Глава 7. Новые старые знакомства

      Тадеуш поступил так, как говорил: спустя пять дней вся семья Певереллов покинула Блэк-холл.       Драко пришел к ней в тот день рано утром: словно почувствовал, что именно сегодня Лис очнется. Несмотря на отчаяние и опустошение внутри, он все равно упрямо продолжал наведываться на Гриммо ежедневно, подолгу просиживая у кровати девушки. Певерелл не приходила в себя: по настоянию Летиции ее погрузили в магический сон, поддерживая организм зельями и чарами — чтобы она смогла скорее восстановиться, не тратя едва накопившиеся силы на походы до уборной и попытки поесть.       Было ещё совсем рано: когда Малфой ступил на вытертый ковер в гостиной дома, большие часы в холле как раз заканчивали бить восьмой раз. Однако никто уже не спал: Золотое Трио в полном составе завтракало в гостиной вместе с Блэком и четой Певереллов, а у двери в спальню Сириуса стояли собранные чемоданы. — Доброе утро, Драко! Ты как раз вовремя! — встретил его радостный голос Тадеуша. — Алиса окончательно выздоровела, и двое наших замечательных колдомедиков вывели ее наконец из этой отвратительной комы. Она наверху, можешь пойти поздороваться с ней. Или сперва позавтракаешь с нами?       Драко отшатнулся от неожиданности. А в следующий миг опрометью кинулся к лестнице — забыв даже ответить мужчине. Вслед ему донесся добродушный смешок Певерелла.       Дверь одной из комнат была нараспашку открыта — как раз той, где Лис всегда жила с Грейнджер. Слизеринец вдруг почувствовал, что боится подходить ближе, так и замерев на последней ступени в нерешительности. Однако Лис, кажется, услышала звук его торопливых шагов, и она сама выглянула из комнаты, окидывая Малфоя настороженным взглядом.       Малфой внутренне сжался — ожидая, что она скажет. Вдруг тот колдомедик-менталист допустил ошибку, и Певерелл сейчас снова посмотрит на него в ужасе.       Но спустя несколько мгновений лицо девушки тронула легкая улыбка. — Привет! А я тебя помню! Ты приходил тогда! — Лис шагнула в коридор, подходя ближе к застывшему в оцепенении юноше. — Привет, — голос сорвался, и слизеринец сконфуженно закашлялся, стараясь отогнать вязкий ком в горле. — Я напугала тебя в тот раз? Прости, была не в себе. Сам понимаешь — находиться в тюрьме в собственном теле то еще удовольствие, — она протянула ему узкую ладонь для рукопожатия. — Не уверена, что мы знакомы, поэтому предлагаю это исправить. В конце концов, ты здорово мне помог тогда. Ведь это ты рассказал папе, где я?       Драко не мог вымолвить больше ни слова, во все глаза глядя на нее: не верилось, что Лис снова вот так запросто стоит перед ним — живая и невредимая. Он не смог сдержать счастливой и, вероятно, совершенно идиотской улыбки.       Певерелл склонила голову, озадаченно разглядывая его и явно не понимая, почему тот ведет себя как умалишенный.       Всё ещё улыбаясь, Драко легко коснулся ее руки, намереваясь пожать ее и представиться, но не смог сдержать порыва — шагнул ближе и заключил Лис в объятия, зарываясь носом в волосы.       Та ойкнула от неожиданности, но не отстранилась, неловко вытянув руки за его спиной и не решаясь обнять в ответ. — Это очень странно, но будь по-твоему, — оторопело рассмеялась она. — Меня зовут Драко. И ты не представляешь, как я рад снова познакомиться с тобой, — прошептал он, оставляя легкие поцелуи на её макушке.       Несколько дней назад Тадеуш, сконфуженно кусая губу, попросил Малфоя отойти с ним для небольшого разговора. Мужчина не знал, что слизеринец подслушал ту его беседу с Золотым Трио, поэтому рассказал ему всё то же самое — от начала и до конца. И взял с юноши клятву не рассказывать Лис о том, что у нее с Драко был роман — колдомедики рекомендовали оградить девушку от сильных стрессов и волнений в первые месяцы после пробуждения, чтобы магический фон стабилизировался, а результат ментального вмешательства не деградировал. К тому же эта новость, по словам мужчины, в текущей ситуации не принесла бы ей ничего кроме боли. Взамен он позволил юноше увидеться с Лис и проводить их в день отъезда.       Поэтому сейчас Драко понятия не имел, как объяснить свое поведение Певерелл. Но ему было плевать — отчаянно хотелось хотя бы пару минут вот так обнимать ее и вдыхать уже почти забытый сладкий запах темных локонов. — Полагаю, мы были знакомы до всей этой истории…ну, ты понимаешь, какой. Не расскажешь подробнее? Потому что пока что я ни черта не понимаю, — отозвалась Лис, поднимая к нему лицо.       Слизеринец едва сдержался, чтобы не поцеловать её. Она снова была так близко, такая теплая и доверчивая в его руках. Но это было бы слишком. Лис оттолкнула бы и больше никогда не заговорила с ним снова. — Прости за это, не удержался. Просто мы так долго пытались вытащить из тебя эту заразу, что я уже и не думал, что снова увижу тебя такой. — Какой? — хмыкнула девушка, мягко отстраняясь и отходя на шаг. — Нормальной. Собой. — Ну, допустим, — Лис прищурилась, хитро смотря на юношу из-под ресниц. — Но всё же мне не дает покоя вопрос, почему я тебя не помню, раз мы были знакомы. Гарри сказал мне, что после возвращения я могу впомнить не все, но пока что ты — первый, к кому у меня возникают вопросы. — Это долгая история, — уклончиво начал Драко, но Певерелл поджала губы, снова наклоняя голову и всем своим видом показывая, что времени у нее достаточно. — Ну хорошо. Если не вдаваться в подробности, то мы вместе боролись против Темного Лорда. Поттер спас меня в Выручай-комнате, когда вы искали один из крестражей, и я перешел на вашу сторону. А ты… ты поддержала меня и убедила остальных, что мне можно верить. Я очень благодарен тебе и несказанно рад, что ты жива и снова в порядке.       Получилось вполне правдоподобно и складно. Драко про себя отметил, что сам бы, наверное, без труда поверил себе на её месте. — Про крестраж в Выручай-комнате я помню. А тебя … постой! — Лис вдруг округлила глаза, глядя куда-то вперед и явно отчаянно копаясь в собственной памяти. — И тебя вроде тоже помню. Правда, не совсем тебя, а словно … — она нахмурилась. — Словно что? — мигом заинтересовался Драко. — Да не важно, не смогу объяснить, — Певерелл мотнула головой, словно отгоняя что-то из мыслей, а затем снова заглянула слизеринцу в глаза. — Это очень странно, правда. Прости, что ты так рад меня видеть, а я совсем ничего не могу про тебя вспомнить даже. Вероятно, мне слишком часто ворошили память, пока исправляли ужасы, наведенные в моей голове Тьмой. И что-то повредили, — девушка сконфуженно улыбнулась, снова подходя ближе и касаясь его мантии кончиками пальцев. — Но я правда очень рада снова познакомиться с тобой.       Малфой грустно усмехнулся накрывая ее пальцы своими и чуть сжимая. — Ничего. К тому же, ты уезжаешь, и вряд ли мы сможем увидеться снова. — Отчего же? Я буду встречаться с ребятами на каникулах — они обещали приезжать ко мне или выбираться всем вместе куда-нибудь в Европу. Если захочешь с нами — думаю, они будут рады твоей компании. — Я бы хотел. Очень, — Драко старался отогнать навязчивые мысли о том, что Астория не отпустит его от себя ни на шаг, куда бы он ни отправился. Однако и сам понимал, что обманывает себя, и не стоит тешиться пустыми надеждами. Они с Лис больше не увидятся. — Ну вот и славно. Прости, мне нужно идти: тут столько вещей еще надо собрать. Я забрала все свои пожитки из лондонской квартиры еще той зимой и за каким-то Мерлином рассовала их по всей нашей комнате. Теперь пытаюсь припомнить, где что. А с памятью у меня в последнее время, как ты уже наверное понял, беда, — Певерелл осторожно отняла руку, явно собираясь уходить. — Если хочешь, я мог бы тебе помочь, — ему отчаянно не хотелось отпускать её.       Лис удивленно подняла брови, и Драко уже подготовился, что она вежливо откажет. Но та неожиданно усмехнулась и кивнула в сторону спальни. — Я только за, остальные отказались мне помогать. Мама сказала, что я сама развела из своих вещей хлев, и она не станет потакать моей безалаберности. Папа и свои-то вещи никогда не собирает, все делают домовики. Тем более, зная его, он половину забудет. А магией все разом не собрать — мои вещи лежат вперемешку с Гермиониными, надо все внимательно сортировать. — А Грейнджер? — подсказал он, с грустной улыбкой наблюдая за расслабленной и деловитой Певерелл, которая тут же вернулась к оставленному на кровати вороху одежды. — А Герм постоянно плачет, когда речь заходит о моем отъезде. Мы очень сблизились за эти пару лет. Вот честно: не понимаю, чего она так остро реагирует. Поступала бы лучше со мной в Калифорнии в Академию — тогда бы вообще не расставались никогда! — Не могу её винить. Ты славно помогала ей держать Поттера и Уизли в ежовых рукавицах. — А вот это правда, — рассмеялась Певерелл, поднимая груду платьев и складывая их в аккуратную стопку. — Ну ничего, я все же надеюсь уговорить их поступить вместе со мной.       Заметив, что Драко остановился в нерешительности у дверей, Лис спохватилась — окинула взглядом помещение, явно прикидывая, что можно было бы поручить ему. — Можешь, пожалуйста, разобрать вот этот шкаф? — она указала тонким пальцем на небольшой гардероб у стены. — Там все просто: если аккуратно сложено — это Гермионино. А если свалено в кучу — то мое. Нужно сформировать стопки, чтобы легко было убрать в чемодан. Знаешь эти чары? — Разумеется, — Малфой усмехнулся. — Никогда бы не подумал, что ты хранишь вещи таким образом. Очень… свободолюбиво.       Певерелл рассмеялась, отправляя в него магией небольшую подушку с кровати. — Ты говоришь в точности как моя мать. Прекрати немедленно! Я и сама знаю, что аккуратность — не моя сильная сторона. Но что ж теперь поделать.       Он ловко увернулся и с тихим смешком распахнул высокие дверцы, окидывая взглядом фронт работ. Некоторые полки были забиты чинно возвышающимися колоннами футболок и маек. Другие же являли собой хаотичную картину разнообразных вещей, засунутых наспех и словно в спешке.       Не сдержавшись, слизеринец прыснул. — Ну вот, а ведь сам напрашивался помочь, — насупилась Певерелл. — Еще нотацию мне прочитай. — Прости, но это очень забавно. Ты всегда была такая собранная и прилежная в школе. Никогда не думал, что твоя стихия — хаос. — Грустно это признавать, но я просто избалованная, — смешливо отозвалась Лис. — У нас в Аризоне вещами всегда занимались домовики. Я пыталась сперва делать так же аккуратно как они, но очень быстро сдалась. Такая тоска. Тем более, это совершеннейший закон подлости: как только я наведу порядок в шкафу, мне тотчас же понадобится что-то из самого дальнего ряда. И, сам понимаешь, все старания идут книззлу под хвост. — Но ведь у Блэка тоже есть домовик, — язвительно поддел Драко.       Ему безумно нравилась их непринужденная беседа. — Ага, есть. Вот только я строго-настрого запретила ему касаться моих вещей. И знаешь, почему? — Лис сжала губы, сдерживая улыбку. — Почему? — Потому что один раз, когда мы с Герм забыли порт-ключи и вернулись их забрать, то обнаружили здесь Кричера в моем коктейльном платье и во всех украшениях, которые только смог найти!       Малфой закашлялся, в попытке сдержать смех. — Вот-вот. А он, как мне кажется, за последние пару веков совсем не мылся. Если вообще когда-либо утруждал себя этим.       Слизеринец всё же расхохотался. — Вот тебе смешно, а мне пришлось то платье выкинуть. Хотела отдать ему, но Сириус вряд ли обрадовался бы, освободи я ненароком его домовика. Ведь Кричер называет меня хозяйкой, мало ли как это могло сработать.       Отсмеявшись, Драко принялся за порученное задание, все еще то и дело поглядывая на Лис из-под ресниц. Звенящее счастье от того, что она снова была рядом с ним — такая же легкая и непосредственная, как и всегда — затмило собой сосущую тоску от ожидания скорой разлуки. Некоторое время они работали в тишине, прерываемой только слабым шорохом тканей. — Постой, а как ты вообще нашел меня тогда? — вдруг протянула Лис, отправив очередной ворох вещей в увеличенный Чарами невидимого расширения саквояж. — Да это случайно вышло. Я думал, что ты мертва, и… — Драко замялся, лихорадочно соображая, как ответить на вопрос, не нарушив их с Тадеушем договоренности. — И? — подсказала Певерелл, с интересом изучая его взглядом. — В общем, когда мы с тобой виделись в последний раз, я… нагрубил тебе. И мне было стыдно. Поэтому я достал у отца зелье, которое позволило бы увидеть тебя в последний раз и извиниться. — Да ну? И что же ты мне наговорил? — девушка подошла ближе, присаживаясь на край кровати и всем видом показывая, что не отстанет, пока не добьется всех интересующих ее ответов. — Да знаешь, уже не помню даже, — уклончиво проговорил Малфой, улыбаясь. — Можем сыграть в игру: кто из нас быстрее вспомнит, в чем заключалась обида, тому приз.       Лис звонко расхохоталась, откидывая голову назад.       Драко быстро отвел взгляд, едва успев подавить в себе порыв опрокинуть ее на постель и наброситься с поцелуями. — Ну хорошо, — объявила наконец Певерелл. — Игра так игра. Только вот что за приз? Нужно же знать, ради чего стараться. — Хм, а вот это уже интересный вопрос. Дай подумать. Давай на желание? — О-хо-хо, а вот это прямо-таки слизеринская заявка на победу. Учитывая, что тебе память никто не подтирал. — Это верно. Однако ты уже согласилась. Поэтому советую напрячь все силы, чтобы не остаться в должниках, — подмигнул ей юноша и снова повернулся к шкафу. — Кажется, теперь я понимаю, почему мы подружились. Ты просто невероятный засранец. Мне такие обычно по душе, — Певерелл легко поднялась, возвращаясь к сиротливо стоящему на полу саквояжу.       Драко не ответил, снова улыбаясь себе под нос.       Уже не было смысла терзаться и мучить себя мыслями о неизбежном — уж лучше насладиться последними минутами, которые он мог провести с ней. ***       В маггловский аэропорт Хитроу Малфой попал впервые. Вокруг сновали суетливые люди, то и дело задевая кого-нибудь из их небольшой процессии необъятными чемоданами.       Слизеринец шёл вместе с Золотым Трио и Лис. Чуть поодаль, чтобы не привлекать лишнего внимания, торопливо шагали родители Певерелл вместе с принявшим Оборотное зелье Блэком и Люпином. Все, даже Сириус, были одеты по-маггловски, ничем не выделяясь из гудящей и копошащейся толпы вокруг них. — Обещай, что будешь писать нам, — в, наверное, тысячный раз потребовала Грейнджер, строго поглядывая на Лис из-под длинных, даже чуть подкрашенных сегодня ресниц. — Клянусь, Герм. И все еще надеюсь, что писать мне вам долго не придется: ведь у нас в Америке такие замечательные магические университеты! — Пришли мне каталоги, когда будешь выбирать себе. Так уж и быть, я тоже гляну, — милостиво согласилась Гермиона. — В конце концов, нужно хоть раз в жизни выбраться в другую страну пожить. Это же тоже колоссальный опыт и расширение кругозора. Да и язык учить не надо — очень удобно. — Такой ход мыслей меня полностью устраивает, — довольно проговорила Певерелл, заискивающе поглядывая на Гарри. — Ну, тебя, братец, даже зазывать не буду. У тебя тут есть дела поважнее старой кузины, — она многозначительно поиграла бровями. — Я буду наведываться в гости, так просто ты от меня не отделаешься. Хотя я все еще зол на тебя за твою выходку с руной Жертвы. Никогда больше не делай так! — Поттер, вопреки отъезду Лис, был в приподнятом настроении. Впрочем, оно не покидало гриффиндорца с тех пор, как Певерелл пришла в себя. — Я к вам приезжать не смогу, но, надеюсь, увижу вас летом или хотя бы на следующее Рождество, — снова подала голос Лис. — За билеты и дорожные расходы не переживайте. Папа обещал порекомендовать меня на стажировку к своему давнему приятелю, поэтому все затраты на мне! — Ну вот еще! Что я, своей девушке билета на самолет не смогу позволить что ли? — независимо отозвался Уизли, накрывая ладонь Гермионы своей. Та бросила на рыжего юношу застенчивый взгляд. — Это всё решим, главное — приезжайте!       Они уже дошли до стоек регистрации и теперь ждали отставших от них чету Певереллов и двоих мужчин. — Я буду скучать, — Поттер подошел к кузине и прижал её к себе, слегка приподнимая над полом.       Та обвила его руками в ответ и звонко чмокнула в щёку. — И я, родной.       Затем Лис по очереди обняли Гермиона и Рон.       Драко стоял в паре шагов от них, ожидая своей очереди попрощаться с Певерелл. Коснуться её в последний раз. Он старался не выдать эмоций, держась в стороне и не произнеся за весь путь от Блэк-холла до аэропорта ни единого слова. Хотя ему хотелось кричать от боли и тоски.       Заметив его грустное лицо, Лис сама подошла к нему и заглянула в глаза. — Тебя я тоже очень надеюсь увидеть вместе с ребятами у нас. Будет весело! — девушка нежно улыбнулась и собиралась уже было отойти — видимо, рассудив, что они с Малфоем не достаточно близки для прощальных объятий.       Но Драко не мог лишить себя последнего шанса почувствовать ее в своих руках. Поэтому он сам стремительно преодолел разделяющее их расстояние и прижал Лис к груди, касаясь подбородком ее волос. — Обязательно приеду как только с меня снимут ограничение на выезд из Англии. Буду рад снова увидеться с тобой, Певерелл.       Девушка усмехнулась ему в плечо, позволяя обнимать себя. Впрочем, через пару секунд за спиной слизеринца раздалось деликатное покашливание Тадеуша, и Малфой с сожалением отпустил ее. — Ну всё, дорогие ребята. Нам пора отправляться в путь. Алиса, твои маггловские документы, — обратился он к дочери, протягивая ей небольшую синюю книжицу с изображением орла. — Точно увидимся летом? — с надеждой заглянула Певерелл сперва в лицо подруги, а затем — кузена. — Обязательно. Я уже скучаю, — на глазах Гермионы снова заблестели слёзы. — Ждите от меня сову с брошюрами, — с этими словами Лис махнула им на прощание рукой и поспешила вслед за родителями.       Драко смотрел вслед удаляющейся девушке и едва сдерживался, чтобы не броситься следом. Это ощущалось болезненно несправедливым: после всего, что произошло, после того как он был уверен, что потерял её навсегда, и вдруг нашёл — терять Певерелл снова. Смотреть, как она уходит. Сжав зубы, игнорировать колкий ком в горле. И отпускать её.