Всё будет нормально

Подъём с постели в среду утром, даже с учётом титанических усилий, удался Алине лишь благодаря тому, что она была невероятно заинтересована как в сохранении своей жизни, так и собственной лжи. Пока что. Она нуждалась в остальных, чтобы наконец почувствовать себя лучше и представить, что всё нормально. А значит, ей придётся весь день делать вид, что Рождество прошло относительно гладко. Она пыталась привести мысли в порядок во время самой медленной в мире пробежки по окружной дороге. К моменту возвращения в Лисью башню каждый шаг отзывался трясучей болью в ногах и тупым онемением от коленей и до пальцев ног. Мэтт, который ушёл в зал ещё до того, как Алина выползла из кровати, теперь ждал её в гостиной с выражением нескрываемого недоверия на лице. — Ты сумасшедшая, ты в курсе? Не говори мне, что действительно попёрлась на улицу в таком состоянии. Девушка показала на свою руку, изображая часы. На мгновение Алина подумала, что сегодня Мэтт не станет подыгрывать ей и не позволит так легко соскочить с темы. Рот Бойда сжался в неодобрительную линию, но вместо того, чтобы читать нотации, Мэтт сказал: — Собираюсь встретить девушек в одиннадцать и привезти прямиком на поле. Тебя подбросит Эндрю? Коротко кивнув, Алина заперлась в ванной и быстро ополоснулась. Вытирание оказалось даже более болезненным процессом, чем сам бег, несмотря на все попытки быть осторожной. Она переодевалась со скоростью улитки, всё время морщась от неприятных, саднящих ощущений. Прошла по меньшей мере минута, прежде чем ей удалось выровнять сбившееся от боли дыхание. Это дало время наложить свежую повязки на грудь и татуировку, но сердцебиение всё ещё отдавалось тугой пульсацией в висках, когда она вышла из удушливой ванны. Когда Алина, полностью одевшись, захлопнула за собой входную дверь, Мэтт по-прежнему валялся на диванчике перед телевизором. Он никак не прокомментировал её уход, возможно, предполагая, что Алина идёт двумя дверьми дальше бесить братьев. Вместо этого Алина покинула общежитие и пошла извилистой дорогой к окружной. Она сократила длинный путь в библиотеку через кампус. По пути вверх по лестнице ей встретилась лишь пара праздных студентов. Несмотря на то, что народу в компьютерном зале оказалось немного, Алина заняла место в самом дельнем ряду. Она перестала с болезненной одержимостью следить за новостями ещё в сентябре и сегодня не собиралась ворошить тёмное прошлое. Сначала она попыталась найти хоть какую-нибудь всплывшую информацию о своём пребывании в Эвермор, но всё было чисто. Поэтому Алина переключилась на исследование команд, прошедших квалификацию на Весенний чемпионат – простейший способ отключить голову и убить время. Она и не заметила, как начала клевать носом, и абсолютно точно не запомнила, как в итоге заснула. Прикосновение пальцев, впившихся мертвой хваткой в волосы на затылке, мгновенно вырвало из полудрёмы. Алина инстинктивно попыталась схватиться за пистолет, за нож, за что-нибудь, что позволило бы выиграть хоть немного времени, чтобы сбежать, но вместо этого лишь ошалело завозила компьютерной мышкой по столу. Алина тупо уставилась на неё, а затем перевела сонный взгляд на экран перед собой. Пальцы в волосах сжались, и Алина не стала сопротивляться, когда Эндрю настойчиво запрокинул её голову назад. — Новая методика обучения в горизонтальном положении? — поинтересовался Миниярд. — Вчера я предупреждал тебя не усложнять мне жизнь. Алина тупо пожала плечами. — Всё ещё молчишь. Эндрю разжал пальцы, без тени сочувствия наблюдая, как Алина потирает затылок. Выпрямившись, Джостен принялась закрывать многочисленные вкладки браузера. Она прошлась по трём сайтам, когда наконец заметила, сколько времени: больше одиннадцати, а значит, Мэтт уже встретил Дэн и девочек и сейчас Алина должна быть на стадионе с Эбби. Непонятно, что хуже: то, что она так тупо потеряла два часа, или то, что она спокойно уснула в настолько незащищённом месте. Алина сосчитала про себя до десяти сначала на французском, а потом на испанском. Это немного помогло притупить разочарование и гнев. Эндрю поплёлся к лестнице, зная, что Алина последует за ним. Машина стояла у тротуара, мигая аварийкой. Оставшаяся троица завалилась на заднее сиденье. Алина не знала, кто и зачем уговорил Кевина уступить пассажирское кресло, но решила молчать. Впрочем выбора не было. Она залезла в авто и быстро пристегнулась. Алина написала сообщение Ники, когда Эндрю выехал на дорогу. Алина: Я никому не говорила, что собираюсь в библиотеку. Ники: У тебя всего несколько укрытий. Тренер сказал, что тебя не было на стадионе. И ты не отвечала на звонки. Алина перевела взгляд на батарею телефона, выяснилось, что та почти разрядилась и вот-вот телефон выключится. Девушка завертела головой в поисках зарядника. Будто прочитав её мысли, не отрывая взгляда от дороги, Эндрю потянулся через машину и открыл бардачок. Внутри виднелось зарядное устройство. На мгновение Алина подумала, что Эндрю снова копался в её вещах, но красная наклейка на шнуре казалась незнакомой. Должно быть, зарядник принадлежал Миниярду – у них была одинаковая модель телефона. Алина вытянула адаптер и захлопнула бардачок. К штекеру зарядного устройства канцелярской резинкой был прикреплён ключ. В последние пару месяцев Алина достаточно часто брала в руки ключ от машины Эндрю, поэтому легко узнала его. Джостен перевела взгляд на такой же ключ в замке зажигания. Либо Эндрю отобрал дубликат у Ники, либо это тот, который он самолично забрал у Алины. Да и плевать, в общем-то. Алина использовала тачку Эндрю только потому, что кто-то должен был водить машину в его отсутствие. Поездка на стадион, как обычно, не отняла много времени. Миньярд предпочёл остаться в машине. Алина ввела код, чтобы впустить остальных, и проследовала за ними в раздевалку. Ваймак и Эбби уже ждали их в холле. Эбби выглядела безмерно печальной, едва заметила плачевное состояние Алины, но не стала отчитывать её за то, что она сделала, и не стала выяснять, что же произошло. Может, она успела получить исчерпывающий ответ от Ваймака или, возможно, Ваймак присутсвовал здесь именно для того, чтобы убедиться, что она не станет лезть не в своё дело. Алина была благодарна в любом случае. — Поверить не могу, что ты позволила Дэвиду подлатать себя, — запричитала Эбби. — Этот мужчина едва ли справляется с мытьём посуды, что и говорить о таком деле, как наложение аккуратных швов. — Цыц, женщина, — отмахнулся Ваймак. — Я был осторожен. Эбби обеими руками поманила Алину, приглашая следовать за собой. — Пойдём посмотрим на тебя. Она прошла в медицинский кабинет и закрыла дверь, когда она зашла внутрь. Усесться на кушетке оказалось совсем не так больно, как взобраться по лестнице в своё спальное гнездо. Алина приземлилась на край тонкого матраса. Пока она пыталась стянуть свитшот через голову, Эбби набрала марли и антисептика. Стиснув зубы, Алина сквозь боль попыталась выровнять дыхание, чувствуя, как огнём раздирает плечи и спину. Эбби помогла ей с рукавами и аккуратно отложила свитер в сторонку. — Ты кажется похудела, — сказала медик. Девушка никак не прокомментировала это сообщение. Алина пододвинулась к стене и сидела тихо, пока женщина работала. Та начала с головы, мягко водя пальцами вдоль линии роста волос, пытаясь обнаружить скрытые ушибы, и только потом проложила путь вниз. Ваймак ещё вчера проверял Алину, но Эбби всё равно сняла все повязки, кроме той, что находилась на скуле. Алина удивлённо подняла брови, указав на свою татуировку. — Да, я знаю о ней. И ещё об этом, — Эбби скользнула большим пальцем по нежной коже под её глазами. — Я видела твои шрамы, Алина. И я совсем не удивлюсь, узнав, что они – не единственное, что ты прячешь. У меня есть вопросы, но однажды ты уже попросила не вмешиваться. Когда ещё могла просить вслух... Она сосредоточилась на работе, однако прошло немало времени, прежде чем она закончила. Когда Эбби наконец обработала грудь, ей нужно было позаботиться ещё и о её ногах. Тёмные борозды на бедрах, оставленные тяжёлыми клюшками, заставили женщину поджать губы в немом негодовании. Синяки проявлялись целыми слоями: свежие багряные и фиолетовые поверх выцветающих зелёных и жёлтых. Чтож, колени Алины выглядели не лучше. — Думаю, ты сможешь вернуться к тренировкам, как только перестанешь выглядеть так, словно тебя переехала многотонная фура. Алина резко подскочила. Запрет на тренировки? Серьёзно? Это бред. Она способна тренироваться в любом состоянии. Будто прочитав её мысли, Эбби помогла Алине сесть обратно и только потом проговорила: — Здесь не Эвермор. Я знаю, как для тебя важен сезон, но я больше не позволю тебе так рисковать собой или своим здоровьем. Тебе нужно немного притормозить и отдохнуть. Всего на неделю. В следующий вторник проверим твой вес и решим, можно ли выпускать тебя на поле. Если ты будешь нагружать себя в этот промежуток времени, я лично посажу тебя на скамейку ещё на неделю. Ты меня поняла? Используй эту неделю на отдых. И по возможности снимай повязки: ранам нужен воздух. Алина тяжело вздохнула, после чего, заглянув женщине прямо в глаза, кивнула. — Осталось только осмотреть твоё горло, — сказала Эбби. Она с осторожностью отклеила медицинскую ленту на горле и начала просматривать и ощупывать рану. Алине не оставалось ничего, кроме как смотреть женщине в глаза. Взгляд её выглядел серьёзно и сосредоточенно. Это намного лучше чем видеть печаль и сожаление в её глазах, подумала Алина. Когда Эбби обработала шов на горле и наложила новую ленту, то вновь подняла глаза на девушку. — Жить будешь, но, что делать с твоим голосом ума не приложу... — спокойно сказала медик. Алина нахмурила брови. Что это значит? — Ты хочешь услышать от меня правду? — спросила Эбби, и дождавшись ответного кивка, продолжила, — надежды нет на то, что ты когда либо сможешь говорить. Надо готовиться к худшему. Я бы всё отдала только чтобы ты заговорила, но, увы... боюсь это невозможно. Тот, кто это сделал, не просто повредил тебе гортань, он задел голосовые связки. Операции по такому индивидуальному случаю ещё не придумали, мне жаль. Алина уткнула взгляд в пол. Она знала, что больше не сможет говорить. Жан уже оповестил её об этом, так что это не стало большой новостью. Другой случай: смириться с этим. Всё это время Алина действовала по принципу: это неудобство ненадолго. Через телефон говорить ненадолго. Аарон будет её переводчиком ненадолго. Людям будет трудно общаться с ней ненадолго. Но она была не права. Это навсегда. — Иногда мне кажется, что эта работа меня просто прикончит, — пробормотала Эбби. — Наблюдать за тем, что люди сделали и продолжают делать с моими Лисятами. Как бы я хотела защитить тебя, но всегда появляюсь слишком поздно. Всё, что мне остаётся, это подлатать тебя после и надеяться на лучшее. Мне жаль, Алина. Мы должны были быть там, с тобой. Девушка лишь покачала головой. Эбби аккуратно обхватила её руками и легко сжала в объятьях. Она пыталась быть осторожной и нежной, но избежать неприятных ощущений не получилось бы в любом случае. Алина замерла, но не из-за той боли, которая мучила её до сих пор, а из-за странной смеси неуверенности и неопределённости. Единственные люди, которые обнимали Алину, были её сокомандниками, и то делали это редко и только на эмоциях от удачной игры. Раньше мама бывало стискивала её в объятьях, но, как правило, это случалось, когда они уклонялись от любопытных взглядов или когда она пыталась заслонить её собой. Она никогда не обнимала её просто так, будто она нуждалась в материнской защите. Она никогда особо не нежничала. Она оставалась сильной и несгибаемой женщиной до самого их расставания. В Алининых же чертах не сохранилось даже намёка на маму, она родилась вылитой копией отца. Вообще Алина ни при каких обстоятельствах не желала становиться ничей копией, но всё её детство было завязано на копировании стиля боя, подписей серийных убийц и наконец подражании матери. Девушку всё время сравнивали с ней, но правда в том, что девочка выросла и не стала копией матери, чего нельзя сказать об отце. Неожиданно накатившая тоска накрыла с головой. Эбби медленно отпустила Алину и помогла вновь одеться. Она могла и сама зашнуровать ботинки, но Эбби сделала это за неё. Алина молча позволила ей, сосредоточившись на разглаживании свитшота. Наконец Эбби отдвинулась в сторону, чтобы девушка смогла слезть с кушетки, и решила её проводить. За дверью стоял Ваймак. Джостен задалась вопросом: как долго он здесь простоял. По его выжидающему взгляду Алина поняла, что тот хочет задать вопрос. Но перед тем как это сделать он дал девушке свой телефон с открытыми заметках. — Эндрю провели курс реабилитации пораньше, может и тебя пораньше снять с таблеток? Что думаешь об этом? — спросил тренер. Девушка принялась печатать сообщение: Меня уже сняли. Прочитав это, Ваймак округлил глаза и воззрился на девушку. — Кто? Когда успели? — он переводил глаза с Эбби на Алину и обратно. Джостен напечатала: Рико. Тренер Тэцудзи приказал ему избавить меня от химии и он забрал их у меня. — Но как же ты продержалась без дополнительных лекарств, которые помогают сглаживать синдром отмены? Сообщение: А я вообще живая? Может это рай? Не знаю как я продержалась! И это неважно. Вернув телефон Ваймаку и недождавшись, когда он прочтёт её сообщение, она двинулась вперёд. Вместо того чтобы сразу направиться вниз по коридору к остальным, Алина вышла на стадион через заднюю дверь. Она словно не могла дышать, пока не оказалась в предыгровой зоне, прижимая ладони к прохладному прозрачному ограждению, а затем первый, настоящий, глубокий вдох едва не разорвал её изнутри. Алина вспомнила всё, через что ей пришлось пройти в Эверморе. Она из последних сил цеплялась за настоящее, понимая, что неминуемо пойдёт на дно, если хоть немного поддастся воспоминаниям, которые топили её с каждой секундой всё больше. Сердце сжало железными тисками, но каждый последующий вдох немного ослаблял хватку. Алина пошевелила дрожащими пальцами, пытаясь вернуть их в спокойное состояние, и направилась обратно в раздевалку. Ваймак, Эбби и Эндрю куда-то пропали, однако в отсутствие Алины появились Мэтт и девушки. Джостен не хотела встречаться с ними взглядом, поэтому притормозила, окинув комнату в поисках свободной розетки. Вскоре она нашла одну за развлекательным центром и поставила телефон на зарядку. Когда на экране наконец высветились красные деления, Алина направилась к дивану. Вплоть до этого момента ей удавалось делать вид, что всё в относительном порядке. Но ничто не могло скрыть тот факт, с какой аккуратностью приходилось садиться на подушки. Именно в этот момент терпение Дэн с треском лопнуло. — Этот уёбок… Она замолчала так резко, что Алина невольно посмотрела на неё. Успокаивающе сжимая плечо подруги, Рене улыбнулась, когда Алина перевела на неё взгляд. — А мы как раз обсуждали, что заказать на ужин. Эбби сказала, что позвонит и заберёт наш заказ, так что доставку ждать не придётся. Есть какие-нибудь пожелания? Алина пожала плечами. Элисон скептично взглянула на неё. — Ты жевать-то в состоянии? В ответ Джостен кивнула. Ей захотелось перевести тему, но для этого нужен телефон. Алина замотала головой в поисках устройства. На помощь ей пришёл Мэтт, предоставив своё. Сообщение: Где Эндрю? — Видели его по пути сюда, — прочитав, ответил Мэтт. — Они с тренером что-то обсуждают на парковке. Видимо, заново знакомятся. Будем надеяться, что всё пройдёт лучше, чем при их первой встрече. — Я, вообще-то, всё ещё с тобой разговариваю. Язык проглотила? — беззлобно возмутилась Элисон. В ответ на подобное упорство Алина снова слилась с темы, написав сообщение: Уже видела плакат с Сетом? Потребовалось некоторое время, чтобы до неё дошёл смысл сказанного, а потом Рейнольдс подорвалась из кресла и на двенадцати сантиметровых каблуках бодро зацокала к выходу на поле. На мгновение показалось, что Дэн пойдёт за ней, но, встряхнув головой, Уайлдс передумала. — Сэндвичи или китайская кухня? — спросила она, обращаясь к Алине. Сообщение: Я не голодна. Алина не удивилась из-за того, что девушки не стали расспрашивать её про отсутствие голоса. Наверняка им подсказал Мэтт, но Элисон будто нарочно хотела разозлить Алину. — Согласен с Элисон насчёт жевания, — Ники обвёл рукой своё лицо в тех местах, где синяки покрывали подбородок и скулы Алины. — Лапша и рис по-любому мягче, чем бутерброды. Закажем Китай. Поднявшись, Мэтт пошёл сообщить коллективное решение Эбби. Он уже возвращался обратно, когда входная дверь гулко хлопнула. Дэн ощутимо напряглась и выпрямилась, посылая многозначительный взгляд Рене. Та уронила руки на колени, крепко переплетя пальцы. Видимо, это была не та реакция, которую ждала Дэн, судя по её разочарованному, хмурому взгляду, но она не успела развить тему, потому как на пороге появился Эндрю. Бойд совершил серьёзную ошибку, остановившись, чтобы посмотреть на него. Не задумываясь и не колеблясь, Миниярд ударил Мэтта с достаточной силой, чтобы сбить того с ног. Опрокинуть Бойда казалось практически невозможным: он был почти на тридцать сантиметров выше близнецов и, к тому же, жал самый большой вес в зале. Однако на стороне Эндрю был эффект неожиданности, он не остановился, даже когда Мэтт упал. Едва Бойд коснулся пола, Миниярд снова, не сдерживаясь, пробил ему в лицо. В мгновение ока Дэн вскочила на ноги, но каким-то образом именно Алина первой оказалась рядом с Эндрю. Она даже не заметила, в какой момент решила вмешаться. Сыграв на инерции, Алина отпихнула Миниярда. Она ожидала, что Эндрю упрётся на месте, но тот позволил оттолкнуть себя в сторону, успев полоснуть Алину равнодушным взглядом. Джостен развела руки между парнями на случай, если Эндрю попытается продолжить. Взглянув на Миньярда Алина могла только покачать головой, но тот понял, что она пыталась сказать. Эндрю недовольно прищёлкнул пальцами. — Он знал, что произойдёт, если он тронет Кевина, но оказался настолько тупым, что сделал это аж дважды. Если это повторится, я уже не буду таким дружелюбным. — Ты ведь не всерьёз угрожаешь ему? — недоверчиво возмутилась Дэн. — Кто, по-твоему, оплатил залог Аарона? Если бы не Мэтт, Аарон сейчас торчал бы в тюрьме, ожидая суда. — Ну и что, — спокойно отмахнулся Аарон, по-прежнему сидя в своём кресле. Вчера, предупреждая Мэтта залечь на дно, Ники выглядел виноватым. Сегодня он безоговорочно встал на сторону братьев, пожав плечами в сторону Дэн. — Поступив так, Мэтт помог Аарону, а не Эндрю. Вы не можете засчитать помощь одному из них как услугу им обоим только потому, что они близнецы, вы ведь знаете. Это жульничество чистой воды. — Рад снова видеть тебя, чудовище, — поморщившись, просипел Мэтт. Когда Бойд встал на ноги, Алина обернулась, впившись взглядом в скучающего Эндрю. Мэтт вытер рукой кровь из носа, сделал глубокий вздох и снова поморщился, ощутив привкус железа на языке. — Рад видеть, что ты по-прежнему ёбнутый на всю голову. — Не удивляйся, — посоветовал Аарон. — Очевидно, проблема была не в таблетках. — Здравствуй, Эндрю, — мирно вмешалась Рене. Ничего не ответив, Миниярд скользнул бесстрастным взглядом в её сторону. Довольная улыбка изогнула губы Рене, девушка коротко кивнула, словно признавая и принимая то, что успела заметить в тяжёлом, пристальном взгляде Эндрю. Всё их воссоединение состоялось в этом странном двухсекундном обмене взглядами. Едва Рене насмотрелась, Миниярд вернул своё внимание Алине. Секундой позже вошла Эбби, замерев на пороге с наполовину закинутой на плечо сумочкой. Её взгляд переместился от очевидно злой Дэниэль к заметно напряжённому, истекающему кровью Мэтту. Она быстро сложила вместе все кусочки пазла и взглянула на Миниярда. — Эндрю, — вместо привествия сказала Эбби — С возвращением. Без тебя всё было иначе. Миниярд молча сверлил её взглядом. Эбби подождала пару секунд, а потом, когда поняла, что не получит ответа, неловко обернулась к остальным Лисам. — Думаю, к моему приезду еда будет уже готова. Скоро вернусь, ладно? Постарайтесь не переубивать друг друга, пока меня нет. — Спасибо, — искренне отозвалась Дэн. Бросив последний короткий взгляд на Эндрю, Эбби ушла. Едва за ней закрылась дверь, объявился Ваймак. Алина всерьёз задалась вопросом, тренер специально тянул время, чтобы дать команде возможность самостоятельно акклиматизироваться к возвращению Эндрю и травмам Алины; точно так же, как он поступил в сентябре, оставив их наедине с горем Элисон. Вздёрнув бровь, Ваймак посмотрел на Мэтта, а затем перевёл взгляд на Алину и Эндрю. — Разве мы не договаривались о том, что нельзя убивать своих товарищей по команде? — уточнил Ваймак. Эндрю сделал вид, что не услышал его, поэтому тренер огляделся по сторонам. Ему потребовались доли секунды, чтобы понять, что одной Лисицы не хватает. — Элисон только что была здесь. Куда она делась? Алина, что-то быстро показала жестами, повернувшись в строну Аарона. — Алина говорит, что та пошла посмотреть на плакаты чемпионата, — пояснил Аарон. — Вернётся, когда наплачется, — добавил Ники. Алина снова сделала пару жестов, но Хэммик перевёл это без помощи брата. Ники усмехнулся: — Пять баксов, что плачет. Это была грубая, топорная попытка поднять всем настроение. Это никак не должно было задеть Алину. Возможно, ещё месяц или два назад и не задело бы. Она знала, что все Лисы были одержимы разного рода спорами и пари; они ставили буквально на всё: от итоговых оценок Эндрю и его несуществующих отношений с Рене до того, кто первым кинется с кулаками в том или ином конфликте. То, что эти люди спокойно гребли бабло на чьей-то психологической травме, не стало для Алины новостью или неожиданностью, но сегодня она была совсем не в настроении мириться с этим. Встреча с Эбби и так порядком истощила нервы, поэтому сейчас она едва держала себя в руках перед командой. Едкий запах сигарет, который Эндрю принёс с собой на воротнике пальто, стал последней каплей. Девушка не хотела, чтобы Аарон переводил её слова, искажая сказанное и добавляя лишние комментарии, поэтому вырвала телефон у Дэн, которая уселась с ним на диване, просматривая ленту инстаграма. — Эй! — возразила она, но увидев разъярённый взгляд нападающей, умолкла. Открыв на её телефоне заметки, Алина принялась яростно стучать пальцами по клавиатуре, набирая сообщение, после чего, практически ткнула устройством в лицо Хэммика: И не стрёмно тебе делать ставки на чужое горе. — Воу-воу, — Ники вскинул перед собой руки словно защищаясь. — Не хотел никого обидеть. Не заводись. Я просто попытался облегчить ситуацию. — Лучше облегчи свой стул и сходи проверь, как у неё дела, — потребовал Ваймак. — Нам предстоит многое обсудить сегодня, и я не могу начать, пока она не вернётся. Поверь мне, она будет злее, если мы начнём без неё, чем если ты просто нарушишь её одиночество. И да, я имею в виду тебя, Хэммик. Не хочу, чтобы Алина двигалась больше, чем нужно. В ответ Алина подняла одну бровь и показала пару жестов Аарону: — Говорит, что может ходить, — перевёл её слова Миньярд. — И я безмерно горжусь ей, — отмахнулся Ваймак, — но тебя не спрашивал, до этого момента я понимал, что она хочет сказать. Мне переводчик не нужен. — Ты знаешь жестовый язык, Аарон? — поинтересовалась Рене. — Это потрясающе, я и сама хотела научиться, чтобы помогать глухо-немым, но всё руки не доходили. Аарон не прокомментировал её вопрос, зато Дэн, спородировав Эндрю, сказала: — Ещё один язык в копилку Джостен. Упомянутая метнула грозный взгляд на капитана, но всё же вернула телефон. Тяжело вздохнув, Ники выпихнул себя из кресла и вышел. Эндрю впился кончиком пальца в ямочку над ключицами Алины, требовательно привлекая к себе внимание. — Сядь и успокойся. Отмахнувшись от руки Миниярда, Джостен вернулась на диван. Эндрю сел посередине, поэтому Алина заняла сводное место по руку от него. Тело уже начало жалеть о необдуманном вмешательстве в эту драку, но когда Алина встретилась взглядом с Мэттом, тот благодарно кивнул в ответ. Алина посмотрела на Эндрю, пытаясь оценить нынешнее настроение, а затем проследила за его сосредоточенным взглядом вниз. Вытащив маленький нож, Эндрю ловко и уверенно вертел им в руке. Это был не один из тех, что Миниярд прятал под своими повязками, но Алина совсем не удивилась тому, что не узнала его. Она практически никогда не видела один и тот же нож дважды. — Это вовсе не так интересно, — скучающе заметил Эндрю. Девушка слегка качнула головой, соглашаясь с ним. Она не знала, как объяснить ту сложную эмоцию, которую вызывало заточенное, быстро мелькающее лезвие. Отца ведь не просто так прозвали Мясником: его любимым оружием всегда оставался мясницкий нож, острый, но достаточно увесистый, чтобы за один раз легко отрубить конечность. До ножа Альян Джинкс использовал топор. Он по-прежнему отдавал предпочтение топору, когда действительно хотел заставить кого-нибудь страдать. Со временем лезвие топора притупилось, поэтому приходилось прикладывать дополнительные усилия, чтобы пробить кость. Однажды Алине довелось увидеть этот инструмент за работой, в тот день её отправили на двух недельный отдых домой. Её встречала мама, но отец быстро отвёл маленькую девочку в подвал, где преподавал ей практику в искусстве наёмной убийцы. Телефон Алина отдала Дэн, но Эндрю, будто понял, что девушка хочет чем-то поделиться, поэтому, слегка приподнявшись, он достал из заднего кармана свой телефон, протянув Джостен. Та приняла его и начала печатать сообщение: Просто… Подбирая слова, Алина заметила, что разговоры в комнате притихли. Старшекурсники пытались незаметно подсматривать, что там у них происходит. Наплевав на них, Алина продолжила печатать сообщение: Я никогда не понимала, почему они так любят ножи. Рико их использовал. И мой отец тоже. Такие простые слова не должны были вызвать ту необъяснимую реакцию, которую вызвали. Неожиданно замерев, Эндрю поднял взгляд, но посмотрел не на Алину. Он смотрел на Рене, поэтому и Алина тоже взглянула на неё. Уокер замолчала на полуслове, уставившись на Джостен, сейчас на неё смотрела не всеобщая любимица Лисов. Её привычная милая улыбка исчезла, а отстранённость во взгляде чём-то напоминала нечитаемое выражение Эндрю. Алина невольно внутренне напряглась, однако, прежде чем она поняла как реагировать, Рене уже перевела взгляд на Эндрю. Они просто молча пялились друг на друга, по-прежнему не обращая внимания на недоумённые взгляды остальных. Эндрю не отводил взгляд, Рене вздёрнула подбородок. Промурчав что-то неразборчивое в ответ, Миниярд убрал лезвие. — Один из них мёртв. А второй разлюбит, как только сам напорется на нож, — наконец отстранённо отозвался Эндрю. Алина взглянула на Уокер как раз вовремя, чтобы заметить, как другая Рене исчезает. Незнакомое убийственное выражение сменилось маской спокойствия, и девушка продолжила беседу с того же места, где остановилась. Она не обратила внимание ни на то, что произошло, ни на очевидное замешательство, промелькнувшее на лице Дэниэль. Рене ненавязчиво развила тему, приглашая друзей присоединиться к беседе. Элисон и Ники вернулись вместе. Когда Рейнольдс снова заняла своё место, её щёки были сухими, а в глазах горела убеждённая решительность. Рене обнадёживающе улыбнулась, и Дэн ухмыльнулась в знак одобрения. Нетерпеливо постучав ноготочками по подлокотнику, Элисон выжидательно уставилась на Ваймака. — Ну, кого мы устраним первыми? — Первый тур: юго-восток против юго-запада, — Ваймарк поднял планшет, пробежавшись взглядом по первой странице. — В этом году нечётные команды играют по четвергам, поэтому нам остаются пятницы. Двенадцатого января выездная игра против Техаса. Хорошая новость в том, что Остин находится в паре тысяч километров отсюда, поэтому перелёт нам оплатят. Девятнадцатого играем дома, реванш с Бельмонтом. Двадцать шестого опять выездная против Арканзаса. Чтобы перейти к отборочным, нам надо минимум две победы из трёх. Бельмонт засел в четвёртом ранге, вы помните, какими они были прошлой осенью. Арканзас тоже в четвёртом. А вот Техас во втором, и они удерживают своё место на протяжении последних пяти лет. Ваймак замолчал буквально на пару секунд, чтобы дать время переварить информацию, и продолжил: — Все три команды уже бывали на Весеннем чемпионате. Они знают, что делают. Они знают, каких усилий стоит отборочный этап. На их фоне мы – очевидно слабое звено. Это не значит, что нас разобьют. Это значит, что нам придётся вкалывать в два раза больше, чтобы не отставать. И, если вы готовы, то шанс есть. С этими словами Ваймак отцепил от планшета стопку бумаг и передал их Бойду. Тот поднялся и быстро раздал листы остальным. Ваймак собрал для них полный комплект документов по отборочному этапу. На первой странице было расписание осенних игр сборной Техасского Университета с результатами и краткой статистикой. Комментарий внизу детально описывал успехи команды на Весеннем чемпионате за последние семь лет. В течение трёх лет им удавалось дойти только до третьего тура, прежде чем их выбивали. Алина перелистнула страницу и пробежалась взглядом по текущему составу команды. Следующие четыре листа таким же образом описывали сборную Бельмонта и Арканзаса. — В понедельник поподробнее разберём их стиль игры и определимся со стратегией, — продолжил тренер. — К тому моменту у меня уже будут записи осенних игр на диске. Если интересно, можете отсмотреть их в своё свободное время. Но учтите, я не собираюсь тратить тренировочное время на полный разбор, максимум – остановимся на паре особенно ярких моментов. Ваймак замолчал, вспоминая, что ещё собирался сказать: — Между первым туром и играми на выбывание будет недельный перерыв. Плохая новость в том, что мы до сих пор не знаем противников на февраль. Хорошая новость: в этом году вся Большая тройка в нечётной подгруппе. Им придётся встретиться друг с другом в третьем туре. А это значит, что впервые за шесть лет одна из этих команд вылетит ещё до полуфинала. — Ох, чёрт, — поражённо выдохнула Дэн. — Вот это повезло. — Ставлю на то, что Пенсильвания сольётся, — не растерялся Хэммик. — Нет, — вклинился Кевин, прежде чем остальные успели принять ставку. — Неважно, кто из них вылетит. Мы и близко не готовы к тому, чтобы выйти против них на поле. Сколько Алине сидеть в запасных? Девушка пальцами показала семь дней. — Ещё по-божески, — заключила Дэн. — Будь моя воля, ты бы весь первый тур просидела. Алина жестами показала что-то. — Говорит, что в состоянии играть. Слушай, Джостен, я не буду твоим переводчиком всё время. Поэтому научись комуникатировать с другими как нибудь сама. Алина повернулась к Аарону, чтобы дать ему подзатыльник. В ответ на это Кевин перегнулся через Эндрю, чтобы отвесить подзатыльник Джостен. От вчерашнего сопереживания и сочувствия не осталось и следа; в ответ на недовольный взгляд Алины Дэй уставился на неё сердитым взглядом и процедил: — Я уже предупреждал тебя однажды: нельзя врать насчёт здоровья. Ты нужна нам на поле, но только если не потянешь всю команду за собой на дно. А с учётом формы, в которой ты сейчас находишься, это просто пустая трата нашего времени. Девушка показала пальцем на себя а затем пару раз кивнула, чтобы доказать Дэю, что не подведёт. — Заткнитесь оба, — вмешался Ваймак. — Как только на тебе останется меньше пятидесяти швов, я подумаю, выпускать ли тебя на поле. А до тех пор, если я увижу, что ты хотя бы посматриваешь в сторону экипировки, отстраню ещё на неделю. Просто из принципа. Ты меня поняла? Алина не слушала, потому снова начала отчаянно жестикулировать. Кажется это даже не было жестовым языком судя потому как Аарон скривил лицо. — Не можешь сказать — просто кивни. Алина снова ткнула пальцем себе в грудь, желая продолжить свою безмолвную тираду, но дальнейшие аргументы мгновенно вылетели из головы, когда Эндрю перехватил запястье и несильно сжал его. Вспышка боли обожгла пальцы, и Алина быстро выдернула руку. Джостен окинула Миниярда недобрым взглядом, но тот даже не посмотрел в её сторону. Прижав руку к себе, Алина согнулась над ней, борясь с ощущениями и пытаясь защитить её от повторного воздействия, а затем снова переключила внимание на Ваймака. — Спасибо, — кивнул тренер, обращаясь к Миниярду. — К слову о тебе, Эндрю. Что-то не припомню, чтобы Истхевен славился своим тренажёрным залом. — Его там не было, — согласился Миниярд. — Пришлось импровизировать. — Хочу ли я знать как? — вслух задумался Ваймак и сразу же ответил на свой вопрос. — Нет, не хочу, если, конечно, это никак не связано с судебным разбирательством, о котором мне придётся узнать. Так… ну, утренние тренировки снова в силе. Алина, до возвращения на поле будем по утрам встречаться здесь. Посажу тебя отсматривать записи игр и исследовать слабости обороны Техасской сборной, с тебя тетрадка. Завтра днём у вас плановая встреча с Бэтси перед началом семестра. Вы знаете правила: нельзя идти с тем, кто играет на той же позиции. Дэн разобьёт вас по парам и распределит время посещения с максимальной выгодой для тренировки. Договорились? — Сделаем, — кивнула Вайлдс. — И последнее официальное распоряжение от меня: контролируйте себя и старайтесь не навредить команде, — напомнил Ваймак. — Мы на всеобщем обозрении. Напряжённый сезон и трагические обстоятельства сделали из нас просто какую-то кучку дерьма, и в этом году народу может понравиться болеть за вечных неудачников. Оргкомитет доволен и поощряет подобную огласку в прессе. Готовьтесь к повышенному вниманию: больше журналистов на играх, больше интервью, больше шумихи в целом. Плюс в том, что кто-то уже зашил кое-кому рот, поэтому проблем не будет. Короче говоря, постарайтесь вести себя хорошо, без ущерба для имиджа команды. Справитесь? — С вами как-то не весело, тренер, — пробубнил Ники. — Я совсем перестану быть веселым, если вы выставите нас идиотами, — отрезал Ваймак. — Но сейчас меня куда больше беспокоит наша местная боксёрская груша. У кого-нибудь есть идеи, как сделать Алину менее похожей на ходячий труп? — Всё под контролем, — отмахнулась Элисон и перевела взгляд на Алину. — Зайди к нам в комнату после собрания. Алина снова начала жестикулировать, а Аарон просто сидел в телефоне, игнорируя её речь. — Я не понимаю, что ты там говоришь, и меня не волнует, — обронила Элисон. — Мы не будем спрашивать о Рождестве, — пообещала Рене. Либо она не заметила раздражённого взгляда Элисон в свою сторону, поскольку только что убила их шанс получить хорошие сплетни, либо решила не обращать на него внимание. — Думаю, это займёт всего пару минут. Алина не верила, что Элисон не станет издеваться, но верила, что Рене вмешается, если подобное случится. Поэтому девушка кивнула. — Мне кстати надо закупиться, — вспомнил Ники. — Алина, можем сходить вместе, когда они с тобой закончат? Джостен настолько устала, что её все игнорируют, что просто махнула рукой на вопрос Хэммика, как-бы соглашаясь с ним. Если её сейчас о чем-то спросили, она бы кивнула, за неимением других жестов, понятных каждому. Кивнув, Ваймак пробежался взглядом по Лисам. — У кого-нибудь осталось, что добавить по делу? — Нам понадобится полка или что-то типа того, чтобы поставить наш весенний кубок, — заметила Дэн. — Можно это организовать? — Комитет не одобрит покупку, пока мы не отыграем по крайней мере два отборочных матча в плюс, — осадил Ваймак. — Хорошая попытка. — Кому нужно разрешение Комитета? — отмахнулась Элисон. — Я сама куплю, Комитет слишком жаден. Мы заслуживаем чего-то непристойно дорогого. Мэтт, измерь параметры грузовика. Мне нужно знать, что я смогу привезти, прежде чем возьмусь за поиски. — Молода и богата до неприличия, — протянул Хэммик. — Должно быть, здорово. Элисон окинула идеально наманикюренные ногти скучающим взглядом. — Так и есть. Ники закатил глаза, но тему развивать не стал. — Что-нибудь ещё? — уточнил Ваймак. Входная дверь гулко хлопнула, оповещая о возвращении Эбби, и тренер качнул головой. — Забудьте. Еда уже здесь. Набивайте свои животы и проваливайте уже из моей раздевалки. Если понадоблюсь, буду у себя копаться с документами. Тренер соскользнул с насиженного места и исчез в кабинете. Эбби накрыла на журнальном столике, практически полностью заставив поверхность контейнерами с едой, и раздала одноразовые тарелки. Закончив, она задержалась только для того, чтобы ещё раз с искренним теплом поприветствовать Лисов после каникул. Алине показалось странным, что она не стала спрашивать о том, как все провели время. Но тот неловкий взгляд, которым она окинула их с Эндрю по пути в кабинет тренера, окончательно убедил в том, что Эбби просто пыталась пощадить их чувства. Это была излишняя предосторожность. Эндрю в принципе не волновало, что остальные провели время лучше, чем он сам, а Алина, на словах, никогда не завидовала счастью Лисов. Обед прошёл в тишине. Разве, что некоторые косились в сторону Алины, которая отказалась от еды. По пути назад Алина сняла раскладушку с зарядки, Эндрю пообещал, что не пустит её в машину, пока телефон не окажется полностью заряженным. Команда добралась до Лисьей башни на двух машинах, и затем Алина проследовала за девушками в их комнату. Элисон велела ей сесть боком на диване, пока сама копалась в чемодане. Она вернулась с пластиковой косметичкой и села так близко, насколько это было возможным. Алина смотрела, как та раскладывала средства для макияжа в пространстве между ними. — Было бы проще, если бы ты пошла в магазин с нами, — заметила Элисон. Прозвучало как откровенный упрёк, хотя Алину никто и не предупреждал о подобных намерениях. Джостен задумалась, стоит ли ей брать в руки телефон, чтобы извиниться. Прежде чем она успела принять решение, Элисон уже замяла тему. — Неважно, я скупила всю палитру. Рано или поздно всё это пригодится. Смотри прямо перед собой и не мешай мне работать. То, что ты молчишь, даже лучше. Она одновременно поднесла два маленьких тюбика по обе стороны лица нападающей, подбирая нужный тон. Некоторые оттенки она откладывала сразу, другие оставляла для повторного отбора. Наконец, Элисон осталась с тремя тюбиками и приступила к работе, выравнивая синяки на шее и лице, избегая повязок и медицинской ленты. — У тебя очень бледный цвет лица, это неплохо. Но мы не в Корее, поэтому окружающим вряд-ли понравится. Рене и Дэниэль стояли позади Элисон, наблюдая за работой. Алина не рискнула разозлить Рейнольдс, поэтому смотрела прямо перед собой, но, казалось, она могла расслышать, как Дэн до скрежета стиснула зубы. — Зачем? — не выдержала Уайлдс. — Чего он хотел этим добиться? Зачем он это сделал? — Дэн, — тихо запротестовала Рене. — Мы ведь обещали. — Ты обещала, — поправила Уайлдс. Алина позволила бы им решить этот вопрос самостоятельно, но сейчас Дэн не упрекала её, а просто пыталась понять. — Знаю, ты не ответишь. Но я просто хочу разобраться...— продолжила капитан. — Конечно это всё чтобы добраться до звезды-Кевина, — пояснила Элисон. — Вы не знали? Кевин с Лисами уже почти год, но Рико всё ещё не может отпустить его. Он будто одержим Кевином, точно так же, как и Кевин им. Алина моргнула, подтверждая ответ Рейнольдс. Рене подала голос: — Кевин начинает забывать его. Когда мы встретились с Воронами в октябре, он волновался о нас больше, чем о Рико, стоявшем прямо за спиной. В тот день Кевин выбрал нас, и Рико не простит ему этого. Рико – король. Он не позволит другим отвергать, унижать или обыграть себя. Поэтому он пытается забрать людей, на которых Кевин может положиться. Он хочет, чтобы мы боялись его, а у Кевина появились сомнения и опасения. Дэн возмущённо фыркнула: — Он и девчонку ту запугал. Помните её? Его девушку, Ален, или как там её? Что за бездарный мудила. Услышав это имя, зрачки Алины застыли, перестав бегать по лицам девушек. Но те кажется не заметили. — У Рико ничего не получилось. — Голос подала Элисон, — Алина, ты ведь не боишься Эндрю. С чего бы тебе бояться Рико? Он просто ещё один крикливый, избалованный ребёночек, не умеющий контролировать собственные эмоции. А теперь смотри прямо и не мешай мне работать. Я предупреждала тебя не вертеться. Алина замерла, не шевелясь до тех пор, пока та не закончила. Элисон отклонилась в сторону, чтобы ещё раз окинуть её внимательным, цепким взглядом, а потом встала и взяла со стола зеркало. Внутри всё неприятно сжалось, когда она вернулась. Алина взяла зеркало и положила его себе на колени. Рейнольдс жестом предложила ей взглянуть, но Алина только покачала головой, отдавая зеркало обратно. — Не боишься Рико, но пугаешься собственного отражения? — Элисон скрестила руки на груди, окинув её жалостливым взглядом. — Странная, запутавшаяся девочка. Ты от рождения такая или кто постарался? Дэн подскочила прежде, чем Алина успела среагировать: — Выглядит здорово. С близкого расстояния, конечно, можно заметить, что ты накрашена, но не думаю, что кто-нибудь станет спрашивать. Вот отсюда даже не видно. Просто заходи к нам после утренних тренировок, чтобы припудриться перед занятиями, пока основной ужас не сойдёт. У тебя есть утренние пары в этом семестре? Девушка отрицательно качнула головой. — Научилась этому, чтобы скрываться от репортеров, когда только начала играть. Теперь в этом уже не нуждаюсь, но сам по себе навык полезный, — Элисон пожала плечами. — Вот пойдёшь покупать учебники с Ники и опробуешь. Желательно, прямо сейчас. Дэн ждёт не дождётся, чтобы наконец оккупировать твою комнату. — Меня интересует не комната, — парировала Уайлдс. Алина поджала губы и встала с дивана. — Слушай, Алина, — окликнула Дэниэль, когда Джостен была уже у двери. Алина разжала пальцы, отпуская ручку, и обернулась к ней. — Если захочешь поговорить об этом или о чём-нибудь ещё, или… — Она неопределённо взмахнула рукой около головы, возможно подразумевая неожиданные перемены во внешности. — Ты ведь знаешь, что мы всегда рядом, правда? Только скажи. Алина неопределённо покачала головой из стороны в сторону. — Может быть, позже, — перевела Дэн её слова, — а может и нет. Алина напоследок качнула головой и вышла. Закрыв за собой дверь, она зашагала по коридору. Алина устала, раны ныли, ей не попасть на поле ещё как минимум неделю, но в данный момент всё это не имело значения. Алина открыла рот, надеясь произнести заветные слова: Мы в норме. С нами всё будет нормально. Однако за неимением голоса, шёпот тоже был ей отныне недоступен. По крайней мере, с Лисами всё будет в порядке, и этого более чем достаточно.