Первая трещина

(Айра)

      Я практически не моргала. «Неужели я опоздала?» — была моя первая мысль, когда, войдя в школу, я увидела стоящего возле Елены Стефана Сальваторе.        Дальше всё было на чистых рефлексах. Ускорившись, я сама не заметила, как оказалась возле них. Елена не видела меня, погружённая в свои мысли. Обратив на себя её внимание, прижала к себе под видом объятий. Я её не отдам, вампирская задница, даже не облизывайся.        Внутри поднималось раздражение. Я помню события в сериале, и даже то, что этот мир отличается, его появление в городе ничего хорошего не принесёт. Стефан молчал. Даже не открываясь энергетически, чтобы его считать, я прекрасно видела, что он недоволен. То ли от того, что я прервала их знакомство, то ли по какой-то другой причине.        — Елена, — обратилась я к девушке, мягко высвобождаясь из её объятий, — прости, что не позвонила, совсем не было времени. Как ты? — завалила я её вопросами, стараясь незаметно закрыть Елену собой.        — Кхм-кхм, — обратил на себя внимание стоящий рядом Стефан. — Дамы, извините, что отвлекаю вас от беседы. Разрешите представиться: Стефан Сальваторе. Я новенький, приехал пару дней назад.        Стефан Сальваторе.        Имя звучало как предвестие грозы.        Улыбается почти искренне, но глаза выдают напряжение. Он сканирует — не глазами, а вниманием, будто проверяет, что я из себя представляю. Значит, ты обо мне не знаешь, это хорошо. Довольная улыбка начала расцветать на моём лице.        Ты хочешь казаться добрым, Сальваторе? Зачем? Я знаю, кем ты был, кем ты стал и кем снова станешь, если тебе позволить. Так что даже не пытайся.       — Очень приятно, — Елена кивает и, как обычно, мило улыбается. Такая... открытая. Чистая. Она ещё не понимает, в какую воронку угодит. Но я понимаю. И потому не отступаю.        — Айра, — представилась я коротко, задерживая его взгляд.        Моё имя не прозвучало как приглашение — скорее как предупреждение.        Не подходи. Не пытайся.       — Ты тоже новенькая? — спрашивает он, взгляд скользит по мне уже менее настороженно.        Ты не узнаёшь меня, и это хорошо. У тебя не должно быть ни малейшей зацепки.        — Что-то вроде, — ответила я, не вдаваясь в подробности.        — Понятно, — Стефан кивает, но в его голосе зреет вопрос. Чувствуешь что-то, да?        Я знаю этот город лучше, чем он сейчас. Я знала его до того, как он вошёл сюда под своей маской. И я не дам ему забрать Елену, сломать её или затянуть в свой вечный клубок боли и страха. Сделать её заложницей их любовного треугольника, ломая девочке жизнь. Я не хотела вмешиваться, но сейчас не могу позволить, чтобы эти дети страдали из-за личных проблем бессмертных. И никто — даже он — не сможет помешать.        — Дамы, я пойду. У меня пара минут до звонка, хочу найти библиотеку. — Стефан легко отступает, как охотник, который ещё не видит смысла спешить. Он знает — встреча не последняя.        — Удачи, — говорю я ровно, и он уходит. Поворачиваюсь к Елене. — Ты в порядке? Он не приставал?        — В смысле? — Она хмурится. — Он вежливый и, кажется, неплохой. И помог мне.        — В каком смысле помог? — вопросительно наклонила голову я.        — Ко мне клеился Стив, хотел, чтобы я пошла с ним на вечеринку. Ну и отказа, видимо, не принял, схватил меня за руку, и тут появился Стефан. Я как раз хотела его поблагодарить, когда ты подошла. А он тебе что, не понравился? — удивлённо спросила Елена.        — Нет, не в этом дело. Просто странный он какой-то, — ответила я, до сих пор чувствуя напряжение внутри.        — Ну, не знаю. Как по мне, странным сегодня был Стив. Не замечала за ним интереса ко мне раньше.        Я напряглась ещё сильнее, шестерёнки в голове закрутились быстрее, наталкивая меня на совсем нехорошие мысли. Ну ладно, на вкус и цвет, как говорят. Пробормотав ещё что-то, что я не расслышала, Гилберт схватила меня за руку и потащила в сторону класса, по пути рассказывая о том, как она провела эти каникулы.        Я же так и не смогла отойти от услышанного. Хотелось надеяться, что это совпадение, но в этом городе совпадений не бывает, в чём я уже неоднократно убедилась, и Стив в этой истории — не приставучий придурок, а жертва вампирских манипуляций. Осталось только проверить это, чтобы убедиться окончательно.        До конца уроков я не могла успокоиться, мысли метались в голове, как и варианты развития будущих событий. Реакция Стефана на Елену, то, как он на неё смотрел, как наклонял голову в её сторону, вслушиваясь в её голос... Я хорошо их рассмотрела тогда. Интуиция кричала благим матом, что Сальваторе далеко не тот парень-вампир из сериала. Он хищник, как и тот вампир на заправке. И теперь нужно определиться, что делать дальше. Как реагировать на будущее появление Дэймона и остальных. Сомнений нет: пришел один придут и другие. Ещё и теория с внушением на Стиве... Если проверка подтвердит, я в полном дерьме.        В реальность её вернул звук ломающегося дерева. Вздрогнув, она опустила глаза на свои руки. Быстрым движением стряхнув щепки с ладоней, до этого нервно сжимающих скамейку, девушка подорвалась и, не оглядываясь, быстро пошла на выход из школьного двора. Идея посидеть на улице и успокоиться не увенчалась успехом. Нужно брать себя в руки. Срочно.        Позже вечером, уже сидя в своей комнате за письменным столом, сосредоточенно тасуя колоду и прокручивая в голове вопросы, Айра на секунду застыла, озарённая неожиданно пришедшей в голову идеей. Бросив колоду на стол, не обращая внимания на разлетевшиеся по столу карты, девушка вскочила на ноги.        «Астрал! Точно, как я не додумалась до этого раньше. Как я ещё могу быстро и незаметно найти и узнать информацию о человеке или вампире даже элементарно хотя бы примерное его местоположение. Повезло, что у вампиров не исчезает аура и сил на эти манипуляции с энергетическими слоями теперь хватит. Он опаснее и сильнее, чем я представляла, и сейчас у меня есть возможность это проверить, не раскрывая себя перед ним». Окончательно забыв про карты, девушка начала готовиться к выходу из тела. 

***

Родовое поместье Сальваторе. Поздний вечер.

      Тишина, пронзённая одиночеством, в этом доме жила уже десятилетиями. Только Стефан умел в ней прятаться.        Он налил себе виски. Без особой необходимости. Просто привычка. Кристальный бокал плеснул янтарным, когда Стефан достал небольшой пакет с человеческой кровью. Открыл. Добавил в алкоголь пару капель. Не ради вкуса. Ради равновесия.        Пить сдержанно — это тоже дисциплина.        Телефон завибрировал, высвечивая бесящее, но родное имя — «Деймон». Стефан медленно ответил, не убирая бокала.        — Ты жив? — первым делом буркнул голос старшего брата, слегка насмешливый. — Ещё никого не убил без меня? Обычно, когда ты в городе, трупы появляются через пару дней.       — Я проверяю. Извини, братец, но это твоя прерогатива — оставлять трупы. Я делаю всё чисто, — тем же насмешливым тоном ответил Стефан.        — И то пока жив.        — Ты, похоже, не в духе. — Стефан сделал глоток, затем, чуть подумав, добавил: — Я нашёл её.        — Кого? — Деймон замер. — Ты не про...        — Да. Её. Гилберт. Уверен. У неё глаза, как у Кэтрин, только чище и наивнее. Не играется. Пока что. «Пока что» — ключевое, братец. Все они в конце концов играются. А она не одна, — Стефан вдруг нахмурился, вглядываясь в огонь камина. — С ней... есть ещё одна девушка. Айра. Новенькая. Но она... странно реагирует на меня. Не как другие.        — Ведьма?        — Нет, — ответил Стефан, — я бы почувствовал.        — Ну-ну, — усмехнулся Деймон. — Девочка, от которой мурашки по коже у великого Сальваторе? Мне уже интересно. Она милая?        — В твоём вкусе, брат.        С динамика зазвучал смех.        — Тогда я в пути скоро буду, покажешь мне эту загадочную девушку. Будем на связи, и смотри, не привлеки внимания, как тогда в пятидесятых.        — Не привлеку, не волнуйся, братец. Ты тоже не наделай шуму, как тогда с Колом Майколсоном. Еле ноги унесли. Тебе повезло, что на нас не начали охоту.        — На нас не начали охоту, Стэф, потому, что ты трахался с Ребеккой, а не потому, что нам повезло, — съязвил Дэймон в ответ Стефану.        — И да, предупреди меня, как будешь рядом с городом. Хочу с тобой поохотиться.        — О-о-о-о, маленький Стэф соскучился по своему крутому старшему брату?        — Не начинай, Дэй. Родные края навевают воспоминания, не более.        — Ладно, я понял, Стэф, будет тебе охота как раньше. Выбери пока добычу, — ответил Деймон и отключился.        Небрежным движением бросив телефон на стол, мужчина расслабленно раскинулся в кресле. Интуиция, натренированная за долгие годы жизни, подсказывала, что в этот раз жизнь в Мистик-Фоллс будет намного интереснее.        Немного посидев в тишине, наслаждаясь вкусом алкоголя, мужчина снова взял в руки телефон. Задумчиво крутил его в пальцах, погружаясь всё глубже в мысли — о прошлом, о сегодняшнем, о том, что ещё придёт.        Елена и Кэтрин. Похожи как две капли воды. Только одна — прирождённая сука, а вторая — ещё ребёнок, не познавший мир и цену своих выборов. «Кэтрин», — с усмешкой подумал он. — «Ты вылезешь на свет, если я надавлю на твоего потомка? Или ты разучилась чувствовать? Ты же всегда бежала, когда становилось жарко...»        Он усмехнулся, не дотрагиваясь до губ.       Когда он узнал, что Пирс нет в гробнице, внутри что-то хрустнуло.       Не гнев — он привык.       Не обида — она давно выгорела.       Но вот пустота... Слишком знакомая, чтобы не признать её в лицо.        Она снова всех переиграла. И снова не пришла к нему. Не зашла. Не написала. И даже... не напомнила о себе, кроме лица Гилберт. Но ничего. Он умеет ждать. И если для этого нужно использовать двойника — он будет использовать. 

***

Дом семьи Беннет. 1:48

      Комната погружена во тьму, разбавленную лишь светом от уличного фонаря, пробивающимся сквозь жалюзи. Лёгкий ветер шелестит занавесками.        На кровати, сбившись с одеяла, металась Бонни. Влажные от пота волосы прилипли к вискам. Веки подрагивали — она спала, но внутри сна уже бушевало что-то пугающее и неестественное.        Сначала всё было тихо, хоть и некомфортно, и я думала, что это просто странный сон, какие бывали и раньше. Я проснусь, всё будет хорошо, просто забуду и всё. Но когда я уже собиралась заставить себя проснуться, что-то изменилось.        Зловещая, выжженная равнина, над которой клубился серый туман, как будто начала дышать. Ветер шептал на неизвестном языке. В этом месте не было цвета — только серая гамма. Осторожно оглядываясь я пошла вперёд, тихо шагая и стараясь не издавать шума. Мало ли, кто кто меня втянул сюда или проник, и что в этом сне водится и что может сделать.        Когда бабушка начала посвящать меня в тайны семьи, я не верила ей, пока мне не начало сниться то, что сбывается, пока я не увидела первые тени мёртвых, ходящих среди нас, живых. Задумавшись, не обратила сначала внимания на то, что пространство вокруг изменилось. Пока не услышала звук. Встрепенувшись, резко подняв глаза, я увидела силуэт недалеко от меня.       Впереди, в нескольких шагах, кто-то стоял.        Женская фигура. Спиной ко мне. Руки по швам. Волосы — чёрные, сливаются с пространством. Я хотела окликнуть её, узнать, зачем она пришла в мой сон, но не могла вымолвить и слова горло сжало так как будто чья-то рука сжала мою шею не только мешая говорить но и перекрывая и так не хватающий мне кислород.        И тут фигура оборачивается.       Девушка лет двадцати пяти, не больше, чёрные густые волосы до талии, чёрные глубокие глаза и ни одной эмоции на довольно красивом лице. Вроде обычная внешность, но что-то в ней пугало, заставляло дрожать колени и сбиваться дыхание. Я начала медленно отходить назад, чувствуя, но не имея возможности объяснить себе, почему так хочется сбежать и спрятаться.        Незнакомка молчала, смотря на меня. На её лице не дрогнул ни один мускул, только глаза, заполненные тьмой зрачки смотрели на меня не отрываясь, так внимательно, как будто зная меня. Резко сделав шаг, она начала приближаться ко мне. Меня пробрала дрожь, и, отступив на пару шагов назад, я увидела её руки. На них была кровь.        Мужчина у неё за спиной лежит на земле прямо у её ног. Лицо скрыто тенью, но я знаю — он мёртв. И это сделала она.        — Ты... кто ты? — в ужасе шепчу я. Ну или думаю, что шепчу, не чувствуя, шевелятся ли мои губы вообще.        Девушка смотрит прямо на меня. Ни страха. Ни сожаления. Только печаль и сдержанная злость наполняли её глаза. Она поднимает руку — и в мою сторону летит вспышка света, как импульс...        В следующую секунду я открыла глаза в уже более знакомом месте. Сердце колотилось как бешеное. Я понимала, что это сон, но проснуться никак не получалось. В панике оглядываясь, заметила вдалеке женскую фигуру, знакомую и ставшую родной за последнее время, сорвавшись на бег, понеслась в её сторону.        Но не пробежав и полпути, застыла.        Сердце сделало кульбит от увиденного.        Айра, милая, добрая иногда слишком серьёзная подруга держала за шею мужчину, чьё лицо невозможно было разглядеть в царившем полумраке сна. Хрупкая невысокая Фонтейн сжимала шею мужчины, приподнимая его над землёй так, как будто он не весил и фунта.        Слёзы начали душить изнутри. Ужас накатывал с новой силой, я повернулась назад, собираясь убежать вновь, как почувствовала толчок в спину, и всё померкло.        Проснувшись с криком и хватаясь за простынь, Бонни не могла прийти в себя. Сердце колотилось так, будто вот-вот вырвется.        — Это... просто сон, — шептала она, пытаясь успокоить себя, не веря, но надеясь на эти слова. — Просто сон...        Но взгляд всё ещё блуждает по комнате. Внутри поднимается тревога, которой нет названия. Руки дрожат, а перед глазами стоят две девушки: одна — яркая, как рассвет, как пламя, вторая — воплощение тьмы в красивом обличии, холодная и неживая.        Девушка не понимала, почему ей это приснилось, хотелось списать всё на фантазии и тревожность. Но что-то внутри кричало, что это не просто сон. То, что бабушка называла даром, а девушка — головной болью её семьи, хоть и слушая её, учась, подсказывало, что нужно разобраться, пока не стало поздно. И первое, что она сделает, это расскажет всё бабушке. Она опытная и сможет подсказать, что делать.        Немного придя в себя, Бонни не раздумывая подорвалась с кровати и начала быстро собираться. Ждать, пока бабушка проснётся, девушка была не в состоянии. На часах 4:20 утра, к дому бабушки она доберётся к пяти. Бонни было всё равно, получит ли она нагоняй за то, что разбудила, или нет. Перед глазами до сих пор стояли картины сна: мужчина у ног той девушки, Айра, то как она держала мужчину за шею и... «Я не понимаю, это предупреждение или обычный кошмар?»        Собравшись и тихо выйдя из дома, чтобы не создавать лишний шум, она пешком отправилась к дому бабушки.        Дом миссис Беннет снаружи выглядел самым обычным, да и зайдя внутрь, обычный человек не заметил бы странностей. Вот только обычной семья Беннет никогда не была. Их род образовался много веков назад, храня и накапливая древние знания о силе природы, духов и родовых ритуалов, охраняя и передавая их из поколения в поколение.        Практически сразу, как начались каникулы, бабушка пригласила Бонни к себе на несколько дней, аргументируя это тем, что они давно не говорили по душам и не проводили время вместе. Бонни не стала отказываться, да и с отцом ей не хотелось проводить много времени. Тогда девушка ещё не знала, как резко изменится её жизнь.       Бонни стояла перед дверью дома Беннет, и пальцы никак не решались коснуться ручки. В груди всё ещё колотился безумный ритм сна. Казалось, он не оставил её даже здесь — среди тишины улицы, под светлеющим небом раннего утра.       Она на секунду прикрыла глаза и вздрогнула: за внутренними веками снова мелькнула та фигура. Чёрные волосы, руки в крови, мёртвое тело у ног. Айра. Нет — не Айра. Или Айра? Та девушка не была похожа на неё, но что-то заставляло крутиться в голове эти мысли.       Сделав шаг назад, Бонни почувствовала, как земля под её ногами чуть дрогнула. Или это ноги её предательски подогнулись? «Просто нервы», — попыталась убедить себя. Но воздух казался густым, тяжёлым, как в том сне.       Она вытянула руку к двери и вдруг заметила отражение в стекле. Лицо было её, но глаза... на миг они показались ей чересчур тёмными, пустыми. Бонни резко моргнула, и отражение стало обычным. Но дрожь по позвоночнику не ушла.       — Давай же, — прошептала она самой себе и, сжав кулак, постучала в дверь.       Внутри послышался знакомый шорох. Через несколько мгновений дверь распахнулась, и на пороге появилась бабушка. Сонная, но собранная, как всегда. Её глаза сразу скользнули по внучке, выхватывая каждую деталь — взъерошенные волосы, дрожащие пальцы, следы слёз на лице.        — Что случилось, милая? — тихо спросила она, но в голосе её звучала тревога.        Бонни вдохнула, готовясь объяснить. Но слова застряли в горле. В голове снова и снова мелькала та сцена — Айра, держащая мужчину за горло.        — Я... — её голос сорвался. — Мне нужно рассказать. Но сначала... пожалуйста, закрой дверь.        Бабушка нахмурилась, но послушалась. Щёлкнул замок, и в доме стало ещё тише. Только теперь эта тишина была не пугающей, а плотной, защищающей.        Бонни прижала ладони к лицу и, дрожа, выдохнула:        — Я видела её во сне, бабушка.        — Кого видела, милая? — Лицо миссис Беннет стало серьёзным.        — Айру. И ещё... другую. Но они обе... они были слишком реальны.       Бабушка внимательно выслушала внучку. Лицо её оставалось спокойным, но глаза сузились — так она всегда делала, когда анализировала что-то важное.        — Расскажи всё подробно, — мягко попросила она, проводя Бонни в гостиную и усаживая рядом с собой на диван. — Не упускай ни мелочи.        Бонни, всё ещё дрожа, пересказала сон: равнина, незнакомая девушка с глазами, полными тьмы, и... Айра. Её подруга, державшая мужчину за шею, будто без труда поднимавшая его в воздух. Слова застревали в горле, но бабушка молчала, не перебивая. Только в какой-то момент её ладонь легла поверх руки внучки — тёплая, уверенная.        — Значит, ты видела двух женщин, — наконец произнесла она. — Одну, чужую, и другую — ту, кого считаешь близкой. Обе связаны кровью и смертью.        — Но Айра... — голос Бонни сорвался. — Она не такая. Она не могла бы...        — Сны не всегда показывают то, что есть, — мягко перебила бабушка, — Иногда они предупреждают о том, что может быть. Или показывают то, что мы не хотим видеть.        — Бонни сжала кулаки.        — Ты думаешь... это предупреждение?        Бабушка посмотрела на внучку серьёзно, почти строго.        — Я думаю, что твой дар снова начал говорить с тобой. И если он показал тебе Айру рядом с кровью, значит, в её судьбе будет кровь. Не обязательно её собственная.        — Но почему я? — сорвалось у Бонни. — Почему я вижу это?        Бабушка улыбнулась устало и чуть печально.        — Потому что ты — Беннет. Потому что наша кровь связана с миром духов. Мы всегда видим то, что скрыто от других. А значит, твоя задача — не отворачиваться, даже если видение страшит.        Бонни опустила взгляд, прикусывая губу. Образы сна снова и снова вставали перед глазами — и чем больше она думала, тем сильнее внутри поднималось чувство, что это было не случайно.        — Что мне делать? — тихо спросила она.        — Для начала, — сказала бабушка, кладя руку ей на плечо, — не говорить никому, кроме меня. И наблюдать. Айра — твоя подруга. Но иногда именно друзья несут самые тяжёлые тайны. 

***

      Вечер тянулся лениво, как всегда. Дома спали, улицы почти пусты. Только редкие машины проезжали мимо, нарушая тишину гулом мотора. У продуктового магазина задержался парень лет двадцати двух. Он закрывал смену, собирал мусорные пакеты у чёрного выхода. Зевнул, вытер лоб ладонью и тут же поморщился: воздух стал будто гуще, холоднее; поёжившись, парень ускорился, желая как можно быстрее добраться до машины.       — Что за... — пробормотал он, озираясь.       Тени вытянулись вдоль стен, словно потекли, и парень невольно попятился назад. Шорох. Кто-то шагнул из темноты переулка. Высокая фигура медленно приближалась к нему        — Эй, магазин закрыт, — парень попытался пошутить, но голос дрогнул. Живот скрутило от страха.       Ответа не было. Только движение — слишком быстрое, нереальное. В следующую секунду парень уже оказался прижат к стене. Попытки вырваться и ударить психа провалились сразу же. Тот держал с нечеловеческой силой, паника с каждой секундой накатывала всё больше.       Незнакомец держал крепко, и последнее, что увидел парень перед тем как потерять сознание, — это чёрные глаза со вздутыми венами вокруг.

На следующий день. За пределами Мистик-Фоллс.

      Утро было тихим и туманным. Узкая просёлочная дорога тянулась вдоль лесополосы, а рассвет только начинал подниматься из-за горизонта. Старый пикап притормозил у обочины — водитель, мужчина лет сорока, выругался себе под нос и заглушил мотор.       — Чёртова печень, — буркнул он, выходя из кабины. Быстро огляделся, отошёл к кустам, справил нужду. Собирался уже вернуться, как вдруг краем глаза заметил что-то тёмное в канаве неподалёку. Сначала решил, что мусорный пакет. Но форма показалась странной. Слишком... человеческой.       Он сделал пару шагов ближе — и кровь в жилах похолодела. В канаве, заросшей мокрой травой, лежал молодой парень. Лицо бледное, рот приоткрыт, глаза застекленели. Шея разорвана, кожа в синяках, словно её выжгли изнутри.       Мужчина отшатнулся, споткнувшись о собственные ноги. Телефон в руках дрожал, пока он набирал 911.       — Господи... тут... тут труп! — голос его срывался на визг.       Туман окутывал дорогу, и казалось, что весь лес затаился, наблюдая.       Школа. Шум в коридорах, голоса, звонки телефонов. Обычный день, если бы не одно «но».       — Ты слышала? — Кэролайн подлетела к Елене и Айре у шкафчиков, глаза сияют смесью страха и азарта. — Мама уехала сегодня утром ещё на рассвете. Сказала — срочный вызов. А я потом подслушала: нашли кого-то мёртвым за пределами города.       Елена замерла с учебником в руках.       — Убийство? Здесь?..       — В Мистик-Фоллс такого не было годами, — Кэр понизила голос, как будто за ними могли подслушивать стены. — Люди в шоке. Уже шепчутся, что это похоже на нападение животного... только животные не оставляют такие раны.        Айра почувствовала, как внутри что-то сжалось. Она сделала вид, что смотрит на расписание, но пальцы сильнее вцепились в лист.        — Вот дерьмо... — пробормотала Бонни, и все трое посмотрели на неё. Девушка нервно облизала губы. — Простите. Просто... у меня ночь была тяжёлая. Сон... Теперь это.       — Бонни? — осторожно спросила Елена.        — Ничего, — слишком быстро ответила она, но глаза выдавали. — Просто сон. Но совпадения мне не нравятся.        Айра краем глаза наблюдала за ней. Бонни была слишком бледной, слишком напряжённой. «Видение», — промелькнуло в голове. Вопросы хотелось задать позже, без свидетелей.        — Может, это случайность, мало ли что могло случиться, — тихо сказала Айра, зная, что сама не верит в собственные слова.        Тишина повисла на мгновение.        — Ладно, давайте не будем портить себе настроение, — продолжила девушка. — В любом случае взрослые разберутся.        Позже, когда Елена и Кэролайн ушли на урок, Айра осталась возле шкафчиков, листая учебник лишь для вида. Она чувствовала взгляд сбоку. Бонни стояла рядом, сжимая ремень сумки так сильно, что побелели костяшки пальцев.        — Айра... — начала она тихо. — Можно... с тобой поговорить?        Девушка кивнула, и они отошли в пустой угол коридора, где их никто не слышал. Бонни молчала — то ли нервничала, то ли подбирала слова. Решив не торопить девушку, тем более до их урока ещё было время, Айра просто молча стояла возле неё, какой-то частью себя понимая, что сейчас узнает что-то интересное.        Бонни глотнула воздух, будто боясь, что тот исчезнет, и заговорила:        — Мне сегодня снился сон. Очень странный, нет, даже страшный, и теперь после того, что рассказала Кэролайн, я понимаю, что это было предупреждение. — Айра придвинулась ближе к Бонни, внимательно всматриваясь в неё. «Неужели я была права, действительно — видение?» — подумала девушка, стараясь незаметно считать её ауру.       — Бонни, расскажи, — попросила Фонтейн, делая небольшой шаг назад для лучшего обзора.        Бонни отвела взгляд.        — Там была девушка. Чёрные волосы... глаза как бездна, на неё страшно было смотреть. Она красивая, но какая-то другая и ужасно... пугающая. Я никогда не видела подобных людей. На её руках была кровь, а возле ног лежал труп мужчины. И я думаю, что это был тот же самый мужчина, которого нашли утром.        Голос Беннет дрожал, она запиналась и не могла найти себе места, да и сама она выглядела неважно. Она была полностью погружена в себя, взгляд её не выражал ничего, кроме страха. Фонтейн было жаль ребенка, она ещё слишком мягкая, но её видение напрягало. Решив не делать поспешных выводов, Айра сделала лицо максимально участливым.        — И ещё, — продолжила Беннет уже более спокойно и уверенно, — она на меня напала.       — В каком смысле? — удивлённо спросила я. По крайней мере, сделала вид.        — Она выкинула руку, и в меня полетела вспышка света. Я проснулась от испуга.        — Что ещё было во сне? Может, ты что-то заметила ещё, помимо девушки и трупа? — спросила я. Беннет замолчала, отведя от меня взгляд.        Нет, это всё было слишком страшно. Стойкое ощущение, что она что-то скрывает, набатом било в голову. Хмыкнув про себя и решив больше ничего не спрашивать, я попыталась сгладить разговор.        — Не переживай, подруга, это просто сон. Такое бывает, и не факт, что он вещий, — сказала я, взяв её за руку. — Пойдём в класс, хватит на сегодня плохих разговоров.        Улыбнувшись, Бонни крепче сжала мою руку, идя рядом со мной. Я же в тот момент думала, и мои мысли плавно текли в сторону того, что доверие между нами начало опять угасать. Её аура стала сильнее, намного плотнее, чем была до каникул: девочка явно начала учиться магии. Не хочешь — не говори, Бонни, я увидела всё, что нужно, и поняла намного больше, чем хотела. В висках начало стучать, странное чувство заполняло грудь, и я не могла понять до конца, что это. Обида?..        Перемена. Толпа шумела в коридоре, как улей. Айра, увлечённая разговором с Еленой и Кэролайн, не сразу заметила, что Бонни замедлила шаг. Бонни держалась рукой за висок, морщась от боли.        — Всё нормально? — спросила Елена, но подруга только кивнула, слишком быстро. Айра уловила, что её кожа стала бледнее обычного, а взгляд — расфокусированным, словно Бонни смотрела сквозь людей, а не на них.        — Тебе плохо? Проводить в медпункт? — спросила Айра, с тревогой смотря на подругу.        — Нет, спасибо, всё нормально. Я сейчас... догоню, — тихо пробормотала она и свернула в сторону туалета.        Помещение было пустым. Шум коридора остался за дверью, и только капанье воды из неисправного крана нарушало тишину. Бонни подбежала к раковине и плеснула ледяной водой на лицо. Но слабость не уходила, голова раскалывалась. Она взглянула на ладони — и замерла. Сердце пропустило удар.        Кровь. Красные капли на её коже.       — Нет... нет, этого не может быть... — прошептала она, дыхание сбилось.       Подняв глаза к зеркалу, Бонни вскрикнула. Из её носа текла густая струйка крови, а отражение смотрело на неё тёмными, пустыми глазами. На миг её собственное лицо стало чужим, а в отражении позади — силуэт девушки с чёрными волосами. Та самая, из сна.        Вскрикнув, Бонни резко обернулась — никого. Только пустота и её собственные судорожные вдохи. Она прижалась к холодной плитке, дрожа всем телом. Незнакомка в зеркале сделала шаг вперёд. Тонкие пальцы протянулись к стеклу, будто могли прорваться наружу.        — Нет! — сорвался крик. Виски прострелило болью.        И в следующий миг всё исчезло. Она снова стояла у раковины, руки чистые, лицо сухое. Только слабость не уходила, а сердце колотилось, как после бега. Скатившись по стене на пол, Бонни зажала рот ладонью, чтобы не закричать ещё громче. Истерика накатывала волнами, страх, паника, непонимание накрыли её с головой, не давая здраво мыслить.        Айра так и заметила её позже — уже на уроке, когда Елена наклонилась и шепнула:        — Бонни сказала, что ей плохо... ушла домой.        Айра нахмурилась, но виду не подала. Внутри что-то неприятно кольнуло.