За столом со взрослыми

      Прошло некоторое время. Он усвоил очень много нового. Например, его зовут Кель’тас, и он происходит из гордого рода Солнечных Скитальцев, хотя тёплая и нежная женщина, которая называлась его мамой, звала его просто Кель. Её саму можно было позвать, чаще всего по имени и прибавляя «леди» — в качестве тренировки, и она откликалась, хотя Кель уже научился понапрасну этого не делать. Была ещё Тимвалия. Она откликалась, когда мама была занята. А ещё был отец, но он существовал для того только, чтобы изредка пускать к себе на колени, и звали его Ваше Величество. У него добрые синие глаза, и, разумеется, он часто бывает очень занят. Отец — король, и много от него ожидает.       Вот и теперь они все чего-то ждали. Это вообще было общим для окружающих — чего-то от него ожидать. И он, разумеется, должен был заставить их улыбаться — тонко, нежно, принимающе. Он должен соот-вет-ствовать.       И он делал это, что бы оно ни значило.       А потому он взял в свою правую руку вилку, в левую — нож, и принялся сосредоточенно смотреть на пока что пустое пространство перед собой. Маме это почему-то показалось забавным, и Кель тоже робко улыбнулся.       И вот, вышли слуги с золотыми подносами и перед юным принцем оказалась глубокая тарелка. В жидкости супа радостно отражался магический свет огромной системы развешанных под потолком огней, а на глянце фарфора играли блики от платиновых подсвечников и приборов. Волновать эту гладь вовсе не хотелось.       Но с другой стороны он знал, что блюда будут сменяться и был рад, что начали с самого простого. И знал, что нельзя оплошать.       Ведь он так долго готовился к тому, чтобы есть со взрослыми во взрослой комнате. Чтобы отныне проводить с ними больше времени.       Очнувшись и быстро осознав, что черпать суп легче ложкой, чем ножом, он сменил приборы. И хотя ложки было две, он помнил, что для супа годится только самая большая. Та вскоре оказалась зажата его пальцами.       Резво брошенный взгляд в сторону матери — без поворота головы, без возгласов и гримасничания — обнадёжил его, и он перехватил ложку «правильнее», так, как его учил мастер этикета и зачерпнул, старательно не подаваясь вперёд.       Базиликовый суп был хорошо ему знаком и ценился мальчиком не слишком высоко, зато теперь он краем глаза мог наблюдать за тем, как это воспринимают взрослые. То есть кто-то, кто не учитель этикета.       Мама с папой делали это почти как он, только… «только неспешно,» заметил про себя маленький эльф, и постарался есть так же чинно, упорно задирая нос повыше. Матушка почему-то подавилась, но, как Кель и ожидал, изящно вышла из положения.       Вскоре, однако, один из родителей отложил приборы и подал знак для того, чтобы принесли следующее блюдо. Базиликовый суп так и не был осилен им. Хорошо ли это? Заметили ли, что он его не любит? Может, это учитель этикета рассказал им о слабостях принца? От этих мыслей Келю стало неловко, и он невольно заёрзал на месте.       — Всё ли в порядке, Ваше Высочество? — спросила мать. На этот раз её едва заметная улыбка не успокаивала мальчика — он не должен был понапрасну привлекать к себе внимание. Но и это, напомнил себе эльф, можно встретить достойно.       — Ничего, леди. Это, в сущности, зудящая мелочь. — полным внутреннего достоинства голосом произнёс Кель.       — Я неимоверно рада, что это так. Но если вам будет, что сказать, мы будем рады выслушать.       С этими словами матушка кивнула ему и вернулась к своей тарелке. Кель, впрочем, иногда замечал на себе её чуткий взгляд.       И вот, только теперь маленький принц заметил перед собой второе. Красная рыба с овощами. Что же, это было хорошей новостью для юного сердца, и он, на этот раз много аккуратнее, взялся правой рукой за нож и левой за вилку.       Вот что точно было сложно есть медленно и вдумчиво! Разумеется, он не собирался выражать своё субъ-ек-тивное мнение на весь зал и навязывать окружающим, что блюда лучше красной рыбы с овощами попросту нет на всём свете, но он также знал и то, что зоркие взрослые наверняка заметят изменение положения кончиков его ушей. Хотя он не мог особо их чувствовать или видеть себя со стороны, не было ни единого сомнения, что они поползли вверх.       Со вторым было быстро покончено, и радостный Кель ожидал подачи десерта.       Но, кажется, родители думали иначе.       — Каковы ваши успехи в обучении, мой принц?       — Весьма сносно на мой взгляд.       — Быть может, вы о чём-то хотели бы нам рассказать? — аккуратно подсказала мама светским тоном.       — Нет.       И Кель был таков. Он не хотел делится своими беседами с наставником. И даже то, что ему очевидно полагалось что-то рассказать об этом, было для него неприличным. Как будто его просили рассказать тайну. Впрочем…       — Я слышал, что весь мир состоит из маленьких неделимых частичек, которые не видны глазам.       — Так и есть. — важно сказал папа.       — Если весь мир состоит из одинаково неделимого и маленького, то почему всё разное? — спросил Кель, перестав теребить десертную ложку.       — Потому что мир состоит из разных атомов. Они отличаются по форме, порядку сцепления между собой и повороту. Различные атомы соединяются различным образом в зависимости от условий среды…       И Кель слушал отца, как всегда в такие моменты — завороженно и сосредоточенно одновременно. И, кажется, на этот раз его подловил.       — Но если всё состоит из бесконечно маленьких атомов, которые без порядка сцепляются между собой, то почему у вас с мамой получился я, а не апельсин?       Отец, казалось, впервые в жизни мальчика растерялся на долю секунды. В разговор вступила матушка:       — Всё немного сложнее. Природа позаботилась, чтобы у котов появлялись котята, у крылобегов — крылобежата, а у эльфов — маленькие и любопытные…       — Эльфята! — не выдержал Кель.       — Верно. — засмеялась мама.       — Но откуда всё-таки появляются эльфы?       На это ответ Кель узнает ещё не скоро, а пока отец, кажется, впервые так длительно сконфуженный, подаёт сигнал к подаче десерта.       Это маленькое испытание Кель прошёл достойно — как и большинство из тех, что проходил ранее и почти все из тех, что будут после.