Глава 13 " Вспомнить прошлое"

Чигаго, Вест-Сайд, магазин «Ирландский котел миссис Дженкинс» За прилавком крошечной конуры, где мог расположиться только киоск с вейпами или подобная шарашкина контора, стояла девочка лет 16-ти и читала электронную книгу, усиленно пережёвывая жвачку. Одри успевает рассмотреть на экране логотип «Wattpad». Любительница фанфиков. Прекрасно. Увидев посетительницу, девочка тут же выключает экран. - Доброе утро! – Наушники спускаются на шею, оголяя маленькие розовые уши, проколотые, по меньшей мере, сто тысяч раз. По Одри проходится равнодушный взгляд. - Ароматические свечки? Таро? С Марвел, к сожалению, закончились. - Я не за картами. – Одри мнительно осматривает ряды побрякушек для обывателя. Девочка в карикатурном удивлении округляет глаза. - Мне нужен самый большой ловец снов, но без заговоров и прочего...повесить, и чтобы работал. Продавец оборачивается, разглядывая подсобку, и шевелит губами словно что-то додумывая. – Бессонница? Кошмары? – Она запинается, словно сомневаясь: спрашивать или нет, но тихо, вроде как невзначай, произносит: - Или…? – И ныряет под кассу в поисках товара. - Это кошмары, да. Но скорее нет. Мне надо перестать… Одри замолкает, подбирая слова. Продавец настороженно выглядывает из-под прилавка. -…перестать ходить в гости. Девочка настороженно вылезает, выпрямляется в полный рост. - Я задам пару уточняющих вопросов, чтобы лучше понять вас. Прекрасно…на камерах магазина будет слышно, как я объясняю весь этот бред продавцу. - У нас в магазине нет камер. Одри понимает, что рассмотрела все углы на потолке. Лицо бросает в жар от смущения. - Убрали за ненадобностью. У ведьм не воруют. – Девочка деловито присаживается на высокий барный стул, надевая очки с черной оправой. Вид у нее становится серьезный. - Так вот, часто вы…ходите в гости, когда спите? – Толстая, потрёпанная жизнью книга, уже без обложки, быстро пролистывается до середины. Перед глазами Одри мелькают рисунки комнат, дверей, тоннелей вперемешку с рукописным текстом. - Нет, было только в детстве, недавно опять началось и…очень долго по времени. Ну просто провалиться. И я говорю об этом вслух… - Выбираться самостоятельно тяжело? –Продавец останавливается на странице с изображением замочной скважины и ключа. - Нет. То есть да. Меня удерживают в одном месте… Уложенные и накрашенные брови девочки ползут наверх. Она достает из-под кассы другую книгу, еще толще и еще желтее и начинает листать. - Тот, кто вас удерживает, он только там существует или в нашем мире тоже? Одри порывается выбежать на улицу, но заставляет себя стоять. - Существует. – Кивает она нервно. – В нашем мире. - Так так так… Палец продавца останавливается на названии одной из глав. Она что-то несколько раз перечитывает, повторяет про себя и уходит в кладовку. Что ты хочешь найти? Пилюлю от рака? Дальше будет только хуже. Чем больше используешь эту хрень, тем сильнее привыкаешь. Хочешь стать как твоя сумасшедшая мамаша? - Вам подойдет только он. – Весьма довольная собой, девочка выскакивает из подсобки с длинным бархатным мешком в руках. – Мощная вещь. – Кивает она сама себе. - Запирает все двери. Никто не зайдет к вам, и вы никуда не выйдете. – Она протягивает мешок Одри двумя руками, бережно, как ребенка. Одри протягивает двадцатку. - Сдачи не над… Девочка резко отдергивает руки. - 89 и 99 центов. - Сколько?! - Это ручная работа. Заговаривали в Новом Орлеане. Мощнее чем этот, в Америке вы не найдете! - Ну да, как же. – Одри делает вид, что прячет деньги. - Подождите! ВОСЕМДЕСЯТ! Последняя цена! - Шестьдесят. - СЕМДЕСЯТ ПЯТЬ. - Семьдесят. И я возьму мятную свечу. - ПО РУКАМ! Одри кладет на потертый стол почти все оставшиеся в кошельке купюры. - Обожаю торговаться! – Зачем-то сообщает продавец и, довольно поглаживая купюры, укладывает их в кассу. Если не попросишь аванс вечером, завтра к Рут пойдешь пешком. - Одну секунду! Это…- Девочка берет чистый лист А4 и выписывает что-то из открытой книги. -…надо будет прочитать перед сном. Да твою ж мать. - Я же просила без этого! - Без этого ничего не работает. – Бумага с заклинанием сворачивается девочкой 8 раз особым способом. Каким? Одри не помнит. И вспоминать не хочет. - Спасибо. – Режется сквозь зубы. - На вашем месте, я бы обратилась к кому-нибудь. - Совет бесплатный? - Именно. – На ехидство продавец отвечает спокойно, с прохладцей в голосе. Одри вдруг кажется, что девочка гораздо старше, чем выглядит.

…

Когда со свечи наконец удается снять упаковочный полиэтилен и вдохнуть мягкий загородный аромат мяты, Одри думает только об одном. Точь-в-точь как Давид… Мысли прерывает сигнал чужого автомобиля, Кассиэль выезжает с парковочного места, не пропуская никого и игнорируя мат, доносящийся из окна. - Всё купила? – В голосе сочится явная претензия. Но Одри со спокойствием кошки, упаковывает свечу обратно. Она слишком расслаблена своим самым любимым запахом. Она не хочет ни с кем говорить, и ни на что отвечать. - Да. – Безразлично произносит она. - Хорошо. Потому что я не собираюсь возить тебя на шопинг каждый день. Одри отвлекается от окна. - Микаэль сказал: ты сам вызвался меня подвезти. Разве нет? Лицо парня не хмурится, но меняется, будто становясь еще темнее чем есть. Одри рассматривает это выражение, пытаясь оценить степень взбешенности человека, но быстро одергивает себя. Проф. деформация – мой конек. Должен же у меня быть какой-то конёк, чтобы сюжет казался интереснее? - И что собираешься делать? Одри смотрит на него непроницаемой маской безразличия, но уже раздраженно надеясь, что он спрашивает не о ловце. - С этим. – Кассиэль оборачивается и кивает на бархатный мешок. - Это просто симпатичная игрушка. Повешу над кроватью. - Ну да. В каком смысле «ну да»? - Что-то вроде гирлянды. Ответа не следует несколько секунд. Спокойно, это просто тревожность разыгралась. - Ты поэтому отпросилась с задания? Чтобы за гирляндой съездить? Одри расслабляется. Это просто неприятный коллега. - При всём уважении, это моё дело. И Микаэля. И моей зарплаты. Кассиэль не отвечает. Или отвечает мимикой, но Одри не видит его лица. Они проезжают несколько кварталов. - Беседку в саду больше не занимай. Это моё место. Что? - Сегодня утром. Вы были там с Давидом, а это моё место. Одри смотрит на него как на помешенного. - Твоё место? Бедняга…тебя что в дом не пускают? Сильные руки крепко сжимают руль. Еще немного и рулевая колонка просто выломается из привода, но ни водитель, ни пассажир об этом не догадываются. В сумке Одри вибрирует телефон. Смс пришло с хорошо знакомого номера «Козел-Джон»: «Одри, привет! Знаю, многое произошло, но я пишу, чтобы помочь. К нам в клинику заходил профессор Синнер…» Блядь. «…он любезно прояснил твою роль в сложившейся ситуации…» Дважды блядь. «…я готов сопроводить тебя всеми необходимыми документами и записью с видеокамер для судебного процесса. Приезжай сегодня в офис до 8 вечера. P.S. Детка, я скучаю по нам» - Высади меня здесь. - Что? - Мне надо по делу на прошлую работу. - Мы едем в агентство. - Черта с два, Кассиэль! Я выйду там, где я захочу. И ты не имеешь права указывать мне куда и когда идти. Ты всего лишь мой коллега. Не няня, не мать, и не брат. Ты такой же сотрудник, как и я. И прекрати совать свой нос в мои дела! Спрашивать за завтраком, чем мы с Давидом занимались утром в саду, и почему я такая красная? – верх нарушения моих личных границ. Бегали, мать твою! Разминались! Вот что мы делали утром в саду, на твоём месте. После ночи с температурой, знаешь ли хочется почувствовать себя живой!

…

Холодный воздух нежданной осени бьет в грудь, Одри на ходу натягивает толстовку, перебегает пустую улицу. Пара кварталов и она будет в лучшей психиатрической клинике штата – «Гудлам». Хорошо, что она уложила волосы утром. Плохо, что надела спортивки, а не приличную одежду. Да насрать.

…

Холл приемной всё тот же: недорогие пациенты в дорогой одежде, их требовательные родственники, высокомерные доктора и заносчивые медсестры, красные каллы в керамических горшках, запах моющего средства для пола, за ресепшеном всё та же мисс Фицкларенс. Будто и не увольнялась. - О-одри! – Женщина нелепо удивлена. Психологу приходится подойти. - Здравствуй. Я жду Джона. Мисс Фицкларенс понимающе улыбается, не стесняясь, рассматривает ее спортивный костюм. Улыбайся. Сохраняй благополучный вид. Проходит 6 мучительных секунд. - Ну а как вообще дела? - Хорошо. – Одри кивает. – Очень хорошо. - Ммм…понятно. Происходит обмен фирменными соседскими улыбками. За неделю в детективном агентстве Одри успела отвыкнуть от этой любезной привычки, отвыкнуть от лицемерия и необходимости поддерживать пустые диалоги. - А Джон разводится. Ну ты, наверное, знаешь. Одри вопросительно пялится, искренне не понимая зачем ей это знать. - Жена увидела долг по кредитной карте, начала раскапывать и обнаружила, что он содержал трех любовниц… Удивись, надуй губы. -…говорят одна из них даже у нас работала. Да ну? Правда, что ли? - Не хотела тебя смущать… Когда именно? -…но все думают, что это ты. Надо же, какая «свежая» новость! - Надо же, какая нелепая идея! - Да! Я так сразу всем и сказала! Что может быть общего между ним и тобой?! – капля слюны из рта женщины падает на блестящий белый стол ресепшена. Одри смотрит на эту каплю, ярко преломляющую холодный свет больничной лампы. - Ему ведь 50 в этом году! Да он тебе в отцы годится… Ну нет, скорее в папочки. -…и потом…это ведь он настаивал на том, чтобы сделать тебя ведущим клиническим психологом сразу после испытательного срока...если бы это оказалось правдой, его бы лишили должности! Всё-таки есть свои плюсы в том, чтобы потерять привычную жизнь… -…чего доброго и он бы лицензии лишился прямо как ты! За связи на работе… ...становится на всё наплевать… -…а с твоим судебным процессом, на него бы такая тень легла… ...Особенно на людей из прошлого. - Но я правда с ним трахалась. Мисс Фицкларенс застывает в жестикуляции и непонимающе смотрит на Одри. Привыкший узконаправленно мыслить мозг, раздумывает шутка это или нет, нельзя ведь вестись на такое. Но Одри Адамс слишком сложный и неоднозначный персонаж. И администратор клиники никогда не слышала, как она шутит. А если бы ее попросили честно описать Одри, она бы сказала: «О, эта странная вертихвостка! В прошлом году, когда доктора клиники Святого Паула устроили забастовку, мы все остались на сверхурочные, а она просто встала и уехала в 6 вечера, со словами: у меня сегодня массаж. Нет, ну ей что, деньги не нужны?!». Одри перевешивается чрез стол немного вперед. – Много раз. – Убедительно кивает головой. - Даже в его кабинете было. Рвотно-коралловые губы мисс Фицкларенс открываются и застывают в пространстве шока. А говорить начинает кое-кто другой: - Ну, теперь, я хотя бы понимаю, как ты попала в лучшую клинику города сразу после студенческой скамьи. Волосы на предплечьях встают дыбом, всё тело передергивает от неожиданности и Одри не удается скрыть это невольное свидетельство страха. За ее спиной стоял Малек Синнер.