18

Питер написал ей поздно вечером. К сообщению он приложил целую кипу фотографий — это были снимки страниц из книг с пометками на полях. Из всей информации Аля смогла вычленить главное: ученому удалось расшифровать приблизительные значения символов через однокоренные или похожие слова из родственных диалектов. Получилось: тупик, боль, вода, очищение. Алетейе сперва показалось, что шифр напоминает координаты определенного места. Храм Морганы по традиции стоял у воды. Наверное, там же находился какой-то тупик или заводь, в которой можно было «смыть» боль и очиститься от недугов. И с чего Пэлор взял, что альков — это портал? Что им теперь делать? Покупать билеты и таскаться по вересковым пустошам, пытаясь разыскать место, где когда-то стоял храм? Совершать такие энергозатратные действия Аля не планировала. Пусть змей сам летит к черту на кулички и пытается разыскать и озеро, и тупик. Она поблагодарила ученого за помощь, переслала информацию Пэлору, а потом улеглась на диван, отложив телефон в сторону. Взгляд девушки уперся в массивную люстру, которая висела в самом центре комнаты. Величественную красавицу уже давно стоило бы помыть — на плафонах собралась пыль. Полежав какое-то время без единой мысли в голове, Аля в итоге горько усмехнулась: на что она только рассчитывала? Чаша Морганы, как же… На живот девушки медленно забралась сонная и сытая Гвиневра. Умиротворенно мурча, кошка свернулась в клубок, уткнувшись мордочкой куда-то Але под ребра. Алетейя осторожно погладила мягкий теплый мех. «Интересно, а фамильяры могли давать подсказки по поводу старых шифров и древних храмов?» — задумалась ведьма. Мысленно она представила, как говорит кошке: «Малышка, а отыщи-ка для своей хозяйки спасительную чашу с волшебной водицей! Она выпьет из нее и станет самой сильной и счастливой колдуньей в мире». Только вот станет ли? Мысли Алетейи обратились к алькову... Чаша, вода... А ведь в этом мраморном изваянии тоже притаилась чаша или какой-то фонтанчик. При этом Пэлор убежден, что на алькове лежит сильное заклинание. Зачем и кто его наложил? Боль, тупик... А что, если это относилось к эмоциональному состоянию человека? Может, им нужно умыться в фонтанчике или что-то в этом роде? Ее телефон завибрировал где-то под боком. Аля нехотя поднесла аппарат к глазам, сощурившись от яркого экрана. «Нам нужно скорее вернуться к алькову, чтобы ты порыдала рядом с ним. Уверен, это разблокирует портал», — написал ей змей. Брови Али взлетели вверх. «Это ты у нас так одержим чашей, что пристаешь к окружающим. Заберись в мастерскую и посокрушайся у алькова над своей жизнью.» — быстро набрала в ответ Аля. «Брось, Ланкастер, дай волю слезам...» — снова напечатал Пэлор. Аля закатила глаза. По крайней мере, со змеем они сошлись в одном — нужно было что-то делать с самим альковом, а не лететь куда-то за тридевять земель. «Хорошо, Пэлор. Пойдем к алькову вместе, и я постараюсь, чтобы ты зарыдал. Начнем с удара в пах», — напечатала девушка. Какое-то время телефон молчал. Затем ей пришел короткий ответ: «Нам нужен Питер». Аля нахмурилась. Что он имеет в виду? Ученый и так уже отлично им помог. Неужели змей хочет заставить несчастного мага рыдать у алькова? Такая черная неблагодарность разбудила внутри Алетейи одну из ее субличностей — защитницу слабых и обделенных. Нет, ученого она в обиду не даст! Змей тем временем продолжал ей писать. «Ты же сама говорила, что зелье привело меня не к тебе, а ко всей группе. Этот чудик явно сломлен и еле держится. Можно будет слегка надавить на него, и мы получим достаточно слез, чтобы открыть портал». Алетея поджала губы. Опять Пэлор выводил ее из себя! Такому человеку, как он, точно лучше магическую силу не возвращать. С другой стороны, она припоминала свой утренний разговор с мисс Элиот. Наставница говорила про ценность горевания и признания боли. Может, им нужно помочь Питеру что-то осознать? Гвини на ее животе пошевелилась — точь-в-точь в унисон с совестью, которая шептала, что Аля пытается найти оправдание жестокому шагу, который уже почти убедила себя сделать. Ей хотелось узнать наверняка, является ли альков порталом и существует ли чаша Морганы, а Питер и правда казался достаточно сломленным, чтобы его слезы могли активировать магию. Но как они подведут Питера к алькову и заставят рыдать? В прошлый раз они были все как на иголках и боялись, что в мастерскую вернется кто-то из реставраторов. Да и Питеру больше нечего делать у алькова. Под каким предлогом его туда заманить? «Разговорим его и телепортируем к алькову», — словно в ответ на ее мысли написал Пэлор. Аля ничего не стала отвечать. В ней боролись две сущности, и она не знала, какую слушать. С одной стороны, Питеру же не повредит немного излить душу? Тем более, они все участники одной психологической группы и априори дали согласие доверять друг другу свои переживания и душевные метания. С другой стороны... это манипуляция. Чистой воды манипуляция. Именно то, за что она так презирала Пэлора. Внезапно Гвини подняла пушистую мордочку и посмотрела своими янтарными глазами прямо в глаза Але. Выражение кошачьей физиономии было странным. Не осуждение, а... любопытство? Наверное, Гвини думала, что ее послали служить хорошей светлой ведьме, а по итогу она оказалась у Алетейи, из-за которой уже пострадали люди, а теперь, возможно, пострадает ни в чем не повинный новый знакомый. Кошка медленно моргнула и отвернулась, устраиваясь поудобнее. Аля не знала, что это означало — прощение или просто равнодушие фамильяра к моральным дилеммам хозяйки.