Глава IV. Сумеречный дол

Рыбацкие поселки тянулись вдоль побережья, наполненные людьми, казалось, абсолютно не имевшими представления о проблемах мира насущного. Все также их мужи вылавливали и разделывали треску и сельдь, все также их женщины несли к воде тряпки для стирки, а дети носились сплошь и рядом, вооруженные не то палками, не то комками грязи. Как-будто бы и не было никакого мятежного лорда, пленившего драконьего короля, и не образовывался вокруг Сумеречного дола лагерь осаждающих. - Спешимся здесь. Сумерки опускались на землю пока ещё тонким покрывалом, и сердце Эртура билось в ожидании. Они остановились у небольшой рощицы, к югу от жужжающего лагеря осаждающих. Ещё утром Рыцарь Зари переговорил с лордом Муттоном, чьих людей здесь начислялось больше всего (уж до тех пор, пока все Речные Земли не явились к монарху на подмогу), и нынче ничто не отделяло его от свершения приказа. - Зря вы меч не прихватили,- где-то на затворах сознания прозвучал тихий, но не менее от того ироничный голос сира Освелла.- Лук в таком деле бесполезен. - Разве?- отвечал ему в той же манере лорд Куруфин. Надо заметить, пусть голос этого иностранца был силен и певуч - так, что хотелось слушать его целый век без устали - каждый раз, когда он разрывал пространство, в Эртуре поднималась волна необъяснимого беспокойства. Он не был закрытым человеком, вполне радушно общаясь с людьми самого разного склада. Сир Дейн не брезговал ни возвышенными беседами с напыщенными лордами, ни сальными шуточками простолюдинов… и, все же, инстинкт солдата, искушенного боем ни один раз, предупреждал его от быстрого принятия этого лорда. - Хотите поспорить?- все не унимался Уэнт, переходя на шепот. Оставив своих лошадей, рыцари незаметно продвигались к городским стенам. - Насколько я помню, люди подкрепляют споры материальными вещами,- философски протянул Куруфин, и его формулировка показалась Эртуру весьма странной. Вероятно, оттого, что Общий язык этот человек учил, как второй, и оперировал им, как неродным.- Так что же вы хотите отдать мне, когда проиграете? По правде сказать, несмотря на неколебимую самоуверенность иноземца, Эртур не был бы так уверен в его гипотетическом выигрыше. Как истинный рыцарь, к стрельбе он питал лишь косвенный интерес, и вряд ли осмелился бы превознести стрелы выше доброго клинка. Особенно, если речь идет о том, дабы умертвить противника, подобравшегося на расстояние вытянутой руки. Хотя, возможно, на родине Куруфина благородные люди и могли отдавать предпочтение кускам дерева и тетиве… вот только где конкретно была эта родина? В Вольных городах? Асшае? Слишком много вопросов, оставленных без ответа. - Разделимся,- сказал Эртур, накидывая на голову капюшон.- Сир Левин и сир Освелл, вы зайдете со стороны гавани. Сир Барристан - со стороны рынка, он должен быть менее всего охраняем. А мы с лордом Куруфином взберемся на крышу септы. Встретимся у ворот. Конечно, логичнее было бы отправить иностранца в одиночку «осаждать» рынок, ведь, так проще всего было бы забраться на стены - и, в случае надобности, спустить на прихвостней Дарклинов дождь стрел… Тем не менее, человеком он был не проверенным, и к тому же ещё и слишком приметным. Заметь кто-то из местных это высокую фигуру, чье изящество мало скрывают даже честно нацепленные лохмотья, едва ли бы не догадался о неладном. Кажется, иностранец и сам предполагал о чем-то похожем, а потому, кроме непроницаемой маски на лице, никакой реакции от него не последовало. Итак, беспрекословно подчиняясь приказу Эртура, рыцари рассыпались по намеченным позициям, как выпавшие из разорвавшегося ожерелья бусины. Рыцарь Зари, поглядывая за стенами, на которых кое-где виднелись одинокие огоньки - часовые - повел иностранца к тому месту, где крыша старой септы клонилась слишком близко к стене. Карабкаться по камням без снаряжения было бы занятием трудным, но не невозможным - достаточно обладать крепостью рук и отважно продвигаться вверх, цепляясь за выступы. - Осилите?- сам не понимая, для чего, поинтересовался у Куруфина Эртур. В вопросе его практически не было злого умысла. Иноземец окинул рыцаря таким взглядом, будто только что впервые осознал его присутствие рядом с собой. Окаймленные густыми ресницами глаза казались почти темными. Не произнося ни слова, лорд Куруфин подошёл ближе к стене и, оттолкнувшись от земли, начал свой подъем. В ловкости его не приходилось сомневаться - казалось, будто бы мужчина взбирается по невидимой веревке. Руки и ноги передвигались быстро и точно, как в причудливом танце, и Эртур не успел толком уловить тот момент, когда иностранец уже взирал на него со стены сверху-вниз, с выражением добравшегося до ничего не подозревавшей птички кота. - Руки вам не подать, сир?- с явно ложной невинностью поинтересовался лорд Куруфин. - Обойдусь,- махнул рукой Эртур, про себя все же усмехнувшись. Действительно, иноземные таланты оказались им жутко недооценены. Карабкаться по стене оказалось приблизительно так, как себе и представлял Дейн - уклон был прям, и выщербленных камушков - немного. Тем не менее, справился он относительно быстро. Затем, не теряя времени, оба мужчины спрыгнули на крышу септы, сработанной из сероватой черепицы, и спустились на землю. Улицы города были пусты, и, помимо всего двух солдатов Холлардов, они не слышали более никого. Прямого столкновения с последними избежать было достаточно легко - Эртур резко утянул иностранца в тень небольшого домика с расписанной красками дверью (видимо, жилище художника или какого-нибудь мастера). Едва только стражи скрылись, что-то бездумно напевая, Куруфин сбросил чужую руку со своего плеча с очевидной брезгливостью, едва не морщась. Эртур нахмурился. - Я не слишком вам приятен,- сказал он, скорее констатируя факт, нежели обвиняя. Всю дорогу от королевской гавани они не перекинулись более, чем десятком слов, и теперь Рыцарю Зари это казалось неким упущением. - Мне кажется, сейчас не время для разговоров,- напомнил Куруфин, выходя из их укрытия и продвигаясь далее к возвышающейся над поселением крепости. - Отчего же, самое оно,- пожал плечами Рыцарь Зари.- Мне бы хотелось знать, что в случае боя мне не придется отвлекаться еще и на вас. - Прелестно,- недобро улыбнулся Куруфин, показывая зубы.- Это в вас любопытство проснулось, или же вы пытаетесь меня оскорбить, сир? Сир Дейн выдержал его тяжелый взгляд без лишних усилий. Он был честен, и интересовался не из праздных побуждений, а потому и не видел смысла в смущении или раздражении. Безусловно, невозможно заставить всех окружающих без исключения себя уважать или принимать, однако сражаться бок о бок лучше с тем, кто точно не ударит в спину. - Позвольте развеять ваше беспокойство. Вы и вправду мне не слишком приятны… но, в то же время, с вами это никак не связано,- спустя какое-то время заявил Куруфин, а после, видимо, решив, что без более подробного объяснения не обойтись, добавил.- Вы напоминаете мне одного… старого знакомца. - Вот как?- приподнял брови Эртур.- Кого? Бывал ли иностранец ранее в Дорне? Возможно, там он и выучил Общий язык, а заодно и сумел столкнуться с будущим… врагом. - Его звали Берен,- коротко возведя очи к небесам, поделился иностранец. Тонкие пальцы коротко одернули воротник рубахи, делая его свободнее.- Он украл кинжал, который мне был дорог... и в целом был существом неимоверно подлым. Сказав это, он, впрочем, вдруг посмотрел Эртуру прямо в глаза и усмехнулся. - Хотя, в отличии от вас, он мылся чаще, чем раз в году,- фыркнул иностранец.- Так что, за свою спину можете быть спокойны - если я и перепутаю в темноте ваше лицо с его, запах мне подскажет истину. Дейн не стал возмущаться, и сам коротко посмеявшись. Ответ его вполне устроил, ведь, прежнее презрение в лице лорда истаяло, как легкая изморозь по утру… да и замечание о запахе было весьма справедливым. Спешная дорога к Сумеречном долу, в конце концов, не располагала к приемам ванн. - Где остальные? Преодолев вторую стену, спросил Эртур у Барристана Селми. Уроженец Штормового предела стоял на бастионе, очищая замаранный в крови часового меч о рукав своих «крестьянских» одежд. Сира Освелла и Ливена поначалу видно не было, хотя они объявились раньше, нежели Селми сумел ответить на вопрос. Место, где они находились было чересчур открыто по мнению Рыцаря Зари, и им ты следовало поскорее оттуда убраться, исполнив свою задачу. - Король в западной башне, под охраной,- внезапно поделился Ливен Мартелл, гневно выплюнув слова, и в руке у него Эртур заметил окровавленный кинжал.- Стражник, с которым мы только что весьма любезно беседовали, слышал его крики. Дух решимости, исходивший от двоих объявившихся рыцарей, был настолько осязаем, что, казалось, его можно было бы резать, как пирог. Эртур, предугадывая, о чем те сейчас будут вести речь, предупреждающе поднял ладонь. - Принц велел лишь открыть ворота,- произнёс он то, что и сам себе мысленно повторил уж десять раз как.- Солдаты Девичьего Пруда ждут нашего сигнала. Стоило лишь открыть ворота и сбросить со стен зажженный факел… - Но наш долг все же прежде всего - перед королем,- упрямо напомнил сир Освелл.- Нет сомнения в том, что его… подвергают издевательствам, пыткам. Разве, мы не давали присяги, не клялись защищать государя прежде всего? - Что изменит пара часов?- спросил Эртур. - Возможно, через пару часов, его уже не будет в живых,- мрачно ответил сир Левин, кусая губу. На мгновение воцарилась тишина. Краем глаза Дейн уловил, как сир Барристан перехватил свой меч поудобней. Бесспорно, этот человек никогда бы не ослушался приказа, и, повели Рыцарь Зари следовать изначальному плану, исполнил бы все без капли сомнений. - Клятвы священны, сир Эртур,- подал вдруг голос лорд Куруфин.- Если уж вы присягали хранить короля, это - ваша первая обязанность. И принц, насколько я могу предположить, едва ли пожелал бы, чтобы вы пожертвовали его отцом в угоду формальностям. Эта простота, эта убежденность несколько удивили Дейна, но в то же время, на душе его стало как-то легко. Действительно, стоять на перекрестке дорог, выбирая направление, зачастую неприятно, но все же наличие ориентиров - незыблемых, правильных… вдохновляло. - Пусть так,- согласился он.- Но за государем сможет отправиться всего один человек - мы и без того рискуем быть раскрытыми в любой момент… - Позвольте, сир Эртур,- попросил сир Барристан, приподняв гордый подбородок.- Я - единственный, кто ранее бывал в этом форте, и смогу отыскать короля быстрее. Поборов поднимающееся в груди тревожное чувство, Дейн кивнул. Он смотрел вслед удаляющемуся собрату, но не дольше, нежели в течении нескольких минут, а затем обратился к троим спутникам: - Мы будем ждать у конюшен. - Я мог бы остаться здесь,- предложил иностранец.- Отсюда хороший обзор, для стрелка. - А сами вы как отсюда выбираться собрались?- мрачно изрек Рыцарь Зари.- Или, помимо острых ушей, у вас ещё и крылья имеются? На одно мимолетное мгновение, лицо иностранца исказилось, и глаза грозно сверкнули во мраке ночи. Эртур ударил по больному - еле-еле выглядывавшие из-под частично сплетенных в тугую косу волос уши точно были не то признаком калеки (подрезали в детстве, повинуясь диким заморским ритуалам?), не то… чем-то похуже, и лорд, судя по всему, к этой теме относился с заметной чувствительностью. - Я с этим разберусь,- холодно сказал иностранец.- Поспешите. Время поджимало, и Эртур не стал продолжать разговор. Умри лорд Куруфин этой ночью или нет - особенного огорчения рыцарь не почувствует. Конюшни располагались очень близко. Запах животных нечистот, пусть и не был разящим, все же легко ощущался в воздухе. Видимо, с переполохом последних дней тщательных чисток не проводилось. Рыцари заметила конюха, спящего, облокотившись на дверную рамку у стойл. Сир Барристан выбежал во двор не далее, как через полчаса, и конюха постигла печальная участь. Из утробы замка доносились крики, огоньки замерцали в окнах и бойницах. Селми, выводя укрытого в его дешевый, усыпанный дырами короля (помимо этого, совершенно обнаженного), видимо, умертвил тюремщиков недостаточно быстро - и те успели закричать и поднять обитателей Данфорта на ноги. Прикончив конюха взмахом меча, рыцари спешно вывели скакунов из стойл и взмыли в седла. Короля, сильно исхудавшего и едва державшегося на ногах, сир Барристан усадил перед собой и аккуратно придерживал. Солдаты - как и сам лорд Денис Дарклин - усеяли внутренний двор крепости. Вместе с Холлардами, из насчитывалось около двадцати человек, и все же их с каждой минутой прибавлялось. Дав возможность Селми отступить, увозя монарха подальше, на улицы города, Белые плащи вступили в бой. Эртур мечом разрубил сира Саймона Холларда от левого плеча до правого соска, мстя за жизни убитых им собратьев, сопровождавших Эйриса в эту проклятую твердыню. Лошадь сира Ливена оказалась ранена болтом, и секундами позже вражеский арбалетчик пал, сраженный одной из стрел Куруфина. Та же участь постигла подбежавшего к Эртуру молодому солдату с копьем - стоило тому лишь поднять руки с диким криком, как одна стрела вонзилась в его подмышку, точно между металлических пластин, а другая, почти сразу же, между глаз. Каким образом иностранцу удавалось демонстрировать подобную меткость в час волка, когда даже луна светила слабо, оставалось загадкой. - В лагерь!- скомандовал Дейн. Крепость Рыцарь Зари покинул последним, прикрывая братьев по оружию. Скакун его перешёл на галоп, и отчаянный ветер холодил тело. На миг отдавшись азарту скачки, погони, Эртур довольно быстро с ужасом отметил нежданную преграду у себя на пути. Прямо на дороге, у ворот внутренних стен, стоял лорд Куруфин. Видимо, ему удалось слезть со стены… Бег лошади был слишком быстр, а мужчина стоял слишком близко, и остановить или увести жеребца в другую сторону едва ли получилось бы. Эртур вцепился в поводья с силой, готовясь к неизбежному… но столкновения не ощутил. Все произошло чересчур быстро - мелькнули перед глазами чужие одежды, и Рыцарь Зари почувствовал за своей спиной движение. Как будто бы… иностранец сумел каким-то чудом запрыгнуть на жеребца и в эту же минуту восседал сзади. Это было невозможно. Это было… - Кажется, Освелл Уэнт выиграл спор,- абсолютно спокойно прозвучало где-то над ухом.- У меня закончились стрелы. Перед взором показались вторые ворота… и огни лагеря совсем близко. Позже, Эртур будет думать обо всем этом позже, когда убедится в сохранности короля и других своих товарищей, и когда солнце взойдет над этой проклятой землей.