Глава 96. Собрание членов «Единства»

Глава 96. Собрание членов «Единства»

Прошло чуть больше года со дня, как Смерч и Пик остановились в небесном королевстве

Радужное королевство

Небольшая радужная драконесса с переливающейся лилово-лаймовой чешуёй, сверкающей под лучами солнца, весело перепархивала с одной ветки гигантских деревьев на другую. Она искусно маневрировала крыльями, а её гибкий хвост служил прекрасным балансиром, помогая удерживать равновесие. Достигнув массивной ветви, покрытой мягким изумрудным мхом, драконесса озорно повисла вниз головой, обвив хвостом шершавую кору. Её глаза, искрящиеся любопытством и задором, высматривали отставших спутников. — Ну же, мы уже совсем близко! — звонко крикнула она, заметив двух других радужных драконов, неспешно приближающихся к ней. — Вы там не заснули? Её голос, мелодичный и звенящий, эхом разнёсся по лесной чаще. — Радуга, откуда в тебе столько сил… — тяжело дыша, проворчал более крупный пухленький дракон с небесно-голубой чешуёй и небольшим округлившимся животиком. Капельки пота блестели на его лбу, а крылья устало подрагивали. — Надеюсь, это что-то действительно стоящее, а не очередная твоя выдумка, — скептически заметила изящная драконесса с переливающейся розовато-фиолетовой чешуёй, грациозно опускаясь на соседнюю ветвь и пытаясь восстановить дыхание. — Обещаю, вам понравится! — воскликнула Радуга и, оттолкнувшись от ветки сильными задними лапами, сделала красивый кувырок в воздухе. Её тело на мгновение превратилось в сверкающую спираль, а затем она вновь устремилась вперёд, заставляя друзей с тяжёлыми вздохами следовать за ней. Спустя некоторое время, когда солнце уже поднялось высоко над вершинами деревьев, драконы наконец добрались до просторной поляны, усыпанной цветами всевозможных оттенков. Благоухание нежных лепестков наполняло воздух сладким ароматом, а трепещущие на лёгком ветерке стебли создавали впечатление волнующегося цветочного моря. — Смотрите! — восторженно выдохнула Радуга, аккуратно приземляясь на широкие листья папоротника, окаймлявшие поляну. — Неправда ли это прекрасно? Она старательно балансировала, чтобы не смять ни единого цветка, глаза её сияли от восхищения. — Поле цветов… — разочарованно фыркнул голубой дракон, утирая лапой выступивший на лбу пот. — Да, разве они не волшебны? — Радуга подпрыгнула на месте, но по мордочкам друзей было видно, что они не разделяют её восторга. Внезапно розовато-фиолетовая драконесса напряглась. Её ушки встали торчком, а зрачки сузились до тонких вертикальных линий. Тело мгновенно приняло настороженную позу. Пухленький радужный дракон заметил эту перемену: — Что-то не так? — прошептал он, инстинктивно понижая голос. В ответ драконесса лишь резко шикнула, её чешуя начала мерцать и менять оттенок, подстраиваясь под окружающую растительность. Она бесшумно двинулась в сторону густого подлеска, растущего на краю поляны. Двое её спутников переглянулись и последовали за ней, также активируя свой природный камуфляж. Их тела словно растворились в окружающем пейзаже, становясь едва различимыми даже для самого пристального взгляда. Они крались недолго. За плотной завесой листвы раскинулся военный лагерь. Палатки из плотной ткани, сложенное штабелями оружие и, самое тревожное, — не менее двух десятков небесных драконов, облачённых в металлическую броню, подогнанную по их мощным телам. Эти воины деловито сновали туда-сюда по лагерю, проверяя оружие и снаряжение. — Ну, сколько нам ещё ждать?! — раздался из центра лагеря громкий, нарочито раздражённый голос. — Долго ещё ждать, когда будут готовы остальные отряды?! Мне не терпится пролить кровь этих радужных недодраконов! Пухленький радужный дракон издал тихий испуганный возглас и тут же прижал лапу к пасти, боясь, что их обнаружат. Его сердце колотилось так громко, что казалось, его стук разнесётся по всему лесу. Небесные драконы продолжали заниматься своими делами, не подозревая о притаившихся наблюдателях. Трое воинов, стоявших у самого края лагеря, продолжили разговор, не понижая голоса. — Нам нужно выждать, — произнёс один из них. — Их королевы — полные дуры, продолжают игнорировать проблему, которая играет нам на лапу. Ещё недели две, и никто из радужных даже встать не сможет. Вот тогда мы и нанесём удар! Его пасть растянулась в хищной улыбке. — Убивать полудохлых… Но это скучно! — громко фыркнул другой небесный, так что его голос разнёсся по всему лагерю. Трое радужных драконов начали медленно и бесшумно отступать, двигаясь задом наперёд и стараясь не издать ни звука. Лишь когда лагерь небесных полностью скрылся из виду, они осмелились остановиться. — Они хотят на нас напасть… — прошептала розовато-фиолетовая драконесса, её тело мелко дрожало, а чешуя окрасилась в зеленый от страха. — Да ладно вам, их там всего двадцать шесть, справимся! — заявила Радуга, храбро выпятив грудь и расправив крылья. — Двадцать шесть? Я не знаю, сколько это точно, но их там очень много! — возразила подруга, её чешуя окрасилась в тревожные тона. — И они сказали, что ждут подкрепления, а значит, их будет ещё больше! — Может, расскажем королеве? Только пусть кто-то другой это сделает, а то мне никто не верит! — добавила Радуга, состроив обиженную гримасу. — А у нас есть выбор? Троица взмыла в воздух и стремительно полетела к родной деревне, расположенной в сердце леса. Добравшись до поселения, они увидели на центральной площади большое скопление радужных драконов, окруживших со всех сторон трех королев. Драконы кричали жалобами и просьбами. — У нас проблемы! Послушайте! Дайте пройти! — закричал запыхавшийся голубой дракон, проталкиваясь сквозь толпу. Но ни его, ни его спутников никто не спешил пропускать. Со всех сторон доносились жалобы: — Я снова отравилась этими ягодами! Какой ужас! Как можно было опять собрать неспелые плоды? Надо что-то с этим делать! — возмущённо кричала пожилая драконица с потускневшей от времени чешуёй, а остальные согласно кивали и поддерживали её недовольными возгласами. — Кто там собирает фрукты?! Лишить его дневного сна! Как можно собрать только гнилые и несъедобные плоды?! — ворчал массивный дракон с потускневшей от возраста чешуей, его голос грохотал над площадью подобно раскатам грома. — Королевы, решите уж что-нибудь с этим жутким шумом по ночам! — взмолилась юная драконесса. — И с этими странными звуками, совсем не похожими на драконьи, во время дневного сна! — добавил ещё один радужный, зевая до слёз. Его некогда яркая чешуя заметно побледнела от усталости, а веки отяжелели. — Кто-то повалил огромное дерево! Там след, словно его когтем разрезали! — испуганно воскликнул молодой дракон, прижимая крылья к телу. — Теперь мне страшно ходить к ручью. Что там за монстр, способный одним ударом свалить тропическое дерево?! — Другие драконы вокруг нервно кивали, перешёптываясь и бросая тревожные взгляды в сторону реки. — Разберитесь уже с этим тупицей! Сколько можно просить, он такой… — начал один радужный, мгновенно окрасившийся в яростно-алый цвет, но его перебил другой, чья чешуя вспыхнула золотисто-оранжевым огнём негодования. — Сам ты тупица! Это ты не прав! Я учился этому ещё, когда твоего яйца и в помине не было! — прорычал второй дракон. Казалось, собралась вся деревня. Каждый дракон на что-то жаловался, плотным кольцом окружив трёх оставшихся королев, не давая им даже проходу. Воздух звенел от гневных восклицаний, недовольного рычания и взмахов крыльев. Наблюдая за этим хаотичным зрелищем со стороны, Радуга довольно улыбалась, её чешуя играла оттенками золотого от еле сдерживаемого веселья. Вот только её ухмылку приметил пухленький друг. — Чего там весёлого ты опять нашла? — фыркнул он. — Нам надо срочно сообщить королевам, но до них не докричишься! — Дракон пытался протиснуться сквозь толпу, но собрание было настолько оживлённым, что невозможно было пробиться. Когда он уже собирался взлететь, над площадью разнёсся оглушительный рык. — ВСЁ!!! — прокричала одна из королев, её чешуя мгновенно окрасилась в ярко-алый цвет ярости, а глаза сверкнули подобно молниям. — С меня довольно! Это просто невыносимо! Почему вы никак не отстанете?! Это превратилось в настоящую пытку! С меня довольно, я больше не королева! Теперь это их проблема, не моя! — Она указала острым когтем на Блеск и Грацию, прежде чем с силой оттолкнуться от земли и скрыться за ветвями огромных деревьев, оставив после себя лишь завихрения пыли и оглушённую толпу. — Бедняжка, — злорадно усмехнулась Радуга, её чешуя переливалась самодовольными оттенками. — Не продержалась и недели. Какая это уже по счёту королева за шесть месяцев? Двенадцатая? — Делать тебе нечего, как забивать голову ерундой! — фыркнула подруга. — Быть королевой — самая неблагодарная работа отныне. Даже удивительно, как Блеск и Грация всё ещё держатся. Как думаете, кто будет следующей и кто придёт на их место? — Не знаю, но уже несколько самцов пытались стать «королевами», но… — Пухленький дракон задумчиво почесал подбородок когтем. — Что-то в последнее время быть королевой ещё хуже, чем раньше! Быть может, это как-то связано с прилётом той… морской-радужной и её товарищами? — Ты про Шторма? — напряглась Радуга. — Она же здесь от силы месяц, даже меньше. Как она вообще может быть связана с этим? — рассмеялась радужная, всеми силами удерживая свою чешую от предательского изменения цвета. — Кстати, Голубоглазки и Папоротника нигде не видно, — не заметил их товарищ, щуря глаза и вытягивая шею над толпой. — Обычно они первые, кто летит жаловаться королевам! Радуга внимательно наблюдала, как Блеск и Грация о чём-то шептались. Издалека было не слышно, но их напряжённые позы и резкие жесты говорили сами за себя. Наконец, Блеск расправила крылья и вышла вперёд, чтобы обратиться к толпе. — Молчать! — Её голос прокатился над площадью, заставляя даже самых шумных драконов притихнуть. — Есть тут кто-нибудь, кто хочет стать новой «королевой»? — В ответ на площади воцарилась гробовая тишина, лишь ветер трепал чешуйки на крыльях собравшихся. — Да ладно вам, это такая лёгкая работа. Ну кто-нибудь! Хоть самец, хоть самка! Любой! Но в ответ — лишь тишина. Казалось, толпа застыла в ужасе, опасаясь, что королева назовёт чьё-то имя, и несчастному придётся взвалить на себя это бремя, когда все жалобы обрушатся на его голову, не оставляя ни минуты личного времени. — Хорошо, — вздохнула Блеск. — Тогда я могу выдвинуть кандидатуру одной драконессы. Вам она знакома… Шторм! — Её голос прозвучал торжественно, словно удар гонга. — Вы же не против, если она станет королевой? Словно по волшебству толпа расступилась, образуя проход к центру площади, по которому неспешно шествовала светло-синяя морская драконесса. Её округлившийся живот был заметен издалека, а тело украшали драгоценности. Толпа зашепталась, переговариваясь вполголоса, пока один из драконов не выкрикнул: — Она хороший вариант! Если только не будет заставлять нас работать… И толпа тут же подхватила, словно единый организм: — Да! Да здравствует новая королева! Да здравствует новая королева! — Воздух наполнился радостными возгласами. — Я так рада… — начала Шторм, слыша овации, но едва она успела произнести эти слова, как вновь поднялась волна жалоб, сливающихся в безумную какофонию звуков. Каждый дракон стремился быть услышанным первым, создавая хаос из криков, рычания и взмахов крыльев. Радуга внимательно следила за происходящим, её острое зрение позволило заметить, как Грация, обращаясь к новой королеве, отчётливо произнесла движениями губ, языка и пасти: «Поздравляю, теперь разгребай, что вы тут напортачили!» Её глаза сверкнули злорадным удовлетворением. — Прошу тишины! — повысила голос Шторм. — Я решу проблему каждого, но не всех сразу. Сперва я назначу советников, каждый из которых будет отвечать за определённую область. Затем внесу новые указы. Не стоит беспокоиться. Ваша жизнь не станет хуже. Напротив, моя цель — улучшить её и оградить от всех опасностей. — Она ласково погладила свой округлившийся живот. — Но давайте по порядку, пока мы не сбились. Вот мои кандидаты на должность советников. Со временем этот список увеличится, но начнём с основных… Советник по здравоохранению — Папоротник. Фиолетовый радужный дракон, плавно вылетел в центр площади. Толпа зашепталась, многие драконы морщили лбы, пытаясь не просто понять, но и выговорить такое сложное слово как «здравоохранение». — Он превосходно разбирается в целебных свойствах цветов, трав и растений, — Шторм кивнула в его сторону, — но многому ему ещё предстоит научиться. Надеюсь, обучение у лекарей принесло свои плоды? — поинтересовалась королева. — Да, у меня есть определённый прогресс… — он отошёл в сторону. — Дальше провизия — за неё будет отвечать Голубоглазка, — объявила новая королева, когда небольшая драконесса с голубой чешуей и золотыми орнаментами на плечах, крыльях и хвосте и глазами, напоминающими два сапфира, грациозно выпорхнула из толпы. — Надеюсь, ты научилась считать? Голубоглазка рассмеялась, и её смех прозвучал как перезвон серебряных колокольчиков: — Да, на меня можно положиться! — За оборону и военную подготовку будет отвечать… Хамеле… — не успела королева договорить, как земля содрогнулась от тяжёлого приземления. Неподалёку опустился огромный ночной дракон с чешуёй чернее безлунной ночи. Его мускулистое тело казалось вырезанным из обсидиана, а глаза сверкали, как два уголька в темноте. — Эй! Меня зовут Оборотень! — прорычал он. — Хватит путать моё имя! Затем его чёрные, как бездна, глаза с ехидной и злорадной улыбкой обратились к толпе. Вокруг его массивного тела, казалось, сгущались тени. — Нас ждут тяжёлые времена, и моя задача — подготовить воинов для защиты, — глубокий голос Оборотня эхом разносился по площади. — Но предупреждаю сразу: я строгий наставник! Вы будете глотать траву, блевать или падать в обморок, но выполните дневную норму! Всё понятно? По толпе пробежала волна беспокойства, но возразить такому внушительному дракону никто не осмелился. Лишь несколько молодых драконов в задних рядах нервно переглянулись, их чешуя позеленела от страха. — Знай меру и следуй полученным инструкциям, Оборотень, — голос Шторма похолодел, как ледяной ветер с гор. — Иначе… Огромный ночной дракон, несмотря на свои внушительные размеры, мгновенно притих и опустил голову. — Да, да, всё понял! — пробормотал он, но в глазах всё ещё плясали злорадные огоньки — радужным придётся несладко под его командованием. — За экономику будет отвечать Грация, — продолжила Шторм, взглянув на старую драконессу, которая сидела в стороне с надменным видом. — Меня-то зачем сюда пропихнули? — возмутилась старая королева. — Ничего я делать не буду! — Увидите, вы передумаете, — спокойно ответила Шторм, и в её голосе слышалась уверенность горного потока, который всегда найдёт свой путь. — Пока экономики тут как таковой нет, но скоро всё изменится. За внутреннюю политику будут отвечать Блеск и Сталактит, — объявила Шторм. Бывшая королева уже стояла на своём месте. Но вот небесный дракон прилетел, рассекая воздух, как стрела. Его мускулистое тело, переливающееся оттенками багровой ночи, вызвало восхищённые вздохи в толпе. — Да, это я! — гордо провозгласил Сталактит, расправляя мощные крылья. — К ним направляйте с жалобами, — пояснила Шторм, терпеливо глядя на не вполне грамотную толпу. — Они будут распределять их между мной и другими советниками в зависимости от проблемы. Драконы уже собирались выкрикивать свои первые жалобы, но королева подняла крыло, и над площадью снова воцарилась тишина. — И напоследок, драконесса, отвечающая за науку и образование — Радуга, — объявила Шторм, её голос звучал особенно тепло. — Радуга, выходи! Радуга, казалось, не была удивлена назначением. Зато её друзья, стоящие рядом, ошеломлённо уставились на неё, их челюсти буквально отвисли от изумления. — Не волнуйтесь, я всё вам расскажу потом и заодно сообщу о текущей проблеме! — шепнула Радуга друзьям, ободряюще взмахнув хвостом, прежде чем направиться к центру площади. — Если честно, я удивлена, что выбрали именно меня, — произнесла она, поклонившись королеве, — но обещаю, что всё будет в лучшем виде! Шторм удовлетворённо кивнула. — На этом пока всё, — подвела итог новая королева. — Дальнейшие указы будут объявлены позже, а сейчас прошу всех, у кого есть неотложные проблемы, встать в очередь к залу приёма. Советники, прошу следовать за мной.

***

Когда сумерки окутали деревню и большинство радужных уже погрузились в сон, Радуга, полная неиссякаемой энергии, продолжала рассекать воздух сильными взмахами крыльев. Она ловко маневрировала между деревьями, покидая поселение. Путь не был ни чрезмерно долгим, ни слишком коротким. Наконец, драконесса достигла укромного места — пещеры, скрытой от посторонних глаз густой растительностью и поваленным деревом. Проскользнув внутрь, она сразу была встречена мягким, таинственным свечением подземных растений. Радуга замедлилась, любуясь причудливыми лианами и диковинными цветами, которые каскадом спускались со стен пещеры, словно живой светящийся гобелен. Её походка стала игривой и почти танцующей, когда она наконец вышла в просторный зал пещеры, где уже собрались несколько драконов — впрочем, далеко не все ожидаемые участники встречи. Среди присутствующих был Сталактит, чья голова то и дело опускалась от одолевающей его дремоты. Неподалёку Папоротник вёл оживлённую беседу с Голубоглазкой, их голоса эхом отражались от каменных сводов. Чуть поодаль расположился Хамелеон, сегодня принявший морской облик. Радуга невольно улыбнулась, глядя на него. После того как он вернул свои зачарованные игрушки, Хамелеон буквально светился от счастья, меняя образы по несколько раз на дню. Драгоценный мешочек с магическими предметами теперь всегда висел у него на шее, и дракон берёг его как зеницу ока. Радуга отметила, что не хватает ещё двух драконов из тех, кто должен был прибыть лично. Она уже собиралась найти себе место, когда позади раздался тихий, но глубокий голос: — Радуга, всё так же энергична, как юный дракончик, только что вылупившийся из яйца. — В словах звучала добродушная насмешка. — У нас не было времени поговорить раньше, но хотелось обсудить, как прошло «вторжение» небесных? Драконесса обернулась и увидела Сталагмита. Её сердце сжалось от тревоги — в последнее время он выглядел болезненно и совсем не походил на своего брата-близнеца. Некогда могучий дракон заметно исхудал, его мускулы словно растаяли под чешуёй. Взгляд, обычно яркий и проницательный, теперь казался усталым и потухшим, а грудь то и дело сотрясалась от приступов кашля. — О, здравствуйте! — воскликнула Радуга, не в силах устоять на месте и невольно подпрыгивая. — Мне даже не пришлось особо стараться — королевы и без моих усилий боятся должности как огня! — Хорошо, очень хорошо… — медленно кивнул Сталагмит. Его голос, хоть и ослабевший, сохранял прежнюю глубину и мудрость. — Похоже, глава ещё не прибыла. Почему бы нам не скоротать время за приятной беседой? — Он жестом указал в сторону выхода из зала, где они могли подождать в относительном уединении. — Почему бы и нет! — с энтузиазмом согласилась Радуга. — Всяко лучше, чем бегать за своим хвостом или хвостом Сталактита! — Её смех, звонкий и искренний, отразился от стен пещеры серебристым эхом. — Похоже, вы с ним на одном потоке ветра, — задумчиво произнёс Сталагмит, медленно шагая рядом с радужной драконессой. — Даже удивительно, что вы так подружились за столь краткий срок. Зная твой характер, я думал, ты обидишься на него за пару бестактных высказываний, а вы, напротив, нашли общий язык. — Ха! Да какая же я обидчивая! — Радуга снова рассмеялась, но на этот раз в её смехе проскользнули напряжённые нотки. Она замедлила шаг, её чешуя на мгновение слегка изменила цвет, выдавая внутреннее беспокойство. — Разве меня могут задеть пара неловких слов, говорящих правду? — Тебя что-то тревожит, — не спросил, а утвердительно произнёс Сталагмит. В его голосе звучала забота. — Ты можешь поделиться, если хочешь. Возможно, я смогу чем-нибудь помочь. Радуга на мгновение замерла. Её крылья нервно дрогнули, а радужная чешуя на миг приобрела тревожный оттенок. — Просто… Не знаю, это… — она запнулась, стараясь подобрать слова. — В общем, до сих пор не могу осознать, как я оказалась в центре заговора против радужного племени… — Последние слова она произнесла почти шёпотом, одновременно пытаясь контролировать цвет своей чешуи, чтобы скрыть истинную глубину своего беспокойства. — Разве… — начал Сталагмит, но нахмурился, услышав приближающиеся шаги. Вскоре в коридоре показались силуэты Шторма и Блеск, озарённые мягким светом фосфоресцирующих растений. — Извините, что опоздали, — произнесла Шторм, её голос заполнил пространство, — но столько дел… — О, вам не нужно извиняться, ваше величество, — мягко возразил Сталагмит. — Вы всё же теперь королева, а королева никогда не опаздывает, это другие приходят раньше времени. — Закончив фразу, он не смог сдержать приступ кашля, прикрыв пасть крылом. — Да… я так волновалась, и там… и сейчас… — Шторм выглядела смущённой от официального обращения. — Я королева… Но титул мне не важен, так что не надо этих формальностей — они мне никогда не нравились. Всё это для общего дела! — Она пристально посмотрела сначала на Сталагмита, затем перевела взгляд на Радугу, словно ища поддержки. — Разумеется, — с почтительным кивком Сталагмит отступил в сторону, открывая путь. — Почему бы нам не начать наше совещание членов «Единства»? Шторм согласно наклонила голову, и вскоре все собравшиеся заняли места в главном зале, рассаживаясь в круг на каменных возвышениях. Воздух в пещере, казалось, стал гуще, наполнившись ожиданием. Королева бережно коснулась толстого нефритово-золотого браслета на своей левой передней лапе. В центре украшения была искусно закреплена ограненная чёрная жемчужина, внутри которой пульсировал единственный тёмно-зелёный огонёк и несколько мерцающих серых искр, словно далёкие звёзды в миниатюрной вселенной. Радуга невольно поморщилась, глядя на этот тёмно-зелёный огонёк. Орка всегда была неприятной личностью, с которой мало кто стремился общаться. Но сейчас это отошло на второй план. Как только Шторм прикоснулась к чёрной жемчужине, в сознании Радуги зазвучала приятная, успокаивающая мелодия — словно шелест ветра в горных вершинах, смешанный с далёким шумом моря. Драконесса, как и остальные присутствующие, приняла этот телепатический зов. Вскоре пустующие места в круге заполнились полупрозрачными фигурами драконов, видимыми только тем, кто подключился к этой особой связи. Это были оставшиеся члены «Единства», которые не могли прибыть лично — ночные драконы Гений и Камнерой, и песчаная драконесса Терн. Радуга почувствовала прилив радости, увидев Терн. За несколько месяцев знакомства они крепко сдружились, часто беседуя обо всём на свете. Особенно радужной драконессе нравилось обсуждать чисто женские темы. Ей было невероятно интересно узнать, каково это — быть беременной драконессой и отложить яйца, что песчаная уже сделала более чем два месяца назад. Радуга также отметила предсказуемое отсутствие Власты, партнёрши Шторма. Это не было удивительным — Единство никогда не вызывало у Власты ни малейшего интереса, и она предпочитала держаться в стороне. К тому же отныне она глаз не спускает со своих яиц, беспокоясь о них подобно настоящей любящей матери. — Хочу всех поздравить, — решительно начала Шторм, её голос отразился от каменных стен пещеры, наполняя пространство силой и уверенностью. — Мы успешно выполнили эту фазу, и практически всё готово к следующей! Полупрозрачный силуэт Терн, мерцающий золотистым песчаным светом, подался вперёд: — То есть, ты теперь королева? — в её голосе звучало сдержанное удовлетворение. — Да, всё прошло гладко! — порадовала всех Шторм. — Неудивительно, — фыркнул Сталактит, поудобнее устраиваясь на своём каменном возвышении. — Мы их шесть месяцев терроризировали мелкими пакостями! Я бы тоже отказался от этой должности, если бы меня донимали с утра до ночи. И как бы ты на них ни кричал, они приходили бы снова и снова со своими бесконечными проблемами. Сталагмит тяжело вздохнул, и его исхудавшая грудь поднялась и опустилась с видимым усилием. Глаза, тусклые от болезни, на мгновение вспыхнули прежней мудростью: — У меня было много других вариантов, как мы могли бы без крови и на законных основаниях заполучить престол радужных драконов. Более быстрые, изощрённые и прочие, но это уже не имеет значения, раз вы выбрали этот путь. — Он замолчал, погрузившись в короткое раздумье, прежде чем добавить с нотой сожаления: — Как жаль, что такое можно было провернуть только с радужными — самым мирным и беззащитным племенем… Хамелеон, сидевший неподалёку, внезапно преобразился — Теперь перед собравшимися сидел дракон, почти неотличимый от настоящего ночного: — И что дальше? Пустим ночных сюда? — спросил он, явно наслаждаясь своим новым обликом, гибко изогнув шею. — Ещё рано! — призрачная проекция Гения подняла лапу к подбородку в задумчивом жесте. — Надо что-то сделать с Провидцем. Он точно будет против, и от него будут проблемы. Если королева ничего не может сделать из-за своего положения, то… — он намеренно оставил фразу незаконченной, давая всем простор для размышлений. — К тому же, что насчёт последних подготовок с «Ядром»? Шторм коснулась своего нефритово-золотого браслета, и чёрная жемчужина в нём на мгновение вспыхнула ярче: — Я внесла все изменения, как ты и просил. Теперь не только я могу контактировать на расстоянии и соединять связь, но и все, у кого есть доступ. — Её голос приобрёл деловые нотки. — Пока есть три ранга. В третьем вы можете не только контактировать друг с другом, но и имеете частичный доступ к хранящимся в Единстве знаниям. — Она сделала паузу, обводя взглядом собравшихся. — В самый низкий, третий ранг, вошли Хамелеон, Власта, Сталактит и Сталагмит. Сталактит резко выпрямился, его дремота мгновенно испарилась: — А почему я так низко? — в его голосе звучало неприкрытое возмущение. — Есть причина… — мягко, но твёрдо ответила призрачная Терн, не вдаваясь в подробности. — Во второй ранг, с правом получать знания и некоторыми другими преимуществами, вошли: Голубоглазка, Блеск, Папоротник, Радуга и Камнерой, — объявила Шторм, внимательно оглядываясь, нет ли возражений. В ответ была тишина, нарушаемая лишь слабым эхом капель, падающих где-то в глубине пещеры. Радуга даже немного удивилась, что Камнерой не вошел в первый ранг, но, по всей видимости, именно он из-за страха своей силы все же убедил оставить его во втором ранге. — Хорошо, — продолжила Шторм, удовлетворённая отсутствием протестов. — Ну а в первый ранг я разместила драконов, которым больше всех доверяю и которые активно помогали с созданием самой системы Единства изнутри. Поэтому у них будет доступ к частичной редактуре и прочим дополнительным функциям. Это Гений и Терн. Это было ожидаемо для всех, и никто не высказал несогласия. — Наверное, я слишком тороплю события, — произнёс Гений, и его призрачные лапы заметно дрожали от едва сдерживаемого возбуждения, — но я просто сильно нервничаю от всех возможных преимуществ. Сейчас мы находимся на финальной стадии нашего проекта. Основы были заложены, защита учтена, свобода с возможностью выхода присутствует. — Но мы ещё не запустили наш проект, — задумчиво подметил Сталагмит. — Верно! — с энтузиазмом подтвердил Гений. — Но мы близки к этому! Пока мы создали полностью функциональную систему связи с проекциями и возможностью общаться на любом расстоянии. — Его глаза сияли, как две сверхновые. — «Потусторонний» мир с библиотекой знаний также был создан, но пока там никого нет. Главная проблема — это отсутствие тестов на работоспособность и то, как мы будем подключать к ней других драконов… — Точнее, выбор тех, кто достоин, — нахмурилась Терн, и её призрачный силуэт стал менее отчётливым, — ведь у каждого есть свой грешок. — Да, как мы договаривались ранее, тестерами могут быть драконы из второго и первого ранга. Когда мы залатаем все дыры и возможные ошибки, то будем ещё на шаг ближе к запуску, — с нескрываемым удовлетворением заключил Гений. В его глазах горел огонь учёного, стоящего на пороге великого открытия. — Правда, мне не хочется быть подопытной. — Радуга обвела взглядом присутствующих. — Да, я знаю, что личные секреты останутся под замком, и никто не сможет узнать их без разрешения владельца, но всё же… Как бы вы хорошо ни проработали систему защиты, доступа и возможности выйти в любой момент без последствий, я всё ещё побаиваюсь. Вдруг произойдут какие-нибудь ошибки… Вдруг я застряну в другом теле или кому-нибудь передадутся мои личные чувства, эмоции, воспоминания и знания? — В её голосе звучало искреннее волнение, хотя было очевидно, что сама идея проекта её интриговала. — Будто у тебя есть что там хранить! — фыркнул Сталактит в своей привычной, немного грубой, но прямолинейной манере. — Именно поэтому будут участвовать только добровольцы, — мягко вмешалась Шторм, бросив на Радугу понимающий взгляд. — Я никого не заставляю, но ошибки надо найти во избежание будущих проблем. — Тогда что нам остаётся? — подал голос Папоротник, до сих пор молчавший. — Если мы сможем «перенести» знания, то… мы мгновенно станем гениями в каком-то деле? — Мы работаем над этим, и сперва нужно убедиться, как это будет функционировать, — ответил Гений, его призрачные крылья раскрылись шире от возбуждения. — Самая сложная часть всё же остаётся с душами после смерти. Мы точно не будем убивать кого-то, чтобы тестировать это. Но если мы всё сделали правильно, то у них будет отдельный безграничный мир с возможностью ограниченно возвращаться и контактировать с живыми, но со строгим запретом наносить им вред. А также возможностью в любой момент по своему желанию умереть окончательно, как и должно быть. Как концепция — это очень интересно, и я очень надеюсь, что мы всё учли. Шторм величественно выпрямилась, давая понять, что готова подвести итоги: — Я всех выслушала. Следующее совещание будет в другом месте, а также мы проведём некоторые тесты. — Она сделала паузу, словно собираясь с мыслями. — В добавок я хочу проверить ещё один свой проект и хочу пригласить ещё одного дракона, который мог бы быть полезным как живой пример «Исправления». — Шторм замолчала, заметив, как изменились выражения морд других драконов. — Нет, только не Орка! — первой высказала своё категоричное возражение призрачная Терн. — Соглашусь, — вступил Сталагмит. — Я неоднократно объяснял причину, почему из всех драконов лично ты не можешь дать ей второго шанса. Это всё равно что пытаться простить собственного убийцу. — Вообще-то у меня был кое-кто другой на уме, к которому у меня никак не может быть… — Шторм на мгновение запнулась, подбирая слово, — пристрастности! — С видимым облегчением она вспомнила это заумное выражение, когда-то использованное Сталагмитом. После долгой, напряжённой паузы, она наконец произнесла имя того, кого хотела перевоспитать, и все присутствующие застыли в шоке. По пещере пронёсся единый вздох изумления, а затем разразились жаркие споры, эхом отдававшиеся от каменных сводов. Когда наконец страсти улеглись и пришло время расходиться, полупрозрачный силуэт Гения обратился к Шторму: — Шторм, лично я не поддерживаю твой выбор, как и многие присутствующие. Но, надеюсь, это сработает… — Он покачал головой. — Ладно, не важно. Когда ты собираешься это сделать? Спешу напомнить, что «задание», которое ты взялся выполнять от нашей королевы, немного затянулось. — Да, я знаю, — вздохнула Шторм, её крылья слегка опустились. — Пусть они продолжат с пророчеством. Как сказал Сталагмит, это нам на лапу, и если наш проект, как и война, затянется, то мы сможем при помощи Дракончиков Судьбы окончить войну. Мне не хочется подвергать радужное племя опасности, а небесное… — Она вопросительно посмотрела на Сталагмита. Тот поднял свою исхудавшую голову: — Я работаю над этим. Свергнуть Пурпур гораздо сложнее, чем занять престол радужных. — Он сделал паузу, словно взвешивая, сколько информации стоит раскрыть. — У меня есть кандидат, кто бы мог это сделать. Впрочем, поживём и увидим, как это закончится. — В его словах явно чувствовалась недосказанность. — Ты бы мог дать нам связаться с твоим кандидатом, — настаивала Шторм, слегка нахмурившись. — Кто он вообще? Можешь рассказать о нём? — Поживём — увидим, — повторил свой уклончивый ответ дракон. — Я всё ещё остаюсь скептичным, что даже имея поддержку двух или даже трёх племён, кто-то согласится с нашим проектом Единства. Пока живы три принцессы, единственное, что мы можем, — пытаться вывести из войны их союзниц. Ну или убить принцесс. Навряд ли с ними получится договориться. — Да… война всё ещё огромная беда… — задумчиво произнесла Шторм. — На этом совещание точно окончено. Я отправлюсь к нему, когда… — Она опустила взгляд на свой округлившийся живот и на этом закончила, не нуждаясь в дальнейших объяснениях. На пути к выходу новую королеву уже поджидала Радуга. — Тебя что-то беспокоит? — поинтересовалась Шторм. — Да, есть кое-что… Мы могли бы поговорить… — Радуга оглянулась, видя, что ещё не все ушли. — Наедине.