Глава третья

***

      Что могло пойти не так? Саша потерялась в догадках уже очень давно. Чацкая отчётливо помнила, как стояла на коленях перед больничной койкой отца и молила того очнуться. Помнила, как её оттаскивали медсёстры от палаты, когда аппарат вдруг резко запищал. Помнила вой материнский, разнёсшийся по всей больнице и ударивший по ушам. Но не помнила лица отцовского трупа. Девушка часто пыталась вспомнить, каков же был его вид в морге. Ни к чему хорошему это не приводило. Саша шмыгнула, уже не пытаясь сдержать слёзы. Они потекли из глаз, словно ручей, течение коего нельзя было остановить. Тепло, которое шло от Турбо в моменте, когда парень крепко держал её, чтобы Саша не упала, немного успокаивало.       Когда Лерчика реанимировали, наступило утро. Турбо пришлось уйти, чтобы разобраться с теми, кто убил их маленького товарища. Девушка видела, как тяжело ему даётся переживать смерть младшего и тяжёлое состояние товарища. Он слишком чувственный для суровых Казанских группировок, как считала сама Чацкая. Девушка сидела на шатком стульчике в больничной палате, едва дыша от слёз, из-за коих заложило нос. Соседи Лерчика, пребывавшие в стабильном состоянии, пытались как-то подбодрить родственницу пострадавшего. Какой-то пожилой мужчина подошёл к девушке, кое-как доковыляв, и положил ей в ладонь почищенную мандаринку.       Саша лишь отстранённо кивнула, вертя в руках спелый и яркий фрукт, совсем не вписывающийся в картину мира. Казалось, будто вся Казань погрязла в этой серости и безнаказанности. От неё никуда не денешься. Девушка невидящим взглядом наблюдала за тем, с какой тяжестью дышал младший брат. Ей было страшно представить реакцию матери, которую врачи уже попросили приехать. Она точно не вынесет, если её родной сын, младший ребёнок и лучик всей семьи, покинет их так скоро. Он ведь совсем недавно родился, чего вы? Восьмидесятые не щедят их семью. Этот год хотел обобрать с потрохами всё то, что так сильно любили Чацкие.       Утро сменилось днём, а матери всё не было. Солнца из окна не наблюдалось. В окно палаты прорывался лишь холодный свет небесный, заливающий всё помещение своей мрачностью. Девушка подошла к подоконнику, слыша издалека чьи-то яростные возгласы. Внизу вовсю разошлась совсем юные, а где-то даже взрослые парни. В их руках Саша даже заметила доски да трубы с арматурой. Чацкая выдохнула. Сердце вновь пропустило критический удар. Она крепко сжала руки на подоконнике, чтобы не свалиться с ватных ног. Вдалеке засеменила матушка, одетая чёрт знает как.       Парней успокаивали сотрудники больницы, поскольку даже охранники не смогли утихомирить взбушевавшихся. Что-то не так. Саша вышла в коридор, где врачи в суматохе принимали пациентов, коим конца и края не было видно. Девушка не успевала вертеть головой за людьми, пролетающими мимо. В двери больницы вдруг залетел какой-то массивный амбал, разъярённо осматриваясь по сторонам. Они с Сашей встретились взглядами и он тут же начал бежать в её сторону. Чацкая закрыла дверь так резко, что та едва не слетела с петель от удара. Прижимаясь к ней спиной, девушка пыталась удержать дверь от чужих стуков. Парень кричал и просил открыть дверь: сначала вежливо, а дальше просто колотил по ней, не прекращая.       Испуг, охвативший пациентов, встревожил девушку ещё сильнее. Они никоим образом не могли ей помочь сдержать амбала за дверью, который грозился разнести всё к чертям собачьим. Через пару минут Саша уже отчаялась настолько, что была готова выйти и самой защищать пациентов, но грохот по двери вдруг прекратился. Девушка согнулась пополам, опираясь рукой к двери. За дверью послышалась ругань и отчётливые звуки драки. Чацкая подлетела к койке младшего брата, спиной вставая к нему, чтобы защитить собой, если понадобится. Она в тревожном ожидании смотрела на белоснежную дверь, за которой постепенно то стихали, то орали люди.       Вдруг к ним забежал Турбо, плотно закрывая за собой дверь. Избитый и с перемотанной бинтами рукой, парень опустил взгляд на чету Чацких. Он подошёл к Саше, прикоснувшись к её щеке здоровой ладонью, а девушка удивлённо застыла. Турбо удостоверился, что с девушкой всё в порядке, и кинулся к её младшему брату. Тот отдыхал после тяжёлых событий, от коих до сих пор кружилась голова. Только от слов опера Саша чуть не схватила сердечный приступ, что уж говорить о том, кто переживал этот ужас.       — Собирайся, валим отсюда нахрен! — впопыхах пробасил парень, оттаскивая девушку от койки. Пациенты смерили их непонимающим взглядом, однако те понимали, что не стоит вмешиваться сейчас.       — Какой валим, ты оборзел?! Лерчик не проснулся ещё, куда ты валить собрался? — затараторила Саша, но всё же накинула курточку и подлетела к подоконнику, высовываясь на воздух. Она помахала матери и жестикуляцией приказала ей развернуться, чтобы уйти прочь от больницы. — Валер, не дай Бог…       — Җаным, я сказал собирайся. — уверенно сказал парень, кинув взгляд, полный уверенности в своих действиях.       Чацкая, скрепя зубы, кивнула ему. Парень склонился над телом Лерчика, мирно отдыхающим на больничной койке, и осторожно потряс того за плечо. Саша застегнула куртку, попутно собирая вещи в пакет. У Турбо отлегло от сердца, когда его подопечный, его скорлупа всё же очнулся. Он был чертовски рад, однако на чувства не оставалось времени, когда со всего района надвигались «такташевцы». Они выбивали стёкла больничного здания, врывались в палаты к неповинным с арматурой и деревянными досками. Дебош, одним словом.       Саша отошла, чтобы проверить обстановку на улице с окошка, а также удостовериться, что её матушка ушла домой. Даже она была в потенциальной опасности, ведь в городе все знали о Чацких. Отец девушки умер, будучи уважаемым членом небезизвестной Казанской группировки. Но многим не понравилось то, что он сделал со своими приближёнными и за это его забили до смерти. Перед больницей собралась толпа парнишек, причём совсем юные, может быть, такие же, как Лерчик.       — О… Турбо… — просипел младший Чацкий, когда Турбо поднял его на руки, игнорируя раненную. Девушка оказалась рядом с ними в одно мгновение, приглаживая щёку родного мальчишки. — Ой, Саш…       — Откроешь дверь, хорошо? А выйдешь за мной, чтобы тебе не прилетело. — напоследок произнёс Турбо, подходя к двери.       Саша снова кивнула ему, полностью доверяя этому человеку. Он был не из простых, но то, как он переживал о каждом члене «Универсамовских» говорило о многом. Чацкая никогда до этого не замечала, чтобы старшие с такой нежностью и готовностью встать за них горой, относились со скорлупой. Девушка приготовилась, пытаясь прислушаться к звукам снаружи. Кажется, приутихли. Но на втором этаже творился хаос и беспредел, судя по топоту. Стена готова была обвалиться, показалось Саше.       Как только они вышли из палаты, оставляя дверь за собой закрытой, чтобы «такташевцы» проверили и её, ребята побежали по коридорам больницы. Турбо сильнее прижал к себе юношу, здоровой ладонью оберегая его спину. Лерчик не понимал ничего. Он смотрел на бегущую рядом старшую сестру совершенно растерянным взором, словно потерянный ягнёнок. Саша старательно игнорировала брата, не желая снова видеть его избитое лицо с заплывшим глазом. Его едва спасли. Он был на волоске от смерти. Чацкая вспомнила слова медсестры, которая сетовала на уличные разборки и бормотала о смертях таких же юных мальчиков. Их было очень много.       Турбо ногой отворил какую-то дверь, ведущую в неизвестность, и поднялся вверх по лестнице. Саша бежала следом, переступая сразу через две ступеньки, дабы поспевать за парнями. На долю секунды она удивилась, что в Турбо было столько сил: парень тащил на себе не самого мелкого по телосложению подростка, при том умудряясь оказываться впереди. Девушка кинула пакет на пол, держась за грудь в районе сердца, когда они дошли до цокольного этажа, где никого не оказалось. Турбо поставил Лерчика на ноги, а тот с непривычки покосился, удержав равновесие, благодаря стенке. Саша тут же подошла к брату, спотыкаясь об свои же ноги в дурацких неудобных берцах.       — Чё происходит?! Во что вы вляпались за несколько часов? — прошипела девушка, наконец, позволяя вырваться гневу наружу. Лерчик уставился на своего старшака, желая также узнать побольше информации.       — Какая-то гнида наплела «Хади Такташу», что наш его пацана отмудохал до реанимации. — на одном дыхании произнёс он своим низким голосом. Девушка поёжилась непонятно от чего.       — Не понял… — Лерчик взялся за перемотанную бинтами голову, а Саша прикусила губы.       — С рукой что? С лицом чё, Турбо? — тихо поинтересовалась Чацкая. Турбо поднял на неё взгляд, опустившись на пару ступенек вниз. Девушка смотрела в упор, ожидая ответа.       — Мы на других рейдом пошли. Потом убедились, что это не те были и, в общем, там сложно всё, Саш. Тебе оно не надо. — махнул рукой парень, спуская ещё чуть ниже.       Девушка язвительно хмыкнула, помогая брату прислониться к стене, чтобы тот не упал на твёрдую плитку, хотя бы лицом. Затем она подошла к Турбо и, скрестив руки на груди, склонила голову.       — Не надо? Это мне не надо? — фыркнула Саша, отчаянно усмехаясь. Её тёмные глаза помрачнели от холодного света одинокой лампочки. — Валер, ты дурак совсем? Да ты хоть понимаешь, что люди погибают из-за ваших сраных разборок? Я без брата чуть не осталась, ты это понимаешь?! У меня мать, блять, чуть сына не лишилась!       Турбо опустил взгляд в пол. Он не дурак, понимал всё, но против своих никогда не пойдёт. Саша это понимала. Девушка знала, каково это — разрываться между семьёй и улицей. Слишком уж хорошо знала, чтобы не попытаться образумить тех, кто погряз в этом по уши. Саша собственными глазами наблюдала, как район забрал у неё отца, покалечил брата и любимого человека. Она слышала о том, какие страшные вещи делаются с девушками и боялась за мать и Машку. Отец твердил не бояться, но Саша была по натуре своей трусишкой. Пускай она и пряталась за маской дерзкой девчонки, страх ни на секунду её не покидал.       С ответом Турбо не нашёлся, оставляя Чацких на цокольном этаже. Девушка раздражённо всплеснула руками, подойдя к младшему брату. Тот всё это время пытался сфокусироваться на сестре, чтобы не провалиться в бессознательное состояние. Он совсем не успел отдохнуть после реанимации, а его уже втянули в погоню. Саша обхватила туловище Лерчика, прижимаясь щекой к его шее. Она крепко вцепилась пальцами в его больничную одежду, будто он мог исчезнуть, как только она разомкнёт руки.       — Давай убежим, — почти проскулила девушка. Совсем тихо, чтоб никто не услышал.       — Сань, ты чё? — мальчишка склонил голову и прижался подбородком к макушке сестры. — Куда нам бежать-то. Я маму не оставлю и пацанов тоже. Я им нужен.       — Дубина, мёртвый ты никому нахрен не сдался! — свирепо шикнула девушка.       — Ну, С-а-а-ань! Чего ты, в самом деле? — младший неловко хлопнул сестру по лопаткам, а та отстранилась от него, чтобы посмотреть в глаза. — Где Ералаш, кстати? Мы ж вместе были, блин, а эти уроды сраные толпой, прикинь! Нет, я сдачи им дал, конечно, но загасили они нас жёстко. Турбо за ним ушёл, да?       — Лерчик, ты только давай, это, не нервничай, ладно…? — глотая панику, сказала девушка. Она взяла себя в руки, чтобы не отвести взор от братских глаз. — Умер Ералаш. И ты мог, если бы вовремя не успели врачи.       Чацкий вдруг окаменел. Расслабленная улыбка медленно спала с его лица, а руки на секунду дрогнули вокруг плеч девушки. Мальчик прикоснулся к стене, удерживая равновесие. Его мир под ногами разрушался по крупицам. Он и забыл, что такое настоящий страх до того вечера. Он и забыл, что люди смертны. Он и вовсе позабыл, как, проваливаясь в бессознательное состояние, видел прыгающих на голове Мишки ублюдков. Он вспомнил всё и содрогнулись его плечи в беззвучном плаче.       Лерчик спрятал избитое лицо в ладонях, понимая, как больно ему плакать. Всё тело задрожало, а невыносимая боль в голове из-за травмы и слёз сказалась моментально. Сашино лицо скривилось от боли: она впервые видела, как рушится мир своего младшего брата. Девушка подхватила мальчишку, обхватывая его, и они вместе осели на пол. Он глотал слёзы, чуть ли не задыхаясь от нехватки воздуха. Чацкая нежно гладила его по бритой макушке, касаясь щекой к его виску.       Они просидели в обнимку минут десять. Лерчик притих, и Саша поняла, что у него закончились слёзы. Снизу вдруг раздались чьи-то шаги, а девушка напряглась. Подойдя к спусковому повороту на лестнице, она прислушалась. Вдалеке эхом раздался голос Турбо, а следом она узнала Марата. Они оказались на цокольном этаже довольно быстро и Марат с Пальто тут же радостно поздоровались со своим товарищем, о котором боялись вспоминать до недавнего времени. Турбо мельком кинул взгляд на девушку, недолго задерживаясь: плотно залёгшие синяки под её глазами и лопнувшие капилляры надолго отложились в его голове.       Пока Турбо подробно объяснял товарищам о событиях последних часов, и объявил о ситуации с Адидасом. Саша стояла около брата, который не поднимал головы с тех пор, как пришли парни. Идея, вышедшая из уст старшего, заставила Чацкую недовольно кашлянуть, привлекая к себе внимание. Она выразительно посмотрела на Турбо, который только отрицательно махнул ей головой. Так они и решили выписывать Адидаса. К сожалению, Лерчик был в самом слабом и шатком из всех своих состояний, поэтому было решено первое время идти тяжёлым путём. Турбо снова пригнулся, чтобы прибрать мальчишку к себе на спину, а Саша помогла ему закрепиться.       В последний раз решительно кивая друг другу, ребята вышли в коридор больницы. Какой-то врач прошёл мимо, роняя увесистую папку с документами на пол из-за спешки. Подростки спрятались за аркой, позволяя незнакомому пацану пробежать мимо них в противоположную сторону. Они снова кинулись в бега, а Марат умудрился стащить у медсестры каталку, на которую пока что усадили Лерчика, дабы Турбо перевёл дух. Саша осталась дожидаться возле дверей операционной, где находились остальные. Она взяла в руки первый попавшийся предмет, коим оказался увесистый огнетушитель, и поджидала непрошенных гостей. Сердце отчитывало секунды до свершения мастерского кульбита.       Вылетевшие впереди Пальто на пару с Турбо, кои гнали каталку с Адидасом и Лерчиком, стали неким знаком для девушки. Она побежала впереди всех, прекрасно зная, где находится ближайший путь к отступлению, чтобы не мешаться под ногами. Парни докатили раненных до лифта, а медсестра пыталась подлатать пациента прямо на ходу. Саша бы оценила этот поступок с достоинством и уважением, вот только время было немного неподходящим. Пока некоторая часть подростков находилась в лифте, к трём другим уже неслась толпа из вражеской группировки.       Саша среагировала выпадом на попытку ударить её ломом, кидая в двух ребят запущенный огнетушитель. Хаос воцарился перед лифтом и с замиранем сердца она увидела, как Турбо знатно получил кулаком в лицо. Затем её взор метнулся к лифту и ярость вновь овладела её разумом, полностью захватывая тело девушки. Адидаса кто-то начал безжалостно бить, а Лерчик, сидящий на той же каталке, получал по рёбрам за компанию.       Чацкая мигом оказалась в маленьком помещении лифта и за шкирку отбросила незнакомого юношу прочь. Другой успешно ударил её по лицу, отчего у девушки закружилась голова на пару секунд и заплясали искры перед глазами. Турбо огнетушителем ударил пацана, откидывая того прочь из лифта. Всей компанией они оказались внутри, успешно отбившись от внезапно нагрянувшей атаки. Парень прикоснулся к подбитому участку лица девушки, проведя по её скуле большим пальцем. Она подняла свой взор на парня, зацепившись за его любопытные кудри.       Времени мало. Выбегая из лифта каталкой вперёд, они оказались на улице. Девушка помогла ребятам открыть задние дверцы машины старенькой скорой помощи, пока Турбо решал вопрос с водителем. Не найдя компромисса, он забрался в машину с боем, пока Марат и Пальто грузились назад с каталкой. Саша оказалась на переднем сидении, вцепившись в дверцу машины. Лерчик уставился на своего Старшака, пытаясь перелезть с койки, чтобы не доставлять ему неудобства. Тот лишь подсадил мальчишку ближе сквозь затуманенный рассудок.       Погоня, милицейский бобик и разбитое стекло. Отец Чацких был авторитетом, но даже при таком раскладе событий, его дети никогда не оказывались в опасности. То, что творилось с Чацкими сейчас — полная ахинея. Турбо вёл машину небрежно, не обращая внимания на кочки и проезжающих впереди. Саша держалась за что угодно уже обеими руками, пытаясь не вылететь в окно с таким-то гонщиком за рулём. Когда они, наконец, оставили милицейских позади, все радостно воскликнули от счастья. Турбо затарабанил по крыше машины, а Саша устало улыбнулась своему брату. Тот лишь скомканно хмыкнул в ответ, не найдя сил на иную реакцию.       Даже сейчас Турбо не переставал нестись, как угорелый по ужасным Казанским дорогам. Чацкая подпрыгнула на кочке, ударяясь щекой об стекло машины и недовольно зашипела. Парень за рулём виновато улыбнулся, однако счастливые ямочки скрыть ему не удалось.       — Сильно прилетело? — спросил откуда-то сзади Адидас, постепенно отходящий от наркоза. Саша села полубоком, оглядываясь на парней.       — Нет.       — Не ври, блин! Видела бы ты себя со стороны! Мы там трое на двадцатерых стояли, ваще улёт, скажи же! — затараторил Марат, активно жестикулируя руками.       Турбо посмеялся, глядя на ребят через переднее зеркало, а Саша неловко заправила выбившиеся волосы назад. Потянувшись к Лерчику, чтобы подбодрительно сжать его ладонь в своей на пару мгновений, она моргнула в знак поддержки. Вскоре, когда ребята подъехали к «Универсамовской» базе, где обычно качались и отдыхали старшаки, они оставили машину чуть поодаль от неё. Мало ли, чтобы отвести подозрения, в общем. Саша помогла Лерчику спуститься по лестнице в неплохо оборудованный подвал, пока остальные шли впереди.       Укладываясь в скромной каморке, где даже стоял пожилой диванчик, девушка вдруг почувствовала явную усталость. На плечах будто камни лежали, а глаза налились свинцом. Сказывались бессонные сутки и переизбыток адреналина в крови. Зима встретил «героев» с вскипячённым чайником да верхней одеждой. Лерчик уселся на край дивана, в ногах Адидаса. Чацкая пристроилась на стуле, разглядывая тёмное помещение. Строгий взгляд Зимы на её лице слегка напрягал, поэтому девушка повернулась к нему, вопросительно поднимая бровь.       — Приложи, — подошёл к ней Турбо, с особой нежностью потирая алую ссадину на её скуле какой-то холодной тряпкой. Шикнув, Саша недовольно стукнула его по ладони, чтобы самостоятельно удержать мокрую тряпку.       Покоцанные стены, штукатурка, которая осыпалась и куча разнообразных предметов на полу. Девушка оценила атмосферу, прислонившись к спинке стула, переводя дух после погони. Завязался серьёзный разговор с парнями, вовремя которого слишком сильно взбушевался Турбо. Саша не считала поступок Андрея правильным, однако винить его полностью в сумасбродности не могла. В таком возрасте хочется быть героем отмщения. И это лишь доказал согласный кивок Лерчика: он-то был горд поступком Пальто и не думал о последствиях. А Турбо думал, причём слишком много.       — Меня улица по-другому воспитывала, — сказал парень и резко поднялся с места, подойдя к Зиме, чтобы подкурить сигарету.       Саша внимательно посмотрела ему вслед. В который раз она успела убедиться, что именно его улица воспитала. Он был совершенно другим человеком, разительно отличающимся от остальных твёрдостью и уверенностью за свои принципы. Чацкая видела в нём тот самый дух сильного человека, который плотно закрепился за её отцом. С кряхтением поднимаясь со стула, девушка подошла к брату. Пакет с вещами она посеяла где-то в больнице, пока на них нападали, скорее всего, у лифта. Поэтому она приняла решение отдать брату свою тёплую куртку. Тот не возражал, поскольку банально не было никаких сил на споры и возмущения.       — Я провожу, — выдохнул сигаретный дым Турбо, опуская на плечи девушки свою куртку. Саша хотела отказаться, но была прикована его строгим взглядом к стенке. Фыркнув, девушка помогла брату подняться, а тот не желал уходить без рукопожатий.       Парни попрощались, договариваясь о встрече на завтрашних сборах. Видя решительность в затуманенных глазах Лерчика, Саша едва сдержалась, чтобы не стукнуть ему по голове. Она запрёт завтра все двери и, если понадобится, сожрёт ключи от квартиры, не запивая. Выйдя на улицу, Чацкая выдохнула. Благо, идти совсем недолго, да и Турбо был рядом, подставляя плечо младшему брату. Шли молча до самого подъезда, и лишь их общие переглядки заставляли Лерчика ощутить всем своим нутром атмосферу между ними. Саша завела брата в квартиру, отдавая его в полную власть матушки, которая не находила себе места из-за беспокойства, а сама вышла на лестничную клетку, где ждал Турбо. Чацкая сняла пропахшую сигаретами куртку, возвращая её владельцу. Парень без лишних слов принял её обратно, а хмурое выражение лица всё никак не сходило на «нет».       — Валер, — позвала его девушка, спиной прижимаясь к плотной двери своей квартиры. Турбо повернулся к ней, не желая уходить. Ему хотелось ещё немного побыть в спокойствии рядом с ней. — Дурак ты, вот кто.       — Чего это я дурак? — посмеялся парень, подойдя почти вплотную к девушке. Он выставил руки по бокам от головы Саши, опуская взор на её ссадину возле глаза.       — Столько беспокоишься о скорлупе, что поседеешь к двадцати. Вот и дурак, — фыркнула Саша, скрестив руки на Турбо усмехнулся, качнув головой.       — Хочешь сказать, что седым меня не примешь? — он аккуратно зацепил пару прядок её растрёпанных тёмных волос, накручивая на палец.       — Я приму тебя любым, но не мёртвым. — пробубнила Чацкая, опуская глаза на свои руки. Она услышала, как тяжело вздохнул парень и лишь ещё сильнее расатроилась.       — Я не умру, Җаным. — прошептал он, хотя его шёпот был похож на обычный тон из-за низкого голоса, от коего у девушки шла дрожь по всему телу. — Слово пацана даю.       Вскидывая голову, она задержала дыхание на секунду. Девушка метала взгляд по его лицу, рассматривая каждый синяк, каждый побой и каждую рану. Ей хотелось кричать, глядя в его тёплые летние глаза. Хотелось как следует ударить по грудной клетке, чтобы он очнулся от своей романтичной идеи о группировке. Хотелось до безумия отправиться с ним куда подальше из Казани. Саша хотела, чтобы он оставил «Универсам» ради неё. Опять же, она понимала, что он не пойдёт на такие жертвы.       Об отношениях и их статусе они не успевали поговорить, ведь всё как-то слишком быстро завертелось, а леденящие душу события не давали продыху. Удивительно, а ведь и недели не прошло. Именно поэтому Саша искренне удивилась, ощутив на своих потрескавшихся губах его, окутанные вкусом табака. Парень прикоснулся к её щеке, потирая скулы девушки большим пальцем. Сквозь прикрытые веки Чацкая почувствовала, как он шумно выдохнул через нос. Не забегая далеко, они не извратили их первый поцелуй чем-то более глубоким и интимным. Саша легонько отпихнула от себя парня, касаясь его плеч. Взгляд парня упал на её губы, когда он отстранился.       — Аккуратнее там, ладно? — тихо попросила девушка на прощание.       Турбо кивнул ей, быстро спускаясь вниз по лестнице. Саша успела заметить, как ярко покраснели его уши, кои не прятались за нелепой шапкой. Юркнув в квартиру, девушка прижала ладонь к своим губам и прикрыла глаза. Учащённо билось её сердце, а о самоконтроле речи и вовсе не шло. Она скинула всё на усталость и прошла вглубь квартиры, слушая приглушённый плачь матушки и успокаивающий шёпот младшего брата в гостиной.

***

      После тяжёлых похорон Ералаша Саша на пару с Машей стали после школы заглядывать к Полине Филипповной, дабы старушка не оставалась одна в такое тяжёлое время. Подруги узнали много нового о погибшем четырнадцатилетнем мальчонке и даже о его родителях. Пожилая женщина любила рассказывать о войне, омрачняя и так не самую приятную обстановку в квартире. Но девушки её не винили, поскольку теперь её единственным напоминанием о почившем внуке были утюг да фотографи из детского альбома.       За прошедшие дни обстановка совсем немного приутихла, а «такташевцы» не совершали глобальных набегов. Одним вечером Саша возвращалась домой с дополнительных уроков по французскому языку, и чуть не умерла на месте. Благо, она умела быстро бегать и бить мужикам по яйцам. В основном, Саша отделалась лишь лёгким испугом, но озверевшие бандиты на улицах стали терроризировать и обычных граждан. Весь город был в страхе перед группировщиками. В страхе перед подростками, что немало важно.       Лерчик начал меняться, и девушка заметила это в первые пару дней после похорон. Он стал больше общаться с Турбо, пока находился на лечении и в свободе от посещения школы. К сожалению, его передвижения не могла контролировать Саша, а матушке оставалось только благодарить Марата за то, что тот доводил сына до квартиры. От Машки Чацкая узнала о том, что «Универсамовские» свергли Кащея, опустив его до уровня чушпана. Данная новость встревожила девушку, поскольку она понимала, какие связи в теории могли быть у парня, однако у ребят, скорее всего, всё было под контролем.       Этим же днём, решая отложить домашние задания на воскресенье, девушка решительно направилась к пацанской берлоге. Лерчик уже с утра зависал там, непонятно откуда находивший силы таскаться туда каждый день. Не успевая зайти внутрь, Саша прижалась к стене, чтобы Турбо и Андрей вынесли пожитый сейф из комнаты авторитетов. Мимолётно здороваясь с пацанами, окружившими старшаков, девушка с интересом приблизилась к Турбо.       Парень удивлённо оглядел девушку, но, быстро взяв себя в руки, чмокнул её в лоб. Зима как-то странно на них посмотрел, дружески пихнув Турбо в плечо с усмешкой на лице. Девушка прильнула к нему, пытаясь согреться после лютого мороза на улице, а тот и вовсе не возражал. Как только сейф был вскрыт, Адидас провёл пачкой серьёзных денег перед лицами собравшихся, а Чацкая хмыкнула, слыша вопль брата.       — Киношку с нами смотреть пойдёшь? — поинтересовался Турбо, приобнимая её за талию. Зима, стоявший рядом, с забавным выражением лица, посмеялся.       — Чё, дурак? — поднялся Адидас, протягивая часть денег парню. — Конечно, пойдёт. Девушку свою хоть развлечёшь.       — С пацанами что-ли? — недоумённо уставился на друга Турбо.       — Ой, я тебя умоляю. Она, как своя. Тем более вон, какие вы хорошенькие, — Адидас насмешливо изобразил старичка, сюсюкаясь над парочкой.       — Пошёл ты, Вов. — пробасил парень, а девушка только улыбнулась, отстранившись от парня.       Она подошла к своему младшему брату и, ущипнув его за щёку, присела рядом. Тот проходил в себя и уже не выглядел, как счастливое событие для оперов, поэтому на него даже можно было смотреть без жалости. Лерчик показывал всем своим видом недовольство и обиженность за то, что сестра не рассказала об отношениях с его старшаком. А Саша только глумилась над братом, всячески издеваясь, пока парни разбирались с деньгами.

***

      За прошедшее время, которое Саша провела в компании Турбо, Зимы и Адидаса, наступил вечер. Она умудрилась выиграть разок у них в карты, выходя из игры первой, а затем и вовсе с удовольствием наблюдая, как проиграл Турбо. Он был слишком наивен для своей-то внешности и строгой маски, за которым прятался чуть ли не плюшевый мишка. В конце концов, они собрали целую армию скорлупы и решительно двинулись маршем, с магнитофоном на плечах Зимы, по району.       Весело напевая знакомую и любимую песню, они весёлой компанией подошли к квартире мужика, что включал разного рода фильмы за деньги. Для Чацкой это звучало очень даже подозрительно, поскольку она часто слышала от одноклассниц страшные истории о всяких маньяках да педофилах, но толпу парней это не пугало. Они, в любом случае, шли «все на одного». Грея покрасневшие от холода пальцы об шапку Турбо, которую он любезно одолжил девушке, она дожидалась, пока ребята забредут в квартиру.       Ютиться пришлось в маленькой среднестатистической «хате», на стене которой в гостиной висел ковёр. Девушка прошла на кухню, не желая обходиться без кружки с чаем, пока мужчина действительно включал пацанам кассету с первым фильмом. Познакомившись с приятной женщиной, которая заварила Саше чай, девушка чуть не забыла вернуться в гостиную. Турбо жестом подозвал девушку к себе, забирая из её рук кружку, чтобы она спокойно села между его ног.       Первые минут двадцать фильм никоим образом не нравился Чацкой, однако гогочущим и ликующим парням всё же нравилось. Один лишь Лерчик, устроившийся возле Андрея, чего только стоил. Саша видела, как он хохотал вместе с остальными или повторял какие-то действия за героями фильма. Это зрелище поистине грело ей душу. После стольких страданий отдышка ему была чертовски необходима и сегодняшним вечером старшаки позволили своим ребятам выдохнуть.       Юность ведь уносилась куда-то, где её не поймать. Саша допила чай слишком быстро, но идти за добавкой пока не решалась. Боевик перешёл из перестрелки в сопливую драму, которую Саша даже в книжках игнорирует. Видя, как на глазах нескольких пацанов наворачиваются слёзы, девушка прыснула в кулак, за что получила укоризненный взгляд от Турбо. Тоже проникся всеобщей атмосферой, подумалось девушке. Она и представить не могла, что человек, вызвавший страх своим видом при близком знакомстве окажется таким ранимым.       Чацкая любила открывать новые границы характеров в людях, которые казались ужасающими или бессердечными на первый взгляд. Переглянувшись с Адидасом, который поддерживающе подмигнул девушке, она дерзко заулыбалась, пока остальные с серьёзной миной досматривали первый фильм. Пока шли титры, Чацкая решила сходить за чайной добавкой и чуть споткнулась, запутавшись в ногах парней. Турбо подхватил девушку обеими руками за талию, помогая удержаться той на ногах, и проводил взглядом ушедшую на кухню Сашу.       Самостоятельно наливая себе в кружку чай из чугунного чайника, девушка испуганно подскочила, когда за её спиной кто-то вдруг подошёл. Услышав смешок Турбо, девушка позволила себе расслабиться, натягивая полуулыбку на губах. Парень дождался, пока из рук девушки исчезнет чайник, и устроил свои огромные ладони на её талии. А она не противилась вовсе. Прижавшись копчиком к столу, Саша обернулась лицом к парню и смело заглянула ему в глаза. Турбо разглядывал её с каким-то чересчур непонятным для девушки взглядом.       Усмехнувшись, когда тот наклонился к ней для поцелуя, Саша ответила. Растекающееся тепло прямиком из грудной клетки шло куда-то вниз, пока его руки сжали её талию. Бабочки приятного волнения да трепета взбунтовались в теле Саши, когда до её слуха донеслось низкое фырчание парня. «Смешно ему?» — подумала девушка и отстранилась, шустро ускользая из его ловушки.       Парень недовольно выдохнул, недолго глядя ей вслед. Позже они снова уселись на полу в гостиной и мужчина включил какую-то мелодраму. Саша пила чай, удобно лёжа на груди Турбо, который, в свою очередь, пристроился подбородком к её макушке. Всё шло очень даже хорошо, однако к середине фильма сопли стала жевать уже Саша, когда случилась весьма драматичная ситуация между героями. Девушка упорно держалась, не желая оголять свою нежную натуру перед столькими людьми, хотя их внимание было обращено только на фильм.       Вот только она знала, что Лерчик внимательно наблюдал за сестрой. Поскольку он очень хорошо знал, над какими ситуациями могла в теории растрескаться его старшая сестра. Усмешка не сходила с лица Лерчика до самого победного и, когда главный герой фильма погиб на войне с недописанным письмом своей любимой, мальчишка ликовал. Сестра дала волю эмоциям и сдержанно шмыгнула, обращая взгляд к потолку, дабы слёзы не полились градом.       Турбо, опустивший взор от телевизора к своей девушке, лишь мягко улыбнулся. Саша отложила кружку с давно допитым чаем, чтобы тыльной стороной ладони подтереть мокрую дорожку слёз на краю глаз. Турбо, хмыкнув, помог ей справиться с этим и не слишком аккуратно размазал тушь по уголкам её глаз, на что девушка возмущённо вдохнула. Получая виноватый чмок в макушку, Саша совсем тихо, но очень недовольно пробормотала что-то себе под нос.       Когда фильм закончился, девушка отставила кружку на стол, и шустро умчалась в ванную комнату. Пару минут ушло на то, чтобы найти нужный выключатель, и Чацкая стояла перед замызганным зеркалом, пытаясь исправить ситуацию на своём лице. Когда ей всё же удалось смыть водостойкую тушь при помощи холодной воды, девушка вышла и с удивлением наткнулась на Андрея возле двери. Мальчишка сразу же пролетел рядом с ней, запираясь в ванной комнате.       Не понимая, что вызвало такую реакцию, если чай, тем более в таком количестве, пила только она, Саша вернулась в гостиную. Резко остановившись на пороге в арке, Чацкая ошарашенно вытаращилась на маленькую коробку телевизионного ящика. Оттуда на неё глядели сразу несколько женщин, полностью голых и скачущих на кровати, да даже постанывающих так громко, что Чацкая удивилась, как могла не расслышать это издалека. Переведя взгляд на своего младшего брата, Саша с отвращением нахмурилась из-за того, с каким рьяным интересом он взирал на телевизор.       Самым интересным занятием оказалось наблюдать за Турбо и его напряжённым выражением лица. Парень не сразу заметил свою девушку и насмешку её искривлённых в улыбке губ, но как только это случилось, он жестом поманил её к себе. Возражать вслух она не стала, но смотреть такие вещи в компании кучи подростков ей было до жути неловко, поэтому она лишь отрицательно кивнула головой. Чацкая скрестила руки на груди, прижимаясь спиной к стене, а ладошкой подпирала щёку.       В её глазах застыло полнейшее изумление, мол, как такое вообще мог снять или вовсе додуматься до таких шедевро-картин. Посмеявшись над прошедшим мимо неё Зимой, Саша закатила глаза на его оправдания. Не выдерживая более столь детального изображения оголённых женщин, Чацкая немедленно ретировалась на кухню за чашечкой чая. В последний момент она увидела, как терпение Турбо стало сходить на «нет».       Что ж, пожалуй, этот момент она хорошенько запомнит и ещё очень долго будет припоминать «Универсамовским». А к мужику, включившему такое, у неё явно были вопросики. И к его жене. На её месте Саша бы уже давно выкинула прочь или, на крайний случай, продала данную кассету извращенцам на рынке. Подливая остатки кипятка в кружку, девушка перевела взгляд куда-то в сторону коридора, где прошёлся Турбо прямиком к ванной комнате. Держа в руках кружку с остывшим кипятком, она медленной походкой двинулась туда, где собралась маленькая очередь из двух парней. Один из них неловко покосился на пол, а Турбо намеренно стал бесовством заниматься, дабы вытурить Зиму из занятой «дрочильни», как её окрестила Саша у себя в мыслях.       Парень устремил свой напряжённый взгляд на девушку, а затуманенные зрачки его взбудоражили разум Саши. Чацкая надула губы, не собираясь заканчивать с лёгкими издевательствами. Как только расслабленный Зима открыл дверь, Турбо залетел туда, смерив друга скептическим взглядом. Саша показушно отстранилась от Зимы, когда тот лениво засеменил на кухню за едой. На это парень как-то насупился, бурча себе что-то под нос.       — Какой кошмар, бедный мужик. У него в туалете уже целое семейство нарисовалось, — пошутила девушка и получила строгий хмурящийся взгляд от пристыженного Зимы.       Шагая прочь из кухни, девушка расположилась в коридоре, пристроившись копчиком к длинному комоду. Распивая чай, она посмеялась, когда в коридоре очутился Марат. Тот неловко натянул на лицо улыбку при виде Саши и потупил взор от неё подальше. Чацкая строила из себя такую дурочку, что позавидовала бы даже Машка, которая являлась негласной профессионалкой в этом деле.       Турбо выходил из ванной комнаты в пошатывающемся состоянии, и к этому моменту Саша умудрилась допить свой чай. Удивительно, но ей даже не хотелось в туалет также сильно, как пацанам. Встречая парня издевательской улыбкой, она сильно удивилась, когда тот очень быстро оказался напротив и взял её лицо в свои ладони, склонившись над девушкой. Чацкая не стала мучать его, поэтому за лёгким поцелуем потянулась первая.       — Фу, Сань, вы поебитесь тут ещё.