Глава 9

Мы с Джейсоном сидели напротив Моргана Фарелла и Карла Ричардсона за дальним столиком ресторана, который я специально выбрала для встречи. Отсюда открывался идеальный вид на зал: теплый свет подвесных ламп мягко ложился на темное дерево, официанты двигались почти бесшумно, а за панорамными окнами медленно тонул в сумерках город. Обычно это место производило впечатление. Сегодня — нет. Карл Ричардсон выглядел так, будто существовал отдельно от всей этой неловкости. Расслабленный, безмятежный, с легкой рассеянной улыбкой художника, который привык наблюдать мир со стороны. Он лениво крутил бокал вина в длинных пальцах и время от времени скользил взглядом по интерьеру ресторана с искренним интересом. Морган Фарелл, его агент, был полной противоположностью. Его взгляд то и дело скользил по интерьеру ресторана с выражением легкого неодобрения, которое он даже не пытался скрыть. — Почему именно эта работа? — спросил он наконец, слегка подавшись вперед. — Вы ведь понимаете, что это одна из самых известных картин Карла за последние годы? Началось. — Именно поэтому, — ответила я, стараясь, чтобы мой голос звучал твёрдо. — Она идеально впишется в интерьер и подчеркнет концепцию нашего ресторана. Мы хотим создать уникальную атмосферу, которая соединяет искусство и гастрономию. Морган слегка приподнял бровь. — Мисс Рейн, как вы собираетесь обеспечить безопасность картины? — спросил он, перебивая меня на полуслове. — У нас уже есть система охраны, включая камеры и сигнализацию, — ответила я уверенно, стараясь держаться спокойно. — Камеры — это прекрасно, — сухо заметил он. — А страховка? — Мы готовы полностью покрыть расходы на страхование работы. — Включая транспортировку? — Да. — И реставрацию в случае повреждения? — Это также будет прописано в контракте. Я выдержала его взгляд, хотя под столом уже чувствовала, как ногти впиваются в ладонь. Морган продолжал задавать вопросы один за другим. Джейсон всё это время молчал. Он сидел чуть откинувшись на спинку стула, медленно вращая стакан с водой в пальцах и наблюдая за разговором. — Аренда произведений искусства — дело затратное. Как вы планируете обеспечить сохранность полотна? — Мы уже связались со специализированной компанией, занимающейся установкой произведений искусства, — ответила я. — Они возьмут на себя транспортировку, монтаж и техническое обслуживание. Кроме того, место для картины выбрано вдали от кухни, прямого света и зон повышенной влажности. — А вы, мистер Батлер? — спросил он. — Разделяете этот энтузиазм? Черт. Я медленно перевела взгляд на Джейсона и на секунду наши взгляды встретились. — Я разделяю результат, — наконец сказал он. Морган чуть приподнял бровь. — Простите? — Если это сработает — это будет сильный ход, — продолжил Батлер. Я удивленно посмотрела на него. Идея с картиной ему нравилась, но вся эта часть с переговорами, агентами и искусством раздражала его с самого начала. Если бы Морган не настоял на присутствии шеф-повара, Джейсон бы сюда даже не сел. Мне пришлось почти час уговаривать его. — Это сотрудничество выгодно обеим сторонам, — сказал он. — Ваше имя будет связано с местом, которое ценят за стиль и качество, а мы получим уникальную возможность рассказать историю вашего творчества нашим гостям. Карл наконец заговорил впервые за последние десять минут. — Вообще-то мне нравится эта идея, — лениво заметил он, переводя взгляд на Моргана. — Искусство не обязано жить только в белых стенах галерей. Морган коротко посмотрел на него и этого взгляда хватило, чтобы понять, что окончательное решение всё равно принимает он. Несколько секунд за столом стояла тишина. — Мы все обдумаем и свяжемся с вами. Он не отдаст нам картину. Это было очевидно. — Получилось? — спросил Джейсон у меня за спиной, когда они ушли. — Нет, — я вздохнула, — это был вежливый отказ. Я медленно опустилась обратно на стул и потянулась к бокалу вина, который за весь вечер почти не тронула. Черт, я действительно думала, что у меня получится. — Он не отказал, — спокойно сказал Джейсон. — Батлер, я несколько лет работала с такими людьми. Когда человек говорит «мы свяжемся с вами» таким тоном, это значит «никогда». Я сделала глоток вина и поморщилась. Оно вдруг показалось кислым. Батлер наклонился вперед, опираясь локтями на стол. — Ты не заметила, как Карл рассматривал ресторан? — Я была слишком занята тем, что последние сорок минут меня допрашивали так, будто я пытаюсь украсть картину, а не арендовать ее. Джейсон тихо выдохнул через нос, почти сдерживая усмешку. — Морган решает деньги и риски, — продолжил он. — А Карл решает, хочет ли он видеть свою работу здесь. — И? Он пожал плечами. — И я не думаю, что всё так плохо, как тебе кажется. Несколько секунд я просто смотрела на него. Последнюю неделю мы впервые разговаривали нормально и от этого становилось странно. Я уже собиралась ответить, как у входа в ресторан раздался шум. Хлопнула дверь, послышались мужские голоса и глухой стук коробок о пол. — Доставка для мисс Рейн! — крикнул кто-то со стороны холла. Я резко обернулась. — О боже… — выдохнула я прежде, чем успела скрыть восторг. Джейсон проследил за моим взглядом и устало прикрыл глаза. У стойки администратора громоздились коробки с логотипами дизайнерской студии, которую я ждала почти две недели. Новые скатерти, посуда, декор и шторы для панорамных окон. Сердце забилось быстрее. — Наконец-то, — пробормотала я, проводя ладонью по плотной ткани, выглядывающей из упаковки. Я уже вскрывала первую коробку, почти не скрывая энтузиазма. Белый фарфор с тонкой матовой окантовкой выглядел идеально. Усталость последних часов вдруг отступила. После провальной встречи, напряжения и бесконечных попыток убедить людей в своих идеях мне отчаянно хотелось хоть что-то изменить собственными руками. К закрытию я уже полностью втянула в процесс половину официантов. Кто-то менял скатерти, кто-то переставлял свечи, а кто-то помогал распаковывать посуду. Свет отражался в новых бокалах, а белый фарфор на темном дереве выглядел именно так, как я представляла долгими ночами, рисуя всё это в голове. В одиннадцать заведение опустело. Я осталась одна посреди зала, пытаясь справиться с тяжелой льняной шторой, стоя на стремянке и мысленно проклиная собственную любовь к «идеальной атмосфере». — Ты сейчас упадешь. Я вздрогнула так резко, что ткань выскользнула из пальцев. Голос Джейсона прорезал тишину слишком неожиданно. Сердце мгновенно сбилось с ритма. — Не упаду, — огрызнулась я, сильнее вцепившись в каркас стремянки. — Рейн. Господи. — Батлер, я держусь. Прежде чем я успела возмутиться, Джейсон подошел ближе и одной рукой удержал стремянку. Я почувствовала знакомый запах чего-то древесного. После кухни этот запах почему-то всегда ассоциировался у меня именно с ним. — Левее, — сказал он, глядя вверх. — Я и так двигаю левее. — Нет. Ты сейчас повесишь это криво. Я закатила глаза, но всё равно подвинула ткань так, как он сказал. Затем потянулась выше и в этот момент стремянка качнулась. Мир будто на секунду остановился и я потеряла равновесие. — Черт! Сильные руки мгновенно поймали меня за талию, удерживая от падения. Я инстинктивно вцепилась в его плечи, чтобы не упасть, и практически прижалась к Джейсону всем телом. Мое лицо оказалось выше его всего на несколько сантиметров. Я замерла. Он тоже. — Я же сказал, что ты упадешь, — низко произнес он. В полумраке ресторана его глаза казались почти черными. — Я бы не упала, если бы ты не сглазил, — тихо возмутилась я. Уголок его губ заметно дернулся. Его руки крепко держали меня, а пальцы невольно сжались сильнее, когда я пошевелилась. Джейсон не ответил, только осторожно опустил меня на ноги, не отрывая глаз. Когда мои каблуки коснулись пола, он быстро убрал свои руки с моей талии. — Спасибо, — тихо сказала я. — Иногда просто полезно меня слушать. Я нервно усмехнулась, стараясь вернуть себе привычную защитную иронию. Батлер прислонился бедром к столу рядом, наблюдая, как я поправляю ткань уже с пола. — Ты сама выбирала всё это? — спросил он спустя паузу. Я была так благодарна ему за нормальный тон. За то, что он тоже сделал вид, будто ничего не произошло. — Да. Он медленно оглядел зал и подошел ближе. — Здесь стало лучше, — сказал он наконец. Несколько секунд мы просто стояли посреди пустого ресторана. После шума вечера тишина ощущалась оглушительной. — Атмосфера продает впечатление. — Еда продает впечатление, — он скрестил руки на груди. — Неправда, — я сделала шаг ближе. — Люди сначала влюбляются глазами. — А потом жалуются, если рыба сухая. Я рассмеялась раньше, чем успела остановить себя и звук собственного смеха в пустом ресторане вдруг показался мне почти чужим. Не помню, чтобы я вообще смеялась рядом с Джейсоном. — Поздно уже, — сказал он. — Тебе стоит ехать домой. — Ты сам уходишь последним, — я вскинула бровь. — Да, но я — шеф. — И что? — парировала я, скрестив руки. — Твои правила не распространяются на меня. У меня свои. — Я знаю, — сказал он тихо, подходя ближе. — У тебя всегда свои. Его взгляд задержался на моем лице и от этого внутри мгновенно стало жарко и тревожно одновременно. Именно такой взгляд стал началом катастрофы, которая разнесла мою жизнь по кускам. Улыбка медленно исчезла с моего лица. Меня резко накрыло тревогой такой силы, что я буквально почувствовала, как напряглось все тело. Джейсон нахмурился, заметив, как изменилось мое лицо. — Рейн? Я резко отвела взгляд. — Думаю, мне правда пора домой, — пробормотала я, делая шаг назад. — Завтра тяжелый день. Каблуки быстро стучали по полу пустого ресторана, дыхание сбилось уже у выхода, а внутри всё дрожало от смеси страха и злости.

______________

С утра кухня гудела, как перегретый двигатель перед взлетом. Воздух был раскален голосами, паром и запахами — сливочное масло, обожженный розмарин, белое вино, цитрус. Повара двигались быстро, почти врезаясь друг в друга плечами. Кто-то выкрикивал заготовки, кто-то проверял температуру соусов, официанты сновали между дверьми так часто, что казалось, пол под ними скоро начнет дымиться. Сегодняшний вечер был слишком важным, чтобы позволить себе хотя бы одну ошибку. Дочь какого-то влиятельного французского адвоката из Ниццы выходила замуж за наследника сети ювелирных бутиков. Деньги. Пресса. Блогеры. Люди, способные превратить ресторан либо в новую гастрономическую легенду города, либо в повод для публичного унижения. Идеальный вечер. В зале декораторы заканчивали последние штрихи: поправляли свечи, меняли угол салфеток, двигали цветочные композиции буквально на сантиметр. Официанты расставляли приборы с таким выражением лиц, будто готовились к хирургической операции. Я уже собиралась проверить бар, когда боковым зрением заметила знакомую фигуру у входа в зал. Джейсон стоял у входа в зал, закатав рукава темного кителя до локтей. Темные волосы были слегка растрепаны, на кистях виднелись тонкие ожоги. — Удивлен, что ты ещё не заставила официантов выстроиться в военный строй, — сказал он. — Не успела, — парировала я, скрестив руки на груди. — Но вечер только начинается. Могу начать с тебя. Несколько секунд Джейсон молча рассматривал зал, а потом перевел взгляд на меня. Его взгляд скользнул по моим открытым плечам, по темно-зеленому платью, обтягивающему талию. — Пожалуй, нет. Ты и так достаточно угрожающе выглядишь. Жар мгновенно поднялся к щекам. Я резко отвернулась к ближайшему столу, делая вид, что крайне заинтересована расположением вилок. Господи. — Мисс Рейн, — подлетела ко мне Бри, заметно нервничая. — Проблема с третьим столом. — Что опять? — Они требуют поменять рассадку. Семья жениха устроила скандал, мать хочет сидеть ближе. Чёрт. Я быстро оглянулась на зал. — Хорошо. Пересадите их за восьмой стол, а на третий добавьте еще два прибора. Музыка уже заполняла пространство мягкими джазовыми переливами. Огромные композиции из белых роз стояли между столами, свечи отражались в бокалах, официанты проверяли приборы в последний раз. Спустя время двери кухни распахнулись, и официанты вынесли основные блюда. Я стояла возле бара, проверяя тайминг подачи следующего курса, когда ко мне почти подбежала одна из официанток. — Мисс Рейн… у нас проблема. — Какая? — За восьмым столом… там у троих аллергия на орехи, а за третьим у двоих на грибы. Холод прокатился по позвоночнику. — Как?! Кто подал блюдо? — резко спросила я. — Я… но в системе не было пометки… Черт. Я сама меняла рассадку за час до начала банкета и, видимо, не передала обновление кухне. У меня кровь отхлынула от лица. Нет, нет, нет. — Кто подал блюдо? — резко спросила я. — Я… но в системе не было пометки… — Заберите тарелки сейчас же! — резко бросила я. — И не дайте никому ничего попробовать! Официантка вздрогнула и сорвалась с места, а я уже неслась через зал, едва не поскальзываясь на мраморном полу. Моя ошибка. Кто-то хотел сидеть ближе к сцене, кто-то дальше от бывшей жены, кто-то рядом с детьми. И в этой чертовой перестановке обновленный список не ушёл на кухню. Меня накрыло ледяным ужасом. — Батлер! Джейсон обернулся мгновенно. Одного взгляда хватило, чтобы он понял: случилось что-то серьёзное. — Что? — Шестой стол и восьмой столы получили неправильную подачу, — я еле дышала, — нужно срочно переделать. Я увидела, как меняется его лицо. Словно кто-то резко выключил в нём всё человеческое и оставил только шефа. — Какого черта? — Я поменяла рассадку и… — Когда ты поменяла её? — грубо спросил он. — Недавно, но… — И не предупредила кухню? Голос стал жестче и громче. Несколько поваров уже отвели глаза. Я почувствовала, как всё внутри начинает гореть от напряжения. Джейсон шагнул ближе. — Один аллерген не на том столе и нас засудят к чертовой матери, — процедил он сквозь зубы. — Репутация ресторана летит в мусорку. Ты это понимаешь? — Я исправлю это, дай мне… — Исправишь? — он вдруг повысил голос так резко, что я вздрогнула. — Ты не должна была это допускать! Батлер был по-настоящему в ярости. Я никогда не видела его таким. — Ты поменяла рассадку посреди банкета и не передала обновления кухне! Что, по-твоему, должно было произойти?! Магия?! — его голос стал еще громче. У меня вспыхнули щеки. Я стиснула зубы так сильно, что заболела челюсть. — Слушай, сейчас нужно… — Научись уже быть полезной хоть где-то, кроме переговоров о картинах и хождения на каблуках, — выплюнул он. — Здесь нельзя просто красиво выглядеть и надеяться, что остальные разгребут последствия твоих решений. Господи. Вот кем он меня считал все это время. Унижение поднялось к горлу удушающей волной, и я впервые за долгое время не знала, что ответить. Моя ладонь ударила его раньше, чем я успела подумать. Резкий звук пощечины разлетелся по кухне так громко, что кто-то уронил приборы. Джейсон не двигался, только медленно повернул голову обратно. Сердце колотилось так сильно, что становилось больно дышать. В глазах почти собрались слезы, и я поняла, что ещё секунда, и они сорвутся. Нет. Никто этого не увидит. — Пошел к черту, — выдохнула я срывающимся голосом. — И никогда больше не смей говорить со мной так. После этого я развернулась и быстро вышла из кухни. И только когда за мной захлопнулась дверь, я наконец перестала сдерживаться.