Глава 94. Грядет что-то плохое…

Глава 94. Грядет что-то плохое…

Шесть месяцев минуло с тех пор, как мы со Смерчем оказались в этом проклятом небесном королевстве. В последние недели меня словно подменили. Каждая мелочь выводила из себя, каждый взгляд исподлобья заставлял сжимать когти. Нервы натянулись тонкой струной, готовой порваться от малейшего прикосновения. Но это было лишь полбеды. Настоящая проблема имела имя — Сталагмит, и его бесконечный поток жалоб на моего мужа. Смерч не справлялся. Новая партия живого оружия — дракончики, которых мы должны были взрастить и обучить, — продвигалась медленнее, чем того требовал наш «покровитель». И вместо того чтобы напрямую пилить Смерча, этот змей предпочитал компостировать мозги мне. Никаких прямых приказов, никаких открытых угроз — только намёки, словно я сама не понимала, что провал может обернуться королевским гневом. Мы не раз становились свидетелями её жестокости, и повторять этот опыт на собственной шкуре желания не было. К моему временному облегчению, эта улыбчивая мудрая морда наконец свалила по делам, мимоходом поведав о делах моего брата Шторма. Но что-то подсказывало мне, что Сталагмит кормит меня дезинформацией. Зная Шторма, он не станет сидеть сложа крылья и тихо размышлять над своими планами. Блуждая в лабиринте мрачных мыслей, я незаметно добралась до тренировочной площадки. По расписанию, составленному Смерчем, все дракончики должны были упражняться до самого вечера. Дракончиков было слишком много, и Смерч не мог уследить за всеми. Поэтому их разделили на группы и тренировочные лагеря. Смерч по очереди наблюдал за каждой группой, и сегодня была очередь пятой группы. Однако то, что предстало моему взору, заставило мои глаза сузиться от негодования. Половина молодняка, заметив, что наставник отвлёкся, начала откровенно халтурить — выполняла физические упражнения в полсилы, больше имитируя тренировку, чем действительно тренируясь. Другая половина собралась плотным полукругом вокруг Смерча, словно птенцы, ждущие корма от родителя. Лишь несколько дракончиков продолжали упражняться с прежним усердием, не обращая внимания на происходящее. Подойдя ближе, я наконец поняла причину всеобщего ажиотажа. Смерч рассказывал историю. Естественно. Вместо того чтобы муштровать подопечных, мой дорогой супруг развлекал их сказками. Почти три десятка дракончиков сидели, словно зачарованные, не сводя глаз с наставника. Их юные мордочки отражали неподдельный интерес, а Смерч, упиваясь вниманием аудитории, продолжал с театральным пафосом: — И тогда юный дракончик не дрогнул! — его голос звучал низко и проникновенно. — Ни буря, ни шторм не могли его остановить. Ведь когда друзья в опасности, последнее, о чём думаешь, — это как выполнить жестокий приказ. Собрав все силы в крылья, юный герой взмыл в небо, но противник не дремал. «Предатель!» — прокричал тот во весь голос. И в тот же миг, словно сам могучий грозовой дракон, повелевающий тучами и потоками ветра, разгневался — молния поразила скалу над головой командира. Камни обрушились вниз, и наш герой отчётливо слышал грохот. Тогда, повернув голову, он… Смерч, подражая герою своей истории, театрально повернул голову — и на секунду вздрогнул, не ожидая увидеть меня в десяти шагах от себя. — Всё продолжаешь рассказывать глупые сказки? — прошипела Пик, подходя ближе. Её недовольство было написано на морде крупными буквами. — О! Пик! — Смерч вскочил, его глаза округлились от неожиданности. — Ты меня напугала! Подкралась так тихо, что я даже не заметил… Улыбка на его морде быстро погасла, как только он разглядел моё угрюмое выражение. Смерч мгновенно понял — время шуток закончилось. Я сделала глубокий вдох, стараясь унять нарастающее раздражение. — Смерч, — произнесла Пик как можно мягче, — не мог бы ты на минутку отойти со мной? Мне нужно кое-что с тобой обсудить. Мой голос звучал ласково, почти нежно, но Смерч знал меня слишком хорошо, чтобы не уловить едва скрытую ярость. Он понимал — буря надвигается, и он находится прямо в её эпицентре. — Конечно, любимая, — ответил он, стараясь сохранить спокойствие, хотя драконесса видела, как напряглись его плечи. Повернувшись к дракончикам, он добавил с вымученной улыбкой: — Ребята, продолжим историю в следующий раз. А пока возвращайтесь к упражнениям. Молодые дракончики разочарованно заскулили. Их мордочки вытянулись, глаза потускнели — им явно хотелось узнать, чем закончится история про храброго дракончика. Некоторые даже осмелились подать голоса протеста, но один взгляд в мою сторону заставил их замолчать. Но этого мне было мало. Терпение лопнуло окончательно. — А теперь все немедленно вернулись к упражнениям! — рявкнула Пик, и ее голос прокатился по тренировочной площадке, словно раскат грома. — Марш тренироваться! Кто через пять секунд не будет заниматься боевой подготовкой, проведёт завтрашний день в дополнительных полётах без отдыха! Эффект был мгновенным. Дракончики шарахнулись в разные стороны, как испуганная стая воробьёв. Те, кто халтурил, резко взялись за упражнения с удвоенным рвением. Те, кто сидел в кружке вокруг Смерча, мигом разбежались по своим местам. Только самые усердные, которые и так не прекращали тренировки, остались на своих позициях, лишь покосившись в нашу сторону с любопытством. Смерч поморщился от моего крика, но промолчал. Мы медленно отошли к краю площадки, подальше от любопытных ушей и глаз. — Пик, ты слишком жестока с ними, — тихо сказал он, когда они оказались на достаточном расстоянии. В его голосе слышались нотки упрёка. — Они же такие маленькие… такие… У меня складывается ощущение, что ты их просто ненавидишь. Я фыркнула, стараясь не показать, как больно мне было слышать это обвинение. — О, как же я люблю дракончиков, — проговорила Пик с едкой иронией, инстинктивно коснувшись лапой своего слегка округлившегося живота. — Я их просто обожаю и с нетерпением жду новых. Вот только не тогда, когда из-за этих самых дракончиков у нас появляются серьёзные проблемы. Смерч нахмурился, не понимая, к чему я веду. — Сталагмит недоволен тем, как ты обучаешь новое поколение, — выпалила Пик, больше не в силах сдерживаться. — Он считает, что их подготовка идёт слишком медленно, а качество оставляет желать лучшего. Удивление на морде Смерча было искренним. — Странно, — медленно произнёс он, явно обдумывая слова партнерши. — Он никогда ничего подобного мне не говорил. А ведь Сталагмит частый гость на наших тренировках, проводит довольно много времени с дракончиками. Они его все любят, он всегда добр с ними… Может, ты что-то неправильно поняла? Я чуть не взорвалась от его наивности. — Неправильно поняла?! — едва не кричала Пик, с трудом сдерживая голос. — Смерч, он жалуется мне! Каждый день! Говорит, что качество новых солдат ниже высокого! Что они не оправдывают ожиданий! Что королева Пурпур начинает терять терпение! Смерч тяжело вздохнул и обернулся, наблюдая за дракончиками, которые теперь усердно выполняли спарринги, упражнения и маневры в полёте. Его взгляд был полон печали. — Пик… — тихо сказал он, — я просто хочу подарить им больше, чем они заслуживают. Они же ещё такие маленькие… У них должно быть детство, игры, истории перед сном. Они не должны думать только о войне и убийствах. — Это нормально, — ответила драконесса, стараясь говорить спокойнее. — То, что попадаются драконы среднего уровня — это естественно. И если планировать их на более мирные профессии, то ты со своей задачей справляешься прекрасно. Но Сталагмиту и королеве Пурпур нужны таланты, Смерч. Таланты в плане боёв и всего, что связано с войной. А таких среди наших подопечных ужасно мало. Смерч покачал головой, его крылья поникли. — Не так-то просто найти эти таланты, Пик. Настоящих воинов не так много рождается. Это редкий дар. Слова, которые я сейчас произнесу, покажутся жестокими даже мне самой. Но у нас не было выбора. — Если не можешь найти, — медленно проговорила Пик, глядя ему прямо в глаза, — то надо сделать. — Хорошо, — произнёс он твёрдо, хотя в голосе всё ещё слышалась печаль. — Я уделю тренировкам больше времени. Я вздохнула с облегчением. — У меня есть несколько докладов о заданиях. Касаются чуть старшего поколения. И хотя «ранних выпускников» от тебя не так много, но есть хорошие известия о тех, кто улетел по заданиям. В том числе и с поля боя. Смерч заинтересованно поднял голову. — Тебе лучше слетать к моему помощнику, когда он освободится, — продолжила Пик. — Будут и хорошие новости о слаженности некоторых групп, но и без плохих никуда не денешься. Смерч снова вздохнул, бросив взгляд на дракончиков, которые старательно отрабатывали боевые приёмы. — Какой смысл отправлять молодняк на бойню набираться опыта? — спросил он устало. — Побеждать числом, но какими жертвами? Нельзя ли их подготовить чуть лучше, уделить на это больше времени? — Это не ко мне, а к королеве Пурпур, — ответила драконесса коротко. — И мы оба знаем ответ заранее. Смерч кивнул. Да, мы оба знаем, что королева не потерпит задержек в поставке живого оружия. Собираясь уходить, я краем глаза заметила движение за небольшой скалой неподалёку. Кто-то явно подслушивал наш разговор, осторожно выглядывая из-за камня. — Немедленно выходи сюда, сорванец! — рявкнула Пик, поворачиваясь к укрытию. — Живо! Из-за скалы с виноватым видом вылез довольно крупный дракончик со светло-красной чешуёй и любопытными янтарными глазами. Ему явно не было и трёх лет, но размеры у него были впечатляющие для такого возраста. Смерч невольно улыбнулся, увидев малыша. — Это Дрозд, — пояснил он мне, — один из самых талантливых дракончиков своих лет по полёту и метанию кинжалов с дисками. Вот только любопытный он очень и вечно сует свой рог в чужие дела. Дрозд опустил голову, виновато глядя в землю. — Простите, — пробормотал он еле слышно. — Я не хотел подслушивать, просто… просто хотел узнать, почему вы так сердитесь на наставника Смерча. — Пусть Смерч сам решит, какое у тебя будет наказание, — сказала Пик строго, хотя про себя отметила, что дракончик хотя бы не стал врать и оправдываться. — А мне сейчас надо вернуться во дворец по делам. Развернувшись, я направилась к выходу с тренировочной площадки пешком. Смерч молча посмотрел на Дрозда. Этот дракончик был его любимчиком. Но перед наказанием все равны, и Дрозд это прекрасно понимал, молча ожидая принять любую кару, которую сочтёт справедливым его наставник.

***

Луны висели высоко в бархатном небе, окутывая спящее королевство мягким, призрачным светом. Тени древних скал переплетались с лунными бликами, создавая причудливый узор на каменных стенах пещер. Большинство драконов давно предались покою, но один маленький силуэт неспешно шел в сторону реки. Река текла неподалеку от драконьих кварталов — её мелодичное журчание сливалось с ночными звуками, заглушая осторожные шаги дракончика. Серебристые струи воды переливались в лунном свете, отражая звезды. Когда дракончик приблизился к знакомой излучине на берегу, его сердце забилось чаще — там, сидела знакомая фигура. Крупный ярко-красный дракон застыл у самого края воды, словно каменное изваяние, устремив взгляд в непроглядную тьму за рекой. Даже в мягком лунном свете было видно, как жестоко обошлось с ним время: острые рёбра проступали под чешуёй, а некогда гордые, могучие плечи ссутулились под невидимым, но тяжким грузом утрат и воспоминаний. Но самым страшным было видеть его крылья. Левое выглядело относительно целым. Правое же крыло представляло собой жалкое подобие того великолепия, каким оно когда-то было — изодранная, обожжённая плоть, которую искусные лекари аккуратно подрезали. Это крыло никогда больше не поднимет дракона к облакам, никогда не почувствует восторг полёта. — Отец! — радостно воскликнул дракончик, не в силах сдержать переполнявшие его эмоции. Голос эхом отразился от речных скал. Маленький дракон бросился вперёд, инстинктивно раскинув крылья для объятий, глаза его светились от счастья встречи. Взрослый дракон медленно обернулся, словно пробуждаясь от глубокого транса. Его золотые глаза, некогда пылавшие гордостью небесного воина и отцовской любовью, теперь казались потухшими углями в холодном очаге. Глубокая, въевшаяся в душу усталость читалась в каждой черте его благородной морды. Дракончик уже почти дотянулся до отца, предвкушая долгожданные объятия, когда тот резко взмахнул мощной лапой. Удар был точным и безжалостным — дракончик отлетел на несколько шагов назад, болезненно ударившись спиной о гладкие речные валуны. — Безмозглый паршивец, — прорычал дракон, и в его голосе звучала такая горечь, что даже река, казалось, на мгновение притихла. — Какую часть фразы «убирайся домой» твой пустой череп не способен понять? Дракончик медленно поднялся на дрожащие лапы, осторожно растирая ушибленный бок. Его большие глаза наполнились слезами — не столько от физической боли, сколько от острой обиды и отчаяния, разрывавшего маленькое сердце. — Но мой дом здесь! — воскликнул он дрожащим голосом. — Я хочу быть с тобой, с небесными драконами! Хочу стать таким же храбрым и сильным, как ты и мама! При упоминании матери что-то болезненно дёрнулось в глазах уставшего дракона, но он лишь презрительно фыркнул, отворачиваясь обратно к тёмной глади реки. — Какой же ты упрямый баран! — прохрипел он. — Пока рога себе не отшибёшь, не успокоишься! Почему ты не можешь быть похожим на свою сестру? Сидеть смирно в безопасном месте, подальше от этой проклятой войны! Его голос становился всё более надрывным. — Ты хоть представляешь, сколько усилий нам стоило спрятать вас? Кто вообще помог тебе проникнуть к небесным драконам? — Один добрый дракон! — взбодрился дракончик, в его голосе зазвучала надежда. — Папа, я хочу сражаться! За честь, за славу, за небесное королевство! Хочу стать героем, как… — Заткнись! — взревел дракон так, что птицы в ужасе взмыли с ближайших деревьев. — Не смей упоминать при мне это имя! И никакой он не герой! Очередной безумный кровожадный маньяк, сошедший с ума, как всё это проклятое племя под правлением тиранши! — Но папа… — Заткнись! — Голос дракона треснул от ярости и боли. — Я говорю тебе в последний раз: убирайся отсюда и никогда больше не возвращайся! Это королевство погрязло в тирании и жестокости! Здесь нет места таким наивным дракончикам, как ты! Однако дракончик, вместо того чтобы испугаться, только сильнее сжал когти и решительно поднял голову: — Тогда я спасу небесное королевство и стану настоящим героем! — выкрикнул он со всей страстью юной души. — И мы все вернёмся в тот день, когда мама была жива, а у тебя было крыло! Увидишь! С этими словами дракончик резко развернулся и взмыл в воздух, не оглядываясь на отца, чья мордочка исказилось от боли. Взрослый дракон долго смотрел в ту сторону, куда исчез его сын — маленькая тёмная точка на фоне звёздного неба. Потом медленно, поднял лапу и закрыл ею морду. — Какой же дурак… — прошептал он в пустоту, и его слова растворились в речном шуме. — Столько усилий было приложено, чтобы не повторить ошибок, допущенных с первым выводком… И всё напрасно. Этот упрямец вернулся на верную смерть. Слёзы капали с его израненной морды на холодные речные камни, смешиваясь с журчащей водой, которая уносила их прочь, в неизвестность, словно надежды и мечты, которые он когда-то лелеял для своих детей.

***

Время тянулось мучительно медленно, а сон никак не приходил. Лежа одна в постели, я остро ощущала пустоту рядом с собой — чего-то не хватало, а точнее, кого-то. Мысли неотступно возвращались к сегодняшнему разговору. Не переборщила ли я с резкостью? Может, стоило сдержаться? Совесть грызла изнутри, заставляя ворочаться. Внезапно до меня донесся знакомый звук — тихий скрип открывающейся двери. Сердце екнуло от облегчения. Через несколько мгновений в спальню вошёл Смерч, его силуэт темнел в дверном проёме. Я приподнялась на локте, всматриваясь в усталые глаза мужа: — Поздновато ты сегодня. Обычно это я возвращаюсь домой, когда ты уже мирно посапываешь. Смерч протяжно зевнул и устало потёр морду: — Да, засиделся допоздна — читал письма и доклады про тех малышей, о которых ты мне рассказывала. Хоть я был их наставником недолго, но душа не на месте — хотелось узнать, как они поживают. Дракон осторожно расположился рядом со мной, бережно укрыв меня своим тёплым крылом. — Смерч, насчёт того, что произошло днём… — начала Пик. — Прости меня, если была слишком… слишком резкой с тобой. — Всё в порядке, милая, — он посмотрел ей прямо в глаза, и в его взгляде читалась искренность. — Я прекрасно понимаю, что не справляюсь со своими обязанностями. Не буду врать — я привязался к этим драконятам, и мне невероятно трудно быть строгим, даже если это идёт им на пользу. А ведь у них и так занятий больше, чем в других учебных лагерях за пределами Дворца… — У меня тоже далеко не всё гладко, — призналась Пик, скрипнув зубами от напряжения. — Из-за постоянных переработок и недавних событий я вся на нервах. — Тебе нужно больше отдыхать, — Смерч нежно коснулся моей лапы. — Постоянно злиться и находиться в стрессе вредно для здоровья, особенно в твоём положении. Разве тебе не положен отпуск? — Только через месяц, и всего на три месяца. А сейчас… — Пик насторожилась, быстро оглядев комнату и окна, затем подала особый жест лапой — знак, означающий «не выказывать недовольство королевой Пурпур». — Тебя что-то тревожит? — Смерч мгновенно понял её намерения. — За последние три недели произошло четыре серьёзных инцидента, — понизив голос до шёпота, начала Пик рассказывать. — Сначала взрыв у моста — обрушившаяся конструкция убила одного дракона… — Слышал об этом, — кивнул Смерч. — Но разве после расследования не выяснилось, что это была не диверсия, а просто неосторожное обращение с Драконьим Пламенем (взрывчатыми кактусами)? — Это только прикрытие, — мрачно продолжила Пик. — На самом деле кто-то хотел подложить взрывчатые кактусы прямо под дворец. Взорвать и обрушить его целиком! К счастью, моим шпионам удалось вовремя обнаружить и обезвредить их, иначе… — Пик замолчала, не желая проводить сравнения, что дворец сложился бы как карточный домик, учитывая количество взрывчатки. — Об этом я не слышал, — нахмурился Смерч. — Думаешь, в этом замешаны другие племена? Иначе я просто ума не приложу, какой небесный дракон стал бы пытаться подорвать целый дворец. Ведь здесь живёт не только королева, но и множество мирных драконов, никак не связанных с войной. Те же драконята… — Я думаю точно так же, — согласилась Пик. — К сожалению, даже под самыми жестокими пытками двое схваченных преступников предпочли умереть, чем заговорить. Помимо попыток взрыва, была ещё попытка отравления и нападение ассасина. Избежать жертв не удалось, зато стало ясно — ими кто-то руководит, и их цель — королева Пурпур. — Судя по их действиям, эти твари готовы на любые методы и любые жертвы, лишь бы выполнить задание, — произнёс Смерч с нескрываемым отвращением. — Вот именно это меня и бесит! — не сдержавшись, выплеснула Пик накопившуюся злость. — Из-за этих придурков мне приходится работать до поздней ночи, выслушивать их дурацкие вопли во время допросов, постоянно думать и нервничать. Именно поэтому я была такой раздражительной днём. Скорее бы поймать их главаря и посадить на кол! Хотя пусть лучше повиснет на кресте и мучается до самой смерти за то, что заставляет меня так страдать. Смерч молча обнял меня крепче, и в этом объятии я почувствовала долгожданное спокойствие. — Вот это правильно! Полностью тебя поддерживаю! — Согласился Смерч.

***

Глухая полночь окутала дом у реки своим темным покрывалом. Лунный свет едва пробивался сквозь густые кроны деревьев, отбрасывая причудливые тени на поляну, где собрались три дракона. Река журчала неподалеку, но драконы были слишком поглощены своими делами, чтобы внимать ее песне. Больше всего внимания привлекала массивная земляная драконесса с рваным ухом, которое лишь подчеркивало ее грозный вид. Крапива металась взад-вперед возле деревянного дома, её тяжелые когти оставляли глубокие борозды в мягкой земле. Каждый её шаг излучал едва сдерживаемую ярость, а в глазах плясали языки безумия. Ненависть пожирала её изнутри, словно раскаленные угли, превращая некогда могучую воительницу в одержимую тень самой себя. Двое других земляных драконов сидели в стороне, прислонившись к замшелым валунам. Усталость и разочарование читались в их позах — они уже почти потеряли надежду на успех. Месяцы поисков, десятки неудачных попыток, и всё ради призрачного рецепта, который никто не мог повторить. Существовал ли вообще дракон в Пиррии, способный воссоздать этот загадочный наркотик? Наконец, когда первые лучи рассвета начали пробиваться сквозь листву, дверь дома скрипнула. Из неё вышел худощавый небесный дракон с бледно-красной чешуей, которая в предрассветном свете казалась почти розовой. Его янтарные глаза, обычно пылающие внутренним огнем, теперь выглядели потухшими от усталости. В дрожащих лапах он держал небольшую глиняную чашу, наполненную зеленоватой жидкостью. — Ну и задачку вы мне задали! — устало выдохнул небесный, отирая пот с чешуйчатого лба. — Кто вообще придумал такой способ обработки ингредиентов? Это же чистое безумие! — Один тупица! — Крапива мгновенно оказалась рядом, её глаза горели маниакальным блеском при виде результата многочасовой работы. — Это и есть «Зеленый чай»? Скорее к пленнику! Песчаный дракон находился неподалеку, крепко связанный толстыми веревками. Его охраняли морской дракон с переливающейся сине-зеленой чешуей и еще один земляной — оба выглядели настороженно, готовые в любой момент вмешаться. Пленник то и дело дергался, пытаясь освободиться, но узы держали крепко. Не раздумывая ни секунды, Крапива развязала кляп, зажимавший пасть дракона, и безжалостно влила ему в глотку содержимое чаши. Песчаный дракон отчаянно сопротивлялся, мотал головой и рычал, но Крапива была значительно сильнее. — Работает? — с напряженным любопытством поинтересовался Ворон, дракон-алхимик, сотворивший эту пробную версию зелья. Подопытного дракона внезапно начало трясти мелкой дрожью, которая быстро усилилась и прошла волнами по всему его телу. Когда конвульсии прекратились и он пришел в себя, из его глотки вырвался отчаянный крик: — Чем вы меня отравили, твари! — Дракон собирался выпустить струю пламени, но Крапива молниеносно перевязала ему морду толстой веревкой. — Глаза… они слегка позеленели, — заметила одна из подручных Крапивы. — Раньше такого не было ни с одним подопытным… — Возможно, мы наконец на правильном пути! — в голосе Крапивы зазвучали нотки истерического восторга. — Нужно проследить, вызывает ли это зависимость. Если да, то нам наконец удалось воссоздать этот проклятый наркотик! После стольких месяцев мучительных усилий, после бесчисленных неудач, после стольких отказов других алхимиков… — Доза была довольно концентрированной, так что побочные эффекты должны проявиться быстро, — произнес травник, задумчиво покачивая головой. — Но если мы планируем подсаживать драконов на наш «чай», лучше начать с более разбавленных версий. — Сколько? — не выдержала Крапива, в её голосе звучала едва сдерживаемая жадность. — Чего сколько? — не понял вопроса небесный алхимик. — Сколько нам потребуется этого зелья, чтобы захватить всё Небесное королевство? — Крапива вся дрожала от ненависти, её когти вонзались в землю так глубоко, что из-под них сочилась грязь. — Невероятно много! — Ворон покачал головой, представляя масштаб предстоящей работы. — Нужно будет создать целые плантации ингредиентов, не говоря уже о том, что варить зелье в таких количествах… Ты же понимаешь, что нам придется регулярно готовить «Зеленый чай», а я один точно не справлюсь с такими объемами. Мне понадобятся помощники — целая команда алхимиков. Я готов заняться этим делом, если ты займешься поиском рабочей силы и ресурсов. Крапива внезапно рассмеялась — звук был настолько истерическим и пугающим, что даже её соратники переглянулись с беспокойством. Никто не понимал причину этого безумного смеха. — Не могу поверить в эту иронию судьбы! — выдохнула она между приступами хохота. — Среди всех травников и алхимиков Пиррии воссоздать чай смог только небесный дракон, у которого точно такое же одержимое желание отомстить своему же племени! Можешь хотя бы назвать причину, почему ты готов их всех уничтожить? — Разве нужна особая причина для справедливого возмездия? — усмехнулся травник, но в его янтарных глазах мелькнула боль. — Впрочем, ты права — причина есть, и она заключается в том, что…