Глава 6. Одной проблемой меньше

      Во вторник после обеда Эва, как и планировала, отправилась в полицейский участок. Она распрощалась с Дией и Исманом, уверила друзей — с ней идти не нужно. Хотя на самом деле опасалась, что ребята встретят Ливия, и отношение к доброму преподавателю в корне поменяется. Именно поэтому Эва до сих пор не сказала, что из-за их преподавателя попала в больницу. Конечно, большая часть вины лежала на ней, но ведь и Пеллийский был виновен.        В кабинете офицера Ноллана Ливий коротким кивком поприветствовал Эву, а она ответила тем же. Сев напротив, девушка выслушала всё, что зачитал из протокола пожилой полицейский. Затем Ливий повторил, как было дело с его точки зрения. Говорил он спокойно и только правду. Единственное — не упомянул посещение в больницу. Когда Ливий закончил, настала очередь Эвы.       Она взглянула на преподавателя: Ливий держался ровно и умело скрывал волнение. И всё бы ничего, но Эва сразу расслышала в его речи акцент. Он переживал. Она — тоже. Офицер не особо следил за ней, потому не заметил, как она замешкалась, но попросил побыстрее начать рассказ. Эва вздохнула и заговорила.       Эва призналась, что сама выбежала на красный. Она согласна с неимением претензий к мистеру Пеллийскому и в ближайшее время обязуется оплатить штраф.       Да-да, впредь будет осторожнее.       Когда закончился допрос, Эва чувствовала, что её тело пылает, а сердце колотится в груди. От духоты и волнения на лбу проступила испарина и, выйдя из кабинета офицера, она словно очутилась на свободе после срока в тюрьме.       Ливий проследовал за ней.       — Благодарю вас, Эва… — полушёпотом сказал он и по-доброму улыбнулся своей сдержанной улыбкой. — Вы спасли меня и мою карьеру.       Эва кивнула. Она протянула ему предписание со штрафом в сто долларов.       — Оу, — брови Ливия поползли вверх. Он сделал паузу, прежде чем ответить девушке под её требовательным взглядом. Временами Эва совсем не понимала преподавателя и сейчас его реакция осталась для неё загадкой, но она не была заинтересована это разгадывать и отдала штраф мужчине. — Конечно. — кивнул он. — Я всё оплачу.       Теперь одной проблемой стало меньше. И Эва наконец могла заняться эссе. Они с Ливием направились к выходу из участка, и он всё-таки поинтересовался:        — Вы определились с темой?       — Честно говоря, нет. Слишком многое мне интересно, но в то же время, углубляясь во что-то одно, я чувствую, будто обделяю вниманием другое, — призналась Эва. Она не хотела увиливать и лгать, проще сказать, как есть. Ливий вызывал у неё подсознательное доверие, и она надеялась, что он поможет советом.       Профессор задумался. Они вышли на крыльцо, а он всё продолжал размышлять о своём.       — Знаете, Эва, — вновь заговорил он. — Я могу вам дать совет как поступить, а вы уже решайте, что делать: выпишите все интересующие вас темы. Затем презентуйте себе каждую так, будто вы на экзамене или рассказываете человеку, далекому от истории. Когда найдете по-настоящему интересное для себя направление, вы точно почувствуете это. Просто поверьте, — мужчина покачал головой, прикрывая глаза. — В своё время я так же сделал выбор между несколькими дисциплинами и не прогадал.       Эва благодарно кивнула и стала спускаться по ступеням, но резко остановилась на середине и застыла.       Прямо у обочины, оперевшись бедром на мотоцикл, стоял Аш. Его руки были скрещены на груди, а сам мужчина не выглядел удивленным неожиданной встрече здесь. Он нагло ухмылялся, а Эва хотела вцепиться ему в лицо ногтями и содрать эту самонадеянную физиономию.       — Что ты здесь забыл? — рявкнула она с высоты крыльца. И люди, проходящие мимо, обернулись в её сторону.       — Тише-тише, не привлекай внимание, рыбка! — издевательски произнёс он. Но дерзость в его тоне никуда не пропала. Эва хотела грубо ответить, но Аш смотрел сквозь неё: — Как всё прошло?       — Спокойно. Эвтида благоразумная девушка.       Ливий спустился по ступеням и пожал Ашу руку. Всё ещё стоя на месте, Эва переводила взгляд с одного мужчины на другого и шестерёнки в её мозгу медленно начинали логически складываться.       — Что происходит? — спросила она, стараясь гнать бредовые мысли подальше.       Аш вопросительно приподнял бровь и посмотрел на Ливия, предоставив тому право всё объяснить.       — Эва, на наш с вами инцидент никак не влияет то, что мой друг… — он покосился на Аша, словно хотел дать подзатыльник, затем янтарный взгляд снова вернулся к Эве. — Вёл себя с вами не совсем доброжелательно.       — Не совсем доброжелательно? — повторила Эва и заставила себя спуститься вниз. — Да ты преследуешь меня, как чёртов сталкер.       Аш шагнул к ней, дав понять Ливию, чтоб не вмешивался в разговор.       — Рад, что ты наконец заметила, — произнёс он странным тоном: то ли серьёзно, то ли с сарказмом.       — Если не оставишь в покое, я заявлю на тебя в полицию, — Эва и сама не поняла почему сказала именно это, но Аша, казалось, её речь только позабавила. Он не выглядел злым или напрягшимся, скорее заинтригованным. Поступит она так, как говорит или просто блефует?       — Иди, — он кивнул в сторону участка. — Пусть меня запрут в изоляторе. Тебе сразу станет легче.       Эва стояла, как вкопанная, не решаясь открыть рот, чтобы не сказать новую глупость. Обычно острая на язык, сейчас она не могла придумать ни одного подходящего ответа, чтобы не закопать себя глубже. Она любила ставить людей в неловкое положение, но он… Аш оказался чемпионом. Он с лёгкостью вгонял её в краску одним взглядом, а его слова заставляли кровь кипеть от гнева.       Нужно срочно бежать прочь.       — Отстань от меня, ясно? — Эва ткнула в него указательным пальцем и добавила: — Или я правда пойду в полицию.       Аш перехватил её запястье. И прижал девичью ладонь к груди туда, где находилось сердце.       — Не думай, что я так просто отвяжусь! — строго сказал он и в его глазах отразилась серьёзность намерений.       — А ты не думай, что я так просто уступлю! — Эва отдёрнула свою руку и поспешила уйти.       Аш проводил Эву взглядом и когда девушка скрылась в толпе, мужчина повернулся к Ливию. Молодой профессор нахмурился и о чём-то думал. В руках у него Аш заметил предписание и небрежно выхватил листок. Ливий попытался отнять штраф обратно, но Аш уже свернул и спрятал во внутренний карман куртки.       — Мне нужно оплатить его в ближайшее время, — пояснил Ливий.       — Оставь, я сам, — он сел на мотоцикл и надел шлем. Приоткрыв защитное стекло, добавил: — Я благодарен тебе, что ты снова прикрыл мой зад, друг. Если бы не ты, я бы уже собирал вещички в тюрьму.       Ливий пожал плечами.       — Откуда тебе знать? — задумчиво спросил он. — Может, Эва поступила бы точно так же, узнай, что это ты, — Ливий выделил последние слова, проговорив их с явным намеком. — Если бы ты сказал ей правду, уверен…       Аш покачал головой.       — Нет. Ещё слишком рано. Она должна вспомнить сама.       Он завёл мотор мотоцикла, повернул передачу и, сорвавшись с места, вклинился в ряд между машин.

***

      Эва направлялась домой быстрым шагом. Оставался последний квартал и она снова окажется в своей тихой, уютной гавани. Всю дорогу она пыталась отвлечься от встречи с Ашем, но его слова вспомнились сами собой.       «Не думай, что я так просто отстану!»       Хотела бы она думать, что он снова пошутил, но Эва знала — Аш был серьёзен. Три короткие встречи определенно не случайны. По какой-то, известной только ему причине, он преследует её. И глупые фразочки, которыми она кидалась не подумав, совсем его не пугали.       Эва не понимала, из-за чего так взъелась. Ей не впервой отказывать напористым парням, да и самоуверенных она встречала. Но Аш не был похож на того, кто просто подкатывал к ней из-за милого личика, думая, что своим обаянием легко затащит в койку. Хотя он и говорил не самые приятные слова и вёл себя, как последний отморозок, сегодня она увидела в его глазах нечто, отличающее его от остальных. Она бы назвала это твёрдой решимостью. Он точно был уверен в том, что произнёс и хотел, чтобы она в это поверила.       Эва остановилась, и по её спине пробежали мурашки.       — Не отстанет! — тихо проговорила она.       В таком случае, что он собирается предпринимать? В представлении Эвы, парень, которому искренне нравится девушка, не станет бросаться вместе с ней в холодный бассейн. И его дурацкий поступок сбивал с толку. Эва всё ещё злилась на Аша и точно не собиралась отказываться от своих слов про полицию. Но в глубине души уже появился зародыш сомнения.       Подходя к дому, Эва не обратила внимание на дорогой автомобиль, что явно не сочетался с её кварталом, припаркованный рядом с тротуаром. Но не успела она подойти к крыльцу, из машины вышел знакомый человек. Его внушительная фигура преградила ей дорогу, и Эва растерянно замерла.       — Добрый день, Эвтида, — вкрадчиво проговорил Амен строгим голосом. Девушка кивнула. — Я ждал вас.       — Вот как?       Эва напряглась, когда мужчина шагнул к ней. Его идеально отглаженный чёрный костюм делал внешность ещё более агрессивной и холодной. Вероятно, даже если бы он улыбнулся, это выглядело враждебно. Или Эва попросту с первого взгляда невзлюбила мистера Гора.       — Да, — сухо прошелестел он. Амен держался прямо и смотрел сверху вниз, будто намеревался раздавить Эву взглядом. — Мы договаривались о встрече, но вы так и не соизволили назвать время и место. Поэтому я сам решил приехать.       От столь возмутительной надменности у Эвтиды перехватило дыхание. Он говорил таким тоном, будто она его зверушка или хуже того — собственность. Амен сделал шаг и протянул руку. Эва, как ошпаренная, дёрнулась и отступила.       — Что вам от меня нужно? — надломленным голосом произнесла она. — Я же ясно дала понять, что не хочу с вами встречаться.       Амен нахмурился, но остался непреклонен. В этот момент Эва поняла, что по-настоящему боится — и он это знает.       — Неважно, чего ты хочешь… — медленно произнёс Амен, и у Эвы сжалось сердце. — Главное, ты теперь принадлежишь мне. А своё я не намерен ни с кем делить.       — Ч-что? — внутри девушки словно натянулись и оборвались струны. Казалось, мир поплыл и вот-вот разразится чёрная дыра, поглотив её без остатка. Тело отделилось от разума, а тот пытался обмануть тело, крича, что всё не может быть так плохо. — О чём вы говорите?       — Думал, уже знаешь, потому и приехал, — Амен внезапно сменил тон на постыдно фривольный. — Вижу, что нет. Реммао тебе не сообщил, тогда я буду первым.       От напряжения у Эвы застучало в висках.       — Отныне ты — моя невеста, — сказал Амен тоном, не терпящим возражений, и в его взгляде вспыхнул похотливый огонь. — Даю тебе две недели, чтобы завершить здесь все свои дела: в том числе с учёбой, — Эве не понравилось уточнение места, но не успела она озадачиться, как мужчина опередил её вопрос. — Потом мы уезжаем.       Эву словно окатили ведром с помоями. Обречённая с рождения стать для кого-то красивым подарком, она уже и позабыла, что подобное впрямь случится. С тех пор, как Эва отказалась от пресловутых моральных устоев своей семьи, прошло достаточно времени. Но Амен говорил серьёзно — и в этом она была уверена. Он опасный человек, привыкший держать всё под контролем. И выйти за него — ровнялось самоубийству.       По сравнению с ним Эва выглядела жалко: хрупкая, слабая, уязвимая. Покинутая всеми, совершенно одна в огромном жестоком мире. Никому не нужна и никто её не спасёт от этого проклятого тирана. Но она готова бороться до самого конца, отстаивая собственную волю.       Она вздёрнула подбородок и с ненавистью посмотрела на Амена.       — Никогда! — уверено произнесла Эва.       В ответ он злорадно усмехнулся и резко схватил девушку за тонкое запястье, сдавив с такой силой, что от внезапной боли Эва пискнула. Слёзы градом покатились по щекам, а губы задрожали.       — Тебя никто не спрашивает, непокорная, — приблизившись к её лицу, сквозь зубы процедил мужчина. — Через две недели ты станешь моей женой и мы отправимся на Восток. Я решу свои дела, а затем — займусь твоим воспитанием. Поверь, для тебя же лучше научиться смиренности прямо сейчас.       Он выпустил её руку и Эва, потеряв равновесие, упала на колени посреди улицы. Амен высокомерно окинул её взглядом и пошёл к машине.       — И не вздумай выкинуть какой-нибудь фокус, — кинул он напоследок. — Я этого не потерплю. Накажу не только тебя!       Машина взревела и скрылась за поворот. А Эва так и сидела на мокром холодном асфальте, сотрясаясь от горьких рыданий. В это мгновение она оказалась совершенно одинока. Всё решено. Ей не спастись. Реммао и Реймсс продали её за гроши, растоптав и выбросив на помойку счастливое будущее, о котором она мечтала. Неужели всё, что они пережили шесть лет назад — ничто? Забыто и похоронено в глубоких братских могилах пустынной степи. Неужели гибель семьи, ужасы войны и трудности, с которыми они столкнулись, приехав на Запад, не оставили в дядюшке ни капли чести? Лишь алчность и жажду власти.       Унижение и обида тугой петлёй затягивались на шее девушки. Шесть лет назад она выжила благодаря американскому солдату, чей жетон хранила по сей день, как самую великую в мире драгоценность. И пускай его лицо стёрлось из памяти, в самые тяжёлые минуты она смотрела на небо и благодарила бойца, где бы он сейчас ни был. Ей хотелось верить, что он оказался в раю, потому что мысли о геенне огненной ей отвратительны. И сейчас, когда первая волна боли пошла на спад, Эва подняла глаза и сквозь слёзы прошептала:       — Умоляю, помоги мне!