Признание Смерти

Она пришла в себя уже в комнате в Обители, лежа на собственной кровати. Какой-то незнакомый мужчина осматривал ее, пока Аи сидела на коленях перед кроватью, держа ее за руку. Генерал нервно мерил комнату шагами, скрестив руки на груди. Она первый раз видела его таким встревоженным. — Мио, очнулась! От радостного возгласа Аи, Намио дернулась и попыталась встать. — Госпожа Моран, лежите, пожалуйста. Вы еще слишком слабы, — мужчина, который очевидно был доктором, уложил ее обратно на кровать, — Как я вам и сказал, генерал Цзин Юань, у девушки сильное эмоциональное и физическое истощение. Ей нужен покой, постельный режим, хорошее питание и отсутствие дурных новостей. — Спасибо, господин Шоушан. Мы будем выполнять все ваши рекомендации, — ответил генерал, пристально глядя на Мио. Девушка откинулась на подушку, смотря в потолок. Хотелось просто закрыть глаза и снова погрузиться в сон. Она слышала, как Цзин Юань прощается с доктором, и как Аи пошла провожать его вниз. — Намио, я так волновался за тебя, — сев на стул, который стоял возле кровати, мужчина взял ее за руку, — Прости меня, это моя вина. Мио повернулась, удивленно посмотрев на него. — За что ты себя винишь, за мой обморок? Перестань. Сейчас ей было чертовски неловко даже смотреть на него. Она чувствовала свою вину. Цзин Юань выглядел по-настоящему расстроенным. — Мне нужно было подумать о твоем самочувствии, а не тащить тебя сегодня на свидание, после всего, что случилось. — Цзин Юань, — она мягко накрыла его руку своей, — вечер был волшебный! Мне правда очень понравилось. Генерал поцеловал ее пальцы, прижав девичью ладонь к своей щеке. В его взгляде было столько мягкости и заботы, что у Мио защипало глаза и она поспешно отвернулась. Сейчас пользоваться его к ней заботой было просто кощунством. — Я так устала. Сколько сейчас времени? — Почти двенадцать ночи. — Я хотела бы поспать, — она улыбнулась ему, протянув вторую руку и коснувшись его щеки, ласково проведя по ней рукой. — Конечно, отдыхай. Когда генерал вышел, закрыв дверь, в комнате воцарилась тишина, нарушаемая только гулким стуком ее собственного сердца. Оно билось странно, нервно, иногда сбиваясь с ритма, а иногда заходясь, словно сумасшедшее. Она лежала так какое-то время, продолжая бессмысленно смотреть в потолок, на котором отражались полуночные тени. Рой мыслей в ее голове снова завладел сознанием, и внутри все сжалось, от какого-то неприятного предчувствия. Когда часы показали час ночи, девушка не смогла больше лежать, встав с кровати и подойдя к окну. Уличные фонари разгоняли мглу в саду перед обителью, отбрасывая длинные и загадочные тени. В отражении стекла мелькнул силуэт. — Рен! Она хотела обернуться, почувствовав его появление, но он не дал ей такой возможности, крепко обняв сзади и прижав спиной к своей груди. Сердце бешено застучало, болезненно ударясь о ребра. Смерть наклонился к ней, опустив голову и потеревшись щекой о ее макушку, словно большой, ласковый кот. Чувство тепла разлилось по груди, успокаивая и прогоняя все дурные мысли. Мио подняла руку, кончиками пальцев невесомо дотронувшись до его лица, ласково проведя ладонью по щеке, скользнула за ухо и вверх по волосам, пока не коснулась его рога, нежно сжав его рукой и потянув к себе, получив в награду низкий и протяжный стон около своего уха. — Ты, я смотрю, решила сразу взять демона за рога. Его голос обволакивал, когда он, проведя горячими губами по ее шее, поймал мочку уха в плен своих клыков. Она выгнулась навстречу его рукам, которые беспрепятственно скользили по ее телу, лаская грудь и бедра, заставляя низ живота пульсировать от желания. — Я готова тебя взять за что угодно, только не останавливайся, — прошептала она, прикусив губу и с трудом сдержав стон, когда его руки оказались уже под ее ночной рубашкой, лаская чувствительную кожу, которая горела от каждого его прикосновения. — Возбуждающе откровенно, но вообще я хотел поговорить, — усмехнулся он, а его рука нарочито медленно скользнула вниз меж бедер девушки, заставив ее задохнуться от сладких ощущений, когда его пальцы, минуя нижнее белье, начали ласкать ее. — Какие к черту сейчас разговоры?! — Да, конечно, никаких, когда ты уже такая мокрая. Рен окончательно стянул с нее ночную сорочку, разворачивая к себе лицом и целуя так, что у нее подкосились ноги. Он целовал ее властно и жадно, словно она не могла принадлежать никому больше. Девушка прижалась к Смерти, чувствуя, как прохладная ткань его рубашки приятно холодит грудь, а ей так хотелось почувствовать тепло его кожи. Она потянула его за рубашку, но пуговицы не хотели подчиняться ее пальцем, поэтому она просто дернула ее без всякого сожаления. Пуговицы с жалобным стуком заскакали по полу. Его тело было совершенно. Мышцы перекатывались под его кожей, заставляя девушку невольно сглатывать слюну. Интересно, а демоны все обладают таким потрясающим строением тела… Мио честно пыталась дышать, но воздух в комнате словно весь исчез. Осталось дикое тянущее желание, которое огненным жгутом скрутилось внизу живота, заставляя ее теснее сжимать бедра. Девушка опустилась перед Реном на колени. — Что ты собираешься делать, молиться? — он усмехнулся, обнажив клыки. — Если молитвы демону возносят именно так, то я готова простоять на коленях всю ночь, — ответила Намио, нетерпеливо расстегивая его ремень и ширинку, стягивая штаны вместе с трусами вниз. Рен откинул голову назад, со свистом втянув воздух сквозь плотно сжатые зубы, когда девушка чувственно провела горячим языком по его члену от самого основания до головки, а затем втянула его в рот, помогая себе рукой. — Вот черт, все твои молитвы будут мной услышаны, — прошептал демон, собирая волосы девушки в хвост и рукой задавая ей темп, толкнувшись бедрами навстречу. Она двигалась медленно, словно пытала его, плотно обхватив член губами и лаская языком. Дыхание Рена стало шумным и глубоким. Он попытался ускорится, толкаясь в ее рот. Отстранившись, Намио выпустила член из плена своих губ, дразняще проведя языком по головке и глядя Смерти прямо в глаза. — Нравится дразнить меня? Он подхватил ее, повалив на кровать и вовлекая в горячий поцелуй, буквально вылизывая ее рот своим языком. Острые клыки цепляли опухшие губы, вызывая странное тянущее наслаждение. Рен спустился вниз, вырисовывая языком и поцелуями на ее теле дорожку вниз, прикусив чувствительную кожу внизу живота, заставив девушку непроизвольно поджать бедра. Она была как в бреду, все мысли испарились из ее головы, вытесненные горячим и безумным желанием, которое влагой стекало по ее бедрам. Если для того, чтобы испытать такие эмоции хотя бы раз в жизни, нужно было умереть, она бы лично спрыгнула откуда угодно. Когда язык Рена достиг, наконец, ее лона, лаская клитор и втягивая его в рот, Намио показалось, что она в Раю. Она выгнулась в спине, теснее прижимаясь к его рту, сжав простынь под руками и пытаясь подавить стон. Его язык творил какие-то фантастические вещи, заставляя ее содрогаться под требовательными ласками и жалобно стонать, когда Рен чуть отстранялся, касаясь ее настолько невесомо, что это доставляло почти физическую боль. — Прошу, Рен, пожалуйста, это пытка, — прошептала девушка, пытаясь теснее прижаться к губам, которые доставляли ей такое удовольствие. Она потянулась к нему руками, зарывшись в его волосы, заставляя прижаться к ней сильнее, а затем, поддавшись порыву, схватила его за оба рога, погладив их у основания большими пальцами. Рен издал какой-то странный гортанный звук, больше похожий на рычание, вставая во весь рост и подтягивая девушку к себе за бедра. Он вошел в нее резко, сразу во всю длину, вырвав из ее груди громкий стон удовольствия, когда горячий спазм пронзил низ ее живота от подобной грубости. Он начал широко и быстро двигать бедрами, буквально вколачиваясь в ее мягкое и податливое тело, заставив девушку метаться по кровати от потрясающего чувства наполненности. — Сделай так еще раз, — прошептал он в ее приоткрытый рот, наклоняясь, чтобы она могла достать руками до его головы. Девушка нежно провела ладонями по его лицу, коснувшись губ и дотронувшись пальцами до клыков, а затем ее руки скользнули выше, сжимая оба рога и лаская их, двигая руками от их основания до острия и обратно, заставляя Рена содрогаться под ее ласками и сбиваться с темпа. — Ты сводишь меня с ума. Готов служить тебе и поклоняться, как божеству. — Принесешь мне клятву? — она хитро посмотрела на него, сильно сжав левый рог и потянув на себя. — Вот же черт, Намио! Все что хочешь, только не останавливайся! Девушка сжала его правый рог тут же отпустив, а потом сжала оба, после чего провела ногтями по бархатистой поверхности, слушая восхитительные хриплые стоны, которые вырывались изо рта демона. — Поклянись мне, Рен, что будешь принадлежать мне, где бы я не находилась. — Что? — он даже остановился, удивленно заглядывая в ее глаза. — Клянись! Намио достаточно грубо потянула его за рога к себе, сильно сжав и проведя по ним ладонями. Рен не смог сдержать стона, до крови прокусив собственную губу, а его глаза ярко засветились в темноте. — Я клянусь, что мое единственное желание - вечно принадлежать тебе. Он выпрямился, странно посмотрев на нее, а затем схватил ее за бедра, закидывая ноги девушки себе на плечи. —Мне до смерти интересно, кто же научил тебе подобным фокусам. Он начал неторопливо двигаться, повернув голову и чувствительно прикусив девушку за лодыжку. Тонкая струйка крови ручейком потекла вниз, когда Смерть слизал ее языком. Мио как завороженная смотрела на него. Он был сейчас чертовски красив, и до ужаса греховен, вызывая горячую дрожь по всему телу, заставляя ее течь еще сильнее, хотя казалось, ее возбуждение и так достигло пика. — Но еще больше мне интересно, что же ты отдала ему взамен. Он толкнулся достаточно сильно и глубоко, вырвав изо рта Намио громкий стон, заставив ее запрокинуть голову и царапать ногтями простынь. Его грубые движения и рваный темп, когда он то укорялся, доводя ее до исступления, то двигался настолько медленно, что ей казалось, она потеряет сознание от возбуждения, заставляли ее забыть обо всем на свете. Она висела над пропастью между Адом и Раем и сгорала дотла под его руками. — Пожалуйста, — она умоляюще шептала, чувствуя, как внутри все напряженно сжимается, но он не давал ей дойти до разрядки, полностью выходя из нее. — Уже умоляешь? Рен усмехнулся, разводя ее бедра и наклоняясь к девушке, позволяя ей обнять себя руками. Его волосы щекотали ей лицо, когда он целовал ее, втягивая ее припухшие губы в свой рот. Он приподнялся от нее, удерживая вес на руках, задавая нужный темп, вынуждая девушку выгибаться к нему и двигать бедрами навстречу. Ее ногти царапали его спину, вызывая болезненное удовольствие. Ее глаза были затуманены, она тяжело дышала, а ее грудь восхитительно двигалась в такт их движению. Она настолько восхитительно сжималась вокруг его члена, горячо пульсируя, что у него уже не было никаких сил сдерживаться. Он ускорился, грубыми и широкими толчками буквально вбиваясь в нее, чувствуя, как ее ноги обвиваются вокруг него. Она задрожала под ним, резко выгибаясь в спине, произнеся его имя. Дикое возбуждение горячей лавиной удовольствия растеклось по низу ее живота, заставив бедра в судороге сжаться. Он догнал ее буквально за пару движение, изливаясь в нее горячим потоком спермы.

***

Они лежали на кровати обнявшись, пытаясь перевести дыхание. Рен гладил ее по волосам и спине, вызывая толпы мурашек, которые бежали по ее коже от каждого его прикосновения. — О чем ты хотел со мной поговорить? Она приподнялась, заглядывая ему в лицо. Его взгляд был сейчас таким мягким и теплым, что у нее невольно защемило сердце. — Что сказал тебе Владыка? Она вздрогнула от его прямого вопроса. — Почему ты решил… — А кто еще мог подать тебе идею связать меня контрактом служения, — это был не вопрос, а утверждение. Он потянулся к ней, обнимая и увлекая к себе. Прижатая к его груди, слушая как бьется его сердце, она готова была отдать что угодно, только бы остаться с ним. — Он рассказал мне о нитях судьбы и чьих рук это дело. — Какую сделку ты с ним заключила? — Я не могу сказать тебе. По крайней мере сейчас. — Не можешь сейчас… это имеет какие-то временные рамки? — Перестань допрашивать меня! Я не могу тебе сказать. Я заключила с ним сделку, и он свою часть выполнил. — Он всегда играет только в свою пользу! Нашла, с кем спутаться. — Пока что я спуталась только с тобой, — недовольно сказала девушка, посмотрев на Смерть. — Со мной, моя дорогая Намио, ты не спуталась, а конкретно так попала. Но мы можем это исправить. — Что ты задумал? Она поднялась, встревоженно глядя на него. — Хочу разорвать нить. — ЧТО?! — Не заставляй меня повторять. Или ты хочешь и дальше сходить с ума, пока вся душа не кончится? — Нет, но… — Какие здесь могут быть «но»?! Намио села с сомнением глядя на Рена. Внутри снова поднялся ураган сомнений, который сдавил ей грудь, мешая дышать. Во рту появился горький привкус, словно она наглоталась едкого дыма. Она хотела ему рассказать обо всем, что творилось в ее голове. О страхах остаться здесь одной без него, медленно умирая от собственных чувств, о том, что она ходила на свидание с генералом и пыталась заставить ощутить себя живой. И ей это даже понравилось. О том, как она боялась, что ее чувства к Рену это всего лишь чья-то навязанная воля. Ком в горле не дал ей произнести ни слова. Но это и не понадобилась. —Тише, не нужно, Намио, я все знаю. Он обнял ее, уткнувшись лицом в ее макушку и гладя по волосам. — Иногда это твоя идиотская способность без спроса лезть в мою голову бывает полезной, — она всхлипнула, не в силах больше удерживать душащие ее слезы. — Не время разводить сырость, давай избавимся от этой херни. Тебе сразу станет легче. — А ты сможешь? — Мне даже обидно от твоих сомнений. Намио, уже полностью одетая в домашнее платье, сидела на кровати и смотрела на тщетные попытки Рена застегнуть многострадальную рубашку, пуговицы которой весело поблескивали на полу. Сжалившись над ним, она подошла к шкафу, достав мантию, которую он отдал ей в ресторане. И теперь, когда они стояли друг напротив друга, Смерть в своем полном облачении начал ее пугать. — Тебе только косы не хватает. Выглядишь так, будто пришел по мою душу. — Не переживай, скоро все будет, — оскалился он. Это напомнило их встречу на Сяньчжоу, когда он напугал ее до самых чертиков. Рен протянул к ней руку, почти коснувшись ее груди в жесте, словно хотел взять что-то из воздуха. Странные ощущения захлестнули ее, заставив сделать болезненный вздох, будто тонкая леска, сдавливающая ее сердце, резко натянулась. А через секунду она увидела нить. Нить судьбы была толщиной с мизинец и состояла из плетения нескольких нитей поменьше. Одна ее часть, которая терялась в груди демона, была ярко-алой, а вторая, утопающая в девушке – угольно черная. — Нужно будет потерпеть, —сказал Рен, взмахнув рукой, в которой появилась коса Смерти. — Не знала, что Смерть и такое может, — нервно сказала девушка, со страхом глядя на него. — Смерть и не может. Замри и вдохни. Она послушно замерла и сделала вдох, зажмурив глаза и почувствовав болезненное натяжение нити. Лезвие косы тихо зазвенело, разрезая воздух, а через мгновение острая боль пронзила ее грудь, выбив из нее весь воздух. На голову словно надели плотную шапку, звуки пропали и остался только оглушающий звон в ушах. Темнота поглотила ее. Видимо, она второй раз за сегодня потеряла сознание, потому что, когда открыла глаза, Рен сидел на кровати, держа ее на руках и укачивая, как маленького ребенка. — Как ты себя чувствуешь? Она прислушалась к себе. В груди осталось болезненное тянущее чувство, но голова была на удивление ясной, словно у нее не осталось ни одной мысли. — Очень странно… и тихо, — произнесла она, — Словно у меня камень с души упал. Не знаю, как объяснить. У тебя получилось? — И она еще сомневается во мне. Серьезно?! Намио посмотрела на Рена. Его лицо было так близко, что она могла коснуться своим носом его. Лицо все такое же бледное, испещренное мелкой паутиной капилляров. Глаза ярко-алые с вытянутым звериным зрачком. Один глаз заметно бледнее, словно затянут пленкой. Она протянула руку, мягко коснувшись его щеки. Ее пальцы очертили линию челюсти и коснулись его губ. Он с любопытством смотрел на нее, позволяя ей изучать его клыки, когда она надавила на его губы, заставив приоткрыть рот. — Что, без воздействия нити я тебе уже не настолько нравлюсь? Он усмехнулся, но на его лице застыло какое-то странное тревожное выражение. Может ли быть, что для него это было так же важно, как и для нее? Она сократила расстояние между ними, коснувшись его губ своими и вовлекая его в поцелуй. Он получился мягким и нежным, но Намио ощутила все те недосказанные чувства, которые искрили в воздухе. — Я хочу остаться с тобой, Рен. Мне все равно где. Не оставляй меня. Она почувствовала, как соленая влага наполнила ее глаза, и вылилась двумя дорожками слез по ее щекам. Рен коснулся ее щеки языком, слизав каждую слезинку. — Что ты чувствуешь ко мне? — она спросила, боясь услышать ответ. — Люблю, — он ответил так легко, словно даже не задумывался. У нее дыхание перехватило от такого признания. — Даже зная меня так недолго? — Я демон, мы чувствуем не так как люди. Это как абсолют. Мне не нужно любить тебя за что-то. Это ни набор качеств, ни красота, ни твои поступки. Это просто происходит, иногда в один миг. Достаточно просто встретиться взглядом. Тогда в чертовом лесу меня накрыло это чувство, из-за него ты оказалась связана со мной одной нитью. — Рен, я… — она помедлила, боясь облечь свои чувства в слова. — Уже пора. Прости меня, Намио, что я соврал тебе, — он не дал ей договорить, посмотрев на часы, которые висели на стене. Они показывали ровно 3 часа ночи. — О чем ты? — Я не дам тебе выбора. Никакого. Я не оставлю тебя на Лофу и не позволю быть с Цзин Юанем. И в Посмертие тебя тоже не заберу. Он достал из кармана странный золотой кулон. Маленькие песочные часы переливались всеми цветами радуги, словно их стекла были сделаны из крыльев бабочек, а песок внутри искрился, как пыльца феи. — Reversa est. Часы сделали несколько оборотов, а затем песок в них начал сыпаться снизу вверх. — Что ты делаешь, Рен? Она даже не услышала своего голоса, когда песочные часы на ладони Рена рассыпались, прекратившись в разноцветную пыль, разлетаясь и кружась по комнате. Ее вдруг стало так много, что она застилала глаза и забивалась в рот и нос, мешая дышать. Голова закружилась, и девушка почувствовала, будто ее что-то тянет вверх, подбрасывая к потолку и кружа по комнате. Она уже почти ничего не видела, как вдруг яркая вспышка света, словно молния, пронзила все пространство, и Намио полетела вниз с огромной скоростью. Ей показалась, что она летела целую вечность.