Часть 14. Первое пробуждение

Сначала был звук. Ровный, монотонный, раздражающий. Он мешал, тянул из глубины сна, в котором не было ни лиц, ни слов — только холод и тяжесть. Кот попытался пошевелиться. Не получилось. Сознание возвращалось медленно, рывками. Где-то далеко звучали голоса, но он не мог разобрать слова. Было ощущение, будто тело ему не принадлежит. Он попытался вдохнуть глубже — и тут же ощутил трубку во рту. Паника вспыхнула мгновенно. Кот дёрнулся. — Спокойно, Вася, — сразу раздался знакомый голос. — Спокойно. Не двигайся. Женин. Он попытался открыть глаза. Получилось не сразу. Свет резанул, перед глазами всё поплыло. — Жень… — попытался сказать он. Голос не вышел. Только хрип. Мура тут же наклонилась к нему, взяла за руку — крепко, уверенно. — Я здесь, — сказала она спокойно, будто он просто вернулся с задания. — Ты в больнице. Всё позади. Он моргнул. Её лицо расплывалось, но он узнал бы его в любом состоянии. Сбоку раздался осторожный голос: — Пап… Кот медленно повернул глаза. Ангелина стояла рядом, с красными от бессонницы глазами. Он хотел улыбнуться. Не получилось. Но пальцы сжали её ладонь. Ангелина всхлипнула и тут же наклонилась ближе. — Ты нас напугал, — прошептала она. — Больше так не делай. Он снова попытался сказать что-то — и закашлялся. Врач тут же оказался рядом. — Тише, — сказал он. — Вы были без сознания несколько суток. Организм ослаблен. Главное — вы очнулись. Кот снова перевёл взгляд на Муру. — Дети… — выдохнул он едва слышно. — Все здесь, — ответила она. — Все живы. Он закрыл глаза на секунду, будто собираясь с силами. — Приказ… — прошептал он. — Выполнили? Мура не сдержала улыбки — кривой, уставшей, но живой. — Конечно, командир. Даже когда ты решил нас всех напугать. Врач осторожно коснулся его плеча. — Отдыхайте. Разговаривать пока нельзя. Это только начало восстановления. Кот снова посмотрел на Ангелину и едва заметно кивнул — как всегда делал после удачной операции. Она поняла. — Я здесь, — сказала она. — Мы все здесь. Его дыхание выровнялось. Глаза снова закрылись, но теперь — спокойно. Мура осталась рядом, не отпуская его руку. Он вернулся. Новость разошлась быстро. Даже быстрее, чем по рации. Сергей вышел из реанимации и почти налетел на Бизона. — Очнулся, — сказал он коротко. — Сознание ясное. Реагирует. Разговаривать нельзя, но он нас узнал. Бизон на секунду замер, потом медленно усмехнулся и потер лицо ладонями. — Ну… — хмыкнул он. — Значит, всё-таки решил нас не списывать. Рифанов выдохнул так громко, что сам усмехнулся: — Я же говорил. Такие не тонут. Мыцик перекрестился, не стесняясь: — Слава Богу. Барс молча кивнул, но в глазах появилось то самое облегчение, которое не спутаешь ни с чем. Бизон посмотрел на них всех. — Всё, парни. Расслабляться рано, но худшее позади. В этот момент из-за угла показалась Мура. Уставшая, с красными глазами — но живая. — Он очнулся, — сказала она тихо. — Спасибо вам. На секунду в коридоре стало совсем тихо. — Это он должен говорить, — сказал Бизон. — Но пока сойдёт и так. Бизон отошёл в сторону, включил рацию. — КТЦ, приём. Это Бизон. Пауза. — На связи. Докладывайте. Бизон говорил ровно, по форме, но в голосе всё равно слышалась усталость. — Командир группы Ионов Василий пришёл в сознание. Состояние стабильно тяжёлое, динамика положительная. Реагирует на голос, узнаёт близких. Угрозы жизни на данный момент нет. Пауза. — Подтвердите: попытка убийства зафиксирована? — Подтверждаю. Введение неизвестного вещества в капельницу. Подозреваемый — Каледон Хокли — задержан. Продавец оружия. Покупатель погиб при кораблекрушении. — Другие потери среди личного состава? — Нет. Есть лёгкие ранения у двух бойцов. Боеспособность группы сохранена. Короткая пауза — и уже неофициально: — Командир выкарабкается. В ответ — едва слышный выдох. — Принято. Работайте дальше. Связь держите. Бизон отключил рацию и обернулся к группе. — Слышали? Командир жив. Значит, продолжаем. Он посмотрел в сторону реанимации и тихо добавил: — А остальное… потом разберём.