Глава 81. Я сильнее, чем ты!

Глава 81. Я сильнее, чем ты! Медлить было нельзя — мерзкий фиолетовый газ уже успел изрядно повредить мою чешую. Она осыпалась с каждым движением, и я с ужасом понимала: ещё немного, и стану совсем голой. Забавно говорить об этом, учитывая, что драконы и так не носят одежды. Бросившись вслед за Тритоном, я выпустила когти, готовясь к схватке. Чешуя продолжала сохнуть и осыпаться, пока я не выбралась за пределы ядовитого облака. Только тогда я позволила себе сменить облик — сначала на земляную драконессу, жадно втянув спасительный кислород, а затем мгновенно перевоплотилась в ночного дракона. Впереди раздавались торопливые шаги. Заметив подходящий выступ на неровном потолке туннеля, я крепко ухватилась за него и растворилась во тьме, укрывшись в защитном коконе из собственных крыльев. Вскоре подо мной пробежали три дракона — один ледяной и двое небесных. Свет от их факела оказался бесполезен: просторный туннель поглощал тусклые отблески, а их глаза, в отличие от моих, не были приспособлены к тьме. Массивные силуэты драконов внушали трепет. Их мощные тела, покрытые шрамами, и свирепый вид говорили сами за себя — схватка с любым из них могла стать роковой даже для меня. Время играло против меня, и я лихорадочно просчитывала варианты. Внезапная атака со спины могла бы позволить быстро обезвредить одного, может двоих, но главная проблема оставалась нерешённой — я не знала их точного количества. Если их больше десятка, то даже успешное устранение трёх не давало существенного преимущества. В открытом противостоянии со всей группой у меня не было шансов. При меньшей численности появлялась надежда на успех, пусть и призрачная, но только если удастся разделить их на небольшие группы по два-три дракона. Взвесив все за и против, я приняла решение их пропустить. Дождавшись, когда они удалятся, я бесшумно спустилась с потолка и двинулась дальше. Впереди открылась просторная пещера с тремя расходящимися туннелями, но это уже не имело значения — Тритон успел подготовиться. Его приспешники плотным кольцом окружили мой проход. Я кожей чувствовала его самодовольный взгляд сквозь зеленоватые стёкла маски. Среди всей этой своры он выделялся как единственный представитель морского или земляного племени. Рядом с ним застыли небесный дракон и радужный, чья чешуя приобрела такой насыщенный красный оттенок, что его можно было спутать с небесным собратом. У выхода из туннеля заняли боевые позиции два небесных дракона и, что удивительно, один ночной — редкое зрелище в этих краях. Вернувшаяся троица завершила окружение, зажав меня в тиски. Каждый из них излучал дикость, смешанную с яростью, все как на подбор — крупные самцы, испещрённые шрамами. — А вот и ты, Пик! — раздался полный превосходства голос дракона в маске. Он явно наслаждался моментом, не торопясь отдавать приказ. — Кем ты себя возомнила, героиней? Неужели думала, что сможешь ускользнуть? Какая наивность! Узри же моё «Крыло отмщения»! Тритон горделиво расправил крылья, указывая на своих восьмерых приспешников, готовых к бою. — И где ты только нашёл таких… уродов, — произнесла Пик, держась настороже. Она старалась не смотреть на их рычащие морды — у некоторых из пасти капала слюна. Все они выглядели как настоящие головорезы. Одного из небесных она узнала, и его репутация была очень дурной, как, вероятно, и у других. — Сама понимаешь, драконы к нам не часто заглядывают, — усмехнулся Тритон. — А жажду науки надо как-то утолять. Вот я и решил время от времени устраивать рейды на ближайшие лагеря, иногда перехватывал пролетающих мимо драконов. Слабые быстро становились материалом для опытов, а сильнейшие… — он сделал паузу, — превратились в моих питомцев. — Питомцев? — Пик наконец заметила пустоту в их глазах. Каждый из них двигался скорее как животное, чем как разумный дракон. — Да, питомцев! Они мои любимчики! — Тритон с нежностью почесал радужного дракона за ухом. Тот заурчал, меняя окрас на золотисто-розовый, и блаженно зажмурился, совсем как домашний питомец. — Это единственные драконы, полностью преданные мне, своему хозяину! Ты не представляешь, сколько особей пришлось принести в жертву науке, чтобы вывести эту формулу! Конечно, есть небольшие недочёты, формула несовершенна. Но, с другой стороны, их всё равно приходится дрессировать, так что в этом есть свои преимущества! — И Смерча ты тоже хочешь превратить… в это? — не скрывая отвращения, спросила Пик. — Что ты! Конечно нет, — покачал головой Тритон. — Эти, конечно, верные, дикие в бою и не только… Но слишком примитивные. С ними даже нормально поговорить нельзя. Эти глупые животные требуют постоянного внимания. Если я не играю с ними, они начинают скулить и раздражают меня. А вот Смерч… — Тритон замолчал, погрузившись в свои мысли. Я поняла — вот он, идеальный момент для атаки. Мой взгляд зацепился за потухший факел у стены пещеры. Недолго думая, я резко рванулась к нему, схватила одним плавным движением и, развернувшись, что было сил метнула его в сторону одного из туннелей. — Апорт! — Крикнула драконесса, готовясь к прорыву сквозь них. То, что произошло дальше, было одновременно и комичным, и жутким. Большая часть этих существ, словно стая одержимых собак, бросилась за факелом. Их массивные тела столкнулись друг с другом в безумной погоне за «палкой», а воздух наполнился рычанием и шумом хлопающих крыльев. — Идиоты! Тупые твари! Я не давал вам команды! Я приказываю вам убить её! УБИТЬ! Бросьте эту дурацкую палку! — Кричал Тритон, понимая, что лишился защиты и что разгневанная драконесса бежит прямо на него. Его голос звенел от злости, но было уже поздно. Его «питомцы» устроили беспорядок у подножия пещеры, борясь за право принести палку. А я приближалась всё ближе и ближе. Паника охватила Тритона. Его лапы дрожали, пока он лихорадочно рылся в сумке на боку. Что-то в его движениях заставило меня насторожиться — слишком методично он вставлял когти в искусственный камушек, несмотря на явный страх. Когда он осторожно положил этот предмет на пол, а сам рванул к одному из туннелей, мой инстинкт самосохранения закричал об опасности. Я резко развернулась, пытаясь увеличить дистанцию, и в следующий момент поняла, что это спасло мне жизнь. Взрыв прогремел оглушительно. Время словно замедлилось, когда я увидела, как десятки острых осколков разлетаются во все стороны. Острая боль пронзила моё левое крыло и бок — несколько осколков всё же достигли цели, содрав чешую и открыв кровоточащие раны. Моя интуиция оказалась права: если бы я не отступила, последствия могли бы быть гораздо серьёзнее! Боль была существенной, но не критической. Я уже собиралась броситься в погоню за Тритоном, когда услышала топот множества лап. Его «питомцы» вернулись, горделиво неся злополучный факел. Их пустые глаза смотрели на меня с каким-то жутковатым обожанием, пока они подавали мне эту «палку», словно верные псы. Не теряя времени, я метнула факел в другой туннель и, игнорируя боль в боку, бросилась по следу Тритона. Этот трус не уйдёт от меня так просто. Тритон выиграл несколько драгоценных мгновений, но это его не спасло — я быстро настигла его. Однако моё внимание тут же переключилось на нечто куда более важное: прикованный к стене небесный дракон с ярко-красной чешуёй и золотистыми глазами. Его тело было покрыто старыми шрамами — теми самыми, которые я помнила так хорошо. Смерч! Мой Смерч! На его морде красовался намордник, а в глазах читалось замешательство — в облике ночной драконессы он не сразу узнал меня. Тем временем Тритон завершил свой замысел — раскидал по всем углам пещеры активированные камни-гранаты. Из них тут же начал сочиться полупрозрачный газ. — Нет! — проревел он, и в его голосе слышалось отчаяние. — Я не позволю тебе забрать то, что мне дорого! Слишком часто у меня отнимали всё, но не в этот раз! С этими словами он через шприц вколол что-то себе в шею. Я метнулась к нему, на ходу принимая облик земляной драконессы. Моё превращение лишь слегка удивило противника. Его движения стали неестественно быстрыми и резкими — он ловко уклонился от моей атаки и попытался достать меня своим оружием, которое я не сразу заметила. На его лапе была странная перчатка с самодельными шприцами, служившими продолжением когтей. В них переливалась какая-то фиолетовая жидкость — возможно, яд. Белый дым стремительно заполнял пещеру. Первое, что я почувствовала — жгучую боль в глазах и ноздрях. Слёзы застилали взор, очертания предметов расплывались. Тритон, этот гибрид морского и земляного дракона, растворился в густом тумане, словно призрак. Я рванулась к Смерчу, но резко отпрянула, когда рядом с мордой просвистели острые когти. Фиолетовые брызги попали на мою чешую, и голова тут же закружилась. Попытка контратаковать провалилась — пришлось отступить. — Можешь гордиться собой, ты и правда особенная! — раздался голос из тумана. — Думала, раз я не наделён силой, то стану лёгкой жертвой? Ошибаешься! Пусть я слабак, но драться умею и смерти не боюсь! Это дело принципа — либо ты, либо я! Только одному из нас достанется Смерч, и поверь, я буду биться до последнего! — спятивший дракон кружил вокруг Пик, скрытый густой пеленой. Ситуация становилась всё хуже. Газ, похоже, не смертелен — Тритон использовал его при Смерче, — но, если я потеряю сознание, это станет моим концом. Зрение затуманивалось, различить противника становилось всё труднее. Пытаясь уловить движение в густом мареве, я перекинулась в ледяную драконессу. Когда Тритон оказался достаточно близко, я атаковала — но тут же ощутила острый укол в шею. Сонный дротик, тот самый, что был украден у нас ранее. Борясь с накатывающей дремотой, я выдернула его трясущимися когтями и спешно сменила облик на песчаный. Тритон, скрытый за непроницаемой маской, вновь растворился в тумане. Мои атаки бесполезно рассеивались в белёсой мгле, не находя цели, которая постоянно меняла размер из-за галлюциногена. — И снова всё из-за любви, не так ли? — его горький искаженный смех эхом разнёсся в тумане. — Все беды всегда начинаются с неё. Как я мог снова попасть в эту ловушку? Проклятое чувство… Особенно когда тот, кого любишь всем сердцем, хладнокровно использует тебя, а после продаёт в рабство, словно бездушную вещь! Мои глаза снова стали бесполезны: газ лишал меня и обоняния, и зрения. — Я думал, что стал мудрее, что теперь всё будет иначе… Но где теперь эта хвалёная мудрость? Стоило снова испытать это чувство — и я вернулся к тому, кем был: наивной, влюбленной дурой. Казалось бы, пора усвоить простую истину: разумные существа всегда остаются злыми, эгоистичными и жестокими тварями, что думают чем угодно, только не головой! Но нет… Видимо, этот урок мне не даётся. Я продолжала двигаться, не останавливаясь ни на секунду. Дротики со снотворным то и дело свистели рядом, но большинство из них летело настолько криво, что просто промахивались. Только пара всё же достигла цели, но и те не причинили особого вреда, отскочив от чешуи из-за кривой траектории. Голос Тритона, доносящийся из тумана, становился всё более неестественным, словно он балансировал на грани безумия. — Знаешь, что меня больше всего бесит в тебе? — его смех перешёл в истерическое хихиканье. — Ты… ты каким-то образом узнала кодовую фразу. Ту самую, которую знал только я. МОЮ фразу для МОИХ собак! Мои уши напряглись, когда он начал с силой царапать когтями каменную стену. Звук был настолько пронзительным и противным, что по моей спине пробежала дрожь. — Я месяцами дрессировал их! Месяцами! Они не слушались никого, кроме меня! Никакие другие команды на них не действовали! А ты… ты просто пришла и… — его голос сорвался на визг, переходящий в безумный рёв. В тумане мелькнула его тень — он явно не контролировал себя, метался из стороны в сторону, словно в припадке. Его тело содрогалось, когти продолжали раздирать камень. Его движения стали ещё более дёргаными и неестественными, чем раньше. — Ха-ха-ха! Как… как ты могла узнать? КАК?! — он почти выл, и в этом вое слышалось что-то совершенно неестественное. — Можешь не отвечать, я знаю ответ, и именно поэтому я ненавижу тебя всем сердцем! Наблюдая за его метаниями, я начала понимать — это явно побочный эффект той дряни, которую он вколол себе в шею. Что бы это ни было, оно явно сводило его с ума. Эта ситуация могла дать мне преимущество. Я собралась атаковать его, но его движения были молниеносными и точными, а удары — невероятно мощными. Одним резким движением он опрокинул меня на спину. Откуда-то в его когтях появился металлический предмет, похожий на щит, которым он начал наносить сокрушительные удары целясь в голову. Наркотик придал ему аномальную силу. Я едва успевала блокировать атаки, но в какой-то момент мне удалось выхватить металлический щит. Тритон тут же перешёл в наступление, используя когти. Теперь эта металлическая пластина служила мне защитой. Шприцы на его перчатках сломались, и фиолетовая жидкость смешалась с его собственной кровью. По его глазам, едва видимым через маску, было ясно — он потерял контроль над собой. Мысли лихорадочно метались: было ли это тем же веществом, которое он использовал на мне в прошлый раз, или чем-то новым? Впрочем, сейчас это не имело значения. Я отчаянно пыталась оттолкнуть его задними лапами, но он продолжал неистово атаковать, разрушая и металлический щит, и собственные когти, не обращая внимания на боль и кровавые следы. Резким движением задних лап мне удалось ударить Тритона в живот, отбросив его от себя. Поднимаясь на ноги, я приготовилась продолжить атаку, но он снова растворился в густом тумане. Его силуэт кружил вокруг меня, словно акула перед нападением. Несколько раз я пыталась достать его, но мои удары проходили сквозь пустоту — он двигался слишком быстро и непредсказуемо. Вскоре даже его тень исчезла в молочно-белой мгле, но его голос, искажённый безумием и яростью, продолжал эхом отражаться от стен. — Знаешь, что такое жить праведно? — его смех превратился в кашель. — Когда ты живёшь по совести, помогаешь семье, друзьям, ходишь в церковь… Когда отдаёшь последние деньги на благотворительность, веря, что делаешь мир лучше… Его голос сорвался на крик: — Знаешь, кто ты тогда? Ты просто травоядное! Овца, которую сожрёт первый встречный волк! Я продолжала вглядываться в туман, пытаясь уловить хоть какое-то движение, пока он продолжал свой безумный монолог. — Думаешь, алкаш-отец поймёт, что несмотря на все побои, он всё ещё важен для своей дочери? А друзья… — он издал звук, похожий на рыдание. — Для них ты просто удобная дура, которую можно использовать. Годами помогаешь им, а когда тебе нужна помощь — они исчезают! Его голос становился всё более неистовым: — А работать с коллегами? Ха! Наивная дура не поймёт, когда у неё крадут её работу, её исследования! А потом выбрасывают на улицу, угрожая тюрьмой из-за якобы погибшего пациента! Последние слова он почти прорычал: — Плевать им на контракты! Плевать на всё! Когда узнаёшь, что твои же коллеги, завидуя твоему таланту, готовы убить человека, лишь бы от тебя избавиться… Я отступила на несколько шагов, когда Тритон внезапно сорвал с себя маску. То, что я увидела, заставило меня похолодеть — его морда исказилась до неузнаваемости. Из пасти капала слюна неестественного голубого цвета, а глаза… его глаза имели красный, фиолетовый, даже синий цвет, полностью сливаясь с белком. Препарат полностью поглотил его разум. В его движениях не осталось ничего от прежней расчётливости. Теперь передо мной был настоящий берсерк, чья сила и скорость выходили за все мыслимые рамки. Я едва успевала уворачиваться от его атак, не находя возможности для контрудара. Каждый его выпад мог стать для меня последним. — А знаешь, что самое забавное? — продолжал он свой безумный монолог, не прекращая преследовать Пик. Его когти оставляли глубокие борозды в стенах. — Когда всё рухнуло, остался только он — мой парень. Как же красиво он говорил о помощи, о новой работе… Тритон неожиданно метнулся к небольшой сумке, валявшейся на полу — я узнала её, она принадлежала Смерчу. В его лапах появились усыпляющие дротики. Теперь каждый раз, когда он оказывался достаточно близко, он пытался вонзить их в меня, продолжая свой рассказ с истерическим смехом. — Представляешь? Продали как вещь! В другую страну! Меня заставляли делать их чертов наркотик, травя себя, меня и клиентов. Если им что-то не нравилось или у них было плохое настроение или, наоборот, слишком хорошее, они просто насиловали меня! — он расхохотался, запуская очередной дротик, который Пик едва успела отбить хвостом. — Я молилась два года! Два года этого ада! А потом… Потом, когда я физически не могла исполнять ни одну из этих двух работ, меня просто выбросили, как сломанную игрушку, в сточную канаву! Мои силы таяли с каждой минутой, но я продолжала сражаться, пытаясь использовать свои умения и контратаковать. Однако в конце концов у меня остался только один облик — небесной драконессы, поскольку все остальные были отравлены усыпляющим дротиком. Из-за газа и других факторов мои силы быстро исчезали, и я начала задыхаться. Но и у моего противника закончились дротики. — После такого… Как можно оставаться травоядным? Нет… только хищником! Только я должен владеть всеми, иначе вновь все будут владеть мной! Все эти подонки заслуживают гибели — и те, что были травоядными и покорно шли на мои эксперименты, и хищники, эти мерзавцы! Всё должно было быть под моим полным контролем! Даже Крапива! Думаешь, я не знаю, что она рано или поздно меня предаст? Я был готов к этому! Ложь — это единственное, что торжествует в этом мире! В следующее мгновение он оказался рядом и повалил меня на пол. Его лапы с огромной силой прижали меня. В его глазах читалось торжество, когда он достал камень и активировал его когтями, втыкая их в него в странной комбинации. В его глазах плескалось безумие вперемешку с торжеством, когда он поднёс активированный камень к моей морде. — Ты никогда не поймёшь! — прошипел он, пытаясь протолкнуть камень ей в глотку. Пик отчаянно сопротивлялась, извиваясь всем телом. — Ты не знаешь настоящей боли, настоящей жестокости! Вот почему я сильнее, чем ты — я прошёл через ад! Мои крылья били по его бокам, хвост хлестал, где только мог достать, но его словно это не беспокоило. Собрав последние силы, я резко взмахнула правым крылом, целясь ему в морду. Удар! Камень вылетел из его лапы. Не теряя ни секунды, я ударила хвостом, отправляя опасный объект к дальней стене. Воспользовавшись его замешательством, я сбросила его с себя. Но передышка длилась лишь мгновение — он тут же собрался и бросился в новую атаку. Его изуродованные когти оставались всё так же опасными. Я не успевала уворачиваться — удар за ударом, они вспарывали мою чешую как бумагу. Грудь, плечо, бок — каждое его движение оставляло глубокие раны. Эти десять секунд растянулись в вечность. Внезапно оглушительный взрыв сотряс пещеру. Камень-граната! Своды начали осыпаться, огромные глыбы падали вокруг нас. Я отшвырнула от себя Тритона и бросилась к образовавшемуся проходу. Тритон не последовал за мной, вместо этого он побежал в противоположном направлении, на ходу доставая что-то из своей сумки и вкалывая себе. Я видела впереди Смерча — его крыло и плечо были придавлены обломками, но он всё-таки выбрался, хоть и прихватил с собой огромную булыгу, к которой были прикреплены цепи. Вместе, поддерживая друг друга, мы вывалились наружу за мгновение до того, как весь проход обрушился. Чистый воздух ударил в лёгкие. После ядовитых испарений в пещере он казался обжигающе-свежим. Силы окончательно оставили нас, и мы рухнули на землю, тяжело дыша, израненные, но живые.

***

Смерч тяжело опустился рядом с Пик, которая уже теряла сознание. Его лапы дрожали, когда он пытался снять с себя намордник и освободиться от тяжёлого булыжника. Каждое движение отдавалось болью в сломанном крыле. Внезапно его затуманенный взгляд привлекло движение — сначала он заметил блеск близлежащего озера, а затем зарево пожара вдалеке. Весь болотистый лес Грязнолистья был охвачен пламенем. В воздухе кружили яркие точки — жёлтые, оранжевые, красные. Смерч щурился, пытаясь разглядеть их лучше. Не меньше пяти драконов заметили взрыв и теперь приближались к ним. — Проклятье, — прошипел он сквозь зубы. С переломанным крылом о полёте нечего было и думать, не говоря уже о том, чтобы унести бессознательную Пик. Драться в таком состоянии тоже было бессмысленно. Он напряжённо всматривался в приближающихся драконов, пытаясь определить их племенную принадлежность. Драконы приземлились полукругом вокруг них. Один из них — крупный воин со шрамом через всю морду — обратился к кому-то позади: — Принцесса, что прикажете с ними делать? Смерч с трудом повернул голову. Сквозь пелену он разглядел драконессу с тёмно-оранжевой чешуёй. Она была примерно его возраста, с сильным, хорошо сложенным телом. Держалась она с несомненной властностью. — Доставить к остальным небесным, — её голос звучал уверенно. — Там разберёмся, кто они — похищенные, отступники или сами похитители. Собрав последние силы, Смерч протараторил: — Принцесса Турмалин… Я — воин армии королевы Пурпур, крыло Ярости… Турмалин внимательно посмотрела на него. В её взгляде мелькнуло узнавание, но без особой теплоты — похоже, они не были близко знакомы. — Я припоминаю тебя, — коротко кивнула она. — Отведите их в главный лагерь, пусть целители займутся их ранами, а после детально расспросим их. А мы продолжим операцию по освобождению наших соплеменников и союзников. Она расправила крылья, готовясь взлететь, но на мгновение задержалась: — И присмотрите за ними. В такие времена нельзя быть слишком доверчивыми — даже к знакомым.