Глава 115. Оружие будущего

Глава 115. Оружие будущего

Турмалин склонилась над свитками. Первый носил название «Дремота Ночи». На пергаменте была изображена небольшая склянка с прозрачной жидкостью, а под рисунком тянулись подробные пояснения с формулами, выполненные мелким, аккуратным почерком. — Усыпляющий раствор, — пояснил Пожиратель, перехватив её взгляд. — Жидкость наносится на ткань. Достаточно дать дракону вдохнуть пары, и он потеряет сознание на день, а то и на два. Пробуждение будет медленным, тяжелым. — Как быстро действует? — спросила Турмалин, пробегая глазами по строчкам. — Достаточно нескольких вдохов, — ответил Пожиратель. Турмалин отложила свиток и развернула следующий. «Правдивый шёпот» — гласило название. Здесь была изображена тонкая игла, наполненная мутной субстанцией, и схема введения в особую точку на шее, там, где чешуя тоньше всего. — Сыворотка правды, — Судьбокрыл наклонился ближе, с интересом следя за её реакцией. — Эффект мощный, но кратковременный. Вызывает затуманивание разума. Дракон не осознаёт, что отвечает на вопросы, и говорит чистую правду. Но наваждение быстро рассеивается. — И жертва помнит, что говорила? — Турмалин прищурилась. — Смутно. Многие описывают это как туман в голове, — подтвердил Пожиратель. — Они понимают, что что-то произошло, но точные слова ускользают, словно сон поутру. Принцесса молча кивнула и перешла к следующему документу. Этот свиток был толще остальных и испещрён множеством заметок на полях. «Жала Пробуждения» — название сразу зацепило взгляд. На пергаменте были нарисованы маленькие дротики с полыми наконечниками. — Духовые трубки и дротики… — Турмалин подняла голову, встречаясь взглядом с Судьбокрылом. — Верно, — кивнул ночной принц. — Мы позаимствовали идею оружия у радужных, но нашли ему куда лучшее применение. Алхимики изучили принцип их усыпляющих игл и создали свои вариации для разных целей. Пожиратель придвинул свиток ближе, указывая когтем на схемы: — Первый тип — «Сонное жало». Классический усыпляющий дротик. Попадание в любую мягкую часть тела вводит раствор, схожий с «Дремотой Ночи», но более концентрированный. Сознание гаснет за считанные секунды. — Второй тип, — он перешёл к следующему рисунку, где жидкость была окрашена в багровый, — «Туманная Ярость». Агрессивный токсин. Заставляет дракона впадать в безумие и атаковать всех вокруг без разбора, включая собственных союзников. Действие длится от десяти до пятнадцати минут, после чего жертва теряет силы и становится полностью дезориентированной. Турмалин вообразила хаос в рядах врага, но промолчала. — Третий — «Пламя силы». Боевой стимулятор, — Пожиратель постучал когтем по изображению дротика с ярко-красной жидкостью. — Кратковременно разгоняет кровь и усиливает организм. Дракон становится быстрее, сильнее, выносливее. Но… плата высока. Когда действие заканчивается, наступает сильнейшая слабость, мышечная дрожь, иногда судороги. Нельзя использовать слишком часто, иначе сердце не выдержит. — Насколько велико усиление? — уточнила принцесса, не отрываясь от свитка. — Примерно в два-три раза, — ответил Пожиратель. — Эффект держится около получаса. Турмалин бегло просмотрела остальные изобретения. Список пугал своим разнообразием: «Пылающее дыхание» — раствор, усиливающий огненный выдох до такой степени, что он обжигал горло самому дракону, зато радиус поражения возрастал вдвое, а урон в трое; «Каменная чешуя» — мазь, временно делающая чешую в разы тверже, практически непробиваемой для когтей; «Слепящая завеса» — порошок, создающий плотное, едкое облако дыма; «Острое зрение» — капли, обостряющие чувства, но запрещённые к частому использованию. Был даже «Эликсир бесчувствия» — выпив его, дракон переставал ощущать боль, превращаясь в бесчувственное орудие для убийства, пока его тело не отказывало. Хотя также это можно было использовать в медицине. Но затем её внимание привлёк совершенно другой свиток. Он был огромным, исписанным правками и зачёркнутыми строками. В центре красовался чертеж сложного механизма — нечто похожее на баллисту воришек, но куда более совершенное. — Молнестрелы, — произнес Пожиратель. — После нашего столкновения с Единством мы захватили несколько образцов их оружия, — вступил в разговор Судьбокрыл. — Трофеи стали основой для наших разработок. Мы разобрали каждую деталь, поняли принцип действия и теперь пытаемся воссоздать его в драконьем масштабе. — Это только фантазии на свитке или уже есть рабочие образцы? — Турмалин оторвалась от чертежей, впиваясь взглядом в ночного принца. Судьбокрыл улыбнулся той самой обезоруживающей улыбкой, что всегда вызывала у неё смешанные чувства. За него ответил Пожиратель: — Некоторые изобретения уже существуют и хранятся на складах. Другие произведены малыми партиями для испытаний. Третьи — пока лишь прототипы. В реальном бою они почти не применялись, но лабораторные тесты показали пугающую эффективность. — Молнестрелы — это сейчас наш главный приоритет, — заявил Судьбокрыл. — Способность атаковать на расстоянии предоставляет нам огромное преимущество. Представь себе: враг мчится на нас, а мы уже встречаем его градом болтов — снарядов, которые мы так назвали, — ещё до того, как произойдёт столкновение. Турмалин медленно кивнула. В голове стратега уже выстраивались схемы боя. — Пока враг сближается… — задумчиво проговорила она. — Если успеть сделать один-два залпа, это посеет хаос. Ранения, замешательство, погибшие ещё до начала схватки… — Именно, — подтвердил Судьбокрыл. — Если создать укрепления — узкие проходы, мини-крепости, куда крупным драконам трудно пробраться, наши бойцы смогут расстреливать их из укрытий. Это изменит саму суть войны. Нам больше не придется полагаться только на численность или грубую силу. Мы сможем обороняться против превосходящих сил. — восхищалась Турмалин. — Это может переломить ход всей истории, — тихо добавил Судьбокрыл, с удовольствием наблюдая за азартом в глазах Турмалин. Она вновь склонилась над пергаментом. Пожиратель, видя её интерес, начал пояснять детали: — Базовая модель для ношения в лапах была простой задачей. Но мы хотели большего. — Он указал на схему, где оружие крепилось на предплечье. — Эта версия позволяет стрелять с одной лапы, оставляя вторую свободной для боя или манёвров. Удобно, но пришлось пожертвовать дальностью и пробивной силой. — Затем мы столкнулись с главной проблемой, — продолжил Пожиратель, разворачивая другой край свитка. — Перезарядка. В бою каждая секунда на вес золота. Его коготь остановился на массивной конструкции. — Нам удалось создать многозарядный молнестрел. Три болта, один за другим. Но механизм получился слишком громоздким, его снова нужно держать двумя лапами. — И вы пытаетесь найти баланс? — догадалась Турмалин. — Да, — вздохнул Пожиратель. — Пока каждое улучшение требует жертв. Либо размер, либо мощность, либо надежность. Механизмы часто клинит, особенно многозарядные версии, и тогда происходит случайный выстрел. Мы всё ещё ищем идеальную формулу. Турмалин задержала взгляд на схеме болтов со странными утолщениями на наконечниках. — А это что? Судьбокрыл кивнул Пожирателю, и тот ответил, хотя в голосе сквозило легкое разочарование: — Разрывные болты. Мы хотим, чтобы они взрывались при ударе. Представь: один выстрел — и несколько врагов посечены осколками. — И? — поторопила Турмалин. — Мы работаем над этим… — уклончиво ответил Пожиратель, покосившись на принца. — Покажи ей, — приказал Судьбокрыл, не скрывая предвкушения. — Думаю, нашим гостям будет интересно увидеть величайшее творение. Пожиратель кивнул и скрылся в глубине пещеры. Свирепость, до этого молчавший, смотрел на свитки с широко раскрытыми от ужаса и удивления глазами. — Скажите мне, — начал ночной принц, переводя взгляд с принцессы на Свирепость, — какое оружие драконов считается самым грозным? В особенности у небесного племени. — Драконье Пламя, — ответили они практически одновременно. Судьбокрыл удовлетворенно кивнул. — Именно. Драконье Пламя. И, конечно, мы говорим не о вашем огненном дыхании, а о тех милых кактусах, что растут в ваших горах. Турмалин прекрасно знала, о чём речь. Большие круглые кактусы, которые при поджоге взрывались, разбрасывая острые семена, пробивающие любую чешую. Небесные драконы сбрасывали их на врагов или минировали ими горные тропы. — Я видел их мощь, — продолжил Судьбокрыл с ноткой восхищения. — Взрыв может искалечить дракона или вызвать обвал. Но что, если усилить взрыв? Придать семенам скорость, от которой нет спасения? В глазах Свирепости вспыхнул недоверчивый интерес: — Неужели это возможно? В этот момент вернулся Пожиратель со свитком. Он развернул его на полу, придавив края камнями. На рисунке был изображен кактус «Драконье Пламя» в разрезе: толстая кожура, ряды семян и мягкая влажная сердцевина. — Наши алхимики сделали открытие, — Судьбокрыл указал на центр рисунка. — Жидкость внутри создает давление при воспламенении. Но что, если заменить её на нечто более… разрушительное? Пожиратель ткнул когтем в изображение капсулы размером с голову дракона. — Мы создали смесь. Назвали её «Взрывчатый порошок». Или просто — Порох. — Как это работает? — недоумевала Турмалин. — Элементарно, — усмехнулся принц. — Аккуратно вырезаем сердцевину. Дальше в ход идет капсула с порохом и специальным маслом. Масло работает как таймер: поджигаешь внутренний фитиль, закрываешь капсулу, и оно медленно прогорает до заряда. Запихиваешь капсулу в кактус, закрываешь дырку и сбрасываешь или катишь к врагам — и улетаешь со всех крыльев. Судьбокрыл громко хлопнул в ладоши. Эхо ударило по ушам. — Бум! — Какова мощность? — спросила Турмалин, чувствуя холодок по спине. — В шесть раз сильнее обычного, — ответил Судьбокрыл. — И это только сам взрыв. Самое страшное — это семена. Порох придает им такую скорость, что они шьют драконов насквозь. Мы назвали это ВДП — Взрывчатое Драконье Пламя. Свирепость шумно выдохнул, осознавая масштаб возможной бойни. — Но и это ещё не всё, — добавил Судьбокрыл, разворачивая свиток дальше. Там была нарисована конструкция: деревянная рама, длинная балка с «ложкой» на конце, система противовесов. — Главное преимущество драконов — полет, — заявил Судьбокрыл. — Но что, если отобрать у них небо? Мы создали «Небесный метатель», — пояснил принц. — Он может швырять валуны, но это мелочи. Представь, если запустить из него наш усиленный кактус. Прямо в плотный строй летящих драконов. Таймер срабатывает в воздухе, посреди вражеского крыла… Картина была жуткой. Взрыв в воздухе, шрапнель из семян, паника, разрушенный строй, падающие тела. — Если у нас будет несколько таких метателей… При одном удачном попадании, — прошептала пораженная Турмалин. — Потери врага будут чудовищными. — Мы называем это «Противовоздушной Обороной», — кивнул Судьбокрыл. — Но снаряд может не только взрываться в воздухе. Он может долететь до крепости. Один удачный выстрел… Турмалин представила горящий дворец, завалы, крики умирающих. — Я никогда не использую такое оружие против своего племени, — отрезала она ледяным тоном. — Никогда. Я не пойду на геноцид ради трона. В пещере повисла тишина. Судьбокрыл смотрел на неё без удивления, лишь с пониманием. — Я знаю, — спокойно ответил он. — В нашем текущем плане мы и не собирались применять эти средства. Он медленно свернул свиток, не сводя с неё глаз. — Применение этого оружия таким образом было придумано на случай… альтернативного исхода. Турмалин поняла. Он говорил о своей мести. Если она проиграет дуэль с матерью и погибнет, Судьбокрыл обрушит этот огненный ад на Небесное королевство, стирая его с лица Пиррии. С такими технологиями ему хватило бы нескольких дней, чтобы поставить её племя на колени. — Как именно ты планируешь помочь мне завоевать престол? — спросила принцесса, возвращаясь к главной теме. Ей нужно было отвлечься от мыслей о горящих горах. Судьбокрыл улыбнулся — широко, хищно, с видом заговорщика, у которого на лапах все козыри. — Сперва…

***

Когда обсуждение плана завершилось и участники совета разошлись, Судьбокрыл лично вызвался проводить принцессу до её новых покоев. Убежище оказалось на удивление приятным. Это была просторная пещера с высокими сводами, где кто-то явно приложил немало усилий, чтобы создать подобие уюта: каменный пол устилали мягкие шкуры, в стенных нишах мерцали кристаллы, заливая пространство приглушённым зеленоватым светом, а у широкого окна располагался удобный выступ для отдыха. И всё же, назвать это место «домом» язык не поворачивался — это была просто гостевая пещера, пусть и достойная принцессы. Судьбокрыл остановился у входа, галантно пропуская спутницу вперёд. Турмалин вошла, бегло окинув взглядом временное жилище, и развернулась к ночному принцу. Оставшись с ним наедине, она решила наконец озвучить то, что беспокоило её больше всего. — Судьбокрыл, — начала она, усаживаясь и обвивая лапы хвостом. Взгляд её стал серьёзным. — Мне кажется, то, как видишь наш план ты, может разительно отличаться от того, чего желает твоя королева. Ночной принц обезоруживающе улыбнулся, небрежно прислонившись плечом к неровной стене пещеры. — Что именно не так? — спокойно спросил он. Турмалин выдержала паузу, тщательно подбирая слова. — Ты слишком часто говоришь о том, что хочешь не просто союза между Небесным и Ночным племенами, но и практически… — она нахмурилась, ища верную формулировку, — их полного слияния. И именно в этом кроется угроза. — Я не сужу драконов по цвету чешуи, — мягко возразил он. — Для великих свершений нам необходимо объединить все возможные силы. Только вместе, соединив сердца и разум, мы сможем не просто свернуть горы, а перестроить саму Пиррию. Создать нечто грандиозное, чего этот мир ещё не видел. Принцесса резко качнула головой, прерывая его мечтательный тон. — Вот это и есть проблема, — отрезала она. — Допустим, когда я стану королевой, я смогу выделить вам часть территории. Моё племя воспримет это крайне негативно, но я переживу ропот подданных и смогу объяснить им выгоду союза. Но хватит ли этого Доминанте? Ты хочешь объединить слишком многое. Едва ли не слить два народа в один. Вот только две королевы не могут править одним королевством. И если в твоём благоразумии я уверена, то вот в Доминанте… — Я понимаю, к чему ты клонишь. Но есть причина, по которой я убеждён, что всё пройдёт гладко. Дело в пророчестве, — невозмутимо заявил принц. — В пророчестве? — Турмалин настороженно прищурилась. — Я не хотел говорить о нём раньше времени. Это предсказание «Провидца», нашего сильнейшего пророка, — он многозначительно подмигнул, и Турмалин, вспомнив их прошлые беседы, сразу поняла, чье именно это пророчество. — «Когти Мира» и ночные драконы уже знают его текст. Оно гласит: «Когда волны скорби дважды омоют сердце чешуйчатого, И сестры падут в тени его бездействия, Восстанет тот, кто одержимо жаждет единства разумов, Бросая вызов судьбе и миру. Из тьмы придет скиталец без крова, Ища среди теней своих собратьев, И встанет он против безумца-мечтателя, Защищая обретенный дом от тирании разума. В темнице небесная дева изнывала, Но тьма обернется светом в её груди, И крылья двух племен сплетутся в танце, Восстав против того, кто презрел первое предсказание. Души, вкусившие смерть и возрождение, Стоят на распутье меж войной и покоем, Но горе тем, кто изберет ложный путь — Разум станет клеткой в многоликой тюрьме. Пять стали семью под тройной луной, Семь племён должны сплотиться пред избранными, Лишь объединившись победят злого многоликого короля, И двадцать лет крови смоет рассвет мира.» Когда его голос стих, в пещере повисла звенящая тишина. Турмалин молча смотрела на него, переваривая услышанное. — У меня бывают видения, — наконец нарушил молчание Судьбокрыл. — Я видел фрагменты прекрасного будущего, и поэтому я уверен: у нас всё получится. Я пока не знаю, «как именно» мы это сделаем, но результат неизбежен. Сейчас смысл пророчества для меня вполне ясен. Первая часть говорит о лидере «Единства». Вторая, про ночного скитальца — обо мне. Третья, про небесную деву в темнице — это, безусловно, о тебе. Четвертая часть упоминает души, вкусившие смерть и возрождение… Признаться, тут я пока теряюсь в догадках. А финал — про Драконят Судьбы и то, как объединённая Пиррия одолеет «Единство», положив конец войне за Песчаный престол. Я уверен в таком исходе, даже если детали пока скрыты туманом. Со временем картина станет ещё яснее. — Не ты ли сам говорил, — произнесла Турмалин с лёгкой иронией, приподняв бровь, — что полагаться нужно больше на свои силы, нежели на предсказания? Судьбокрыл рассмеялся — искренне и открыто, кивком признавая её правоту. — Справедливо, — согласился он. — Именно поэтому я не сижу сложа лапы в ожидании чуда. Я работаю над тем, чтобы скрепить союз двух племён реальностью, а не только словами. Завтра ты увидишь первые плоды моих трудов. Турмалин нахмурилась. — Завтра? Ты про мою речь? — И даже больше! — загадочно отозвался Судьбокрыл, отталкиваясь от стены. — Есть ещё вопросы? — Да, — её голос вновь стал серьёзным. — Ты абсолютно уверен, что всё пройдёт гладко? Лично я сомневаюсь. Мне кажется, моя мать может догадываться, что её водят за нос. — В том-то и суть! — глаза ночного дракона на мгновение сверкнули, словно в них отразилось пламя. — Её шпионы сами не ведают, что докладывают дезинформацию. Самая сложная часть плана — это синхронизация. Огонь, «Единство», Ибис, Пурпур, «Когти мира»… Нужно атаковать и действовать одновременно, чтобы замысел сработал идеально. — И всё же мне было бы спокойнее, если бы ты объяснил, как именно собираешься стравить их всех друг с другом, — настойчиво повторила Турмалин вопрос, который уже не раз задавала на обсуждении. — Я уже говорил: это сделаю не я! — Судьбокрыл развёл лапами, изображая невинность. — То, что Шторм нажил себе врагов — исключительно его вина. И если я немного помогу его врагам, то и они помогут мне. Все в выигрыше. — Твои видения? — сузила глаза принцесса. — Нет, на сей раз — холодный расчёт. — Ночной встал на все четыре лапы, готовясь уйти. — Если они что-то натворят, мы тут ни при чём, к тому же они уже предатели. Не стоит так сильно беспокоиться об этой части. Мы нападём быстро и внезапно, так, что Пурпур не успеет даже среагировать. А что касается её союзниц… Это будет лишь небольшая пакость для «Единства». Получится — чудесно. Нет — невелика потеря. Турмалин устало вздохнула, чувствуя, как напряжение дня давит на плечи. — Хорошо. В целом, мне план нравится. И если у Ночного племени действительно есть столько оружия, сколько ты обещал, я уверена в успехе. Значит, следующая часть за мной… — она направилась к спальному месту. — У нас есть время до трёхлунной ночи. Чем больше сторонников ты сможешь собрать, тем проще нам будет. И, если повезёт, мы обойдёмся практически без жертв. — Судьбокрыл замер у порога, взявшись за край каменной двери. — Спокойной ночи, Турмалин. — Ты не останешься? — неожиданно для самой себя спросила принцесса, приподняв голову. Судьбокрыл обернулся, и на его морде мелькнула лукавая усмешка. — У меня ещё есть дела. К тому же… что скажут твои гордые соплеменники, если узнают, что их принцесса провела ночь в одной пещере с каким-то Ночным? Он вышел, тихо прикрыв за собой дверь. Турмалин лишь фыркнула, буркнув что-то неразборчивое себе под нос, и устало опустилась на шкуры, обдумывая весь услышанный план и что ей сказать завтра во время своей речи.