Глава 4. Вечеринка футбольной команды

      Амен прибывал в бодром расположении духа. Вот уже неделю у него из головы не выходила дерзкая выходка Эвтиды Шезму. Он много думал, и сегодняшняя встреча с Реммао должна стать отправной точкой в его отношениях с Эвой.       Компания, в которой Реммао являлся соучредителем, находилась в офисном здании на знаменитой улочке Уолл-стрит. Эта многоэтажная убогая постройка времён новой Америки выглядела неприметно на фоне знаменитой Фондовой биржи.       Амен приехал к назначенному времени в автомобиле бизнес-класса, и водитель припарковался на частной стоянке. Человек в чёрном фраке учтиво открыл дверь и, когда Амен вышел, велел следовать за ним. Они миновали стеклянные двери, прошли огромный холл и поднялись на десятый этаж.       Реммао уже ждал его в своём кабинете. Увидев приятеля, Реммао расплылся в улыбке и протянул руку для пожатия, но сконфузился, когда Амен не ответил, а просто прошёл мимо и сел на резной диван, оббитый натуральной кожей. Он огляделся. Кабинет Реммао выглядел лучше, чем здание снаружи, но дизайн интерьера был безвкусным. Неуместное сочетание разношёрстной мебели бросалось в глаза с порога, потому Амен брезгливо поморщился и уставился на «друга».       В ответ Реммао лишь поджал губы и вернулся на своё место. Он попросил секретаршу принести кофе и виски, затем, когда миловидная девица исполнила его просьбу, приступил к главному.       В течении следующих двух часов Реммао подробно излагал план того, что он придумал. Компания, где он работал сейчас была известна своей безупречный репутацией на рынке. И основной владелец банка был готов рискнуть, чтобы доход увеличился в несколько раз. Реммао понимал, что придётся многим структурам дать на лапу, но дело того стоило. Если всё пройдёт успешно, то он сможет отделиться в дочернюю компанию и стать сам себе хозяином. Но для этого ему нужен Амен, как лицо представляющее рынки Европы и стран Востока.       Амен слушал старого товарища и уже начинал позёвывать. К концу монолога он так и остался равнодушен, потому что подобные идеи ему предлагались уже десятки раз. Но отвечать отказом он не торопился. Амен — деловой человек и знал, что добиваться цели проще всего тогда, когда оппонент находится в отчаянии. На это у него было природное чутьё.       Подождав, пока Реммао окончательно закончит болтать, Амен поднялся. Он подошёл к доске, где Реммао расписывал маркером свои идеи, взял губку и молча всё стёр. От шока у Реммао подкосились ноги. Амен стоял и смотрел на него ледяным взглядом, без слов говоря, что он и пальцем об палец не ударит. Внутри у Реммао оборвалась последняя надежда. Он опустился на стоявший рядом стул и ссутулился, как старик.       — Чего ты хочешь? — натянуто спросил он, словно каждое слово причиняло боль.       Амен победоносно ухмыльнулся.       — Это уже другой разговор!

***

      Всю неделю Эва провела как в тумане. Девушка не могла дождаться, когда, наконец, наступят выходные и она сможет посвятить себя целиком и полностью выбору темы для эссе. С того момента, как она вновь вернулась в строй, Эва посетила ещё одну лекцию профессора Пеллийского, но также как и в предыдущий раз, она сбежала едва прозвенел звонок.       И казалось, что всё шло ровно: дядюшка не донимал звонками, Дия и Исман вели себя как обычно. Но Эва чувствовала — краски вокруг неё сгущаются, потому что недавний звонок из полиции заставил задуматься. Офицер справился о её здоровье и попросил в ближайшее время подойти в участок для дачи показаний. Эва заверила, что непременно будет, но ей совсем не хотелось ворошить историю с дорожным происшествием. Теперь же оставалось всего несколько дней на то, чтобы решить судьбу новоиспеченного преподавателя и… свою собственную.       Но помимо этой проблемы, из головы никак не выходило лицо парня у пруда. Она вспоминала его голос, стоило только задуматься или закрыть глаза. Откуда он узнал её имя? Как оказался на территории кампуса? Почему смотрел так, будто знает о ней самое сокровенное? Вопросов было множество, но ответа — ни одного. В конце концов Эва убедила себя, что мало ли психов гуляет по городу. И парень мог узнать имя, спросив у кого-нибудь или просто подслушал, как её называют друзья. Да вариантов была масса, и забивать голову лишней информацией Эва не могла себе позволить. На кону стояло её будущее, пора уже научить принимать взрослые решения.       Вечер пятницы не предвещал ничего необычного. После учёбы Эва забежала в магазин, набрала минимум продуктов, которых бы хватило на выходные, и решила посвятить время чтению художественной литературы. Подобный отдых расслаблял мозг, но в тоже время заставлял его работать на полную катушку. Классические романы были своего рода разминкой, как в спорте перед важным соревнованием.       И взяв ведёрко ванильного мороженного, Эва удобно устроилась в постели с «Поющими в Терновнике». Открыла книгу и прочитала несколько страниц — этого стало достаточно, чтобы понять, что она совершенно не вникает в текст. Строчки перед глазами прыгали, а сама Эва размышляла о другом. Поедая ложкой мороженное, девушка заставляла себя перечитывать одно и то же.       Раздался телефонный звонок и Эва вздрогнула от неожиданности. На экране высветился номер Дии, и Эва подняла трубку. На том конце провода гремела музыка, а сама Дия кричала кому-то ругательства. Эва раздражено уставилась на экран и хотела уже скинуть звонок, как вновь услышала голос подруги, которая, видимо, отошла в тихое место.       — Я думаю, ты сидишь на диване и притворяешься овощем, — задорно сказала Дия. Эва закатила глаза. — Теперь ты закатываешь глаза и вздыхаешь.       — Дия, — пролепетала Эва. — Что-то случилось?       — Нет, пока, ничего. Но может… — Дия начала говорить загадками и это бесило Эву.       — Что ты несёшь? — прорычала девушка.       — Случится то, что ты пропустишь вечеринку в честь победы наших мальчиков… — пояснила Дия.       — А… ты про футбол, но мне не интересно, — парировала в ответ Эва.       — Правда? Исман надеялся, что ты придёшь его поддержать, — у Эвы вспыхнули уши. Она с головой ушла в собственные проблемы, и совсем забыла про предстоящую игру. Исман ведь лично приглашал её. Хотя и раньше она не ходила, но это был их последний год, и Исман очень хотел, чтобы подруги за него болели. А Эва пообещала и не пришла.       — Ты должна реабилитироваться перед ним, иначе Исман надуется и будет дуться пока не лопнет, — сказала Дия, давя на совесть Эвы. Та вздохнула.       — Хорошо, скинь адрес. Я скоро буду.

***

      Место, где проходила вечеринка по случаю победы футбольной команды над своими вечными соперниками из Бостона, находилось в верхнем Манхэттене, и чтобы туда добраться, Эве пришлось вызвать такси. Она прикинула сколько осталось наличных и что это первый и последний раз, когда она вот так растрачивает свободные деньги. В ближайшую неделю придётся посидеть на строгой диете, питаясь заварными супами и кашами.       Доехав до нужного адреса, Эва поднялась на последний этаж дома в роскошный пентхаус, где жил один из членов команды. Жилище выглядело шикарно. У Эвы, ютившейся в тесной однокомнатной квартирке, отвалилась челюсть. Она сразу же подумала, что хозяин этого места довольно богат, раз не боится приглашать такую толпу незнакомых людей. Одни его кожаные диваны стоили целое состояние. Но тем не менее, несколько подпитых девиц залезли туда с ногами и танцевали с бокалами в руках.       Эва брезгливо поморщилась и огляделась в надежде увидеть знакомые лица. Ни Дии, ни Исмана не было видно, зато толпа скачущих выпивших студентов смыкалась вокруг неё тугим кольцом. В конце гостиной Эва заметила дверь, которая вела на лоджию. Девушка пробралась сквозь людей и, наконец, выдохнула облегчённо. Здесь, вне дома, находился огромный бассейн, который подсвечивали уличные лампы. Рядом стояло три шезлонга, а на них лежали полотенца. Эву пробрала дрожь, когда она представила каково плавать в такой холод.       Свежий воздух немного вскружил голову и девушка осторожно прошла к перилам. Она облокотилась на металлическую перегородку и от открывшегося перед ней вида, замерло сердце.       В предзакатных сумерках на западе простиралась красно-оранжевая полоса закатного солнца. А на востоке небо уже было черным-черно и россыпь ярких звёзд украшало его. Прохладный октябрьский ветер щипал голые участки кожи, и Эва поплотнее укаталась в свой объёмный шарф. Впереди на многие мили простирался старина Нью-Йорк. С его кварталами, небоскрёбами и машинами, в эту минуту город выглядел, как единый живой организм. Он пульсировал и горел миллионами огней, даря надежды и разбивая мечты.       В памяти невольно всплывали моменты, когда Эва впервые приехала в Америку. Ей было дико страшно, она не понимала язык и культуру и, казалось, что город просто проглотит её и выплюнет. Но теперь, спустя столько времени, Нью-Йорк стал ей, — нет, не домом, — но гаванью, где она нашла приют.       Глухие басы танцевальной музыки доносились до Эвы, как фон. Она совершенно не понимала, что забыла на этой дурацкой вечеринке. Наверняка Исман бы не так уж сильно и обиделся, а она просто дура, раз повелась на провокацию Дии. Гнев поднимался из недр души, вот-вот готовый выплеснуться наружу в виде крика и слёз. Слишком много навалилось за короткое время и нужно было что-то с этим делать.       Эва сама не заметила, как из груди вырвался вымученный стон, а за спиной раздался голос:       — Что-то случилось?       Девушка резко обернулась. На неё смотрел тот, кого она меньше всего ожидала увидеть именно сейчас — «парень у пруда». Как бы его ни звали в действительности, он всегда останется для неё таковым.       Эва без стеснения пробежалась глазами по его фигуре: он был выше на целую голову, под белой толстовкой отчетливо прорисовывались рельефные мускулы, и Эва подумала, что он, вероятно, спортсмен. Чёрные брюки были заправлены в грубые армейские берцы, а сами ботинки выглядели довольно поношенно. Но, несмотря на лёгкую небрежность, он производил приятное впечатление.       Не дождавшись ответа, парень шагнул к Эве ближе. Её тут же обдало запахом его одеколона, и она невольно втянула ноздрями воздух. Он остановился напротив, опершись локтем на перила и скрестив ноги. На кисти его левой руки была наколота татуировка птицы, но из-за плохого освещения и немного размазанных контуров изображения не было понятно какой именно. Он посмотрел на девушку, вопросительно вскинув брови, и переспросил:       — Всё нормально?       — Пожалуй, да, — сухо ответила Эва и добавила: — Не считая того, что я вновь встречаю тебя, нестудент, в месте, где одни студенты.       В ответ он злорадно хмыкнул и прищурился.       — Это проблема?       Эва нахмурилась.       — Конечно. Ты что, маньяк? Преследуешь меня?       Парень наиграно закатил глаза и выставил руки вперёд в жесте сдаюсь.       — Ты меня раскусила, — сказал он и сделал шаг к Эве. Она машинально дернулась назад, но оказалась в ловушке между перилами и его телом. — Что будешь делать?       Низкий голос прозвучал в сантиметрах от её лица и Эва вспыхнула, как свечка.       — Чего? Так сильно смущаю тебя? — добивал он. И специально приблизился теснее. Его нос едва не касался её щеки, а древесный запах одеколона чувствовался ещё сильнее и резче.       Эве показалось, что если она вдохнёт чуть глубже, то этот нахал украдёт её поцелуй. Она ведь даже не знает его. Пора взять себя в руки. Мысленно отвесив себе оплеуху, Эва оттолкнула «парня у пруда» и, сама не зная, как такое произошло, залепила ему пощёчину. Звонкий шлепок пронёсся, словно по ту строну Гудзона. Ладонь Эвы горела огнём, а наглец потирал свою щёку и мотал челюстью из стороны в сторону, будто проверял не сломана ли та. Эва так испугалась своего поступка, что, не думая, бросилась бежать. Парень оказался проворнее, чем она, и мгновенно среагировал. Он преградил ей дорогу. На его лице читалась ярость и краснел след от её руки. В следующую секунду он схватил Эву, закинул на плечо и с громким утробным криком прыгнул в бассейн.       Эва закричала, со всей силы ударившись о воду, и безуспешно начала биться руками и ногами. Быстро обессилив, она пошла ко дну, но не успев впустить в лёгкие воду, оказалась на поверхности. Парень крепко прижимал девушку спиной к себе, а она кашляла и жадно хватала ртом воздух. Он в несколько движений подплыл к краю бассейна, и Эва машинально ухватилась за перило. Она вылетела из воды, как пуля, бросилась к полотенцу, лежавшему на шезлонге и, громко стуча зубами, принялась растирать тело. Парень вышел следом, стянул мокрую толстовку и тоже взял полотенце.       Сильно дрожа, Эва едва могла шевелить руками. Слёзы катились по лицу смешиваясь с каплями воды. Гнев смешался с обидой, а холод только усиливал эти чувства. Она подняла голову и увидела, что парень стоит рядом и нагло рассматривает её.       — Ты ублюдок! — прошипела девушка. И громко всхлипнув, поджала губы.       Он посмотрел на неё, задумавшись о своём, а Эва попятилась к выходу, боясь как бы чего он ещё не удумал.       — Меня зовут Аш, — серьёзно ответил парень, будто несколько минут назад не совершил чудовищную подлость.       Эва вскинула голову. Мокрые пряди прилипали к лицу, и она судорожно пыталась их стряхнуть с глаз. Тело не слушалось, вдобавок сырая одежда сковывала движения. Аш, казалось, не испытывает того же дискомфорта и не чувствует холода. Он пригладил волосы назад и шагнул к ней. Но бешенный взгляд девушки его остановил.       — Гори в аду! — сквозь зубы процедила она. Резко отвернулась и направилась в дом.       — К твоему сведению, — крикнул он в след. — Я там уже был!