Quastiones. Вопросы

      — О, вот ты где, Тейт!       Вайолет окликает его, вырывая из густого потока мыслей. А он и не заметил, как углубился в свои размышления. Прошло уже два часа, как он покинул свою комнату и расположился на кухне, заняв удобное положение, чтобы было видно прихожую и дверь в кабинет Бена.       Прошла неделя с первого визита Зои. Неделя с их первой встречи, их разговора. Сегодня у нее второй сеанс. Тейт видел девушку мельком, когда она пришла: он как раз спускался со второго этажа. То, что он успел увидеть, вызвало внутри него вихрь разнообразных чувств: жалость от того, какой тоненькой и почти прозрачной стала Зои, как посерели тени под ее глазами; легкую радость от того, что она все же пришла на прием, решилась все-таки бороться со своими страхами; непонятно откуда взявшееся волнение: от Тейта не укрылось, как нервно сжимала она свои маленькие кулачки в перчатках и время от времени поправляла высокий воротник своего черного шерстяного платья, почти натягивала его на подбородок. Словно хотела что-то спрятать. Тейт почти не сомневался в этом. Тейт начал идти как можно медленнее, вытягиваясь, желая рассмотреть ее шею. Однако не успел. Видимо, почувствовав его, Зои ускорила шаг и юркнула в кабинет Хармона. И Тейт остался один на один с тишиной кухни, тяжелыми вдохами одного из призрачных жильцов и тихим шорохом шагов за дверью Бена.       Тейт решил сегодня не смущать девушку своим незримым присутствием. Да и если честно, это был первый раз, когда он хотел, но не мог осмелиться удовлетворить свое любопытство, послушать ее историю и боль. Парень неохотно для себя признал, что боялся вновь оказаться в той гнетущей, высасывающей все силы обстановке. Поэтому, немного поразмыслив, он решил сделать выводы о сеансе по его завершении: наверняка, по настроению Зои будет ясно, как все прошло. Какая-нибудь деталь обязательно выдаст все. А Тейт очень наблюдателен. Он заметит.       Время от времени он прислушивался к раздававшимся в кабинете голосам, но толком не мог ничего разобрать. Поэтому он оставил эту затею и сосредоточился на приготовлении чая.

***

      Терпение.       Сегодня сеанс длится дольше обычного. Может, Бену удалось разговорить недружелюбную ведьму? Поэтому он решил не упускать возможности, чтобы покопаться в ее голове.       Ну и еще это возможность срубить побольше деньжат.       Тейт ехидно хмыкает и делает маленький глоток горячего напитка. Старается разобрать вкус на ноты: мед, цитрус, жасмин. Пробует различить все, что напредставлял себе.       А ведь он так давно не чувствовал этот горячий вкус, от которого внутри разгорался пожар…       Тейт задерживает глоток на языке. Однако он не чувствует ничего. Только горечь и пепел. Вот он удел неупокоенной души: влачить свое существование, забыть все вкусы жизни, смотреть, как стареют и уходят родные. Тейт нервно вздыхает и легонько отталкивает чашку, стараясь не разлить напиток на стол. Зачем он вообще решил пить этот чай? Ведь знал же, что ничего не изменится, что все будет так же пусто…       Который раз он задает себе такой вопрос. И который раз сам себе же и отвечает:       Вайолет.       Ради Вайолет он старается жить жизнью самого обычного парня (с некоторыми исключениями). Он ест и пьет. Спит и принимает душ. Смотрит телевизор и читает книги. Помогает Вайолет с домашними заданиями (благо, он что-то еще помнит из школьной программы).       Тейт смотрит на дно чашки. Он убеждает себя, что скоро вновь сможет почувствовать все, чего он лишился. Нужно только верить. И пытаться снова и снова. Нужно жить. И тогда, возможно, судьба будет благосклонной и подарит ему настоящее, яркое. Он снова берет в руку чашку и готовится сделать глоток…       — О, вот ты где, Тейт!       Она возвращает в безвкусную, бесцветную реальность. И только у ее голоса есть вкус: вкус персика. Тейт вспоминает сладкий, сочный медовый вкус. Только у ее голоса есть цвет: золотой цвет солнца. К нему хочется тянуться. К Вайолет хочется тянуться и нежиться в ее тепле.       Невольно вздрогнув, Тейт быстро приходит в себя и, нежно улыбнувшись, протягивает вошедшей девушке руку. Вайолет, хихикнув, слабо отталкивает протянутую ладонь и садится рядом. Она смотрит на Тейта, улыбается. Тейт нечасто видит ее такой. В основном, Вайолет бывает задумчивой, немного нахмурившейся. Погруженной в себя. Размышляет о жизни и боли. А сегодня она улыбается.       На протяжении всей недели Вайолет мало разговаривала. Пыталась прятаться. Поэтому Тейт, уважая ее пространство, не преследовал и не приходил к ней. Он надеялся, что когда будет нужно, Вайолет сама придет к нему. Он наблюдал, как она уходила в школу и возвращалась домой. Иногда вовремя, иногда задерживалась. От нее часто пахло сигаретами и духами. Тейт часто угрюмо следил за ней из окна своей комнаты. Порой тихо завидовал: Вайолет могла уходить и приходить. Могла путешествовать. А он, Тейт, не мог. Он был привязан к этому проклятому дому. Он не мог ступить за пределы ограды. Весь его мир был заключен в этом маленьком и жалком клочке земли.       Тейт вспоминает свои обиды, вспоминает, как ненавидел эту несправедливость. А потом он и понял: он тоже может путешествовать. Поэтому, когда Вайолет не пряталась, он просил пусть в небольших в подробностях рассказывать, где она была и что видела. Так он мог путешествовать. Вайолет не противилась. И старалась как можно точнее описать особенно впечатлившие ее места. Потом, видя мечтательную улыбку Лэнгдона, его направленный в никуда мечтательный взгляд, она тихо уходила к себе.       Тейт улыбается и нахально притягивает девушку к себе. Сейчас ему хорошо и тепло.       — Порой мне кажется, что я живу лишь только благодаря тебе, — тихо шепчет он ей. — Только с тобой мир вокруг меня оживает.       — Ты стал романтиком, Тейт, — отвечает Вайолет, мягко гладя его по волосам. — Когда мы с тобой познакомились, ты был другим.       — Каким же? — короткий смешок парня невольно заставляет девушку вздрогнуть.       — Ну… другим. Более жестким. Более решительным… — она замолкает, заметив его недоуменный взгляд. — Нет-нет, Тейт, я не говорю, что ты теперь нерешительный. Просто теперь ты думаешь не только о себе. Теперь ты думаешь о нас. И это делает меня счастливой.       Нас…       Одно слово, а его сердце, кажется, бьется еще быстрее. В голове — водоворот. С одной стороны, он задыхается от радости. Чувствует любовь. Настоящую… Он осмеливается так думать.       Однако с другой стороны, действительно ли они есть? И будут ли? Что их ждет? Как они будут справляться?       Тейт вновь бродит по закоулкам своих размышлений. Вайолет, спокойная и улыбчивая, не думающая ни о чем мрачном, время от времени кладет голову на плечо парня и периодически отхлебывает чай из его чашки.       Сейчас есть идиллия. Сейчас тут Вайолет.       Хорошо.

***

      Сейчас ему хорошо — находиться в этой идиллической атмосфере. Чувствовать тонкий запах фиалок, тепло объятий.       Может, действительно: раньше Тейт был другим. Мрачным и озлобленным. Эгоистичным. Он питался эмоциями людей, питался их страхами. Доводил до невменяемого состояния. Ему были нужны их чувства, их боль: поглощая их он хотел думать, что не ему одному больно и страшно.       В дом редко кто приходил. Ещё реже кто-то его покупал. Поэтому не так часто, как хотелось бы, Тейт мог насладиться трапезой из страха и слёз. Он пытался выйти за пределы, пройтись по соседней улице. Однако что-то словно приковало его. Все его попытки не венчались успехом. И он смирился. Стал ценить визиты случайных и любопытных прохожих, наивных и редких покупателей.       Он тщательно продумывал каждый свой шаг, каждое действие, желая пугать людей так, чтобы их чувств и ощущений ему хватило надолго. Изредка к его вылазкам присоединялись другие изголодавшиеся призрачные обитатели дома. И то, скорее, они делали это от скуки: они не находили радости в этом насыщении. Им не нравилось пугать людей. Они просто хотели разнообразить свой пустой и серый досуг.       Когда в доме появились Хармоны, жизнь Тейта перевернулась с ног на голову. Изначально он испытывал постоянное наслаждение: Вивьен была постоянно напряжена на новом месте. Так что ее даже не нужно было выводить на эмоции, она делала все сама. Поэтому парень часто незримо крутился вокруг неё, поглощая нервозность и волнение. То же было и с Беном. Но его приходилось немного пугать. Кроме того, Тейта веселило, когда Хармон начинал мелко дрожать и все время оглядываться. Затем Тейт придумал способ, как находиться рядом с Беном. Тогда он впервые попросил мать об услуге: хотел, чтобы она позвонила доктору Хармону, сказала, что слышала о нем как о хорошем психиатре и договорилась о визите своего сына к нему.       Тейт наслаждался, рассказывая доктору свою историю от начала и до конца. Ничего нескрывая, не преувеличивая. Он видел, как волосы на затылке мужчины вставали дыбом, кожа покрывалась колкими мурашками, в глазах светились недоумение и ужас       – Не знаю, что нашло на меня, – говорил Тейт. – Просто в один момент меня все задолбало. Я испытывал такую ненависть ко всем. Не знаю почему. Это просто было. Меня раздражали голоса, их передвижения, их лица. Я видел их истинные лица за масками, видел их настоящие намерения. Я злился. И я решил, что могу стать чистильщиком. Избавить мир от этих гребаных лицемеров. Людям так удобно притворяться овцами, но быть при этом волками, монстрами. Мне стало настолько глубоко плевать на то, что мне будет, что будет с ними. Я просто купил пушку. Да, пришлось немного запариться с поисками разрешения, но, черт возьми, я сделал это. И знаете, что я чувствовал, когда слышал из крики, мольбы о пощаде и плач? – парень поудобнее устроился в кресле, закидывая ногу на ногу, и произнес это, перекатывая на языке каждый звук, чтобы лучше почувствовать его вкус. – У-до-вле-тво-ре-ни-е.       Он не без удовольствия отметил, как дрогнула рука Бена, что-то строчившая в ежедневнике.       Если получше присмотреться, Тейт мог разглядеть свой диагноз:       Диссоциальное расстройство личности.       Вот кто он. Психопат. Ублюдок, не видящий ничего хорошего ни в мире, ни в людях. В его мире людьми управляли манипуляция и лицемерие. Тейт не хотел принадлежать к этому миру. Был только он. И он хотел очистить все от грязи. И ему не было стыдно или горько за то, что он лишил людей жизни.       – Я не раскаиваюсь, – продолжил Тейт. – Если честно, мне по хрену. Временами я вновь и вновь их слышу. Их крики будоражат внутри меня желание вновь все повторить.       Бен, откашлявшись, начал что-то говорить о том, что с этим нужно работать, про дальнейшие сеансы, методику и таблетки. Тейт его не слушал. Сейчас он наслаждался страхом и волнением Хармона. Время от времени парень для вида кивал, будто внимательно слушал.       – Простите, могу ли я отойти? – нагло улыбнувшись, Тейт встал и, не дожидаясь ответа, вышел из комнаты.       Хотелось размяться. Он пошёл по направлению к уборной и только хотел повернуть обратно, как услышал за дверью раздражённое шипение. Кто-то включил воду.       Интересно.       Не удосужившись даже постучать, Тейт вошел в ванную комнату и посмотрел на нее.       Это первый раз, когда он увидел ее так близко. Обычно он старался держаться от Вайолет на расстоянии, считая, что взрывные эмоции подростка ему не по вкусу.       Он мельком взглянул на девушку. От него не укрылось, что она судорожно бросила что-то на дно ванны, а одну из рук поспешила спрятать за спину. В ее безумном взгляде смешались ужас и удивление.       Не самое приятное сочетание эмоций.       Тейт равнодушно хмыкнул.       – Ты неправильно это делаешь, – только и сказал он.       – Что?.. Что? — залепетала Вайолет. Она дышала часто и рвано, сдерживая слезы.       – Ну, то, чем ты тут занималась. Режешься. Наклон лезвия, глубина… мне продолжать? – девушка потупила взгляд. – И мой тебе совет: закрывай двери в следующий раз.       Не желая больше находиться в тесном помещении, Тейт развернулся. Он и так уже задержался. Пора покончить этот дурацкий визит с Беном и залечь на дно на неделю-другую.       – Мне было интересно, – голос Вайолет остановил его и заставил чуть обернуться. – Интересно, почувствую ли я страх, когда лезвие коснется кожи.       Она уже не прятала порезанное запястье. Оно было изъедено прилично-глубокими, но неопасными царапинами. По ладони и пальцам лениво текла красная кровь.       Тейт молчал. В его глазах светился вопрос: что же почувствовала Вайолет в этот момент?       А ее прямой взгляд отвечал: ничего. Ей не было страшно. Ей, может, было немного больно.       Тейт чуть подумал и подошел к девушке.       – Не надо так делать, – строго посоветовал он, тихо поглаживая израненную девичью руку. – если случится неизбежное, ты уже ничего не исправишь.       Так началась их дружба, постепенно переросшая во что-то странное, немного отчаянное, но такое нужное им обоим.       Вайолет некоторое время скрывала Тейта от родителей, но, как говорится, тайное становится явным. Мистер и миссис Хармон узнали и об отношениях своей дочери, и о природе Тейта, его историю, а также и о других обитателях дома.       Некоторое время им было сложно принять все факты. Но со временем они смирились, стали спокойнее. Даже наладили контакт с некоторыми призраками.       Чуть сложнее им было общаться с Тейтом. Но это и не удивительно.       Вивьен было тяжело принять необычные отношения Вайолет. Женщина старалась держаться отстраненно. С Лэнгдоном она общалась холодно, но вполне себе терпимо.       Хуже было с Беном. Но не потому, что он выступал как-то против Тейта. Хармону, скорее, было все равно на то, с кем решила связаться его дочь. А вот в призраке он увидел интересный объект для своих исследований. Бен захотел составить психологический портрет духа: как прошлое влияло на его бессмертную личность, как на нем отражалось настоящее, чего хотел от будущего. Поэтому Тейт всячески старался как можно меньше попадаться ему на глаза и не провоцировать на долгие попытки доктора покопаться в призрачной голове.       Тейт изменился. Вайолет изменила его. Он впервые за долгое время стал спокойнее, не нуждался в подпилке эмоциями. Он чаще улыбался, чаще шутил. Он хотел быть человечнее и нежнее. Хотел проявлять заботу и дарить тепло. Как мог. Ему казалось, что все наладилось. Что можно вернуться к прежнему образу жизни молодого человека. И ему отчаянно не хотелось вспоминать, что он все еще мертвец, привязанный к дому, не способный чувствовать жизнь по-настоящему. В этой теплой иллюзии ему было комфортно.       Вайолет тоже стала спокойнее. Она чаще куда-то выходила. Смеялась и делилась чем-то сокровенным (с Тейтом) и меньше ругалась с родителями. Попытки резать вены она оставила: видимо, тогда неожиданное появление Тейта испугало ее. А может, она что-то переосмыслила для себя. Хотя порой все равно, чтобы почувствовать себя живой, она могла нещадно колотить кулаками по бедрам, чтобы чувствовать тупую боль, чувствовать свое тело и свою душу.

***

      Тейт сидит, погрузившись в свои мысли, вспоминая былые дни, которые сделали его таким, каким он был сейчас. Рядом сидела Вайолет. Она что-то быстро рассказывала, но парень не особо понимал, о чем она говорит. Лишь изредка кивал и улыбался, глядя на нее.       Глухой звук какого-то падающего тяжелого предмета резко врывается в поток мыслей. Тейт вздрагивает и невольно переводит взгляд на дверь в кабинет Бена. Звук донесся оттуда.       — У отца сегодня пациент? — вопрос Вайолет, скорее, риторический. — Не знаешь, кто там?       — Девушка. Примерно твоя ровесница.       Тейт настороженно косится на дверь. Интересно, что там происходит? Почему что-то упало? Все ли в порядке с Беном? Что с Зои?       Рой вопросов крутится в голове каруселью. Тейт борется с желанием подскочить к кабинету и проникнуть в него. Вайолет сидит рядом, несколько встревоженно косясь на дверь В ладошках она держит чашку Тейта.       — Не знаешь, по какому поводу она здесь?       Вайолет знает, что Тейт иногда присутствовал на сеансах разных людей. Тейт отрицательно качает головой. Он не хочет рассказывать Вайолет, что видел в прошлый раз. Считает эту информацию очень странной. непонятной и… личной. Вайолет негромко вздыхает и ставит чашку на стол.       Тейт слышит шаги и отрывается от созерцания узора стола. Зои торопливо покидает кабинет Бена, периодически оборачиваясь и кивая мужчине в знак прощания. На ее лицо вновь натянута улыбка. А взгляд бегает, словно она ищет, за что бы могла зацепиться, чтобы отвлечься от мыслей о только что прошедшем сеансе.

***

      Она направляется к двери, но обращает внимание на шум в кухне. Замечает Тейта. Улыбка становится шире, а в зрачках зажигаются озорные огоньки. Чуть потянув руки и дождавшись сладостного хруста, девушка делает шаг в небольшое, но светлое помещение.       — Привет… — неуверенно говорит она, замечая на кухне не только Тейта. — Я прошу прощения за наглость. Но не моги бы вы мне налить воды?       — Непростой сеанс? — спрашивает Вайолет, протягивая гостье стакан.       — Есть такой момент. — усмехнувшись отвечает собеседница. Она делает глоток и глубоко и облегченно вздыхает. — Наконец-то! В комнате было так душно. На протяжении получаса мечтала о воде.       Девушки начинают неторопливый вежливый разговор: узнают имена, смеются над возрастом. Зои хвалит дом и рассказывает дозволенную информацию о себе. Она искренне улыбается. И Тейту кажется, будто его затягивает в эту улыбку. Его тянет к эмоциям Бенсон.       Давно с ним такого не было.       — Почему ты в перчатках? — невинный, немного наивный вопрос Вайолет будто окатывает его холодной водой.       Он знает, что Зои прячет под этим изящным аксессуаром. Тейт бросает быстрый взгляд на Зои и так же быстро отводит его, не желая смущать. Однако он чувствует недоумение, когда Зои начинает (почти) искренне смеяться и отмахиваться от Вайолет.       — О, да не бери в голову. У меня анемия, поэтому я часто мерзну. Руки всегда холодные. И чтобы хоть немного их согреть, я надеваю перчатки.       Вайолет с пониманием кивает и продолжает придумывать новые вопросы.       Ловко придумано, Бенсон…       — Не познакомишь меня со своим приятелем? — неожиданно и лукаво спрашивает Зои. Она прищуривает один глаз и склоняет голову на бок, из-за чего становится похожа на довольного лисенка.       — О, конечно! Прости! Я не часто разговариваю с пациентами отца… Это Тейт Лэнгдон. Он… друг семьи.       Зои с наигранным пониманием кивает. Конечно же, она не верит Вайолет. Она и так все знает.       Тейт чувствует, как много вопросов и мыслей крутится в голове ведьмы. Он пожимает плечами и начинает сочинять очередную небылицу про себя, поддерживая эту игру.       После девушки отвлекаются на какой-то спокойный диалог: Вайолет спрашивает у Зои о впечатлениях о городе, о доме, об отце и сеансах. Зои на ходу придумывает правдоподобные истории, аккуратно обходя тему причины ее визитов к психотерапевту. Пока они разговаривают у Тейта появляется редкая возможность рассмотреть девушек.       Вайолет и Зои.       Такие разные и одновременно похожие друг на друга.       Обе невысокие, худощавые (разве что Зои выглядит более изящной, как балерина, и уставшей), бледные. В глазах обеих светится интерес к персоне другой девушки, обе старательно подбирают слова, чтобы случайно не сказать чего-то лишнего. Зои время от времени теребит подол своего платья, Вайолет вытирает вспотевшие ладошки о джинсы. Обе улыбаются: одна слабо, другая — устало.       В Вайолет чувствуется еще какая-то юная незрелость и наивность: то, как она держится как говорит — всё это говорит о ее неопытности и чистоте.       Зои другая. Зои более зрелая и задумчивая. Более аккуратная и настороженная. Время от времени она замолкает, незаметно вздрагивая и прислушиваясь к чему-то.       А может, Тейту так только кажется.       Он вспоминает, что в самом начале еще хотел рассмотреть то, что скрывала за высоким воротником платья Зои. Сейчас она ведет себя относительно спокойно, не трогает верх платья. Тейт тихо заходит за спину девушки, делая вид, что хочет налить себе воды. А сам косится на ее тонкую шею.       Кажется, он что-то видит. Какой-то неясный темный след, отливающий зеленым и фиолетовым. Неужели это?..       Зои резко оборачивается и смотрит ему прямо в глаза. Весь ее вид говорит о том, что она раскусила его намерения. От ведьмы веет напряжением и угрозой.       Тейт замирает, не зная, что делать. Он только тихо лопочет слова извинений.       — Что-то не так, м…       Он уверен, что она хотела назвать его «маленьким призраком». Но вовремя спохватилась, чтобы не выдать, что знает, кто такой Тейт.       — Прости, я хотел время на часах рассмотреть. — Тейт неуверенно указывает ей за спину на циферблат.       Конечно, Зои ему не верит, зато Вайолет, кажется успокоилась: она сначала несколько напряглась из-за резкой смены настроения новой знакомой.       Вдруг в ее кармане вибрирует телефон и девушка, неловко извинившись, выходит из комнаты, оставляя Зои и Тейта одних.       Атмосфера сразу же меняется. С наигранно непринужденной она быстро переходит в напряженную и агрессивную.       Зои молчит, но ее взгляд выдает все скопившееся внутри возмущение. Тейт в примирительном жесте поднимает руки, желая успокоить ее и показать, что не имел дурных намерений.       — Прости, — искренне произносит он. — Возможно, это крайне глупое оправдание, но я не так часто общаюсь с новыми людьми. Порой из-за любопытства могу нарушать личные границы.       Почти правда.       — Действительно, хреновое оправдание, — сипло произносит Зои. — Не надо меня разглядывать. Ты не на выставке. И так уже слишком много видел.       Она имеет в виду прошлый сеанс. Тейт хмыкает и протягивает Зои еще один стакан воды. Она принимает его и благодарно кивает.       — Сегодня все прошло хорошо? — спрашивает Тейт; ему искренне интересно, даже немного волнительно. — Я слышал какой-то шум.       — Ты считаешь, что раз побывал на одном из приемов (причем это было совершенно неэтично), то теперь можешь интересоваться другими моими визитами? — Зои надменно вскидывает бровь, не считая нужным отвечать на вопрос парня. — С какой стати, маленький призрак? Даже мои подруги не знают, что происходит за теми дверьми. А некоторые понятия не имеют, как я вообще тут оказалась, почему, что случилось? Но они не задают вопросов.       — Скажем так. У меня есть причины спрашивать. но рассказать, конечно, пока не могу. Пока сам не разберусь. — Зои хмыкает и закатывает глаза. — Считаешь это банальным и нелогичным? Возможно. Но поверь, я сам не понимаю, почему интересуюсь Раньше мне было абсолютно по хрену. А тут все не так. Неправильно. Но кстати. Ты озвучила интересный вопрос: почему этот дом? Почему Хармон?       Зои вновь натянуто улыбается и делает шаг к нему. Она стоит слишком близко по его меркам. Девушка протягивает ему наполовину пустой стакан и наигранно вздыхает. Манит его пальцем, желая, чтобы парень наклонился к ней. А потом, приближая свое лицо к его уху шепчет, чтобы услышал только он:        — У меня есть причины.       Хохотнув, она отстраняется от него и быстрым шагом направляется к входной двери. Она весело машет ему рукой и скрывается на улице.       Тейт стоит, зажав в руке стакан.       У него так много вопросов…