Глава 2. Растущее разочарование

***

***

Чайник Безмятежности

— Паймон думает, что это ловушка! — Возможно, но зачем ей предлагать аудиенции у нее, в Снежной? — возразил Итэр, — Если она действительно меня настолько ненавидит, она могла бы просто послать своих Предвестников сделать всю грязную работу. Прямо сейчас Итэр вернулся в свой Чайник и обсуждал письмо и предложение, которые ему передал Чайлд. Разумеется, его спутница не стала тратить время на то, чтобы указать на свое недоверие. — Паймон не знает, что задумал Чайлд, — сказала Пеймон, — Но все, что она предлагает, звучит очень опасно! Помнишь, что сказал о ней Венти? Он вспомнил, как тот говорил, что она изменилась 500 лет назад. Ровно в то же время, что и Катаклизм. Это не могло быть простым совпадением. Кроме того, он явно уклонялся от расспросов о ней. Хотя Итэр был не из тех, кто вмешивается в личные дела, тот факт, что Анемо Архонт уклонялся от этой темы, делает его еще более подозрительным. Потом был ее контракт с Мораксом… — П-Путешественник! Внезапно Итэр понял, что ударил правой рукой по столу. — Мне очень жаль, Пай, — он извинился за свою вспышку, — Я думал о Царице, и тут на ум пришел Чжун Ли. Паймон мрачно кивнула. Она вспомнила, как в последний раз, когда они говорили о нем, началась огромная ссора, из-за которой они три дня не разговаривали друг с другом. К счастью, они помирились, но Бог Контрактов по-прежнему оставался больной темой для Итэра. И они перестали приезжать в Лиюэ после Аждахи. Паймон не хотела снова начинать ссору, поэтому не задавалась этим вопросом. — Паймон думает, что, возможно, нам стоит поспрашивать, просто чтобы убедиться. Но Итэр немедленно отбросил это предложение. — И у кого будет нейтральное мнение по этому поводу? — с иронией спросил Итэр, — До сих пор почти у всех, кого мы знаем, были причины не любить Фатуи. Двое из трех Архонтов, которых мы знаем, вероятно, чужды Царице. И я определенно не собираюсь спрашивать его об этом. Итэр покачал головой. — Да и потом, если мы начнем подобные расспросы, то это привлечет слишком много ненужного внимания. А я сейчас не в настроении кого-либо развлекать. Даже если боги смогут держать язык за зубами, они все равно слишком однобоки по отношению к Фатуи и, возможно, к Царице… Паймон хорошо осознавала, что если бы стало известно, что Путешественник получил секретное письмо от Фатуи, это привлекло бы всеобщее внимание. — Так что ты будешь делать? — спросила Паймон, беспокоясь и уже подозревая каким будет его ответ. Итэр ничего не сказал и пошел в свою комнату вместе со своей спутницей, летевшей рядом с ним. — Я пойду спать. Подумаю об этом завтра.

***

На следующий день

Путешествие Итэра по Тейвату заставляло его выполнять заказы и зарабатывать Мору. Это начинало напоминать какую-то тягомотную кабинетную работу, почти без изменений в распорядке дня. И что хуже всего, это не приносило абсолютно никаких улучшений в его навыках. Конечно, он стал немного сильнее, но ключевое слово тут «немного» Хуже всего то, что большая часть заданий представляла собой простую работу, которую мог выполнить любой, у кого есть пара рук и хотя бы одна извилина, например, уборка храма или простая доставка еды. — Если эта Добрая Охотница попросит меня еще принести еще еды, я швырну ей это прямо в лицо! К счастью, это было истребление монстров. Несмотря на то, что это все еще было скучно, это хотя бы было приемлемым средством выплеснуть свое разочарование. — Давай посмотрим: разрушить башню Хиличурлов, выкосить их племя и… Если прочитать третий запрос, то это была просьба помешать Магу Бездны провести ритуал с племенем хиличурлов. — Люмин… Выполнив третий запрос, Итэр удержал Мага Бездны на острие меча. Маленький маг вздрогнул при виде безжалостного Путешественника. Казалось, его глаза были даже более жуткими, чем у Чайлда. — Эй, маг, — сказал Итэр нейтральным тоном. Это заставило существо содрогнуться еще сильнее, — Ты знаешь мою сестру? Маг покачал головой. После небольшой паузы он сказал: — Скажи своей принцессе, что Итэр передает привет. Маг несколько раз испуганно кивнул. — А теперь прочь с моих глаз! Маг, не теряя времени, убежал с помощью телепортации. Итэр посмотрел на то место, где он был секунду, и застонал, покачав головой. — Это было жутко, — сказала Паймон, появляясь. Итэр ничего не сказал. Затем Паймон посмотрела на своего спутника и заметила, что его глаза были такими же, как у Чайлда. Паймон не знала, что сказать, чтобы подбодрить его. Похоже, недавние события действительно начали менять Итэра. И она переживала, что далеко не в лучшую сторону. — Эй, Путешественник, не ожидал встретить тебя здесь. Итэр повернулся к источнику голоса. Это был Венти, смертный сосуд Барбатоса. Бард бросил один взгляд и был потрясен пустыми глазами своего друга. — Путешественник! Что с тобой случилось? — ошарашенно спросил Венти. — Это был очень трудный месяц, — Итэр ответил тем же нейтральным тоном. — Что-то случилось во время твоего путешествия? — По-моему тебе стоило бы спросить что НЕ случилось за все это время, — Итэр ответил ему максимально саркастическим тоном, — Прежде чем попасть в Инадзуму, я встретил Чжун Ли. Я уверен, ты знаешь, кто он на самом деле, верно? Венти кивнул. — Короче говоря, я снова помог ему разрешить кризис его нации. И пытался расспросить его о Каэнриа. Венти был потрясен. Он конечно знал о павшем королевстве, существовавшем 500 лет назад, разрушенном Катаклизмом. Однако, его самого там не было, поэтому он мало что знает на этот. Но знал ли Моракс? — Сам Моракс знал, но не может сказать. Из-за контракта, о котором я понятия не имею, как и что он влечет за собой, кроме вышеупомянутого, — Итэр раздраженно хмыкнул, — «Контракт что положить конец всем прочим». Он сплюнул на землю. — Смех, да и только… — Я не знаю, что это был за контракт, но я уверен, что у Чжун Ли были причины, по которым он его придерживался, — Венти попытался оправдать своего товарища-архонта, — Кроме того, я думаю, он имел в виду последнюю часть в переносном смысле. Ты ведь не ожидал, что Бог Контрактов пойдет против своей же собственной природы? — Вот почему с тех пор я избегаю Лиюэ. Я пропустил последний Фестиваль Обряда Фонарей. Не то чтобы я жалуюсь. Венти сделал шаг назад к Итэру. Его растущее отсутствие эмпатии становилось все хуже. Оглядываясь назад, он должен был понять это, когда впервые заметил, что находится в своем чайнике во время Обряда Фонарей. — Инадзума стала для меня последней каплей, — он продолжил, — С момента прибытия в Рито мне пришлось буквально доставить письмо, чтобы выбраться из изоляции в этом прежде мрачном порту. Имейте в виду, это было любовное письмо. Но это было начало, одна из самых важных фигур страны пыталась вынудить меня присоединиться к протесту против Указа Охоты за Глазами Бога. Она привела к трем людям, которые потеряли их, просто для того, чтобы заставить меня сочувствовать их делу. Это было далеко от моей цели, поскольку я хотел встретиться и поговорить с Архонтом, а не биться с ней. К тому же это их проблема, а не моя, что бы они там себе не думали. — Однако ситуация обострилась, и, короче говоря, мой героизм сделал меня самым разыскиваемым человеком в стране, — Итэр обреченно вздохнул, — Иногда я ненавижу себя за роль эту героя. В любом случае, из-за этого мне пришлось бежать и присоединиться к Сопротивлению в Ватацуми. Каким-то образом, о чудо, Фатуи были ответственны за всё это: Указ об Охоте за Глазами Бога, Указ Сакоку и Война, все это действия Фатуи. Итэр упустил из виду, что они также несут ответственность за распространение Глаз Порчи среди Сопротивления, которые истощают их жизненные силы, чем больше они используются. В худшем случае это может их убить. Венти был шокирован и рассержен, услышав все это. Он знал, что Фатуи, мягко говоря, не слишком то разборчивы в своих методах, но манипулировать целой страной и ввергать ее в хаос было мерзко, даже по их стандартам. — Но как они могли это сделать, Баал ни за что не допустила бы этого. — Это сложно, но сокращенная версия такова: Макото, настоящая Баал, была убит 500 лет назад, что расстроило Эй, нынешнюю Электроархонта, и она создала марионетку, чтобы избежать эрозии. Эту марионетку звали Сёгуном, и именно он правила Инадзумой. во время Указа об Охоте за Глазами Богв. Однако эта марионетка была очень холодной и отстраненной, что позволяло Фатуи и некоторым идиотам из высшего эшелона манипулировать людьми и использовать их для достижения своей цели. Даже если это была сокращенная версия, все равно это было много чтобы осмыслить. Баал умерла? И в настоящее время Эй, Вельзевул, теперь является Архонтом? И что это за история с марионеткой? — Марионетка? В каком это смысле? — спросил Венти. Дело не в том, что он не может понять сказанного, просто чувствовал, что в этом нечто большее. — Подробностей об этом я не ведаю. Но суть вообще не в этом? А в том… что я просто устал. Каждый раз, стоит мне появиться где-либо, так тут же находится 1000 и 1 проблема, которую меня вынуждают решать? И ради, простите, чего?! Мондштадт, Лиюэ, Инадзума… Куда бы я ни пошел, везде одно и то же… Он пристально посмотрел на барда. — Иногда я думаю, что вы, Архонты, просто кучка бесполезных и безмозглых неучей… — П-Путешественник, — Паймон всхлипнула и прижалась к нему. Итэр тяжело вздохнул и погладил свою спутницу по голове. — Мне очень жаль за это, Венти, — извинился он, — Как я уже говорил ранее, это был очень трудный месяц. — У меня такое ощущение, что твое путешествие в Инадзуму состоялось больше месяца назад, — заметил Венти. — Так и было, пьянчуга, — ответила Паймон, — Но после этого он был занят, помогая всем народам, кроме Лиюэ, выполняя поручения и просьбы. — Через неделю или две это становится безумно раздражающим, — пробормотал Итэр, — И самое паскудное во всем этом то, что я ни йоту не приблизился к ответам… До вчерашнего дня. Это привлекло внимание барда. Кажется, во всем этом есть и хорошие новости. Однако… он не мог избавиться от чувства, что едва ли это повод для радости. — Держи при себе все, что я сказал, Барбатос, — строго сказал Итэр, — Я… просто хочу твоего мнения, мне не нужно больше внимания к своей персоне, чем уже есть. — Конечно, а в чем дело то? — Вчера я получил письмо от… друга. — Друга? — от Венти не укрылось каким тоном он произнес это слово. — Слушай, он не совсем хороший парень. Но я ему доверяю. Он один из Предвестников Фатуи. Вряд ли это было сюрпризом. Зная Итэра, он способен навести мосты даже с врагом. Но подружиться с одним из лидеров вражеской фракции? Это уже серьезное достижение… Внезапно Венти осознал, что письмо было не от Предвестника, а от кое-кого повыше. — Царица... — прошептал Венти, — Вот кто отправил тебе это письмо... Впервые за сегодня Итэр улыбнулся. — Именно, я думаю, ты догадался, о чем я хочу спросить. Скрестив руки, Венти сказал: — Ну, во-первых, я не думаю, что тебе следует ей доверять. Но я полагаю, что в Снежной произошло нечто из ряда вон, раз она попросила тебя о рандеву, я правильно понял? — Ты прав насчет последнего, но я подозреваю, что причина этого была гораздо проще, — ответил Итэр, — Я думаю, Чайлд, друг, о котором я говорил, рассказал об этом своему Архонту и убедил ее заставить меня присоединиться к ней. Затем он достал незапечатанное письмо и передал его Венти.

Многоуважаемому Путешественнику, Без сомнения, это стало бы неожиданностью, если бы лидер фракции, которой вы так много раз переходили дорогу, отправила вам такое письмо. Но уверяю вас, что все сказанное мною здесь правда. Мой самый преданный (и самый упрямый) Предвестник Тарталья рассказал мне о вашем затруднительном положении. Мне грустно, что вы оказались разлучены со своей сестрой и, что еще хуже, стали врагами. Мне также стало известно, что вы ищете ответы на свои вопросы у Семерых, и до сих результаты оказывались, мягко говоря, неудовлетворительны. Особенно в случае с Мораксом… После всего, что вы сделали для него и его народа, он отказывает вам в ответе, пусть и связан некоторыми обязательствами, в том числе и со мной. Но я, Царица, правительница Снежной, КриоАрхонт, обладаю необходимой вам информацией. Я также не буду сдержана в ответах на ваши вопросы относительно Каэнриа, в отличие от нашего общего знакомого. Я приглашаю вас в мой дом, Заполярный дворец. Если вы желаете аудиенции у меня, просто скажите «Солнце светит» охраннику отеля «Гранд Гот», он будет знать, что делать дальше, и проведет вас по пути в Снежную и в Заполярный. Я понимаю, что данное решение может даться вам непросто, но спросите себя… Насколько важны для вас ответы и на что вы готовы ради них пойти? Я с нетерпением жду встречи с вами… С наилучшими пожеланиями, Царица.

Венти перечитал письмо несколько раз. Кажется, она не изменила своей манеры письма с тех пор, как он в последний раз был с ней в хороших отношениях. Последняя часть письма была особенно жуткой. Она пытается торговаться с Путешественником и надеется завоевать его преданность? Итэр как Предвестник Фатуи… Сама мысль об этом была, мягко говоря, жутковатой. Хуже всего то, что это действительно может стать реальностью. Глядя в его глаза, Барбатосу не приходилось сомневаться в том, сколь сильно он жаждет ответов. Оторвавшись от письма, Венти встретился глазами с Итэром. — Ну, лично я не вижу в этом письме лжи или полутонов… — начал Венти, — Но Итэр, кажется, она также прекрасно осознает, насколько ты сейчас уязвим. Я думаю, она может попытаться обманом заставить тебя присоединиться к Фатуи. — Я прекрасно это знаю, Барбатос, — тот лишь сардонически усмехнулся, — Но какой еще у меня есть выбор? Ты знаешь о том, что произошло в Каэнриа? О моей сестре? Ты знаешь хоть кого-нибудь, у кого есть эти ответы? Венти нахмурился. Конечно, он уже знал ответы на все эти вопросы. И то, что от него здесь толку не будет. Хуже всего то, что были лишь два человека, которые хранили ответы на вопросы Путешественника, и один из них явно отказался говорить. — Я буду откровенен, мне это не нравится, — честно ответил Венти, — Я не сомневаюсь, что она знает хотя бы часть того, что тебе интересно, но… Вопрос скорее в том, а будет ли она честна перед тобой? — Он прав, Путешественник, — согласилась с ним Паймон, — Фатуи лжецы, и она, вероятно, самая большая врушка среди них, раз уж она их босс! — Не все время, — пробормотал Итэр, — Послушайте, вы двое, мне уже надоело мое бесконечное приключение по Тейвату. Моим следующим пунктом назначения будет или, скорее, станет Сумеру. Нет никаких сомнений в том, что мне придется сначала решать их проблему, прежде чем я смогу даже увидеть Младшую Властительницу Кусанали. И знаете, повторять процесс по четвертому кругу у меня нет желания от слова совсем! — Путешественник, помнишь, что я говорил раньше? Само твое путешествие имеет смысл, — Анемо Архонт напомнил ему, — Твой пункт назначения это еще не все. Продолжай… — …Держать глаза открытыми и использовать шанс увидеть окружающий мир, — Итэр прервал его, — Я, черт тебя дери, знаю! Ты хоть примерно представляешь себе, сколько из вас уже сказали мне такую же чушь?! Итэр не осознавал, что кричит, и когда он заметил, что двое его друзей съежились, он немного успокоился. — Похоже, что спрашивать мнение со стороны было плохой идеей, — он выхватил письмо у Венти и положил его обратно в незапечатанный конверт. — Паймон, пойдем домой. Решив не спорить, Паймон перелетела на сторону Эфира, и они оба развернулись и пошли прочь. — Путешественник! — остановил его Венти напоследок. Эфир просто повернул голову с невесёлым взглядом. — Я надеюсь ты получишь ответы, которых так жаждешь. Просто помни, она… Уже давно не та теплая и нежная душа, которой была когда-то… Никто из них ничего не сказал и они просто разошлись.

***

Чайник Безмятежности

Когда они вернулись домой, Паймон была удивлена тем, что он сказал, что хочет приготовить для них еду. Обычно он запирался в своей комнате. Паймон подумала, что, возможно, Алкоголик-Бард сможет помочь. Но вместо этого он только усугубил ситуацию, и он в этом не виноват. — Путешественник? — заговорила Паймон. — Завтра мы собираемся в отель Гранд Гот, — сказал Итэр, поедая тушеное мясо. Паймон была шокирована, хотя почему-то ожидала этого. — Но, Путешественник, не слишком ли это быстрое решение? — ответила Паймон. — А есть смысл тянуть? Не вижу никакого резона в том, чтобы расспрашивать кого-либо еще… Почти все, кого мы знаем, против Фатуи. Хотя и не без причины… Он хлопнул руками по столу. — Но мне все это надоело… Каждый день одна и та же чертова рутина: помогать мирным жителям, зачищать монстров, спасать проклятые нации. И что я получаю? Немного Моры, спасибо, и ни на шаг не приблизиться к тому, что я ищу. Ответы о Каэнриа, моей сестре и Бездне. Паймон попыталась отговорить его или хотя бы заставить подумать об этом подольше. — Но мы все равно могли бы получить ответы в Сумеру, городе Мудрости, если хоть один Архонт знает о Каэнриа и может помочь нам с этим, то это точно должна быть Буэр, Архонт Мудрости! — Не раньше, чем я опять сначала помогу ей или ее стране, черт возьми, — возразил Итэр, — Наверное даже и то, и другое. И мне надоело это делать. Обмани меня один раз, позор мне, обмани меня дважды, позор тебе. Я могу игнорировать Мондштадт, но не Лиюэ и Инадзуму за то, что они заставили меня решить их проблемы. Особенно Лиюэ, я только оказался в не в том месте и не в то время, и вдруг со мной обращаются как с беглецом. И не заставляйте меня вспоминать Моракса… Паймон не смогла ничего на это ответить. Итэр вздохнул. — Я знаю, что высока вероятность того, что это ловушка, но выбор у меня, мягко говоря, не из богатых, если есть вообще. — Но он есть, Путешественник! — воскликнула Паймон, — Кроме того, в письме не требуют, чтобы ты пришел к Царице. Ты имеешь право сказать нет! — Это не то, что я имел ввиду, — Итэр нахмурился, — Я не приблизился к своим ответам с тех пор, как столкнулся с Люмин и этим двуличным Дайнслейфом. — Паймон все еще думает, что ты слишком жесток по отношению к Дайну. У него должны быть свои причины хранить свои секреты, кто знает, как некоторые отреагируют, когда узнают, кем он был и что он делал. — С большим недоверием и подозрением, — признал Итэр, — И все же он знает меня и мою сестру. Итэр ударил по столу сильнее. Часть его гуляша расплескалась. — Невозможно сказать, как много он знает. Вероятно, он даже знает о Фатуи, Царице и ее планах… Паймон была в шоке. Хотя это и звучит несколько надуманно, возможно, это не так уж и маловероятно. Итэр глубоко вздохнул. — Думаю, на этом разговор себя исчерпал… Давай закончим с едой и немного отдохнем. Мне нужно подумать…

***

Остров Конч-Корт

К счастью, Паймон оставила его одного, пока он бродил по искусственному пляжу. Когда он проектировал свой портативный дом, он выбрал тему «Прохладный остров» из-за своей любви к морю. Он также добавил немного эстетики, которая, как он знает, понравится некоторым из его ближайших товарищей. Было грустно, что его дом теперь пуст, так как уже несколько месяцев его друзей здесь не бывало. Он все еще помнил, как когда он намеренно пропустил Обряд Фонарей, Сян Лин пришла и принесла ему фестиваль прямо сюда вместе с Сяо и Ху Тао. Ему было жаль, что он назвал им надуманную причину своего отсутствия. Конечно, Сяо и Ху все поняли. К счастью, они не спросили. Он подозревали, что если они спросили, это переросло бы в серьезный спор. Глядя на пустую улицу, которую он построил, ему вспоминается то время, он очень скучал по друзьям, но очень хотел, чтобы его оставили в покое. Последнее, что он слышал от Ху Тао, она попыталась поговорить со своим консультантом о том, что произошло, но он ответил: — Мы расстались настолько мирно, насколько могли. Я не виню его за разрыв связей и не испытываю к нему никакой враждебности… По крайней мере, ему было от этого плохо. Весь последний час он пытался думать о том, насколько плохим будет выбор пойти к Царице, но ни о чем не думал. Не то чтобы то, что она и Фатуи делали, было правильным, но до сих пор ничто из того, что они сделали, не затронуло его напрямую, за исключением Теппея. Но он сам виноват в этом. Они сами навлекли это на себя, приняв Глаза Порчи, и не думая о последствиях. Разве они не заметили, что их состояние ухудшается после использования этой штуки? Чем больше он об этом думал, тем меньше у него было оснований грустить и жалеть своего старого товарища. Трагично, что он умер, но ему следовало быть умнее… И настоящая вина должна быть на этой Божественной Жрице, о чем она думала, принимая помощь из неизвестного источника. Сопротивление и рыцари Фавониус… Итэр задавался вопросом, был ли он проклят на присоединение к фракциям, которые были совершенно некомпетентны в своей работе. Первые едва держались, если бы Фатуи не способствовали продлению войны. Последние оказался недоукомплектованы после того, как некомпетентный Великий Магистр отозвал восемьдесят процентов Рыцарей черт знает зачем и черт знает куда… Но Дилюк уважал этого Великого Магистра, хоть и не любил самих рыцарей, что странно. Он знал, что если пойдут слухи о том, что он встречается с Царицей, большинство, если не все, его друзья начнут отговаривать его. Но у него был очень и очень небольшой выбор. Его путешествие по Тейвату начало превращаться в один сплошной порочный цикл: прибыть в страну, разобраться с их проблемами, решить эти проблемы, встретиться с Архонтами и вообще не приблизиться к ответам. — Тц, я что, добрый самаритянин? А если бы я отказал, то что бы вы делали дальше, ничего?! Им самим за себя не стыдно? — сердито подумал Итэр.

***

Гильдия искателей приключений Мондштадта

— Спасибо за выполнение сегодняшних заданий. Вот ваша награда… Итэр только хмыкнул. Он уже давно начал терять всякое чувство сочувствия к окружающим его людям, поскольку почти каждый день ему приходится выполнять одни и те же безделицы. — Знаешь, Путешественник, — начала Паймон, — Пеймон не винит тебя за то, что ты огрызнулся на этого бездельника-идиота. Иногда Паймон тоже безумно хотелось отругать его за то, что он такой трус. Пока Итэр бродил по улицам Мондштадта. Он и его спутница обсудили то, что произошло ранее. Когда Годвин попросил его снова доставить письмо, Итэр огрызнулся на этого бесполезного бездельника и посоветовал ему взять себя в руки и, наконец, взглянуть в лицо реальности, а не бродить и лгать о своей работе. — Именно такие люди, как он, и создали «Рыцарям» плохую репутацию, — сказал Итэр, Неудивительно, что у Дилюка было о них такое паскудное мнение. — Паймон задается вопросом, почему Глория вообще влюбилась в него? — прокомментировала Паймон, — Неужели именно любовь делает тебя таким слепым? Не обращая внимания на каламбур, Итэр ответил: — Может быть, раньше он был лучше, прежде чем потерял этот подарок на память, — Итэр раздраженно покачал головой, — Но это ни капли не оправдывает его поведения. Его собственные товарищи, по сути, рискуют в экспедиции, а оставшиеся здесь рыцари стараются изо всех сил, несмотря на нехватку людей. А эта бестолочь бродит по диким местам за пределами Мондштадта, занимаясь «разведкой». — Теперь, когда Паймон думает об этом, почему никто из Рыцарей не уловил его притворство? Я сомневаюсь, что что-то подобное ускользнет от Дилюка. У него повсюду глаза и уши. — Кто сказал, что он не знает? — возразил Итэр, — Я почти уверен, что нечто подобное не останется незамеченным хозяином винодельни «Рассвет». Должно быть, именно он скрывает это от исполняющего обязанности Великого Магистра… Приняв решение, Итэр решил пойти в штаб рыцарей и встретиться с исполняющей обязанности Великого Магистра.

***

Штаб рыцарей Ордо Фавониус

— Исполняющая обязанности Великого Магистра у себя? — спросил Итэр у одного из охранников, стоявших возле штаб-квартиры. — Она только недавно вернулась, — ответил один из дежурных. Кивнув, Путешественник вошел в штаб и направился в кабинет Великого Магистра. — Ой, какой сюрприз увидеть тебя, милашка. Сопротивляясь желанию закатить глаза, Итэр повернулся к источнику знойного голоса — Лизе, библиотекарю Мондштадта. — Я здесь по делу. И хотел бы поговорить с исполняющей обязанности Великого Магистра, наедине. Обычно Лиза подразнила бы этих двоих, но, взглянув в глаза Почетному Рыцарю, она поняла, что это серьезно. Она кивнула и оставила их двоих наедине. — Итак, что-нибудь случилось? — спросила Джин. Проходя перед сидящей Джин, Итэр затем сообщил о лжи Годвина исполняющий обязанности Великого Магистра. — Я знаю о лжи Годвина о разведке, — сказала Джин, вытянув руки перед собой, — Но я скорее испытываю к нему жалость, чем гнев. Он потерял что-то дорогое для себя и был отрезан от экспедиции. Варка сам сказал мне, чтобы я была с ним помягче, а когда у него вырастет хребет, я буду рада его возвращению. Итэр застонал. Его не удивила доброта и знания Великого Магистра. Но тот факт, что она позволяла ему продолжать лгать, оставил у него неприятный привкус во рту. — Это бл@ть шутка такая? — Итэр закипел. Джин подняла голову и увидела, что Путешественник закипел от ярости. — Когда Дилюк сказал, что Рыцари чертовски неэффективны, я поначалу был настроен скептически. Я доверяю тебе, Лизе, Эмбер, Кэйе, Эоле, Ноэль… Но остальные из вас просто сборище ни на что не годных бестолочей!!! Джин была шокирована. Кажется, внутри Итэра что-то определенно сломалось. Ей придется действовать быстро, прежде чем ситуация обострится. Но Итэр не дал ей такого шанса. — Сначала твой Великий Магистр увел восемьдесят процентов личного состава Рыцарей хрен пойми куда!. В результате в Мондштадте осталась лишь жалкая горстка тех, кто не сможет даже остановить атаку слаймов на Мондштадт, если это когда-нибудь произойдет! А теперь еще и ты… — Итэр указал на Джин, что застало ее врасплох. — Рыцари перекладывают все на тебя, но вместо того, чтобы делегировать хотя бы часть всего этого, ты большую часть времени берешь работу на себя! Удивительно, что ты не умерла от переутомления со всем этим блудняком, который тебе приходится терпеть изо дня в день! Джин немного кашлянула, прежде чем ответить. — Я признаю, что несколько обременена этим внезапным руководством, но я пыталась организовать свою рабочую нагрузку. Внезапный уход восьмидесяти процентов личного состава оставил огромные бреши. Пробелы, которые я не заполнила даже по сей день. Ей не следовало никому об этом говорить, но ей нужно было успокоить гнев Итэра. — Но проблема в том, что ты выполняете работу своих подчиненных, — отметил Итэр, — Гоняться за кошками это то, с чем может справиться даже пятилетнее дитё! Я знаю, что быть Рыцарем трудное призвание, но я чувствую, что ваши критерии по набору персонала еще хуже. У вас есть подражатель-стажер, которому нужна помощь в выполнении сумасшедших трюков, чтобы просто стать Рыцарем. О чем думают ваши вербовщики? — У Эллин есть собственное представление о том, каким должен быть рыцарь, как и у Ноэль, — сказала Джин, потирая висок одной рукой, — Как ты сам сказал, быть рыцарем непростая задача, и для того, чтобы стать полноценным рыцарем, потребуются годы обучения. Кроме того, если тебя от этого станет легче, мы только что получили несколько новых рекрутов, которые могли бы занять место бреши, оставленные экспедицией Варки. Итэр закатил глаза и вздохнул. — Что это вообще за экспедиция, во имя Селестии, требующая почти всей боевой силы Рыцарей? Не зная, что это риторический вопрос, Джин ответила: — Это секретная информация, Путешественник. Но что бы ни делал Великий Магистр, у этого должна быть веская причина. — Лично мне кажется, что он принял не одну парочку неправильных решений. Его репутация, должна быть, сильно преувеличена. — Почему ты так говоришь? — скептически спросила Джин. — Хотя я не могу много сказать о его боевых способностях, его лидерские качества далеки от восхищения, — уточнил Итэр, — Командир должен убедиться, что его или ее подчиненный готов взять на себя ответственность, в случае отсутствия оного. — Я готова взять на себя ответственность и более чем способна на это! — парировала Джин, оскорбленная заявлением Итэра, — Я еще до этой экспедиции вступила в должность, когда Варка был занят какими-то другими обязанностями. Итэр лишь усмехнулся. — Так что, по сути, это был не первый раз, когда этот увалень игнорировал свою ответственность… Джин хлопнула по столу, вставая. — Почетный рыцарь, я прошу тебя воздержаться от поношения имени Великого Магистра. Хотя он далек от совершенства, ты не знаешь, как много он сделал для Мондштадт и его народа! Если бы вы встретились с ним лично, ты бы знал, что Рыцарь Борея не тот ужасный лидер, каким ты его изображаешь. — Вот только его ошибки и их цена говорят сами за себя, — презрительно возразил Итэр, — Посмотри на состояние рыцарей! У вас есть капитан кавалерии без наличия оной, идиотская так называемая элита вашего ордена, которая осталась позади и слишком труслива, чтобы взглянуть в лицо фактам, и подразделения, состоящая только из одного члена! Вообще странно, что командир кавалерийского подразделения остался позади своих подчиненных. Джин знал, что Варка забрал всю кавалерийскую роту, но Кэйя остался. Опять же, причиной тому были уникальные навыки Кэйя. Кроме того, он очень редко брал на себя командование. Эмбер была последним Скаутом после исчезновения ее дедушки. Ни Джин, ни Варка не могли разбить сердце молодой девушки, упразднив подразделение, и сохранили его в надежде на его возвращение. Что касается Годвина, то, похоже, с ним, очевидно, пора уже что-то делать, без разницы врет он там или нет. — Ты слишком суров с Джин, милашка. Ее единственный настоящий недостаток в том, что ей нужно сделать перерыв, чего она не делает. И Исполняющая обязанности Великого Магистра, и Почетный Рыцарь посмотрели на дверь и увидели Лизу. Но она была не одна, за ней следовали Кэйя и Эмбер. — Извините за вторжение, но я не могла не подслушать после того, как разговор стал таким жарким, — вздохнула Лиза, — Странно, как разговор о Годвине дошел до обсуждения того, насколько плохо положение рыцарей Фавониус. Итэр просто скрестил руки на груди. — Можете ли ты винить меня за это? Вы все — часть Рыцарей. Вы и сами видите, насколько они неэффективны, — он повернулся к Кэйе, — Говори что хочешь о Дилюке, но у него есть причины ни во что вас не ставить. Капитан кавалерии ухмыльнулся. — Ну, у нашего дорогого Мастера Дилюка есть свое мнение, и я полагаю, оно родилось не на пустом месте, — согласился Кэйя, — Но я думаю, что он позволил годам горечи и обиды затуманить его суждения. — Возможно, но ты был там, когда все это произошло, капитан Кэйя. Эрох хотел скрыть это и взял на себя заслугу Крепуса даже после всего, что он для нас сделал, — Джин резко возразила, — Говорите, что хотите, о том, кто на самом деле виноват. Но вина по-прежнему лежит на нас, потому что инспектором был кто-то вроде Эроха, ущерб был нанесен, и мы потеряли Дилюка. Итэр поднял бровь. — О, это интересно, есть ли история, о которой я не знаю, дорогой капитан? Кэйя вздохнул. — Это все равно в прошлом, Путешественник. Бесполезно бередить старые раны. Важно то, что мы отреклись от действий Эроха и избавились от этого предателя. — Но не раньше, чем он унес с собой Дилюка, — горько пробормотала Джин. — Ладно тебе, Джин, — утешала ее Лиза, — То, что он покинул Рыцарей после инцидента, было трагично, но разве ты не говорила, что будешь работать и надеяться, что однажды он вернется? Ты не сможешь этого сделать, если чувствуешь себя такой подавленной — Правильно, Исполняющая обязанности Великого Магистра, — Эмбер присоединилась к Лизе, — И ты не одна, мы поможем изменить Рыцарей, и однажды бывший капитан кавалерии вернется. — О, значит ли это, что ты надеешься однажды увидеть, как я уйду? — Ты знаешь, я не это имела в виду, — надулась Эмбер, — Просто мастер Дилюк когда-то был добрым и героическим рыцарем до инцидента с Урсой, который забрал его отца, что сделало его ожесточенным и злым. Иногда мне хочется увидеть старого Дилюка. — Люди меняются, Эмбер, — мрачно сказал Кэйя, — Я сомневаюсь, что Дилюк когда-нибудь снова станет тем же парнем, каким был раньше. Явно не после всего, что с ним случилось. Кэйя тихо произнес последние слова, но и Путешественник, и Джин уловили это. — Возвращаясь к сути… Почетный Рыцарь, я понимаю, что ты скептически относишься к эффективности Рыцарей, но несправедливо винить во всем Джин и Великого Магистра, — сказала Лиза, — Но я согласна с тобой в том, что с Годвином нужно что-то делать. Как бы тебе ни было больно делать это Исполняющая обязанности Великого Магистра, то, что он делает, по сути, является дезертирством. Джин вздохнула. — Капитан Кэйя, пожалуйста, верните Годвина в штаб, — скомандовала она, — Когда вы его задержите, пожалуйста, сделайте это тихо. Я предпочитаю не поднимать волнение… Итэр воспользовался этой возможностью, чтобы ускользнуть из офиса.

***

— Путешественник, подожди! Итэр остановился, не оглядываясь. — Что такое, Эмбер? Последняя из Скаутов скрестила руки на груди. — Послушай, я понимаю, что ты разделяешь мнение мастера Дилюка о рыцарях, но это все было как-то слишком неожиданно, — она положила руку ему на плечо. Итэр повернулся и убрала ее руку, — Что с тобой случилось? Итэр нахмурился. Долгое время двое друзей просто смотрели друг на друга. — Мне просто надоело все это, — Итэр тяжело вздохнул, — Я просто хотел найти свою сестру, Эмбер. А не быть мальчиком на побегушках у людей всех семи стран, черт возьми! Я не хотел быть Почетным рыцарем, это было дано мне внезапно, без какого-либо согласия, хочу ли я этого или нет. — Путешественник… — Мое путешествие по Тейвату до сих пор представляет собой просто бесконечный цикл. Попадаю в новые страны, их проблемы внезапно падают мне на голову, я помогаю решить эти проблемы, встречаю Архонта, и не получаю никакого гребанного ответа! Повторять пока не надоест! А потом еще раз, пока не взбесишься! Эмбер слышала о путешествии Путешественника только от третьих лиц, но услышать, насколько однообразным это стало для него, было чем-то новым. Оглядываясь назад, ей следовало бы собрать все куски воедино, исходя из того, насколько похожими были истории. — Мне жаль это слышать, — искренне сказала Эмбер, — Но тебе следует держать выше нос Все страдания чего-то да стоят… — Единственная их ценность заключалась в том, насколько апатичным это сделало меня, Эмбер, — признался Итэр, — Я избегал Лиюэ после моей последней встречи с их Архонтом. Он скрывал от меня важную вещь. То, что касается моей сестры… Эмбер в ужасе прикрыла рот рукой. Архонт Лиюэ скрывал от него информацию о сестре-путешественника? — Моракс знал, что случилось с твоей сестрой? Итэр вздохнул. Он должен был этого ожидать. — Нет, не совсем. Короче говоря, перед моей последней встречей с ним я действительно нашел свою сестру, — глаза Эмбер расширились от шока, — Она сказала мне найти «истину этого мира». Причиной этого стал Катаклизм, случившийся пятьсот лет назад и уничтоживший Каэнриа. Помимо того, что я узнал о первом, я пытался узнать о том, что произошло там… Что-то Моракс знал, но держал это в секрете из-за какого-то контракта». Эмбер знала о том, что представляет собой Моракс, поскольку ее дедушкой был житель Лиюэ. — Ну, если кто и будет соблюдать контракт, так это Бог Контрактов. Это не должно быть для тебя сюрпризом. — Я спас его чертову нацию, Эмбер, — зарычал Итэр, сжимая кулаки, — Дважды! Могу я добавить, что до всего этого со мной обращались как с подозреваемым в его же «убийстве»?! Он был мне ДОЛЖЕН! И вот что я получил за все страдания и пролитую кровь вперемешку с потом?! …Вот почему я избегаю Лиюэ. Я не помогаю нации, за которой он присматривал. Я просто понял, что впустую трачу свое время, которое мне никто не вернет. Эмбер хотела возразить, насколько ошибочной была такая мысль, но не нашла никакой причины. Она решила вернуться к исходной точке и спросить, почему он скептически относится к рыцарям Фавониус. — Путешественник, почему ты был так зол на Джин и рыцарей? — Годвин должен был быть одним из элитных людей, присоединившихся к экспедиции Великого Магистра черт знает куда. Но он остался после того, как потерял свой памятный подарок. Так что теперь он просто бродит за пределами Мондштадта, лжет о том, что находится на «разведывательной миссии». и поручает авантюристам (ну, то есть мне) помочь доставить письмо или помочь его девушке, — объяснил Итэр, — - Достаточно и того, что гражданские просят меня доставить еду. Но этот трус просит меня помочь скрыть его проебы! Когда Эмбер обнаружила, что Годвина подозрительно нет в составе экспедиции Великого Магистра, она допросила его. Она была настроена скептически, когда он заявил, что находился на разведке. Тем более, что он не входил в разведроту Эолы. Она знала, что Годвин никогда не оставит рыцарей. Дилюк и Кэйя сообщили ей, что он остался случайно. Но подумать только, что он напрашивался, чтобы доставить бедной Славе лживое письмо. Эмбер покачала головой. Это было за гранью бесстыдства. — Хочешь верь, а хочешь нет, но это было не первое сфабрикованное письмо, которое мне пришлось доставить за рыцаря, — продолжил Итэр, — Гай, охранник у северных ворот, время от времени просит меня послать отцу какое-нибудь письмо, сфабрикованное, о его «подвигах» с рыцарями. Борьба с большими хиличурлами и слаймами… Этот лживый кусок дерьма! — Гай просто пытался произвести впечатление на своего отца! — огрызнулась Эмбер, — Не скажу, что врать это хорошо, но называть его вот так — это перебор!» Итэр лишь раздраженно вздохнул. — По сравнению с Годвином, я еще могу более или менее терпеть действия Гая. Я просто хочу, чтобы эти двое не пытались лгать и хорошо выглядеть перед другими. Глория устала от своего парня, а Тернер ломает его тело. просто чтобы догнать «подвиги» своего сына. Я желаю этим двум трусам удариться головой о что-нибудь твердое и взглянуть наконец правде в глаза! Эмбер не смогла ответить на это. Как бы ей это ни было больно, Путешественник имел верную точку зрения насчет двух вышеупомянутых мужчин. Хотя действия Гая еще были терпимы, Годвину не было оправдания. — Но это всего лишь два рыцаря, Путешественник. Они не представляют всех и каждого. — Не отрицаю… Но посмотри на общее состояние Рыцарей. Варка взял восемьдесят процентов рыцарей. ВОСЕМЬДЕСЯТ! Он фактически оставил город едва ли не беззащитным! Если бы меня и Дилюка не было рядом, я готов поспорить, что Фатуи заставили бы Джин подчиниться их «советам» властям во время инцидента с Двалином! — Ты… не ошибаешься, — неохотно сказала Эмбер. — Рыцари буквально еле дышат, Эмбер. Все так плохо, что народу Мондштадта нужны авантюристы, чтобы хоть как-то заполнить этот вакуум. Я даже не могу сосчитать, сколько раз Винд нуждалась во мне, чтобы очистить ее башню на мысе Буреносца. Эмбер вспомнила монахиню из Буреносца. Варка однажды хотел разместить группу рыцарей в башне, но Винд отказалась. Сказать, что это ее семейный долг наблюдать за бурей, а не рыцарей. И в результате время от времени либо Путешественнику, либо Рыцарям приходится запрыгивать и очищать башню от оккупации Хиличурлами. — Эмбер, я хочу кое-что узнать, — спокойно спросил Итэр. Эмбер подняла глаза и увидела, как взгляд Путешественника смягчился от прежнего гнева и разочарования, — Почему ты решили сохранить Скаутов? И почему ты единственная такая? Эмбер ощутила укол грусти и тоски. История ее подразделения была смешана со счастьем и печалью. — Мой дедушка сформировал это подразделение и лично тренировал их. Мы были отрядом с особыми навыками, сочетавшими стрельбу из лука и планеризм, — объяснила Эмбер. На этом моменте ее тон резко ухудшился, — Когда он… однажды исчез, мы потеряли наш драйв и навыки. Не помогло то, что некоторые из нас бросили учебу или были переведены. Ходили… слухи…. Что дедушка дезертировал. Из-за всего этого многие задались вопросом, а нужны ли мы вообще и не стоит ли распустить нас… Но… Я не позволю этому случиться! Эмбер стала решительной. — Я Эмбер, последний и лучшая из Скаутов! И Мондштадт будет знать, что пока я жива, Скауты никуда не денутся и будут нести свою вахту! Итэр закатил глаза. То, чего он никогда бы не сделал раньше. — Это объясняет историю вашего отряда, но почему вы не набрали новеньких? Эмбер открыла рот, чтобы ответить, но слова не вылетели оттуда. Она снова открыла рот, но ничего не смогла сказать. Она оставалась задумчивой, пока не хлопнула себя по голове. Итэр покачал головой. Ну, по крайней мере, знайте, что его подруга сложила два и два раньше, чем это сделал ее дедушка. — Я оставлю это на твое усмотрение, Эмбер. Что бы то ни было, ты мой первый друг в Моднштадте, и я горжусь тем, что называю тебя так, — Итэр грустно улыбнулся Эмбер напоследок. Затем он телепортировался.

***

После встречи с Кэтрин Итэр сказал Паймон вернуться в Чайник, когда он встретится с исполняющей обязанности Великого Магистра. Когда Паймон вернулась несколько часов спустя, она обнаружила, что Путешественник был в еще худшем состоянии. Спросив, что произошло, Итэр объяснил, как Джин знала о двуличности Годвина, его злостных тирадах о неэффективности Рыцарей и его последней встрече с Эмбер. После его слов даже Паймон задумалась, почему Эмбер не набрала больше Скаутов, поскольку она последняя и самая старшая, она могла бы привлечь в свое подразделение кого-нибудь из новичков. Всю ночь Итэр не спал, размышляя над выбором, как ответить на призыв Царицы. Он слишком хорошо знал, что творили Фатуи, но при этом жаждал ответов. Не говоря уже о том, что он устал решать чужие проблемы и не приближаться ни на шаг к своим ответам. Итак, сегодня утром он наконец сделал свой выбор. — Паймон всегда будет с тобой! Я ведь твой верный компаньон, но, пожалуйста, будь осторожен с ними… Он был удивлен преданностью своей летающей спутницы. Он был абсолютно уверен, что она оставит его. Но услышать вот такой вот ее ответ… Это чуть не довело его до слез. Итэр крепко обнял свою подругу. — Спасибо, Паймон. — тихо сказал он, — Правда спасибо… Через некоторое время Итэр отправился в отель «Гранд Гот» и сказал Люку, управляющему здесь Фатуи: — Солнце светит…