Глава 5. Вилла Тео Нотта (Часть 3/3)

— Что с ней? Я думала, она умерла ещё тогда. Как у неё получилось выжить? — Дафна старалась держаться невозмутимо, но Драко видел, как её плечи мелко подрагивают.       Асторию, выбившуюся из сил после непродолжительной истерики, сестра отвела в спальню Нотта, где девушка тотчас же провалилась в сон.       Лис лежала без сознания на постели в смежной с кабинетом комнате — той самой, которую слизеринец видел во время использования Infusio Liminis. Малфой, присев на край кровати, держал её за руку, не сводя глаз с бледного лица. Старшая Гринграсс, казалось, даже не заметила этого его жеста, бездумно уставившись на тихо плещущиеся в утренних лучах волны за окном.       Сам Драко уже почти пришел в себя — по крайней мере, его перестала колотить дрожь, а мысли в голове снова приобрели чёткость. Он с нетерпением ждал пробуждения Певерелл. Почему-то Малфой был уверен, что она очнется собой — хоть и, следуя наказу Тадеуша, держал возле себя деревянный клинок. — Это долгая история, Дафни. — Расскажи. Мне кажется, после всего, что сегодня произошло, я имею право знать. — Хорошо, — он тихо выдохнул и прикрыл глаза, стараясь собрать все события минувших месяцев в как можно более лаконичный и ясный рассказ.       Опуская детали, Драко вкратце изложил суть родовой магии Лис и то, как именно Поттеру удалось победить Тёмного лорда. И чем это обернулось для Певерелл. — Получается, мы обязаны ей тем, что Волдеморта больше нет, — задумчиво проговорила Дафна, поворачиваясь и садясь на противоположный край кровати. Затем она осторожно провела пальцами по щеке Лис.       Драко недоуменно проследил за ее движением, внимательно вглядываясь в лицо Гринграсс. — Знаешь, я так боялась, что он может победить. Ведь тогда привычная нам жизнь была бы кончена. Что бы он сделал с магическим Лондоном, оказавшись у власти? Ты думал об этом? — Слишком часто, Дафни. Я думал об этом постоянно, — отозвался он, внимательно вглядываясь в непривычно тихую слизеринку. — Она спасла нас. Такая смелая. И такая глупая, как оказалось, — девушка напряжённо рассмеялась. Внезапно её взгляд стал подозрительным. — Постой, а как ты оказался втянут в эту историю? Не помню, чтобы ты был близок к Поттеру. — Он спас меня во время одного из рейдов. Я тогда едва не погиб в огне, но Поттер вытащил меня. И я перешел на их сторону, даже жил некоторое время на Гриммо, — Малфой понятия не имел, что теперь будет. Ведь помолвка с Асторией была их единственным оберегом от Азкабана. Учитывая ограничение на перемещения и арест почти всего их имущества до окончания разбирательств, даже влиятельный у себя на родине Тадеуш вряд ли смог бы чем-то помочь. Поэтому Драко было необходимо продолжать эту поганую игру. Ради родителей, ради свободы. — Ничего себе, — подняла брови Дафна. — Почему ты раньше не говорил? Твой отец тогда сказал нашему, что ты выполняешь поручения Волдеморта, поэтому пока не можешь видеться с Тори. — Родители знали, что я жив. Чёрт знает, откуда, но знали. Чувствовали, может. И не хотели наводить панику раньше времени. — Лис тоже была на Гриммо? — казалось, что Гринграсс интересуется невзначай и искренне, но Малфой почувствовал, что разговор всё же выходит на скользкую дорожку. Интересно, слышали ли девушки слова Тьмы, когда та говорила , что Драко прибыл сюда спасти свою возлюбленную? В какой момент схватки они поднялись наверх? — Да, там была вся компания: Грейнджер с Уизли, Поттер, Лис. И еще уйма волшебников, которые эвакуировались из разрушенных деревень после нападения Пожирателей. — Какая она? Ты же знаешь её лучше всех нас — вы сидели за одной партой у Слизнорта и часто болтали. Вроде как даже немного дружили. — Почему ты спрашиваешь? — усмехнулся Драко. Он не мог понять, куда идет их диалог. Старшая Гринграсс была не из тех, кто увиливает и юлит, чтобы получить интересующие ответы. В её стиле были скорее крики и угрозы. Если бы она догадалась, что у Драко и Лис роман, то спросила бы его об этом прямо. — Знаешь, ты только не рассказывай Тео, что я спрашивала, ладно? Когда он очнется. Если он очнется, — вдруг закусила губу Дафна, и в её глазах заблестели слёзы.       Малфой нахмурился, недоуменно вглядываясь в лицо девушки. — Конечно очнётся, о чём ты говоришь? Ты его здорово подлатала, а уж Тадеуш позаботится о том, чтобы колдомедики Мунго вовремя подоспели и сделали всё, что необходимо. Тео будет в порядке, это даже не обсуждается!       Гринграсс грустно улыбнулась и вдруг, оставив ладонь Лис, стремительно встала и снова отошла к окну, отворачиваясь — словно стараясь отгородиться от пытливого взгляда слизеринца. — Дафни, ты чего? — Малфой отчаянно не понимал, что происходит. Девушка вела себя чертовски странно. — Не знаю, зачем вообще говорю тебе это. Глупо, наверное, но мне больше некому сказать. Тори не поймет, она никогда меня не понимает. А переживать это в одиночку я больше не могу, — Дафна сжала в маленьких кулачках подол ночной сорочки и резко выдохнула, словно собираясь с духом. — Я очень плохой друг, Драко. Просто отвратительный. Помнишь, когда мы сидели тогда в ресторане после скачек, Тео сказал нам, что выбрал себе невесту?       Малфой сухо кивнул. Был бы рад забыть, да вряд ли когда-нибудь сможет. — Мне стало так интересно, и я принялась потом расспрашивать. Он до последнего отмалчивался, отшучивался, огрызался — ни в какую не хотел говорить. Но один раз… В общем, это был день его рождения, и он все ждал, что приедет его мать. А она так и не приехала — забыла, представляешь? Забыла, что у её единственного сына совершеннолетие в этот день. — Кларисса сложная женщина, — осторожно ответил слизеринец, стараясь понять, к чему та клонит. Ему было плевать на исповедь Гринграсс, однако она могла выдать что-то новое о Нотте, поэтому он обратился в слух. — Так вот, в тот вечер я пришла к нему поздно вечером. Честно признаться, я подозревала, что миссис Нотт не приедет. И хотела поддержать его, — Дафна почему-то замялась и потупила взгляд на этих своих словах, но продолжила: — Тео сам приготовил тот ужин, чтобы показать ей, как он старался. Ведь они с матерью не виделись уже почти год на тот момент, а ты знаешь, как сильно он её любит. — Он мало говорил про неё, Теодор закрытый человек, ты сама знаешь. — Знаю, мне тоже, — нервно качнула головой девушка. — Но это всегда было заметно. — Так и что про его невесту? — Драко не терпелось поскорее перейти к сути. — Не перебивай, — вдруг привычно огрызнулась Дафна.       Малфой удивлённо поднял бровь, но замолчал. — Так вот, в тот вечер Тео так расстроился, что она не приехала. И напился почти до беспамятства. Я нашла его в кухне уже мертвецки пьяным.       Слизеринец хотел было отпустить шутку про действенные методы, но, помня давешний окрик девушки, благоразумно промолчал. В конце концов, ему было интересно узнать наконец, зачем она завела этот рассказ. — Увидев его в таком состоянии, я поняла, что теперь он, скорее всего, сам захочет рассказать, кого он называл тогда своей будущей невестой. Ему и правда хотелось выговориться, пусть он и едва мог ворочать языком. Я стала осторожно расспрашивать. — Очень по-слизерински, — всё же не удержался Малфой, усмехаясь.       В ответ Дафна грустно улыбнулась, снова подходя к постели Певерелл и опускаясь на примятое покрывало. — Это она, — девушка указала глазами на едва слышно сопящую Лис. — Тео влюблен в неё, и просто чертовски сильно, я тебе скажу. Я бы даже испугалась, наверное, люби меня кто с такой же одержимостью. — Я знаю, что он в неё влюблён. Мы с Блейзом довольно быстро догадались. Все же Тео наш близкий друг, — он был чертовски разочарован, что после всей этой тягомотной прелюдии к рассказу не узнал ничего нового.       Однако девушка отмахнулась от его слов и снова хищно сжала руку Лис. — Знать-то, может, и знаешь. Но ты видел его коллекцию? — Коллекцию чего? — оторопело проговорил слизеринец, чувствуя, что ответ Дафны ему не понравится. — Колдографий. Рисунков. Её исписанных пергаментов с эссе, переписок с Поттером на каких-то клочках. Чего там только не было, Драко. Даже надкушенное яблоко, уже почти иссохшее. Полагаю, надкушенное ею.       Малфой тупо смотрел на однокурсницу, не зная, что сказать. В душе у юноши поднималась какая-то смутная тревога от слов Гринграсс. Хоть он и сам не мог понять, отчего именно. — Колдографий Лис? Её яблоко? Что за бред? — Да. Не меньше пары сотен колдо — с разных ракурсов, в разные дни. Казалось, он каким-то образом снимал её каждый божий день, хотя — клянусь тебе — я ни разу не видела у него в руках колдокамеры. — Чёртов больной ублюдок, — против воли вырвалось у слизеринца.       Это было странно. Просто до чёртиков и неприятных мурашек странно. — Я подумала о том же. А потом он рассказывал про неё. Долго, до самого рассвета. Тео словно знал всё-всё про Певерелл. Уж не знаю, как он успел выведать так много, ведь они едва ли перекинулись парой слов за те два года в Хогвартсе. А спустя пару недель объявили, что она умерла. И он пропал. Не отвечал на письма, сколько бы я ни писала. Пока не пригласил нас сюда. — А почему ты плохой друг? Потому что рассказала мне его тайну? — вдруг вспомнил юноша, с чего Дафна вообще начала этот странный разговор. — Нет. Потому что… — девушка замялась. — Потому что я люблю его, Драко. — Чего? — слизеринец от шока попятился, едва не падая с кровати. — Ты же…? — Да, я же сказала ему и всем остальным, что мне нравятся девушки, когда он стал подозревать, что у меня к нему чувства, и отдаляться. Но это мало помогло, наша дружба всё равно дала трещину. — А почему ты говоришь мне это теперь? — с сомнением протянул Драко, неосознанно сжимая ладонь Певерелл в своей. — Потому что, увидев её снова сегодня и на что он пошел ради неё, я поняла, что у меня нет ни единого шанса. Посмотри на неё — она же просто дьявольски красивая. А я… — вдруг всхлипнула Гринграсс, закрывая лицо ладонями. — Когда она умерла тогда, я думала, что у меня теперь будет шанс. Что я буду рядом, помогу ему перенести потерю. И он останется со мной. Но он исчез, и теперь я понимаю, куда. — Дафна, ты тоже очень красивая девушка, и — я уверен — у вас с Тео все получится, — нахмурился Драко, отчаянно стараясь придумать, как успокоить слизеринку и закончить наконец эту чертову исповедь. А ещё лучше — и вовсе спровадить её, чтобы, когда Лис очнется, они были только вдвоем. — Я так ненавижу её, Драко. Ты представить себе не можешь, — сквозь всхлипы сдавленно проговорила Гринграсс. — Но одновременно я словно люблю её, понимаешь? Потому что он её так сильно любит. — Слушай, ты несешь какой-то бред, уж не обижайся. Теодору я ничего не скажу, даю тебе слово. Но сейчас я просто не могу понять, к чему этот разговор. Хочешь ненавидеть её — ненавидь. Однако сейчас ей нужна помощь. Она рисковала жизнью, чтобы спасти магический мир, и я не дам тебе ей навредить, если ты к этому клонишь, — Малфой вдруг почувствовал, что чертовски устал. Ему отчаянно хотелось лечь рядом с Лис на одеяло, обнять её, уткнуться носом ей в шею и провалиться в сон. — Я и не ждала, что ты поймешь, мне просто хотелось выговориться, — Дафна встала и, отирая всё ещё катившиеся из глаз слёзы, стремительно направилась прочь из комнаты.       «Наконец-то» — ядовито подумал про себя слизеринец.       Однако внезапно его пронзила неожиданная мысль, заставившая Малфоя обернуться и окликнуть Гринграсс. — Дафна, постой. Один вопрос. Глупый, возможно, но можешь считать, что спрашиваю из чистого любопытства.       Дождавшись, пока та поднимет на него обиженный взгляд, Драко тихо спросил: — Кого ты больше любишь — Тео или сестру? Если тебе нужно будет выбрать одного из них. — К чему это…? — удивленно попятилась слизеринка, но он перебил её, настаивая: — Просто ответь честно. Даже себе самой. Настолько ли сильно ты его на самом деле любишь, как себе надумала?       Гринграсс нахмурилась, словно и впрямь задумавшись — напряженно смотря в стену и кусая губу. После недолгой паузы она нетвердо проговорила: — Асторию, конечно. Она же моя единственная сестра.       Едва сдержав разочарованный вздох, слизеринец небрежно бросил — дабы оправдать своё любопытство: — Вот видишь: значит, есть куда более близкие тебе люди, которые помогут тебе пережить последние новости.       И отвернулся к постели, давая понять, что разговор окончен.       Ответ Дафны его расстроил — её чувства к Нотту могли бы помочь ему заручиться важным соратником в будущем скандале с Рудольфом. Получи та шанс избавиться от Певерелл, она бы нашла способ уболтать старика не вредить Драко — пусть её собственная сестра и осталась бы без такого желанного жениха.       Погрузившись в собственные мысли, Малфой не заметил, что Дафна по-прежнему стоит в дверях, потерянно глядя куда-то за окно и не уходя. Когда она снова подала голос, слизеринец дёрнулся от неожиданности. — Хотя знаешь, я солгала тебе. Я бы выбрала его. Мне кажется, что я одержима им так же, как и он — Певерелл. Я бы выбрала его, Драко, даже если бы речь шла о жизни и смерти, — с этими словами Гринграсс стремительно выбежала в коридор.       Вскоре её торопливые шаги стихли.       «А вот это уже интересно, — усмехнулся себе под нос Малфой, слабо улыбаясь, — вот это уже очень и очень хорошо».       Бросив вороватый взгляд на вход в кабинет, он призвал палочку и велел двери затвориться. Затем наложил Запирающее. Всё же Драко ждал её столько долгих месяцев, не находя себе места. Рыл носом землю, чтобы найти её. И теперь не видел причин отказывать себе в том, чтобы наконец обнять Лис и прижать к себе, целуя нежное бледное лицо.       Он так соскучился. ***       В реальность Малфоя вернуло движение рядом с ним — он все-таки ненадолго задремал.       Было ещё совсем раннее утро.       Певерелл сонно завозилась на одеяле, приходя в себя и тотчас же пытаясь сесть. Драко обнимал её за плечи, и теперь она неуклюже, ещё плохо ориентируясь в пространстве, выворачивалась из его объятий. — Лис… — хрипло пробормотал слизеринец, поднимая голову и снова привлекая девушку к себе, мешая той отстраниться. — Лис-Лис-Лис… — едва слышно шептал он, изо всех сил прижимая её к груди и чувствуя, как к глазам подступают горячие слезы.       Внутри все тонко пело от неверия и счастья. Она пришла в себя!       Певерелл замерла в его руках, мгновенно подбираясь и напрягаясь всем телом. — Всё хорошо. Не бойся, её больше нет, — успокаивающе забормотал юноша, утыкаясь носом в ее плечо.       Но Лис вдруг изо всех сил замолотила по его рукам кулачками, отчаянно изворачиваясь в попытке отодвинуться подальше.       Драко и не ждал, что она радостно вскрикнет и обнимет в ответ. Особенно учитывая, сколько ей пришлось пережить и какой хаос наверняка творился теперь у неё в голове. Однако он и подумать не мог, что та станет отчаянно отбиваться, задыхаясь и дрожа — словно её схватили в плен сотни мантикрабов.       Изгнание злобной соседки явно истощило девушку, поэтому у той не хватило сил даже сбросить с себя его руки. Но Малфой и сам отпустил, оторопело отстраняясь и поднимаясь с постели. — Лис, ты чего, это же я… — начал было он, когда его взгляд натолкнулся на искажённое ужасом лицо Певерелл. — Что случилось?       Лис словно не слышала. Юноша видел — она изо всех сил старалась призвать палочку в протянутую за спиной ладонь. Однако та лишь слабо трепыхалась на прикроватной тумбочке, не двигаясь ни на дюйм в строну Певерелл. У Певерелл, очевидно, было ещё и магическое истощение. — Послушай, я понимаю, у тебя шок и всё такое. Я тебя больше не буду трогать, обещаю. Только, ради Мерлина, не смотри на меня так, как будто я хочу тебя убить!       Лис не слушала.       Быстро поняв, что попытки колдовать сейчас бесполезны, Лис стремительно сползла с покрывала к противоположной от слизеринца стороне кровати, проворно подхватив на ходу палочку. Продолжая неловко пятиться к окну, она заняла боевую стойку. Наверное, у неё кружилась голова: Лис заметно шаталась и поминутно оступалась, едва не падая. И это было бы даже забавно, если бы не зашевелившееся в душе Малфоя понимание. От которого юношу словно окунули в котёл с ледяной водой.       Тьма не лгала про фальшивые воспоминания о пытках. Певерелл его боится. — Послушай, что бы ты ни помнила про меня сейчас — это неправда. Это ложные воспоминания, Лис. Я не причиню тебе зла. Только не я! — Драко понятия не имел, что делать. В нём снова нарастала паника, мешая связно мыслить.       Его сбивчивую тираду прервал полузадушенный всхлип девушки. Потеряв наконец равновесие, Певерелл упала на колени, упираясь одной рукой в пол, а другой — судорожно державшей палочку, — обхватила горло. Её тело сотрясали рвотные позывы, однако на светлый ковер лишь тонко капала её слюна — вперемешку с кровью из содранной ранки на губе. — Позволь мне помочь, Лис. Обещаю, я ничего тебе не сделаю!       Драко опустился на корточки — голова закружилась от выворачивающих его наизнанку чувств. Она не помнила его. Она боялась его.       Лис ненавидела его. ***       От отупелого оцепенения юношу отвлек резко нагревшийся медальон на груди.       Тадеуш.       Малфой медленно поднял пальцы, неловко вытягивая артефакт из-под ворота рубашки. Дрожащим губами произнес нужное заклинание.       Слизеринца колотил озноб.       В комнате висела гробовая тишина, лишь изредка нарушаемая слабыми хрипящими звуками — когда Лис в очередной раз норовило вывернуть.       Наконец раздался хлопок, и рядом с ним возник Тадеуш — он уже успел сменить халат на наспех надетый костюм и теплую мантию. Мужчина тотчас же кинулся к скорчившейся на полу дочери. Та слабо встрепенулась навстречу. — Папа, осторожнее, он здесь! — несмотря на подрагивающий от слабости голос, в нём безошибочно читалась готовность сражаться. — Я знаю, моя девочка, знаю. Ну, иди же сюда. Ты совсем больна, Алиса, надо немедленно показать тебя врачам. Ты больше не чувствуешь её внутри? — Кого? — оторопело прошептала Певерелл, не позволяя отцу обнять себя и всё ещё настойчиво стараясь обратить его внимание на сжавшегося у кровати Драко. — Тьму разумеется. Она должна быть уничтожена, но, сама понимаешь, после всего, что произошло, я не могу… да чего ты тычешь мне в него? Я уже видел его сегодня, Алиса. — Папа, но это же он… — голос Лис сорвался на свистящий хрип. — Что «он»? — Он — Тьма, — Певерелл судорожно вдохнула и наконец обмякла в руках Тадеуша, истратив последние силы и закрывая глаза.       Мужчина крепко прижал её к себе. Затем подозрительно уставился на Малфоя. — Она действительно сделала то, о чём говорила, — тихо пояснил слизеринец, обречённо закрывая глаза. — Тьма залезла ей в голову и показала, как ломала печати. Но только заменив себя на меня. — Так, оставить панику. Главное — что Алиса жива и относительно невредима. У неё сильное истощение, но это ничего страшного. Я сейчас доставлю её в Блэк-холл. В Мунго ей нельзя —ведь по документам её уже давным-давно и на свете-то нет. Лишние расспросы теперь ни к чему. Позовём колдомедика на дом. У вашей семьи есть хороший колдомедик? В этой чёртовой стране я даже понятия не имею, к кому бежать в таком случае! — Есть. Только его нужно вызвать по каминной связи, — Малфой говорил бездумно, не осознавая смысла слов. Он снова медленно умирал внутри — совсем как в день, когда Лис пожертвовала собой за Поттера. — Вот и славно. Займись этим, Драко. Мне нужна твоя помощь. Алисе нужна твоя помощь, — Тадеуш легко подхватил дочь на руки, явно готовясь покинуть виллу Нотта. — Хорошо, — бесцветно согласился слизеринец, тоже поднимаясь. — Слушай сюда, парень. По сравнению с тем, что могло произойти, не найди ты её вовремя, это — сущий пустяк. Мы вернем Алисе память и исправим всё это. Ты меня понял? Не смей отчаиваться раньше времени. Я видел и знаю теперь, на что ты готов ради моей дочери. И не думай, что я оставлю всё как есть и не стану тебе помогать. Мы всё исправим, Драко. А теперь за дело!       Слова Певерелла наконец привели его в чувство. Действительно, он раскисал слишком рано. Лис жива и в безопасности — а это главное. А вернуть воспоминания — или хотя бы стереть фальшивые моменты пыток — они уж точно смогут.       Малфой кивнул мужчине, призывая палочку и подходя ближе. — Подожди-ка, а где эти юные барышни, что были здесь пару часов назад? Ты отправил их домой?       Вот же черт. Драко совсем забыл про сестер Гринграсс. Теперь же он малодушно пожалел, что про них вспомнил Тадеуш. Возиться с Дафной и Асторией, доставлять их домой и отвечать на глупые вопросы у него не было совершенно никакого желания. Особенно когда вместо этого он мог бы помочь Лис.       Но Певерелл не оставил ему шанса отвертеться: — Тогда план меняется: останься здесь, помоги им вернуться домой, раз привез их сюда. А потом я жду тебя на Гриммо. — Но Лис нужен врач… — начал было Драко, хотя уже и сам понимал, что спорить бесполезно. — Об этом не переживай. Если уж совсем никого не найдем, то конфиденциально договорюсь с кем-нибудь в Мунго. Ты нужен им, парень. Они увидели слишком много сегодня.       Сжав в карманах кулаки и призывая на помощь всю свою выдержку, слизеринец сухо кивнул. — Вот и славно.       Снова хлопок аппарации — и Тадеуш с Лис исчезли.