Тьма снаружи и внутри

      Глубокая, непроглядная чернота, усыпанная мелкими поблёскивающими крупинками-звёздами. Бездна, что так и тянет к себе, манит, зовёт куда-то, словно нашёптывая о невероятных чудесах и тайнах, сокрытых где-то безумно далеко и глубоко, за бессчётными парсеками. Бездна, что зовёт в путь, вперёд, прочь от бледно-серо-голубого шарика, уныло висящего сейчас где-то внизу.       Космос своим величием превзошёл все ожидания Греты. Она стояла в кабине, пялилась в окна на этот бесконечный звёздно-чёрный простор и ощущала себя такой незначительной, мелкой. Сколько всего там таится, чего не видел этот маленький ничтожный человечек в железной штуковине. И никогда не увидит. Насколько ничтожны и бессмысленны все потуги, невзгоды, радости и горести этого человечка и всех ей подобных в соизмерении с бескрайней Вселенной...       Тихо зашипев, открылась дверь в кабину, послышались шаги.       — Эльстер, гляди — это же ведь... точно так же, как у нас могло быть с тобой.       — Вы о чём?       — Ну, если бы я осталась в учебке "Пенроуза". Мы бы вот так же смотрели на космос из кабины.       — Но ведь с вами была бы не я.       — Наверное. Но мне нравится думать, что мне бы попалась именно ты.       — Вероятность этого крайне мала...       Грета недовольно заворчала.       — ...но она всё же существует.       — Вот-вот.       — И вы бы правда хотели отправиться туда, в неизвестность?       — Знаешь, а я была бы не против...       Грета повернулась.       — Только если с тобой.       Грета, сняв очки и положив их в карман, подошла к Эльстер, обняла её и прижалась к... в общем, к чему доставала по росту, к тому и прижалась. "То" оказалось мягким, тёплым, упругим и очень уютным.       Эльстер встревоженно посмотрела на макушку своего капитана.       — Капитан... вы ведь знаете, что и вам и мне тоже запрещено себя так вести. Будьте добры, прекратите...       — Эльстер, очень тебя прошу, не отталкивай меня. У меня здесь, в этом проклятом комплексе никого больше нет, кроме тебя. Да и раньше никого не было.       Реплика застыла почти что в позе "смирно", Грета никак не желала её отпускать.       — Ты ведь сама знаешь, как у нас всё. Человек человеку волк. Вокруг меня волки одни. А рядом никого раньше не было. А теперь есть ты. И я не хочу тебя отпускать. Хочу, чтобы ты была рядом. Или ещё сильнее, чем рядом. Прости, если болтаю глупости... Но я всегда только их и болтаю, ты ведь знаешь.       Грета невесело усмехнулась прямо в... верхнюю часть тела реплики. А вот самой Эльстер, похоже, было как-то не очень весело. Реплика почему-то начала мелко дрожать.       — Капитан... я... я не... не позволяется... отставить... капитан... а-а-а-а... больно... голова...       — Эльстер, ты чего?       Реплика дрожала всё сильнее, Грета подняла взгляд и увидела остекленевшие глаза своей напарницы. Внезапно Эльстер замерла.       — Эльстер... Эльстер, очнись! Что с тобой?       Реплика словно расслабилась и выдохнула. Затем медленно опустила взгляд и посмотрела своему разволновавшемуся капитану в глаза.       — Прости, Грета. Сейчас всё хорошо.       — Но тебя же трясло как... э-э... как ты меня назвала?       — Да, меня немного... потрясло. Перезагрузить внутренний компьютер и отключить блок личностного ограничителя оказалось не так просто. Но я справилась.       Эльстер подняла руки, обхватила ими своего никак не желающего учиться на ошибках капитана и прижала его к себе. Миниатюрная курсантка внезапно опять уткнулась носом туда, куда в общем-то была совершенно не против уткнуться — но с этого момента весь остальной мир в целом перестал существовать для Греты Рёдер. Существовало лишь две сущности — она и Эльстер.       — Но это опасно.       — Угууу...       — Реплика с отключенным ЛО подлежит немедленной утилизации.       — Агааа...       — Потому мне ни в коем случае нельзя попадаться на глаза Колибри.       — Нуууу...       — Грета? Ты меня слушаешь?       — А... что...       Грета вынырнула из прекрасного, волшебного, мягкого-упругого мира и прокрутила в голове последние слова Эльстер.       — Так, но у нас же на комплексе нет Колибри?       — Разве ты забыла, кого мы вчера везли?       Грете стало страшновато.       — Подожди... так это мы СЕБЕ их всех везли?       — Не знаю точно. Но возможно.       — И что, она сразу заметит вот это твоё... отключение?       — Моментально.       — А что вообще это за блок такой?       — Блок личностного ограничения. В целом, отвечает за то, чтобы я вела себя согласно всем положенным нормативам и правилам.       — Так значит для тебя сейчас вообще нет никаких правил?       — Почти. Осталась только несколько директив. Они... видимо, находятся в моём биологическом мозге. Их я отключить не смогу, но они меня полностью устраивают.       — Надеюсь, там ничего эдакого?       — Нет. Одна из них о том, что я должна подчиняться капитану...       Эльстер подмигнула. Грета выпучила глаза.       — Однако сейчас, когда ограничений почти нет, я готова выполнить абсолютно любой приказ.       У Греты перехватило дыхание. Но Эльстер внезапно стала предельно серьёзной.       — Но есть ещё одна — о том, что я должна обеспечивать безопасность капитана, корабля и миссии. Именно в таком порядке. Миссии у нас как таковой нет, остаётся капитан и корабль. И потому я немедленно должна кое-что сделать. Пойдём со мной.       Эльстер к разочарованию Греты выпустила ту из своих объятий, но тут же схватила за руку и куда-то повела.       Через какое-то время Грета стояла в столь нелюбимом ею реакторном отсеке и беспокойно вглядывалась куда-то вниз, в зияющую темноту на месте снятой напольной панели. Полминуты назад туда залезла Эльстер и сказала ждать её здесь. Вот Грета и ждала.       Вскоре из тёмного проёма появилась перемазанная чем-то Эльстер, которая затем извлекла откуда-то небольшой... то ли ящик, то ли кейс. Штуковина размером с дорожный чемодан, тёмно-коричневая с двумя жёлтыми полосами по боку и ничего особо не проясняющими иероглифами 安全 на верхней грани.       — И что это такое?       — Это то, чего в конструкции корабля "Пенроуз" нет и быть не должно.       Эльстер подобрала с пола заранее принесённую с собой электроотвёртку, открутила четыре болта с верхней крышки ящика и сняла её. Взору Греты предстала электронная начинка непонятного устройства, но было её не так много. Большую часть объёма занимали два будто бы монолитных блока какого-то твёрдого вещества.       — Подожди... это что...       — Да, это бомба. На радиоуправлении. Хотя, вернее будет назвать это устройством дистанционного контроля и уничтожения.       — Но ведь... оно же...       И внезапно всё сложилось в несчастной голове ефрейтора Рёдер. И таинственное потребление питания. И непонятный сигнал из самого корабля. И настойчивые увещевания Мегеры о том, что "не вздумайте далеко улетать". Видимо, всё это отразилось у Греты на лице, потому Эльстер продолжила за неё.       — Заряда хватит на гарантированное уничтожения корабля вместе со всем содержимым. То есть, с нами. Скорей всего, пульт управления находится у кого-то из высших офицеров комплекса. Блок установлен на случай если мы вдруг захотим, например, передать корабль имперцам. Или они сами его захватят. Ещё тут есть датчик открытия крышки, по срабатыванию которого тоже должен произойти взрыв.       Грета вытаращилась.       — Но я подозревала, что там что-то такое будет, потому в первый раз крышку открывала с осторожностью и датчик закоротила.       — Так ты его уже давно нашла?!       — Вчера вечером.       — И ты ничего мне не сказала?       — Ты была в лазарете. А до этого момента мне мешал рассказать блок личностных ограничений. Сейчас не мешает ничего.       Грета помолчала немного, затем заговорила дрожащим голосом.       — Эльстер, разбей его.       — Ты уверена?       — Конечно уверена! У меня, можно сказать, только в жизни всё налаживаться начало, а тут мне какие-то бомбы подкладывают! Разбей, уничтожь, выкинь в космос, не знаю в общем!       — Его отсутствие могут заметить.       — Мне плевать! Я не хочу летать вот... вот... вот с ЭТИМ под боком!       — Понимаю. Я тоже пришла к выводу о необходимости от него избавиться. Взрывное устройство, приводимой в действие неизвестно чем — прямая угроза твоей безопасности и безопасности корабля.       — Вот-вот! Надо с ним что-то делать.       — Предлагаю сам радиомодуль не трогать, но обезвредить заряды.       — А может, просто в космос его?       — Рискованно. Он питается от бортовых сетей корабля. В случае пропажи внешнего питания может подать сигнал тревоги.       Тут Грета и правда заметила, что из бока ящика тянется куда-то в темноту провод.       — Ладно, тогда обезвреживай. И взрывчатку в космос!       — Предлагаю блоки ВВ оставить. Возможно, может пригодится.       — Эльстер... ты меня пугаешь. Зачем нам ЭТО может пригодиться?       — Не знаю. Но это ценный инструмент. Нельзя им разбрасываться.

***

      — А как ты вообще нашла эту штуку?       Эльстер усмехнулась.       — Всё из-за грязи.       Команда корабля в полном составе стояла у огромного иллюминатора кормовой наблюдательной комнаты и любовалась видами космоса. Капитан корабля и реплика-техник находились чересчур близко друг к другу, что прямо запрещалось многими должностными инструкциями и общими морально-этическими догмами. А уж как сильно запрещалось обнимать реплику за талию — и говорить не стоит.       — Какой ещё грязи?       — После инцидента со STAR здесь было множество людей — сотрудники особого отдела, техники, командный состав комплекса. Натащили с собой много грязи. Мне пришлось устраивать так называемую "большую флотскую уборку".       Грета хихикнула, услышав незнакомое, но забавное выражение. А Эльстер недовольно нахмурилась.       — В процессе заметила, что подозрительно много грязи натащили именно в отсек с реактором. И подумала, что что-то их там очень интересовало. Осмотрела всё ещё раз, более тщательно. Заглянула в технические отсеки под полом, в которые раньше не заглядывала — там просто ничего не должно быть, кроме трубопроводов, ломаться нечему. Так и обнаружила.       — Я думаю, они стоят на всех Пенроузах.       — Зачем?       — Да затем же. Чтобы имперцам не достались.       — Но у меня во внутренней памяти есть полные чертежи и схемы корабля, на них ничего нет...       — Ну ещё бы такое на них было. Все модули LSTR извелись бы, не зная, что делать. Грустно это. Представь, что они и правда все вылетают с бомбами под боком.       — Зато они об этом не знают.       — Это да... Знаешь, я передумала. Я что-то больше не хочу ни в какой космос лететь.       Эльстер улыбнулась.       — По-моему, передумывать немного поздно.       — Да я понимаю. Но всё равно как-то уже не прельщает. Кто его знает, сколько ещё таких сюрпризов есть в корабле?       Они замолчали.       — Но насчёт тебя я не передумала, не обольщайся!       Грета приклонила голову к плечу Эльстер.       — Бомба бомбой, а всё же я рада, что подписалась на эту программу. Тут мне выдали тебя.       Эльстер подняла руку с плеча Греты и погладила ту по голове. Грета расплылась в улыбке.       — Капитан, иногда мне кажется, что это мне вас выдали на воспитание.       — Агааа... ну дааа...       Тут смысл слов наконец дошёл до блаженно улыбающейся Греты, она отшатнулась и сердито глянула на свою напарницу.       — Так, а ну-ка тихо!       Она ткнула реплику кулачком в бок, та вздрогнула.       — Разговорчики! Я капитан!       — Так точно, капитан.       Эльстер, сверкнув глазами, наклонилась к Грете поближе... Но тут рядом на панели интеркома заморгала лампочка и запищал сигнал.       — Это что?       Недовольно заворчала Грета.       — Таймер окончания задания. Нам пора возвращаться.       — Если пора — полетели назад. Мы ведь ничего не забыли по манёврам и плану?       — Ничего. Мы выполнили все задания до того, как ты попросила ещё повисеть на орбите и полюбоваться космосом.       — А чего? Тут ведь красиво.       Ещё немного постояв вместе, они неохотно отцепились друг от друга и пошли в кабину. Однако кабина их встретила каким-то странным шумом и статикой, доносящимися из динамика бортовой радиостанции. Эльстер замерла и прислушалась.       — Что такое? Это же обычные помехи.       — Нет, не совсем обычные...       Эльстер подошла поближе к шипящей и гудящей радиостанции. Послушала, затем начала тереть виски пальцами.       — Там... на заднем фоне словно какие-то то ли крики, то ли вопли. Не могу разобрать. Но у меня почему-то начинает болеть голова. И какая-то необъяснимая тревога.       Грете и самой уже стало тревожно. Она посмотрела на Эльстер, на рацию, снова на Эльстер. Затем подошла и щёлкнула тумблером, выключив радиостанцию. В кабине наступила тишина.       — Не нравится мне это. Включим попозже, когда надо будет по регламенту на базу докладывать.       — Хорошо. Но я точно слышала едва различимые крики.       — Жуть какая. А может, это из-за динамика? Нам ведь его так и не починили после того, как вчера эта полоумная тут буянила.       — Возможно. Давай начинать снижение.       Они расселись по креслам. Вскоре Пенроуз начал сходить с орбиты и опускаться к поверхности.       Однако, включив в назначенное время радиостанцию и желая по форме доложить о ходе задания, Грета услышала лишь те же самые неприятные помехи.       — Фу, какие противные... такое мерзкое чувство, будто в ушах шевелится кто-то.       Грета убавила громкость динамика до минимума.       — Эльстер! Мне с базы никто не отвечает.       — Проверь частоту. Вдруг ошиблась.       — Проверила два раза, тут только эти противные помехи.       — Странно. И что нам делать?       — Ты продолжай снижение, а я буду дальше пробовать до кого-нибудь докричаться.       Грета, задумчиво насупившись, крутила ручки на приборной панели рации.       — Странно... Глушат нас что ли... Хотя глушилки обычно по-другому звучат.       Из динамика по-прежнему доносился лишь шум, треск и шорох. Таких помех она не слышала ни разу, хоть и окончила училище по специальности радиоразведки и переслушала множество типов радиоподавителей и заградительных излучателей. Через полчаса попыток с кем-то связаться голова заболела уже у самой Греты.       — Так, всё. Раз с нами никто разговаривать не хочет, то и мы ни с кем не будем.       Она щёлкнула тумблером, рация замолкла.

***

      — Эльстер, мне что-то неспокойно. Нам по-прежнему никто отвечать не хочет. А ведь мы уже должны о подходе доложить, посадку запросить...       Пенроуз, медленно опускаясь, шёл на малой скорости над лесостепью и уже подходил к своей конечной цели — посадочной площадке комплекса "Фогельзанг", однако как ни пыталась Грета связаться с базой, в ответ слышала лишь неизменные странные гудяще-грохочущие помехи.       — Возможно, там какие-то неполадки с радиосвязью. Или неполадки у нас.       — Главное, чтобы нас, молчащих, за неопознанное судно не приняли нигде и не сбили.       Эльстер, сидящая рядом в кресле второго пилота, повернулась к Грете.       — Пока снижались, мы пересекли два полётных района — никто не попытался нас сбивать.       — Но и связаться никто не попытался. Нет, что-то тут не так.       Эльстер не нашлась что ответить и повернулась вперёд, продолжив наблюдать за горизонтом.       — Смотри, там дым!       Внезапно воскликнула Грета и подскочила с места, высунувшись за приборы поближе к окну и глядя куда-то вправо. Эльстер тоже поднялась, присмотрелась — действительно, где-то вдалеке за холмами поднимался небольшой — или большой, просто он очень далеко — столб чёрного дыма. Никаких особо подробных карт у них не было, потому понять, что же там горит, было невозможно.       — Может, слетаем, посмотрим?       — Не стоит отклоняться от полётного задания. К тому же мы не знаем, что именно произошло. Вдруг там опасно.       Грета ничего не ответила, ещё немного поглядела на дым, потом уселась обратно в кресло.       — Эльстер, мне страшно. Рация молчит, дымы на горизонте. Вдруг что-то случилось.       — Я думаю, "вдруг" тут неуместно. Определённо что-то случилось.       — Вот умеешь ты успокоить!       Грета высунула язык. Эльстер пожала плечами.       Остальной путь они проделали в тишине. Никто не знал, что сказать, каждая думала свои мысли, порою не совсем радужные. Когда Пенроуз наконец добрался до комплекса, небо уже заволакивало вечерними сумерками. Огни на посадочных площадках не горели.       — Ну что, будем садиться?       — Конечно.       — Без света?       — Не проблема. Корабль оборудован собственным внешним освещением.       Эльстер щёлкнула несколькими тумблерами, на носу, корме и боках корабля зажглись прожектора, направленные вниз под углом.       — Странно, на площадках нет никого. Может, с электричеством проблемы какие-то?       — Когда мы подлетали, в окнах административного корпуса горел свет.       Пенроуз грузно опустился на площадку и замер. Грета, задумчиво почёсывая нос, стояла в кабине и смотрела ярко освещённые куски посадочной площадки, выхватываемые из тьмы прожекторами на брюхе корабля.       — Эльстер, у нас есть фонарик?       — Да, среди инструментов должны быть несколько носимых источников света.       — Будь добра, принеси пожалуйста к кормовому шлюзу. А я пока бумаги соберу.       Она привела в порядок и дозаполнила все оставшиеся формуляры, собрала в аккуратную стопочку и отправилась к выходу из корабля. Там уже ждала Эльстер с небольшим фонариком.       — Эльстер, тебе задание — оставайся на корабле... хотя ты и так всё время тут... и в общем, двигатели пока не глуши. Будь готова если что стартовать сразу. А я пройдусь до штаба, сдам бумаги да узнаю, что тут случилось.       — Будет сделано, капитан.       Грета уже направилась к съезжающей вниз аппарели, но тут услышала позади голос.       — Грета...       Она обернулась. Эльстер смотрела куда-то в сторону.       — Да?       — Если там случилось что-то серьёзное, сразу беги назад.       — Так точно!       Хихикнув, отсалютовала Грета и ушла в сумерки, включив фонарик.

***

      Пройти немного по посадочным площадкам. Затем завернуть за угол крайнего ангара на гравийную дорожку, мимо складских полигонов, обнесённых решётчатым забором. Затем пройти мимо огромных ворот РММ. Дальше по дорожке уже виден небольшой палаточный городок — жилые корпуса так никто и не достраивает. А вдалеке за палатками уже можно будет разглядеть трёхэтажную махину административного корпуса, ну или штаба — там командование, связь, учебный класс, кабинеты, лазарет.       Грета шагала по гравию и не понимала, что происходит. Как будто она оказалась где-то в другом месте. Вокруг темно и ни одной живой души. Можно было бы предположить, что имперцы напали, но для этого всё слишком цело и спокойно, ни воронок от взрывов, ни разрушений.       Внезапно Грете показалось, что она разглядела какой-то неясный тёмный силуэт между палатками.       — Эй, кто там? Можно вас на секунду? Ефрейтор Рёдер, Пенроуз-3799, что тут вас происходит?       Крикнула Грета и посветила фонариком в сторону силуэта, но он как будто сразу же скрылся за палаткой.       — Ты куда?       Грета поспешила за силуэтом, но за палаткой никого не было. Где-то недалеко послышался шорох и шаги.       — Тут есть кто-нибудь?       Грета уже пошла было на звук, подсвечивая себе дорогу фонариком, но тут краем глаза заметила ещё один тёмный силуэт справа от себя. Повернув туда фонарь, Грета недовольно крикнула:       — Да что за хрень тут! Хватит в прятки играть!       Грету уже всё это начинало раздражать. Где-то в стороне снова что-то зашуршало и затопало. Грета молча зашагала туда, но зайдя за очередную палатку обнаружила лежащую на гравии странную штуковину... похожую на железную маску на пол-лица.       — Это что ещё такое...       Она подняла странную штуковину, повертела в руках, но вновь отвлеклась на быстрые шаги где-то за ближайшей палаткой.       — Хватит бегать туда сюда, покажись!       Крикнула Грета, но внезапно услышала знакомый голос.       — Рёдер! Чума ходячая, ты что там орёшь! Быстро сюда! Бегом!!!       Грета обернулась на голос и увидела, что в открытых дверях штаба стоит Мегера, держит в руках что-то непонятное и длинное, но угрожающее. И во всю глотку орёт.       — Бегом, я сказала! Тебе жить надоело?!       Грета наконец опомнилась и собралась было припустить в сторону штаба, но почему-то левая нога её не послушалась. Опустив взгляд, она увидела, как из ближайшей палатки высунулась чёрная рука и схватила её за лодыжку.       Грета застыла и едва смогла поднять голову и посмотреть в сторону Шторха, открыв рот в немом крике, но тут из-за палатки вышло... нечто. На вид фигура походила на человека, но была вся покрыта красно-чёрными пятнами, похожими то ли на ожоги, то ли на воспаления. Фигура зашагала к Грете, подрагивая конечностями и надсадно хрипя.       А вслед за ней из-за палаток появилась ещё одна... и ещё... И вот уже то ли десять то ли двадцать непонятных хрипящих и завывающих существ со всех сторон медленно шагают к Грете с явно не очень хорошими намерениями. Судя по тому, что у некоторых в руках палки, трубы и камни.       Грета огляделась по сторонам, нервно икнула и смогла лишь выдавить из себя:       — П-пустите...       А потом оглушительно завизжала. Чудовища поняли это по своему и ускорили шаг, некоторые из них поползли на четвереньках с такой скоростью, с которой не каждый и бежать сможет.       — Твою дивизию! 07, 08, охранять дверь, 10, 14 за мной!       Крикнула Мегера куда-то за дверь и сорвалась с места. Вслед за ней ринулись два модуля STAR, одна судя по всему с пистолетом, вторая с огромным щитом.       Но Грета этого всего не увидела — она отчаянно пыталась высвободиться из цепко держащих её лап. Из палаток вылезали всё новые чудища и ползли к ней.       Мегера с подмогой были в пути, но до Греты им было ещё метров тридцать, а первые непонятные существа уже подбирались близко. Одно из них, захрипев, замахнулась на Грету какой-то трубой, та успела лишь невероятным чудом увернутся, тихо пискнув. Но тут в спину ей прилетел брошенный камень. Грета ахнула и повалилась на землю. И уже не увидела, как с боем к ней пробивался небольшой отряд во главе с размахивающей своим длинным шокером, словно полуторным мечом, Мегерой. Раздались два выстрела, одно из особо буйных чудищ повалилось на гравий и завизжало, другая Штар ударила наступающего противника краем щита, Мегера замахом длинной ноги свалила на землю ещё одно существо, и наконец они смогли пробиться к лежащей в полубессознательном состоянии и скребущей землю пальцами Греты. Шторх схватила незадачливую курсантку за шкирку, ударом ноги вдавила в гравий голову держащего Грету за ноги ползающего монстра, и вся компания начала с боем продвигаться назад через толпы верещащих врагов.

***

      Мегера ворвалась в здание штаба, таща Грету, вслед за ней в обнимку заковыляли две Штар — у одной была повреждена нога. Двери захлопнули, и вся прибывшая процессия повалилась на пол, отдышаться.       — Делать мне больше нечего...       Проворчала недовольно запыхавшаяся Шторх.       — Только разных ефрейторов из толпы вытаскивать...       Понемногу приходящая в себя Грета проблеяла:       — Где я...       — Во дворце её святожопия Императрицы Всея Евсана, раздери тебя тахорг!       — Ааа...       — Бэ! У тебя что, самосохранялки нет вообще! Видишь же, что на комплексе хрень происходит, света нет, народа нет — чего ходишь и орёшь во всю глотку!       — Простите... ммм...       Неудачно повернувшись, Грета застонала от боли в спине. Мегера хмыкнула.       — Вот-вот. Что ты за горе-то такое, Рёдер. Вчера в морду получила, сегодня по хребту. Я бы на твоём месте завтрашнего дня боялась.       Грета, поскуливая и морщась, кое-как сумела принять почти вертикальное положение и поправила сползшие на нос чудом не разбившиеся очки.       — Фрау Шторх, что у вас тут происходит?       — Ну это тебе наша генеральша в красках распишет. Про секретное оружие имперцев, про вероломное нападение, про то, что нам надо держать строй и т.д.       — Кто это был? Что за ходячие трупы?!       — Трупы ходячие, хм. Может, оно так и есть. Реплики это. STAR. А что с ними стряслось — никто толком и не понял. Через час-два после того, как ты вылетела, всё началось. Штаров только активировали, в штабе какой-то переполох подняли, что-то там по рации приняли эдакое — и понеслось. Штары начали чернеть и на нас бросаться.       — А откуда их тут столько?!       — Откуда? А ты забыла, какой груз притащила на комплекс вчера? А то, что кроме твоего ещё рейсы были?       Грета замолчала ошарашенно.       — Вот-вот. Как раз всех скопом активировали. А у Штаров радиомодули встроенные. Вот и закоптились всем полком. Я только четырёх и успела вырубить, да модули им закоротить.       Она посмотрела на двоих сидящих рядом у стенки реплик. Те молча переглянулись, продолжая пытаться подлатать ногу одной из них ремонтным спреем.       — А, ты же не знаешь. Эта зараза по радиоканалу расходится. Репликам радио слушать нельзя, иначе... вот в этих копчёных превращаются. Твоя-то LSTR как? Цела?       — Д-да, цела... Погодите, так вот что это были за помехи! Она говорила, что слышит там что-то! А у меня от них голова болела!       — Да, они самые. А как так, она их слушала — и до сих пор при памяти?       — Не знаю... А может, из-за того, что у нас динамик сломан?       Мегера хмыкнула.       — Ну ты и горе луковое, Рёдер. Но везучее горе.       — Я бы предпочла без горя, мне его и так хватило...       Грета поёжилась от вновь давшей о себе знать ссадины на спине.       — Что, болит? Не сломали тебе ничего?       — Да вроде нет... Синячина будет огромный только.       — Переживёшь. Тут некоторым и похуже тебя досталось.       — А кто-то ещё... выжил?       — Из реплик — я и четыре Штар. Из гештальтов — три твоих однокашника, полковник из штаба. Да ещё как раз после твоего вылета прибыла наша генеральша. Начальник комплекса. Только генеральшей это я её так, для удобства. Звания не знаю.       — Это как?       — Сама увидишь. Ну что, отдышалась? Пошли, представлю тебя честной публике.       Застонав, словно пенсионерка с ревматизмом, Грета поднялась и поплелась вслед за репликами по коридору. И по пути косилась на окна — однако, здание было построено согласно всем фортификационным требованиям. Потому окна сейчас были забраны толщенными металлическими глухими ставнями.       У одной из дверей Мегера остановилась.       — Я бы тебе сказала "после вас", но боюсь, если незнакомый человек сейчас туда ввалится, генеральша схватится за ствол. Нервная она у нас.       Мегера вошла в один из кабинетов. Грета толком не помнила, что здесь было раньше, но теперь, судя по всему, располагался штаб выживших. Слева от входа на стуле сидела пара почти незнакомых Грете людей, хотя она смутно припоминала, что видела их в столовой, за раздачей. Справа обнаружились три знакомых персоны — бывшие курсанты проекта "Пенроуз". Все трое колдовали над стоящей на столе радиостанцией. А у дальней стены за письменным столом сидела худощавая женщина с блёклыми глазами и изрезанным морщинами лицом. Грета бросила быстрый взгляд на её погоны, но к её удивлению они оказались полностью чёрными.       Рядом с женщиной стояла невысокая девушка в круглых очках — чем-то даже похожа на саму Грету, только вот вместо добродушного раздолбайства от этой веяло пренебрежением и холодом. Девушка держала в руках кипу бумаг и о чём-то рассказывала женщине с чёрными погонами.       — Фрау директор, у нас ещё одна выжившая.       И подтолкнула Грету к столу. Женщина отвлеклась от разговора, бросила взгляд на Грету, прищурилась подозрительно, встала из-за стола и подошла ближе. Затем оглядела побитую курсантку с ног до головы и заговорила, звякнув металлом в голосе:       — Имя, звание?       Грета отшатнулась и выдавила из себя, в меру сил вытянувшись по струнке и вскинув ладонь к виску:       — Ефрейтор Грета Рёдер, фрау директор...       — Директор комплекса и руководитель проекта Нора Ашваль. Звание тебе знать не положено. Какую должность занимала? Как смогла выжить после начала инцидента?       Грета сперва не совсем поняла, что за "инцидент" такой, но потом поняла, что она говорит именно про это вот нечто, что шумит в радиоканале и превращает реплик в тех чудовищ, что чуть было не разорвали её снаружи. Только тут до Греты начал доходить весь масштаб происшествия. Это ведь значит, что весь комплекс теперь — вот такой. Между домами шатаются полоумные агрессивные реплики, а выжившие прячутся кто где. Да и есть ли они, выжившие? А что если там, на корабле, с Эльстер тоже случится... вот это?! Грете стало страшно и обидно одновременно. Только-только жизнь начала налаживаться, и вот опять...       — Ефрейтор, ты оглохла?       Прозвучал недовольный голос. Грета опомнилась.       — А, что... Виновата, фрау директор. Меня на комплексе не было. Находилась на учебном вылете, производила маневрирование на околопланетной орбите.       — А, так ты одна из этих самых, которых мы в учебке Пенроуза отбирали. Вот почему у тебя лицо знакомое.       Но тут на выражение лица директрисы словно штормовые тучи набежали.       — Погоди... так ты сюда прилетела на Пенроузе?       — Так точно.       — Номер?       — 3799.       Директриса посмотрела куда-то в сторону и что-то забормотала еле слышно.       — Странно... я же ведь... Хм...       Затем снова посмотрела на Грету сердито и недоверчиво.       — Какие-нибудь неполадки в полёте были?       Грета забеспокоилась.       — Н-никак нет, фрау директор.       — Темнишь ты, ефрейтор. До сути я всё равно докопаюсь. Где стоит корабль?       — Посадочная площадка №2, фрау директор.       — Отлично. Корабль переходит под моё командование.       Иногда супер-способность Греты "а не ляпнуть ли мне чего-нить" достигала невероятных высот.       — При всём уважении, фрау директор, не думаю, что Эльстер вас даже внутрь впустит...       Брякнула она и тут же заткнула рот ладонью, выпучив глаза. А Нора наоборот сузила глаза и пристально посмотрела на Грету.       — Что ты сказала?       Внезапно Хельга, одна из курсанток, сидевших поодаль, подскочила, подбежала к Норе и что-то зашептала той на ухо, показывая пальцем на Грету. Нора удивлённо приподняла одну бровь, затем посмотрела на Грету презрительно.       — Так ты, паршивка, из этих самых? Уже сожгла ей модуль ЛО, так?       Курсантка-рассказчица ехидно ухмыльнулась. Грета оцепенела.       — Всё ясно. Когда с этими имперскими штучками по радио разберёмся, под трибунал пойдёшь. Реплику сразу в утилизацию. Выход наружу без разрешения запрещён. Неподчинение — ликвидация на месте.       Нора похлопала по кобуре, висящей у неё на поясе.       — Свободна.       Бросила она и вернулась за свой стол, где вокруг неё опять захлопотала видимо помощница или адьютантка, бросающая на вросшую в пол Грету недобрые взгляды. Хельга поплелась хвостом вслед за ней. А самой Грете эта женщина с чёрными погонами уже совершенно не нравилась. Если не сказать больше.       Сейчас она стояла и сама себя ругала за то, что вообще решила выйти из корабля. Лучше бы там оставалась. А теперь обратно не пробиться.       — Пошли-пошли, чего встала-то столбом.       Зашипел сзади знакомый голос, Грету грубо ухватили за плечо и потащили прочь от стола.       — Дел ты натворила со своей репликой, я тебе скажу.       Тихо произнесла Мегера и озадаченно покачала головой.       — Всё-таки ты как есть ходячее горе.       — Фрау Шторх, что мне делать?       — Что делать... вокруг Пенроуза бегать!       Хмыкнула Мегера.       — В общем, слушай сюда...       Но договорить ей не дали.       — Фрау директор, готово! Работает!       Раздался радостный возглас из угла, где оставшиеся два курсанта судя по всему пытались починить радиостанцию. Нора вскочила с места и повернулась к своей помощнице.       — Адель, приступай. Канал 156, директива 14, дальше ты знаешь, что делать.       Адель вскинула ладонь к виску, неприятным голосом выпалила "так точно" и поспешила к радиостанции, растолкав курсантов. Там она потребовала, чтобы все отошли на три шага, надела наушники, затем накрутила на ручках какую-то видимо особо секретную частоту и начала зачитывать в микрофон ряды цифр. Затем судя по всему слушала ответ. Затем ещё цифры. Опять ответ. Сняла наушники, подошла к Норе, что-то зашептала ей на ухо. Та озадаченно потёрла подбородок, сказала коротко "ясно, продолжай". Адель вернулась к рации, вновь нацепила наушники и принялась диктовать цифры, но внезапно осеклась. Затем выпучила глаза и приоткрыла рот, напряжённо вслушиваясь в эфир. Через несколько секунд, сморщившись так, словно вот-вот заплачет, Адель начала жалобно перед кем-то оправдываться в микрофон:       — Нет! Я не хотела... Он сам! Это не я! Нет! Это не я! Отстань! Прекрати!!!       Выкрикнула она уже чуть ли не во весь голос и сдёрнула с головы наушники, из которых тут же зашумели знакомые Грете помехи. Все в удивлении замерли, посмотрев на адьютантку. Первой опомнилась Мегера, широченным шагом подошла к радиостанции и выключила её, затем подскочила к уже падающей Адель и едва успела её подхватить, усадив на пол у стенки. Потом обернулась к всё так же недоумённо смотрящей на это действо Норе.       — Фрау директор, по-моему, радио на гештальтов тоже действует.       Грета молча стояла, прижав руку ко рту. Потом еле слышно заговорила:       — Но я же тоже...       Мегера повернулась к ней и зыркнула на неё взглядом, которым можно было при желании убить мелкое животное. Грета замолчала.       — Фрау директор, могу я сводить вашу помощницу в медсанчасть? Военврача нет, но возможно автодок по диагностике что-то покажет. А то ей явно поплохело. Заодно прихвачу с собой Рёдер, ей надо пару ссадин обработать.       Нора посмотрела на Шторха каким-то странным взглядом.       — Иди. Но обе под твою ответственность.       — Так точно.       Подняв с пола не сопротивляющуюся Адель и схватив Грету за руку, Мегера поспешила к выходу. В коридоре за дверью, как в почётном карауле, стояли две Штар, кивнувшие Мегере. Медсанчасть располагалась на том же этаже, но в другом конце коридора. У двери в неё так же стояли две Штар.       — Хорошо хоть лазарет здесь же. Когда аварийный протокол врубили, этажи тоже отрезало. Только входные двери успели заклинить. Заходи, заходи давай, не стой столбом.       Шторх бесцеремонно затолкала Грету и Адель в медсанчасть. Последнюю тут же усадила в кресло автодока, нацепив датчики.       — Я ведь тоже слышала эти помехи... Но со мной никто не разговаривал, хотя голова болела.       — Значит, больше слушать не надо. Или хочешь такой же стать? И при генеральше нашей не вздумай такого ляпнуть. У неё и так щека дёрнулась, когда она этот спектакль увидела. Ох, устроит она нам весёлую жизнь. Тебе-то точно устроит. Потому слушай сюда...       Мегера оглянулась, будто ожидая, что в этот раз ей тоже договорить не дадут.       — Чую я, плохи у нас дела. У генеральши голова горячая, чёрт знает что придумает, но ничего хорошего. Потому держись ко мне поближе. Далеко не отходи. Делай, что говорю. Скажу прыгнуть — прыгай. Скажу кукарекать — хлопай крыльями и кукарекай. Поняла?       — П-поняла... Фрау Шторх, разрешите вопрос?       — Не разрешаю. Спрашивай.       Грета непонимающе замотала головой. Потом всё же спросила.       — Почему вы ко мне... ну, так относитесь... от меня ведь проблемы одни.       Шторх усмехнулась.       — Почему? Да просто жизнь у меня слишком спокойная, вот решила себе приключений хапнуть в виде бестолкового ефрейтора.       Грета неотрывно смотрела Мегере в глаза, ожидая нормального ответа.       — Ну чего уставилась? Долгая это история.       — Автодок ещё не скоро закончит.       — Эх... горе ты настоящее, Рёдер. Ладно, садись вон на стул и слушай...