручища метнулась вперед, намертво схватила Надин за голову, одним резким, профессиональным движением крутанула её... Сухой, оглушительный хруст ломающихся позвонков эхом разнесся по притихшему залу. Надин даже пикнуть не успела. Ее глаза остекленели, тело обмякло, и этот ублюдок брезгливо швырнул её на каменный пол, точно тряпичную куклу. - Надин! - в ужасе вскрикнула Вайолет, её лицо мгновенно побледнело от шока, а рука метнулась к ножнам. Я же посмотрела на труп и не почувствовала ничего, Надин ведь провела с нами целый год, мы не были сильно близки, но она была частью нашей компании, да и Вайолет считала её подругой, а я... А внутри меня не шелохнулась ничего, в голове мелькнула лишь одна мысль. "Какое расточительство". Что значит расточительство ? О чём я говорю, почему я даже не пытаюсь защитить Вай... Мне... Плевать ?