Глава 40. Свидание

— Первое: ты должна соблюдать условия контракта. — О… — «Всё равно ты не сможешь следить за мной 24 часа в сутки 365 дней в году. Найду лазейку и подцеплю какого-нибудь красавчика, почему бы и нет». Дуань Шаоянь словно прочитал её грязные мысли. Его лицо стало строгим, а взгляд — пронзительным и острым: — У меня есть одна особенность: слишком чувствительный нос. Если я почувствую на тебе запах, которого быть не должно, у меня может начаться аллергия. …Ты что, собака? — О, ладно, — хотя в душе она была крайне недовольна, на словах согласилась неохотно. — Второе: если ты не захочешь продолжать выполнять условия контракта, можешь сказать мне прямо. Я не отберу у тебя виллы в Цзинъань и Чунмине и не выгоню из семьи Дуань. Но с этого момента мы разорвём все связи, и я больше никогда не встречусь с тобой наедине. Е У подумала и решила, что это приемлемо. Это как с Ли Юньанем или Сюй Фэном: хоть они и не были её возлюбленными, она ожидала от них верности, пока длились отношения. К сожалению, оба в итоге разочаровали её. Предложение Дуань Шаояня показалось ей справедливым, и она согласилась. — Хорошо. — Вот и славно. — Дуань Шаоянь погладил её по голове и вздохнул. — Я не уезжаю. Е У почувствовала, как засохший росток в её сердце медленно оживает, покачивая головкой и отбивая быстрый ритм в груди. — Не уезжаешь? — Мгм. — Ты держишь слово? Дуань Шаоянь сохранил невозмутимость, но в его жесте сквозила насмешка пополам с беспомощностью. Он ущипнул её за щёку: — Разве не ты единственная, кто здесь не держит слово? Солнечный свет лился из окна, наполняя комнату мягким сиянием и танцующими пылинками. Росток в сердце щекотал её изнутри, вызывая желание рассмеяться, но она не хотела показывать свои эмоции Дуань Шаояню, поэтому сдержалась и серьёзно кивнула. Благородный муж верен своему слову. Хотя Е У сомневалась, можно ли назвать Дуань Шаояня благородным мужем, обещание он сдержал. На следующий день он привёл дела в порядок и передал их способному доверенному лицу, отправив того в Германию заниматься семейным бизнесом. Сам же остался в Шанхае, помогая отцу управлять делами главного дома и торговыми операциями в регионе Цзянсу и Чжэцзян. Он всегда действовал тщательно, продумывая всё на три шага вперёд и назад. Поэтому, несмотря на изменение планов, передача дел прошла гладко и организованно, чем господин Дуань остался очень доволен. В свой выходной Дуань Шаоянь, как обычно, приехал в Цзинъань. Е У лениво бродила по огромному саду, помахивая сухой ивовой веткой — хлесть влево, хлесть вправо. Вид у неё был унылый. Неудивительно: с древних времён осень навевает тоску. Стояла поздняя осень, всё вокруг пожелтело и увяло, в воздухе чувствовалось приближение зимы. В такие унылые дни Е У было лень даже наряжаться. Закутавшись в толстую шубу, она заранее впала в спячку. Дуань Шаоянь вышел из машины и помахал ей. Е У увидела его, но лишь закатила глаза и с силой хлестнула веткой в его сторону. Дуань Шаоянь подошёл ближе. Он был одет в чёрный плащ скромного фасона, но отличного кроя, который подчёркивал его статную фигуру, широкие плечи и узкую талию. — У наставницы плохое настроение? —… — Е У не ответила, но её взгляд сказал всё. Дуань Шаоянь слегка улыбнулся. В лучах осеннего солнца его тёмные глаза и брови казались мягче и взрослее. — Садись в машину. Сегодня я свободен, прокатимся. — Я никуда не хочу. Дуань Шаоянь проигнорировал её уныние и потащил в машину. Они ехали по пустынной загородной дороге, машин было мало. Е У свернулась калачиком на пассажирском сиденье. Скучный салон без единой безделушки усыплял её. Незаметно для себя она закрыла глаза и задремала. Неизвестно, сколько времени прошло, когда она услышала голос Дуань Шаояня: — Наставница, просыпайся. — Мгм… Она лениво промычала что-то невнятное, собираясь продолжить сон, но упрямый «мелкий паршивец» растормошил её: — Хватит спать, уже полдень. —… Делать нечего, пришлось открыть глаза. Крыша кабриолета была опущена. Над головой раскинулось бескрайнее небо, чайки кричали и кружили низко над водой. Взгляду открылась бесконечная береговая линия: грубый песок, огромные валуны, разбросанные по отмели. Шум прибоя и крики птиц эхом разносились в осеннем воздухе. — Сюда редко кто заглядывает, — заметив, что она проснулась, Дуань Шаоянь улыбнулся и заправил ей за ухо выбившуюся прядь волос. — Можно весь день сидеть и ни о чём не думать. Е У, привыкшая к жизни в бетонных джунглях и блеску роскоши, вдруг оказалась в месте, где царили простор и свобода. Воздух пах морем, а далёкие корабли казались лишь крошечными чернильными пятнышками на горизонте. Ей стало интересно, но, глядя на красивое лицо Дуань Шаояня, она не удержалась от желания поддразнить его. Сохраняя невозмутимый вид, Е У нарочито пренебрежительно сказала: — И на что тут смотреть? Одни камни да птицы, мне это не нравится. В глазах Дуань Шаояня мелькнуло разочарование, но оно быстро исчезло. Он снова улыбнулся: — Хорошо, тогда займёмся чем-нибудь другим. Он вышел из машины, достал из багажника три или четыре тяжёлых пакета и пошёл к берегу. Е У стало любопытно, и она поплелась следом. Идти по камням на каблуках было неудобно, она ковыляла, как утка. Дуань Шаоянь поставил пакеты, обернулся и увидел её неуклюжую походку. Он не сдержался и прыснул. Морской ветер трепал его чёлку и воротник рубашки; он прищурился, и его профиль на фоне синего моря казался прекрасным сном. Сердце Е У дрогнуло, она засмотрелась и оступилась, нога застряла между камнями: — А-а-а! Дуань Шаоянь рассмеялся в голос. Е У вспыхнула от стыда и гнева: — Чего ржёшь?! Помоги лучше! Застряла! — Хорошо, хорошо, как скажет наставница. Дуань Шаоянь подошёл, опустился на одно колено и принялся освобождать её каблук из каменного плена. Е У смотрела сверху вниз на его широкую спину и мягкие чёрные волосы, чувствуя, как его руки касаются её лодыжки. Осенняя хандра постепенно рассеивалась, уносимая морским бризом, оставляя в душе ясность. Туфлю вытаскивали долго, и Е У решила больше не мучиться. Она разулась и пошла по камням босиком. В пакетах оказалось всё для барбекю. При виде мангала глаза Е У загорелись хищным блеском. Забыв про игру в «кто кого перехолодит», она радостно воскликнула: — О! Шашлыки! Пикник! Ну ты даёшь, Дуань Шаоянь, молодец! Дуань Шаоянь улыбнулся: — Рад, что тебе не скучно. Е У поджала губы, сдерживая улыбку, и взглянула на него. Надо признать, с тех пор как она согласилась соблюдать контракт, характер Дуань Шаояня заметно улучшился. Исчезли прежний холод и высокомерие. Иногда ей даже казалось, что этот главный босс её жизни может быть довольно нежным. Хотя она до сих пор не понимала, зачем ему этот контракт, его «сервис» был куда качественнее, чем у Ли Юньаня. Главное, что ей было комфортно. Поэтому Е У решила не копаться в его мотивах. Всё, чему могла, она его уже научила; взять с неё больше нечего. Оставалось только наслаждаться моментом. Они вместе собрали мангал, разожгли угли и, усевшись на камнях, принялись жарить еду, словно школьники на экскурсии. Е У заглянула в пакет с продуктами и тихо ахнула. Кальмары, куриные хрящики, шашлычки, сайра, мойва, сельдь, куриные крылышки — всё, что нужно для счастья. Пусть это не деликатесы из особняка, но для барбекю — самое то. Е У прищурилась и захихикала, как довольная рыжая лиса, виляющая хвостом. — Скажу тебе по секрету: я мастер барбекю. Я пять лет прожила на северо-западе, так что в жарке баранины достигла совершенства. Никто со мной не сравнится. Болтая, она торопливо раскладывала еду на решётке. — Смотри и учись! Главное — контролировать жар. Вот так надо жарить! Закатав рукава, она начала яростно махать веером над углями. В итоге она наглоталась дыма, а еда превратилась в загадочные обугленные куски. Дуань Шаоянь холодно прокомментировал: — Похоже на метеориты или куски угля. На еду точно не похоже. Е У не сдавалась. Она откусила кусок, едва сдерживая рвотный позыв, но слово не воробей. Под острым, как нож, взглядом Дуань Шаояня она, спасая лицо, с трудом проглотила горелый кусок. На глазах выступили слёзы, но она гордо задрала голову: — Вкусно. Дуань Шаоянь скрестил руки на груди и усмехнулся: — Раз вкусно, ешь побольше. Е У: «………………» Она ошиблась. Этот человек ничуть не изменился! Вся эта нежность, доброта и спокойствие — фальшивка! Этот мелкий паршивец по-прежнему остаётся чёртовым демоном!!! Автору есть что сказать: Я — остроумный господин Автоматическая Публикация Черновиков! Ребята, всем доброго вечера! Как ваши дела с добавлением в избранное, кликами и комментариями? Если всё плохо, мне останется только уснуть в своей постельке, утирая слёзы и ковыряя пятку. Спасибо сестричке Фэн-цзы за питательный раствор. Не знаю, почему он отобразился в системе только сегодня, прямо до слёз.