Часть 2

Он куда-то шел. Его окружали сплошные безликие стены из камня и бетона. Серые улицы сливались в бесконечный мрачный лабиринт. Ноги делали шаг за шагом по сырому графитовому асфальту. Тяжелый воздух давил на грудь – плотный, вонючий, чужой. Шляпнику хотелось сделать глубокий вдох, но он не мог себя заставить впустить внутрь этот смог, который казался ядовитым. «У рыцарей кончилось варенье… Часы намотались на черствый хлеб... Зачем мюмзики упаковали всю мову?.. Нет, кролик ошибся…» Темнело. Машины пролетали мимо, выплевывая из-под колес россыпи грязных брызг, которые смешивались с моросящим холодным дождем и падали обратно в мутные лужи. Редкие прохожие, кутаясь в свои пальто, словно не замечали промокшего насквозь, оглушенного человека, с трудом переставлявшего ноги. Если кто-то все же натыкался на него, то спешно отводил взгляд и торопился дальше. Шляпник обнаружил себя в квартире Джека. Как он туда добрался – вспомнить не мог. Наверное, за эти несколько дней дорога в новый дом, столь любезно предоставленный Королем, уже прочно врезалась в память. Шляпник застыл в коридоре, словно оцепенев, и только спустя мгновение начал медленно стягивать с себя промокшую насквозь куртку. Он уронил ее на пол, просто разжав пальцы, и рухнул на кровать. Сейчас он как никогда был благодарен Джеку за угол, где мог укрыться. Алиса… Она его не помнит его. Он не сразу поверил в это. Он думал, она его разыгрывает, но в этих ясных глазах не было ни тени улыбки – лишь непонимание, которое вскоре сменилось опаской. Она не помнила ни его, ни Чарли, ни Страну Чудес. Наверное, они с Кэрол сочли его сумасшедшим… А разве он им не был? Он – безумен? Страна Чудес была его галлюцинацией, онейроидом, плодом воспаленного воображения?.. – Или это все проклятое зеркало? – вдруг простонал он, закатывая глаза. Конечно же! Зеркало было неисправно и когда отправляло Алису! Шляпник резко сел в кровати и нахмурился. Но его-то память на месте (за рассудок, как обычно, он ручаться не мог). Может это влияет только на устриц? – Что ж, – сказал он сам себе, наклоняя голову и прищурившись, словно пробуя догадку на вкус, – Тогда это многое меняет. Он схватил свою шляпу и, нахлобучив ее на непослушные вихры, поплелся в душ. Этот день вымотал его. *** За утренним чаем к Шляпнику вернулось хорошее расположение духа. По крайней мере, теперь он знал, что делать – ему нужно составить подробный план. Когда есть план, всегда проще ему не следовать. Он задумался. Рука с чашкой замерла на полпути ко рту. «Итак, сколько шляп нужно, чтобы вырваться из этой безумной коробки?». Когда он делал очередной глоток, план был готов: вернуться к ней домой, а дальше – импровизировать. Шляпник довольно улыбнулся – план был хорош, а самое главное – не слишком длинный. Быть Дэвидом он больше не имел ни малейшего желания, поэтому натянул на себя любимую коричневую куртку, которая приехала с ним из Страны Чудес, и потрепанную соломенную шляпу. Тоже любимую. Оттуда же. Он легко сбежал вниз по ступенькам и припустил к дому Алисы, ловко лавируя среди прохожих. Его вид, похоже, никого не смущал – люди, как и накануне, словно не замечали его. Шляпник с сомнением потрогал себя – уж не призрак ли он? И тут же поморщился, когда какой-то подросток с размаху врезался в него вместо того, чтобы мирно пройти насквозь. «Мир устриц – это как чашка чая без чая. Все равно, самое интересное здесь – это сам факт отсутствия интересного» – подумал он, поправляя съехавшую шляпу. Шляпник взлетел на этаж Алисы и нетерпеливо постучал в дверь. Сейчас она откроет, он поговорит с ней… Дверь распахнулась. На пороге стояла крупная женщина средних лет и разглядывала его через толстые линзы очков. Шляпник удивленно поднял брови и даже отпрянул от неожиданности. «Тетушка? – промелькнуло в голове, – Но точно не родная. Ни на Плотника, ни на Кэрол не похожа». – Вам кого? – прогудела неопознанная женщина не самым дружелюбным тоном, от нее просто разило подозрительностью. – Позовите, пожалуйста, Алису. Шляпник едва сдерживал желание протиснуться в дверь, но старался быть вежливым, чтобы его ненароком не приняли за безумца. Однако пристальный взгляд женщины, скользящий по его шляпе и непослушным волосам, громко намекал, что она уже близка к тому. – Здесь Алиса не живет. Она хотела захлопнуть дверь прямо перед его носом, но Шляпник успел подставить носок ботинка в щель. «Червей тебе в чашку!» – выругался он про себя, сжимая зубы, чтобы не взвыть от боли – тетушка едва не превратила его ногу в паштет. – Простите, но я уверен – это ее дом! Он продемонстрировал ей одну из самых своих сногсшибательных, как он считал, улыбок. – Ты ошибся. Дом не тот. Было не похоже, чтобы она шутила. Он вновь почувствовал себя в полной растерянности. Женщина сделала еще одну попытку закрыть дверь. Однако Шляпник, послав к червям хорошие манеры, оттолкнул ее и заскочил внутрь. Она опешила. Он тоже. Весь коридор был завален вещами – коробки, тюки, чемоданы, перевернутые стулья. Шляпник открыл рот и дико вращал глазами. – Этого не может быть! Женщина, видимо осознав, что он не собирается нападать или угрожать ее чести, передумала кричать то ли от радости, то ли от расстройства. Она еще раз внимательно оглядела непрошеного гостя. В этот момент с улицы донесся звук подъезжающей машины и взревел клаксон. – Подвинься-ка, – она легко оттеснила его к стене, – Сейчас мне будут заносить мебель, задавят еще… Шляпник захлопнул рол, резко развернулся на каблуках и выскочил из квартиры. – Постой! – закричала она ему вдогонку, осененная внезапной мыслью, – Помоги занести шкаф! Но Шляпник уже большими прыжками мчался по лестнице. На крыльце он на что-то наткнулся, почувствовал, как теряет равновесие, и в последний момент ухватился рукой за перила, возвращая тело в вертикальное положение. Перед его глазами прыгали ярко-оранжевые шары. Шляпник не глядя поймал улетавшую шляпу и, прокатив ее по руке, ловким движение закинул себе на макушку, а затем выпрямился и пробормотал: – Вот так неожиданность… На него с изумлением смотрела девочка, явно подросток, одной рукой она держала полупустую бумажную сумку. Его брови вздрогнули, а губы скривились в недовольной гримасе: – Вот странные плоды, которые сами решают, где им раскидываться!.. Шляпник кинулся подбирать раскатившиеся апельсины. Он спешно запихивал фрукты обратно в пакет молодой устрицы. Потом он остановился, крутя в руках последний апельсин, который пришлось преследовать по тротуару несколько метров. – Ты здесь живешь? Устрица кивнула, с любопытством разглядывая его. – Давно? Устрица неуверенно пожала плечами, а потом снова кивнула. Шляпник озадаченно сдвинул шляпу на лоб и почесал затылок. – Ты говорить умеешь? Девочка снова молча кивнула. Шляпник завел руку с апельсином за спину, подбросил его, и фрукт приземлился прямиком в сумку, как в баскетбольную корзину. Устрица заулыбалась во весь устричный рот, одаривая его волнами восторга. Шляпник ухмыльнулся. – Ты знаешь Алису? Она живет здесь. Девочка в который раз кивнула, Шляпник уже хотел закатить глаза, но вдруг услышал голосок: – Они переехали. Вчера. «Конечно же!» – мысленно хлопнул себя по лбу Шляпник. «Все эти коробки в коридоре!» Он сделал шаг с крыльца, а потом резко подскочил к девочке. – Знаешь, куда? Детеныш устрицы энергично замотал головой. – А кто-нибудь знает? Еще более энергичное мотание. «Ну что ж – думал он, направляясь обратно к квартире Джека, – Одной загадкой меньше, двумя больше». Ему позарез нужно было выпить чашку чая, и покрепче. Такой чудесный план провалился. Но еще сгодится, если его подкорректировать. Осталось всего ничего – придумать, как найти одну устрицу в огромном городе. Он чуть наклонил голову, на мгновенье задумался и быстро поправил себя… Двух. Кэрол тоже вполне подойдет. И начать можно с дозде, где давала уроки Алиса. Шляпник довольно улыбнулся. Поиск? Очень хорошо, даже интересно. Он ее найдет – в этом он не сомневался. А вот что потом?.. Шляпник сердито зашипел на эту мысль, заставляя ее заползти обратно в глубины сознания. Потом и будет суп с Чеширом. Еще рано об этом. «Не обзавестись ли пока парой новых шляп?» – думал он, окидывая критическим взглядом содержимое гардероба Джека. Тот был полным профаном во всем, что касалось головных уборов, и вообще оказался невыносимо скучен в выборе одежды. Времени в запасе еще много – кажется, занятия Алиса проводила по вечерам. Денег тоже с лихвой. Похоже, Джек всерьез был уверен, что Шляпник тут застрянет, и всучил ему не только несколько толстых пачек бумаги, но и карточку с внушительной суммой. Пока Шляпник ждал выписки Алисы из больницы, он успел оценить собственное финансовое положение – по крайней мере, в конвертации «бумажки-чай» и некоторых других соотношениях. Отыскать нужное додзе не составило труда – в городе их было всего пара десятков. Там ли Алиса – Шляпник не знал. Но он пришел слишком рано. Внутрь предпочел не входить, а дождаться окончания занятий снаружи и поговорить с ней на улице. Он выбрал удобную лавочку, с которой так хорошо было видно вход, и устроился ждать. Пока он бегал по городу, все было неплохо, он находился практически в своей стихии – имелась четкая цель, отсутствовало время размышлять. Сейчас же он остался один на один со своими страхами, которые выползали как голодные сороконожки на шестичасовое чаепитие. Шляпник начинал нервничать. Ей богу, даже у Тру-ля-ля и Тра-ля-ля было проще – он мог их ненавидеть и заглушать тем свой страх за Алису, у него была цель, ясная как чайник с дыркой. Тогда было просто: враг с одной стороны, друг с другой. А сейчас и друзья, и враги, как мухи в супе, все перепутались. Он сам себе и друг и враг. Врагом был и целый устричный мир, который отнял у него Алису. И как с этим разбираться – он понятия не имел. Но, как всегда, он ел то, что видел. Шляпник трепал поля своего головного убора. Когда в механизм этого мира попали крошки? Зачем они взяли хлебный нож? Время тянулось оскорбительно медленно – Шляпник чувствовал, как секунды лениво переползают одна за другой, то и дело останавливаясь, чтобы поболтать о погоде и обсудить внучатую племянницу пятиюродного кузена. Стрелки застряли на шести вечера. Время пить чай. Шляпник то ворчливо пытался подогнать время, то уговаривал остановиться, соблазняя чашечкой свежезаваренного чая, чтобы оттянуть момент пугающей встречи. «Время для меня палец о палец не ударит!» – вспомнил он и поморщился. Городские устрицы сновали туда-сюда, как и прежде его не замечая. Устрицы, устрицы, глупые и бестолковые, в этом мире даже их обертки слились с полным отсутствием смысла! Шляпник не переставал удивляться, как их здесь много. Но ему была нужна только одна. Он чувствовал, что еще немного и прирастет к скамейке, станет ее частью – он с ней уже в какой-то мере сроднился. Шляпник потер пальцем скол на дереве и чуть не заработал занозу. «Бармаглоту тебя на обед», – выругался он, борясь с соблазном ударить кулаком по обидчику. Скамейка вместе с ним вяло ползла по циферблату, отмечая минуты едва заметным подергиванием ноги Шляпника. «А Соня опять все проспала. У нее в чайнике остывшее время, потому что Королева Червей не любит кофе. Мне нужна чистая чашка» … Ему казалось, ожидание сводит его с ума. Его пальцы поворачивали шляпу в такт с шагом секунд. Вдруг время замерло. Потом напряглось. Подпрыгнуло. И понеслось что есть мочи…