IV | Лиза

Про окно в винный погреб узнать было интересно. Еще интереснее было гадать, откуда такой информацией располагает самоназванный месье Лабе. Лиза нашла окно сразу же, как опустилась на землю. Не дожидаясь Джозефа, она приподняла тяжелую дверцу из дерева и скользнула внутрь, пару раз зацепившись платьем за гвозди. Джозеф спустился следом, опустив бездыханное тело Виктории где-то в углу, сразу же спрятав его за бочками. — Ловко вы, — усмехнулась Лиза, больно глотая воздух. Благо, не видно было, как она поморщилась. — Гм, моменты для похвал вы, конечно, умеете выбрать, — ответил он ей будничным тоном, — и все же, я польщен. Они тихо рассмеялись. Джозеф протянул ей руку, и Лиза приняла ее, поднимаясь и тут же разворачиваясь к бочкам, за которыми лежал теперь труп. — Кажется, вы хотели переодеться. — И правда. — Я не смотрю, — даже по ее голосу было слышно, как бесстыже она улыбалась. Джозеф хмыкнул и отошел. Лиза присела возле Виктории и смахнула налипшие ей на лицо волосы со лба. — Она еще теплая, — заметила Лиза, — мы могли оставить ее в людном месте, ничего с нас не сталось бы. — Нерационально, — послышался приглушенный ответ. — Пульс всегда можно проверить. — Искусственное дыхание тоже всегда можно сделать. Да и девушка симпатичная, кто откажется… — Кхм… необычный у вас юмор, — отозвался Джозеф на ее ужасную шутку, и в этот раз его голос был ближе. Лиза поняла, что больше не слышала звука застегивающихся пуговиц и шороха ткани. Она обернулась. Было очевидно, что Джозеф был уже наготове, но его лицо все равно как-то вытянулось в подобии изумления и — о, она надеялась, — смущения. Однако надежда разбилась почти мгновенно - Джозеф был непробиваем, как скала. Разве что не ожидал, что она повернется без предупреждения. — А если бы я не закончил? — он спрашивал беззлобно. — Вы правда считаете, что я бы повернулась, имей я хоть каплю сомнений в этом? — Вы — вы могли бы. Я уже понял. — Как некультурно, — Лиза манерно скривила губы, но вышло что-то похожее на ухмылку. — Это мне говорите вы? — В самом деле, что ж я, хамка. — Я не это имел в виду. Лиза хмыкнула, присмотревшись к лицу Виктории в приглушенном свете ламп. Что и следовало ожидать. Она уже догадывалась о личности этой особы. — Я думаю, что что-то… Точнее, кто-то, владел ее разумом в тот момент, когда она глотала яд. Это явно не поступок здравомыслящего человека. И явно не поступок, достойный такой девушки, как она. — Какой такой? — в голосе Джозефа был только искренний, глухой интерес и ни тени издевки. — Такой, как Милдред Каф. Эта девушка, — вспомнила Лиза, — часто болталась рядом с Глорией, слепой девушкой, которая знает в Мондштадте чаще больше, чем все остальные, — пояснила она. — Глория — отличный информатор, и Милдред часто пользовалась сведениями, которые Глория ей выдавала, в личных целях. Не имею понятия, какая с этого была выгода бедной Глории, если вы намереваетесь спросить, — предупредила она. — Я хотел, — признался Джозеф. — Не буду. — Так вот. Милдред часто занималась чем-то в духе проверки на верность юношей, чаще молодоженов, по просьбе их невест. И очень часто… У нее получалось увести у несчастных девушек любовь. — Но ведь это было по их просьбе, — не понял Джозеф. Лиза улыбнулась, и даже сама не знала, насколько ненастоящей, выученной эта улыбка вышла. — После того, как парни проваливали ее проверку, их обычно находили мертвыми. Не сразу. Через три, пять, иногда десять дней. Все они были отравлены. Джозеф вздрогнул. — Откуда вы… — У меня есть знакомый… следователь, — мутно ответила она, все еще улыбаясь. — Я понял, зачем вам тот алкоголь, но… для чего кровь? — спросил Джозеф, имея в виду пробирки, в которые Лиза собрала все это. — Сопоставить с кровью на месте одного из преступлений. Один из мужчин явно сопротивлялся и под его ногтями была чья-то кровь. С помощью алхимии легко определить, одна и та же она, или нет. Даже если эта кровь была в пене из ее рта. — Но зачем? — Ни одно убийство не было доказано, хотя, я почти полностью уверена, что все они ее рук дело. Нам не хватало только такой возможности ее поймать. Жены должны быть спокойны за своих мужей. — Поразительно, — искренне выдохнул Джозеф. — Мне льстит, — так же искренне и просто ответила она. — Спасибо. — Поразительно, — повторил Джозеф, начав расхаживать из стороны в сторону. — Итак, это гениально, но сейчас мы поступаем просто глупо. Что нам делать с Викт… Милдред и как попасть назад, в здание? Вы знаете обходные пути? — спросил он собранно. — Возможно, найдется один, — протянула Лиза. — Нам нужен этот проход. И срочно. Как раз после его слов раздался протяжный скрип и шорохи одежды и чего-то шершавого об дерево отлетели от стен, пропахших сыростью, эхом. Затем кто-то выругался и свалился вниз. Джозеф неслышно утянул Лизу за другую пару бочек, заткнув ей рот. Шорох повторился ближе. Кто-то спустился за новой порцией вина, очевидно. Сегодня же такое празднество, нужно было предполагать подобное. По крайней мере, этот человек успешно игнорировал труп. Значит, не заметил. Однако, он направлялся точно к ним. Джозеф вздохнул, убрав руку от лица Лизы. Шаги приближались. — Простите меня за то, что я сейчас сделаю, — быстро прошептал он, утягивая ее в резкий поцелуй. Лиза почти всхлипнула ему в губы, когда его пальцы крепко сжались на ее подбородке, но Джозеф не отпустил ее, наоборот — настойчиво развернул к себе, будто говоря: «Это не наш спектакль, нужно потерпеть, будьте ближе». Но ей не было неприятно. Это было просто… Неожиданно и немного больно. Очень неприятный, писклявый голос раздался совсем рядом даже раньше, чем Лиза могла бы предположить, когда уже начала нагло отвечать на поцелуй: «Что тут творится?!» И им с Джозефом пришлось играть удивление. Их распаленные лица, однако, помогали в этом даже лучше, чем сама актерская игра. Поехавшая маска Лизы была чем-то слишком интимным в этот момент, искусанные губы Джозефа сейчас припухли и стали казаться еще более налитыми кровью, чем раньше. Все это казалось слишком убедительным и вызывающим доверие. Мужчина цокнул языком, и его плечи опустились, когда Джозеф, тщательно изображая неловкость, извинился. — Эх, молодежь, — добродушно протянул он, уперев в бока руки. — Нашли бы, что ли, место поинтереснее! Ладно уж, бегите, пока не сказал кому, а то вон чего… Он махнул рукой назад, и теперь Лиза расслышала гомон других мужчин. — За мной товарищи, сейчас бочку выкатывать будут, отругают вас! А ну, кыш! Брысь отсюда! — шикнул он, подталкивая их в, кажется, тайный проход. Лиза рассыпалась в наигранной благодарности, когда Джозеф схватил ее за руку и потащил прочь. — Там выход наружу, — быстро сказал он. — Дальше решим, как нам быть. И они бежали, бежали, и бежали, дыхание сбивалось, платье Лизы разодралось и испачкалось, новый костюм Джозефа казался помятым. Сзади послышался почти девчачий визг, полный ужаса, и дальнейший поднявшийся шум. — Они нашли труп, — помрачнела Лиза. — Да, — Джозеф едва ли мог говорить от бега. — Нам нужно быть быстрее. Когда они вылезли наружу, внизу поднялся настоящий переполох. Слышно было, как по меньшей мере дюжина нерасторопных мужчин совершенно недоумевает, что делать с мертвым телом одной девушки. Лиза усмехнулась вновь, позабавившись этому факту, когда снова приняла руку Джозефа, протянутую ей. Они вдвоем захлопнули деревянную крышку погреба. Джозеф обернулся к ней и открыл было рот, как застучали каблуки, вновь послышалось чужое приближение. Он хотел, кажется, схватить ее за руку снова, наверное, чтобы убежать, но Лиза отмахнулась, в последний момент узнав силуэт в ночи. Знакомое, нежное платье цвета медовой росы отсвечивало в блестящих юбках даже под луной. Девушка подлетела к ним, абсолютно не замечая Джозефа и встряхнула Лизу за плечи, обеспокоенно заглядывая ей в глаза из-за незамысловатой маски. — Лиза! — ее плечи резко опустились. — Я везде тебя ищу! Рассекреченная, Лиза стянула с себя маску окончательно. Эти ужасно неудобные веревочки уже порядком ей надоели. — Джинн, — Лиза сверкнула глазами, и в воздухе повисло напряжение, — нам нужна твоя помощь.