Глава 107. Путь к цели. Часть 1

Глава 107. Путь к цели. Часть 1

Пока мы шли к темнице, где содержался пленный ночной дракон, мой разум вовсю кипел, репетируя предстоящее представление. Нужно было продумать каждую фразу, каждое слово и в конце концов реалистично сыграть свою роль, чтобы он мне поверил. Наконец мы добрались до места. Изнутри раздавался звон цепей, который сразу смолк — предположительно, пленник услышал наши шаги. Заглянув в камеру, я увидел дракончика примерно пяти лет. Чёрная чешуя, тёмные глаза, крепкое телосложение — явно натренирован и, надо признать, недурён собой. Хотя пока не понимаю, как может пригодиться последняя деталь. Что касается размеров, то для своего возраста он не выделялся особо. Я в его годы была крупнее, а сейчас и подавно. Видимо, мамины гены дают о себе знать — возможно, лет через десять сравняюсь размером с Крушителем, потому что продолжаю расти, причём во всех обликах. Но не об этом сейчас… С чего же начать? По расширившимся зрачкам и напряжённому взгляду ясно — пленник явно удивлён, увидев меня. — Для меня это такое же удивление, как и для тебя. Не ожидал, что встречу соплеменника так скоро… — взрослый ночной вошёл внутрь и аккуратно снял с пленника намордник. — Вот! Теперь можем поговорить как следует. — Ты… — дракончик явно не знал, что сказать или спросить. — Да, ночной дракон. И, похоже, нас мучает один и тот же вопрос: «Что здесь делает другой ночной?» Я угадал? — взрослый дружелюбно улыбнулся. — М… да… — дракончик всё ещё был настороже. — Думаю, нет смысла скрывать. Я хочу помочь племени, и раз мне наконец удалось найти соплеменника, всё станет намного проще. — Гроза продолжала улыбаться дружелюбно, приветливо, словно встретила давнего друга. — Помочь? — В голосе дракончика прозвучало недоверие. — Брось, мы оба знаем, что ночное племя не в лучшем положении. Здесь только ты, я и мой самый доверенный дракон. Больше никого. Так почему бы нам не начать всё сначала? Со знакомства? — К удивлению Крушителя и самого пленника, ночной начал снимать с заключённого цепи. — Это Крушитель, мой верный генерал, а меня зовут Судьбокрыл. Когда последняя цепь упала с лап дракончика, тот стал выглядеть увереннее, но, как и подобает опытному ассасину, сохранял настороженность. — Потрошитель. Меня зовут Потрошитель, — представился дракончик, первым делом разминая крылья и затёкшие лапы. — Приятно познакомиться, Потрошитель! У нас друг к другу много вопросов, но сперва почему бы не найти место для разговора получше? Как-никак, тюрьма не способствует налаживанию доверительных отношений. — Судьбокрыл повернулся к небесному гиганту. — Крушитель, не мог бы ты предоставить нам более подходящее помещение? — Идёмте, — спокойно ответил Крушитель и двинулся вперёд. — Так… я всё ещё ваш пленник? — поинтересовался дракончик, идя рядом с Судьбокрылом. — Смотря как взглянуть. Лично мне не хочется держать в плену единственного встреченного соплеменника, но, с другой стороны, я ничего о тебе не знаю. Вдруг ты преступник, псих, дезертир, предатель или кто похуже? У нас обоих много вопросов друг к другу, и я надеюсь, что после разговора ситуация прояснится, — Судьбокрыл изо всех сил старался имитировать манеру речи и дружелюбие Сталагмита, не забывая приветливо улыбаться. Потрошитель не ответил, только продолжал смотреть мне в глаза. По его выражению было трудно понять, о чём он думает. Я же старался оставаться в роли и меньше думать в женском роде — не хотелось бы так глупо спалиться. Вскоре Крушитель привёл нас в уютную пещеру, увешанную всякими безделушками и драгоценностями, с горой свитков в углу. Усаживаясь за стол, я жестом пригласил дракончика сесть напротив. — Не голоден? — Потрошитель всё ещё был настороже, потому Судьбокрыл продолжил: — А вот я не против подкрепиться. Крушитель, будь добр, принеси нам что-нибудь перекусить. Крушитель молча удалился, и мы остались наедине. — Если хочешь спросить что-то важное, сейчас самое время, — подмигнул Судьбокрыл. — Кто ты на самом деле и что здесь делаешь? — недоверчиво посмотрел дракончик прямо в глаза. — На первый вопрос я уже ответил, а что касается второго… Всего лишь разбираю бардак, который устроила Пик. — Значит… то, что здесь творится… за всем этим стоишь ты, а не она? — уточнил Потрошитель, прищурившись. — Нет. Мы скорее были… союзниками. Но она зашла слишком далеко и немного сошла с ума. А то, что она умерла… сыграло мне на лапу, — Судьбокрыл внимательно следил за реакцией, и, похоже, дракончик немного расслабился. — Думаю, будет справедливо, если теперь моя очередь задать вопрос. Судя по изъятому оружию, ты ассасин. Тебе либо приказали следить за кем-то, либо убить. Если это был Ворон или Пик, что ж… твоя работа уже выполнена. — Да… что-то вроде того… — уклончиво ответил дракончик, задумавшись. — Это хорошо. Значит, всё будет куда проще. Ты ведь работаешь на Провидца? Можешь организовать мне встречу с ним? — Судьбокрыл оглянулся, заметив, что Крушитель принёс две порции говядины и поставил на стол. — Угощайся. Не бойся, она не отравлена. Но дракончик, конечно же, не притронулся к еде, хотя она и вправду была безопасной. — Так значит, ты знаком с ним? — поинтересовался Потрошитель, наблюдая, как Судьбокрыл, следуя манерам, аккуратно ест ножку. — Нет. Ты, можно сказать, первый ночной дракон, которого мне удалось найти. Потому ты так важен для меня. Ты — единственная ниточка, которая может привести меня к ним, — Судьбокрыл отвлёкся от еды, придавая словам больше искренности и вкладывая в голос надежду. Получилось ли убедительно? Потрошитель прищурился, явно замечая нестыковки. Всё правильно… продолжай… — Что-то не так? — поинтересовался Судьбокрыл, надеясь, что дракончик попался в ловушку. — Нет… просто… — Потрошитель явно что-то обдумывал, его настороженность только усилилась. — Понимаю, это кажется подозрительным. Я не был на вашем острове, но видел, что там творится. Никогда не встречал ни одного ночного, но знаю, кто отдаёт приказы помимо королевы. Ответ на поверхности — стоит лишь немного подумать. — Ты… — дракончика будто осенило. — Да, я провидец! С самого детства меня посещали видения — хорошие и плохие. Я не мог их контролировать, они всегда приходили сами по себе. Так я узнал о ночном племени и его состоянии. О грядущем будущем, которое не так радостно и прекрасно, как кажется. Потому я поклялся себе, что изменю его любой ценой, — Судьбокрыл прижал лапу к сердцу, всем видом демонстрируя, насколько это важно для него. — А что именно нас ждёт в будущем? — заинтересовался дракончик. — Я думал, ты не поверишь так быстро, и мне придётся рассказывать, что вы живёте на вулкане, голодаете и питаетесь несвежим мясом, — Судьбокрыл пододвинул порцию к Потрошителю, оторвал небольшой кусочек и демонстративно съел. — Она правда не отравлена. Точно не будешь? Стало заметно, что дракончик наконец расслабился и даже откусил кусок. Его поведение сразу изменилось после моего представления. — Можно кусочек… А то я действительно давно не ел. Так что насчёт будущего? — продолжил интересоваться Потрошитель. — Я видел… ночных драконов. К ним придёт «спаситель». Поддавшись его чарам, ночное племя окажется в дождевом лесу. Сперва они будут радостны, но их счастье продлится недолго. Вскоре все станут как один, и это станет началом краха. — Все как один? — нахмурился дракончик. — Да… Сейчас я знаю, что они называют себя «Единством». Насколько мне удалось выяснить, их мотивы благородны — они хотят остановить войну и принести мир в Пиррию. Но они используют дракомантию, а это не приведёт ни к чему хорошему. У вас ведь есть дракомант? Надеюсь, ещё не слишком поздно его предостеречь. Всё, чего я хочу, — вернуть племени былое величие и найти для него место, которое станет настоящим домом. Ты ведь жил там, верно? Знаешь, каково это — голодать. Знаешь, как голод и зависть могут осквернить душу. Поэтому прошу — ты должен мне помочь! Не будь эгоистом, помоги нашему племени! Всё, что нужно, — устроить встречу с Провидцем. — Это можно устроить. Я должен встретиться с ним через три недели… — Потрошитель задумался, казалось, его нужно было ещё немного подтолкнуть. — Ты уверен, что стоило мне так много рассказывать? И это место — что с ним будет? — То, что ты переживаешь о них, — лучшее доказательство, что я доверился правильному дракону. В том, что натворила Пик, есть часть и моей вины, потому я должен взять за неё ответственность. Я рассказал ей, что будет, а она сотворила множество ужасных вещей, используя меня и всех, кто попадался ей под лапы. Драконов постараемся вылечить и освободить, а это место… забросим, но убедимся, что созданный Вороном яд никогда больше не отравит чей-либо разум. — Это будет правильно… — согласился Потрошитель. — Я прикажу вернуть тебе оружие и найти комнату для отдыха. И да, лучше избегай небесных. Хоть я и велю не трогать тебя и обращаться как с гостем, всё же это Элитное Северное крыло, и их манеры… Их просто нет. Они те ещё дикари. — Да, приём от них был радушным — голова до сих пор болит! — Потрошитель приложил лапу к голове. — Крушитель, будь добр, найди комнату для нашего гостя, — на просьбу Судьбокрыла огромный дракон кивнул и так же молча удалился вместе с дракончиком. С Потрошителем я наконец закончил, и, похоже, всё прошло на ура! Конечно, всё будет не так гладко, как прозвучало в моих речах, но главное — он поверил. Теперь мне предстояло лично проверить это место. Разумеется, я уже получил краткий отчёт, но этого мало для дальнейших планов. Начну с пленников. Как мне сказали, их отсортировали на «рабов» и «начальников».

***

Темница выглядела почти пустой. В той, куда меня привели, было около десятка драконов. Сидели по камерам, кто-то смотрел в стену, кто-то дремал. — Кто из вас был ближе всех к Ворону? — В ответ пленные драконы указали на одного небесного с тёмно-алой чешуёй. Было видно, что все боялись и были готовы скинуть вину на кого угодно. Выбранного дракона по моему приказу перенесли в другое место, туда, где нас никто не услышит. Его взгляд был настороженный, лапы дрожали. Боится. Хорошо. — Садись, — Судьбокрыл указал на место напротив. Постарался, чтобы голос звучал мягко, без угрозы. Дракон сел, не отрывая взгляда от пола. — Меня зовут Судьбокрыл, — начал ночной спокойно. — И мне нужна информация. О том, что здесь происходило. О Вороне. О его методах. Молчание. — Я не собираюсь тебя убивать, — добавил наичестнейший дракон. — Наоборот. Хочу помочь. Но для этого мне нужно знать правду. Дракон наконец поднял голову. В глазах плескалось отчаяние. — Зачем вам это? Вы же всё равно нас всех убьёте. — Нет, — покачал головой ночной. — Не убью. Если ты будешь честен со мной, я дам тебе шанс. Вылечу от зависимости. Отпущу. Но сначала — говори. Он колебался. Взвешивал. Потом медленно кивнул. — Что вы хотите знать? — Расскажи мне про этот яд. Про то, как он работает. Дракон вздохнул, собираясь с мыслями. — Их три. Три разных рецепта. Каждый для своей цели. Первая… она самая простая. Делается быстро, компонентов нужно немного. Но эффект… жуткий. Дракон теряет себя полностью. Становится пустой оболочкой. Выполняет команды, работает без остановки, но ничего сложного не может. Только простые задачи — копать, таскать, сортировать. — Глаза зелёные? — уточнил Судьбокрыл. — Всегда, — кивнул небесный. — Полностью зелёные. И зависимость сильная. Без дозы на третий день начинается ломка. Через неделю — смерть. Бесполезная версия. Зомби годятся только для грязной работы. Армию из них не построишь. В придачу, если им нужна доза каждый третий день, то и наркотика нужно готовить много. — Вторая версия, — дракон продолжил после паузы, — сложная. Очень сложная. Принцип другой — не сломать волю, а перенаправить её. — Объясни подробнее, — попросил ночной, стараясь не показывать, насколько это его заинтересовало. — Сначала сыворотка расшатывает разум. Дракон перестаёт понимать, кто друг, кто враг. Всё смешивается. Тогда ты входишь в его жизнь. Медленно. Аккуратно. Завоёвываешь доверие. Помогаешь. Поддерживаешь. Становишься единственной опорой в хаосе. И когда дракон привязывается к тебе полностью, начинаешь постепенно убирать сыворотку. Он выздоравливает. Но привязанность остаётся. Преданность. Благодарность. Он будет служить тебе добровольно. Считать тебя лучшим другом! Однако надо быть осторожным, ведь характер, мораль и эмпатия вернутся в норму. И далеко не все поддержат тебя, если увидят, что тут творится. Ворон умело обходил эту проблему, подсаживая «друзей» на небольшие дозы, а затем внушая им идею великой цели, которая, как сорняк, разрасталась в их затуманенных разумах. Гениально. Мерзко, но гениально. — Сколько времени нужно? — Месяцы, — ответил дракон. — Минимум три. Иногда больше. Зависит от дракона. И нужен личный контакт. Нельзя делегировать. Иначе дракон привяжется не к тебе. Но самое сложное — это особый редкий цветок! Понятно. Потому Ворон лично возился с Турмалин. Потому ему требовалось так много времени. — А третья? Я уже догадывался, но хотел услышать подтверждение. — Что-то среднее, — дракон пожал крыльями. — Быстрее первой, проще второй. Даёт контроль, но не абсолютный. Дракон остаётся собой, но подчиняется приказам. Проблема в том… — Что они могут предать, — закончил ночной за него. — Да, — он кивнул угрюмо. — Иногда таким отрезали языки, чтобы не сболтнули лишнего. Мы все на третьей версии. Без наркотика мы не можем… Мы умрём без него! Потому и служили ему! И когда Ворон погиб… все сразу согласились сотрудничать. Значит, первая версия — бесполезный хлам. Вторая — слишком долгая и сложная. Третья — ненадёжная. Но главная проблема в другом. — Скажи мне о цветке. О том, что нужен для производства. — Редкий. Очень редкий. Растёт только в определённых условиях. Ворон нашёл несколько полян, где он встречается. Нужны месяцы, чтобы получить достаточно компонентов для новой партии. Известно только, как он выглядит, но не где растёт, — ответил заключённый. — А драконы, которые знали рецепт? Которые могли изготавливать? — Судьбокрыл догадывался, но всё же решил спросить. — Мертвы, — подтвердил гипотезу небесный. — Все. Их убили во время битвы. Они были на второй версии — самые верные. Защищали плантации до последнего. Я сжал когти, пытаясь сдержать раздражение. Всё рухнуло. Армия Ворона почти уничтожена. Производство встало. Рецепты утеряны вместе с теми, кто их знал. Но это не значит, что всё потеряно. — Спасибо, — Судьбокрыл поднялся. — Ты честно ответил. Я сдержу слово. Тебя вылечат и отпустят. Но это займёт время. Дракон кивнул, не веря до конца, но надеясь. Я вышел из темницы, Крушитель молча последовал за мной. Надо было подумать. Переварить информацию. Понять, как использовать остатки армии Ворона. Для вида нужно было показать, что я помогаю им вылечиться. Благородный спаситель, заботящийся о пострадавших. Подумаю об этом потом… сейчас важнее кое-что другое. Только оставшись наедине с Крушителем, я мог поведать ему план. — Пурпур ведь не подозревает о твоём предательстве, так ведь? — поинтересовался Судьбокрыл. — Верно. — Тогда слушай. Ты вернёшься в Небесное королевство и тайком будешь поддерживать контакт со Свирепостью, главой подконтрольного мне Чистого Неба. Дрозда можно вернуть, — ночной закрыл глаза, стараясь увидеть картину своего плана целиком. — Разве мудро выпускать заложника? — начал шевелить извилинами громила. — В нём больше нет нужды. Скажи Свирепости и только ему, что после смерти Пик у них новый лидер. Но цели те же — Пурпур недостойная королева. Тебе также придётся выловить шпионов, если такие будут, — Судьбокрыл раскрыл глаза и увидел, что Крушитель всё ещё сомневается в правильности такого решения. — Не волнуйся, Свирепость нас не предаст. Он ненавидит Пурпур всем своим сердцем, потому точно продолжит это дело. И ещё ему надо передать, чтобы ждал и готовил силы до трёхлунной ночи. Примерно к тому моменту прибудет подкрепление. — Понял, — кивнул громила. — Это ещё не всё. Нужно тайно встретиться с Пожирателем и передать распоряжение. А именно — Северное крыло раскололось. Одна часть выбрала следовать за Крушителем, другая за Пик, а вернее за её идейным продолжателем Собирателем. — Не понял… Зачем? — огромный дракон нахмурился, почесал голову и повторил свой вопрос. — Зачем? В ответ я лишь улыбнулся. Актеры из них ни к черту, поэтому придется ограничиться по-минимуму, иначе спектакль будет обречен на провал.

***

Дюна проснулась от знакомого звона металла о камень. Охранник обходил ряды спальных мест, ударяя копьем по каменному полу — сигнал к подъему. Песчаная драконесса медленно поднялась, стараясь не потревожить затекшие крылья. Цепи, сковывающие их, за ночь врезались в чешую еще глубже. Она давно перестала пытаться их расправить — бесполезно. Тяжелые кандалы не давали раскрыть крылья больше чем на треть, делая полет невозможным. Рядом поднимался Сланец — земляной дракон с темно-коричневой чешуей, испещренной шрамами. Её друг по несчастью. Единственный, кому Дюна могла хоть немного доверять в этом проклятом месте. — Опять снился дом? — тихо спросил Сланец, заметив взгляд песчаной. Дюна кивнула, не отвечая вслух. Стены здесь имели уши. Всегда. Пленники выстроились в очередь к умывальникам и за водой. Трое небесных драконов из Северного крыла наблюдали за ними с возвышения, копья наготове. Чешуя охранников переливалась оттенками от тускло-оранжевого до темно-красного. Дюна невольно передернулась, вспоминая свои первые недели плена. Тогда каждое утро начиналось с проверки. Охранники врывались в спальню, переворачивали всех с залёженого места, обыскивали каждый угол. Искали спрятанные инструменты, записи, что угодно. Если находили — наказывали всех. Не только виновного. Дюна помнила, как молодой морской дракон — он был здесь всего неделю — попытался спрятать кусочек угля. Просто хотел писать истории из своей жизни. Глупец. Его избили прямо при всех. Потом три дня не кормили весь блок. Сорок два дракона голодали из-за одного идиота. После того случая пленники перестали доверять друг другу. Каждый видел в соседе потенциального предателя. Кто-то мог стукнуть охране, чтобы получить лишнюю порцию еды. Или чтобы избежать наказания. Дюна сама не раз ловила на себе подозрительные взгляды. Потому что её кормили чуть лучше остальных. Давали дополнительный час отдыха раз в два дня. Разрешали дольше работать со свитками. А иногда кормили драгоценным мясом, что стал на вес золота. Но это было не потому, что она стукачка. Просто её работа приносила результаты. Дюна случайно открыла способ ускорить процесс ферментации определенных растений. Это позволяло получать в два раза больше экстракта за то же время. Пик лично явилась её поздравить. Её «поздравление» заключалось в том, что она не сломала ей хвост и пообещала засчитать это открытие как первое из пяти. Пять великий открытий — и свобода. Так обещали всем пленным. Никто в это не верил. — Шевелитесь! — рявкнул охранник, толкая копьем медлительного ледяного дракона. Тот чуть не упал, но удержался. Охранник ухмыльнулся и продолжил обход. Дюна и Сланец молча умылись и направились в рабочую зону. Их участок находился в дальнем углу пещерного комплекса — там, где располагались лаборатории. Большое помещение, разделенное на десятки рабочих мест. Каменные столы, реагенты в глиняных сосудах, инструменты под строгим учетом. Всё пронумеровано, всё на виду. Дюна устроилась за своим столом. Перед ней лежала стопка свитков. «Испытать реакцию экстракта огнепыла с соком пустынной лилии. Записать изменения цвета, консистенции, запаха. Провести три контрольных образца». Рутина. Бесконечная, изматывающая рутина, заставляющая делать каждый день почти одно и то же в надежде на получение иного результата. На самом деле это не так сильно беспокоило, как ужасная атмосфера и страх, что пожирал душу изнутри. Сланец работал рядом, за соседним столом. Он специализировался на ядах — до плена был целителем в маленькой деревне. Знал, как лечить, а значит знал, как убивать. Северному крылу это очень пригодилось. Несколько часов прошли в тишине. Единственные звуки — царапанье когтей по свиткам, бульканье реагентов, редкие команды охранников. Потом в дверь заглянул молодой небесный дракон — посыльный. Его ярко-желтая чешуя выделялась на фоне серых стен. — Первая смена, в столовую! Остальные продолжают работу! Дюна оказалась во второй смене. Значит, есть она будет не скоро. Ещё часа два, минимум. Она наблюдала, как половина пленников поднимается и строем направляется к выходу. Сланец шел вместе с ними — земляной попал в первую смену. Такое разделение было ещё одним способом контроля. Пленников никогда не собирали всех вместе. Даже скованные, даже голодные, сорок драконов могли попытаться восстать, если бы оказались в одном месте одновременно. Потому кормили по сменам. Маленькими группами. Под усиленной охраной. Дюна продолжила работать, игнорируя урчание в животе. Привыкла. За многие месяцы плена научилась не обращать внимания на голод и боль. Кормили их мало. Очень мало. Ровно столько, чтобы они могли работать, но не набрались сил для побега или бунта. В основном овощи и какие-то корнеплоды. Мясо давали раз в неделю, крохотными кусочками, и только тем, кто работал лучше остальных. И то — не всем. Тех, кто работал хуже или нарушал правила, пропускали. Могли не кормить день, два, три. Дюна видела, как одна радужная драконица умерла. Её наказали за попытку сопротивления — она отказалась работать над собственным ядом, который должен был убивать драконов. Её избивали три дня подряд. На четвертый день она просто не проснулась. В этом месте происходили и более ужасные вещи. Быстрая смерть считалась благословением. Иногда узников могли распять на кресте и подвергать пыткам на протяжении нескольких месяцев для запугивания. Заключённым приходилось работать с удвоенной силой, чтобы не оказаться в числе тех, кто ленился, сопротивлялся или, что самое страшное, пытался бежать и поплатился за это долгой и мучительной смертью. Наконец настал черед второй смены. Дюна поднялась, выстроилась в ряд с другими пленниками и двинулась в столовую. Помещение было небольшим — длинный каменный зал с низким потолком. Несколько рядов каменных столов. В дальнем конце — раздаточная, где двое небесных драконов накладывали еду. Дюна встала в очередь. Впереди неё шел морской дракон — тот самый, кого избили за уголь. Он сильно исхудал, чешуя потускнела, крылья обвисли. Дюна отвела взгляд. Не её дело. Получив свою порцию — тарелку овощей — песчаная драконица устроилась за одним из столов. Ела медленно, маленькими кусочками. Старалась растянуть удовольствие. Рядом сели несколько других пленников. Земляная драконица с серой чешуей. Небесный, худой как скелет, его когда-то ярко-оранжевая чешуя потускнела до грязно-желтого. Молодая ледяная — ей, наверное, лет пять, не больше. Никто не разговаривал. Просто ели. И вдруг атмосфера изменилась. В столовую вошли трое драконов. Не охранников — кто-то выше рангом. Дюна узнала их сразу. Крушитель — огромный небесный дракон. Он молчал, как всегда, только смотрел вперед тяжелым, непроницаемым взглядом. Собиратель — крупный алый небесный с изуродованной челюстью. Его зубы были видны даже при закрытой пасти с одной стороны. Это придавало ему вид постоянной жуткой улыбки. И Пожиратель — надзиратель, который следил за пленниками. В отличие от своего прозвища, он не был массивным. Наоборот — стройный, хорошо натренированный небесный дракон с оранжевой чешуей и несколькими шрамами на передних лапах. Его взгляд был острым, внимательным. Он замечал всё. Трое уселись за отдельный стол в углу — подальше от пленников. Им принесли еду — настоящую еду. Мясо, свежие фрукты, овощи, приготовленные с пряностями. Дюна старалась не смотреть. Не завидовать. Но запах жареной оленины заставил её сглотнуть слюну. Сначала трое ели молча. Потом Собиратель что-то сказал — тихо, Дюна не расслышала. Крушитель покачал головой. Пожиратель нахмурился. Голоса становились громче. — Пик мертва! — внезапно рявкнул Собиратель, ударяя хвостом по полу. Вся столовая замерла, а у самой Дюны перехватило дыхание. «Пик мертва?» — …и мы должны продолжать её дело! — Собиратель продолжал, не замечая или не обращая внимания на реакцию пленников. — Эти пленники — инструменты! С ними нужно обращаться соответственно! — Времена изменились, — ответил Крушитель. Его глубокий голос прозвучал неожиданно спокойно. — Пик мертва. Мы служим принцессе Турмалин теперь. А она никогда не одобрила бы такие методы. — Турмалин всё ещё в плену у последователей Ворона! — Собиратель рычал, обнажая клыки. — Мы даже не знаем, где она! Пока мы её не найдем, ничего не изменится! — Изменится, — Крушитель смотрел на него тяжело. — Потому что я так решил. — Ты?! — Собиратель вскочил. — Мы верны идеям Пик! Не тебе! Напряжение накалялось. Пожиратель поднял лапу, пытаясь вмешаться. — Остановитесь оба! Не место и не время для… — Заткнись, Пожиратель! — огрызнулся Собиратель. — Я считаю, что нужно изменить подход! Так, как бы поступила Турмалин, а не Пик. — Настоял Крушитель. — Послушайте… может, стоит обсудить это в другом месте? При… — Пожиратель посмотрел на пленников, которые притворялись, что не слушают, — …при меньшем количестве свидетелей? Собиратель резко развернулся и вышел из столовой, с силой хлопнув хвостом по стене. Камни задрожали. Крушитель и Пожиратель переглянулись. Потом огромный небесный дракон тоже ушел, не произнеся больше ни слова. Пожиратель остался. Он медленно обвел взглядом столовую, задержавшись на каждом пленнике. — Заканчивайте есть и возвращайтесь на рабочие места, — сказал он спокойно и тоже вышел. Столовая взорвалась шепотом. Драконы переглядывались, обсуждали, гадали. Дюна быстро доела свои овощи и поспешила обратно в лабораторию. Нужно было переварить услышанное. Следующие дни были странными. Охранники из Северного крыла стали… мягче. Они всё ещё наблюдали, всё ещё контролировали, но перестали бить за малейшую провинность. Пару раз Дюна видела, как молодой пленник уронил инструмент, но охранник просто велел ему поднять, не наказывая. Это было непривычно. Настораживало. Но ещё более странным было появление новых драконов. Они пришли через неделю после спора в столовой. Группа небесных — около десятка — но совсем других. Не из Северного крыла. — Чистое Небо, — сплетничал Сланец, работая рядом с Дюной. — Я слышал о них. Сопротивление против королевы Пурпур. Но я думал Пик их всех казнила! — И что они здесь делают? — так же тихо спросила песчаная драконица. — Без понятия. Но смотри — они относятся к нам иначе. Сланец был прав. Драконы Чистого Неба не вели себя как надзиратели или охранники. Они работали наравне с пленниками — переносили материалы, собирали конструкции, записывали результаты. И самое главное — они разговаривали. Не приказывали, а именно разговаривали. Даже слегка расслабляли цепи. Освобождали крылья — не полностью, драконы летать всё ещё не могли, но зато не было больно. — Осторожнее с этой деталью, — одна из них, молодая небесная с серебристо-красной чешуей, помогла Дюне поднять тяжелую металлическую пластину. — Она острая. Можешь пораниться. Дюна кивнула, ошарашенная. Когда в последний раз кто-то беспокоился о том, не поранится ли она? Работали они над странной конструкцией. Дюне, как и остальным заключенным, говорили собирать только отдельные части — никогда полный механизм. Но она видела чертежи, могла догадаться. Это было оружие. Нечто похожее на баллисту воришек. Дракон мог держать его в лапах. Или прикрепить к запястью. Снаряды были тонкими, длинными, металлическими. Они укладывались в специальный паз, и механизм выстреливал их с помощью туго натянутых жил. Молнестрел — так его называли. Потому что снаряды летели невероятно быстро. Быстрее, чем дракон мог уклониться. Но конструкция оказалась сложной. Очень сложной. Драконы Чистого Неба явно сами не до конца понимали, как правильно собрать механизм. Дюна видела, как они спорили над чертежами, переделывали детали по несколько раз, консультировались с пленниками-инженерами. Это был долгий процесс. Месяцы совместных усилий, проб и ошибок. Механизм натяжения ломался. Снаряды застревали. Пружины не выдерживали нагрузки. Но постепенно, шаг за шагом, конструкция начинала работать. И с приходом Чистого Неба все остальные проекты отошли на второй план. Яды, порох, эликсиры, усилители — всё это внезапно перестало быть приоритетом. Теперь главным были Молнестрелы. Дюна больше не работала над растительными экстрактами. Теперь её задачей было изготавливать пружины для механизмов натяжения. Снова и снова. Каждый день. Сланца перевели на изготовление снарядов — их нужно было тысячи. Через несколько недель работы один из драконов Чистого Неба — молодой дракончик трех или четырех лет с светло-красной чешуей — подошел к столу Дюны. — Можно здесь присесть? — спросил он, указывая на свободное место рядом с ней. Дюна настороженно кивнула. Со временем драконов из Чистого неба становилось всё больше, так что мест не всегда хватало. Кормить тоже стали лучше, конечно, рацион всё ещё состоял в основном из овощей, но зато порции стали намного больше, и теперь можно было вдоволь наесться. Он устроился рядом, достал тарелку с овощами и начал есть. Молчал. Просто ел, не пытаясь заговорить. Дюна украдкой изучала его. Чешуя блестела — значит, хорошо питался. Крылья расправлены, не скованы. Свободный дракон. Её когти непроизвольно сжались. — Что-то не так? — спросил дракончик, заметил взгляд драконессы. — Нет, — холодно ответила драконесса. Чистое небо было гораздо лучше ненавистного Северного крыла, но она не была готова доверять им, даже дракончику. — Понимаю! Когда тебя держат против твоей воли, это то ещё испытание. Я сам был игрушкой одной безумной драконессы долгое время. Держали в клетке, как какую-то птичку. Но теперь она мертва! И совсем скоро мы свергнем ещё одну тираншу! — дракончик искренне радовался, улыбался и ел, совсем не замечая настроение собеседницы. В ответ Дюна молчала. Она привыкла молчать и кивать, не смотреть в глаза надзирателя, чтобы лишний раз не разозлить его. — С тобой точно всё в порядке? — наконец обратил внимание дракончик на то, как скована и молчалива песчаная. — Тебе нездоровится? Или недоедаешь? Разве дядя Крушитель не распорядился увеличить порцию всем? — Увеличили! — испуганно чуть ли не выкрикнула Дюна. — И мы очень благодарны ему! Со мной всё в порядке! — Ясно… Не волнуйся! Мы не другие, как эти… — дракончик презрительно посмотрел на нескольких драконов из северного крыла, что просто наблюдали за пленниками с расстояния. — Когда мы вернем истинную королеву, то она обязательно позаботится о вас! Освободит всех всех! Дюна не разделяла энтузиазма дракончика, как и другие заключенные, услышавшие его слова. — Истинную королеву? — поинтересовалась небесная, евшая еду рядом. — Королева Турмалин! Кто же ещё! Я так рад! Мы все работаем над таким масштабным проектом! Жду не дождусь, когда Пурпур лишится головы! — дракончик доел и поднялся. — Кстати, меня Дрозд зовут, ещё увидимся! Дюна, пережившая настоящие ужасы, не могла быть такой наивной и жизнерадостной, какой предстал перед ней новый знакомый. Однако… Атмосфера продолжала меняться. Медленно, но меняться. Северное крыло теперь занималось в основном охраной периметра. Они стояли на стенах, патрулировали территорию, но редко вмешивались в работу. Чистое Небо взяло на себя роль надзирателей. И они выполняли эту роль совершенно иначе. Вместо угроз — поощрение. Вместо наказаний — конструктивная критика. Дюна с удивлением обнаружила, что работать стало… терпимее. Её перестали просто заставлять выполнять бессмысленные задания. Теперь ей объясняли, для чего это нужно. Показывали полную картину. И даже позволяли применить смекалку и креативность, иногда уходя от шаблонов. Молнестрел оказался сложным и изящным оружием. Дюна работала над механизмом натяжения — частью, которая создавала нужное давление для выстрела. Драконы Чистого Неба и пленники-инженеры терпеливо показывали, как правильно подгонять детали. Как проверять прочность. Как добиться максимальной надежности. И Дюна ловила себя на мысли, что появилось что-то похожее на удовлетворение от хорошо выполненной работы. Не потому что она согласилась с ситуацией. Просто… приятно создавать что-то качественное. Даже в таких условиях. Возможность экспериментировать… Сланец заметил изменения в её настроении. — Не привыкай, — тихо сказал земляной дракон, когда они остались наедине в углу лаборатории. — Всё это может быть ловушкой. — Знаю, — Дюна кивнула. — Но… что, если нет? — Тогда мы всё равно пленники, — жестко ответил Сланец. — Нас держат здесь против воли. Заставляют создавать оружие. Не важно, насколько вежливо с нами обращаются — это не меняет сути. Он был прав. Конечно, прав. Но Дюна не могла отрицать, что сейчас ей было лучше. При Пик каждый день был пыткой. Страх, голод, боль. Ожидание, когда тебя ударят, накажут, покалечат за любую мелочь. Сейчас… При Крушителе… сейчас было терпимо. Почти спокойно. И главное — через месяц после прихода Чистого Неба им объявили, что они могут написать домой. Дюна получила разрешение написать матери. Её когти дрожали, когда она выводила слова на свитке. «Дорогая мама, Я жива. Со мной всё хорошо, насколько это возможно. Каждый день я думаю о доме, о тебе, о песчаных дюнах, где мы с тобой искали редкие цветы для твоих настоек. Помнишь, как я в три года упала в колючий куст и ты три часа вытаскивала иголки из моих крыльев? А потом сказала, что если бы я была внимательнее, как ты учила, то заметила бы куст заранее. Ты была права тогда. И права теперь, когда говорила, что мне нужно быть осторожнее с незнакомцами. Я работаю здесь. Много работаю. Меня хорошо кормят, не бьют, дают место для сна. Это не дом, но… терпимо. Иногда мне даже нравится моя работа… Изучать и создавать что-то новое, непостижимое разуму. Не знаю, когда вернусь. Может, скоро. Может, не очень. Но я верю, что вернусь. Обязательно вернусь. Не беспокойся обо мне. Я достаточно сильная, чтобы пережить это. Ты сама меня такой воспитала. Скучаю по твоим травяным чаям. По утренним полетам над пустыней. По нашим вечерним разговорам у очага. Береги себя, мама. И знай, что я люблю тебя. Твоя дочь, Дюна». Дюна перечитала письмо несколько раз. Упоминание о колючем кусте — только они с матерью знали эту историю. Доказательство, что письмо действительно от неё, а не подделка. Но ничего о месте. Ничего о том, чем именно она занимается. Ничего, что могло бы выдать лагерь. Это были обязательные условия, и каждое письмо проверялось. Она отдала свиток Пожирателю для проверки. Надзиратель молча прочитал, кивнул и убрал в стопку с другими письмами. — Отправим через неделю, — сказал он. — Вместе с остальными. И сразу получим ответ. Дюна кивнула и вернулась к работе. Впервые за многочисленные месяцы плена она почувствовала что-то похожее на надежду. Может, она действительно вернется домой. Когда-нибудь. Особенно видя, что она и другие драконы спустя долгое время получали письма от родных. Дюна вернулась к работе, стараясь не думать о том, что чувствует. О странной смеси надежды и вины. О том, что привыкает к этому месту. Она не хотела привыкать. Не хотела смиряться. Но с каждым днем возвращение домой казалось всё более далеким и нереальным. А жизнь здесь — всё более обыденной и временами захватывающей. Всё было спокойно. Размеренно. Почти мирно. И Дюна поняла, что боится этого спокойствия больше, чем жестокости Пик. Потому что к жестокости невозможно привыкнуть. Её можно только терпеть. А к доброте привыкнуть очень легко. И тогда становится страшно её потерять. Не все разделяли ее энтузиазма, но Дюна надеялась, что те чудовищные времена сгинули вместе с Пик. Крушитель стал их лучиком света в этой бездонной яме. Но принесет ли он им больше света или станет очередным палачом? Мнение пленников разделялось.

***

Время пролетело быстрее, чем я ожидал, и вот настал момент долгожданной встречи. За эти дни мне удалось закрепить дружбу с Потрошителем, и теперь он относился ко мне совершенно иначе — настороженность испарилась, сменившись непринужденностью. Мы летели к месту встречи, и дракончик то и дело оборачивался. — Я все думаю, — начал Потрошитель, виляя хвостом в воздухе, — как тебе вообще удалось договориться с Крушителем? Этот громила не славится разговорчивостью. Я бы скорее поверил, что скала заговорит, чем что он согласится на такое безумие. — Все дело в подходе, — ответил Судьбокрыл с улыбкой. — Подход, говоришь? — Потрошитель фыркнул. — Ты либо обладаешь даром убеждения королевских масштабов, либо попросту везунчик. Небесные психи, все до единого. А ты с ними договорился. Это… впечатляет, если честно. — Просто нужно понимать, чего они хотят. — Вот именно в этом и проблема! — Потрошитель сделал резкий вираж, почти столкнувшись с ночным. — КАК?! Северное крыло состоит из элитных отбросов, психов и безумцев, которые живут только войной! Как можно договориться с ними словами? Ассасин посмотрел на меня выжидающе, но в ответ получил только загадочную улыбку. — Ладно, забудь! Поговорим о другом. — Потрошитель на мгновение замолчал, подбирая слова. — Твои планы… Они грандиозные. Упустим пока всю Пиррию. Но… Вернуть племени величие, найти новый дом, спасти от голода. Это всё прекрасно звучит, но… Реально ли это? Я не ответил сразу, делая вид, что обдумываю слова. — Ты сомневаешься, — констатировал Судьбокрыл. — Немного, — признался дракончик, притормаживая в полете, чтобы лететь рядом. — Не пойми неправильно. То, что ты делаешь, достойно уважения. Но это все больше похоже на сказку для драконят. Я не знаю, каким чудом тебе удалось уговорить Крушителя и его психов воевать на своей стороне, но сомневаюсь, что тебе повезет еще раз. — Ты про Провидца? — Он из худших, — Потрошитель нахмурился, и его голос потерял игривость. — Коварный, расчетливый. Он всегда думает на несколько шагов вперед. И поверь, первым делом он придумает, как использовать тебя. Как сделать так, чтобы ты приносил пользу именно ему. Провидец не из тех, кто слушает чужие идеи — он заставляет других слушать свои. — Ты волнуешься за меня? — Судьбокрыл с улыбкой посмотрел на дракончика. — Я волнуюсь, что он может запереть тебя на острове вместе с остальными, — буркнул Потрошитель, отворачиваясь. — Не расслабляйся рядом с ним. Он не из тех, кто ценит благородство. — Я буду осторожен, — заверил его ночной. Он за меня волнуется… Как же это мило… А также смешно и глупо! Он до сих пор думает, что Единство унесло Турмалин. Бедняжка. Считает меня каким-то простаком… Как же это забавно! — Мы уже близко, — Потрошитель указал лапой вниз. — Видишь ту расщелину? Там мы обычно встречаемся. — Понял, — кивнул Судьбокрыл. — Тогда действуем по плану. Ты подходишь первым, начинаешь разговор. Я пока спрячусь неподалеку. — Постараюсь помочь чем смогу, — дракончик бросил быстрый взгляд на Судьбокрыла. — Я дам сигнал, когда подготовлю его к разговору. — Хорошо! Потрошитель начал снижаться. Я последовал за ним, но свернул в сторону, скрывшись за крупными валунами. Отсюда было отлично слышно и видно. Ассасин приземлился и огляделся. Прошло не больше минуты, когда из расщелины вышел огромный ночной дракон с чешуей цвета полуночи. Размером он был с Крушителя, но держу пари, в бою у Провидца было процентов десять на победу — Крушитель был бойцом, а Провидец — стратегом. — Ты опоздал, — голос огромного дракона прозвучал низко, с нотками недовольства. — Приветствую и тебя, Провидец, — с легким сарказмом ответил Потрошитель. — Дела задержали. — Дела? — Провидец подошел ближе, буквально нависая над дракончиком своей массивной тушей. — Только не говори, что ты очередной раз струсил и решил подождать момент поудачнее? Опять? — Извини, в следующий раз ворвусь в столицу средь бела дня и точно убью свою цель, — Потрошитель не выглядел запуганным, хотя разница в размерах была колоссальной. — Ты этого хотел? — Пик мертва? — перешел к делу Провидец, игнорируя сарказм. — Да. Все сделано. — Наконец-то. Ты возился с ней слишком долго. — Огромный ночной презрительно фыркнул. — Я уже начал думать, что тебе не хватает компетенции для таких заданий. Потрошитель поджал губы, но промолчал. — Ты должен был убить ее до того, как она представила свой план наступления! — продолжил Провидец, расхаживая вокруг ассасина. — Нам очень повезло, что ее план провалился. А если бы нет? Пурпур получила слишком талантливого дракона в свои когти, и если бы она оказалась еще и талантливым стратегом… — Но это только догадки с нашей стороны, — закатил глаза Потрошитель. Да, теперь я припоминаю… Они управляют войной. Поддерживают ее, не давая никому победить. Фальшивое пророчество — всего лишь инструмент для достижения их целей. Пора выходить. Я ступил из-за валуна, намеренно позволяя когтям постучать по камню. Оба дракона мгновенно обернулись. — Какую хитрую игру вы затеяли, — протянул Судьбокрыл, не скрывая усмешки. — Придумали фальшивое пророчество, манипулируете всей войной. Не даете ни одной стороне победить. Впечатляет, если честно. Провидец мгновенно изменился. Его поза стала напряженной, взгляд — жестким и пронизывающим. — Кто ты? — прорычал он. — Судьбокрыл! — Потрошитель обернулся к товарищу. — Я же говорил подождать сигнала! Я еще не успел подготовить… — Все в порядке, — прервал его Судьбокрыл, продолжая идти вперед с невозмутимым видом. — Не волнуйся. — Потрошитель, — Провидец не сводил взгляда с внезапно появившегося ночного, и его голос стал опасно тихим, — объясни, кто этот дракон. Немедленно. — Он… — дракончик замялся, подбирая слова, — он друг. — Друг? — такой ответ явно не устроил огромного дракона. — Можно я сам представлюсь? — Судьбокрыл остановился в нескольких шагах от Провидца, сохраняя дружелюбную улыбку. — Меня зовут Судьбокрыл. И я, можно сказать, спасение ночного племени. Провидец молча смотрел на меня несколько долгих секунд, словно оценивая угрозу. — Спасение? — наконец переспросил Провидец с едва уловимой издевкой. — И от чего же ты пришел нас спасать? — Ваше племя голодает на вулкане. Зависит от фальшивого пророчества, что поддерживает видимость силы и былого могущества. Вы тайно управляете войной, чтобы ослабить остальные племена и урвать себе кусочек земли, будучи не способны отвоевать его самостоятельно, — Судьбокрыл перечислил факты спокойно, загибая когти. — Достаточно проблем? — Кто ты?! Ты знаешь слишком много… — рявкнул Провидец и мысленно начал перебирать, кто мог разболтать эти секреты, особенно про фальшивое пророчество. И на ум ему приходит только один дракон. — Я не знаю. Я вижу, — Судьбокрыл выдержал паузу. — Вижу ваше племя. Вашу королеву. Ей холодно, если ты понимаешь, о чем я. Провидец резко напрягся, услышав последнюю фразу. — Похоже, ты не обычный дракон… — медленно произнес Провидец, сужая глаза. — Да, я провидец! Настоящий! — Судьбокрыл краем глаза заметил, как Потрошитель ударил лапой себя по морде. — Потому мне известно больше, чем кому-либо еще! И я хочу помочь вашему племени. Для начала… я заготовил небольшой подарок родному племени — гору еды. На первое время должно хватить. — Нам не нужны ничьи подачки! — Провидец скривил морду в презрительной гримасе. — Умерь свою гордость! — Судьбокрыл стал жестче. — Ваше племя голодает! Драконята умирают, не успев вылупиться из яйца! Вы слабы и уязвимы! Я же буквально дарю вам еду, свою силу и обещаю великое будущее! Только глупец, не видящий дальше своего носа, откажется от этого! Отведи меня к королеве, и я поведаю, как добиться всего этого! В ответ Провидец скрипнул зубами. Ему явно не нравился мой тон, однако так и надо. А вот Потрошитель, похоже, наоборот, считает меня безумцем, который лезет в пасть дракону. — Хорошо… — протянул Провидец после долгой паузы. — Я устрою встречу, если ты так хочешь. Но… — Про ваши магические секретные туннели и дракоманта я также знаю. Потому нет смысла скрывать это от меня. Давай лучше поскорее отправимся к королеве. Быть может, после того как вы услышите мой план, ваше мнение обо мне изменится. — Судьбокрыл улыбался, но уже не дружелюбно, а скорее как хищник, в лапах которого оказалась добыча. Потрошитель это приметил и искренне удивился. До ближайшего туннеля оказалось лапой подать — меньше получаса полёта. Я знал о существовании этих проходов из прошлой жизни, как и о самом дракоманте, но их точное расположение до сих пор оставалось для меня загадкой. Пиррия была куда обширнее, чем я себе представлял. К тому же мы с братом уже изрядно изменили канон, и к моменту, когда события книг начнут разворачиваться, мои знания утратят большую часть своей ценности. Нужно использовать их прямо сейчас. Пока они ещё работают. Мы приземлились у скалистого обрыва, изрытого глубокими трещинами. Провидец направился к одной из расщелин, даже не оглядываясь, будто и не сомневался, что я последую за ним. — Значит, здесь мы и расстаёмся, — Потрошитель развернулся к товарищу, посмотрев на него с беспокойством. — Ты не пойдёшь дальше? — уточнил Судьбокрыл, хотя ответ был очевиден. — Не-а, — дракончик энергично махнул крыльями, его легкомысленная улыбка вернулась на место. — Это буквально последнее место в Пиррии, где мне хотелось бы оказаться. Там внутри одни угрюмые морды и депрессивная атмосфера. — Тогда удачи тебе, — кивнул Судьбокрыл. — И тебе тоже, Судьба, — Потрошитель взмахнул крылом в прощальном жесте и оттолкнулся от земли. Несколько мощных взмахов — и он уже превращался в тёмную точку на фоне заходящего солнца. Его голос растворился в вышине, и я остался один перед зияющей пастью расщелины. — Ты идёшь, или будешь любоваться закатом до рассвета? — голос Провидца эхом донёсся из глубины. В нём звучало плохо скрываемое раздражение. Гигантский ночной дракон уже скрылся в темноте, оставив лишь отдалённое эхо когтей по камню. Что ж, задерживаться смысла нет. VIP-персонаж уже ждёт, как и зрители. Пора главному актёру выйти на сцену. Страх, волнение и сомнения — после моей смерти это всего лишь слова. Главное — отрепетировал ли я достаточно, чтобы мне поверили? Это можно узнать только одним способом! Вперёд, только вперёд! Провидец шёл впереди молча, только его хвост раздражённо подёргивался из стороны в сторону, периодически задевая стены узкого прохода. Каждое такое прикосновение высекало искры — будто он намеренно выражал своё недовольство через эти мелкие, резкие движения. Он всё ещё зол на меня за тот разговор. Отлично. Злость делает даже самых умных драконов предсказуемыми, заставляет совершать ошибки. А мне только того и нужно — небольшая трещина в его броне, куда можно вбить клин сомнения. Не могу дождаться, когда начнётся второй акт этого представления. Туннель тянулся бесконечно долго, петляя в недрах горы. Несколько крутых поворотов, спусков, подъёмов. Темнота здесь была абсолютной — только ночное зрение позволяло различать неровные очертания стен. Воздух становился всё более спёртым и горячим с каждым пройденным шагом. Наконец впереди замерцал свет. Не солнечный — тусклый, кроваво-красный. Запах резко изменился. К спёртости добавились гарь, едкая сера, удушливый жар, щипавший ноздри. Вулкан. Мы подходили к сердцу Ночного королевства. Мы вышли из туннеля в огромную пещеру, и раскалённый воздух ударил мне в морду с такой силой, что пришлось на мгновение прищуриться. Повсюду струился жар — из расщелин в полу, из трещин в стенах, сам воздух словно горел. Пахло пеплом, горелым камнем и чем-то ещё — едким, гнилостным, неприятным. Запахом отчаяния и медленной смерти. По краям пещеры виднелись силуэты драконов. Стражники. Их чешуя была тусклой, покрытой копотью, крылья обвисали, движения казались вялыми, измученными. Когда они подняли головы, заметив нас, я увидел их взгляды — голодные, настороженные, полные затаённой злобы и едва сдерживаемой ярости. Один молодой дракон, чьи рёбра выпирали под чешуёй, поднялся на лапы и сделал шаг в нашу сторону. Его глаза горели завистью. Но старшая драконица рядом с ним тут же рыкнула и прижала его к земле властным движением лапы. — Не отставай, — бросил Провидец через плечо, даже не замедляя шага. Мы двинулись через пещеру, выходя на открытое место. Драконы расступались перед Провидцем — одни с почтением, другие с плохо скрываемым страхом. Но все без исключения провожали нас взглядами, и в этих взглядах читалась одна мысль: чужак. По пути попадались и другие драконы, бродившие по каким-то своим делам. Исхудавшие до костей, их рёбра проступали под чешуёй. Многие кашляли — резко, болезненно, откашливая чёрную копоть. Некоторые хромали, другие несли шрамы от ожогов. Были среди них и взрослые, и дракончики, но всех объединяло одно — голод. Всепоглощающий, изматывающий, никогда не отступающий голод. Бедняги. Голодные, злые, отчаявшиеся, брошенные собственной королевой в этой вулканической тюрьме. Идеальный материал для манипуляций. Дай им лишь искру надежды — и они пойдут за тобой хоть насмерть. А если ещё и правильно эту надежду подать, облечь в красивые слова о будущем, о новом доме, о возвращении былого величия… Да, с ними будет легко работать. Мы миновали ещё несколько улиц, каждая мрачнее предыдущей, поднялись по крутой, отполированной бесчисленными лапами тропе, обогнули озеро лавы, чьё багровое свечение отбрасывало зловещие тени на стены. Наконец вошли в помещение — что-то вроде зала. Здесь было чуть прохладнее, и стены украшали выцветшие, истлевшие по краям гобелены, изображавшие былую славу Ночного племени. Как же низко они пали. — Жди здесь, — велел Провидец и скрылся за массивной каменной дверью. Я остался в зале. Не совсем один — в противоположном углу застыли двое охранников. Оба смотрели на меня с плохо скрытым любопытством, смешанным с подозрительностью. Я устроился поудобнее, поджав хвост, и принял максимально расслабленную позу. Пусть думают, что я спокоен и уверен. Уверенность внушает уважение. — Кто ты? — наконец не выдержал один из охранников, ночной дракон с россыпью уродливых шрамов на морде. Выглядел он агрессивно и нервно. — Некто особенный, — ответил Судьбокрыл с лёгкой улыбкой, намеренно уклончиво. — Впервые тебя вижу! — охранник прищурился. — Ты шпион? — Если бы я был шпионом, разве стал бы честно в этом признаваться? — Судьбокрыл наклонил голову, изображая искреннее любопытство. — Какой смысл? Охранник открыл пасть, чтобы возразить, но его напарник — старший, с тускло-чёрной, почти серой от копоти чешуёй — резко толкнул его крылом. — Заткнись, Пепел. Не твоё дело, — его голос был усталым. — Если Провидец привёл его сюда, значит, так надо. Дракон недовольно буркнул что-то неразборчивое, но послушался и отступил на своё место, хотя взгляда с меня не отводил. Время тянулось медленно. Но я не торопил события. Пусть Провидец докладывает королеве. Пусть они обсуждают, совещаются, сомневаются, взвешивают все за и против. Это работало мне на лапу — чем дольше они размышляли, тем яснее становилось, что альтернатив у них попросту нет. У отчаявшихся всегда только два выбора: согласиться или медленно умереть. Наконец дверь отворилась. Провидец показался в проёме. — Иди сюда. Королева Доминанта согласилась тебя выслушать. За дверью оказался коридор, ещё более узкий, чем входной туннель. Стены здесь были отполированы — явно кем-то и когда-то давно, в те времена, когда Ночное племя ещё заботилось о таких мелочах, как эстетика. Провидец шёл впереди молча, его массивное тело едва умещалось в проходе. Я увидел лаву. Она струилась тонким потоком, окружая единственный путь к огромной стене с дырами. Стена была грубо отёсанной, с множеством отверстий. Маленьких, неровных, словно проделанных наспех или специально неправильно. Для чего? Для того, чтобы она могла видеть, но чтобы никто не видел её полностью? И в одном из этих отверстий, почти на уровне моих глаз, блеснул глаз. Холодный. Острый. Оценивающий. Беспощадный. Королева Доминанта. Я сделал шаг вперёд, опустился в глубокий, уважительный поклон — не раболепный, но достаточный, чтобы показать почтение. — Ваше величество, для меня огромная честь предстать пред вами, — соблюдал этикет ночной. — Меня зовут Судьбокрыл, и я прибыл сюда, чтобы предложить вашему племени то, чего оно лишено уже много лет. Будущее. Тишина. Долгая, давящая тишина. Глаз в отверстии не моргал, просто смотрел, словно пытаясь пронзить меня насквозь и вытащить все мои секреты наружу. Затем донёсся голос — низкий, хриплый, болезненный. — Будущее… — в слове звучала ирония и едва уловимая насмешка. Провидец, присевший у стены со скрещёнными на груди передними лапами, заговорил: — Королева спрашивает, что именно ты подразумеваешь под столь громким словом. — Новый дом, — Судьбокрыл поднял голову, встречаясь взглядом с тем единственным видимым глазом. — Плодородные земли, где наше племя не будет медленно угасать в вулканическом пекле. Достаток вместо голода. Безопасность вместо страха. И, самое главное, возвращение того могущества, которое когда-то принадлежало нашему племени по праву рождения. Величия, которое было утеряно. — Королева желает, чтобы ты объяснил конкретно, что ты предлагаешь. Слова — это лишь слова, — не впечатлился Провидец. — Небесное королевство, — Судьбокрыл выдержал паузу, давая словам осесть. — Я предлагаю вам Небесное королевство в качестве вашего нового дома. Реакция была мгновенной. Провидец резко обернулся, уставившись на меня с таким выражением, словно я только что предложил полететь на одну из лун. — Ты издеваешься? — Нисколько, — Судьбокрыл не отводил взгляда от отверстия в стене, адресуя свои слова королеве. — Небесное королевство — идеальное место для нашего племени. Горы, где вы сможете чувствовать себя как дома. Густые леса, полные дичи. Реки с чистой водой. Климат несравненно мягче, чем в этом вулканическом кошмаре. Добычи там в избытке — олени, горные козлы, рыба. Территория достаточно обширна, чтобы вместить всё наше племя. И самое главное — оно станет вашим. Полностью вашим. — Небесное королевство сначала нужно захватить, — Провидец нахмурился ещё сильнее, его голос стал жёстче. — Или ты думаешь, что королева Пурпур просто так возьмёт и отдаст нам свою территорию? С распростёртыми крыльями встретит и скажет: «Добро пожаловать, забирайте всё»? — Разумеется, нет, — Судьбокрыл позволил себе лёгкую улыбку. — Именно поэтому нам необходим план. Чёткий, продуманный, многоступенчатый план. И для его реализации мне потребуется ваша помощь. Существенная помощь. — Наша помощь? — Провидец приподнял бровь. — Поясни. Пришло время выложить карты на стол. Не все, конечно — только те, что нужны для этого хода. — Во-первых, — Судьбокрыл поднял один коготь, — вам необходимо сделать меня принцем Ночного племени. Формально. Официально. Так, чтобы это признавали все. — Принцем?! — Провидец едва не захлебнулся собственным дыханием. Его смех был коротким, резким, лишённым какого-либо веселья. — Ты хочешь слишком многого, мелкий выскочка. — Это только начало, — невозмутимо продолжил Судьбокрыл, поднимая второй коготь. — Во-вторых, в назначенный день вы поддержите меня всей своей боевой мощью. Всеми силами, которые сможете собрать. Каждым драконом, способным держать оружие или использовать свои когти. — Ты вообще слышишь, что говоришь? — Провидец начал воспринимать всю ситуацию как плохую шутку, а гостя — как безумца или шута. — И в-третьих. После победы вы будете относиться к небесным как к равным. Не как к побеждённым. Не как к слугам или рабам. Не как к подчинённым. Как к полноправным союзникам. Провидец молчал несколько долгих, тягостных секунд, просто глядя на меня. Затем он медленно повернулся к стене, прислушиваясь. Королева что-то сказала — тихо, но долго. Провидец слушал внимательно, кивая. — Королева полагает, что ты требуешь неприлично много, — наконец передал Провидец, оборачиваясь. — И справедливо интересуется: за что, собственно? За туманные обещания и красивые слова? Время переходить к делу. К меркантильной, практичной части. — Я прекрасно понимаю ваши сомнения, — Судьбокрыл кивнул, принимая максимально открытую позу. — И да, я хочу многого для себя. Я не притворяюсь бескорыстным благодетелем. Но послушайте логику. Когда обычный, никому не известный ночной дракон женится на королеве небесных — это просто брак. Союз двух особей. Его легко оспорить. Легко разрушить. Легко проигнорировать. Другие драконы скажут: «Кто он такой? Откуда взялся? По какому праву претендует на корону?» И они будут правы. Но когда принц ночных, законный член королевской семьи, женится на королеве небесных — это уже совсем другое. Это политический альянс двух древних королевских родов. Это легитимность, признанная всеми племенами. Это сила, подкреплённая традицией и кровью. Провидец прищурился, явно обдумывая сказанное. Надо продолжать! — Вы получаете не просто территорию. Вы получаете точку опоры для дальнейшего расширения влияния. Представьте: через брак ночные и небесные становятся одним племенем. Официально. Легально. Безоспорно. И это племя будет вдвое сильнее любого другого в Пиррии. — Ты хочешь власти через брак, — констатировал Провидец, и в его голосе послышалось что-то похожее на уважение. — Хитро. Надо признать, мозги у тебя работают. Но повторю вопрос королевы: что получаем мы, кроме ещё одной войны? — Дом, — просто ответил Судьбокрыл, вкладывая в слово всю возможную искренность. — Настоящий дом, где ваши дракончики не будут задыхаться от серных испарений. Где не придётся голодать. Где можно жить, а не выживать. И, самое главное — наследников. — Наследников? — Провидец нахмурился. — Драконят, в чьих жилах будет течь кровь обоих племён. Ночных и небесных. Это долгосрочное вложение. Возможно, потребуется целое поколение, чтобы план полностью реализовался. Но результат стоит ожидания. Два племени, объединённые не хрупким договором, не временным союзом, а кровными узами. Узами, которые невозможно разорвать. Это прочнее любого пергамента, крепче любой клятвы. Провидец повернулся к стене, прислушиваясь. Королева говорила дольше обычного, её голос был тихим шёпотом, но я улавливал интонации — она заинтересована. Наконец Провидец кивнул и обратился ко мне: — Королева спрашивает: как именно ты собираешься жениться на Пурпур? Она известна своим… скажем так, непростым характером. Она не из тех, кто легко поддаётся чарам или красивым словам. — Именно, — Судьбокрыл позволил себе чуть более широкую улыбку. — Поэтому я и не собираюсь жениться на Пурпур. — Тогда на ком? — У меня есть другая… знакомая. Та, что может стать королевой. И станет, если всё пойдёт по плану, — улыбнулся Судьбокрыл. Несколько секунд Провидец переваривал сказанную мной информацию. Затем медленно кивнул, и в его глазах вспыхнуло понимание. — Турмалин. — Именно она. — Теперь понятно, зачем тебе армия ночных, — Провидец заметно успокоился, начав рассматривать Судьбокрыла под совершенно новым углом. — Ты планируешь свергнуть Пурпур и посадить на трон Турмалин. А сам станешь её супругом. Принцем-консортом. — Почти верно. Но я стану не просто принцем-консортом, затерянным в тени жены. Я стану принцем обоих племён. Живым мостом между ночными и небесными. Символом нашего союза. Тем, кто будет править из тени. Провидец задумался, медленно потирая подбородок когтем. Я видел, как в его голове крутятся шестерёнки, просчитывая варианты. — Амбициозно, не отниму, — наконец произнёс он. — Но есть существенная проблема. Одной поддержки ночных катастрофически не хватит. Пурпур контролирует армию. Большую, хорошо обученную, опытную армию. Даже если мы явимся со всеми нашими силами, нас просто задавят численностью. Нас здесь не так много, и не все способны сражаться, как ты мог заметить по пути. — Совершенно верно, — Судьбокрыл кивнул. Пора было выкладывать козыри. — Именно поэтому ночные — далеко не единственные мои союзники. Я начал загибать когти, перечисляя: — Первое: Северное Крыло. Элитное подразделение, которое я уже переманил на свою сторону. Их командир, Крушитель, лично присягнул мне. Это одни из лучших воинов в армии Пурпур, и в решающий момент они ударят ей в спину. Провидец приподнял бровь, явно впечатлённый. Но я только начинал. — Второе: повстанцы из Чистого Неба. Те, кто с первого дня ненавидел Пурпур и мечтал о её свержении. Их немало, они разбросаны по всему королевству, и они готовы сражаться, стоит лишь дать сигнал. Загибаю третий коготь: — Третье: Когти Мира. Да-да, те самые миролюбы. Они устали от бесконечной войны. Верят в пророчество, которым, кстати, манипулируете вы. Если нам удастся грамотно преподнести наш план как путь к миру — а я умею это делать, — они пойдут за нами. Это ещё несколько десятков драконов, многие из которых обладают влиянием в обществе. Четвёртый коготь: — Четвёртое: личные сторонники Турмалин среди обычных небесных. Тех, кто помнит её, любит, хочет видеть на троне вместо тирании Пурпур. Их я соберу, организую, выстрою в боевую единицу. И наконец, пятый: — И пятое: предатели в окружении Пурпур. Те, кто в нужный момент перейдут на нашу сторону или просто откажутся сражаться. Я уже построил шпионскую паутину. Способов убедить дракона полно, от подкупа до шантажа. Я опустил лапу, встречаясь взглядом с Провидцем: — Этой коалиции хватит с избытком. Более чем достаточно, чтобы сломить Пурпур. Особенно если мы нанесём удар точно, быстро, в момент, когда она меньше всего будет этого ожидать. Когда её союзницы ничем не смогут помочь. Провидец прислонился к стене и начал слушать королеву. — Королева находит твой план… перспективным, — наконец передал Провидец. — Хорошо просчитанным. Но остаётся вопрос о третьем требовании. Равное отношение к небесным. Как предсказуемо. Гордые ночные не хотят равных отношений, они хотят быть выше других! — Потому что это единственный способ сделать союз прочным и долговечным. Посмотрите на историю Пиррии. Сколько альянсов развалилось, потому что одна сторона чувствовала себя угнетённой? Если мы придём как завоеватели и будем обращаться с небесными как с побеждёнными, мы создадим тлеющий уголь бунта. Рано или поздно он вспыхнет, и мы получим восстание. Но если мы придём как освободители, свергнувшие тирана, и предложим равноправие… тогда небесные станут нашими искренними союзниками, а не затаившими обиду рабами. Мы объединим силы обоих племён. Ночные принесут свои уникальные способности — провидение, чтение мыслей, стратегический ум, накопленную за века мудрость. Небесные — численность, боевой опыт, контроль над обширной территорией, налаженную инфраструктуру. Вместе мы создадим нечто большее, чем просто сумму частей. Мы станем сильнейшим королевством в Пиррии. У меня грандиозные планы, выходящие далеко за рамки простого захвата территории. Я хочу превратить Небесное королевство в столицу всей Пиррии. Место, куда будут стекаться драконы со всего континента — торговать, учиться. Центр торговли, культуры, силы и технологического развития. Но это план на десятилетия, возможно, на целую жизнь. И ключевую роль в его реализации должен сыграть именно Провидец. — Я? — огромный дракон моргнул, явно не ожидавший такого поворота. Да, самое время переманить его на свою сторону! — Ты и твоё пророчество, — подтвердил Судьбокрыл, глядя ему прямо в глаза. — Объясни, — с искренним любопытством спросил Провидец. Блефовать, так блефовать! — Я сам провидец. Настоящий провидец, с настоящими видениями будущего. Об этом знают буквально единицы, и будет лучше, если так и останется. Пусть все продолжают считать, что великий пророк ночных — это ты, Провидец. Пусть ты останешься великим пророком, мистическим оракулом племени, верным советником. Но твоё пророчество о драконятах… Оно ошибочно. Я вижу это в своих видениях, но не могу пока сформулировать точно. Вижу обрывки, фрагменты, но цельная картина ускользает. — Или же ты просто искусно лжёшь, пользуясь красивыми словами и говоря то, что мы хотим услышать. Если ты действительно провидец, тогда предскажи что-нибудь, — потребовал Провидец, не скрывая свою неприязнь. — Прямо сейчас. Докажи свои слова. Неужели я переборщил тогда? В голове всё выглядело лучше! — К сожалению, так это не работает, — Судьбокрыл печально покачал головой, изображая искреннее сожаление. — Видения приходят сами, я не могу их вызывать по желанию. Они показывают лишь фрагменты будущего, из которых приходится собирать мозаику, строить гипотезы. Но могу поделиться тем, что уже видел. Двумя видениями, которые меня особенно беспокоят. — Говори, — из-за стены донёсся холодный, низкий голос самой королевы. Значит, зацепил её интерес. Отлично. Я закрыл глаза, создавая атмосферу транса, погружения в видение. — В первом моём видении я вижу драконов. Множество драконов. Они… счастливы. Веселы. Наслаждаются изобилием дождевого леса, смеются, танцуют, празднуют что-то. Но затем… Затем появляется фигура. Я не могу разглядеть его или её чётко, будто что-то мешает, затуманивает образ. Но после её появления… глаза драконов белеют. Все разом. И они становятся… единым целым. Частью одного разума, одной воли. Как будто их личности стёрли, оставив только оболочку. Я открыл глаза и посмотрел на Провидца. По его реакции — едва уловимому напряжению, расширившимся зрачкам — я понял, что попал в точку. Значит, Шторм уже был здесь. Скорее всего, в облике ночного и предложил им Дождевой лес в качестве нового дома. — Это видение давно меня беспокоит, — продолжил Судьбокрыл задумчиво. — Я пытался его расследовать, собирать информацию. И выяснил нечто тревожное: существует некая группа, называющая себя «Единством». Их лидер проповедует объединение разумов. И судя по моему видению… в будущем ему это удаётся. И это ведёт к катастрофе. — Ты упомянул два видения, — сменил тему Провидец. — Каково второе? — Второе касается дракомантии, — Судьбокрыл снова закрыл глаза, изображая погружение в воспоминания о видении. — Я вижу ночного дракона. Не могу разглядеть его внешность, но чувствую его силу. Он дракомант. Он разговаривает с другим ночным, тот что-то ему советует, подталкивает к чему-то. И дракомант… использует свою силу. Снова и снова. Я вижу вспышки магии, искажения реальности. Но с каждым применением что-то в нём… ломается. Трескается. Его разум начинает распадаться. И в какой-то момент… — ночной сделал драматическую паузу, — он полностью сходит с ума. И тогда начинается нечто ужасное. Я открыл глаза и посмотрел прямо на Провидца: — Прежде чем продолжить, мне нужно кое-что узнать. К вам случайно не приходил ночной дракон, способный читать мысли? И не разговаривал ли он с вашим дракомантом? Мне необходимо знать, сбылась эта часть моего видения или нет. — Допустим… такое было, — прошипел он сквозь стиснутые зубы. — Тогда дела плохи, — Судьбокрыл покачал головой с видом глубокой озабоченности. — Значит, я опоздал. Вам следует немедленно усилить контроль над вашим дракомантом. Ограничить его использование магии. Лучше — полностью запретить на какое-то время. — Почему? — резко спросил Провидец. — Объясни конкретно. — Потому что дракомантия разрушительна для разума, — Судьбокрыл старался говорить серьёзно, вкладывая в слова максимум убедительности, как делал это много раз, репетируя. — Она разъедает душу, искажает сознание. Как бы вы ни пытались использовать её осторожно, как бы ни старались контролировать, как бы ни пытались пользоваться лазейками, она всё равно оставляет след. Постепенно накапливающийся, медленно, но неуклонно разрушающий личность. В моём будущем лучшее, что мы можем сделать для защиты ночного племени — это ввести строжайший запрет. Каждый дракомант может использовать дракомантию только один раз в жизни. Таким образом мы сохраним доступ к этой силе, но избежим появления второго Мракокрада. При упоминании этого имени Провидец вздрогнул — едва заметно, но я уловил. — Разумеется, — продолжил лжепророк мягче, — вы можете меня не послушать. Продолжить активно использовать силу вашего дракоманта. Тогда мои видения сбудутся в точности. И, поверьте, вы не захотите видеть, что произойдёт, когда сошедший с ума дракомант начнёт использовать свои силы по полной. — Что ты знаешь об этом драконе? — нахмурился Провидец, стараясь скрыть лёгкую тревогу в голосе. — О том, что приходил сюда. В твоём видении — что он хотел? — Мало. Я не могу разглядеть его внешность, не слышу его имени. Но предполагаю… — Судьбокрыл сделал паузу, словно неохотно делясь подозрением, — что он связан с Единством. Возможно, даже является его лидером или одним из ключевых членов. И его цель была проста: переманить вашего дракоманта на свою сторону. Сделать его частью Единства. Провидец резко обернулся к стене, где за отверстиями скрывалась королева, и они обменялись какими-то словами. Хорошо. Семена сомнения посеяны. Теперь они прорастут сами. — Дайте мне поговорить с вашим дракомантом, — предложил Судьбокрыл спокойно. — Можно при свидетелях, можно даже через стену, как я сейчас общаюсь с королевой. Мне не нужен личный контакт. Главное — донести до него, что его используют. Что его втягивают в нечто опасное. Возможно, ещё не поздно остановить сбывание видения. Провидец долго смотрел на меня. Его взгляд был тяжёлым, оценивающим, пытающимся найти ложь, манипуляцию, скрытые мотивы. Но я держал мордочку максимально открытой и искренней. — Твои способности провидца, — наконец заговорил Провидец. — Как ты их получил? Это врождённое или…? — Врождённое, — кивнул ночной. — Они у меня всегда были, сколько себя помню. Просто в детстве я не понимал, что это видения будущего, думал, что это просто странные сны или галлюцинации. — У тебя есть семья? — Провидец начал собирать полную картину. — Родители? Братья или сёстры? Где ты рос? — О кровных родителях ничего не знаю. И если честно, мне до них нет никакого дела. Не было связи, не было привязанности. Моя приёмная семья погибла, когда мне был всего год. Я не успел особо к ним привязаться — слишком мал был. После их смерти я рос один. В одиночестве. Это было… непросто, но оно научило меня полагаться только на себя. И на свои видения. — Сколько тебе лет? Последний вопрос Провидца удивил меня, похоже, это критически важно для него. — Восемь, — ответил Судьбокрыл, не скрывая лёгкое удивление. — Не понимаю, что вы хотите получить от этой информации. Тишина повисла в тронном зале, тяжелая и плотная. Провидец и королева Доминанта обменивались долгими взглядами, явно взвешивая мои слова. Отлично. Пусть думают, пусть сомневаются. Сомнения — это крючок, на который я сейчас насажу приманку. Настало время нанести решающий удар. — Понимаю ваши опасения, — разбавил тишину Судьбокрыл, придав голосу нужную долю смирения и уверенности одновременно. — Передо вами дракон, появившийся словно из тени, с планом, который звучит безумно амбициозно. Но я прошу лишь о времени. Дайте мне доказать свою ценность делом, а не словами. Начнем с самого насущного. Ночные драконы утратили былое могущество. Ваши воины истощены, их боевой дух надломлен годами прозябания в изгнании. Это недопустимо. Я намерен это исправить. Ваша армия нуждается в хорошем питании и систематических тренировках. Я уже отдал распоряжения. Крушитель и его драконы из Северного крыла собрали достаточный запас провизии и ожидают вас в указанном мной месте. Этого хватит на ближайшее время, но для долгосрочной перспективы потребуется большее. Необходимо задействовать ночных драконов в развитии моих ферм. В качестве гарантии моей искренности я останусь здесь, на острове, пока вы не заберете провизию и не убедитесь собственными глазами, что Северное крыло действительно служит мне. Давайте начнем с этого шага. Пусть он станет основой нашего плодотворного сотрудничества. Провидец наклонился к королеве, что-то прошептал ей. Доминанта слушала, не сводя с меня обжигающего взгляда. Даже сейчас, измученная болезнью, она излучала такую власть и гордость, что многие здоровые драконы позавидовали бы. — Нам нужно обсудить это наедине, — наконец произнес Провидец. — Подожди снаружи. Я склонил голову в почтительном жесте. — Я не сомневаюсь, что вы примете решение, которое послужит на благо вам, мне и, разумеется, всему племени ночных драконов. С этими словами я развернулся и направился к выходу. Тяжелая каменная дверь захлопнулась за моей спиной с гулким эхом. Снаружи не было слышно ни звука — стены тронного зала надежно хранили секреты. Да мне и не дали бы подслушивать, даже если бы я попытался. Я прошелся вдоль коридора, обдумывая ситуацию. Они согласятся. Они просто обязаны согласиться — альтернатива слишком мрачна для гордого племени, загнанного в угол на этом проклятом острове. Голод — прекрасный мотиватор, а я предлагаю им не просто еду, а возвращение величия. Но вот с Провидцем… Здесь я, кажется, допустил просчет. Он явно все еще обижен на мою дерзость. Огромный дракон не привык, чтобы кто-то врывался на его территорию и диктовал условия. Придется исправлять ситуацию. Мне нужно показать ему его истинную значимость в моем плане, дать понять, что он не просто пророк при королеве, а ключевая фигура. Причем не только в ночном королевстве, но и в будущем всей Пиррии. Провидцу нужна власть и признание — я дам ему это. Но на все нужно время и тонкость. Сейчас они наверняка обсуждают моих союзников, детали плана и, конечно же, самый болезненный вопрос — как две королевы будут сосуществовать в одном королевстве. Доминанта мне не нужна. Она слишком сильна, слишком горда, слишком непреклонна. Но ее дочь, Власта… Вот это уже интересно. Из того, что рассказал мне Потрошитель, она простодушная и наивная. Ночные драконы не уважают ее, видят в ней слабое звено. Идеальная марионетка для тонких манипуляций. А если еще получится склонить на свою сторону и Провидца… Впрочем, есть и другая причина моего визита, помимо политического альянса. Дракомант. Похоже, Шторм меня опередил. У него уже есть свиток Мракокрада, и теперь он хочет заполучить настоящего дракоманта? Не слишком ли жадно для одного дракона? К сожалению, дракомант вряд ли согласится выполнить две мои просьбы. Значит, придется продолжать рассчитывать на свиток. Он определенно у Шторма. Вопрос в том, как его выкрасть? Кого использовать в качестве инструмента? Нужен кто-то незаметный, кому Шторм доверяет… Или кто-то, кого он недооценивает. Оставлю этот вопрос на потом. Сейчас важнее закрепить альянс с ночными. Я уверен, что они примут предложение. С провизией проблем быть не должно — я готовился к этому давно. С самого начала, как только стартовала операция по похищению алхимиков, я, пользуясь влиянием личности Пик, создавал секретные фермы. Некоторые небесные драконы все еще лояльны мне, другие оказались на удивление сговорчивыми, особенно когда у тебя есть компромат на их семьи или тайные дела. Мне даже не нужно приходить лично угрожать или просить. Деревня и логово Ворона тоже внесли свой вклад в запасы. И самое ценное — заброшенная деревня Единства. Драконы оттуда унесли все ценности, но спешили и оставили фермы нетронутыми. Овощи, мясо, грибы — целый склад провианта, который никто не охраняет. Но даже этого может оказаться недостаточно в долгосрочной перспективе. Мне нужно больше. Намного больше. В империи, которую я создаю, не будет голода. Голодные драконы — бунтующие драконы, а мне нужны преданные подданные, а не отчаявшиеся бунтари. Они будут жить в достатке! Лучше, чем кто-либо, и речь даже не о материальном благе! Попадут в мои сети и запутаются!

***

Едва массивная дверь закрылась за Судьбокрылом, Провидец развернулся к королеве. В тронном зале повисла тишина, но она была совсем другой — наполненной напряжением и невысказанными мыслями. — Чисто мое мнение, ваше величество, — начал Провидец, тщательно подбирая слова, — но этот Судьбокрыл пока вызывает больше доверия, чем Ночь, который просто исчез и бросил нас. Королева Доминанта молчала, погруженная в свои размышления. Что касается Ноча, Провидец был прав — тот не выходил на связь уже долго. — Нет, — наконец проговорила Доминанта. Ее голос звучал хрипло, с трудом, сквозь боль, но в нем чувствовалась непоколебимая твердость. — Это… унижение. — Ваше величество? — Делить власть, — каждое слово давалось ей с усилием, но Доминанта продолжала. — С королевой небесных. Подчиняться плану… этого выскочки. Ночные драконы… не унижаются. Не становятся… младшими партнерами. Провидец ожидал такой реакции. Доминанта всегда была воплощением гордости племени, даже когда травма горла медленно забирала ее силы. Идея разделения власти с кем-либо была для нее сродни предательству памяти предков. — Я понимаю ваши чувства, ваше величество. И разделяю их. Но давайте рассмотрим факты трезво. Мы застряли на этом острове. Наши запасы истощаются. Племя слабеет с каждым поколением. Наследница… — он сделал паузу, — Власта не готова к суровым реалиям правления. А Ночь пропал, возможно, навсегда. — Мы справлялись… раньше, — упрямо ответила королева. — Но давайте посмотрим на это с другой стороны. Судьбокрыл предлагает не капитуляцию, а союз. Временный союз, — добавил он с ударением. — Ничто не мешает нам принять его помощь сейчас, укрепить племя, восстановить силы… а затем пересмотреть условия, когда мы снова станем сильными. — Ты… предлагаешь обман? — Я предлагаю стратегию, — спокойно ответил Провидец. — Мы соглашаемся на его условия, получаем провизию, укрепляем армию. Изучаем его методы, его союзников, его слабости. А когда придет время… Что может сделать один дракон против целого возрожденного племени ночных драконов? Даже если он видит будущее. Королева задумалась. Ее дыхание участилось, причиняя видимую боль, но разум продолжал работать. Провидец видел, как внутренняя борьба отражается на ее морде. — Мы ничего не теряем в краткосрочной перспективе, — продолжил Провидец, чувствуя, что склоняет чашу весов. — Только приобретаем. Еду, союзников, возможности. Но я согласен, что с Камнероем нужно быть осторожнее. Следует усилить его охрану. Если Ночь вернется и снова проявит интерес к дракоманту… — Согласимся, — наконец согласилась королева. — Но будем следить. — Мудрое решение, ваше величество, — склонил голову Провидец, хотя внутри чувствовал облегчение. Заставить гордейшую драконицу континента принять помощь было непростой задачей. Но его разум уже работал дальше. Что-то беспокоило его с самого появления Судьбокрыла. Какая-то деталь, которая не складывалась в общую картину. — Есть еще кое-что, — заговорил Провидец, остановив королеву перед уходом. — Меня тревожит одна мысль. И Ночь, и Судьбокрыл вылупились за пределами нашего острова. Один обладает даром чтения мыслей, другой — способностью видеть будущее. Оба не знают своих родителей или по крайней мере утверждают, что не знают. Если присмотреться, они чем-то похожи внешне. И, что примечательно, они примерно одного возраста. Доминанта остановилась, повернув к нему голову. — Ты думаешь… — начала она. — Я думаю, что возможны два варианта, — ответил Провидец. — Либо они братья и действительно ничего не знают друг о друге — что было бы невероятным совпадением. Либо… они с самого начала ведут какую-то свою игру. Вместе. И мы — часть их плана, о котором даже не подозреваем. — Узнай, — приказала королева. — Используй все ресурсы. Я хочу знать правду об обоих этих драконах. Об их прошлом, их связях, их истинных целях. Если они играют с племенем ночных драконов… они пожалеют об этом. — Будет исполнено, ваше величество, — Провидец снова склонился.