Первый шаг

Не в первый раз кандидат пробирается в квадрант всадников с единственной целью - убить кадета, которого ему заказали. Мне очень жаль, что целью стала Мира, но рад сообщить, что она быстро устранила угрозу. У вас есть враги, генерал.

Официальное письмо коменданта Панчека генералу Сорренгейл

Селин

Удар сердца. Огромный первокурсник отпускает тело Надин. Удар сердца. Тело с вывернутой под неестественным углом шеей с жутковатым стуком падает на пол. Надин мертва. Но внутри меня ничего не происходит. Абсолютно ничего. - Надин! - закричала Рианнон и рухнула на колени рядом с телом. Я смотрела на этот труп со стороны, лениво опершись бедром о край тренировочного стола, и ловила себя на пугающей, леденящей мысли: мне плевать. Год назад смерть первокурсника вызвала бы у меня шок, но сейчас? Сейчас я видела лишь очередной кусок остывающего мяса. Вокруг кричали кадеты, Эметтерио рявкал на бугая, Вайолет выхватила кинжалы, выкрикивая свое имя, а я просто наблюдала за этой мышиной возней. Моя человечность вытекала из меня по капле, оставляя лишь холодную, расчетливую пустоту вэйнителя. - Тварь внутри тебя сыта, Северная. Какое тебе дело до чужих смертей? - равнодушно отозвался Райс в моей голове. Я не ответила. Мой взгляд скользнул по матам, где Вайолет уже ввязалась в самоубийственную драку. Она атаковала быстро, как учил Ксейден, упала на колени, подрезала бугаю сухожилие. Девчонка отчаянно цеплялась за жизнь, пока этот гигант швырял её по полу, точно тряпку. Вот детина пнул её в бедро, и Сорренгейл с глухим стуком отлетела, ударившись головой о каменный пол. Бугай схватил её за ногу, подтаскивая к себе, оставляя на натертом дереве грязный кровавый след. Её сейчас убьют, - констатировал мой разум. Без паники. Без страха. Я поймала себя на том, что это зрелище не вызывает у меня никаких эмоций. Вайолет - сестра Бреннана, женщина, которую любит Ксейден, кадетка, которую я вчера защищала от драконьего пламени. Но сейчас, глядя, как огромный первокурсник наваливается на неё всем телом и начинает душить, я не чувствовала ровным счетом ничего. Ни жалости, ни желания броситься на помощь. Полная, абсолютная апатия. Мое сердце билось ровно, а вэйнительская магия в венах даже не всколыхнулась. Почему мне так плевать? Неужели поглощение чужой силы стерло во мне все человеческое? - Сдохни уже наконец, - прохрипел бугай, наваливаясь на Вайолет и намертво прижимая её руку с кинжалом к полу. Его пальцы сошлись на её горле, перекрывая кислород. Вайолет хрипела, синела, её глаза панически расширялись, а этот ублюдок склонился к самому её уху и что-то прошептал. Я не расслышала слов сквозь шум взволнованной толпы, но по выражению лица Сорренгейл поняла - это было что-то важное. Очередная наваррская тайна. Кадеты вокруг орали, Даин бледнел и дергался, нарушая правила и порываясь вмешаться, Эметтерио матерился. А я просто стояла, скрестив руки на груди, и смотрела, как жизнь медленно покидает тело Вайолет Сорренгейл. Как Тень Риорсона, я должна была вмешаться. Как человек - подавно. Но я продолжала неподвижно стоять в тени своего капюшона, ожидая, чем закончится этот цирк. Бугай что-то прошептал Вайолет на ухо - я не расслышала слов, но увидела, как её глаза панически расширились. Очередная наваррская тайна. И в этот самый момент, когда первокурсник уже праздновал победу, Вайолет выхватила свободной левой рукой еще один кинжал из ножен на груди. Из последних сил, действуя чисто на инстинктах, она с яростью вогнала лезвие ему в спину — прямо в почку, точно так, как её учил Риорсон. Раз. Два. Три. Она била вслепую, тяжело и часто, пока хватка ублюдка наконец не ослабла. Его огромная туша обмякла и завалилась вперед, окончательно придавив её своим весом. Я даже бровью не повела, глядя на этот фонтан крови. Ни капли жалости к мертвому, ни капли сочувствия к живой. С трудом выбравшись из-под мертвеца, Вайолет жадно, со свистом заглотила воздух. Все её тело дрожало от боли, лицо было бледным как полотно. - Вайолет? - Даин тут же присел рядом с ней, его голос дрожал. - Ты в порядке? Она не ответила ему. Шатаясь и борясь с подступающей тошнотой, Сорренгейл поднялась на карачки, а затем села на колени. Когда Аэтос испуганно прошептал её имя и протянул руку, Вайолет собрала последние силы, укрепила свои ментальные щиты и прохрипела: - Не смей. Ко мне. Прикасаться. Она медленно поднялась под прицелом сотен взглядов. Замирая от головокружения, Вайолет собрала свои кинжалы, демонстративно вытерла клинки о форму убитого ею бугая и убрала их в ножны. - Маттиас и Хенрик, унесите тела, - скомандовал Даин откуда-то сбоку. В его голосе не было прежней уверенности - он был раздавлен. Эметтерио быстро подошел к Вайолет, взял её за запястья и, заглянув в глаза, констатировал сотрясение мозга, предлагая освобождение от занятия. - Не надо, - упрямо выдохнула она. - Я за ней присмотрю, - вмешалась Имоджен, вовремя подхватив её под локоть и уводя прочь с матов. Я проводила их долгим, равнодушным взглядом. Жизнь в Басгиате возобновилась за считанные секунды: Маттиас и Хенрик уже тащили безжизненные тела Надин и этого огромного первокурсника прочь с матов, оставляя на камне широкие кровавые разводы, а Эметтерио вызывал следующую пару. Я медленно выпрямилась, отталкиваясь от стола. Мой взгляд скользнул по лицу мертвого громилы перед тем, как его уволокли. Красноватые веки. Глаза человека, находящегося под чужим ментальным контролем. Полковник Аэтос. Старый ублюдок действительно подослал убийцу. Они боятся. - Ты слишком спокойна, Северная. Даже для меня это выглядит жутковато, - негромко пророкотал Райс, и я ментально почувствовала, как он склонил свою массивную белую голову, разглядывая мое сознание сквозь барьеры. - Человеческая девчонка едва не отправилась к Малеку, а у тебя даже пульс не участился. - Она выжила, Райс. Это всё, что имеет значение, - мысленно отозвалась я, лениво поправляя черную перчатку на правой руке. - А моя жалость или страх ни одной из них не помогли бы. - И то верно. Но не забывай про голод. Тот парень в коридоре лишь ненадолго насытил искру. Скоро тебе снова потребуется магия. Я ничего не ответила дракону. Скрестив руки на груди, я скользнула взглядом по Даину, который как раз поднимал с пола один из оставшихся кинжалов. На секунду он поднял голову и наткнулся на мой леденящий, пристальный взор из-под капюшона. Аэтос вздрогнул. На его бледном лице снова отразился тот утренний ужас - он вспомнил черные вены на моей груди и фиолетовое свечение. Он знал, что я с ним сделаю, если он или его отец зайдут слишком далеко. Я вздрогнула когда моего плеча коснулась чья-то рука, щиты мгновенно превратились в железные стены, но повернув голову, я встретилась взглядом с той русоволосой девочкой. - Вы в порядке? - тихо спросила Амираэль, сделав полшага в мою сторону. Я замерла у самого выхода из тренировочного зала. На её лице действительно читалось искреннее, неподдельное беспокойство. Она смотрела на меня мягко, чуть наклонной голову, пытаясь поймать мой скрытый под капюшоном взгляд. Вот только внутри меня эта её доброта не нашла никакого отклика. Наоборот, вэйнительская искра под бинтами предупреждающе кольнула, заставив меня мысленно выстроить еще одну стену. Я никак не могла понять, что на самом деле крутится в голове у этой девушки. Басгиат давно научил меня, что за красивыми улыбками и сочувствием чаще всего скрывается заточенный кинжал. Может, Амираэль - очередной шпион, которого полковник Аэтос или Вариш подослали ко мне, чтобы выведать информацию? Может, они заметили, что я слишком часто натягиваю маску, или почувствовали могильный холод, исходящий от моего тела, и теперь пытаются втереться в доверие? - Выглядите не очень, - добавила она еще тише, заметив мою затянувшуюся паузу. Я медленно повернула к ней голову. Моя черная маска оставалась абсолютно непроницаемой, а поза - вальяжной и ленивой, скрывающей полную боевую готовность. Я окинула её долгим, оценивающим и леденящим взглядом, в котором сквозило откровенное недоверие. - Слишком приторная девчонка, Северная. Сделай шаг назад, от неё пахнет чужим любопытством, - глухо проворчал Райс в моей голове. - Меньше думай о моем внешнем виде, кадет Назирис, и больше смотри по сторонам, - глухо и безразлично отозвалась я из-за ткани маски, кивнув в сторону матов, где Маттиас и Хенрик как раз протащили мимо нас тело Надин. - Как видишь, в Четвертом крыле сегодня высокая смертность среди тех, кто проявляет излишнее дружелюбие. Сосредоточься на своих тренировках, если не хочешь оказаться следующей. Прежде чем я успела сделать шаг к выходу, тяжелая рука бесцеремонно опустилась мне на плечо, увлекая в короткое, панибратское объятие. - Эй, полегче, Ашер! Не запугивай первокурсниц, у них и так сегодня день не заладился, - раздался веселый голос Ридока. Я даже не шелохнулась. На первом курсе за подобную выходку Ридок мгновенно получил бы от меня хлесткую оплевуху или ледяной кинжал под ребра - он тогда вечно крутился рядом и пытался ко мне подкатывать, за что регулярно отхватывал. Хотя и сейчас почти ничего не поменялось, он всё так же липнет. Но сейчас мне было слишком плевать. Я просто проигнорировала его руку на своем плече, продолжая стоять с абсолютно безучастным видом. Моя былая вспыльчивость растворилась в вэйнительской пустоте. Ридок, не дождавшись привычной затрещины, лишь шире улыбнулся и, переведя взгляд на замершую первокурсницу, ободряюще ей подмигнул. - Не слушай её, малая. Наша замкомандира только с виду такая колючая. На самом деле она нас всех обожает, просто стесняется показать. Девушка слабо, вежливо улыбнулась Ридоку, но её внимание тут же снова вернулось ко мне. Она всматривалась в мою застывшую фигуру, и в её карих глазах появилось странное, нелогичное беспокойство. По какой-то неведомой мне причине она смотрела на меня так, словно я была не опасным старшекурсником, а... маленьким злым щенком. Щенком, который отчаянно рычит, скалит зубы и топорщит шерсть, просто потому что замерз, устал и пытается защититься от всего мира. Это дурацкое сравнение, читавшееся в её взгляде, вызвало лишь легкую волну скуки. Наверное, год назад меня бы это взбесило. Сейчас - нет. Я лениво повела плечом, заставляя руку Ридока соскользнуть, и сделала шаг к дверям. - Избавь меня от своего оптимизма, Ридок, - бесстрастно обронила я напоследок. - И следите за своими шеями. Бугаев из Второго крыла на всех хватит. Я разворачиваюсь и ухожу в сторону, участвовать дальше в этом фарсе мне не хочется.

Амираэль

Я смотрю вслед блондинке, с первого взгляда она показалась мне очень крутой, а после случая с драконом, я стала восхищаться ей. Она явно была одной из самых сильных кадетов. Мой язык так и наравился назвать её командиром, но всякий раз вспоминала, что она ниже по статусу. Хотя смотря на того парня, как же его звали... Даин ? Он не был поход на человека, который способен руководить целым крылом, по крайней мере мне так казалось. Хотя может не я одна так думала. Распросив про неё у других всадников, я узнала что Селин Ашер из семьи писцов и пошла против родителей, а ещё мне рассказали, что на 1 курсе она хвостом ходила вокруг Ксейдена Риорсона, бывшего командира крыла. Ходят слухи, что этот парень объявил об их отношениях, именно поэтому её никто и не трогает, хотя Селин и сама внушает страх. Её дракон, единственный ледяной дракон в Басгиате, таких больше никто не видел, и говорили что у них очень тесная связь с великим чёрным драконом Тэйрном. Но в моей памяти упрямо отпечатался её взгляд. Не ледяной, каким она пыталась его сделать, а... какой-то загнаный. Словно передо мной был не грозный заместитель командира крыла, а маленький, злой щенок, который ощетинился, замерз под проливным дождем и рычит на любого, кто пытается подойти, просто чтобы защитить свои кровоточащие раны. Это дурацкое сравнение никак не выходило у меня из головы. Я повернулась к парню, который только что так бесцеремонно приобнимал её за плечи. Старшекурсник, кажется, его звали Ридок, проводил Селин легкой усмешкой, в которой, вопреки всему, читалась странная, давняя теплота. - Она... всегда такая? - не удержавшись, тихо спросила я, кивнув в сторону опустевшего дверного проема. - С ней что-то случилось? Она выглядит так, будто... - О, наша Снежная Королева? - Ридок весело фыркнул, тут же перебивая меня и явно уходя от ответа. Он засунул руки в карманы летных штанов и беззаботно качнулся на пятках. - Не бери в голову, малая. Ашер всегда была с характером. На первом курсе за такие расспросы она бы тебе язык приморозила к нёбу. Так что считай, тебе еще повезло, она сегодня на редкость добрая. Я молча уставилась на него, скрестив руки на груди. Этот парень явно шутил, чтобы скрыть что-то важное. Он слишком легко увиливал, и эта кадетская легкомысленность после того, как на матах только что убили девушку, казалась напускной. Я продолжала пристально, изучающе смотреть на него, ожидая нормального ответа. Ридок поймал мой тяжелый взгляд, неверно его истолковал и вдруг самоуверенно ухмыльнулся, поправив куртку. - Слушай, крошка, я, конечно, знаю, что чертовски неотразим, - парень пижонски подмигнул мне, - но у меня есть железное правило: я не сплю с первокурсницами. Так что извини, твой преданный взгляд меня не растопит. Приходи на следующий год, ладно? Я на секунду опешила от такой наглости, но тут же на моих губах заиграла холодная, дерзкая улыбка. Я сделала шаг ближе, смерила его взглядом с ног до головы и иронично приподняла бровь. - Не говори «гоп», старшекурсник, пока не перепрыгнешь через парапет, - отчеканила я, заставив его ухмылку слегка померкнуть. - Доживи сначала до конца года, а потом будешь рассказывать мне про свои правила. Не дав ему вставить ни слова, я круто развернулась на каблуках и быстрым шагом направилась прочь, резко разорвав этот разговор. Пусть думает, что хочет. Из моей головы всё не выходили слова кадетов, Селин Ашер опасна, она бешенная, говорят она подчиняется Риорсону и шпионит для него, но эта женщина не была похожа на себя из слухов, она словно... Окружила себя огромной стеной, вот только по какой причине, видимо никому не известно.

Селин

Физика, занятие которое я пропустила, просто подошла к преподавателю и сказала что есть дела, мол дракон вызывает и так далее. Райс естественно взбесился, что я использую его для прогулов, но ничего сказать мне не смог. Я вернулась в тренировочный зал, который уже был пуст. Ту всё ещё пахло кровью, хотя лужи уже не было, но от запаха избавиться сложнее. Я подошла к матам, вспомнила бой Слоун и Аарика. В тот момент я поняла, что уже можно начинать выкапывать девчонке могилу, она полный ноль. - Я то думал ты встретишь меня на лётном поле. - Раздался мужской голос позади меня, я замерла. Риорсон... Какого чёрта он здесь делает ? Он разве не должен был пойти к Вай. - С возвращением, командир. - Ответила я, и повернулась. - Мы же договаривались, не зови меня так, тем более наедине. - Не знаю почему он так хотел, чтобы я кличила его по имени, но почему-то мне этого не хотелось. - Какая разница... Почему ты здесь ? Я думала ты пойдёшь навещать Вай. - Ксейден нахмурился, но ничего не ответил. - Как насчёт спарринга ? - Он снял летную куртку и кинул её на скамью, я приподняла бровь. - Я соскучился. - Ответил он и эта фраза прозвучала довольно двусмысленно. - По хрусту моих костей ? - Спросила я, но принялась стягивать свою куртку и снимать капюшон с маской. - Ладно, но будьте нежнее командир, моё тело всё ещё не восстановилось после стычки с виверной. - Я забралась на маты, уже и забыла какое это ощущение, когда твой противник больше тебя, и опасен. Думаю сейчас такие чувства я испытывала лишь с Ксейденом. - Я всегда нежен с тобой, Селинда, - Ксейден лениво ухмыльнулся, но его темные глаза оставались предельно собранными. Он встал в стойку. - Нападай. Я не заставила себя ждать. Моя вэйнительская искра внутри, убаюканная утренней подпиткой, даже не шелохнулась, позволяя мне полагаться исключительно на старые добрые всаднические навыки. Я рванула вперед, делая обманный замах левой, и тут же пробила правой в корпус. Ксейден легко, почти изящно ушел с линии атаки, перехватив мое запястье. Его ладонь была горячей, сухой и надежной. - Скорость хорошая, - спокойно заметил он, резко разворачивая меня спиной к себе и пытаясь заблокировать плечо. Я почувствовала спиной его грудь. - Но ты открываешь левый бок. Я резко присела, уходя из-под его захвата, и сделала подсечку. Ксейден просто перепрыгнул мою ногу, мгновенно разрывая дистанцию. Мы снова закружили по матам, тяжело дыша. Он явно сдерживался, подстраиваясь под мой темп и давая мне возможность атаковать, но при этом держал в колоссальном напряжении. - Боди рассказал мне о твоем маленьком проекте, - между делом произнес Ксейден, когда я попыталась достать его серией быстрых ударов в голову. Он играючи блокировал каждый из них предплечьями. - О вашем с Вайолет плане вербовки меченных первогодок. Я уклонилась от его встречного короткого джеба, чувствуя, как ветер от его кулака мазнул по щеке. - Да, есть такое, - хмыкнула я, уходя в глухую оборону. - Твой уход пробил огромную брешь в Четвертом крыле. Даин не справляется, Вариш дышит нам в затылок, а первокурсников с эмблемами восстания прессуют сильнее обычного. Им нужен поводырь. И защита. Но не волнуйся, Вайолет в этом не участвует. Я резко выкинула ногу вперед, целясь ему в печень. Ксейден поймал мою стопу ладонью, и на его лице на секунду промелькнула опасная, жесткая гримаса. - Я, кажется, просил тебя не вмешиваться в это, Селинда, - его голос стал на порядок тише и холоднее. Он дернул мою ногу на себя, заставляя меня потерять равновесие. - Ты ходишь по охренительно тонкому льду. Вариш только и ждет, когда ты оступишься, чтобы обвинить тебя в измене. - А у меня нет выбора! - выдохнула я, группируясь в падении. Я перекатилась через плечо, мгновенно вскакивая на ноги, но Ксейден уже был там. Точка кипения была достигнута. Наша словесная перепалка переросла в чистую, яростную демонстрацию силы. Он пошел в жесткую атаку, больше не давая мне перевести дух. Удары посыпались один за другим - тяжелые, точные, на грани фола. Я едва успевала уклоняться, раз за разом принимая его мощные выпады на блоки, отчего руки мгновенно начали неметь. Мое тело, еще не до конца зажившее после Рессона, отозвалось тупой болью в ребрах. Ксейден сделал резкий ложный выпад вправо, я купилась на обманку, и в ту же секунду его массивная фигура оказалась вплотную. Его рука стальным обручем обвилась вокруг моей шеи, блокируя сонную артерию, а вторая намертво зафиксировала мою правую руку за спиной. Классический, удушающий захват намертво. Против его веса и силы у меня не было ни единого шанса. - Попалась, - прохрипел Ксейден мне прямо в ухо, тяжело дыша. Его тело прижимало мое к матам, лишая пространства для маневра. - Конец игры. Твой план вербовки закроют до того, как... Он не успел договорить. Вместо того чтобы пытаться вырваться из захвата силой, я полностью расслабила мышцы, позволяя себе буквально соскользнуть вниз под его собственным весом. Ксейден инстинктивно подался вперед, чтобы удержать меня, и этой доли секунды мне хватило. Используя его же инерцию, я левой, свободной рукой выхватила тренировочный костяной нож, скрытый в потайном пазу моих штанов — там, где он никогда бы не догадался искать. В один смазанный, молниеносный кувырок я вывернулась из его рук, заходя со спины, и прыжком повалила его на маты, прижимая своим телом к полу. Щелчок. Ксейден замер, распластанный на мате. Черное лезвие моего ножа плотно, до упора прижалось прямо к его пульсирующей сонной артерии. Я тяжело дышала, сидя на его пояснице, мои растрепанные волосы падали ему на лицо, а в глазах горел дикий, торжествующий огонь. Несколько секунд в пустом зале слышно было только наше яростное, загнанное дыхание. Тени вокруг нас замерли, послушно втянувшись обратно под его кожу. Ксейден медленно косился на лезвие у своего горла. На его губах, вопреки всему, медленно расплылась та самая, редкая, хищная и дьявольски довольная ухмылка, которую я не видела слишком долго. - А ты чертовски похорошела за время моего отсутствия, Селинда, - тихо, с явным восхищением выдохнул он, даже не пытаясь скинуть меня. - Риорсон может спать спокойно. Четвертое крыло в надежных руках. - В Сэммаре всё так же паршиво? - спросила я, не торопясь убирать нож от его горла. Я пристально вглядывалась в его усталое, но по-прежнему чертовски красивое лицо. - Как обстоят дела на границе? Ксейден вздохнул, и это движение заставило лезвие едва заметно мазнуть по его коже. Он даже не моргнул. - Как обычно. Вариш думает, что заслал меня в ссылку, но на самом деле он просто развязал мне руки. Там, в Сэммаре, проще координировать поставки оружия для Бреннана, - тихо, чтобы звуки не вылетели за пределы матов, ответил он. - Но это выматывает. Приходится постоянно играть на два фронта. Я удовлетворенно хмыкнула и наконец перехватила нож, пряча его обратно в потайной паз тренировочных штанов. Слезая с его поясницы, я поднялась на ноги и неторопливо сошла с матов на холодный каменный пол. Тело тут же отозвалось глухой болью в мышцах, напоминая о недавней стычке с виверной. Пока я подходила к скамье, чтобы обуть свои тяжелые армейские ботинки, Ксейден бесшумно поднялся и сел на краю мата, наблюдая за каждым моим движением. Его внимательный, сканирующий взгляд буквально прожигал спину. Я опустилась на скамью, натянула первый ботинок и принялась затягивать шнурки, когда его низкий голос нарушил тишину пустого зала: - Тебе стоит серьезно поработать над защитой, Селинда. Она у тебя дырявая. Я замерла, так и не завязав узел на втором ботинке. Медленно выпрямившись, я недоуменно нахмурилась и обернулась к нему. - О чем ты говоришь? - в моем голосе проскользнули стальные нотки. - Мои ментальные щиты идеальны. Райс лично проверяет их на прочность по нескольку раз в день, и ни один ублюдок вроде Даина или Вариша сквозь них не проберется. Они монолитны. Ксейден ничего не ответил. Он просто встал, в два широких шага преодолел расстояние между нами и оказался вплотную. От него веяло порохом, кожей и тем самым едва уловимым ароматом мяты, который я узнала бы из тысячи. Прежде чем я успела отстраниться, он осторожно, но крепко взял мою правую руку за запястье и поднял её на уровень наших грудей. Он развернул меня полубоком к себе, заставляя смотреть на наши руки. - Я говорю не про ментальные щиты, - тихо произнес Ксейден, проводя большим пальцем по тыльной стороне моей ладони, прямо над тем местом, где под кожей иногда едва заметно пульсировали темные вены - следствие поглощения чужой магии. - Твоя физическая защита. Ты слишком полагаешься на скорость и свою новую силу, Селинда. Когда ты уходила от моего захвата, ты открыла шею на долю секунды. Настоящий враг не стал бы ждать, пока ты вытащишь нож. Он бы просто сломал тебе ключицу. Его пальцы медленно скользнули вверх по моему предплечью, оставляя за собой дорожку из покалывающих мурашек. Мы стояли так близко, что я чувствовала жар, исходящий от его тела. В какой-то момент Ксейден замолчал. Мы оба одновременно повернули головы, и наши взгляды встретились. В его темных, почти черных глазах, где обычно царил абсолютный контроль, сейчас бушевало что-то горячее, опасное и до безумия знакомое. Отрезанность от всего мира, постоянный страх за линию фронта и эта чертова сытая расслабленность после хорошего боя - всё смешалось в одну секунду. Ксейден наклонился и поцеловал меня. Поцелуй был внезапным, властным и сокрушительным, как удар молнии. На пару секунд у меня напрочь вышибло все мысли из головы. Моя вэйнительская пустота, которая еще полчаса назад заставляла меня равнодушно смотреть на труп Надин, мгновенно испарилась, уступая место чистой, первобытной потребности. Я судорожно выдохнула ему в губы, подаваясь вперед и отвечая на этот поцелуй с той же накопленной жаждой и яростью, которая сжигала меня изнутри все эти недели его отсутствия. Но вспышка продлилась недолго. Рассудок вернулся так же резко, как и пропал. В голове набатом зазвучали его же слова: - Ты ходишь по тонкому льду. Ксейден принадлежал Вайолет. Ксейден был командиром, у которого на кону стояла революция, а я... я была монстром, который едва удерживал контроль над собственной искрой. Придя в себя, я уперлась ладонью ему в грудь, пытаясь оттолкнуть его, разорвать этот чертов круг. - Ксейден, стой... - попыталась прохрипеть я, отстраняя голову. Но Риорсон даже не подумал отпустить меня. Наоборот, его ладонь жестко легла мне на затылок, пальцы запутались в моих растрепанных волосах, намертво фиксируя на месте. Он шагнул еще ближе, практически прижимая меня к тренировочному столу, и углубил поцелуй, делая его жестким, требовательным и горячим. Он словно выжигал во мне это дурацкое сопротивление, заставляя подчиниться его напору и признать, что в этом Богами забытом Басгиате мы оба уже давно переступили черту, из-за которой нет возврата. Я изо всех сил уперлась ладонью ему в грудь и резко, рваным движением оттолкнула его от себя. Ксейден отступил на шаг, его ониксовые глаза опасно сузились, но прежде чем он успел хоть что-то сказать, я наотмашь влепила ему звонкую, хлесткую пощечину. Звук удара эхом разнесся по пустому залу. Его голова дернулась в сторону. Несколько секунд Ксейден стоял неподвижно, а на его смуглой щеке медленно проступал багровый след от моих пальцев. Я тяжело дышала, чувствуя, как от злости и подступившей паники вэйнительский холод внутри меня едва не прорывает щиты. Ксейден медленно повернул голову обратно. На его губах, вопреки всему, расплылась ленивая, хищная и дьявольски раздражающая ухмылка. Он провел кончиком языка по нижней губе, словно пробуя вкус этого поцелуя и последовавшего за ним удара. - Что ты творишь, Риорсон?! - прошипела я, судорожно поправляя сбившийся ворот майки. Голос сорвался на злой хрип. - Ты совсем головой поехал в своем Сэммаре? А если Вайолет это увидит?! Ксейден слегка наклон набок голову, и в его ониксовых глазах промелькнуло искреннее, холодное недоумение. Ухмылка исчезла, сменившись привычной маской жесткого контроля. - При чем здесь Сорренгейл? - низким, ровным голосом спросил он, сделав ко мне встречный шаг. - В смысле «при чем»?! - я язвительно перебила его, отступая назад к скамье. - Разве вы не вместе? Весь Басгиат только и гудит о том, как командир Четвертого крыла сохнет по бледной дочке генерала! Ксейден на секунду замер, его желваки заходили ходуном, и он открыл рот, собираясь что-то жестко и веско ответить, но я не собиралась слушать его жалкие оправдания или путаться в его чертовых интригах. Хватит с меня этого дерьма. - Избавь меня от своих объяснений, - отрезала я. Я резко нагнулась, одним махом сгребла со скамьи свою куртку, маску и капюшон, даже не став завязывать шнурок на втором ботинке. Не удостоив Риорсона даже мимолетным взглядом, я круто развернулась на каблуках и стремительным, яростным шагом вылетела из тренировочного зала в коридор, с грохотом захлопнув за собой тяжелую дубовую дверь.

Ксейден

След от пальцев Селинды на моей щеке до сих пор горел, а в ушах всё ещё стоял оглушительный грохот захлопнувшейся дубовой двери. Я стоял посреди пустого тренировочного зала, тупо уставившись на маты, и всё ещё чувствовал на своих губах вкус её отчаянного, яростного ответа. Вкус, который я безуспешно пытался забыть все те недели, что провёл в Сэммаре. То, с какой дикой, накопленной жаждой она ответила на поцелуй, прежде чем прийти в себя и оттолкнуть меня, до сих пор выжигало изнутри весь мой хвалёный контроль. - Какая восхитительная, сокрушительная неудача, Ксейден, - раздался в моей голове низкий, вибрирующий голос Сгаэль. Моя синяя дракониха так откровенно издевалась, что я буквально физически почувствовал, как она довольно потягивается на своей скале в долине. - Я почти почувствовала этот удар через нашу ментальную связь. Девочка бьёт наотмашь. Твой отец гордился бы её левой. - Заткнись, Сгаэль, - вслух процедил я, резко разворачиваясь к скамье. Я поднял с пола её забытую тренировочную ленту для волос и сжал в кулаке. - Мне сейчас не до твоих шуточек. - А я и не шучу. Ты облажался по всем фронтам, - в её мысленном рокоте послышались тяжёлые, ироничные нотки. - Ты отсутствовал слишком долго. Прилетел из Сэммара, потащил её на маты под предлогом проверки защиты, а когда она уложила тебя на лопатки - просто потерял контроль. И ради чего? Чтобы получить по морде и выслушать лекцию о Сорренгейл? - Она думает, что мы с Вайолет вместе, - я провёл ладонью по лицу, пытаясь унять глухое, ворочающееся в груди раздражение. - Весь Басгиат думает, что я сохну по дочке генерала. Это была идеальная легенда для Вариша и Маркема. До сегодняшнего дня. - Легенда хороша, пока ты сам не начинаешь в неё верить, всадник, - Сгаэль глухо фыркнула, и от её ментального вздоха у меня на секунду заложило уши. - Но Ашер - не Вайолет. Её прозвали - Тень Риорсона. Она впитала магию Райса, она видит ложь так же четко, как ты видишь тени. И сейчас она искренне считает тебя предателем, который играет на два фронта в одной постели. - Я не успел ей объяснить, - я стиснул зубы, чувствуя, как тени вокруг моих сапог испуганно метнулись в углы зала, чутко реагируя на мою ярость. - Она перебила меня и вылетела отсюда до того, как я открыл рот. - Потому что она параноик, Ксейден. Ты сам сделал её такой. Ты научил её никому не верить, - Сгаэль сделала паузу, и её ониксовый ментальный взгляд стал непривычно серьезным. - Ты хотел, чтобы она выжила, пока тебя нет? Поздравляю, она выжила. И теперь она монстр с ледяным сердцем, который не подпустит тебя и на пушечный выстрел. Иди умойся, командир. От тебя за версту пахнет уязвленным эго. - Ничего, - тихо ответил я своей драконихе, медленно пряча ленту Селинды в карман куртки. Мои ониксовые глаза потемнели еще сильнее. - Пусть строит свои щиты. Я облокотился на деревянный столб, скрестив руки на груди, и прикрыл глаза. Образ Селинды до сих пор стоял перед взором - её взъерошенные волосы, дикий, защищающийся взгляд и то, как отчаянно она выстроила между нами стену. Сильная. Смертоносная. И абсолютно одинокая в своей этой новой, леденящей пустоте. - Ты ведь понимаешь, на какую тропу ступаешь, Ксейден? - голос Сгаэль в моей голове лишился прежней насмешливости. В нём прорезался глубокий, древний рокот, полный мрачного предостережения. - Решил приударить за девушкой погибшего друга? За той, кого Лиам любил больше жизни и просил тебя защитить? Слова драконихы ударили наотмашь, попав в самую уязвимую, кровоточащую рану, которую я носил в груди с того самого дня в Рессоне. Лиам. Мой названый брат, мой верный клинок, павший на той проклятой земле. Мысль о нём отозвалась глухой, разрывающей болью. - Я никогда не предам его память, Сгаэль, - тихо, но твёрдо ответил я вслух, и тени вокруг меня замерли, сочувствуя моему горю. - И ты это знаешь. Я отдал бы свою жизнь, не задумываясь, чтобы вернуть его. Чтобы он сейчас был здесь, живой. Чтобы он сам обнимал её, а не я. Я сделал глубокий вдох, сжимая в кармане куртки тонкую ленту для волос Селинды. - Но я не могу изменить прошлое. И я не «приударил» за ней сейчас. Я запал на неё ещё в прошлом году. Задолго до того, как всё это случилось. - Я знаю, - тихо отозвалась Сгаэль, и в её ментальном поле разлилось редкое, почти мягкое понимание. - Я видел, какая она, - продолжал я, и мой голос едва заметно дрогнул. - Как она, обычная девчонка без связей, стискивала зубы и шла вперед. Как она бросалась под удары, защищая меченых. Я полюбил её тогда - тайно, издалека, уважая её выбор и выбор Лиама. Я никогда бы не переступил черту, пока он был жив. Но теперь... теперь Лиама нет. А она ломается, Сгаэль. Она теряет себя, превращается в чудовище и искренне верит, что заслужила одиночество. Я открыл глаза. Ониксовые омуты смотрели на закрытую дверь зала с глухой, непоколебимой решимостью. - Лиам просил меня защитить её. И лучшая защита, которую я могу ей дать - это не позволить ей сгореть в собственной пустоте. Я не отступлю. Даже если она возненавидит меня, даже если забросает своими ледяными ножами. Я вытащу её оттуда. Потому что я люблю её, Сгаэль. И ради памяти Лиама, и ради неё самой - я не оставлю её одну. Дракониха промолчала, но я почувствовал её мысленное одобрение. Она знала, что Риорсоны никогда не сдаются, когда на кону стоит то, что им по-настоящему дорого.