Глава 1: Зов

На краю мультивсленной, в одном из разрушенном и Богами забытом мире, открылся межпространственный разлом. Из темноты портала вышла фигура в черных одеяниях, её нога ступила на ржавого цвета почву. Портал исчез, оставив вторженца в гордом одиночестве. Костяная голова неторопливо поворачивалась, осматривая место своего пребывания, но кроме безжизненной земли тут не было ничего, за что мог бы уцепиться взгляд. Ни растений, ни животных, ни жизни в целом. Хриплый выдох. Беглец из Тюрьмы Времени потушил красное пламя на своих костяных крыльях, после чего упрятал их под черную мантию, плотно прижимая к телу. Стреловидный конец хвоста медленно покачивался из стороны в сторону, едва достигая своей длиной до сухой земли мертвого мира. Тяжелые свинцового цвета тучи скрывали небо, не давая солнечному свету достигнуть конечной точки. Нежить тихо облегчённо вздохнула. У него не было никакого желания гореть под лучами трижды проклятого солнца. «Иногда мое нынешнее тело невероятно обременяет и без того жалкое существование», — думал про себя обладатель огненных глаз. Убедившись, что никакой угрозы от пребывания в этом мире нет, преступник медленно направился туда, куда упал его взор, решившись на небольшую прогулку, дабы перевести дух и восстановить ману после побега из владений Бога Времени. «Благо, я успел поглотить искры заточенных мироходцев, иначе моего истощенного домена не хватило бы для столь радикального заклинания. Надо будет отдать честь жертвам, давшим возможность моему побегу», — беглец вел внутренний диалог с самим собой; огонь, заменяющий глаза, встрепенулся. Но не успел мертвец пройти и десятка шагов, как тело существа согнулось, а крупная дрожь волной прошлась по всему туловищу. Тишину забытого мира потревожил громкий кашель. С костяной челюсти нежити градом стекала черная вязкая жидкость, а сгустки, вышедшие с кашлем, кляксой запачкали багровую землю. Взгляд кровавых глаз расфокусировался, снова раздался крупный кашель. Черная левая костлявая рука, повторяющая анатомию человека, с силой сжала балахонную одежду: «Черт! Божественная мана отпрыска Агния невероятно буйная. Мой просчет: знал же, что смертное тело не может долго удерживать что-то подобное… Если сейчас же что-то не предпринять, то мой домен маны попросту взорвется!» Хвост существа размашисто вилял из стороны в сторону, поднимая тем самым пыль сухой земли и пачкая нижний подол одежды хозяина. Нежить глубоко дышала, стараясь подавить режущее ощущение кашля. Подогнув под себя одно колено, беглец шумно выдохнул, огненные глаза в глазницах драконьего черепа потухли, а любые телодвижения были остановлены. Он стоял, словно статуя, не подавая признаков жизни. Внутри домена маны преступника творился сущий хаос. Домен представлял собой куполовидное пространство, наполненное жидкостью — маной. От купола в бесконечных количествах, словно капилляры в телах живых существ, во все стороны отходили каналы, по коим циркулировала мана. Домен так же называют Вторым Сердцем. Внутри купола неуправляемое торнадо энергии врезалось в стенки домена, оставляя после себя паутинновидные трещины. Божественная сущность всячески пыталась найти выход и вернуться к тому, кому она изначально принадлежала, иногда желая протиснуться через узкие каналы маны. Вдруг чёрное море, находящееся в домене нежити, задрожало и, словно по щелчку, темная жидкость вспыхнула ярко-синим пламенем. Мана внутри домена забурлила. Красно-белая энергия, что билась в агонии, только сильнее разбушевалась, продолжаясь искать выход. Синее пламя вытянулось в бесчисленные длинные прутья, после чего градом обрушилось на чужака, загоняя его в самый центр домена, не давая возможности что-либо предпринять. Вихреобразная энергия бежала от синего огня и при малейших попаданиях чужеродной энергии разгоралась сильнее, вытягиваясь в струнку, желая убежать, спрятаться и более никогда не видеть синее пламя. Черные воды, как только буйная энергия оказалась в центре домена, образовали собой клетку стены, которая незамедлительно покрылась синим огнем. Божественная энергия была запечатана, синее пламя исчезло с поверхности темного моря, оставляя только горящую клетку. И вновь кровавое пламя вспыхнуло в пустых глазницах черепа. Тело нежити затрещало, медленно поднимаясь на ноги, попутно стряхивая с балахонной ткани осевшую пыль и грязь. Разминая костяные конечности, тишину то и дело нарушал хруст песка, застрявший между суставами и позвонками. Закончив с небольшой разминкой, нежить скрестила костлявые руки на груди, скрывая кисти рук в рукавах балахонной одежды. Взгляд существа был хмурым: «Это заняло больше времени, чем должно было, теперь о восстановление маны не может быть и речи!» Преступник продолжил свой путь, будто никогда и не останавливался. «Пламя жизни» слишком энергозатратное заклинание, моей нынешней маны на ее поддержание хватит… в лучше случае — на сутки с небольшим, а при плохом раскладе меньше двенадцать часов, и после того, как моя мана закончится, она будет жрать мою жизненную энергию, а я мертвец, ее у меня априори нет!» Хвост раздражённо ударил по пустынной земле, существо издало низкий гневный рык. Преступник остановился возле небольшой ямы, это был вход в пещеру, глубоко уходящий в недры забытого мира. Свинцовые тучи медленно рассеивались, лучи солнца, прошедшие через образованные облаками щели, падали на землю. Мертвец накинул на череп капюшон от плаща, закрывая свою голову и пасть: «Беда никогда не приходит одна». Ещё раз бросив взгляд на тьму внутри ямы, на освещённую солнцем поверхность, нежить сам себе слабо кивнул: «Другого выхода нет. Молюсь Ши, чтобы он был жив и пришел на мой зов как можно скорее». Беглец расставил ноги на ширине плеч, выпуская крылья из-под темной ткани и раскрывая их. Пасть существа широко открылась и, выгнувшись, нежить издал громкий, нечеловеческий и леденящий душу крик. Земля под ногами существа задолжала, а от тела преступника ударной волной разлетелась энергия, заставляя всю мультивселенную услышать зов. Все стихло. Тело существа обмякло, ноги заметно дрожали, а огоньки глаз заметно тускнели. Внутри домена существа маны осталось совсем мало, чужак этого мира быстро посчитал и понял, что ему от силы осталось жить часа четыре. Издав низкий смешок, тело снова дрогнуло, но уже не сопротивляясь усталости, оступившись. Преступник падал во тьму ямы, успев лишь кинуть последнюю мысль в никуда перед тем, как огненные глаза потухли: «Я жду тебя, мой старый друг».

***

Где-то во владениях одного из четверки Высших Богов, Бога Огня Агния, в мире, где обитали демоны, на краю обрыва, состоящего из незерака, сидел человек, свесив ноги, и скучающе наблюдал за бурлением лавого моря. Вдруг измерение содрогнулось, заставив висевшие сталактиты незерака попадать то на твердую землю, то в море лавы. За дрожью последовал нечеловеческий крик, и человек поморщился от боли в ушах. Когда все стихло, на лице парня появилась лёгкая и еле заметная улыбка, скучающие глаза в ту же секунду, как только услышали столь знакомый крик, потеплели, не скрывая радости от события: — Все же ты вернулся, Тей-Тей?