Глава 113. Сердцу не прикажешь?

Глава 113. Сердцу не прикажешь?

После собрания Когтей Мира я незамедлительно отправился в своё логово — к моей непревзойдённой Турмалин. Она является одним из ключевых элементов моего плана, поэтому малейшая ошибка недопустима. У входа в логово меня встретили стражники из ночного племени, охраняющие принцессу. Завидев меня, они мгновенно склонились в почтительном поклоне. Я намеренно выбрал в качестве охраны именно ночных драконов. Они подчиняются мне куда охотнее, нежели воины Северного Крыла. Причина проста: лишь Крушитель знает мою истинную личность — что я Пик, — потому отношение его подчинённых ко мне не столь безоговорочное, неважно, как он меня им представил. Но есть и более веская причина: Северное Крыло — варвары, грубое быдло, садисты, маньяки и прочий отборный сброд, живущие битвами и кровопролитием. У них отвратительные манеры, и в их случае лучше молчать, чем открывать пасть. Конечно, встречаются исключения, но принцессу не стоит травмировать повторно. — Доклады поступали? — монотонно поинтересовался Судьбокрыл, даже не взглянув на стражей. — Ваше Высочество, прилетевший небесный дракон просил передать: «Мухи пойманы, приступаем к поиску лягушек», — доложил один из ночных нечто, что непосвящённому показалось бы бессмыслицей. — Превосходно. Пусть продолжают, — едва заметно улыбнулся Судьбокрыл, входя в пещеру. Отлично. Доклад означает, что несколько земляных драконов уже насильно завербованы. Теперь нужно выбрать подходящий момент и похитить принцессу Пятнышко. Королева Ибис непременно взбесится, узнав о пропаже сестры. Посмотрим, на что она будет готова пойти ради её возвращения. А пока меня ждёт моя «возлюбленная»… Прежде чем добраться до конца туннеля, я изменил выражение морды. Впереди меня ждёт очередной спектакль. Мне нужно не просто взять на себя роль рыцаря в чёрной чешуе, не просто сыграть её — а полностью вжиться в образ. Влюбиться в неё всем сердцем, сделать её самым дорогим существом в своей жизни, подарить ей защиту, счастье, надежду и любовь, о которой она не смела и мечтать! И я это сделаю! Неважно, каково моё истинное лицо, не имеет значения, какую я ношу личину — все эти обличия лишь маски! Всё ради единственной цели! Внутри логова царил полумрак — факелы горели тускло, отбрасывая мягкие тени на каменные стены. Турмалин лежала на кровати и сосредоточенно читала какой-то свиток. Рядом с входом застыла ночная драконесса — одна из тех, кого я оставил присматривать за принцессой. Заметив меня, она мгновенно выпрямилась. Я коротко кивнул. Этого было достаточно. Драконесса поклонилась и бесшумно скользнула прочь, не произнеся ни слова. Теперь мы одни. Турмалин всё ещё не поднимала взгляд от свитка — полностью поглощена чтением. Интересно. Что же так захватило её внимание? Остановившись в нескольких шагах от кровати, я откашлялся. Она вздрогнула и резко обернулась. На мгновение в её глазах мелькнул страх — рефлекс, оставшийся после плена. Но почти сразу выражение сменилось на облегчение. — Судьбокрыл, — выдохнула она. — Это ты… — Прости, что отсутствовал пару дней, — Судьбокрыл склонил голову в лёгком поклоне, демонстрируя искренность. — Были неотложные дела. Надеюсь, ты не слишком скучала? — Я не какой-то нежный цветок, который завянет без присмотра, — Турмалин фыркнула резко, почти вызывающе. — Я небесная драконесса. Я могу обойтись без посторонней помощи. — Конечно, — ночной улыбнулся, стараясь вложить в голос максимум уважения. — Ты сильнейшая из тех, кого я встречал. Многие сломались бы после того, через что прошла ты. Но ты держишься. Это достойно восхищения. Она слегка расслабилась, услышав похвалу. Я неторопливо приблизился и присел неподалёку — достаточно близко, чтобы показать доверие, но не настолько, чтобы нарушить её личное пространство. Нужно дать ей время привыкнуть ко мне. Взгляд скользнул на отложенный свиток. — Что ты читаешь? Турмалин замялась. Взгляд метнулся к свитку, потом обратно ко мне. — Прошу прощения… — она опустила голову. — Я взяла без спроса. Наверняка это всё тайна ночных драконов, и мне не следовало этого читать. Просто… мне было скучно… — Если бы это было настолько секретно, — Судьбокрыл махнул крылом в сторону полок, заваленных свитками, — я бы сразу перетащил всё это сокровище в другое место. Ты же не думаешь, что я настолько глуп, чтобы оставить тайны на виду у гостьи? — Сокровище? — переспросила она с явным любопытством. — Ты правда считаешь все эти свитки сокровищем? — Да, — твёрдо ответил принц ночных. — Для недальновидных драконов сокровище — это блестящие безделушки. Золото, алмазы, бриллианты и рубины. И да, материальные ценности важны. Но… по сравнению со знаниями им цена — пыль. Золото можно потратить. Армию можно потерять в битве. Земли можно завоевать и потерять. Но знания? Знания остаются. Они передаются из поколения в поколение. Один свиток с правильной информацией может изменить судьбу племени. Изобретение может накормить тысячи. Правильная стратегия может закончить войну без единой капли крови. Скажи мне, Турмалин. Ты разделяешь моё мнение? Или считаешь меня чудаком, который слишком много читает? — Я солгу, если скажу, что это глупость, — призналась она после короткого раздумья. — Честно говоря… Я придерживаюсь немного других принципов: чести, справедливости, правосудия, сострадания, гордости, отваги. Я забочусь о своём племени. И, прочитав эти отчёты об алхимии и удобрениях, я увидела множество возможностей. Способы улучшить урожай, сделать землю плодороднее, накормить больше драконов. Это могло бы сильно изменить благосостояние моего народа. Вот только у меня никогда не было такой роскоши, чтобы даже мечтать об этом, к тому же у небесного племени не сильно развита эта сфера. — Я рад, что ты разделяешь моё мнение. Если бы у меня была сила, я бы поделился знаниями, технологиями и изобретениями со всеми драконами. Вне зависимости от племени. Небесные, земляные, морские, ночные — не важно. Каждый дракон заслуживает шанса на лучшую жизнь. Но, к сожалению, не все драконы такие, как мы. Есть драконы злые, алчные. Мерзавцы и негодяи, которые используют любую возможность ради власти и разрушения. Поэтому приходится думать, кому можно открыться, а кому нет. Кому можно доверить знания, а кто превратит их в оружие. — Ты считаешь… что мне можно открыться? — удивилась принцесса. — Я боялся. Боялся, что ты можешь оказаться не такой, как я думал. Я знал о тебе ещё до того, как нашёл тебя в той темнице. Слышал истории. О принцессе Турмалин, дочери королевы Пурпур. О драконессе, которая славилась решительностью, силой, справедливостью. О той, кто заботилась о своих подчинённых больше, чем многие королевские особы. Но я также знал, что ты из небесного королевства. А небесные драконы… ну, скажем так, не славятся любовью к другим племенам. Многие из них презирают ночных драконов как отродье тьмы. Земляных считают грязными тупицами. Морских — предателями и убийцами. Я боялся, что под этой маской решительной принцессы скрывается обычная аристократка, которая смотрит на других драконов свысока. Что всё, что я слышал о тебе, — лишь красивая легенда. — Тебе лучше не верить в легенды и сказки, Судьбокрыл, как и в несбыточные мечты, — покачала головой Турмалин. — Я не знаю, какой ты меня вообразил в своей голове. Но я точно не та, кто будет править эгоистично и жестоко, как моя мать. Я не собираюсь упиваться властью ради самой власти. Но… Не жди от меня и того, что я стану жертвовать благополучием своего племени, чтобы помочь чужакам. Небесные — моё племя. И если им будет угрожать что-то опасное, я уничтожу любую угрозу. Без колебаний. Несмотря на своё болезненное состояние, она говорила твёрдо, глядя прямо мне в глаза. Затем она отвела взгляд и снова посмотрела на развёрнутый свиток. — К тому же… Часть написанного я понимаю. Идеи с обработкой почвы кажутся разумными. Но вот тут, где начинаются вычисления… — она провела когтем по строчкам символов. — Что это за магия? Это какие-то заклинания? Я сдержал снисходительную улыбку и заглянул в свиток через её плечо. — Это не магия. Это формула, разработанная алхимиками. В неё вложено множество… Мой взгляд зацепился за символы в центре страницы. Сначала я подумал, что мне показалось. Но нет. Это был совершенно новый свиток — отчёт, который доставили совсем недавно, и я ещё не успел его просмотреть лично. Обычно драконьи алхимические формулы выглядели как архаичные глифы в сочетании с изображениями ингредиентов: корень, лист серебристого папоротника, порошок измельчённого кристалла. Всё описывалось словами и символами, как в средневековых трактатах. Но здесь… Здесь был гибрид. Кошмарный и невозможный гибрид двух миров. Основная формула была записана традиционными драконьими глифами. Но между ними — вкраплениями, словно чужеродные вставки — я увидел знакомые до боли латинские буквы. N, P, K. Даже базовые химические соединения, записанные в строчку: NH₃, Ca(OH)₂, KNO₃. А сбоку, на полях свитка, мелким почерком были нацарапаны заметки к магическим элементам. Это была шпаргалка. Кто-то переводил современную химию на язык Пиррийской алхимии. Кто-то пытался адаптировать научные знания к примитивным методам добычи и обработки. А в самом низу свитка, в углу, стояла небольшая подпись: «Т-Т». Неужели?.. Неужели в наши ряды записался «попаданец»? Кто-то, кто помнил земную химию и пытался воссоздать её здесь, в мире драконов? Это точно не мог быть Тритон! Его бы сразу схватили. О нём бы доложили. И вспоминая его характер, он бы точно не стал помогать. Значит, это кто-то другой. Но кто? Я знал всех ключевых алхимиков. Новых в штате не появлялось, если не считать ночных драконов, которых я недавно начал распределять по фермам и в наш закрытый научный комплекс для оптимизации производства. Но те, кого я отправил туда, сейчас заняты созданием «Молнестрелов», так как это первостепенная задача. Всё, что связано с оружием, я категорически запретил присылать сюда, в личное логово, особенно при Турмалин. Если я этот свиток не читал, значит, его прислали в течение последних двух дней… «Т-Т». Кто это? — Судьбокрыл? — голос Турмалин вырвал ночного из раздумий. Я моргнул, с трудом возвращаясь в реальность. Принцесса смотрела на меня с лёгкой усмешкой. — Ты так долго смотришь в этот пергамент, что я начинаю волноваться, — фыркнула она. — Не заколдовал ли тебя свиток? Может, там всё-таки проклятие немоты? — О нет, не волнуйся. Просто задумался. — Судьбокрыл аккуратно свернул свиток, стараясь не показать своего волнения. — Признаться честно, я и сам мало что понимаю в этих специфических каракулях. Всё это — заслуга не только моя. Я лишь задаю направление. Я сотрудничаю с множеством драконов — лучшими умами нашего времени. Фермерство, кузнечное дело, медицина, архитектура, законодательство… Всё это плод коллективного труда. Нужно выразить отдельную благодарность Гению. Этот ночной дракон предоставил мне доступ к лучшим специалистам племени и архивам, которые стали отличным фундаментом. Конечно, многое пришлось додумывать самому, адаптируя обрывки воспоминаний из моей человеческой жизни под реалии драконьего мира. То, что выглядело гладко на бумаге, на деле требовало месяцев подгонки и экспериментов. Моя «мудрость» — это слоёный пирог: снаружи — традиции, внутри — знания ночных, немного алхимии и, самое главное, технологии Земли, которые я внедряю по крупицам. Впрочем, большая часть — это красивый мусор, придуманный на скорую лапу для отвода глаз. Но теперь… Теперь кто-то ещё делает то же самое. И я должен выяснить, кто. — Ты очень необычный дракон, — тихо произнесла Турмалин, отвлекая ночного от мрачных мыслей. В её глазах читалось искреннее удивление, смешанное с уважением. — Никогда не встречала никого подобного. Но — повторюсь: меня заботит только моё небесное племя. Если твои знания помогут моим подданным — хорошо. Если нет — они мне не нужны. Можем ли мы как-то договориться о цене некоторых свитков? — Я понимаю и уважаю твою позицию. И в будущем мы непременно сможем укрепить хорошие дружеские и торговые отношения между нашими племенами. Кстати, раз уж мы заговорили о силе и способах её применения… Как ты относишься к дракомантии? — Крайне негативно, — отрезала она с нескрываемым отвращением. — Это неестественная сила. Она развращает. От неё одни беды. Я надеюсь, ты не собираешься предложить мне использовать чью-то дракомантию? — Напротив, — Судьбокрыл с трудом сдержался, чтобы не показать свою истинную, довольно пугающую ухмылку. — Я полностью поддерживаю тебя. Дракомантия — это яд, отравляющий наш мир. И это главная причина, почему я всей душой ненавижу «Единство» и всех, кто к ним причастен. Но это сложный и, наверняка, болезненный для тебя разговор. Давай лучше поговорим о нём в другой раз. Не хочу омрачать твой отдых рассказами об этих фанатиках.

***

Две недели пролетели незаметно. Душевные раны принцессы затягивались с удивительной быстротой, и вместе с возвращением её сил крепла и связь между нами. Турмалин была не из тех, кто способен долго сидеть взаперти, сдувая пыль со свитков. В ней кипела горячая кровь небесных, требующая простора и ветра. Поэтому, как только она достаточно окрепла, чтобы уверенно стоять на лапах, мы завели традицию ежедневных прогулок. В этот вечер мы шли неспешно, крыло к крылу. Воздух уже остывал, наполняясь запахами хвои и остывающего камня. Мы поднялись на пологий холм, с которого открывался вид на бескрайние просторы, и решили передохнуть. Небо стремительно темнело. Солнце, тяжелое и багровое, медленно опускалось за горизонт, окрашивая облака в цвета пролитой лавы. — Закат… — неожиданно нарушил уютную тишину Судьбокрыл, не сводя глаз с пылающего диска. — Раньше я не придавал значения тому, насколько он может быть прекрасен. Турмалин, аккуратно сложив крылья, искоса взглянула на него. В её глазах мелькнул прищур — привычка искать подвох, выработанная жизнью во дворце: — И что же изменило твоё мнение? — Кто знает… — Судьбокрыл повернул голову, позволяя закатным лучам играть на его темной чешуе. — Может быть, приятная компания? А может, этот цвет неба напоминает мне кое о ком… — Он снова посмотрел на горизонт. Его черные глаза, обычно непроницаемые, вдруг заблестели. По черно-фиолетовой щеке медленно скользнула одинокая слеза. Турмалин искренне изумилась. Она видела воинов, видела страх и ярость, но слезы ночного дракона, тем более такого, как он, были чем-то невообразимым. — Ты плачешь? — тихо спросила она, наблюдая за дорожкой влаги на его чешуе. — Это… — Судьбокрыл словно очнулся от транса и быстрым движением лапы смахнул слезу, звякнув золотым браслетом. Он слегка улыбнулся — той самой обезоруживающей улыбкой, которую использовал, чтобы располагать к себе драконов. — Прости. Мне просто вспомнился сон… — И о чем же был этот сон, что он заставил тебя прослезиться? — О, это был чудесный сон, — голос ночного стал мягким, словно он собирался начать рассказывать сказку драконятам. — Мир, в котором нет бесконечной войны. Мир, где драконы не убивают друг друга ради клочка земли, а королевы — не эгоистичные тиранши, готовые сжигать собственных дочерей. Там дракончики могут воплощать свои самые смелые фантазии, а все племена работают вместе на благо Пиррии. — Звучит чудесно, — произнесла она с горечью. — До тех пор, пока не проснешься. А когда открываешь глаза, эти сказочные миры рассыпаются в прах. Нет смысла принимать их близко к сердцу. Это путь к разочарованию. — А тебе когда-нибудь снились такие сны? Разве ты, будучи принцессой, не мечтала о чем-то похожем? — осторожно поинтересовался он, изучая её реакцию. — Бывало, — призналась Турмалин, сжав когти так, что они оставили глубокие борозды в земле. Она вспомнила мать, королеву Пурпур, и то кладбище надежд, которым стал Небесный дворец для её сестер. — Но какой в этом толк, если они никогда не сбудутся? — Возможно, для многих это так. Но не в моем случае, — голос Судьбокрыла изменился, став увереннее. — Мои «сны» — особенные. — Что ты хочешь этим сказать? — Турмалин резко повернулась к нему, впиваясь взглядом в его глаза, пытаясь разгадать очередную загадку этого странного дракона. — Сколько я себя помню, меня преследовал один навязчивый образ, — начал он тихо, но веско. — Мне снилась драконесса. Такая же маленькая, каким был я сам. Я не понимал, что это значит, но я рос, и она росла в моих снах вместе со мной. Я видел её силу, её грацию… Но однажды прекрасные образы исчезли. Вместо них пришла тьма. Я начал видеть её страдания. Я видел, как её держат взаперти, как пытаются сломать её волю, погасить огонь в её душе. И тогда я понял, что не могу просто смотреть. Я не смог сдержаться. Я должен был найти её. — Судьбокрыл… — прошептала принцесса, осознавая, о ком тот говорит. — Этим я хочу сказать, Турмалин, что мои «сны» — не всегда просто игры разума. Иногда это видения. Расплывчатые, короткие осколки времени, которые приходят ко мне не только во сне. То, что я говорил о будущем — не пустой звук. Но видения — это не приговор. Это лишь одна из возможных версий грядущего. Дар предвидения не позволяет контролировать судьбу, он лишь приоткрывает завесу. Он показывает что может случиться, но никогда не объясняет как. И мне, как и любому другому, приходится гадать, какой тропой идти. — Судьбокрыл посмотрел ей прямо в глаза, вкладывая в этот взгляд всю свою искренность — и настоящую, и сыгранную. — И хоть я владею этим редким для моего племени даром, я привык полагаться не на магию, а на собственные крылья и на верных союзников. Потому что видения бесполезны, если ты одинок. Только вместе, объединившись, мы можем свернуть горы, закончить эту бессмысленную войну и построить ту Пиррию, которую я вижу в своих лучших снах. Пиррию, достойную тебя. Турмалин молчала. Она смотрела на меня так, словно у меня внезапно выросла вторая голова. Моё признание явно выбило землю у неё из-под лап. Я поторопился? — Я… я не знаю, что сказать, — наконец произнесла она, отводя взгляд. — Это… слишком неожиданно. Видения, сны, судьба… Я привыкла полагаться на когти и пламя, а не на туманные пророчества. — Я понимаю, — мягко ответил Судьбокрыл, делая шаг назад, чтобы снять напряжение. — И я не прошу тебя отвечать мне сейчас. Забудь о моих чувствах, если они тебя тяготят. Сейчас это не главное. Главное — это ты и твое будущее. Я искренне хочу помочь тебе занять трон. Ты — та королева, которую заслуживает небесное племя. Не безумная садистка, а сильный и мудрый лидер. Было заметно, как она выдохнула с облегчением. Тема власти и политики была ей куда ближе и понятнее, чем любовь. — Помочь? — переспросила она, скептически прищурившись. — Как ты собираешься помочь мне свергнуть мою мать? У неё армия, у неё дворец, у неё стража. — Я не совсем один, — возразил Судьбокрыл. — Помнишь, я рассказывал тебе о своём прошлом? О том, что вылупился вдали от племени, о приёмных родителях, которые погибли в жерновах войны? — Помню, — кивнула Турмалин. — Ты сказал, что остался сиротой… Как и многие другие драконы, которым пришлось участвовать в войне и потерять близкого. — Это было правдой лишь отчасти. После их гибели я отправился на поиски своих настоящих сородичей. И я нашел их спустя года. — Правда открылась мне не сразу. Оказалось, я не просто ночной дракон. Я — племянник королевы Доминанты. Я принц Ночного племени. — Принц? — переспросила небесная, удивившись. — Значит, ты королевской крови? — Да. Но титул не принёс мне радости, — голос стал жестче, наполнился горечью. — Я рос на сказках о величии ночных. О том, что мы — самые могущественные, самые мудрые, таинственные повелители теней. Но реальность… Реальность оказалась удручающей. Моё племя не живет, Турмалин. Оно выживает. Последние десятилетия были агонией. Мы скрываемся, голодаем, болеем. От былого величия остались лишь пыльные свитки да гордыня, которая не позволяет нам просить о помощи. Я поклялся, что изменю это. Любой ценой. Моему народу нужен новый дом. Наш нынешний остров… он убивает нас. Если мы не найдем новые земли, племя исчезнет. И поверь мне, отчаяние — страшная сила. Ради выживания ночные готовы пойти войной на кого угодно. Им нечего терять, кроме своих цепей и страданий. Это делает их опасными. Смертельно опасными. — Ты хочешь сказать, что твоё племя готовит вторжение? — спросила она напряженно. Она, как никто другой, понимала, что значит забота о благополучии своего племени. — Это неизбежно, если не найти другого пути, — кивнул ночной. — Но я не хочу кровопролития. Я против того, чтобы погибали драконы — будь то мои, твои или любые другие, чьи земли мы завоюем. Поэтому у меня есть предложение. Взаимовыгодный обмен. — Какой же? — Мы поможем тебе свергнуть королеву Пурпур. Мы предоставим тебе силы, стратегию, поддержку. Ты займешь трон. А взамен… ты выделишь ночному племени часть территории небесного королевства. Не самые лучшие земли, нам хватит и предгорья, но безопасные и пригодные для жизни. Мы станем твоими союзниками, твоими соседями, наладим торговые отношения. Мир вместо войны. Реакция была мгновенной. Турмалин вздыбила гребень, из ноздрей вырвались струйки дыма. — Отдать земли? — прошипела она. — Ты предлагаешь мне начать правление с того, что я раздарю территорию предков? Небесные никогда на это не пойдут! Мы не отдаем свое! Я не буду торговать своим королевством, даже ради короны. С матерью я справлюсь сама. — Справишься? — скептически спросил Судьбокрыл. — И как же? — Я вызову её на поединок, — твердо заявила принцесса. — Официально. При всем дворе. За право на престол. Это наш закон, наш обычай. Я сражу её в честном бою. Я не сдержался и рассмеялся. Это был короткий, невеселый смешок, полный снисхождения. — Честный бой? С Пурпур? О, моя дорогая, наивная принцесса… Ты умрешь. — Не смей смеяться надо мной! — рыкнула Турмалин, выпуская когти. — Я сильнее, чем ты думаешь! — Я знаю твою силу. Но я знаю и твою мать. Она не станет играть честно. Она убьет тебя, как убила всех твоих сестер до тебя. Ты станешь еще одним трупом на ступенях дворца, еще одной разбитой надеждой. Судьбокрыл шагнул к ней вплотную, нависая над ней огромной темной тенью, его голос упал до шепота, вибрирующего от скрытой угрозы: — И знаешь, что будет потом? Если ты погибнешь… меня больше ничего не будет сдерживать. Я выберу небесное племя своей целью. Я приведу ночных драконов не как союзников, а как завоевателей. Я сожгу ваше королевство дотла. Я уничтожу Пурпур и всё, что ей дорого, чтобы отомстить за твою смерть. Впервые за весь наш разговор Турмалин дернулась и резко отступила, будто… — Ты… Ты видел это в своих видениях? — тихо спросила Турмалин, смотря в эти ужасающие черные глаза, которые были подобны всепожирающей бездне. — Мою смерть? — Нет, — Судьбокрыл пару раз моргнул и вновь нацепил на свою морду маску добродушия. — Видения молчат об этом. Но вероятность такого исхода слишком велика. Я не могу рисковать тобой. Ты слишком важна… для Пиррии. И для меня. Поэтому я предлагаю пойти другим путем. Не дуэль. Восстание. Переворот. Мы захватим власть силой, но быстро и четко, с минимальными жертвами. Мы ударим так, что Пурпур даже не успеет понять, что потеряла корону. Турмалин покачала головой, всё ещё пытаясь переварить услышанное. — Но откуда? — спросила она, хватаясь за логические несостыковки. — Ты сам сказал: Ночные слабы, они выживают, они бедны. Какая армия? Какой переворот? Если вы в таком бедственном положении, как вы можете помочь мне захватить одну из самых боеспособных племен Пиррии? Я улыбнулся. На этот раз улыбка была широкой, довольной. Она задала правильный вопрос. — О, это как раз то, почему я говорил, что нам нужна земля. Понимаешь, договориться о территории дипломатией — это был идеальный вариант. План А. Но я всегда готовлю План Б. — И что это за план? — Захват, — просто ответил Судьбокрыл. — Чтобы забрать земли силой, нужна мощная армия. И я… Я занимаюсь этим. У меня есть секретное оружие и не только… Я хочу показать тебе, чего я добился. Я покажу тебе истинное положение ночного племени. Когда ты увидишь наши… достижения, ты изменишь свое мнение о том, что возможно, а что нет. И когда ты услышишь мой план, быть может, ты передумаешь.