Глава 86. Выбор сделан. Назад пути нет!

Глава 86. Выбор сделан. Назад пути нет!

Конечно, такие варианты меня не устраивали, но что я могла поделать? В Небесном королевстве я никто, и здесь я не могла противостоять ему. Однако, как только я выберусь отсюда… Мне только нужно как-то получить от него информацию, если удастся… Возможно, мне даже не придётся это делать, если другие Когти Мира знают, где находится Шторм! Сталагмит медленно повернул голову к дворцу, его взгляд словно пронзал каменные стены. — Пик, — начал он спокойно, его голос звучал почти по-отечески мягко, — все молодые драконы похожи. Вы не хотите выбирать, вам нужно всё и сразу. Я не сужу тебя за это — это естественно. Пик раздраженно фыркнула: — Я думаю! — О том, как обмануть меня? — его янтарные глаза словно взглянули в душу. — Согласиться на сделку, а потом, как только покинешь Небесное королевство, броситься искать Шторма? Это логичный план, я понимаю. Он способен читать мои мысли? — Но ты не знаешь, где Шторм, — продолжил Сталагмит всё тем же спокойным тоном. — И я лично прослежу, чтобы вы не встретились, если ты решишь меня обмануть. У меня есть армия, есть преданные драконы. Они встанут на мою сторону без колебаний. Он расправил крылья, и в этот момент я особенно остро осознала, насколько он опасен, несмотря на всю свою вежливость и лживую доброту. — Тогда, помимо Шторма, у тебя появится ещё один враг. И не просто враг — всё Небесное королевство. Мне не составит труда объявить тебя и Смерча предателями. Назначить награду за ваши головы. Не стоит забывать об известных мне секретах. Я сглотнула. Глаза сузились, когда посмотрела на него. Внутри начала бултыхать ярость. — Поэтому, Пик, — его голос стал мягче, — выбери один путь. Только один. Это единственный способ добиться того, чего ты хочешь. Выбрав один вариант, мы будем союзниками, выбрав оба — врагами. Что для тебя важнее? Любовь или долг, скрывающий месть? — Прежде чем я дам ответ, — начала Пик осторожно, — мне нужно прояснить несколько вопросов. Сталагмит слегка наклонил голову, его глаза блеснули с интересом — Конечно, дорогая. Спрашивай, — произнёс он с той же отеческой теплотой в голосе, которая теперь казалась Пик ещё более подозрительной. — Что случилось с Хамелеоном и Сталактитом? — спросила небесная прямо, внимательно следя за его реакцией. Сталагмит растянул губы в лёгкой улыбке: — Хамелеон сейчас находится у Шторма. Пытается выпросить назад своё сокровище, — он хмыкнул. — Шторм согласился вернуть его, но с условием — Хамелеон должен доказать, что изменился, пройдя путь искупления. Что касается моего брата, Сталактита… Он в безопасности, у нашего друга. Не у Шторма, разумеется. Там ему сейчас безопаснее, чем здесь. — Почему тебе так важно получить мой ответ? Я вижу, как сильно тебя это интересует. Должен быть какой-то скрытый мотив. Ты ведь можешь добиться и того, и другого без моей помощи. Я кажусь лишней в обоих вариантах! Сталагмит издал низкий рокочущий смешок: — Проницательная маленькая драконесса, — его глаза сверкнули. — Да, у меня есть свои причины. Но ответ на этот вопрос ты получишь только после того, как сделаешь свой выбор. Я отвела взгляд, погружаясь в тяжелые размышления. Шторм… сколько боли он уже принес в мою жизнь? Сколько ран оставил не только на теле, но и в душе? И что я получу, если продолжу этот путь мести? Только новые шрамы и пустоту внутри. А с другой стороны — Смерч. Теплый свет, впервые за долгое время озаривший мою жизнь. Рядом с ним я снова чувствую себя живой, способной дышать полной грудью, а не задыхаться от ярости и боли. — Я выбираю Смерча, — произнесла Пик твердо. — Довольно жить прошлым. Сталагмит растянул губы в понимающей улыбке, его глаза потеплели: — Любовь победила, — произнес он мягко. — Теперь, как я и обещал, расскажу тебе причину моего интереса. Я сам стою перед похожим выбором, дорогая Пик. И мне хотелось увидеть, какое решение примет другой дракон, оказавшийся на распутье. Видишь ли, любовь бывает разной… Раньше его речь меня успокаивала, но сейчас она вызывает у меня раздражение… Он начал неспешно перечислять: — Есть романтическая любовь, та, что ты испытываешь к Смерчу. Есть семейная — между родителями и детьми, братьями и сестрами. Существует любовь к своему народу, к королевству. Есть любовь к идеалам, к мечте… — он сделал паузу. — И каждая из них может как созидать, так и разрушать. — Ты тоже кого-то любишь? — Да, — ответил он просто. — И, как и ты, я должен выбрать между двумя путями. Твой выбор… Он дал мне пищу для размышлений. — Ты самый странный дракон, которого я когда-либо видела! — не выдержала Пик. Сталагмит медленно поднял взгляд, его тон — теперь в нем звучала едва уловимая горечь: — Не всегда любовь — это правильный выбор. Этот мир… Он не такой радужный, ты прекрасно знаешь об этом сама. Даже самые искренние чувства могут не выдержать под тяжестью невзгод. Я внимательно наблюдала за ним, отмечая, как его обычно уверенный голос стал тише, словно он говорил больше с собой, чем со мной. — Рано или поздно любовь увядает. Начинаются ссоры, ты перестаешь видеть своего партнера идеальным. Меняются взгляды, интересы… — он сделал паузу. — И в конце концов от прежней любви остается только злость и раздражение. Хотя, конечно, это случается не всегда. — Ты говоришь так, будто сам через это прошел, — глаза Пик сузились. — И намекаешь, что я сделала неправильный выбор? Сталагмит ловко уклонился от прямого ответа, его харизматичный голос снова обрел привычные успокаивающие нотки: — Самое страшное, это разочароваться в своей любви. Осознать, что дракон, которого ты любил, изменился, и не в лучшую сторону. Что он предал тебя, и вы больше не можете принять друг друга, — он говорил размеренно, но чувствовалась скрытая боль в его словах. — Когда любовь превращается в ничто, кроме боли, ненависти и раздражения… Даже если ты действуешь во благо, это может быть совсем не тем, чего хочет от тебя другой дракон. Допустимо ли оправдать злодеяние ради блага другого дракона? Эгоизм ради спасения? Он поднял взгляд к небу, и я впервые увидела в его глазах настоящую печаль. На мгновение его маска мудрого, рассудительного советника спала, обнажив глубокое личное разочарование. Но это длилось лишь секунду — Сталагмит тут же вернул себе привычное выражение спокойной уверенности. В этом потоке бессвязных слов должен быть какой-то скрытый смысл. Почему он так нянчится со мной? Внезапная мысль заставила меня напрячься. А что, если тот «друг», у которого сейчас находится его брат Сталактит — это его возлюбленная? И чего он добивается от Шторма? Не похоже, что его интересует проект «Единство» в том виде, в каком его задумал Шторм. Возможно, у него свои планы на его использование… В голову пришла совершенно безумная мысль: что, если он хочет использовать проект, чтобы соединиться разумом со своей возлюбленной? Я тряхнула головой, отгоняя эту нелепицу. Кто в здравом уме согласится на это? Только дурень наподобие моего брата… Нет, всё гораздо проще. Сталагмит просто хочет использовать меня, чтобы влиять на моего брата. Вот почему он так настойчиво предлагает выбрать один из двух путей, хотя явно может добиться своего и без моей помощи. Одни идиоты! Что бы там ни задумали Шторм, Мракокрад и Сталагмит, меня это больше не волнует! Я по горло сыта этими «героическими» приключениями, теперь всё, чего я хочу — это спокойной семейной жизни. И уж точно не здесь! — Мне нужно отлучиться, — произнёс он своим обычным мягким тоном. — Замолвлю за тебя словечко перед королевой. Если выживешь в грядущей битве, тебя может ждать весьма… достойное будущее здесь. Без необходимости лететь на войну. Ну да… Как же… Отпустит он меня… Он величественно расправил крылья, готовясь к взлету: — Поправляйся. Твоя битва уже скоро, — его глаза блеснули. — И я надеюсь укрепить наше сотрудничество… но об этом позже.

***

Банкетный зал сиял золотом и драгоценностями, отражая свет многочисленных факелов. Небесные драконы, облаченные в дорогие украшения, собрались вокруг длинного стола, где восседала королева Пурпур. Её тёмно-оранжевая чешуя мерцала в свете огня, а золотая кольчуга, усыпанная рубинами, придавала ей еще более величественный вид. Сталагмит держался в тени колонн, наблюдая за пиром. Его внимательные глаза следили за каждым движением матери, пока та наслаждалась властью над своими подданными. Когда банкет подошел к концу, и Пурпур направилась в свои покои, он бесшумно последовал за ней по мраморным коридорам. — Приветствую вас, моя королева-мать, — Сталагмит вышел из тени и склонился в глубоком поклоне. Его голос звучал мягко и почтительно. Пурпур резко обернулась, её жёлтые глаза сузились: — Надо же, какой сюрприз. Мой блудный сын всё ещё жив. Не ожидала увидеть тебя вновь. — Прошу прощения за долгое отсутствие, — Сталагмит выпрямился, сохраняя спокойную улыбку. — Я много путешествовал в поисках знаний и мудрости. И хотя не нашел того, что искал изначально, я обнаружил нечто, что может заинтересовать мою великую мать. — Неужели? — Пурпур фыркнула, демонстративно разглядывая свои когти. — И что же такого ценного ты можешь предложить мне? — Возможно, нам стоит обсудить это в более… приватной обстановке? — предложил Сталагмит, указывая на проходящих мимо стражников. Пурпур на мгновение задумалась, затем кивнула: — Хорошо. Идем в мои покои. Когда они вошли в роскошную спальню королевы, Пурпур развалилась на своем ложе, украшенном золотом и драгоценными камнями: — Ну? Я жду. И надеюсь, ради твоего же блага, что ты не тратишь мое время впустую. Как бы ты ни был ценен, всему терпению рано или поздно приходит конец. Сталагмит остался стоять, сохраняя почтительную дистанцию: — О, уверяю вас, мать, то, что я хочу предложить, стоит каждой потраченной минуты… Во время моих странствий по Пиррии до меня дошли весьма любопытные слухи. О некоем радужном драконе по имени Хамелеон. Говорят, вы очень… заинтересованы в его поисках. Жёлтые глаза Пурпур вспыхнули интересом, хотя она попыталась это скрыть, небрежно поправляя рубиновое украшение на крыле: — Неужели? И что же ты узнал о нем? — Я нашел его, мать, — спокойно ответил Сталагмит. — Точнее, одну из его личин. Он известен многим под именем Нырок, небесный дракон. Пурпур резко поднялась с ложа, её тёмно-оранжевая чешуя блеснула в свете факелов. Золотая кольчуга звякнула, когда она приблизилась к сыну: — Нырок! Этот предатель! — прорычала она. — Где он? Говори! — Мне удалось встретиться с ним и даже кое-что получить. Но есть нечто более интересное — его связь с ночными драконами. — Ночные? Эти гордомордые, самовлюбленные глупцы, боящиеся даже собственной тени? — она окинула сына подозрительным взглядом. — Неужели ты узнал, где эти трусы прячутся? — Их нет в Пиррии, — покачал головой Сталагмит. — Они обосновались где-то на острове за пределами континента. Точное местоположение пока неизвестно. — Что толку от такой информации? — раздраженно взмахнула крыльями Пурпур. — А что с Хамелеоном? Он мертв? — Ситуация… несколько сложнее, — осторожно ответил Сталагмит. — Пока он жив. Но если вы дадите мне время, я смогу узнать гораздо больше как о нем, так и о ночных драконах. Пурпур окинула сына долгим оценивающим взглядом, прежде чем небрежно махнуть когтистой лапой: — Делай что хочешь. Мне всё равно, где ты сдохнешь — здесь или там. — Это ещё не всё, мать. — Он склонил голову набок, внимательно наблюдая за её реакцией. — Позволите задать вопрос? Вам… не наскучило постоянно избавляться от дочерей? Они довольно часто бросают вам вызов. Четырнадцать раз, если не ошибаюсь? Сталагмит не хотел вспоминать, сколько братьев он убил вне зависимости от возраста и какие прекрасные картины создал из их крови. — Эти безмозглые недомерки! — прорычала она, царапая когтями каменный пол. — Совсем страх потеряли. Думают, что могут занять мой трон? — Она презрительно фыркнула, выпуская струйку дыма. — Убью одну, двух — неважно. Новых выведу. Но они… раздражают. — Последнее слово она буквально выплюнула. — Когда всего одна дочь — проблем меньше! — Вы правы, — спокойно кивнул Сталагмит, и в его голосе появились вкрадчивые нотки. — Я сам убил около десятка сестёр по вашему приказу, чтобы всегда была только одна наследница. Но… у меня есть другое решение. Пурпур вскинула голову, и золотая кольчуга тихо звякнула: — Говори. — Как вам известно, Хамелеон владел магией, — Сталагмит говорил медленно, тщательно подбирая слова. — И кажется, я понял принцип его колдовства. К сожалению, в последней схватке кое-что было повреждено, но если вы дадите мне время — примерно год — я смогу… изменить Турмалин. Сделать её по-настоящему верной дочерью. Такой, которая никогда не поднимет на вас коготь. — Хм… — протянула она, и на её морде появилось хищное выражение. — Я с удовольствием прикончу ещё хоть десяток. — Она раздражённо взмахнула крыльями. — Но это становится… утомительным. — Пурпур окинула сына оценивающим взглядом. — Год, говоришь? Мне нравится, но нужно больше подробностей! — Вы и сами прекрасно знаете, мать, как Хамелеон использовал свою… псевдо-дракомантию. — Он произнёс последнее слово с лёгким презрением. — Это лишь жалкое подобие настоящей силы. Всего-то и может, что менять облик да воспоминания тех, кто носит его зачарованные бумажки. Пурпур нетерпеливо постукивала когтями по полу, рубины над её глазами мерцали в такт движениям — К чему ты клонишь? — Я намерен добыть нечто куда более могущественное. Настоящую дракомантию. — Сталагмит понизил голос до вкрадчивого шёпота. — Но для этого необходимо найти самого Хамелеона и, возможно, ночных драконов. Есть все основания полагать, что именно от них он получил свою силу. Ключ к настоящей дракомантии следует искать у них. — Как только добудешь эту силу — немедленно возвращайся. Если кто и способен справиться с этим заданием, то только ты, мой самый преданный сын. — Она окинула его оценивающим взглядом. — Ты уже не раз доказал свою верность кровью. Сталагмит почтительно склонил голову, скрывая промелькнувшую на морде усмешку: — У меня есть ещё кое-что, что может вас заинтересовать, мать. — Он выдержал драматическую паузу. — Вы слышали о готовящейся битве двух небесных драконесс? — Ах, вот как… — Пурпур фыркнула, раздражённо взмахнув хвостом. — Припоминаю! Какая-то выскочка осмелилась бросить вызов моему паладину? Что ж, эта дура преподнесла мне приятный сюрприз. Особенно забавно, что она решилась на это за несколько дней до начала брачного сезона. — Королева издала низкий смешок. — Драконы и без того сейчас на взводе… будет интересное зрелище. А если нет — что ж, у меня достаточно пленников, чтобы устроить настоящее представление. — Я бы не был так уверен, мать, — вкрадчиво произнёс Сталагмит, склонив голову. — У этой Пик… весьма впечатляющие способности. Я наблюдал за ней и считаю, что у неё есть все шансы одолеть Смертокрылую. Пурпур прищурила жёлтые глаза, внимательно глядя на сына: — Продолжай. — Она может оказаться куда полезнее в качестве союзника, чем развлечения на арене. К тому же, — Сталагмит позволил себе лёгкую улыбку, — она уже заинтересовала Турмалин. Было бы неплохо иметь ещё одного… наблюдателя, пока я работаю над нашим планом. — И как же ты предлагаешь её контролировать? — О, это самая простая часть, — Сталагмит чуть наклонился вперёд. — Она без ума от дракона по имени Смерч. Того самого, что сейчас томится в темнице за пренебрежение супружеским долгом. Собственно, именно за него эти две самки и собираются драться. Рубины над глазами Пурпур вспыхнули алым светом, когда она расхохоталась: — Как… предсказуемо. Что ж, — она провела когтем по золотой кольчуге, — я понаблюдаю за этой Пик. Посмотрим, достойна ли она моего внимания. — Благодарю за уделённое время, мать, — Сталагмит почтительно склонил голову. — Позволите удалиться? Пурпур небрежно махнула крылом, отпуская сына, а сама погрузилась в размышления о предстоящем поединке. Сталагмит, выходя из комнаты, услышал, как мать снимает нагрудник за дверью. Пока он шёл по коридорам замка, его мысли были заняты другим.

***

Несколькими днями ранее, на пути в небесное королевство.

Горячий воздух пустыни обжигал крылья, когда Сталагмит и Метеор парили над бескрайними песками. Внезапно невидимая сила рванула их вниз, словно гигантская лапа схватила и потянула к земле. Они рухнули в раскалённый песок, подняв облако пыли. Метеор, не выдержав удара, потерял сознание. Сталагмит попытался подняться, но тут же ощутил, как множество невидимых лап прижимают его к песку. Их было не меньше пятнадцати — достаточно, чтобы удержать даже крупного дракона. Из песчаной дымки появилась фигура, медленно приближаясь к нему. Снимая капюшон, перед ним предстал невысокий и худощавый ледяной дракон. Его правый тёмно-синий глаз пристально смотрел на небесного, пока левый был скрыт маской, скрывавшей левую часть морды. Плащ небрежно колыхался на ветру, открывая множество кинжалов на боках, а перевязанная чёрными тканями передняя левая лапа заставляла его прихрамывать. — Чем обязан столь… необычному приветствию? — спокойно поинтересовался Сталагмит, тщательно подбирая слова. Несмотря на опасность ситуации, его голос оставался ровным и учтивым. — Возможно, мы могли бы обсудить это более цивилизованным способом? Неизвестный дракон усмехнулся, начав медленно кружить вокруг Сталагмита, хромая на одну лапу: — О, так ты и правда такой, как она говорила… Сталагмит. — В его голосе слышалась странная смесь насмешки и горечи. — Простите, но о ком идёт речь? — Сталагмит слегка наклонил голову, демонстрируя искренний интерес. — Моя сестра, — ледяной дракон остановился. — Она была… весьма высокого мнения о тебе. Можно сказать, грезила будущим, где ты играешь не последнюю роль. Считала тебя своим фаворитом. — Польщён столь лестной оценкой, — ответил Сталагмит. — Не соблаговолите ли назвать имя вашей сестры? Боюсь, без этого важного факта картина остаётся неполной. — Ни моё имя, ни имя моей сестры не имеют значения. Тем более что я собственными когтями прервал её жизнь несколько десятилетий назад за нарушение клятвы. — В таком случае, — Сталагмит чуть прищурил янтарные глаза, — чем я могу быть полезен? Должна быть веская причина, по которой вы выбрали именно меня для этой… встречи. Его собеседник издал короткий смешок, больше похожий на карканье. — О, причина есть. Очередной дракомант, злоупотребляющий силой… Я наслышан о вашем «Единстве». — Он произнес последнее слово с нескрываемым презрением. — Обычно мы не вмешиваемся, но моя сестра решила нарушить нашу клятву. Сталагмит внимательно изучал своего собеседника. Несмотря на хрупкое телосложение, в его манере держаться чувствовался немалый жизненный опыт. «Внешне семь лет — не больше», — мысленно отметил небесный дракон. — Дракоманты — воры, не ведающие, какой силой владеют! — прошипел ледяной дракон. — Вы даже не представляете истинную цену и предназначение этого дара, считая его безграничным. Даровать драконам дракомантию было ошибкой… — Он помолчал. — Но клятва остается клятвой, даже если я уже частично нарушил её… Даже если она мертва, я дал слово и сдержу обещание. Неизвестный извлек из складок плаща два небольших клочка свитка. Сталагмит осторожно взял их, успев заметить имена «Рубин» и «Пирита». Не успел он что-либо сказать, как острый коготь прочертил линию на его груди. Жгучая боль пронзила не столько тело, сколько саму сущность. — Моя особая метка. Она ложится не на тело, а на душу, и видишь её только ты. — В голосе ледяного дракона появились нотки удовлетворения. — Такую же я уже поставил на твоем брате. Выполнишь мою просьбу — сниму обе. — И чего же желает столь уважаемый дракон? — учтиво поинтересовался Сталагмит. — Преврати Турмалин в Рубин. Сроки не важны, но в 5009 году Рубин должна поймать ледяного принца Града. — Он указал на второй кусочек свитка. — Твоя задача — защитить его, а когда прибудет другой ледяной принц — передать ему Града. Выполнишь — и метки исчезнут с тебя и твоего брата. Дальше делай что хочешь. — Боюсь, я могу не дожить до того дня, — заметил Сталагмит. — Мы оба знаем, что доживешь. — Холодная усмешка искривила видимую часть морды. — Потому печать и стоит на душах. И не трать время на попытки что-то написать на свитках или рассказать кому-то о нашей встрече. Это бесполезно. Накинув капюшон, ледяной дракон растворился в песчаной дымке. Невидимые лапы исчезли, и в тот же миг очнулся Метеор.

***

День битвы

Я закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться на предстоящем бое. Рядом со мной суетились близнецы — Комета и Метеор, такие разные, но оба искренне желающие помочь. — Да брось, Пик! — возбуждённо размахивал крыльями Метеор. — Ты эту Одуванчик одним дыханием сдуешь! Покажи ей, на что способна настоящая небесная драконесса! — Метеор, не забывай — она ещё не до конца поправилась, — встревоженно перебила его Комета, поворачиваясь к Пик. — Помни о стратегии, которую мы обсуждали. Главное — не давай ей пространства для манёвра. Не перенапрягайся! Сохраняй силы! Она будет пытаться использовать твои… Голос распорядителя, разносящийся над ареной, прервал её наставления. Услышав своё имя, я расправила крылья, готовясь выйти. Близнецы в последний раз пожелали удачи и взмыли к зрительским местам. Выйдя на арену, я невольно замерла, оглядывая трибуны. Они были заполнены до отказа — небесные драконы с их переливающейся от жёлтого до красного чешуёй, коренастые земляные в коричневых тонах, даже группа песчаных драконов, чья чешуя напоминала цвет пустынных барханов. Все они жаждали зрелища, будучи очень возбужденными. Мой взгляд остановился на королевской ложе. Королева Пурпур восседала там с явным предвкушением на морде. Справа от неё стоял Сталагмит, его янтарные глаза внимательно следили за происходящим, рядом находился ещё один дракон — распорядитель. А над ареной… я сжала зубы при виде клетки, в которой держали Смерча. Это было унизительно — видеть его там, словно какой-то приз на ярмарке. Но времени на размышления не осталось — передо мной стояла Одуванчик. Она была крупнее меня, её тёмно-красная чешуя угрожающе поблёскивала в свете дня. Впрочем, разница была не столь велика — ещё год, и я, возможно, сравняюсь с ней в размерах. Но сейчас это преимущество было на её стороне. Одуванчик встретила мой взгляд с нескрываемой яростью. Она медленно провела когтем по своей шее, словно рисуя линию. — Смерч принадлежит мне, — прошипела она с ненавистью. — И я не позволю какой-то воровке украсть его! Пик расправила крылья, готовясь к бою: — В этом бою только одной из нас достанется Смерч, и это буду я!!!