С днём рождения, младшая

Алина проснулась ещё до того, как у Мэтта прозвенел будильник. Она полежала пару минут в тишине, а затем перевернулась на бок и отключила свой собственный. Открыв телефон, Алина скользнула взглядом по дате. Пятница, девятнадцатое января. Алине Джостен исполнялось девятнадцать лет тридцать первого марта. Сегодня восемнадцатилетие Ален Джинкс. — С днём рождения я, — одними губами произнесла девушка. — Ещё один год позади. Ты живёшь чуточку больше, чем заслуживаешь. Алина никогда не имела привычки праздновать свой день рождения, но каждый пережитый ей год заслуживал полноценной минуты молчания. Она провела большим пальцем по дате на маленьком тусклом экране мобильного и пожелала, чтобы сегодня им удалось обыграть Бельмонт. Алина пошла на занятия, однако не узнала для себя ничего нового. Она записывала всё, что в течение пары диктовали преподаватели, но их слова совсем не задерживались в памяти. Запихнув конспекты поглубже в рюкзак, она в полном одиночестве вернулась обратно в Лисью башню, проигнорировав все приёмы пищи. Проходя по лестнице мимо волейболистов, Алина расслышала несколько пожеланий удачи в грядущей игре и мысленно сделала пометку поблагодарить их за поддержку. Почему-то ей казалось, что она уже говорила спасибо. Может так и было. Слабительное, к которому снова вернулась девушка, при длительном использовании, могло вызывать потерю кратковременной памяти. В день игры им отменили тренировку, поэтому у Алины образовалась куча свободного времени, которое надо было как-нибудь убить. Она попыталась сосредоточиться на учёбе, но из этого ничего толкового не вышло, затем попробовала вздремнуть и тоже безрезультатно. К тому моменту как они в полном сборе выдвинулись на стадион за час до начала, Алина уже медленно сходила с ума. В раздевалке едва уловимо пахло хлоркой и жидкостью для мытья окон. Алина никогда не понимала, зачем было так усердно вымывать всё накануне игры, однако небольшая команда уборщиков приходила для этого каждый раз. Обычно к приезду Лисов запах уже полностью выветривался, но, возможно, сегодня персонал задержался из-за пробок, неизменно образующихся на территории кампуса в предверии игры. Это также объясняло, почему сейчас Ваймак сидел в общей комнате вместо того, чтобы в привычной манере забаррикадироваться у себя в кабинете. Тренер утверждал, что у него аллергия на все чистящие средства. Эбби считала, что это глупая попытка оправдать извечный беспорядок в квартире, однако Ваймак упорно настаивал на своей версии. Ваймак внимательно наблюдал за командой, видимо, в надежде заметить признаки воцарившегося перемирия. Каждая тренировка на неделе действительно проходила чуть лучше, чем предыдущая. И всё же они по-прежнему были далеки от необходимого команде сплочения. В четверг Алина и Кевин снова начали разговаривать друг с другом, потому что оба достигли какого-то неуловимого предела возможного взаимного игнорирования. В то время как старшекурсники оказались не готовы простить Эндрю приступы его жестокости, они попытались свыкнуться с ней и хотя бы на время принять такое положения дел, исходя из чувства несвоевременной командной необходимости. Они по-прежнему относились к Миньярду как к замкнутому социопату, неспособному сожалеть о последствиях своих поступков или понять причины злости окружающих. Аарон, в свою очередь, играл роль неизменного и неиссякаемого источника ненависти среди Лисов; едва им удавалось устаканить ситуацию и шатко-валко встать на ноги, он вмешивался, словно неуправляемая движущая сила и снова выбивал у них почву из-под ног. Алина не знала, сколько ещё сможет терпеть подобную незрелую враждебность, прежде чем опять попытается вправить Аарону мозги, желательно без применения силы. Хотелось бы, конечно, чтобы у Ники было больше влияния на своих братьев, учитывая, что их совместное проживание предоставляло возможность для разных воспитательных бесед. В этом плане даже Кевин мог бы оказаться ценным союзником, однако тот был готов спорить с Эндрю только в вопросах, напрямую связанных с экси. Дэй никогда не вмешивался в их личные проблемы. Однако сегодня волноваться стоило не об этом; Алина разберётся со всем после, на выходных. Она выкинула братьев из головы и последовала за девушками в раздевалку. Молча ввела комбинацию на замке шкафчика и потянула на себя дверцу. На доли секунды Алина почувствовала непривычное, неожиданное сопротивление, а затем услышала резкий хлопок, будто внутри что-то лопнуло. А после – кровь. Среагировав на открытие дверцы, пакет с кровью взорвался в шкафчике, и теперь Алина с нескрываемым отвращением наблюдала, как она тягучей волной быстро покрывала всё внутри. Запах оказался настолько удушающе насыщенным, что, проникнув в лёгкие, он словно забивал собой все дыхательные пути. Шок длился не больше секунды, прежде чем паника взяла над ним верх. Алина зарылась в шкафчик, хватая форму и снаряжение. Было слишком поздно, и она понимала это, но всё равно попыталась. Майка хлюпнула в руках, словно промокшая насквозь губка, пускающая липкие кровоподтёки сквозь пальцы. Она уронила её на пол и попыталась нащупать шлем. Пальцы скользили по твёрдому пластику, не давая нормально ухватиться, когда вмешалась Дэн. — Нет, — запротестовала Джостен, однако капитан уже оттаскивала её в сторону. — Да подожди! Алина уперлась ногами, но испачканная кровью подошва только скользила по плиточному полу. Кровь уже добралась до дна шкафчика и теперь просачивалась наружу, образуя быстрорастущую лужу. В верхней части висел пустой полиэтиленовый пакет, надорвавшийся в тот момент, когда дверцу открыли слишком широко. Он казался достаточно большим, чтобы вместить по меньшей мере литров десять – и этого было более чем достаточно, чтобы полностью испортить всё снаряжение Алины. — Рене, — негромко произнесла Дэниэль, — позови тренера. Девушка моментально сорвалась с места. Алина изо всех сил оттолкнула Дэн локтем. Уайлдс сдавленно выругалась, теряя хватку, и Джостен кинулась обратно к вещам, скользя на мокром полу. Чтобы не упасть, пришлось даже ухватиться за ближайший шкафчик. Быстро восстановив относительное равновесие, она с отчаянной дрожью в руках принялась выгружать оставшееся. Обильно пропитавшись кровью, её домашняя форма теперь совсем не отличалась от выездной. Даже подкладка экипировки оказалась безнадёжно испорчена. Алина вытащила шлем, наблюдая за тем, как кровь потекла сквозь забрало. В раздевалку кто-то вошёл, вроде бы даже несколько людей. — Алина? — кажется это был Мэтт. Джостен уронила шлем в кучу грязных вещей, образовавшуюся у ног, и, не сдерживаясь, залепила кулаком по шкафчику. Вместо холодного листа металла кулак столкнулся с пластиком, и Алина резко сорвала порванный пакет с крючка. Когда она повернулась, чтобы выкинуть кусок полиэтилена, кто-то крепко поймал её запястье. Это был Эндрю. Алина даже не заметила, как тот подошёл, и теперь просто смотрел на неё или скорее сквозь неё, чувствуя, как тяжело колотится в висках сердце. — Всё испорчено, — голос дрожал от неприкрытой ярости. — Оно всё, блять, испорчено. В следующую секунду в раздевалку влетел Ваймак, а следом за ним и обеспокоенная Рене. От вида такого количества крови тренер на мгновение замер, затем шагнул в сторону Алины: — Это твоя? — Тренер, моё снаряжение, — попыталась объяснить Алина, — оно… — Это не её, — вмешался Эндрю, отпустив Алину. — Она в норме. — Перекись, — спохватилась Джостен. — У Эбби в кабинете же есть перекись?! Когда Ваймак ничего не ответил, молча смерив её взглядом, нападающая взвилась: — Да что вы блять все стоите как вкопанные?! Может кто-нибудь мне поможет? Алина направилась к двери с железной решимостью поискать перекись самостоятельно. Но тренер вскинул руку, преграждая дорогу. — Надо отчистить одежду, пока кровь не начала сворачиваться, иначе сегодня мне будет просто не в чем идти на игру. — Я хочу, чтобы ты хотя бы на пару секунд абстрагировалась от своего привычного, пиздец однобокого образа мышления и задумалась над тем, что сейчас ты стоишь вся в чьей-то крови. Ты в норме? — Эндрю уже сказал, я в норме, — отмахнулась Алина. — Я не спрашиваю Эндрю, — отрезал Ваймак. — Я спрашиваю тебя. — О, смотри, у меня есть запасное полотенце, — вмешалась Элисон и, достав одно из своего отрытого шкафчика, поспешила к душевым, чтобы намочить его. На подходе к раковинам Рейнольдс резко остановилась вполоборота к ним, и её поражённый голос гулким эхом отразился от стен душевой. — Что за херня? Алина понимала, что увиденное ей точно не понравится, и всё равно подошла. Ваймак, Кевин и Эндрю двинулись следом за ней. Когда Алина проследила за взглядом Элисон к дальней стене, всё внутри моментально перевернулось и глухо оборвалось. Поверх плитки кровью было выведено аккуратное послание: «Счастливого восемнадцатилетия, младшая» Голова тут же наполнилась неразборчивым шумом и спорами. Пронзительное бормотание на заднем плане казалось абсолютно неуместным, и у Алины ушла почти целая вечность, чтобы осознать, что все эти звуки исходили от её команды. Она отчётливо слышала их встревоженный тон, но конкретные слова разобрать не получалось. Страх ледяными когтями впился куда-то под ложечку, намертво сдавливая горло. Алина на несколько секунд прикрыла глаза, глубоко вдохнула и выдохнула. Она не может разобраться с этим сейчас. Она не может; она и не будет. Она ухватилась за хвост нарастающей паники и закинула её максимально глубоко, туда же, где спрятала своё измученное сердце перед тем, как дважды сбежать из Ивермора. У неё ещё будет возможность поддаться чувствам, но не здесь и не сейчас, не на глазах у всех Лисов – иначе она потеряет всё. Постепенно, какими-то неразборчивыми отрывками мир возвращался на круги своя. Как раз вовремя для того, чтобы Алина успела расслышать, как Ваймак пробормотал что-то насчёт вызова полиции. Моментально среагировав, Джостен схватила его за предплечье прежде, чем тот развернулся, и сжала пальцы так сильно, что, кажется, почувствовала скрип собственных костей. — Тренер, — улыбнулась девушка, прежде чем выдала настолько спокойным тоном, на какой только была способна, — не будем втягивать сюда копов. Ладно? Давайте просто переживём эту игру, а завтра я сама здесь всё уберу. Никому не стоит об этом знать. — Назови хоть одну вескую причину, почему я не должен отменить игру и вызвать сюда охрану или наряд? — Я не могу сейчас рассказать, — напомнила Алина, бросая на него косой взгляд. — Я же просила подождать до мая. Она хотела, чтобы Ваймак вспомнил о своём обещании, данным в новогоднюю ночь, когда тренер наконец потребовал объяснения многочисленным шрамам и вечному вранью. Алина не сказала Ваймаку напрямую, что она находится в бегах, но она сделала достаточно намёков, чтобы тот сам смог сложить всё воедино. Алине было жизненно необходимо, чтобы тренер вспомнил об этом именно сейчас и сделал очевидный вывод: левые люди Рико не оставили бы после себя никаких улик, а вот отпечатки Алины здесь повсюду. Это сделал кто-то повыше Рико. Ничего не ответив, Ваймак смотрел на неё тревожным пристальным взглядом. Алина отвлеклась от тренера и забрала влажное полотенце из несопротивляющихся пальцев Элисон. Когда она пересекла душевую к своему поздравлению, лёгкие словно тисками сжало. Стараясь дышать неглубоко, чтобы подавить рвотный рефлекс, Алина одну за одной стирала буквы с плитки. В конце на полотенце ещё оставалась пара чистых пятен, об которые Алина вытерла руки и вернулась к остальным, на ходу забросив тряпку в раковину – с этим она разберётся потом. — Алина, — аккуратно позвал Бойд. Алина не хотела сейчас ничего выслушивать. — Идите к себе парни. Иди Мэтт. Вернувшись в основное помещение раздевалки, Джостен снова оглядела свой шкафчик. Потребовалось совсем немного времени, чтобы заметить, что, кроме самой Алины, никто из команды не сдвинулся места. Мэтт неподвижно застыл около раковин. Ваймак, Кевин и Эндрю по-прежнему стояли в дверях душевой. Аарон и Ники замерли около выхода. Все взгляды были прикованы к ней. Алина чувствовала, будто правда светилась у неё на лбу огромными мерцающими буквами. И каждый мог прочитать её. Эта правда заключалась всего в одном слове – младшая – но Алина всё ждала, что кто-нибудь назовёт её по имени. Джостен окинула присутствующих взглядом и сфокусировалась на единственно возможном союзнике в данной ситуации. — Кевин, — позвала Алина, переключаясь на французский, — скажи им, что всё нормально. Ну же, заставь их шевелиться. У нас сорок минут до начала. — Ты сможешь играть? — уточнил Дэй. — Не тупи. Я зла, а не ранена, — огрызнулась Алина. — Я не позволю никому испортить мне игру. А ты? — Сейчас я действительно думаю, что есть что-то поважнее игры. Это всё из-за меня? Я про задание. — Нет. Всё из-за меня. Мой день рождения, моё имя, мои проблемы. Я разберусь с этим позже. Где, блять, Кевин Дэй, которого не волнует ничего кроме игры? Перед началом сезона ты говорил мне выразить из головы всё не связанное с игрой, я это и делаю. Как насчёт тебя? Кевин долгое мгновение оценивал её испытующим взглядом, а затем повернулся к остальным: — Пошевеливайтесь, нам ещё игру выигрывать. — Да ты шутишь, — удивился Мэтт, перекинув взгляд с одного нападающего на другого. — Ты действительно собираешься игнорировать тот факт, что это, — он указал пальцем на залитый кровью шкафчик, — только что произошло? Алина, ты выглядишь как более тощая версия Кэрри. И ты даже не хочешь вызвать сюда охрану, пока место преступления ещё свежее? — Нет, — уверенно ответила Алина. — Не хочу. — Ты шутишь, — поражённо повторил Мэтт. Алина посмотрела на него. — Рико еблан и по совместительству нарцисс. Конечно он хочет, чтобы мы отреагировали. И если мы отреагируем, то он победит. Не доставляй ему такого удовольствия. Сделаем вид, что ничего не случилось, и сосредоточимся на Террапинах. Потребовалось несколько секунд, чтобы Ваймак принял её сторону. — Никто не будет здесь переодеваться. Берите экипировку и на выход. Пойдете в мужскую раздевалку, когда парни закончат. Я даю тебе один шанс, — предупредил тренер, когда Алина посмотрела на него. — И если я почувствую, что твоя голова занята чем-то помимо игры, то сразу же уберу тебя с поля, а твоё место займёт Дэн. Это понятно? — Да, тренер, — согласилась Джостен. Ваймак ещё раз окинул медленным взглядом беспорядок. Выглядел он при этом так, словно уже возненавидел себя за то, что пошёл на поводу у Алины. Наконец, он покачал головой и подцепил одежду из небольшой мокрой кучи на полу. — Эбби этим займётся. Кто-нибудь, одолжите Алине ещё одно полотенце. — Спасибо, — искренне поблагодарила Алина. — Заткнись, — отмахнулся Ваймак и вышел. Как только за тренером закрылась дверь, воцарилась гнетущая тишина. Наконец Эндрю сдвинулся с места, пошёл на выход из женской раздевалки. На остальных это подействовало как спусковой крючок, и вскоре они тоже, собрав вещи, вышли. Перед уходом Рене отдала Алине одно из запасных полотенец. Дэниэль выходила последней, и, заметив, что Алина по-прежнему стоит на месте, сама заколебалась у двери. — Помоюсь здесь, — пояснила Алина, указывая на свой жалкий вид. — Не хочу терпеть это дольше, чем нужно. Дэн не стала спорить и оставила Алину в покое. Джостен в очередной раз посмотрела на свой шкафчик, затем решительно отвернулась и пошла в душ. Моясь, она неотрывно смотрела под ноги, наблюдая за тем, как вода, постепенно бледнея, уносит кровь. И даже когда она стала полностью прозрачной, Алине всё ещё казалось, словно она сама истекает кровью внутри. Она вымылась три раза прежде, чем сдалась и наконец выключила душ. Едва девушка вышла из кабинки, Ваймак постучал в дверь. Открыв ему дверь девушка услышала: — Мэтт поехал обратно, чтобы привезти тебе носки и бельё. Я достал запасную экипировку, но ты должна сама померить и решить, какая подходит лучше. Когда форма достирается, я её принесу. А до тех пор сиди, не суетись. — Хорошо, тренер, — отозвалась Алина. У Лисов оставалось запасное снаряжение ещё с тех времён, когда их состав был немногим больше. Рене брала экипировку из запасов, когда ей пришлось встать на позицию защитника этой осенью. Большую часть снаряжения можно было отрегулировать под себя, но только в определённом диапазоне. Методом проб и ошибок Алина отобрала из кучи, оставленной Ваймаком, более-менее подходящий комплект. Теперь оставалось только ждать. Казалось, Мэтт вернулся спустя вечность: вечерние пробки перед игрой превратили небольшую поездку до Лисьей башни и обратно в невероятно долгую. Стук в дверь отвлёк Алину от мрачных мыслей. Она сползла со скамейки и пошла проверить. Экипировка, которую она уже успела нацепить, не давала спокойно обернуть полотенце вокруг тела. Вместо того чтобы по-нормальному обмотаться им, Алина прижала край полотенца к шее, позволив свисающей части прикрыть её исполосанный, покрытый шрамами живот. Джостен приоткрыла дверь ровно настолько, чтобы просто убедиться, что это Мэтт, и, не придумав ничего лучше, напряжённо спросила: — Стучал? Мэтт очень странно на неё посмотрел. — Эбби просила передать, что всё ещё возится с формой. Это был не первый случай, когда Лисы шли на уступки, чтобы подстроиться под персональные загоны Алины по поводу личного пространства, но обычно у них было время на раздумья и анализ ситуации. Мэтт уже опаздывал на разминку и был нехило потрясён выходкой Рико, но несмотря на это он не выходил из себя и держался очень неплохо. — Спасибо, — искренне поблагодарила Алина, забирая одежду, протянутую из-за двери. Бойд принёс ей полный комплект, поэтому теперь было во что переодеться даже после игры. От одной мысли, что Мэтт рылся в её вещах, кожа покрылась холодными колючими мурашками, однако Алина списала это на расшатанные нервы. — Без проблем, — отозвался Мэтт. — Ещё что-нибудь нужно? — Точный выстрел в голову ебливого Рико и никаких свидетелей, — поделилась Алина. Мэтт усмехнулся, решив, что это шутка, и ушёл. Джостен закрыла за ним дверь и быстро натянула носки и нижнее бельё. Затем взяла обувь и аккуратно ополоснула её в раковине. Это единственное, что она могла сделать. Кровь намертво въелась во внутреннюю обшивку. Для сегодняшней игры прокатит, но придётся заменить их как можно скорее. Жалко кроссовочки. Алина сможет надеть шорты будучи уже обутой, поэтому, чтобы не терять времени, она зашнуровала кроссовки. Джостен пошла обратно в раздевалку, стараясь не отрывать взгляд от часов, чтобы не смотреть на кровь. Наконец Ваймак, постучавшись, вернулся с формой. — Мы сделали всё, что могли, но придётся покупать новый комплект. Сегодня же закажу и оформлю экспресс-доставку. Тренер передал вещи и принялся закатывать рукава. Алина испачкала ему рубашку, вцепившись окровавленными пальцами в предплечье. Ваймаку стоило немалых усилий скрыть последствия. Алина подумала, что стоит извиниться, однако понимала, что тренер просто не позволит ей. Вместо этого Джостен выжала остатки воды из футболки. — Сушили как могли, — пояснил Ваймак, проследив за каплями, упавшими на пол. — Мэтт даже захватил фен, однако Эбби не разрешила использовать его: сказала, могут остаться пятна. — Если спросят, скажу, что это была предыгровая шутка, правда, не смешная, — пожала плечами Алина. — Фактически, это правда. Джостен быстро переоделась. Ваймак в очередной раз окинул её цепким взглядом, прикидывая, можно ли в таком виде предстать перед публикой, и, как-то неопределённо кивнув, выпихнул её из раздевалки. Игра начиналась совсем скоро – команда уже провела разминку и даже сделала растяжку. Пока Ваймак давал остальным последние указания, Алина пробежала несколько кругов в одиночестве. Когда она вернулась, тренер успел закончить очередную пламенную речь, и Алина неожиданно оказалась в центре всеобщего внимания. — Уверена, что всё нормально, Алина? — уточнила Дэн. — Уверена, что мы должны выиграть, — беззлобно отмахнулась она. — Лучше думай о победе, а не обо мне. Судьи выпустили их на поле для последнего сета упражнений. Алина полностью сосредоточилась на движениях, стараясь не думать ни о чём другом. К тому моменту, как команда встала на позиции для первой подачи, Алина настолько ушла в себя и игру, что практически забыла о случившемся в раздевалке. Она толком и не осознавала этого, но полузабытое, призрачное воспоминание по-прежнему преследовало её, заставляя играть жёстче и быстрее. В течение матча Кевин не просил её унять пыл, поэтому они вместе накинулись на линию защиты с абсолютно несвойственной агрессией. Джостен заработала жёлтую карточку ещё до перерыва. Алина думала, что это послужит для Ваймака поводом убрать её с поля, однако, собрав команду в холле, тренер не сказал о случившемся ни слова. Повсюду мерещился запах крови, хотя Алина знала, что это невозможно. Холл находился слишком далеко от раздевалки, а воздух вокруг наполнился запахами пота и дезодоранта. — Где Эбби? — спросила Уайлдс, и Алина поняла, что не замечала её с самой разминки. — Ей пришлось ненадолго уехать в студгородок. Но в её отсутствие никто не пострадает, — с нажимом произнёс Ваймак и махнул рукой в сторону кулера. — Пейте водичку, разминайтесь. У нас не так много времени. Лисы отыграли вторую половину так, будто на кон было поставлено всё. Алина использовала манёвры и подачи, которым её научил Кевин, и незаметно применила несколько защитных приёмчиков, о которых узнала у Воронов. Когда ей нужно было обратиться к Кевину, она делала это исключительно на французском. Она не отреагировала ни на одну провокацию противников, сохраняя молчание в ответ на разные комментарии в свой адрес. Алина не имела право тратить дыхание на бессмысленную ругань, ей нужна была каждая капля оставшейся энергии, чтобы пережить эту игру. Судя по нарастающему напряжению в голосах Террапинов, она понимала, что её молчание не осталось незамеченным. Однако всё её взаимодействие с противниками по-прежнему сводилось к немым столкновениям и попытке обогнуть их. Мэтт, в свою очередь, играл роль основной силы на дальнем конце поля. Ники всё ещё оставался самым слабым звеном, но Миньярд с беспощадной эффективностью уравновешивал ситуацию, забирая на себя его ошибки. Когда Аарон вышел на поле, они с Эндрю играли так слаженно, словно между ними никогда не случалось ничего плохого. Алина не понимала, сплотились ли они из-за вмешательства Рико или сама игра отвлекала от накопившихся претензий и разногласий. До тех пор, пока это работало, Джостен не волновали причины неожиданных изменений. Примерно за восемь минут до конца матча Лисы начали сдавать. Они слишком рано решили играть в полную силу. Тем не менее, пока им удавалось удерживать позиции, всё было в норме, потому что у них по-прежнему оставалось преимущество в два очка. Алина хотела забить ещё раз, чтобы хоть немного приободрить команду. Они с Кевином стояли бок о бок против отдохнувших, свежих нападающих, а защита блокировала их на каждом шагу. Судя по тому, какие непростительные задержки допускал Дэй, Алина понимала, что Кевин устал не меньше, чем она сама. Алина бросила ему резкое замечание, когда Дэй снова упустил мяч. Кевин прорычал нечто нечленораздельно грубое в ответ. Спустя две минуты Лисы наконец получили толчок, в котором так нуждались. Террапин обогнул Мэтта и кинулся к воротам. Бойд не мог обогнать его и прикрыть ворота, но он уловил момент, когда нападающий собрался сделать бросок, и одним ударом попытался выбить мяч. Растерявшийся противник запнулся, крутанул клюшкой в надежде спасти мяч и шагнул во вратарскую зону. Мгновенно среагировав, Эндрю оставил ворота и влетел в Террапина с достаточной силой, чтобы сбить того с ног. Ошеломлённому нападающему потребовалось добрых пять секунд, чтобы понять, что произошло, и вернуться в игру. Но игра никого не ждёт. Бойд метнулся за мячом и с боевым кличем бросил его через поле Элисон. А дальше Алина ударила по воротам и забила. Лисы оживились. Команда выиграла со счётом восемь к пяти, и болельщики едва не снесли крышу своим ором. Лисы, не сговариваясь, сконцентрировались у ворот, потому что сам Эндрю никогда не подошёл бы к ним. В прошлом сезоне Ники и Рене удалось втянуть его во всеобщее празднование только потому, что тогда Миньярд был слишком измотан, чтобы сопротивляться. Теперь, когда Ники предпринял попытку накинуться на него с горячими объятиями, Миньярд предупреждающе вскинул клюшку. Быстро прикинув в голове все за и против, Хэммик повис вместо него на Аароне. Эндрю оставался в стороне, без особого энтузиазма наблюдая за тем, как в нескольких шагах Лисы сходили с ума, вопя и прыгая от счастья. Через пару секунд к нему присоединился Кевин, который незаметно обогнул команду и теперь стоял по руку от Миньярда. У них завязался короткий разговор, Алина не могла разобрать содержимое за восторженными криками команды, однако, судя по жестам Эндрю, он в очередной раз напоминал, что его не беспокоит одобрение Дэя. Они как можно быстрее закончили с формальностями, наскоро пожав руки команде соперников, и покинули поле. Ваймак и Эбби уже ждали их: тренер с какой-то хищной ухмылкой, скорее напоминающей оскал, а Эбби расплылась в широкой, искренней улыбке. Довольный вид тренера только подстегнул ликование Дэн, и она побежала в толпу фанатов, а за ней и Мэтт с Ники, мгновенно обступившую их. Ваймак спокойно отпустил их, понимая, что журналисты вцепятся, как в самую лёгкую добычу, и погнал остальных Лисов в раздевалку. И только на подходе Алина вспомнила о том, какой беспорядок её ждёт внутри. — Может быть у вас есть ненужная тряпка? — спросила Джостен, устало улыбнувшись. — Заткнись, — отмахнулся Ваймак. — Ты не будешь сейчас с этим разбираться. Мы только что выиграли. — Восемь-пять, — подтвердила Элисон, словно Алина могла забыть. В голосе полузащитницы по-прежнему слышалась злость из-за произошедшего. А следующие её слова едва не заставили нападающую болезненно вздрогнуть: — Думаю, это можно считать подарком от команды на день рождения. — Элисон, — предупреждающе вмешалась Рене. — Нет, — отрезала Рейнольдс, не сводя взгляда с Алины и вскинув палец на Рене, чтобы та не перебивала. — Я исчерпала лимит дерьма и вранья, которые могу вытерпеть за эту неделю. Я уже не говорю про весь год. Я хочу знать, насколько далеко может зайти это тупое противостояние между Алиной и Рико. — Мы это обсудим, но только когда все будут в сборе. Идите мыться. Снова по очереди. В этот раз дамы вперёд, — пообещал Ваймак и проводил девушек взглядом, всех кроме Алины, пока дверь мужской раздевалки не закрылась за их спинами. — Объявляю новое официальное правило в команде: все обязаны радоваться победе. Вы, нытики, загоните меня в гроб раньше времени. Тренер опустил на них взгляд, но Кевин смотрел на несдвинувшуюся с места Алину, а близнецы были заняты взаимным игнорированием. Ваймак беспомощно вскинул руки, признавая собственное бессилие, и ушёл. В комнате моментально повисла тяжёлая тишина, которая рассеялась только с приходом Дэн, а за ней и Мэтт с Ники. Эти трое по-прежнему пребывали в состоянии восторга после победы, однако в компании кислых, депрессивных лиц, их настрой быстро пошёл на спад. Дэн колебалась всего секунду перед тем, как направилась в раздевалку, не проронив ни слова. Ники молча подошёл и прислонился плечом к Алине. — Получается, мы только что выбили две из трёх. Следующая победа будет сладкой вишенкой на торте, — Ники бросил Кевину многозначительный взгляд, призывая присоединиться к разговору. — Впереди игры на выбывание. Каковы шансы, что мы поиграем с кем-нибудь интересным? — Нулевые, — не задумываясь, ответил Кевин. — Все интересные команды в нечётной подгруппе. — Все, кроме нас, ты имел в виду, — Ники дал ему минутку на то, чтобы согласиться, а затем, не дождавшись подтверждения, преувеличено тяжело вздохнул: — Ты такой предвзятый. Главное, не забудь, на чьей стороне ты играешь. Если нам придётся выйти против Калифорнии, советую ставить на нас. — Я подумаю об этом, — кивнул Дэй. Вороны и Троянцы всегда были заклятыми соперниками, тем не менее Кевин относился к числу неисправимых фанатов сборной Университета Калифорнии. Алина этому не удивлялась, поскольку Троянцы действительно считались одной из лучших команд страны. Они славились своими достижениями, особенно безукоризненным спортивным поведением, а также возглавили движение за то, чтобы не снимать Лисов с чемпионата прошлой осенью. В общем, они целиком и полностью заслуживали внимания и уважения Дэя. — Придурок, — надулся Ники. — Расскажу тренеру, что тренер Риман тебе нравится больше. — Расскажи, — пожал плечами Дэй. — Если тренер достоин своего места, то он понимает, что Троянцы лучше Лисов. Всегда были и всегда будут. — Какой же предвзятый, — снова пробормотал Хэммик. Дэн позвала их, когда девочки закончили, и парни заняли раздевалку. Алина ушла в женскую раздевалку снова. Так как хотела остаться со своим горем наедине. Она долго стояла под струями воды, проверяя, не осталось ли крови под ногтями. Ничего не нашла, но могла бы поклясться, что на мгновение в воздухе повис запах горелой плоти. Покинув раздевалку, она обнаружила, что все дожидаются её в зоне отдыха. Ваймак стоял около журнального столика, скрестив руки на груди. Эбби безмолвно застыла в дверях. У Алины возникло непреодолимое желание просочиться мимо неё и пропустить весь этот разговор. Но она всерьёз сомневалась, что кто-либо из присутствующих позволит ей просто так взять и уйти. Поэтому Алина послушно опустилась на диван рядом с Эндрю. Ваймак подождал, пока она усядется, и только потом заговорил: — Сначала о главном. Точнее, о птицах. Я созвонился с кафедрой и получил для Эбби допуск к микроскопам в научной лаборатории. Нужно было убедиться, что это не человеческая кровь. — Какая мерзость, — поморщился Ники. — Это было необходимо, учитывая, с кем мы имеем дело, — качнул головой Ваймак. — Последнее, чего я хочу, – подвергать вас риску. Стадион должен быть абсолютно безопасен для вас, но я не смог обеспечить вам эту безопасность. Я всерьёз подумываю о том, чтобы установить здесь камеры на общественных территориях, но не стану этого делать без вашего согласия. Если нам понадобится отсмотреть эти записи, можете быть уверены: их увидят только присутствующие здесь. Я точно так же, как и вы, не хочу впутывать посторонних в наши дела. Что закономерно подводит нас ко второму неразрешённому вопросу: Алина попросила не впутывать в это полицию. Ваймак пробежался взглядом по лицам.— Лично я готов отнестись с пониманием и пойти на этот шаг, но речь не только обо мне. Согласны? — Неужели ты позволишь ему выйти сухим из воды? — удивилась Дэн. — Он бы не пошёл на это, если бы была реальная вероятность, что его могут поймать, — пояснила Алина. — Вероятно, мы его и не поймаем, но, может, удастся выйти на соучастников, — предложил Мэтт. — Никто не идеален. Все оставляют следы. Неожиданно слово взял Аарон, и от его резкого обвинения у Алины замерло сердце: — Кому, как не тебе, об этом знать, да, младшая? Алина кинула быстрый взгляд на помрачневшее лицо Аарона и заведомо приготовилась к худшему. Но то, что последовало дальше, оказалось хуже любых ожиданий. — Они никогда не найдут доказательства причастности Рико, — заявил Аарон, — но они могут найти тебя, верно? Вот для чего всё это, да? — Аарон указал на своё лицо, имея в виду резкие перемены в облике Алины. — Твоя внешность, знание нескольких языков, постоянная ложь – ты просто бежишь от чего-то или от кого-то. Этот провокационный вопрос казался каким-то запрещённым приёмом, заставшим врасплох, моментально выбившим воздух из лёгких и стянувшим внутренности в тугой холодный узел. Обрушившаяся следом тишина, по ощущениям, длилась вечно. Алина была уверена, что звук её колотящегося сердца гулко разносился по всей комнате; оно стучало так сильно, что она чувствовала эти удары кожей. Их пронзительные взгляды одну за одной срывали с неё все маски, которые Алина когда-либо примеряла. Накрывшее с головой отчаяние помогло вернуть себе дар речи, но на то, чтобы сохранить тон спокойным, пришлось бросить все оставшиеся силы. — Знаешь, я ожидала ударов в спину только от Воронов. Я думала, Лисы выше этого. Нет, — отрезала Алина, когда Аарон снова открыл рот, — не смей вымещать на мне свои проблемы. Я знаю, что ты злишься на меня за то, что я втянула в это Кейтлин, но тебе придётся смириться с этим. — Ты втянула её в мои проблемы. Я втягиваю их в твои. Совсем не так весело, когда кто-то поступает так с тобой, правда? — Ты ебать тупой, — заключила Алина. — Я вмешалась в ваши разборки, потому что хотела помочь. Ты делаешь всё это потому, что ты обиженка. И в этом принципиальная разница, понимаешь? С другой стороны, это даже неплохо, потому что тот факт, что ты мудло не хуже Рико, означает, что я была права, — наклонив голову набок, Алина посмотрела Аарону в глаза. — Ты хоть понимаешь, что твоя трусость – это именно то, что разделяет вас с Эндрю? Я считала, что мы с Эндрю похожи, но оказалось, что это мы с тобой одинаковые. — Это не так. — Ты абсолютно бесхребетный, — продолжила Алина. — Впрочем я не лучше. Мы одинаковые, я тебе докажу. Мы оба позволяем миру происходить с собой, плывём по течению и даже не сопротивляемся. Позволяем другим указывать, как нам жить и с кем проводить своё время. Напомни, почему ты так долго терпел побои матери? Ты действительно любил её вопреки ебанутости или просто слишком боялся уйти? — Алина, — поражённо выдохнула Дэн. — Это не… — Пошла нахуй, — выплюнул Аарон. — Я всё ещё жду ответ на мой вопрос. — А я всё ещё жду разговора, — Алина перевела взгляд на Эндрю. — Между вами. Вы ведь уже в расчёте, так? Почему вы не можете просто отбросить всё это дерьмо и попробовать начать сначала? Зачем тянуть ещё три года, если можно исправить всё прямо сейчас? — Ты ничего не понимаешь, — ядовито процедил Аарон. — Ты просто не хочешь, чтобы я оказалась права, — предположила Алина, — потому что, если я права, это означает, что вы бежите от своих проблем также как и я. Наконец Эндрю вмешался в спор: — В её смерти всегда будет только её вина. — Она себя не убивала, Эндрю, — в голосе Аарона смешалась ярость и тяжёлая скорбь. Эндрю окатил его ледяным взглядом: — Я предупреждал её, что случится, если она снова поднимет на тебя руку. Ей не стоило так удивляться. — О Господи, — шепнул Мэтт, — ты что, только что… Ваймак устало потёр переносицу и шумно выдохнул. — Может, мы сначала выйдем, а потом вы продолжите исповедоваться друг другу? Аарон перевёл взгляд с Ваймака на старшекурсников, а затем повернулся к Эндрю. Алина ожидала, что он воспримет предложение тренера как предупреждение и замолчит на время. Вместо этого Аарон перешёл на немецкий и продолжил: — Это не настоящая причина. Не ври мне. — Она всегда была никем и ничем для меня, — пожал плечами Эндрю. — Зачем ещё мне её убивать? Аарону потребовалось время, чтобы вернуть себе дар речи. Когда он заговорил, его голос по-прежнему звучал зло, но теперь в тоне слышались заметные изменения: — Ты даже не смотрел в мою сторону. Не говорил мне ни слова, пока я первым не обращался к тебе. Я не экстрасенс. Откуда я мог узнать это? — Потому что я пообещал тебе, — ответил Эндрю. — И я не забыл о своём обещании просто потому, что ты не отнёсся к нему всерьёз. Я сделал то, о чём говорил, и нахуй тебя, если ты ожидал чего-то другого. Это появилось снова: намёк на едва различимую бездонную злость внутри Эндрю. Аарон открыл было рот, но потом закрыл его и опустил взгляд. Эндрю неотрывно смотрел на опущенную голову брата долгую минуту. Аарон сдался, однако с каждой секундой внутреннее напряжение Эндрю, казалось, только нарастало. Алина проследила за тем, как Эндрю впился пальцами в бедра, не сложив руки в кулаки, а сжав их так, словно пытался выдавить из кого-то жизнь. Она понимала, Эндрю близок к точке кипения, к неизбежному срыву. Алина вскинула руку между ними, пытаясь преградить Эндрю вид на Аарона, и заработала тяжёлый, недобрый взгляд Миньярда. Уже спустя секунду его взгляд померк, и Алина мгновенно пожалела о своём вмешательстве. Невозможно избавиться от бушующей внутри ярости так быстро и легко; Эндрю просто похоронил её где-то глубоко внутри, там, где она сможет ранить только его самого. Слишком поздно пытаться вернуть её обратно на поверхность, Алина беспомощно уронила руку на колени. — Мы закончили, тренер? — наконец спросила Алина. — Нет, — ответила за неё Элисон. — Насколько бы просвещающей ни была эта попытка отвлечь нас от главного вопроса, он всё ещё в силе: что у Рико есть на тебя? Учитывая прямые обвинения Аарона, лгать теперь не было смысла. Алина постаралась подобрать самую простую и самую неочевидную форму правды. — Он знает, кто я. Им понадобилось время, чтобы осознать значение сказанного, после чего Мэтт подтолкнул Алину к продолжению, протянув многозначительное: «Эм?». — У Алины есть определённая репутация, — неожиданно вмешался Кевин, встав на защиту девушки. Джостен посмотрела на него с немой просьбой заткнуться, пытаясь при этом сохранить максимально нейтральное выражение лица. Кевин даже не взглянул на неё, но добавил: — И Рико нуждается в ней, поэтому пытается использовать репутацию против Алины. — Это может стать проблемой? — уточнила Дэн. — Нет. Это не может и не станет проблемой, — отрезала Алина. Элисон вскинула бровь и махнула рукой куда-то через плечо, видимо, подразумевая плачевное состояние раздевалки: — Ты в этом уверена? — Абсолютно, — кивнула Алина, но никто не выглядел убеждённым. Алина аккуратно взвесила каждое слово, маневрируя между правдой и ложью и пытаясь подобрать тот вариант, который бы устроил всех хотя бы на время. — Рико знает, кто я, потому что я когда-то работала на его семью. Но он сам ничего не может сделать, кроме как терроризировать меня подобным образом. — Чёрт, Алина, — протянул Мэтт. — Ты, должно быть, большая шишка, раз уж даже Рико приходится соблюдать правила. Получается, Аарон был прав? Это то, как ты на самом деле выглядишь? — Типа того, — признала Алина. — Но зачем врать про возраст? Не понимаю. — Я не хотела, чтобы кто-нибудь проследил связь, — пояснила Алина. — Чем сложнее людям сопоставить факты, тем лучше. Прикинуться восемнадцатилетней означало, что учителям и тренеру не придётся связываться с родителями по любым формальным поводам. Если бы я сказала правду вам, пришлось бы объяснять, зачем я соврала, а я не привыкла доверять людям. Не хочу, чтобы вы осуждали меня за грехи, над которыми я не властна. — Как будто у нас есть право кого-то осуждать? — фыркнула Дэн, и Алина виновато пожала плечами. Казалось, та хотела спросить что-то ещё, но в конце концов переборола своё любопытство и ничего не сказала. Уайлдс посмотрела на Алину, затем перевела взгляд на Мэтта и Рене. Когда ни у кого из них не нашлось, что добавить, Дэн посмотрела на Ваймака. — Да, думаю, мы закончили, тренер. Ваймак кивнул. — Ни у кого нет возражений против камер? Нет? Тогда закажу на выходных. Их месторасположения и предстоящую игру обсудим в понедельник. А пока определитесь, что вы должны сделать, чтобы уладить свои личные разногласия, — он многозначительно посмотрел на Аарона. — И больше не смейте выяснять отношения на моём поле. Это понятно? Лисы пробормотали нечто похожее на согласие, и Ваймак махнул рукой в сторону выхода: — Свободны. Удачи на дорогах. Снаружи стадиона творился натуральный хаос. Пьяные фанаты орали не своим голосом и носились вокруг, как сумасшедшие; люди в толпе пританцовывали и пели победные песни. Полицейские стояли во всеоружии, пытаясь контролировать такую массу людей и гасить беспорядки. Охранники проследили за Лисами, пока те не добрались до своих машин. Аарон прошёл мимо арендованного автомобиля и забрался на заднее сиденье машины Мэтта. Ники хотел было что-то сказать, но передумал, когда Эндрю предупреждающе щёлкнул зажигалкой в паре сантиметров от его лица. Хэммик молча забрался на заднее сиденье к Алине и всю дорогу внимательно изучал колени. Трафик около стадиона был слишком плотным, поэтому едва они выехали на дорогу, пришлось вынужденно разделиться. Мэтт добрался до общежития первым, и к тому моменту, как приехали остальные, Аарон уже исчез. Джостен проследила, как Эндрю впустил Кевина и Ники в комнату, после чего направился к себе. Мэтт шёл следом, и Алина даже попыталась изобразить удивление, когда девушки появились сразу за ним. Тихая вибрация телефона мгновенно привлекла внимание, Алина вытащила его из кармана. Во входящих лежало одно сообщение. Исходящий номер и код страны были ей незнакомы, ещё больше вопросов вызывало содержание: «49». Алина подождала минуту, но больше ничего не пришло. Она удалила сообщение и убрала телефон обратно в карман. — Алина, — позвала Дэн и, дождавшись, пока Джостен обратит на неё свой взгляд, продолжила: — Спасибо тебе. За честность, я имею в виду. Знаю, что это только часть правды, но понимаю, что это вынужденная мера. Мы всегда рядом, если захочешь поговорить. Ты ведь знаешь, правда? — Знаю, — подтвердила Алина. Она сжала её плечо в немой, но искренней поддержке.— И спасибо тебе за… Ну, что бы ты ни делала с Эндрю и Аароном. Я не совсем уверена, что понимаю то, что сегодня произошло, но понимаю, что это было важно. — Важно? — эхом отозвался Мэтт. — Мы собираемся обсудить тот факт, что Эндрю убил их мать? Я думал, это была автокатастрофа, несчастный случай. Они всегда так говорили. — Это и была автокатастрофа, — подтвердила Алина. — Ключевое слово – несчастный случай, — уточнил Мэтт, делая ударение на последней части. Алина посмотрела на него, но ничего не ответила, поэтому Бойд продолжил: — Но как ты узнала? — Ники рассказал мне пару месяцев назад. — Серьёзно, — с сомнением протянул Бойд. — Ты всегда понимала, на что он способен, но говорила, что у тебя нет реальных причин бояться его. В какой же херне замешана ты, если относишься к убийству как к пустяковому делу, да ещё и спокойно мозолишь глаза Рико? — Ну, ты примерно озвучил мою прошлую работу. Но без комментариев по этому поводу, ладно? На помощь пришёл мягкий тон Рене: — Может быть, Алина верит в его мотивы. Эндрю признался в убийстве, да, но он также сказал, что сделал это ради Аарона. Чтобы защитить его. — Это было преднамеренно, — вмешалась Дэн. — Это не самооборона. Он мог позвонить в полицию или в службу опеки, или привлечь родителей Ники. — Люди с нашим прошлым не привыкли полагаться на госслужащих, — пояснила Рене. — Думаю, Эндрю не рассматривал эти варианты. — И посмотри, что случилось в прошлом ноябре, — добавила Алина. — Эндрю понимал, что Лютер не защитит Аарона. Дэн перевела недоверчивый взгляд с Рене на Алину: — Вы на его стороне? Рене беспомощно развела руками, одарив подругу утешающей улыбкой: — Мы никогда не сможем полностью понять ситуацию, в которой он оказался, Дэн. Мы не можем взглянуть на произошедшее под его углом или прочувствовать, насколько тяжёлой была их жизнь. Всё, что мы можем, – сделать выбор: поверить, что он пытался защитить Аарона, или же осуждать его за радикальные меры. Я предпочитаю первый вариант. А вы? Приятно думать, что он действовал из благих побуждений. — Скажи ещё, что это мило, — с издёвкой предложила Элисон. — Пожалуйста, не надо, — слегка поморщившись, запротестовала Дэниэль. — Это перебор. — Если гнать на Эндрю за его жестокий характер и убийство, то я должна быть просто дьяволом в ваших глазах, — сказала Алина. — Но ты же такая худенькая и у тебя такое милое личико. Как ты вообще можешь натворить что-то подобное? — спросил Бойд. — Осенью я также думала и о Рене. Не стоит судить по обложке. Мы обманываемся каждый раз. Что в случае с Рене, что в случае с мной, что в случае с Эндрю. Алина подождала, желая убедиться, что вопрос исчерпан, а потом сказала: — Окей, я спать. Никто из них не стал её останавливать. Алина закрылась в спальне, переоделась и завалилась на кровать. Мысли упорно затягивали её на самое дно, поэтому она считала в уме столбиком так долго, как только могла, на всех известных ей языках. Это не помогло заснуть, но, по крайней мере, помогло на время успокоить внутренних демонов. — Ну, с днём рождения я, — одними губами произнесла девушка. — Ещё один год позади... И ты живёшь намного больше, чем заслуживаешь, идиотка.