Глава 5. Дружба и секрет

      Эва залетела в дом и её тут же обдало тошнотворным запахом алкоголя. По сравнению с улицей внутри от паров спиртного царил удушающий воздух.       Девушка осмотрелась: никто не обратил на неё внимания. Многие уже изрядно опьянели, либо были заняты друг другом, целуясь по углам. Эву по-прежнему била дрожь, но уже не от холода, а от злости. Пора сваливать с поганой вечеринки, но перед этим найти Дию и Исмана. Наверняка они приехали на машине и смогут отвезти её назад. Но среди присутствующих Эва их не наблюдала и решила поискать в другой части дома.       Выйдя из огромной гостиной, наугад направилась по коридору. В самом конце горел свет, и Эва двинулась туда. Но чем ближе она подходила, тем отчётливее слышала чьё-то тяжёлое дыхание.       «Не заходи туда!» — прокричал внутренний голос, но было уже поздно.       Перед Эвой развернулась картина, которую она не представила бы даже в смелой фантазии: прислонившись к кухонному столу, стоял Исман. Он запрокинул голову назад и громко постанывал.       Услышав лёгкий чавкающий звук, Эва оцепенела.       — Продолжай, — прошептал он и погладил кого-то перед собой.       — Только если ты хорошо попросишь.       Женский голос показался Эве до боли знакомым, и она с ужасом осознала, что перед её близким другом на коленях стоит лучшая подруга. Исман притянул её за волосы к себе, чтобы поцеловать. Она, как кошка потёрлась об него обнаженной грудью и сжала рукой возбуждённый член.       В этот момент Эва громко ахнула, и Исман заметил её в проходе.       Его глаза расширились — в них отразились неподдельный стыд и недоумение. Он резко оттолкнул от себя Дию и натянул штаны. Дия в панике повернулась и тоже уставилась на Эву.       Они втроём так и застыли, не решаясь заговорить или сдвинуться с места.       Когда Эва, наконец, опомнилась от шока, то почувствовала, что краснеют щёки, а в ушах стучит.       — Я… простите… — выдавила Эва и заставила себя отвернуться.       Зашелестела одежда. Неловкость повисла между тремя друзьями грозовой тучей. Эва не понимала, как правильно реагировать на увиденное, а Исман и Дия не знали, как всё объяснить.       — Почему ты мокрая? — нарушила тишину Дия. И Эва тяжело вздохнула.       Исман тоже, будто только заметил это, но ничего не сказал.       — Отвезите меня домой, — умоляюще пролепетала Эва.       Объяснять и выслушивать чужие объяснения не было ни сил, ни желания. Ей хотелось поскорее принять душ и закутаться в тёплое одеяло. Поговорить они ещё успеют, да и к тому же её друзья — взрослые люди и это их личное дело: чем они занимаются наедине. Но, тем не менее, Эва понимала, что увиденное просто так не сотрёшь из памяти. И эта картина будет преследовать её до конца жизни.       Не говоря друг другу ни слова, они покинули вечеринку. Но проходя мимо гостиной, где толпа пьяных студентов существенно поредела, Эва взглянула в сторону лоджии, но Аша там уже не было.

***

      Аш сидел в машине с затонированными стеклами, припаркованной чуть поодаль от машины Исмана и терпеливо выжидал, когда выйдет Эва. Мокрая, холодная одежда облепила тело, как вторая кожа, но он не обращал на это внимание. Единственное, что его интересовало в данный момент — Эва. Она задерживалась. По его подсчётам девушка должна уже выйти, и Аш занервничал. Нахмурившись, стуча пальцами по подлокотнику, он всерьёз подумывал вернуться обратно.       — Уверен, что не переборщил? — раздался голос человека, сидящего за рулём.       Аш повернул голову и твёрдо сказал:       — Уверен.       — Не слишком ли это… — продолжил водитель.       — Что? — перебил его Аш и нахмурился так, что между бровей проступила глубокая морщина.       — Жестоко по отношению к ней.       — Ливий Пеллийский, — процедил Аш сквозь зубы. — Нельзя так называть обычную шалость. Ты своими глазами видел, что из себя представляет истинная жестокость… и это точно не тот случай.       Ливий покачал головой. Спорить с Ашем — бесполезно. Он никогда не понимал, что у того на уме. Оставалось просто довериться.       — Всё же я считаю, ты перегнул палку, — добавил Ливий. — На улице холодно.       Аш усмехнулся.       — Ничего. Ей не помешает немного остудить свой жгучий темперамент, — парень повернулся как раз в тот момент, когда вышла Эва. Сырая и взъерошенная она всё равно выглядела хрупкой и очень красивой. Кутаясь в плед, девушка пробежала к машине друга и запрыгнула на заднее сиденье. Аш проводил их внимательным взглядом, когда ребята отъезжали с парковки и добавил: — Зато теперь она точно меня запомнила!

***

      Реммао был счастлив, словно выиграл в казино. Всё складывалось наиудачнейшим образом. Он и предположить не мог подобного расклада, но, видимо, судьба решила ему улыбнуться.       Сидя за столиком в ресторане «Даниэль» он допивал вторую бутылку любимого бренди пятидесятилетней выдержки. Праздновать в одиночку или с кем-то — всё равно. Главное, что он добился чего хотел. И хотя младший брат категорически не одобрял его решения относительно Эвы, Реммао всё равно знал — это успех. Она выйдет замуж за Амена, ведь лучше него ей не найти мужа, а её родня получит пожизненное покровительство такого влиятельно человека, как мистер Гор.       Мечтая о предстоящей помолвке, настроение Реммао поднималось всё выше и выше. Заказав ещё одну бутылку, Реммао задумался о том, что, пожалуй, закажет Эве самое красивое платье, какое только ему предложит дизайнер. Наверняка такое грандиозное событие не ускользнёт от глаз репортёров, и свадьба Амена и Эвы прогремит на всю Америку. Их лица будут украшать первые полосы газет, и Эва должна выглядеть безупречно.       Да, он пообещал Эвтиду Амену, но вот только забыл спросить её согласия.

***

      К вечеру субботы у Эвы поднялась температура. Она лежала в постели, закутавшись в одеяло и плед. Пятничное купание в холодном бассейне посреди осени дало о себе знать: её знобило так сильно, что сон совершенно не шёл. В висках пульсировало и сдавливало клещами, а глаза стали чувствительны к свету. Эва снова и снова ругалась и сыпала проклятиями этого чокнутого ублюдка, по вине которого, она оказалась в подобном состоянии.       — Аш, — неожиданно она произнесла его имя в слух.       «Я там уже был!» — вспомнилась его фраза.       И Эва задумалась. Что он имел в виду? Уже второй раз они встречаются случайно. Или нет?       Девушка отчаянно напрягала мозг, пытаясь решить загадку, но головная боль не давала мыслить трезво. Взгляд Эвы упал на прикроватную тумбочку. Она потянулась, открыла ящик, пошарила рукой и из недр завала достала маленький солдатский жетон.       Эта незатейливая вещь осталась единственным напоминанием о том, кто когда-то спас её ценой собственной жизни. Всякий раз глядя на жетон, Эва пыталась вспомнить лицо того парня, который заслонил её от взрыва, но всегда перед глазами всплывал лишь чёрный дым. Она помнила, как сейчас, едкий запах гари и пыли, слышала пронзительные крики боли и отчаяния, даже брошенные у дороги трупы не могла забыть. Но лицо, которое должна была пронести с собой через всю жизнь, стёрлось и ушло в небытие её сознания.       Как-то она хотела найти родственников солдата. Но так и не смогла прочитать, что написано. К сожалению, часть жетона откололась и имя читалось не полностью. Эва отказалась от этой идеи. Погибших, чьи имена начинаются на «А и С», в мире тысячи и найти нужного — просто невозможно.

***

      Утром в понедельник Эва чувствовала себя чуть лучше, чем накануне. Всё воскресенье она провалялась в постели: спала, либо смотрела передачи в интернете. Притрагиваться к книгам не посмела, будто боялась заразить их простудой. Её организм требовал отдыха и вроде бы полегчало.       Приведя себя в порядок и одевшись потеплее, Эва отправилась на занятия. Первая лекция в начале недели — история древнего мира. Эва с ужасом осознала, что после двух побегов Ливий Пеллийский так просто не позволит ей покинуть аудиторию. Придётся взять себя в руки и поговорить с ним на чистоту. К тому же завтра вторник, а Эва собиралась посетить полицейский участок. У неё оставалось немного времени, чтобы решить: будет она предъявлять обвинение против грека или скажет, что виновата сама. В таком случае ей выпишут штраф за нарушение правил дорожного движения, а оплачивать ей нечем. Если только… Эва вспомнила, что Ливий предлагал компенсацию за моральный ущерб, но вот как поаккуратнее намекнуть ему на материальную сторону вопроса, она не представляла. Ливий — её преподаватель. Никто и не узнает, что он платит ей за молчание. С другой стороны, если она обвинит его в наезде, то не придётся мучиться от совести.       Но тогда и эссе некому будет сдавать. В её листе успеваемости появится пробел, ректорат отзовёт стипендию и ей уже не придётся ни о чём переживать.       Нет, решено. К чёрту этого Ливия. Пусть живёт себе и радуется. Она скажет, что виновата сама и продолжит учиться, а он, даже если не заплатит, то точно не посмеет завалить. А с деньгами Эва как-нибудь решит вопрос.       Лекция началась вовремя. Дия и Исман, как обычно, сидели рядом с подругой и то и дело подозрительно косились на неё. Эва делала вид, что не замечает недвусмысленных взглядов, но было дико неловко находится в их компании. И чтобы не смотреть лишний раз на друзей, Эва смотрела на Ливия, не отрываясь.       Он увлечённо записывал на доске главные мысли и, казалось, абстрагировался от мира. Есть только он и его любимый предмет. Рассказывал он интересно: было видно, что преподаватель увлечён своим предметом. В отличие от Мастерсона, который требовал зубрить каждую мелочь, Ливий хотел, чтобы ребята вникали в смысл. Он прямо сказал, что не станет выпытывать каждую дату, но чем известен тот или иной период — студент знать обязан.       После окончания лекции Эва сама хотела подойти к профессору, но, заметив его озадаченность, не стала мешать. Девушка покинула корпус, решив, что успеет пообедать. Она остановилась, пересчитала деньги и с грустью поняла, что обедать придётся дома. В студенческом кафе ей не хватит даже на салат.       Кто-то подошёл со спины.       — Мы можем поговорить? — тихо произнёс женский голос.       Эва повернулась. Перед ней, смущённо опустив взгляд в пол, стояла Дия.       — Конечно.       Дия огляделась и кивнула в сторону скамейки.       — Давай присядем, — предложила она. — Ты знаешь… я хотела сказать, что… — Эва видела, с каким трудом подруге давались слова, но решила терпеливо её выслушать. — Хотела сказать, что то, что ты видела… в общем мы вместе.       На этой фразе Эва вскинула брови. Она знала, что Дия давно сохнет по их общему другу, но не думала, что они и правда когда-нибудь сойдутся. Конечно, она не была против, но искренне удивилась этой новости.       — Просто я не успела, — пролепетала Дия. И тут её, будто прорвало. — Ты в аварию попала. Знаешь, я правда переживала за тебя. Хотя мне было неприятно видеть, как печётся Исман. Я так ревновала его, что в один из вечеров не выдержала. И во всём призналась, — сказала Дия и взяла Эву за руку. — Мы долго говорили тогда, так всё и получилось.       Дия вздохнула и посмотрела подруге в глаза.       — Мне тебя не хватает. Ты постоянно занята. Да и я тоже. То учёба, то какие-то проблемы. Куда делись наши с тобой посиделки допоздна и девчачьи разговоры по душам?!       Эва слабо улыбнулась. Дия озвучивала то, о чём она сама много раз думала, но не решалась произнести вслух. Ей тоже очень не хватало поддержки подруги. Хотелось высказаться, выплакаться, а потом просто посмеяться над всеми невзгодами и жизнь бы тогда не казалась такой непосильно сложной.       Они обе посмотрели друг на друга, одновременно всхлипнули и обнялись так крепко, будто не виделись много лет.       — Мне тоже очень тебя не хватало, — прошептала Эва. Ощутив чужое тепло, с души упал тяжёлый камень.       Оставшееся время до начала следующей лекции они болтали обо всём, что произошло за последнее время. Дия подробнее рассказала, как они сошлись с Исманом, а Эва — почему оказалась сырой на вечеринке.       До начала лекции оставалось десять минут; девушки направились в следующую аудиторию.       — То есть, я правильно поняла, ты ударила его, а он за это решил тебя искупать? — Дия говорила захлёбываясь со смеху, а Эва совершенно не разделяла веселья.       — Из-за этого придурка я два дня провалялась с температурой и не прочитала ни строчки, — ответила Эва. Она чувствовала, что поднятая тема доводит её до бешенства, но почему-то ей нравилось это состояние.       — Так как ты сказала его зовут? — задорно переспросила Дия.       — Аш! — выплюнула ответ Эва.       — Произнесла так, словно ядом брызнула. Ты отвратительна. Фу! — Дия наиграно стала стярхивать невидимую грязь.       — Я? — удивилась Эва. Слова подруги её разозлили ещё больше. — И в чём же виновата, по-твоему? В том, что постояла за себя или в том, что не дала раздеть прямо у бассейна?       Дия потупила взгляд. Эва, как всегда, делала из мухи слона. Ну вот почему она такая? Было ведь ясно, что с ней просто невинно флиртовали, но воображение Эвы превратило всё в катастрофу.       — Послушай. Ты молода, красива. И это наш последний год вместе. Расслабься и наслаждайся жизнью, — Дия активно жестикулировала, когда пыталась говорить серьёзно. — Тебе нужен парень хотя бы для удовольствия…       — Ерунда. Никто мне не нужен, — перебила её Эва.       — А что? Ты вроде сказала, он красивый? — поддразнила Дия. Они зашли в аудиторию и заняли места. Исман уже ждал их и, увидев подруг вместе, открыл рот.       — Не говорила, — Эва бросила сумку на стол и села. — Я сказала, он необычный.       — А это не одно и то же: необычный равно красивый?       — О чём вы, девчонки? — встрял Исман, но Дия дала понять, чтобы он не лез.       — Нет, необычный — значит необычный. И только.       Эва поймала на себе взгляд Дии, которая точно не верила ни единому её слову. Зачем она вообще пытается доказать подруге то, что является по сути аксиомой. У каждого ведь своё понятие красоты.       — Думай, как хочешь, — сказала Дия. — Надеюсь, вы ещё встретитесь.       — Это вряд ли, — ответила Эва и уставилась в конспект.       В глубине души она хотела увидеть Аша снова.