Глава IX: «Всё закончилось. Пока что».

      По пути в кафе «Снежинка» парни кратко рассказали тебе план действий. Твоей задачей на сегодня было ошеломить Колика своим появлением и ввести его в ступор, дальше всё дело за ребятами.       И, вот, ты стояла возле обшарпанного здания, за углом которого красовалась устрашающая зелёная «девятка», и тряслась то ли от холода, то ли от страха, нервно дёргая пуговицы на драповом пальто. Брат стоял совсем рядом и шептал на ухо нечто успокаивающее, что на тебя совсем уж не действовало.       – Я не хочу, я боюсь, – нижняя губа предательски трусилась, в уголках глаз медленно, но, верно, появлялись слезинки, – мне страшно, Андрюш.       Вова подошёл к тебе максимально близко и, взяв в свои большие руки твоё лицо, поднимая его, проговорил:       – Мы за дверью будем, – ободрял он, – тебе не за что переживать. Опасность в данной ситуации равна нулю. Для тебя уж точно.       Хотелось сбежать, куда глаза глядят. Паника нарастала, тремор становился всё сильнее, разум мутился, только ноги будто вросли в землю, не удавалось сделать ни шага в сторону.       И ты лишь беспокойно закивала головой и, собрав волю в кулак, двинулась ко входу.       Просторный зал озарялся тусклым светом единственной лампы, висящей на середине потолка. К твоему удивлению, в этот раз нос не раздражился от неприятных запахов, ударивших в него. Может, дело уже в привычке, а, может, в стрессе.       Мужчины, сидящие за большим столом, изумлённо взглянули в твою сторону. Обидчика нигде не было видно.       – Мне Колик нужен, – как можно грозно проговорила ты, но голосок, всё же, дрожал. Сглотнув всю свою неуверенность, продолжила, – где он?       – А зачем он тебе? – облизнув пальцы после поедания сушёной рыбы, округлил глаза один из парней. – Кто ты вообще, прекрасное создание?       Спиной ты чувствовала поддержку за дверью и, поэтому, говорила уже более твёрдо:       – В данной ситуации совсем неважно, кто я такая. Я повторяю свой вопрос: Колик где?       Все присутствующие одобрительно усмехнулись твоей дерзости. В этот самый момент из каморки с ложкой в зубах вальяжно выплыл тот, ради которого Вы все здесь оказались. Парень покачивал в руках креманку с тремя шариками мороженого, не предупреждая абсолютно никаких подводных камней, пока не увидел тебя:       – Ты? – ошеломлённо произнёс он, выронив столовый прибор на пол.       – Я, – оскалилась в ответ ты, – здравствуй, Рома.       – Ты как здесь? Зачем пришла? – в его глазах читалась потерянность, граничащая с перепугом.       – Да вот, – твой дискант с каждым словом плавно переходил в грубое контральто, – пришла узнать у тебя, как живёшь? Как спишь? Ты так не трясись, – улыбаясь, медленно пододвигалась к нему ты, – я же не кусаюсь.       Тот лишь осторожно опустился на стул, не спуская с тебя глаз. Стало ясно: эффект полностью достигнут, роль отыграна на «ура». Не став дожидаться обратной реакции, ты отошла к двери и с силой, удивившей даже саму тебя, распахнула её. В помещение ввалились пятеро озлобленных донельзя парней.       – Обсудим? – агрессивно кинул Суворов старший, сев на стул. – Жёлтый кто?       – Ну, я, а чё? – отложив недоеденную таранку в сторону, ответил один из пацанов. – По какому вопросу тут?       Вова не успел ничего ответить, так как вклинился Валера:       – А вопрос заключается в том, что эта гнида, – заорал он, ткнув в Колика пальцем, – девчонку мою отпи... избил!       – Турбо, – отсёк его «старший» «Универсама», – не пыли. Сейчас по полочкам разложим.       Жёлтый, внимательно слушая Володю, повествующего о событиях, произошедших некоторое время назад, метал глазами молнии в сторону «своего» пацана. Как только Адидас Старший закончил, Желтухин обратился к обвиняемому:       – Ну, чё, Ромчик, давай, поясняй.       – Я поясню, Вадя, – откуда ни возьмись появилась девушка.       – О, – не выдержала ты, – и ты здесь! Как славно!       – Бабу свою заткните, – гаркнул Желтухин, – ей позже слово дадим.       Туркина передёрнуло от услышанных слов, но, посмотрев на Адидаса, он молча встал перед тобой, будто закрывая от всех.       – Валерочка, – промурлыкала Ольга, – как же так? Ты? И с вафлёршей? Не узнаю тебя, – наигранно удивилась.       Все присутствующие одномоментно уставились на Вас.       Турбо глазами задал ей вопрос.       – Не понял, да? – заморгала она. – Сейчас объясню. Ну, я не знаю, как иначе девушку назвать, которая хуй сосала! Колик, подтверди!       Туркин растерянно посмотрел на тебя, но, резко переменившись в лице, отпрянул и, подойдя к Роме, занёс кулак над его лицом.       – Гнида! Убью нахуй!       – Валера! – подбежала ты и начала тянуть парня на себя. – Не было этого! Не слушай её! Никто не слушайте её! Ты почему не отрицаешь? Я же сбежать успела, – пнув обидчика ногой, завопила.       Тот будто очнулся от ступора и, откинув стул, ринулся в угол помещения.       – Ты чё, ебанутая?! – орал он на Олю. – Не дошло до этого!       – Колик, охуел? – не на шутку разъярился Жёлтый. – Чё за базар пошёл? Забыл, к чьей сеструхе обращаешься?       Вся Ваша компания, сложив в голове пазл, опешила от такого поворота событий. Никто и знать не знал о том, что Ольга – сестра главаря «Домбыта».       Девушка истошно захохотала и, увидев и обработав Вашу реакцию, широко развела руками, мол: «Дошло до идиотов».       – А чё она хуйню несёт? – снова встряла ты и, подлетев к девушке, агрессивно, как бешеная, вцепилась ей в волосы.       – Конченная! – от боли закричала та. – Отпусти!       Туркин стоял, как вкопанный, переваривая информацию. Парни же, в свою очередь, резво подскочили к Вам и оттянули разгневанную тебя. Оля опустилась на стул рядом с братом и прижалась к его плечу, в поисках защиты.       – Было? – подал голос Турбо, смотря в глаза Колику.       – Блять, не было! Не было этого! Она рванула, как угорелая, пока я отвлёкся, и унеслась!       – То есть, ты собирался это сделать? – Желтухин, в попытках усмирить пыл, прикрыл глаза.       – Хули мне оставалось?! Она попросила, – кивнул он головой на сидящую рядом с «главным», – ты же, сука, знаешь! Не могу я ей отказать!       – Оленька, свет очей моих, может, ты мне что скажешь по данному поводу? – спросил Вадим у сестры.       Та демонстративно отвернулась, сложив руки на груди. Ответ был очевиден невооружённым глазом.       – Ясно, – протянул он, – разберёмся в ситуации.       – Не всё ещё, – отозвался Вова.       Жёлтый замер в ожидании продолжения.       – Ножом кто пырнул? – вклинился в беседу Маратик.       – Каким ещё ножом?       Андрей резко развернул тебя задом ко всем и, задрав пальто вместе со свитером, указал на прокладку под лопаткой, из-под которой всё ещё периодически сочилась сукровица вперемешку с кровью. Рана никак не хотела заживать.       Жёлтый нервно заводил глазами, переводя их с сестры на Колика, и обратно. Те молчали, принципиальные.       – Она меня порезала, – поправив на себе одежду, указала взглядом на Желтухину младшую ты.       – Не пиздит пусть! – взъерепенилась Оля. – Мало ли кто её там на улице подцепил, когда слиняла!       – Ага, – хмыкнула ты, – в том-то и дело, что мало. Опрометчиво было оставлять орудие преступления на месте его совершения. Мозгов не хватило догадаться, что отпечатки снимут? Твои отпечатки.       Девушка, разумеется, такого никак не ожидавшая, отчаянно вцепилась в старшего брата, будто умоляя его о помощи. Тот мощно оттолкнул её от себя и обратился к «Универсамовским»:       – Ваши предложения решения данной проблемы?       – Этого мне оставь, – кинув взгляд на Колика, сказал Турбо, – а с ней...       – Пусть сам разбирается, – проговорила ты, поняв, что право выбора участи для «соперницы» дали именно тебе.       Парни обменялись рукопожатиями и поспешили ретироваться из помещения.       Андрей с Маратом, подхватившие тебя под локти с обеих сторон, чуть ли не отрывая от половиц, также направились к выходу. На улицу вышли все, кроме Валеры.       Ты обессиленно упала на скамейку, находившуюся через дорогу от кафе. Из кабака вырвался пронзительный, душераздирающий болезненный вопль, сопровождаемый сокрушительными глухими ударами, наносимыми Валерой твоему обидчику. Ты с немыслимой силой закрыла уши руками и закрыла глаза, из которых брызнули солёные капли.       – Тише, принцесса, – сев рядом, приобнял тебя за плечи Зима, – должна понимать, что без этого никак нельзя было обойтись. Мы заранее предупреждали.       – Почему нельзя было просто написать заявление? – спросила ты сквозь слёзы.       – Потому что тут люди живут по «пацанским» понятиям, а не по ментовским, – объяснил Ералаш.       – А у Вас что, всё решается так? Думаете, не существует закона выше?       – Он должен был прочувствовать на своей шкуре всё то мучение, что причинил тебе. Так правильно, нужно заставить человека пережить то же самое, только в несколько раз хуже, – добавил Вова.       Твои рыдания, казалось, были бесконечными и полностью заглушали происходящее вокруг. Через некоторое время из здания вышел Туркин и сразу занялся мытьём окровавленных рук в снегу.       – Живой хоть? – с опаской спросил Марат у парня.       – Конечно, – отрезал тот, – я же не убийца.       Расправившись со своим делом, он опустился перед тобой на корточки и заглянул в глаза.       – Ты как, Лизка?       В ответ – молчание, сопутствующее с абсолютно пустым, изнеможённым взглядом. Валера аккуратно положил тебе на колени свою голову и приобнял руками ноги. Ты же, в свою очередь, запустила пальцы в его волосы и начала бездумно их перебирать.       – Мне кажется, что Лизе нужно домой, – шепнул Андрей на ухо Турбо.       Тот утвердительно качнул головой и, обхватив твою ладонь своей, осторожно потянул тебя на себя. Всей компанией Вы медленно, находясь в звенящей тишине, которую нарушал лишь хруст снега под ногами, отправились на автобусную остановку.       Во время всей поездки домой, ребята усиленно пытались разрядить обстановку, развеселить тебя, но не помогало.       Ты облокотилась головой к запотевшему стеклу и начала выводить тонкими пальцами на нём картинки.       Если бы кто-то раньше сказал тебе, что твой День Рождения завершится именно так, ты бы в ответ лишь звонко рассмеялась, не представляя этого. Но не сейчас...